регистрация / вход

Теория политических элит

Введение .3 Понятие политической элиты. Формирование и развитие элитистских подходов .4 Теория элиты Гаэтано Моски …6

План

Введение…………………………………………………………………….3

1. Понятие политической элиты. Формирование и развитие элитистских подходов……………………………………………….4

2. Теория элиты Гаэтано Моски………………………………………6

3. Теория элиты Вильфредо Парето…………………………………10

4. Теория элит в современном мире…………………………………14

Заключение………………………………………………………………..18

Список источников………………………………………………………19

Введение

Актуальность работы. Научное употребление категории "политическая элита" основы­вается на вполне определенных общих представлениях о месте и роли политики и ее непосредственных носителей в обществе. Теория политической элиты исходит из равноправности и равноценности или даже приоритета политики по отношению к экономике и соци­альной структуре общества. До сих пор остается спорным вопрос о том, является ли политическая элита внеклассовой социальной группой, выражающей интерес общества в целом, или же это - верхушка экономически господствующего класса, осуществляющая руководство обществом во имя поддержания социальной системы, которая ставит этот класс в привилегированное положение.

Целью данной работы является анализ теории элит Моски и Парето.

Для достижения данной цели мы поставили перед собой следующие задачи:

1) раскрыть понятие термина «политическая элита»;

2) проследить процесс становления и развития элитистских концепций;

3) рассмотреть теорию элит Моска;

4) исследовать теорию элит Парето;

5) определить место теории элит среди политико-правовых концепций современности.

1. Понятие политической элиты. Формирование и развитие элитистских подходов.

Еще в древности люди заметили, что в обществе существуют две неравновесные группы: относительно самостоятельное и привилегированное меньшинство, которое властвует и управляет, и большинство, которое является объектом власти и управления. Что касается правящего меньшинства, то длительное время оно изучалось по описаниям жизни государей, вождей и других выдающихся личностей, находящихся в политике в центре внимания. И лишь в последнее столетие характеристика этого слоя стала концептуально связываться со строением и характером организации политической власти и государства. С этой целью стал использоваться и термин «элита».

Вот какое определение дает энциклопедический словарь «Политология»: ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА - понятие, отражающее особую роль верхушки господствующего класса, прежде всего той его части, которая непосредственно осуществляет политическое руко­водство обществом, стоит у руля государственного управления[1] .

Самостоятельные элитистские концепции возникли лишь в конце XIX столетия, в борьбе с, условно говоря, антиэлитистскими теориями и идеями. Например, сторонники французского просветителя Ж.Ж. Руссо, исходя из неделимости народного суверенитета, считали, что сама передача гражданами даже части своих прав представителям во власти ведет к разрушению системы народовластия, отрицая таким образом целесообразность разделения функций управляющих и управляемых.

Серьезными оппонентами элитистов были ученые и мыслители, отказывавшие правящим слоям в каком-либо моральном оправдании их деятельности. Например, сторонники толстовства как социально-этического учения находились в резкой нравственной оппозиции ко всем власть предержащим. Сам Л.Н. Толстой в произведениях «В чем моя вера», «Закон насилия» и некоторых других неоднократно сурово порицал систему светского правления, полагая, что «государственная власть всегда принадлежит худшим и злым», государственные властители «большей частью подкупленные насильники», а сенаторы, монархи и министры - «хуже и гаже палачей», ибо прикрывают зло, наносимое людям, лицемерием[2] .

Несколько иные аргументы в пользу отрицания этических оснований существования правящего класса в России приводил известный правовед и философ И. Ильин. По его мнению, невозможность эффективного осуществления правящим меньшинством своих функций обусловлена нравственным состоянием сознания большинства на- селения. Эта нравственно и политически неразвитая часть общества — или «чернь» — напрочь лишена должного правосознания и потому «не ищет лучших людей и не хочет передавать им власть», но, даже «посадив свою власть... не умеет ей дать ни уважения, ни доверия, ни поддержки; она начинает подозревать ее, проникается ненавистью к ней»[3] . Понятно, что в таких условиях ни власть, ни государство не могут эффективно осуществляться даже профессионалами.

Характерно, что антиэлитистские подходы сохранились в политической мысли и в значительно более поздний период. Так, в первой трети XX в. испанский философ X. Ортсга-и-Гасет в работе «Восстание масс» (1930), тоже отмечая идейно-культурное разобщение высших и низших слоев общества, выдвинул идею, согласно которой в формирующемся «массовом обществе» широкие слои населения начинают перехватывать управленческие функции правящих кругов, лишая последних их привычных обязанностей.

Однако наиболее серьезным теоретическим оппонентом элитистов стало марксистское учение, в ответ на ряд положений которого, собственно, и сложились подобного рода концепции. Маркс и его сторонники, признавая, что обществом правит меньшинство (владельцы или представители владельцев средств производства), высказывали уверенность в том, что на определенных этапах истории, в частности, при переходе от социализма к коммунизму, такое положение сменится иной формой управления обществом, при которой каждый человек начнет осуществлять определенные управленческие функции, в результате чего большинство общества возьмет в свои руки функции социальной власти и управления, а государство, как аппарат, стоящий над обществом, постепенно сойдет на нет, «отомрет».

Приверженцы же становящихся элитистских подходов обосновывают свою позицию тем, что история не знает исключений и потому власть меньшинства над большинством постоянна. Причем положение правящих групп отнюдь не всегда связано с их материальным положением. С их точки зрения, исторический опыт всех цивилизаций — от первых до современных — как сложноорганизованных обществ показывает, что правящее меньшинство постоянно концентрирует в своих руках политическую власть, управляя большинством населения и обеспечивая политическое развитие государства и общества. Основоположниками данного теоретического направления стали итальянские экономисты и социологи В. Парето и Г. Моска.

2. Теория элиты Гаэтано Моски

Гаэтано Моска (1858—1941)—выдающийся итальянский политолог, один из основателей элитологии, профессор Туринского и Рим­ского университетов.

Понятию «эли­та» Моска предпочитал термины «правящий класс» и «политический класс», употребляя их как синонимы. Впоследствии он вынужден был внести коррективы, отметив, что политический класс является как бы базой для правящего класса. Действительно, понятие «правящий класс», с од­ной стороны, более широкое, чем «политический класс»: в него входят и другие, не политические структурные элементы — экономическая, культу­рная и прочие элиты. Однако в ином отношении понятие «политический класс» — более широкое, чем «правящий класс»: оно включает не только властвующую группу, но и оппозицию.

Моска проанализировал проблему формирования (рекрутирования) политической элиты и ее специфиче­ских качеств. Он считал, что важнейшим критерием фор­мирования политического класса является способность к управлению другими людьми, то есть организаторские способности, а также материальное, моральное и интел­лектуальное превосходство. Хотя в целом этот класс наи­более способен к управлению, однако, не всем его пред­ставителям присущи передовые, более высокие по отно­шению к остальной части населения качества[4] .

В ходе своей эволюции политический класс посте­пенно меняется. Существуют две тенденции в его разви­тии: аристократическая и демократическая. Первая из них - аристократическая - проявляется в стремлении полити­ческого класса стать наследственным если не юридически, то фактически. Вторая - демократическая - состоит в обновлении политического класса за счет наиболее способ­ных к управлению слоев, в том числе и низших.

Содержание используемого Моска понятия «класс» не совпадает с марксистской трактовкой, поскольку за ос­нову берется не экономический признак, но положение, занимаемое в иерархии власти. Факт наличия отноше­ний между управляющими и управляемыми не требует каких-либо доказательств. Эти две группы людей суще­ствовали и существуют в любом обществе с начала циви­лизации, причем численно правящий класс всегда зна­чительно меньше управляемого им большинства. Именно с этих очевидных положений Моска начинал свое исследование. Он исключил системы, при которых все в равной мере были бы подчинены только одному человеку, или же в равной мере и без всякой иерархии занимались бы политическими делами. «...Даже если мы предположим, что недовольная масса может сверг­нуть с престола правящий класс, то тогда внутри нее самой неизбежно появится новое организованное мень­шинство, которое станет выполнять функции вышена­званного класса. Иначе бы разрушились любая организа­ция и любое общество»[5] .

Моска согласился со Спенсером в том, что во всякой политической организации общества сосуществуют эле­менты демократического, монархического и аристокра­тического принципов правления, и отверг идею народо­властия, которую поддерживало идущее от Руссо де­мократическое течение. Но если легко признать невозможность для одного индивида властвовать без опоры на меньшинство, защищающего свои и его, индивида, интересы, то, как полагал Моска, значительно труднее принять утверждение, что именно меньшинство властвует над большинством, но не наоборот. Для доказательства Моска выдвигал следую­щее положение: меньшинство властвует потому, что оно организованно, а большинство не имеет власти и не способно на самоорганизацию, так как оно — большинст­во. Превосходство организованного меньшинства над не­организованным большинством рассматривалось Моска как некий неизменный и вечный исторический закон, что вполне отвечает методологии позитивизма, критикуемо­го им во многих других отношениях.

Кроме преимущества в организации, представители правящего класса отличаются от управляемой массы и определенными качествами, дающими им материаль­ное, интеллектуальное, а также моральное превосходст­во. Моска считал воинскую доблесть именно тем качеством, которое в примитивных обществах легче все­го позволяло индивиду войти в правящий класс. Теорию внешнего насилия он отвергал и, вопреки позитивистскому методу, обращался не только к иссле­дованию классовых отношений, но и к проблеме образо­вания классов. Здесь он был вынужден признать, что в этом процессе наряду с военными походами и завоевани­ями большую роль сыграло появление частной собствен­ности на землю.

В своих «Элементах политической науки» Моска выделил два типа политических организаций. При феодальном типе общество состоит из множества мелких, способных быть самодостаточными, социальных общностей, а управленческие функции не разделены или почти не разделены. Так, средневековый феодал являлся одновременно земельным собственником, командиром вооруженного отряда, судьей и управляющим в своем феоде. Бюрократическому типу свойственны централи­зация власти, наличие особого управленческого аппара­та (штат оплачиваемых чиновников), детальное разделе­ние функций и обязанностей. Но между богатством и властью существует взаимо­зависимость, и как политическая власть создает богат­ства, так и богатства создают власть. Эту связь не нарушает развитие демократического процесса.

Правящие классы стремятся не только к приобрете­нию и сохранению богатства, но и претендуют на ключе­вые позиции в распространении и использовании науч­ных знаний, к господству в духовной сфере. Несмотря на определенную демократичность церкви, и в ней образу­ется особый класс «священнической аристократии». В любом обществе действует тенденция к образованию «наследственных каст» правящего класса. Но чем можно объяснить деградацию господствующе­го класса и появление на его месте нового? Основные причины потери господствующего положения любым классом состоят, с точки зрения Моска, либо в утрате качеств, благодаря которым он пришел к власти, либо в их неадекватности новой социальной среде.

Моска, вдохновленный работами Н. Макиавелли и И. Тэна, считал генеральной линией развития общества борьбу двух тенденций: стремления господствующего класса удержать и передать по наследству власть и стремления нового класса изменить соотношение сил. Чередование в обществе тенденций к стабилизации и обновлению создает некое ритмическое развертывание исторического процесса.

Прерывание «замкнутости» социальной системы вследствие контактов с другими народами, войн, новых религиозных и идейных движений или иных причин ведет к тому, что «наиболее активные, ловкие и сме­лые» выходцы из низов начинают пробиваться на верх­ние ступени социальной лестницы. «Молекулярное об­новление политического класса» сохраняется до тех пор, пока не наступит новый «период социальной стабиль­ности».

Моска отвергал идею об активном вмешательстве социолога, о необходимости оказывать влияние на ход человеческой истории во имя улучшения жизни челове­чества, это противоречило бы ранее изложенным его исследовательским принципам. При таком вмешательст­ве пришлось бы руководствоваться индивидуальными «вкусами» и предпочтениями, что могло бы внести в действия исследователя субъективные моменты. Ведь ни один политик не остается беспристрастным арби­тром. Кроме того, поиск путей улучшения жизни про­стых людей — дело необычайно трудное. Не ясно, когда они менее несчастны: во время застоя, когда каждый от рождения остается на своей ступеньке социальной лест­ницы, или при обновлении и революции, когда жизнь усложняется, но каждый может добиваться, а кое-кто и достигать изменения своего положения на более вы­сокое.

3. Теория элиты Вильфредо Парето

Вильфредо Парето (1848—1923) — профессор политической экономии Лозаннского уни­верситета в Швейцарии, имел множество публикаций в сфере политологии и социологии.

Согласно Парето, индивиды неравны между собой в физическом, ин­теллектуальном, нравственном отношениях. Поэтому и социальное нера­венство представляется ему совершенно естественным, очевидным и реальным фактом. Люди, которые обладают наиболее высокими показате­лями в той или иной области деятельности, составляют элиту. В каждой сфере деятельности существует своя элита.

Парето различает два вида элиты: правящую, т. е. принимающую участие в осуществлении политической власти, и неправящую. В целом социальная стратификация изображается в его теории в виде пира­миды, состоящей из двух слоев: ее вершину составляет немногочисленная элита («высший слой»), а остальную часть - основная масса населения («низ­ший слой»). Элиты существуют во всех обще­ствах, независимо от формы правления.

В качестве синонимов этого термина Парето использует термины «правящий класс», «господствующий класс», «аристократия», «высший слой», это просто объективно «лучшие» в определенной области деятельности: «Может быть аристократия святых или аристократия разбойников, аристократия ученых, аристо­кратия преступников и т.п.»[6] . Проблема, однако, остается: как определить «луч­ших», наиболее компетентных и т.п.? Парето, по существу, игнорировал относительность «элитарных» качеств и их тесную связь с определенными социальными системами, каж­дая из которых вырабатывает свои специфические критерии оценки этих качеств.

Парето стремится к чисто описательной трактовке термина «элита», не внося в него оценочного элемента. Тем не менее ему не удалось избежать известной противоречивости в истолковании этого понятия. С одной сто­роны, он характеризует представителей элиты как наиболее способных и квалифицированных в определенном виде деятельности, как своего рода результат естественного отбора. С другой стороны, у него встреча­ются утверждения, что люди могут носить «ярлык» элиты, не обладая соот­ветствующими качествами. Очевидно, что вторая трактовка противоречит первой. По-видимому, в первом случае Парето имеет в виду общество с открытой классовой структурой и совершенной системой социальной мо­бильности, основанное на принципе «естественного отбора». В этом слу­чае элитарные качества и элитарный статус должны совпасть, но подобная ситуация, разумеется, в истории встречается нечасто. И все-таки в целом у Парето доминирует представление о том, что элиты формируются из лю­дей, действительно обладающих соответствующими качествами и достой­ных своего высшего положения в обществе.

Характерные черты представителей правящей элиты: высокая степень самообладания; умение улавливать и использовать для своих целей слабые места других людей; способность убеждать, опираясь на человеческие эмоции; способность применять силу, когда это необходимо. Последние две способности носят взаимоисключающий характер, и управление происходит либо посредством сипы, либо посредством убеж­дения. Если элита неспособна применить то или иное из этих качеств, она сходит со сцены и уступает место другой элите, способной убедить или применить силу. Отсюда тезис Парето: «История - это кладбище аристо­кратий»[7] .

Как правило, между элитой и остальной массой населения постоянно происходит обмен: часть элиты перемещается в низший слой, а наиболее способная часть последнего пополняет состав элиты. Процесс обновления высшего слоя Парето называет циркуляцией элит. Благодаря циркуляции элита находится в состоянии постепенной и непрерывной трансформации.

Циркуляция элит функционально необходима для поддержания социаль­ного равновесия. Она обеспечивает правящую элиту необходимыми для уп­равления качествами. Но если элита оказывается закрытой, т. е. циркуляция не происходит или происходит слишком медленно, это приводит к деграда­ции элиты и ее упадку. В то же время в низшем слое растет число индивидов, обладающих необходимыми для управления чертами и способных применить насилие для захвата власти. Но и эта новая элита утрачивает способность к управлению, если она не обновляется за счет представите­лей низшего слоя.

Согласно теории Парето, политические революции происходят вслед­ствие того, что либо из-за замедления циркуляции элиты, либо по другой причине элементы низкого качества накапливаются в высших слоях. Рево­люция выступает как своего рода альтернатива, компенсация и дополнение циркуляции элит. В известном смысле сущность революции и состоит в резкой и насильственной смене состава правящей элиты. При этом, как правило, в ходе революции индивиды из низших слоев управляются инди­видами из высших, так как последние обладают необходимыми для сраже­ния интеллектуальными качествами и лишены тех качеств, которыми обладают как раз индивиды из низших слоев.

Итак, в историческом развитии постоянно наблюдаются циклы подъема и упадка элит. Их чередование, смена - закон существования человеческого общества. Но изменяются не просто составы элит, их контингент; сменя­ют друг друга, чередуются сами типы элит. Причина этой смены состоит в чередовании, точнее, в поочередном преобладании в элитах «осадков» первого и второго классов, т. е. «инстинкта комбинаций» и «настойчивости в сохранении агрегатов».

Первый тип элиты, в котором преобладает «инстинкт комбинаций», управляет путем использования убеждения, подкупа, обмана, прямого одурачивания масс. Усиление «осадков» первого класса и ослабление «осад­ков» второго приводят к тому, что правящая элита больше заботится о на­стоящем и меньше - о будущем. Интересы ближайшего будущего господствуют над интересами отдаленного будущего; интересы материаль­ные - над идеальными; интересы индивида - над интересами семьи, дру­гих социальных групп, нации. С течением времени «инстинкт комбинаций» в правящем классе усили­вается, в то время как в управляемом классе, напротив, усиливается ин­стинкт «настойчивости в сохранении агрегатов». Когда расхождение становится достаточно значительным, происходит революция, и к власти приходит другой тип элиты с преобладанием «осадков» второго класса. Для этой категории элиты характерны агрессивность, авторитарность, упор­ство, непримиримость, подозрительность к маневрированию и ком­промиссам.

Первый тип правящей элиты Парето называет «лисами», второй - «львами». В сфере экономики этим двум типам соответствуют категории «спе­кулянтов» и «рантье»: в первой из них преобладают «осадки» первого класса, во второй - второго. «Спекулянты», обладая хоро­шими способностями в области экономических комбинаций, не довольст­вуются фиксированным доходом, часто незначительным, и стремятся заработать больше. Каждая из двух категорий выполняет в обществе осо­бую полезную функцию. «Спекулянты» часто служат причиной измене­ний и экономического и социального прогресса. «Рантье», наоборот, составляют мощный фактор стабильности. Общество, в котором почти исключительно преобладают «рантье», остается неподвижным и склонно к застою и загниванию; общество, в котором доминируют «спеку­лянты», лишено стабильности; оно находится в состоянии неустойчивого равновесия, которое легко может быть нарушено изнутри или извне.

4. Теория элит в современном мире

В современной политической теории предложенные ее основоположниками подходы получили новое развитие. Так, последователи В. Парето П. Блау, Ж. Сорель, Э. Фромм, А. Адлер, Р. Стогдилл и другие ученые составили впечатляющие описания конкретных свойств политических лидеров и элит, раскрыв и уточнив на этой основе связь между индивидуальными свойствами управляющего класса и основаниями господствующего политического порядка[8] . В русле данного направления более четкие очертания обрели ценностные концепции. Так, американский ученый Г. Лассуэлл выдвинул идею, согласно которой к элите могут быть отнесены только те, кто обладает особыми способностями к производству и распространению определенных политических ценностей (например, обеспечения индивидуальной безопасности человека или его общественного уважения, роста доходов и т.д.), к мобилизации активности населения и формированию определенного политического порядка.

В рамках ценностных теорий получила развитие и плюралистическая интерпретация элит, согласно которой во власти действуют несколько элитарных группировок, и каждая из них обладает собственными механизмами и зоной властного влияния, выражает специфические интересы различных групп населения и обладает только ей присущим авторитетом.

Своеобразное теоретическое развитие получили и взгляды Моски. Так, французский исследователь Г. Дорсо обратился к учению о «политическом классе» и предложил рассматривать его как «технический инструмент» «господствующего класса», распадающийся в политическом процессе на «управляющий» и «оппозиционньй» сегменты[9] . В силу этого, как считает французский ученый, смена у власти правящего и оппозиционного слоев совершенно не сказывается на интересах и статусе правящего класса.

Оригинальную концепцию предложил Р. Миллс, исследовавший на примере американского общества политическую элиту как совокупность представителей важнейших «институциализированных иерархий», т.е. высших должностных лиц в составе глав корпораций, политических администраторов и военного руководства. При этом, по мнению Миллса, наибольшим влиянием в данном треугольнике власти обладают лица (включая и часть неизбираемой, бюрократической элиты), находящиеся в неформальных отношениях друг с другом и оказывающие основное влияние на весь процесс принятия решений.

Весьма оригинально рассматривал функциональные основания политических элит и Дж. Гэлбрейт, предположивший, что важнейшее влияние на принятие политических решений оказывает так называемая техноструктура,т.е. та анонимная группа лиц, которая контролирует процесс обращения служебной информации и тем самым реально предопределяет характер принимаемых наверху решений. В этом смысле публичные политики только озвучивают решения, подготовленные их экспертами, аналитиками и прочими помощниками. Таким образом, была теоретически легализована роль так называемых серых кардиналов, нередко стоящих за кулисами власти и определяющих ее важнейшие решения.

Существенное развитие заложенные Моской идеи получили и в трудах представителей структурно-функционального направления (Д. Бернхэм, С. Келлер), акцентирующих внимание на анализе институциональных и ролевых особенностей правящих кругов. Свой вклад в развитие этого направления внесли и так называемые неоэлитаристы (X. Зиглер), делающие акцент на политических механизмах, позволяющих элитарным слоям осуществлять свою фактическую власть независимо от результатов волеизъявления общества на выборах, плебисцитах и референдумах[10] .

Бурное развитие элитистских концепций и по сей день не привело к утверждению единых подходов к интерпретации самостоятельности элит, характеристики их отношений с массами, к определению соотношения статусных и личных свойств элитарных кругов при изменении их состава, роли управляющих в развитии демократии. По сути дела каждый исторический период серьезно изменял и обновлял такого рода оценки и идеи. Например, в своих первоначальных вариантах элитистские теории были весьма негативно расположены к демократии. Впоследствии ситуация радикально изменилась, и элитизм стал рассматриваться как элемент политики, полностью совместимый с механизмами представительной демократии. Как утверждал видный политический мыслитель XX в. Й. Шумпетер, элиты могут сделать для утверждения демократии значительно больше, чем самые широкие, заинтересованные в этих ценностях слои населения.

В то же время подавляющее большинство представителей современного элитизма рассматривают деятельность высших управляющих структур в отрыве от обусловливающих их социальных и экономических факторов. В данном случае элиты нередко трактуются как самодостаточные группы, полностью контролирующие все политические процессы. В известной степени это предопределяет расширение некоторыми теоретиками (А. Стоун) функционально-ролевых нагрузок правящих групп, рассмотрение их в качестве единственных движителей исторического процесса, массам же при этом отводится роль его пассивных наблюдателей.

Заключение

Современные теории элит разнообразны. Исторически первой группой теорий, не утративших современной значимости, являются рассмотренные концепции макиавеллистской школы (Моска, Парето). Их объединяют следующие идеи:

1. Особые качества элиты, связанные с природными дарованиями и воспитанием и проявляющиеся в ее способности к управлению или хотя бы к борьбе за власть.

2. Групповая сплоченность элиты. Это сплоченность группы, объединяемой не только общностью профессионального статуса, социального положения и интересов, но и элитарным самосозна­нием, восприятием себя особым слоем, призванным руководить обществом.

3. Признание элитарности любого общества, его неизбежного разделения на привилегированное властвующее творческое меньшинство и пассивное, нетворческое большинство. Такое разделение закономерно вытекает из естественной природы человека и общества. Хотя персональный состав элиты изменяется, ее господствующие отношения к массам в своей основе неизменны.

4. Формирование и смена элит в ходе борьбы за власть. Господ­ствующее привилегированное положение стремятся занять многие люди, обладающие высокими психологическими и социальными качествами. Однако никто не хочет добровольно уступать им свои посты и положение. Поэтому скрытая или явная борьба за место под солнцем неизбежна.

5. Руководящая и господствующая роль элиты в обществе. Она выполняет необходимую для социальной системы функцию управ­ления, хотя и не всегда эффективно. Стремясь сохранить и передать по наследству свое привилегированное положение, элита имеет тен­денцию к вырождению, утрате своих выдающихся качеств.

Список источников

1) «Антология мировой политической мысли» в 5 томах, т. 2., М., 1997

2) История политических и правовых учений: учеб. для вузов / под общ. ред. В.С. Нерсесянца. - 4-е изд., перераб. и доп. - м.: Норма, 2007. - 944 с.

3) История политических и правовых учений: Учебник / Под ред. О.Э. Лейста. - М.: Юридическая литература, 1997. - 632 с.

4) Моска Г. Правящий класс, «Социологические исследования», 1994. № 10. 254 с.

5) Политология. Энциклопедический словарь, М., 1993.

6) Соловьев, А.И. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов / А.И. Соловьев. - м.: Аспект Пресс, 2005. - 559 с.


[1] Политология. Энциклопедический словарь, М., 1993.

[2] «Антология мировой политической мысли» в 5 томах, т. 2., М., 1997

[3] «Антология мировой политической мысли» в 5 томах, т. 2., М., 1997

[4] История политических и правовых учений: учеб. для вузов / под общ. ред. В.С. Нерсесянца. - 4-е изд., перераб. и доп. - м.: Норма, 2007. - С 763.

[5] Моска Г. Правящий класс, «Социологические исследования», 1994. № 10. С. 187— 198.

[6] История политических и правовых учений: учеб. для вузов / под общ. ред. В.С. Нерсесянца. - 4-е изд., перераб. и доп. - м.: Норма, 2007. - С. 765.

[7] История политических и правовых учений: Учебник / Под ред. О.Э. Лейста. - М.: Юридическая литература, 1997. - С. 538.

[8] Соловьев, А.И. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов / А.И. Соловьев. - м.: Аспект Пресс, 2005. - С. 134.

[9] Соловьев, А.И. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов / А.И. Соловьев. - м.: Аспект Пресс, 2005. - С. 136.

[10] Соловьев, А.И. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов / А.И. Соловьев. - м.: Аспект Пресс, 2005. - С. 135.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий