регистрация / вход

Политические системы Великобритании

Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования СЕВЕРО-ЗАПАДНАЯ АКАДЕМИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ

Федеральное государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

СЕВЕРО-ЗАПАДНАЯ АКАДЕМИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ

КАФЕДРА

ПОЛИТОЛОГИИ

КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине “Политология”

тема: “Политические системы Великобритании”

Студентки 4 курса группы 919

Слесаревской Маргариты Николаевны

Научный руководитель

профессор, доктор философских наук

Кугай

Санкт-Петербург, 2010 г.

Оглавление

Введение.3

Теоретические аспекты партийных систем.3

1. Основные этапы генезиса британской партийной системы.7

2.Формирование политических партий и функционирование первой партийной системы.8

3. Вторая партийная система: борьба Либеральной и Консервативной партий (1867–1923).14

4. Третья партийная система: лейбористы против. 25

консерваторов.25

5. Заключение.42

Список литературы.44

Введение.

Теоретические аспекты партийных систем.

Партийная система является составной частью системы политической, она вписана в нее своей «головной частью», которую составляют парламентские фракции партий, получивших доверие избирателей и парламентские мандаты. Партийная система испытывает сильное воздействие институтов политической системы и сама оказывает на них определенное влияние. Это воздействие и влияние зависит от типа партийной системы. Еще Абботт Лоуэлл в начале XX в. заметил, что, во-первых, партийные системы являются функциями обществ, их производящих, что бипартизм или мультипартизм формируется в стране на основе определенных традиций, черт национального характера, исторического пути, пройденного страной; во-вторых, бипартизм гораздо лучше сочетается с парламентской системой правления, чем мультипартизм, а однопартийные кабинеты работают гораздо эффективнее многопартийных (коалиционных). «Разделение на две партии есть не только нормальный результат парламентской системы, но также главное условие ее успеха». [1]

Вплоть до нашего времени гипотеза Лоуэлла о связи между типом партийной системы и эффективностью деятельности правительства (и всей политической системы) и его аксиома о том, что однопартийные кабинеты более устойчивы, влиятельны и работоспособны, чем коалиционные, не только не подвергались сомнению, но и были развиты в концепции мажоритарной и консенсусной моделей демократии, базирующихся соответственно на бипартийной и мультипартийной системах. При этом двухпартийная система обладает прямым и косвенным преимуществом перед многопартийной Прямое преимущество заключается: во-первых, в определенности выбора избирателя, который (выбор) означает определенный, без дальнейшего согласования с другими политическими силами политический курс; во-вторых, в умеряющем воздействии бипартизма на общество, поскольку политические позиции двух соперничающих партий находятся в центральной части политического спектра и исключают радикализм. Косвенное преимущество заключается в возможности формирования стабильного и эффективного однопартийного правительства[2] , которое реализует «идеал ответственного правления». Существенным недостатком бипартизма являются ограниченность выбора избирателей и схожесть позиций двух ведущих партий. Отсюда вытекают преимущества мультипартизма, которые заключаются: во-первых, в возможности каждой социальной группе и даже каждому избирателю найти «свою» партию; во-вторых, в объединяющем большинство членов общества политическом курсе, реализуемым коалиционным правительством, состоящим из представителей нескольких партий; в-третьих, в возможности постепенного установления общественного консенсуса.

Эти выводы, сделанные по результатам исследования парламентских систем, были проверены на президентской модели правления. Американский политолог С. Мэйнуоринг одним из первых пришел к выводу о том, что «высокий уровень партийной фрагментации значительно повышает вероятность конфликта между исполнительной и законодательной ветвями власти в странах с президентскими формами правления… Напротив, биполярный формат партийной системы способствует ее большей стабильности и снижению конфликтности»[3] .

Завершил разработку концепции мажоритарной и консенсуальной демократии американец Аренд Лиджфарт, который выделил девять признаков сосредоточения власти в руках большинства (мажоритаризма), а именно:

1) контроль кабинета одной политической партией;

2) господство кабинета и контролирующей его партии в законодательном органе;

3) однопалатный (а не бикамеральный) законодательный орган, обеспечивающий наличие только одного парламентского большинства;

4) унитарная и централизованная правительственная система, обеспечивающая контроль парламентского большинства (победившей на выборах партии) на всей территории страны;

5) отсутствие конституционных ограничений кабинета и парламентского большинства, что означает отсутствие писаной конституции или возможность изменения писаной конституции простым парламентским большинством;

6) невозможность ограничения власти парламентского большинства путем судебного надзора, хотя при наличии возможности изменения писаной конституции простым парламентским большинством воздействие судебного надзора будет минимальным;

7) бипартийная (а не мультипартийная) система;

8) мажоритарная избирательная система в один тур;

9) при наличии предыдущих признаков в партийной системе и обществе в целом остается только одно главное расхождение — обычно по социально-экономическим проблемам или только деление на правых и левых[4] .

Как видим, почти все признаки мажоритаризма так или иначе касаются (а то и кладут в основу) партийной системы. Иначе говоря, именно от типа партийной системы во многом зависит, как функционирует вся политическая система общества.

Если мажоритарная партийно-политическая система способствует концентрации власти (хотя бы на определенное время) в руках одной партии и росту эффективности правления, но при этом передает общество под управление только одной или только другой политической силы, то консенсуальная партийно-политическая система ведет к поиску точек соприкосновения разных политических сил, и в конечном счете бесконфликтность правления достигается через согласие между многими партиями в правительстве и парламенте, что содействует политической консолидации общества. Это положение, собственно, и легло в основу методологии анализа бипартийной системы Великобритании.

1. Основные этапы генезиса британской партийной системы .

В истории развития партийной системы Великобритании можно выделить три этапа. Первый этап — с 1679 по 1867 г., характеризующийся противостоянием фракций вигов и тори, которые на протяжении этого периода времени постепенно превращаются в современные политические партии с развитой структурой и центральными органами управления. Второй этап — включая конец 1867 г. по 1923 г., характерный противостоянием уже не парламентских фракций, а современных политических организаций — Либеральной и Консервативной партий, которые, сменяясь у власти, правили страной. Третий этап — с конца 1923 г. по настоящее время, когда основная борьба проходила и идет между Консервативной и Лейбористской партиями.

В третьем этапе генезиса системы британских партий можно выделить период усиления влияния малых партий («Либерально-демократической» и «Националистических партий» Уэльса и Шотландии), существующий с 1980 г. по настоящее время и несколько изменивший (но, подчеркнем, не кардинально) бипартийный характер британской партиомы.

Эти три этапа развития партийной системы Великобритании, каждый из которых характеризуется иным качественным или количественным составом партий или иной структурой партиомы могут рассматриваться как три различные партийные системы.

2.Формирование политических партий и функционирование первой партийной системы.

Формирование партий и первой партийной системы совпало с переходом британского общества от доиндустриальных отношений, основанных на владении земельной собственностью, к эпохе индустриализма, под которой обычно понимают ускоренное, интенсивное развитие производительных сил и вызванное им изменение всех общественных отношений. Начало индустриализации обычно связывают с переходом от мануфактурного и ручного к промышленному и машинному производству. Промышленный переворот, с которого началась эта эпоха, впервые в мире произошел в Великобритании в 1760–1820 гг.

Эпоха индустриализма, как отмечалось, изменила внешний вид, организацию и образ действия британских партий[5] . Основные движущие силы и результаты этих перемен, по нашему мнению, заключались в следующем:

а) в изменении характера труда, в направлении массового производства, все большей рационализации и эффективности, все большей зависимости от рыночного спроса;

б) в изменении характера всех социальных отношений в сторону демократизации, равенства, расширения прав человека, роли общественных организаций и политических партий, вообще увеличения возможностей общества воздействовать на власть;

в) в изменении социальной структуры общества и усилении социальной мобильности. За счет увеличения рождаемости и снижения смертности, а также за счет перемещения массы сельчан в города в эпоху индустриализма начался устойчивый рост численности населения в целом и особенно в индустриальных районах Англии и Уэльса. Если в 1700 г. население Великобритании составляло 9 млн человек (для сравнения: население Франции в это время было 19 млн, а России — 17,5 млн человек), то уже первая перепись, проведенная в 1801 г., показала общую численность населения в 15,8 млн человек (на долю Англии приходилось 8,5 млн, Ирландии — 5,2 млн, Шотландии — 1,6 млн, Уэльса — 0,5 млн человек). При этом значительно увеличилось число мастеровых, шахтеров, моряков, сельскохозяйственных и фабричных рабочих, домашних слуг. Если в 1700 г. в сельском хозяйстве было занято 45–50% трудоспособного населения, то к 1800 г. эта доля снизилась до 35%, в то время как доля рабочих мануфактур и шахт повысилась до 29%. К концу XIX в. доля сельского трудоспособного населения упала до 15%;

г) увеличение населения вело к количественному росту электората, который требовал от партий ориентации не на элиту, а на широкие массы избирателей. В то же время архаичный избирательный закон, действовавший в начале XVIII в., допускал к урнам для голосования только 250–300 тыс. избирателей, что составляло 5,5% населения[6] ;

д) в демократизации политической системы, которая помимо государственных структур стала включать такие факторы, как партии, СМИ, общественные организации, профсоюзы, другие группы интересов;

е) в становлении и росте гражданского общества;

ж) в изменении внешней политики, которая заключалась в поддержке внешней торговли, колониальной деятельности и в ведении войн. Все четыре войны, которые вела Великобритания в течение 1739–1783 гг., преследовали в основном коммерческие цели. В течение рассматриваемого периода (1679–1867) была создана Британская империя, включавшая такие обширные колонии, как Индия, Канада, Вест-Индия, Южная и Центральная Африка, Австралия и Новая Зеландия.

Эпоха индустриализма — это время становления совершенно определенных политических партий, время, когда происходит изменение условий деятельности, структуры и организации партий-фракций и трансформация их в современные политические партии.

Формирование первых парламентских фракций и «прорастание» их в гражданское общество, появление протопартий, а затем и современных политических партий в Великобритании подробно изложено нами в истории партий[7] [8] . Именно отсутствие современных партий с развитой внутренней структурой, то есть постепенное формирование этой структуры, и является главной отличительной чертой первой партийной системы, формирование которой связано с парламентской деятельностью первых английских партий. Для английской партийной системы характерно доминирование в парламенте двух и только двух партий, одна из которых в результате выборов получает большинство мест в парламенте. Для первой партийной системы Англии было характерно чередование у власти фракций вигов и тори, которое прослеживается во всех бипартийных системах. Вообще, режим бипартизма часто сравнивают с движением маятника, который после отклонения в одну сторону неизбежно отклонится в другую. Действительно, сколько бы ни длилось правление одной партии при двухпартийном режиме, неизбежен переход власти к другой, конкурирующей партии. Маятниковое функционирование бипартийных систем наглядно прослеживается на примере всех трех партийных систем Великобритании. При этом в период функционирования первой партиомы, — и в этом состоит ее вторая отличительная черта, — вмешательство третьих партий практически отсутствовало, и вся борьба велась между фракциями вигов и тори (табл. 1).

В конце XVII в. и почти до самого конца XVIII в. в партийной борьбе доминировали виги. Они сыграли важную роль в изгнании династии Стюартов и приглашении на английский трон штатгальтера Голландии Вильгельма III Оранского, а затем — в утверждении Ганноверской династии. Кроме того, интересы вигов, опиравшихся на торговые, финансовые и промышленные круги, были тесно связаны с индустриализацией и географическими открытиями, развитием науки и промышленности, колониальной деятельностью, расширением рынков и обеспечением свободы мореплавания. Именно с деятельностью вигских правительств, под руководством Р. Уолпола (1720–1740), У. Питта Старшего (1750–1760), связано формирование парламентской системы, победоносные войны с Испанией, Францией и Россией, расширение Британской колониальной системы[9] .

В конце XVIII в. рост социальной напряженности в городах, волнения в Ирландии, военная неудача, приведшая к признанию независимости американских колоний, привели к власти тори, наибольшей популярностью среди которых пользовался У. Питт Младший, который несколько раз возглавлял правительство в течение 1780–1800 гг. Довольно длительное торийское правление объяснялось также (кроме личных качеств Питта Младшего и консолидации фракции тори) реакцией британского общества на крайности французской революции, во многом, кстати, предопределившей переход самого Питта вопреки семейной вигийской традиции в стан тори. Торийское правление с некоторыми перерывами длилось до 1830 г. (см. табл. 1)[10] (Всемирная история, 1957–1969).

Таблица 1. Функционирование первой партийной системы

Великобритании в XIX в.*

Период

Правящая партия

Премьер-министр

1809–1812

1812–1827

1827

1827–1828

1828–1830

1830–1834

1834

1834–1835

1835–1841

1841–1846

1846–1852

1852

1852–1855

1855–1858

1858–1859

1859–1865

1865–1866

1866–1868

1868

Тори

Тори

Тори

Тори

Тори

Виги

Виги

Тори

Виги

Тори

Виги

Тори

Тори и виги

Виги

Тори

Виги

Виги

Тори

Тори

С. Персиваль

Р. Б. Ливерпуль

Дж. Канинг

Ф. Дж. Годерич

А. Веллингтон

Ч. Грей

У. Мелборн

Р. Пиль

У. Мелборн

Р. Пиль

Дж. Рассел

Э. Дерби

Дж. Г. Абердин

Г. Дж. Пальмерстон

Э. Дерби

Г. Дж. Пальмерстон

Дж. Рассел

Э. Дерби

Б. Дизраэли

* Источники табл. 1, 2 и 3: Пономарев, Смирнова, 2000, с. 70, 216; Выборы во всем мире, 2001, с. 72–88.

В начале 1830 г. рост рабочего движения, требовавшего повышения заработной платы, улучшения условий труда, легализации профсоюзов и парламентской реформы, а также мирное развитие страны, позволявшее получить максимальный эффект от индустриализации, внешней торговли и эксплуатации колоний, привели к власти вигов, которые провели парламентскую реформу 1832 г. и управляли страной с небольшими перерывами до середины 1860-х годов (правительства Ч. Грея (1830), У. Мелборна (1830–1840), Дж. Рассела (1840–1860), Пальмерстона (1850–1860). За это время реально противостоять вигам смогло только правительство левых тори-пилитов во главе с Р. Пилем (см. табл. 1), отменившее пошлины на ввозимый хлеб и осуществившее целую программу свободной торговли, что обеспечило снижение цен не только на хлебные изделия, но и на другие английские товары, и способствовало превращению Великобритании в центр мировой торговли, росту уровня жизни практически всех слоев населения[11] .

3. Вторая партийная система: борьба Либеральной и Консервативной партий (1867–1923).

Вторая партийная система имела место не только в иное время: она находилась в иной стране, в ином, сильно изменившемся мире, в иную геополитическую эпоху. Следовательно, на нее действовали иные внешние (геополитические, геоэкономические, дипломатические, военные) и внутренние факторы (социальные, экономические, политические и др.).

Новые условия, в которых функционировала вторая партийная система Великобритании, новые вызовы заставляли ее по-новому реагировать на них, давать новые ответы. В то же время определенные закономерности развития политической системы, партийной борьбы создавали возможности для непрерывности и сохранения базовых характеристик партиомы.

Если первая партийная система формировалась в стране, ослабленной революцией и гражданской войной, в обществе, расколотом в религиозном, социальном, этническом и политическом отношении, в политической системе, находящейся в трансформации, то вторая партийная система имела место не только в значительно экономически и политически окрепшей стране, но в стране – лидере цивилизованного мира, в обществе, много более консолидированном, в достаточно сформировавшейся политической системе, ставшей образцом для подражания для многих стран.

Первая партийная система Великобритании образовалась в мире XVII–XVIII вв., передовые страны которого только вступали в стадию индустриализма и только создавали свои колониальные империи, вторая партийная система функционировала в условиях бурного развития науки и техники, в условиях освоения на новой технологической основе новых континентов и новых земель, установления новых сообщений: дипломатических, торговых, промышленных, пассажирских (железнодорожных, речных и морских). Лидером во всех этих процессах, преобразовывавших мир, выступала Британская империя, над которой «никогда не заходило солнце». Превосходство Великобритании стало особенно заметно после разгрома её главного соперника — империи Наполеона (1815) и победы над Россией в Крымской войне (1856). Именно тот мир британцы, да и многие европейцы и американцы, называли «Pax Britannica», а современные геополитики назвали бы однополярным миром с гегемонией Великобритании.

В то же время британское общество конца XIX–начала XX в. продолжало оставаться достаточно дифференцированным: и социально, и религиозно, и этнически, и политически. Увеличивающееся количество заводов, шахт, фабрик, верфей, магазинов, развитие сферы производства и обслуживания требовали все большего числа работников самых низких социальных статусов. Несмотря на разрастающееся число рабочей аристократии, служащих, обслуживающего персонала, слуг и др., вполне довольное условиями своего труда, индустриализация создавала все новые категории недовольных своим социальным положением.

В религиозной сфере государственное положение Англиканской Церкви постоянно плодило недовольных католиков (центром которых оставалась Ирландия), пуритан и вообще нетерпимых к господствующей Церкви и государству нонконформистов, становившихся социальной базой для радикальных анархистских и христианско-социалистических группировок. Наконец, четыре этноса, образовавших британскую нацию, выглядели единым народом только с внешней стороны, когда они представляли в мире единую Британскую империю. Во внутреннем плане этнические противоречия, накладывающиеся на социальные, религиозные и политические, способствовали появлению националистических партий и фактически раскалывали нацию (если вспомнить отделение Ирландии) на составные части.

Таким образом, вторая партийная система, с одной стороны, выступала как преемница первой, несла в себе ее характеристики, с другой — эта партиома имела довольно четко выраженные собственные характерные черты. Она отличалась от первой и количественно, и качественно. В качественном отношении она характеризовалась сменой одной из ведущих партий, в количественном — появлением малых партий.

Если взглянуть на британское общество того времени изнутри, с точки зрения партийной борьбы, то нельзя не согласиться с современным британским автором М. Пью, который период 1865–1885 гг. назвал «эрой гладстонианского либерализма», а период 1886–1905 гг. — «эпохой консерватизма»[12] . Третий период второй партийной системы (1905–1923 следует назвать «эпохой подъема лейборизма».

Конечно, вначале основное противостояние во второй партийной системе разворачивалось между только что сформированными Либеральной и Консервативной партиями, но в конце, уже в XX в., молодая Лейбористская партия активно и достаточно эффективно включилась в борьбу и вытеснила либералов на периферию партийной системы, в число «третьих партий» (табл. 2, где ИНП означает «Ирландская национальная партия», РП — «Лейбористская (Рабочая) партия», цифры после обозначений — количество мест в парламенте).

Таблица 2. Функционирование второй партийной системы Великобритании

(1868–1924)

Период

Правящая партия

Премьер-министр

Малые партии

1868–1874

1874–1880

1880–1885

1885–1886

1886

1886–1892

1892–1894

1894–1895

1895–1902

1902–1905

1905–1908

1908–1916

1916–1922

1922–1923

1923–1924

Либеральная

Консервативная

Либеральная

Консервативная

Либеральная

Консервативная

Либеральная

Консервативная

Консервативная

Консервативная

Либеральная

Либеральная

Либеральная

Консервативная

Консервативная

У. Гладстон

Б. Дизраэли

У. Гладстон

Р. Солсбери

У. Гладстон

Р. Солсбери

У. Гладстон

А. Розбери

Р. Солсбери

А. Бальфур

Г. Кэмпбелл-Баннерман

Г. Асквит

Д. Ллойд-Джордж

А. Бонар Лоу

С. Болдуин

ИНП — 59

ИНП — 61

ИНП — 86

ИНП — 85

ИНП — 81

ИНП — 82

ИНП — 82

ИНП, РП

ИНП, РП

РП — 57

РП — 142

РП — 191

В 1860–1880 гг. в «эру гладстонианского либерализма» преимущество имели либералы, на руку которым играли расширение электората (за счет изменения избирательного закона в первой парламентской реформе) и рост жизненного уровня среднего и рабочего класса. Рабочее движение, не имея собственной партии, предпочитало ориентироваться на либералов, выступавших за расширение избирательного корпуса, признание профсоюзов, прав и свобод человека, включая право на забастовки, создание профессиональных и политических организаций. Консерваторы, чувствуя, что теряют популярность у широких слоев общества, также провозглашали себя сторонниками реформ. Характерным в этом отношении стало прохождение через парламент второй избирательной реформы. Идею реформы высказывал еще премьер-министр либерального правительства Пальмерстон, который скоропостижно скончался в 1865 г. После него правительство либералов возглавил лорд Рассел, а лидером палаты общин стал молодой и энергичный Гладстон. Они и подготовили законопроект реформы, но поставить его на обсуждение не успели, уйдя в отставку. Проект парламентской реформы поставило на обсуждение правительство консервативного меньшинства, возглавляемое лордом Дерби и Дизраэли и провело его почти без изменений. В 1885 г. либеральное правительство Гладстона провело третью парламентскую реформу, значительно увеличившую ряды электората, но не давшую либералам решающего превосходства: правительства либералов и консерваторов продолжали сменяться по закону маятника.

Кроме численного роста избирательного корпуса факторами партийной борьбы и победы на выборах выступали: отношения партий с Англиканской Церковью и имущими классами; отношения партий с нонконформистами, то есть представителями протестантских деноминаций; отношения партий с рабочим движением, а затем и с профсоюзами; отношения с нарождавшимся женским движением, выступавшим за равноправие женщин и предоставление им избирательного права; отношения с националистическими и сепаратистскими движениями.

В условиях действия этих факторов в 1868–1886 гг. явное преимущество имели либералы, а их лидер Гладстон трижды возглавлял правительство. Лишь в 1874–1880 гг. консерваторам во главе с Дизраэли удалось победить на выборах, получив 356 мест в парламенте против 245 у либералов. Поражение либералов явилось итогом слишком быстрых и радикальных реформ в области образования и отделения Церкви от государства, а также из-за поддержки Гладстоном требования самоуправления Ирландии, напугавших имущие слои, предпринимателей и церковную элиту.

В «консервативную эпоху» 1880–1900 гг. преимущество получила Консервативная партия. Правительство Дизраэли, которое пришло к власти еще в «эпоху либерализма», в период довольно долгого правления (1874–1880) осуществило реформу жилищного строительства, здравоохранения, образования, провело меры, направленные на повышение качества продуктов питания и совершенствование деятельности профсоюзов. Общий смысл реформ Дизраэли заключался в сплочении нации, повышении жизненного уровня средних и нижних слоев, в убеждении правящего класса «выполнить свой долг по отношению к трудящимся». Во внешней политике Дизраэли продолжил линию на укрепление колониальной империи и «удачно» провел Берлинскую мирную конференцию, лишившую Россию почти всех завоеванных территорий в русско-турецкой войне 1877 г. и передавшую Великобритании «ключ к Средиземноморью» — остров Кипр.

Собственно, «эпоха консерватизма» наступила после провала попытки Гладстона предоставить Гомруль (Home Rule), самоуправление, автономию Ирландии в рамках Британской империи в январе 1886 г. <!--[if !supportFootnotes]-->[1]<!--[endif]--> Политический расчет Гладстона становится понятен, если учесть, что ирландские националисты имели в то время в парламенте более 80 мест (см. табл. 2). Политический кризис, вызванный провалом вопроса о гомруле, расколол Либеральную партию на либералов-сторонников Гомруля и либерал-юнионистов — ярых противников самоуправления, в котором они усматривали попытку полного отделения Ирландии от империи. Консервативную партию, как это и всегда бывает в партийной борьбе, политический кризис заставил, наоборот, сплотиться. Кроме того, она получила политические дивиденды, объединив усилия с Либерально-юнианистской партией против Либеральной партии [13] .

В Либеральной партии, даже после выхода из ее рядов юнионистов, всю «консервативную эпоху» царили разброд и внутреннее противостояние, вызванные соперничеством Гладстона и молодого политика из Бирмингема Джозефа Чемберлена, не только сумевшего сплотить и организовать городскую организацию либералов, но и создавшего в масштабах всей страны Национальную либеральную ассоциацию — прообраз центрального органа партии, которую он использовал в своей партийной и политической борьбе.

Кризис в партии, усиленный уходом Гладстона из активной политики (1906), брожение в интеллектуальных кругах либералов привели к пониманию, что программа классического, «старого» английского либерализма, либерализма XIX в., базировавшаяся на таких постулатах, как свободная торговля, парламентская реформа, борьба за права человека, оказалась в основном выполнена либо не пользовалась больше популярностью у избирателей <!--[if !supportFootnotes]-->[2]<!--[endif]-->. Возникла необходимость в новой либеральной идеологии, которая смогла бы возродить к жизни Либеральную партию.

Этим занимались молодые либеральные идеологи Д. А. Хобсон, Л. Т. Хобхаус, Г. Самуэль, которые сформулировали идеологию «нового либерализма», либерализма XX в., испытывавшего влияние социалистической теории, идей рабочего движения о том, что если личность и целые социальные группы не могут удовлетворить элементарные материальные потребности, то для осуществления свободы необходимо не только правовое, но и социальное равенство, для построения справедливого общества необходимо вмешательство государства в социальные и экономические отношения. Эта система идей получила название «новый либерализм» и была взята на вооружение Либеральной партией, сумевшей после 1905 г. преодолеть кризис и составить конкуренцию консерваторам.

Однако продвижение новых идей наталкивалось не только на растущее сопротивление консервативного меньшинства палаты общин, но и на противодействие палаты лордов. После побед на выборах в 1905–1916 гг. и формирования либеральных правительств Г. Кэмпбелл-Баннермана, Г. Асквита, Д. Ллойд-Джорджа палата лордов либо отвергала программные законопроекты либералов, либо поправками беспощадно выхолащивала их содержание. В 1909 г. лорды в ответ на планы правительства о введении земельного налога даже отвергли бюджет. Тогда либералы в 1911 г. провели закон о реформе парламента, согласно которому палата лордов лишилась права участвовать в выработке бюджетного законодательства, а палата общин получила возможность преодолевать вето лордов, если спорный билль три раза подряд получал одобрение в нижней палате.

В начале XX в. английские социалисты решили соединить социалистическую теорию и парламентскую практику, создав в 1893 г. Независимую лейбористскую партию (НЛП), которая своим названием подчеркивала свою независимость от уже существовавших ведущих партий и свою решимость вмешаться в парламентскую борьбу. В 1899 г. руководство НЛП и делегаты Британского конгресса тред-юнионов (БКТ) приняли решение создать Объединенную рабочую партию (ОРП), которая ведет свое начало с 1900 г. Название «Лейбористская партия» (ЛП или РП («Рабочая партия»), чтобы не путать лейбористов с либералами) она получила в 1906 г. Начиная с 1900 г. лейбористы принимают участие в парламентских выборах. Лейбористская партия не только привнесла в британское общество новую социалистическую идеологию, не только представляла собой новое качество организации — массовую партию, но и опиралась на «новое», четвертое сословие — рабочий класс и профсоюзы.

Лейбористская партия уже во второй партийной системе постепенно, но последовательно начала реализовывать свой идеологический, организационный и электоральный потенциал, постепенно увеличивая свое представительство в парламенте и вытесняя Либеральную и Консервативную партии (табл. 3).

Хотя лейбористы в 1923 г. набрали всего 30% голосов и не одержали абсолютной победы, с учетом создавшейся сложной экономической, социальной и политической ситуации в стране им было предоставлено право формирования правительства. И хотя правительство меньшинства Рамсея Макдональда вело очень осторожную и взвешенную политику, пригласив на ключевые должности либералов и консерваторов, не предпринимая попыток установить государственный контроль над экономикой и увеличить налоги для решения социальных проблем малообеспеченных британцев, оно продержалось всего девять месяцев. Тем не менее, был создан прецедент прихода к власти социалистической партии путем выборов. С этого прецедента ведет свой отсчет третья партийная система Великобритании.

Таблица 3. Количество мест ведущих партий в палате общин в период

трансформации качественного состава партиомы

Год выборов

в палату

общин

Количество мест

Лейбористской

партии

Количество мест

Либеральной

партии

Количество мест

Консервной

партии

1900

1906

1910

1918

1922

1923

2

29

40

57 (22%)

142 (29%)

191 (30%)

183

399

274

163

115

158

402

156

280

332

344

258

4. Третья партийная система: лейбористы против

консерваторов.

Несмотря на проявленную осторожность и весьма короткий срок правления первого лейбористского правительства, разочарование им левых радикалов и левоцентристских сил, программа лейбористов, делавшая упор на реформу социального обеспечения, сокращение безработицы и улучшение условий работы и жизни простых людей, его борьба за разоружение, мир и свободу торговли нашла отклик у многих избирателей. Ведущие политические партии поспешили включить в свои предвыборные платформы наиболее привлекательные лозунги лейбористов. Но правительство консерваторов, управлявшее страной в 1924–1929 гг., не смогло справиться с проблемами экономического кризиса и роста безработицы, которая к концу их правления превысила миллион человек. Поворот лейбористов лицом к рядовому и массовому избирателю быстро сказался на росте их популярности и количестве собираемых голосов: если 1924 г. — 33%, то в 1929 г. — 37%.

Таким образом, во-первых, новая политика лейбористов, направленная на завоевание «своего» избирателя, на поддержание прочных контактов с профсоюзами; во-вторых, исчерпанность партийной доктрины, потеря массового избирателя либералами; в-третьих, изменение условий партийной деятельности, экономический и социальный кризис и, шире, вообще изменение мира после Первой мировой войны — все это привело к смене формата партийной системы Великобритании. Итак, первая отличительная черта третьей партиомы заключается в смене ее качественного состава, то есть замены Либеральной партии Лейбористской, которая (замена) явилась реакцией на качественные изменения окружающей среды. Второй характерной чертой третьей партийной системы стало усиление правого и левого радикализма, которое проявилось, с одной стороны, в возрождении национализма, с другой — в проникновении в Великобританию коммунистических идей. Все это хоть и отразилось на количественном составе партиомы, увеличившемся за счет малых партий, а именно: Коммунистической партии Великобритании (КПВ создана в 1921 г.), Плайд Камри — Уэльской национальной партии (УНП, 1925), Шотландской национальной партии (ШНП, 1934), но в виду слабого влияния радикалов не привело к кардинальным, системным изменениям (табл. 4).

Таблица 4. Функционирование третьей партийной системы

Великобритании (1924 – настоящее время)

Период

Правящая партия

Премьер-министр

Малые партии, мест

1924

1924–1929

1929–1935

1935–1937

1937–1940

1940–1945

1945–1951

1951–1955

1955–1957

1957–1963

1963–1964

1964–1970

1970–1974

1974–1976

1976–1979

1979–1990

1990–1997

1997–2007

2007 – по наст. время

Лейбористская

Консервативная

Лейбористская

Консервативная

Консервативная

Консервативная

Лейбористская

Консервативная

Консервативная

Консервативная

Консервативная

Лейбористская

Консервативная

Лейбористская

Лейбористская

Консервативная

Консервативная

Лейбористская

Лейбористская

Р. Макдональд

С. Болдуин

Р. Макдональд

С. Болдуин

Н. Чемберлен

У. Черчилль

К. Эттли

У. Черчилль

Э. Иден

Г. Макмиллан

А. Дуглас-Хьюм

Г. Вильсон

Э. Хит

Г. Вильсон

Д. Каллагэн

М. Тэтчер

Д. Мейджор

Т. Блэр

Д. Браун

ЛП — 158

ЛП — 40

ЛП — 59

ЛП — 54

ЛП — 23, КПВ — 2

ЛП — 19

ЛП — 21

ЛП — 27

ЛП — 26

ЛП — 15

ЛП — 6, ШНП — 1

ЛП — 14, ШНП — 11, УНП — 3

ЛП — 11, ШНП — 2,

УНП — 2

ЛДП — 20, ШНП — 3

УНП — 4

ЛДП — 46, ШНП — 10, УНП — 2

Отметим, что Либеральная партия не исчезла вовсе, а перешла в разряд «третьих» политических сил, получая в парламенте сначала более 50, а затем — менее 30, а то и 20 мест (табл. 4). Второй приход лейбористов к власти состоялся достаточно быстро. Уже в 1929 г., получив 288 парламентских мандатов (против 260 у консерваторов), они сформировали правительство во главе с Р. Макдональдом. Второе лейбористское правительство продержалось шесть лет, хотя годы его правления успешными для Британии не назовешь. Экономический кризис продолжался. Уже в 1930 г. безработица охватила 2,5 млн человек, резко вырос бюджетный дефицит. Не справившись с серьезными социально-экономическими проблемами, Макдональд попытался уйти в отставку, но был поддержан консерваторами и либералами. Возникла идея национального правительства, то есть кабинета, руководимого лидером победившей партии, но составленного из представителей всех ведущих партий страны. Итак, фактически Великобританией в течение 1931–1940 гг. правило национальное правительство, что было вполне закономерным в условиях экономического кризиса и приближавшейся войны.

Вторая мировая война потребовала большого напряжения сил Британского государства и гражданского общества, явилась серьезным испытание для Британской империи, распад которой начался уже в 1947 г. с получением независимости Индией. Расходы правительства в течение войны выросли с 1,4 млрд ф. ст. до 6,1 млрд ф. ст., а государственный долг составил 3,5 млрд ф. ст. Большую часть этих расходов оплатило население, так как подоходный налог возрос с 25 до 50%. Экономические проблемы усугублялись низкими темпами роста. Если в Германии экономический рост составлял в те годы в среднем 4,5%, а в Японии более 10%, то в стране-победительнице Великобритании эта цифра не превышала 2,5%. В то же время массы простых людей не желали терять завоеванного материального благополучия и рассчитывали его увеличить, оказывая поддержку профсоюзам и голосуя за лейбористов (см.: Morgan, 1984, p. 582–594).

Третье лейбористское правительство было сформировано уже после войны, в 1945 г., Клементом Эттли. В отличие от предыдущих лейбористских кабинетов, оно имело подавляющее преимущество в парламенте и могло смело проводить в жизнь свою программу построения британского социализма. Только в 1945–1946 гг. по его инициативе было принято 75 новых законов, заложивших основу «государства социальных гарантий», и элементы плановой, регулируемой государством экономики, обещавших каждому британцу образование, здравоохранение и социальное обеспечение, включая дешевое муниципальное жилье за государственный счет, высокие шансы получения работы, а в случае неудачи — приличное пособие по безработице. Уже в 1950 г. 1 млн британцев с низкими доходами из 45-миллионного населения получил социальную помощь. Реформа лейбористов не уничтожила частную медицину и частное образование, она выстроила рядом с ними государственные системы социального обеспечения, на практике доказывая тезис о возможности врастания социализма в капитализм.

Но высокие государственные расходы на социальную и военную (Британия в 1949 г. вступила в НАТО) сферу, а также экономический кризис конца 1940-х годов продолжали быстро увеличивать государственный долг. В этих условиях правительство урезало возможности «государства социальных гарантий» и девальвировало фунт стерлингов. Однако эти меры снизили популярность лейбористов, и на выборах 1951 г. победили консерваторы.

Тринадцатилетнее правление консервативных правительств У. Черчилля, Э. Идена, Г. Макмиллана и А. Дуглас-Хьюма в 1951–1964 гг. проходило на фоне успешной войны в Корее (1951–1952), окончание которой совпало с промышленным подъемом и позволило перейти от политики жесткой экономии, стоившей лейбористам власти, к консервативной политике стимулирования бизнеса и внешней торговли, снижения налогов, безработицы и увеличения зарплат. Критика консерваторами лейбористского внутриполитического курса заключалась на словах в «освобождении народа от бремени социалистического государства», но фактически все консервативные правительства придерживались линии на обеспечение социальных гарантий, увеличение занятости, на взаимопонимание с профсоюзами. Кроме того, снижению популярности социализма служило складывающееся в обществе мнение, что государственный социализм достиг пика своих возможностей и дальнейшее развитие заключается не в огосударствлении, а в построении более гибкой и самонастраивающейся смешанной экономики. Во внешней политике правление консерваторов, несмотря на все их усилия, привело к потере статуса великой державы и продолжению дезинтеграции Британской империи. На смену самостоятельному имперскому курсу приходила «атлантическая солидарность» и «стратегический союз с США».

Именно в этот период в британской внутренней и внешней политике, как и в партийно-политической системе, либерально-консервативный консенсус был окончательно заменен лейбористско-консервативным, заключавшимся в признании консерваторами важности развития социальной сферы общества и в принятии лейбористами линии на укрепление НАТО и противостояние СССР.

После довольно длительного правления консерваторов вновь наступила «эра лейбористов», которые, пройдя многолетнее «лечение оппозицией», выиграли выборы в 1964 г. Лейбористские правительства Гарольда Вильсона (дважды) и Дэвида Каллагэна почти непрерывно правили Британией в 1964–1979 гг. с перерывом, вызванным правлением правительства консерваторов Эдварда Хита в 1970–1974 гг.

Хотя лидер лейбористов Г. Вильсон был профессиональным экономистом, имел опыт работы в государственном аппарате и хорошо понимал необходимость экономической модернизации страны, его кабинету так и не удалось справиться с огромным дефицитом платежного баланса, а попытки удержать фунт стерлингов от инфляции повышением банковских ставок только затормозили экономический рост и усилили платежный дефицит. Другими словами, Британия продолжала жить не по средствам, отставая от других развитых стран. Для решения финансово-экономических проблем страна нуждалась в американской поддержке, но в ответ США, которые в то время вели вьетнамскую войну, требовали сохранения британского присутствия на Дальнем Востоке. Наконец, экономические проблемы и требования левых лейбористов заставили Вильсона объявить о сворачивании военного присутствия к «востоку от Суэца» и о вступлении Великобритании в Европейское экономическое сообщество. С другой стороны, Вильсон не прислушался к требованию движения за ядерное разоружение, требовавшего отказа Британии от ядерного оружия.

Именно неспособность послевоенных правительств решить финансово-экономические проблемы, постоянное отставание Великобритании от передовых держав, в число которых, кроме США, вошли Япония, Германия и Франция, привели в 1979 г. к власти правительство консерваторов во главе с «железной леди» М. Тэтчер, которая решительно отмежевалась от попыток построить социализм «с полным и бесплатным социальным обеспечением всех нуждающихся», что на практике требовало постоянного увеличения социальных расходов и повышения налогов. Высокие налоги тормозили экономический рост и круг замыкался. Она отказалась от политики субсидирования неэффективных предприятий, что не только вело к оздоровлению экономики, но и сказалось на росте безработицы и забастовочного движения. Чтобы сдержать инфляцию, Тэтчер отказалась от кейнсианских методов сглаживания «ям» и «пиков» экономических циклов и, опираясь на наработки монетаристов Фридмана и Хайека, усилила контроль за банковской ставкой. Ситуация усугубилась экономическим спадом и дальнейшим ростом безработицы, которая к 1985 г. выросла до 3,2 млн человек. Предприятия, не выдерживавшие экономических трудностей, не получали государственных субсидий и объявлялись банкротами, а новые производства не обеспечивали рабочие места для всех нуждающихся. После снятия финансовых ограничений во второй половине 1980-х годов начался бурный подъем экономики, который в дальнейшем поддерживался правительством монетаристскими методами. Общим направлением политики правительства Тэтчер, получившей название «тэтчеризм», стало снижение роли государства и опора на рыночные механизмы в экономике, приватизация государственной собственности, уменьшение социальных гарантий и борьба за эффективность во всех сферах общества. Во внешней политики тэтчеризм вылился в усилении критики советского опыта построения социализма, неэффективности правительств африканских и азиатских стран, входящих в Содружество, и в отказе от европейской интеграции. Хорошие отношения у кабинета Тэтчер сохранялись с президентом Рейганом, проводившим в США аналогичный монетаристский курс и сотрудничавшим с М. Тэтчер по широкому кругу вопросов от регулирования экономики до обеспечения британских ядерных сил новыми баллистическими ракетами «Трайдент». Фолклендский кризис в 1982 г., когда аргентинские вооруженные силы заняли находящиеся недалеко от побережья Южной Америки Фолклендские острова, принадлежащие Великобритании, чуть было не стоил Тэтчер кресла премьера, но она, проявив качества «железной леди», вернула острова комбинированным ударом ВВС, ВМС и морской пехоты. Завершение фолклендского кризиса, как и любая «маленькая победоносная война», вызвало патриотический подъем и укрепило положение правительства консерваторов, которые дважды выиграли после этого парламентские выборы 1983 и 1987 гг. и правили вплоть до 1990 г. Опросы общественного мнения конца 1980-х годов показывали, что многие представители высшего и среднего класса, а также рабочая аристократия положительно оценивают правление Тэтчер, но нижние слои общества были разочарованы урезанием социальных гарантий, не верили в эффективность монетаризма и были опять готовы вернутся к политике социальных гарантий[14] .

Это было время формирования нового типа партии — универсальной партии, ориентированной не на конкретный класс, а на многие социальные группы, на большинство избирателей; партии, заинтересованной не в увеличении членства (хотя и это важно для развития ее структуры), а в росте электората, обеспечивающем победу на выборах. Поддержка частью рабочего класса политики «не своих» лейбористов, а консерваторов, как и переход электората, традиционно разделявшего консервативные ценности, на лейбористские позиции — это только часть универсализации партий, но и она хорошо показывает динамику этого процесса в Великобритании: если в 1950-х годах индекс классового голосования, вычисленный сложением разностей голосов, отданных за «свою» и «чужую» партию, для обеих партий доходил до 82, то к концу 1990-х годов он упал до 27 (табл. 5).

Таблица 5. Индекс голосования по классовому признаку на всеобщих

выборах 1945–1997 гг.*

Год

выборов

Средний класс (конс.)

Средний класс

(лейб.)

Рабочий класс (конс.) Рабочий класс (лейб.)

Индекс

классового

голосования

1945 63 28 29 62 68
1950 68 23 32 59 72
1951 75 22 34 63 82
1955 70 23 32 62 77
1959 67 21 30 57 73
1964 62 22 28 64 76
1966 60 26 25 69 78
1970 64 25 33 58 64
февр. 1974 53 22 24 57 64
окт. 1974 51 25 24 57 59
1979 60 23 35 50 52
1983 55 17 35 42 45
1987 54 20 35 45 44
1992 56 24 36 51 47
1997 38 40 29 58 27

* Источник: Dearlove, Saunders, 2000, p. 143.

Динамику выборов в условиях бипартийных систем вообще и британской партиомы в частности удовлетворительно объясняет так называемый «колокол Даунса» — график электоральной поддержки, который строится на основании теории рационального выбора Энтони Даунса и который получил название «модель центростремительной конкуренции» (схема 1). Этот график строится из предположения, что избиратели руководствуются рациональными мотивами наибольшей выгоды и предпочитают отдавать голоса умеренным партиям (располагающимся ближе к центру), а не радикалам, призывающим к перетряске устоявшейся общественной структуры. Графически Даунс представил действие этой закономерности в виде колокола. В случае британской бипартийности 1940–1960 гг., отмеченной заметной поляризацией, как отметил А. Громыко, колокол Даунса имел две ярко выраженные вершины, которые показывали, что ни одна из ведущих партий, ориентируясь только на «своего» избирателя, не могла стать постоянно доминирующей силой, и власть переходила от одной партии к другой, не задерживаясь на центристских позициях[15] .

Центробежная конкуренция партий представлена на схеме 1, где М1 и М2 — политические позиции соответственно Лейбористской и Консервативной партий, В — позиция политического центра партийной системы, тогда (М1 — В) — позиции правых избирателей-лейбористов, (В — М2) — позиции левых избирателей-консерваторов. Такая партийная система обретала устойчивость при сравнительно небольшом количестве центристского электората (на схеме его изображает центральный провал), на который претендовали обе партии. Действительно, в те годы доля «блуждающих» голосов в центре: (В1 — В) лейбористов и (В — В2) консерваторов не превышала 20, максимум 30%.

Схема 1. Модель центробежной конкуренции партий

В условиях существенного роста среднего класса, заполнявшего в первую очередь центристские политические позиции и универсализации британских партий в 1970–1990 гг., обратившихся ко всем слоям общества, но в первую очередь именно к среднему классу, колокол Даунса постепенно становится одновершинным, так как подавляющее большинство избирателей теперь занимают умеренные позиции, а обе партии «собирают» голоса ближе к центру. Теперь устойчивость партийной системы обеспечивается не поляризацией на два противостоящих лагеря, а сближением позиций политических партий. Такое положение вещей адекватно представляет модель центростремительной конкуренции партий (схема 2).

Последний период третьей партийной системы Великобритании, — и здесь вновь сработало правило маятника, — стал очередной «эрой лейборизма», которую открыла победа на парламентских выборах и формирование правительства лейбористов под руководством Тони Блэра в 1997 г.

Период правления Блэра прошел под знаком новой политической философии лейбористов — философии «третьего пути». В интерпретации самого лидера лейбористов «третий путь» современного, «нового» лейборизма вытекает из программы президента США 1990-х годов Билла Клинтона и его команды «новых демократов».

Схема 2. Модель центростремительной конкуренции партий

<!--[if mso & !supportInlineShapes & supportFields]><![endif]-->

A L M 1/t T C

<!--[if !vml]--><!--[endif]--><!--[if mso & !supportInlineShapes & supportFields]> <![endif]-->

«Новые демократы» полагали, что государство может и должно быть одновременно и минималистским, то есть минимально вмешивающимся в развивающуюся по своим закономерностям рыночную экономику, и прогрессивным, то есть отвечающим не за прибыли ведущих корпораций, а обеспечивающим развитие всех слоев общества. При этом занятость обеспечивается так называемым «гибким рынком труда» и сбалансированным, а не раздутым за счет социальной сферы бюджетом.

Сбалансированность бюджета достигается такими мерами, как увязывание права на социальные субсидии с решением проблемы трудоустройства (другими словами, кто не собирается устраиваться на работу, тот не получает субсидии), как гарантии не столько стабильной занятости, сколько возможности переквалификации, и т. д. Как видим, своим подходом к решению социальных проблем «новые демократы» пытались найти равновесие, или, как они выражались, «третий путь», между государством благосостояния «новых левых» и минимальным государством «новых правых».

Риторику «третьего пути» «новых демократов» взял на вооружение лидер лейбористов Блэр, который стал понимать под «третьим путем» программу «нового лейборизма», основывавшуюся на «старых» лейбористских ценностях солидарности, равенства, справедливости и новых наработках американских «новых демократов» и английских «новых правых», тэтчеристов. В результате лейбористская идеология пополнилась такими ценностями, как равенство возможностей, сообщественность, социальная включенность индивидов, взаимная ответственность государства и личности, демократизация общества и государства, подотчетность последнего первому.

Программа лейбористов конца XX–начала XXI в. сохраняет возможности активной государственной политики, но использует адресную методику ее применения или так называемую «страховочную сетку», когда государственные средства, предназначенные на социальные нужды, не распыляются и не разворовываются, а направляются точно по индивидуальному адресу и максимально эффективно используются. То же касается отношения государства к различным формам собственности. Государство сохраняет равновесие и не отдает предпочтение ни приватизации, ни национализации. Государственная собственность должна так же, как и частная, использоваться максимально эффективно, а частная, так же как и государственная, — приносить пользу обществу. Государство не должно забывать и о сохранении равновесия между различными социальными группами общества.

Вообще «новые лейбористы» стараются уходить от традиционных разделений на левых и правых, на индивидуалистов и коллективистов, на частное и общественное, на «первый» и «второй» путь, а искать равновесие, попытаться максимально исчерпать возможности обоих подходов. Это касается не только системы социального обеспечения и взаимоотношений государства и гражданского общества, но и здравоохранения, образования, отношения к профсоюзам, к бизнесу и др.

При этом «новый левоцентризм», как иногда называют свою систему ценностей «новые лейбористы», не порывая со «старой» лейбористской традицией, находит новые точки соприкосновения как с консервативной идеологией «новых правых», так и с «новым» британским либерализмом. Возможно, именно такая широкая трактовка лейбористской идеологии помогает Лейбористской партии расширять круг своих избирателей и удерживать власть на протяжении последних одиннадцати лет[16] .

Итак, с точки зрения партийной конкуренции третья британская партиома, как и предыдущие, функционирует в режиме маятника, образовав в своем развитии пять консервативно-лейбористских циклов, ознаменовавшихся сменой правящей партии, а именно:

1) правление консервативного правительства в 1924–1929 гг., сменившееся правлением лейбористского правительства в 1929–1935 гг.;

2) правление консерваторов в 1935–1945 гг., сменившееся правлением лейбористов в 1945–1951 гг.;

3) правление консерваторов в 1951–1964 гг., сменившееся правлением лейбористов в 1964–1970 гг.;

4) правление консерваторов в 1970–1974 гг., сменившееся правлением лейбористов в 1974–1979 гг.;

5) правление консерваторов в 1979–1997 гг., сменившееся правлением лейбористов с 1997 г. по настоящее время.

Обратим внимание, что длительность правления лейбористов никогда не превышала шести лет и только в последнем цикле достигла 11 лет, что считается большим успехом Лейбористской партии. Ради этого Т. Блэр, потерявший популярность из-за участия Британии в иракской войне и операции НАТО в Афганистане, ушел в отставку и передал пост премьер-министра своему заместителю по партии Д. Брауну.

По мнению некоторых политологов, в настоящее время британская партиома имеет тренд к трехпартийности или системе «двух с половиной партий», при этом под «половиной» понимается Либерально-демократическая партия [17] . Однако большинство исследователей продолжают считать британскую партийную систему классически бипартийной.

Ответ на какие-либо сомнения дает рассмотрение британской партиомы не самой по себе, а в комплексе с политической и избирательной системами. Структура британского парламентаризма, характер мажоритарной партийно-политической системы и особенно мажоритарная избирательная формула, не дающая возможности малым партиям реализовать свой потенциал, гасят интенции количественного роста, позволяя иногда проявлять себя интенциям качественного роста.

На периферии партийной системы Великобритании в разное время возникали и, очевидно, будут возникать различные «третьи» партии, отражающие нарастание тех или иных проблем общества (роста религиозных противоречий, националистических, радикально-социалистических настроений, появления коммунистических, фашистских взглядов и т. д.), но все они (проблемы общества), так или иначе, находили решение в парламенте при участии ведущих партий страны (табл. 6).

Таблица 6. Показатели выступления партий, прошедших в палату общин,

на всеобщих выборах 1945–2005 гг.*

Год выборов

Количество партий

Количество мандатов малых партий

1945 8 34
1950 6 11
1951 6 9
1955 5 8
1959 5 7
1964 4 9
1966 5 14
1970 8 12
февр. 1974 9 37
окт. 1974 10 39
1979 11 27
1983 11 44
1987 11 44
1992 9 44
1997 10 75
2001 9 81
2005 10 92

* Источник: Громыко, 2007, с. 10.

5. Заключение.

В настоящее время структуру партийной системы Великобритании можно представить как пятиуровневую конструкцию, с неравными статусами и функциями партий каждого уровня.

1-й уровень , который составляют ведущие партии: Консервативная и Лейбористская, завоевавшие на выборах 1997 г., например, соответственно 165 и 418 парламентских мест. В политической системе они представлены официальными структурами: фракцией парламентского большинства и правительством и фракцией парламентского меньшинства.

2-й уровень , на котором находятся «третьи» партии (в Великобритании их чаще называют «малые партии» (small parties), то есть политические организации, представленные в парламенте, но не входящие в его официальные структуры и поэтому оказывающие несравнимо меньшее влияние на парламентские решения. По результатам выборов 1997 г., например, это — Либерально-Демократическая партия (ЛДП — 46 мест), Социал-демократическая рабочая партия Северной Ирландии (СДРПСИ — 3), Шотландская национальная партия (ШНП — 10), Объединенная юнионистская партия (ОЮП — 10 мест), Уэльская национальная партия (УНП — 2), Шинн фейн (ШФ — североирландская националистическая партия — 2), Демократическая юнионистская партия (ДЮП — североирландская партия, выступающая за союз с Великобританией, — 2). Если ведущие партии играют главную роль в политической жизни, то «малые партии» — лишь вспомогательную, если партии 1-го уровня определяют течение политического процесса, то партии 2-го уровня только дополняют и детализируют его.

3-й уровень — это, если так можно выразиться, уровень «четвертых» партий, то есть организаций, участвующих в выборах, но не набирающих достаточного количества голосов, чтобы завоевать парламентские места. Например, кроме «третьих» партий в 1997 г. принимали участие, но не провели в парламент ни одного кандидата: Коммунистическая партия Великобритании (КПВ), Рабочая революционная партия (РРП), Социал-демократическая партия (СДП), партия «Социалистическое равенство» (ПСВ), Партия естественного закона (ПЕЗ), Партия пацифистов (ПП), Партия гуманистов (ПГ), Партия «зеленых» (ПЗ), Партия лунатиков (ПЛ) и др. Всего в парламентских выборах 1997 г. приняла участие 31 партия.

4-й уро вень — региональные партии, которые принимают участие только в региональных выборах и формируют (разумеется, вместе с национальными партиями) региональные партийные системы. Здесь они не рассматриваются.

5-й уровень — это существующие, но не участвующие в выборах микроскопические партии-зрители. Если учесть, что в настоящее время в Великобритании зарегистрировано более 200 партий, а участвовала в выборах 1997 г. только 31 организация, то 5-й уровень представляют более 170 малочисленных и малоизвестных маргинальных партий.

Список литературы.

1. Алмонд Г., Пауэлл Дж., Стром К., Далтон Р. Сравнительная политология сегодня: мировой обзор: Учеб. пособие. М., 2002. С. 287–385.

2. Великобритания: политика, экономика, история. М., 1995.

3. Великобритания: эпоха реформ / Под ред. А. А. Громыко. М., 2007.

4. Всемирная история. М., 1957–1969. Т. V–VIII.

5. Всеобщая история государства и права / Под ред. К. И. Батьера. М., 1999.

6. Выборы во всем мире. Электоральная свобода и общественный прогресс. Энциклопедический справочник / Сост. А. А. Танин-Львов. М., 2001. С. 72–88.

7. Громыко А. А. Модернизация партийной системы Великобритании. М., 2007.

8. Джанда К. Сравнение политических партий: исследования и теория // Современная сревнительная политология: Хрестоматия / Науч. ред. Г. В. Голосов, Л. А. Галкина. М., 1977. С. 84–143.

9. Исаев Б. А. История партий. СПб.: Изд-во БГТУ, 2007а. С. 167–169.

10. Исаев Б. А. Партология. Ч. I. История партий: Учеб. пособие. СПб., 2007б. С. 96–98, 122–132, 176–188.

11. Касимовский Е. П. Партийная система Великобритании. М., 1998.

12. Крылова Н. С. Центральные государственные органы Великобритании. М., 1985.

13. Лейпхарт А. Партийные системы. Двухпартийные и многопартийные системы // Партии и выборы: Хрестоматия / Отв. ред. и сост. Н. В. Анохина, Е. Ю. Мелешкина. Ч. 1. М., 2004.

14. Лиджфарт А. Правление большинства в теории и на практике // Международный журнал социальных наук. 1991. № 2. С. 60–72.

15. Лихтенштейн А. В. Политические партии и российский президенциализм: границы применения теорий // Партии и выборы: Хрестоматия: В 2 кн. / Отв. ред. и сост. Г. Н. Андреева, Н. В. Анохина, Е. Ю. Мелешкина. М., 2004.

16. Лоуэлл А. Правительства и политические партии в государствах Западной Европы. М., 1905.

17. Мир политической мысли: Хрестоматия по партологии: В 4 кн. / Под ред. Б. А. Исаева, А. К. Голикова. СПб., 2002–2004.

18. Политическая система Великобритании / Под ред. Н. С. Крыловой. М., 1984.

19. Пономарев М. В., Смирнова С. Ю. Новая и Новейшая история стран Европы и Америки. М., 2000.

20. Пью М. История Великобритании: 1789–2000. М., 2003.

21. Страны мира: Справочник. 1999 / Под общ. ред. И. С. Иванова. М., 1999.

22. Суматохин Е. К. Великобритания: Справочник. М., 1999.

23. Трухановский В. Г. Новейшая история Англии. М., 1998.

24. Черниловский З. М. Всеобщая история государства и права. М., 1996;

25. Черчилль У. С. Британия в Новое время (XVI–XVII вв.). Смоленск, 2006.

26. Dearlove J., Saunders P. Introduction to British Politics. 3rd edition. Cambridge: Polity Press, 2000.

27. <!--[if !supportFootnotes]-->

28.

29. <!--[endif]-->

30. <!--[if !supportFootnotes]-->[1]<!--[endif]--> В исторических источниках указывается, что впервые Гомруль был предложен в 1869 г. Батом.

31. <!--[if !supportFootnotes]-->[2]<!--[endif]--> В «Истории партий» мы вывели закономерность о том, что партия, выполнившая свою программу, лишается стимулов к существованию. М. Пью подтверждает эту закономерность.


[1] Лоуэлл А. Правительства и политические партии в государствах Западной Европы. - М.,- 1905. – С. 49, 50,67-74.

[2] Лейпхарт А. Партийные системы. Двухпартийные и многопартийные системы // Партии и выборы: Хрестоматия / Отв. ред. и сост. Н. В. Анохина, Е. Ю. Мелешкина. Ч. 1.- М.,- 2004. –С. с. 28–29

[3] Лихтенштейн А. В. Политические партии и российский президенциализм: границы применения теорий // Партии и выборы: Хрестоматия: В 2 кн. / Отв. ред. и сост. Г. Н. Андреева, Н. В. Анохина, Е. Ю. Мелешкина. - М., - 2004. – С. 166.

[4] Лиджфарт А. Правление большинства в теории и на практике // Международный журнал социальных наук. - 1991. - № 2. - С. 60–72.

[5] Исаев Б. А. История партий. СПб.: Изд-во БГТУ, 2007а. - С. 167–169.

[6] Пью М. История Великобритании: 1789–2000. - М., 2003. – С.48-57.

[7] Исаев Б. А. История партий. СПб.: Изд-во БГТУ, 2007а. - С. 167–169.

[8] Исаев Б. А. Партология. Ч. I. История партий: Учеб. пособие. СПб., 2007б. С. 96–98, 122–132, 176–188.

[9] Всемирная история. М., 1957–1969. Т. V–VIII.

[10] Всемирная история. М., 1957–1969. Т. V–VIII.

[11] Пью М. История Великобритании: 1789–2000. - М., 2003. – С.48-65.

[12] Пью М. История Великобритании: 1789–2000. М., 2003.c. V.

[13] Пью М. История Великобритании: 1789–2000. М., 2003.c. V.

[14] Пью М. История Великобритании: 1789–2000. М., 2003.- С. 273–284

[15] Громыко А. А. Модернизация партийной системы Великобритании. М., 2007. – С. 79-84.

[16] Громыко А. А. Модернизация партийной системы Великобритании. М., 2007. – С. 115-118.

[17] Громыко А. А. Модернизация партийной системы Великобритании. М., 2007. – С. 2-20.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий