регистрация / вход

Судебная власть

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НЕЗАВИСИМЫЙ ЭКОЛОГО-ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ ВТОРОЙ КУРС РЕФЕРАТ по: Конституционному праву зарубежных стран

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НЕЗАВИСИМЫЙ

ЭКОЛОГО-ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

ВТОРОЙ КУРС

РЕФЕРАТ

по: Конституционному праву зарубежных стран

на тему: «Судебная власть».

Преподаватель: АРТАМОНОВА С.Н.

г. Москва

1999г.

ПЛАН:

1. Общая характеристика судебной власти

А) Понятие и социальная функция

Б) Структура судебной власти

В) Статус судей, прокуроров, следователей

Г) Высшие органы судейского самоуправления

2. Конституционно-правовые принципы организации и деятельности судебных систем

А) Принципы организации

Б) Принципы деятельности

В) Системы судов общей юрисдикции

Г) Административная юстиция

3. Конституционный контроль и конституционная юстиция

А) Понятие конституционного контроля

Б) Объекты конституционного контроля

В) Виды конституционного контроля

Г) Органы конституционного контроля

Д) Организация конституционных судов (советов)

Е) Конституционное судопроизводство

4. Органы и учреждения, содействующие судебной власти

А) Прокуратура

Б) Адвакатура

5. Список используемой литературы

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ

1)Общая характеристика

А) Понятие и социальная функция. Если законодательная власть и исполнительная власть возлагаются конституциями на один-два высших государственных органа, то с судебной властью дело обстоит значительно сложнее. Она возложена на вето совокупность судебных органов от самых низовых до верховных. Каждый из судебных органов, независимо от своего места в системе, разрешает конкретные дела совершенно самостоятельно, руководствуясь исключительно законом и правосознанием. Каждый судебный орган, а не только верховный суд, является носителем судебной власти. Совокупность судов (а порой их деятельность) именуется юстицией (от лат. justitia — справедливость).

Деятельность суда по разрешению правовых конфликтов называется юрисдикционной, а предметная и пространственная сфера такой деятельности —юрисдикцией (лат. jurisdictio — судебное разбирательство; судебныйокруг). Юрисдикционная деятельность может быть в известных пределах присуща и представительным и административным органам, однако подобные случаи суть исключение из правила и, кроме того, такая деятельность административных органов в демократическом государстве всегда подконтрольна суду.

Юрисдикционная деятельность судов представляет собой правосудие, то есть вынесение подлинно правовых решений по разбираемым конфликтам. Это достигается благодаря. применению специальных процессуальных форм, призванных гарантировать права человека в судебном процессе и облегчить по каждому рассматриваемому делу установление истинных его обстоятельств.

Социальная роль судебной власти в демократическом обществе заключается в том, чтобы в разного рода юридических конфликтах обеспечивать господство права, выраженного прежде всего в конституциях и других законах, международных договорах, а также в приравненных к закону или подзаконных высокого уровняактах указах, декретах, ордонансах, внутригосударственных публично-правовых договорах и т.п. Примечательно, что во многих странах законно изданные нормативные акты ведомственного характера, не говоря уже об актах местного значения, источниками права не признаются. Они обязательны к исполнению соответствующими субъектами, но их правовая обоснованность может быть в любое время относительно легко оспорена и проверена. В странах англосаксонской правовой системы суд в случаях пробелов в законодательстве руководствуется также прецедентным, или общим, правом, включая создание прецедентов высшими судами страны.

В связи с функцией судебной власти встает вопрос о влиянии политического фактора на ее деятельность. По логике, такое влияние должно бы быть исключено. Если законодательная власть иисполнительная власть не только постоянно находятся под непосредственным воздействием политических сил, но и сами представляют собой активную политическую силу, то судебная власть должна бы быть полностью деполитизирована, ибо в противном случае она не сможет быть беспристрастной (пристрастный судья — не судья), а при разрешении дел будет руководствоваться не правом, а политической целесообразностью.

Да, по идее это должно бы быть так. Известно латинское изречение: «Fiat justitia, регеаt mundus!» («Да свершится правосудие, хотя бы погиб мир!"), служившее девизом германскому императору Фердинанду I (1556—1564), Оно означает, что право должно при­меняться судом, несмотря ни на какие политические и иные пос­ледствия. Но даже самая гениальная идея в жизни обычно не может быть реализована в голом виде, ибо попытки реализовать ее таким образом часто дают обратные результаты, в чем мы в своей истории уже неоднократно получали возможность убедиться. И кому будет нужно правосудное решение, если мир из-за него по­гибнет?

На практике, конечно, полная деполитизация судебной власти невозможна. Судьи, особенно при разрешении дел в сфере публич­ного права (его недаром называют политическим правом), не могут не предвидеть политических последствий тех или иных своих ре­шений, а вынося решения, не могут не считаться с этими послед­ствиями.

В противном случае суд утрачивает самостоятельность и пре­вращается в простой придаток других ветвей власти, как это имеет место при авторитарных, а особенно тоталитарных режимах, когда действует хорошо нам известное «телефонное право» и суд часто выступает орудием политической расправы.

В общем судебная власть — это инструмент, посредством ко­торого право воздействует на общественные отношения. Инстру­мент не единственный, но главнейший в конфликтных случаях. Из всех властей судебная власть — слабейшая: она не опирается на волеизъявление избирателей, как законодательная власть, и не располагает силовыми структурами для принуждения, как власть исполнительная. Но сила судебной власти в уважении цивилизованного общества к праву и к суду как его профессиональному толкователю и справедливому применителю. Не случайно в западных странах юристы не сразу могут взять в толк, о чем идет речь, когда мы спрашиваем их о последствиях неисполнения судебных решений. Они не могут себе представить, как это возможно — не исполнить решение суда.

Сказанное не значит, что в демократических странах суд всегда и обязательно справедлив, что судебные решения всегда и обяза­тельно правосудны. Есть, конечно, и противоположные случаи. Может быть, их иногда значительно больше, нем кажется допустимым. Но все же это именно случаи, а не система; иначе никакой демокра­тический режим, никакой конституционный строй вообще невозмо­жен. Суд — это последний бастион, последний рубеж демократии; если он подчинен "телефонному праву» (неважно, чьим указаниям он внимает — партийного лидера, президента страны или пахана преступного сообщества) либо если судебные решения могут безна­казанно игнорироваться, в такой стране нет конституционного строя, а конституция если и есть, то не стоит той бумаги, на которой напечатана.

Судебный порядок разрешения кон­фликтов отнимает много времени, ибо судебная процедура не может не быть сложной. Существует одна известная пословица «время — деньги», но в жизни нередко время оказывается дороже денег. Пока длится судебное разбирательство конфликта, он может утра­тить всякий смысл, а решение суда — оказаться никому не нуж­ным.

Обращение в суд несет еще одну проблему – это пошлины, которые зачастую бывают достаточно большими для заявителя. Сама по себе судебная власть стоит очень дорого. Квалификация ее должностных лиц зачастую самая высокая во всем государственном аппарате, а к числу гарантий ее независимости, относится и весьма высокая оплата этой квалификации и профессионального риска, производимая в различных формах (денежное вознаграждение, пенсионирование, охрана и др.).

Такая высокая цена правосудия должна побуждать субъекты, заинтересованные в скорейшем и материально менее обремени­тельном разрешении конфликта, обращаться к иным способам его разрешения — взаимным договоренностям, арбитражу, админис­тративным решениям и т.д. Суд должен быть действительно пос­ледним средством.

Б) Структура судебной власти. Эта структура охватывает прежде всего сами суды. В странах англосаксонской правовой системы часто они образуют единую систему, в которой различные ветви замыкаются на единый верховный суд. В то же время во все большем числе стран, особенно в континентальной Европе, наблюдается тенденция к полсистемности. Это значит, что в стране создается несколько независимых друг от друга систем специализированных судов во главе со своими высшими судами. Самый яркий пример полсистемности дает Основной закон для Федеративной Республики Германии 1949 года, предусмотревший учреждение наряду с Федеральным конституционным судом еще пяти высших судов: Федеральной судебной палаты, Федерального административного суда, Федеральной финансовой палаты, Федерального трудового суда и Федерального социального суда, которые в целях обеспечения единообразия судебной практики создают совместный сенат.

В странах с романской правовой системой и некоторых иных часто наряду с системой судов общей юрисдикции (т.е. рассматривающих главным образом гражданские и уголовные дела) создается отдельная система административной юстиции, возглавляемая органом, который обычно именуется государственным советом и осуществляет также некоторые иные функции (Франция, Италия), либо верховным административным судом (Швеция).

Военные суды во многих государствах в мирное время не со­здаются.

Особое место в странах континентальной Европы, включая пост-« социалистические», занимают конституционные суды (во Фран­ции — Конституционный совет), которые в некоторых конституци­ях рассматриваются в разделах, посвященных не судебной власти, а конституционным гарантиям (Италия, Франция). В странах, воспринявших англо-саксон­скую правовую систему (США, Индия, Япония), и некоторых иных функции конституционного контроля (надзора) возложены на суды общей юрисдикции.

В ряде мусульманских стран наряду с государственными дей­ствуют шариатские суды.

Демократические конституции обычно содержат запрещение чрезвычайных судов, которые могли бы действовать вне установ­ленной законом процедуры.

Структурой судебной власти охватываются, кроме судов, неко­торые иные виды государственных органов и учреждений, обслу­живающих судебную власть, среди которых прежде всего нужно отметить органы предварительного расследования и органы проку­ратуры. В некоторых странах они встроены в судебную систему, в других существуют отдельно от судов, поддерживая с ними функ­циональную связь. Обслуживает судебнуювласть и такое учреж­дение, как адвокатура, главная функция которой заключается в оказании правовой помощи всем, кто в ней нуждается. Наконец, в некоторых странах существует специальная судебная полиция, подчиненная судебной власти (см., например, ст. 109 Конституции Италии).

В) Статус судей, прокуроров, следователей. Эти должностные лица, которые непосредственно осуществляют судебную власть либо теснейшим образом с ней взаимодействуют, обеспечивая выполне­ние ею своих функций, должны отвечать целому ряду высоких специальных требований как профессионального характера (юри­дическое образование, стаж юридической работы), так и морально­го (безупречная репутация, отсутствие судимости и пр.), которые устанавливаются законом, а иногда и конституцией. Чтобы иметь моральное право судить других, самому нужно быть на высоте. На практике, конечно, в каждой стране бывает всякое — и некомпе­тентность, и коррумпированность, и пристрастность, и просто глу­пость, и многое другое, но закон в данном случае служит необхо­димым ориентиром для надлежащего комплектования судебной власти и содержит требуемые средства для ее очищения в случае нужды.

Судейский корпус формируется, как правило, путем назначе­ния, хотя и встречаются случаи выборности. Например, в большин­стве штатов США судьи выбираются, причем нередко баллотиру­ются как представители той или иной партии.

Важным принципом, гарантирующим независимость носителей судебной власти, является их несменяемость: они не могут быт смещены или перемещены без своего согласия иначе, как по решению высшей власти, причем им гарантируются особые возможности защиты. Например, в США федерального судью можно уволить досрочно только в порядке импичмента.

В странах континентальной Европы обычно устанавливается, верхний возрастной предел, по достижении которого судья или иной чиновник судебной власти автоматически выходит в отставку ссохранением ряда льгот и привилегий.

Законодательство обычно устанавливает несовместимость функции судьи с иными занятиями, а также запрещает судьям (магистратам) участие в политических, а порой и профсоюзных объединениях.

Г) Высшие органы судейского самоуправления. Общее название, этому институту, не совсем точное: в отдель­ных странах оно полностьюсоответствует действительности, в других — лишь частично. Но с этой оговоркой им можно пользоваться. В Италии, Франции, Румынии это Высшийсовет магистратуры, в Испании — Генеральный совет судебной власти, в Колумбии — Высший совет судейского корпуса (.Judicatura), в Польше — Всепольский совет судейского корпуса (KrajowaRadaSadownictwa), в Болгарии — Высший судебный совет и т.д. Такие органы в пере­численных странах являются конституционными, причем в некото­рых из них конституции регулируют их статус довольно подробно (например, во Франции, Италии).

Так, согласно ст. 130 Конституции Республики Болгария 1991 года, Высший судебный совет (ВСС) состоитиз 25 членов. Предсе­датель Верховного кассационного суда, председатель Верховного административногосуда и Главный прокурор являются его члена­ми по праву. В качестве остальных его членов избираются юристы с высокими профессиональными и нравственными качествами, имеющие не менее 15 лет юридического стажа. Половина из них избирается Народным собранием, а другая половина — органами судебной власти на пять лет без права на немедленное переизбра­ние. На заседаниях ВСС председательствует министр юстиции, который, однако, не участвует в голосованиях. Решения ВСС о назначении, повышении, понижении, перемещении и освобождении от должности судей, прокуроров и следователей, а также решения о предложении кандидатур председателей обоихверховных судов и Главного прокурора, представляемых Президенту для назначе­ния (при повторном представлении Президент не может отказать в назначении), принимаются тайным голосованием (ч. 1 и 2 ст. 129, ст. 131).

2) Конституционно-правовые принципы организации и деятельности судебных систем.

А) Принципы организации. Конституции, хотя многие из них достаточно кратки в данном вопросе, обычно устанавливают виды, судебных систем или судов, действующих в стране, указывая, какие специальные суды могут быть образованы наряду с судами общей юрисдикции,

Из организационных принципов, на которых действует судеб­ная власть, практически повсеместно предусматривается независи­мость судей, подчиняющихся только закону, и ее гарантии: несме­няемость, иммунитеты, неуменъшаемостъ вознаграждения во время пребывания в должности. Некоторые конституции дополня­ют этот принцип такой гарантией, как административная и фи­нансовая автономия судебнойвласти вообще.

Широко распространен конституционный принцип отправле­ния правосудия только законно установленными судами с запре­щением чрезвычайных судов.

В ряде конституций предусмотрено участие народа в отправ­лении правосудия, прежде всего в качестве присяжных.

Существует принцип инстанционности, который часто получает выражение в виде права на обжалование судебных решений. Он заключается в том, что не вступившее еще в силу решение суда, рассмотревшего и разрешившего дело по существу, то есть суда первой инстанции, может быть пересмот­рено вышестоящим судом, то есть судом второй инстанции, либо соответственно решение суда второй инстанции — судом третьей инстанции (в странах с трехинстанционным процессом) по жалобе стороны.

Существуют две основ­ные формы обжалования: апелляция и кассация. При апелляцион­ном порядке вышестоящий суд пересматривает дело по существу с новой проверкой ранее рассмотренных и вновь представленных доказательств и постановляет свое решение, отменяя тем самым решение суда нижестоящего. При кассационном порядке вышесто­ящий суд проверяет только соблюдение закона нижестоящим су­дом, не вдаваясь в существо дела, и только в рамках заявленной жалобы. Если решение нижестоящего суда отменено вышестоящим судом в кассационном порядке, дело заново рассматривается обыч­но тем же нижестоящим судом, но в ином составе судей.

Наряду с этими основными формами обжалования не вступив­ших в силу судебных решений существует и смешанная форма — ревизия, сочетающая черты и апелляции и кассации. В разных странах это сочетание различно. При ревизионной форме выше­стоящий суд не связан рамками жалобы и может проверять не только законность, но и обоснованность решения нижестоящего суда. Он может отменить решение нижестоящего суда и постановить свое, как при апелляции, но может и вернуть дело на новое рас­смотрение в нижестоящий суд, как при кассации.

В странах с англо-саксонской правовой системой применяется исключительно апелляционное обжалование. Для стран с романской правовой системой характерно апелляционное обжалование по вто­рой инстанции и кассационное — по третьей. Германская сис­тема сочетает апелляционное обжалование по второй инстанции с ревизионным — по третьей.

Судебные решения, вступившие в силу, пересматриваются в чрезвычайном порядке.

Б) Принципы деятельности. Это основополагающие принципы судебного прогресса, то есть установленного законом порядка рас­смотрения и разрешения судебных дел.

В полной мере они определены в текущем судебно-процессуальном законодательстве (кодексах уголовного, гражданского, ад­министративного судопроизводства и т.п.), но во многих странах ряд важных принципов судебного процесса получает отражение в конституциях.

Наиболее часто среди конституционных принципов судебного процесса встречается гласность (публичность, открытость су­дебных заседаний). При этом обычно указывается на возможность проведения в ис­ключительных случаях закрытых судебных заседаний с тем, что решение по делу объявляется публично.

Весьма распространен конституционный принцип связанности судей только законом. Это значит не только то, что судья не должен при разрешении дел получать указания ни от кого, включая и вышестоящие суды, но также и то, что нормативные акты, нижестоящие по отношению к закону, имеют значение для суда лишь постольку, поскольку, по его мнению, соответствуют закону.

В) Системы судов общей юрисдикции. Они весьма разнообраз­ны в различных странах. Это касается прежде всего числа инстан­ций (т.е. ступеней, звеньев, уровней, «этажей» системы), что не следует смешивать с рассмотренными выше инстанциями как про­цессуальными категориями. Например, такая судебная инстанция, как окружной суд, занимающий в «лестнице» судебных инстанций вторую снизу ступеньку, может по одним делам выступать как суд первой инстанции, а по другим делам, которые уже рассмотрены нижестоящими судами, — как суд второй инстанции. Верховный суд — высшая судебная инстанция — может быть судом и первой, и второй, и третьей инстанции.

Судебные системы подавляющего большинства зарубежных государств, принадлежат к одной из двух наиболее распространенных моделей: англо-саксонской (англо-американской) или романо-германской (европейской континентальной).

Основные признаки англо-саксонской модели:

— историческая приверженность общему праву, признание правотворческой роли суда и судебного прецедента как источи права;

— выработка процессуальных форм судебного преследования прежде всего судебной практикой, а не законодательное установление;

— исключительно апелляционная форма обжалования судебных решений;

— предельная состязательность, при которой суд в большой мере пассивен и следит главным образом за соблюдением сторонами процессуальных норм; допущение в уголовном процессе сделок о признании вины;

— относительно более широкое использование институтов присяжных заседателей и мировых судей;

— относительно более широкая практика избрания судей.

Основные признаки континентальной модели:

— весьма развитая законодательная база, определяющая организацию и деятельность судов;

— формальное непризнание судебного прецедента как источника права;

— использование наряду с апелляционной формой также кссационной и ревизионной форм обжалования судебных решений;

— активная роль судьи в процессе;

— относительно меньшая распространенность институтов присяжных заседателей и мировых судей; использование суда шеффенов (германская система) и суда ассизов (романская система); преимущественно назначение профессиональных судей низового уровня (участковых судей, полицейских судей и т.п.);

— создание органов полного или частичного судейского самоуправления с кадровыми функциями и полномочиями.

Г) Административная юстиция . Эта ветвь судебной власти последние десятилетия все более обособляется и во многих стран; в том числе пост-«социалистических», превратилась в особую систему, возглавляемую национальным верховным или высшим административным судом (в некоторых странах с романской правовой системой, в частности во Франции и Италии, суд, возглавляющий систему административной юстиции, называется государственным советом и имеет также некоторые иные функции). Ее задача заключается в разрешении административных споров, то есть конфликтов прежде всего между физическими и юридическими лицами, с одной стороны, и органами и должностными лицами публичной администрации, — с другой. При разрешении этих споров административные суды проверяют законность актов органов должностных лиц публичной администрации и в случае нарушения этими актами закона либо отменяют их, либо обязывают издавший акт или вышестоящие органы и должностных лиц отменить или изменить их. Кроме того, в ряде стран на высшие органы административной юстиции возложена проверка конституционности и законности нормативных актов, издаваемых публичной администрацией. Таким образом, административная юстиция — важ­ный институт обеспечения прав и свобод человека и гражданина и правопорядка в целом.

В Великобритании и США судебный контроль за администра­тивными актами первоначально осуществлялся судами общей юрисдикции, однако в XX веке там стали возникать специализирован­ные органы для выполнения этой функции и к концу века значение этих органов заметно возросло. Они считаются квазисудами и под­ час находятся в системе административных ведомств, однако разрешают дела значительно быстрее, чем обычные суды, благодаря упрощенной процедуре (ограничены, в частности, такие принципы, как состязательность и гласность), сохраняющей, впрочем, необходимый минимум процессуальных гарантий. Некоторые из этих органов весьма близки к судам и даже называются судами. Таковы, например, Претензионный и Налоговый суды в США. Однако в обеих странах специализированные органы административной юрисдикции сами подконтрольны судам общей юрисдикции.

3) Конституционный контроль (надзор) и конституционная юстиция.

А) Понятие конституционного контроля (надзора). Прежде все­го остановимся кратко на соотношении понятий контроля и надзора вообще, ибо в зависимости от этого мы можем говорить о конституционном контроле и конституционном надзоре. В юридической литературе по этому вопросу существуют различные взгляды, и не в последнюю очередь это различие обусловлено неодинаковым словоупотреблением в законодательстве разных стран и даже од­ной и той же страны.

Чаще всего под контролем понимают такую систему отноше­ний между органами публичной власти, при которой контролирующий орган может отменять акты подконтрольного органа. Надзор же при таком понимании — это такая система отношений, при которой надзорный орган может лишь обратить внимание поднад­зорного органа на его ошибку и, самое большее, может приостано­вить действие его акта, но отменять или исправлять акт должен сам поднадзорный орган.

Есть, однако, и другое понимание соотношения между этими двумя терминами. При этом понимании контроль есть проверка деятельности подконтрольного органа, проводимая контролирую­щим органом либо выборочно по собственной инициативе, либо по какому-то сигналу, а надзор — постоянное наблюдение за деятель­ностью поднадзорного органа.

Конституционный контроль возможен толь­ко там, где действует писаное право, в том числе писаные кон­ституции, положения которых обладают более высокой юриди­ческой силой по сравнению с любыми другими национальными и местными правоположениями.

Особенность конституционного контроля в некоторых мусуль­манских странах (в частности, в Иране) заключается в том, что законы и иные акты проверяются на соответствие не только кон­ституции, но и Корану.

Б) Объекты конституционного контроля. Нижестоящие по отношению к конституции нормативные акты, даже изданные одним и тем же органом, подчас тоже имеют свою иерархию; например конституционные или органические законы могут обладать более высокой юридической силой, чем законы обыкновенные. Проверка обыкновенных законов на непротиворечие органическим входит в этом случае в понятие конституционного контроля. В то же время законы, принятые путем референдума, проверке на конституционность обычно не подлежат, поскольку представляют собой непосредственное проявление народного суверенитета. Но если для принятия или изменения конституции путем референдума требуется особое большинство (например, абсолютное), то законы, принятые референдумом при отсутствии такого требования, вполне могут проверяться на конституционность.

Очевидно, что на соответствие конституции должны проверятся внутригосударственные договоры. Разумеется, понятием конституционного контроля охватывается и проверка конституционности и законности актов исполнительной власти, актов самоуправления, равно как и проверка соблюдения их внутренней иерархии, вытекающей из конституционных положений. Возможна проверка конституционности частно-правовых актов (например, договоров, завещаний и др.), которыми могут нарушаться конституционные принципы — равноправие религий, запрещение расовой дискриминации и т.д., равно как и судебных решений.

Проверка соответствия национальных законов международным договорам также охватывается конституционным контролем. Нередко проверяются подготовленные проекты международных договоров или подписанные международные договоры, до их вступления в силу. Однако сложнее обстоит дело в случае, когда имеются расхождения между действующим международным договором и конституцией. Некоторые конституции содержат нормы, направленные на недопущение таких расхождений.

Понятием конституционного контроля охватывается также проверка на соот­ветствие конституции действий должностных лиц. Обычно это относится к высшим должностным лицам государства — президен­там, членам правительств, верховным, а порой вообще всем судьям и др.

Конституционный контроль часто распространяется на создание и деятельность политических общественных объединений, пре­жде всего политических партий.

В) Виды конституционного контроля. Они могут классифициро­ваться по различным основаниям. По времени осуществления конституционный контроль может быть предварительным или последующим .

По месту осуществления конституционный контроль может быть внутренним и внешним .

С точки зрения правовых последствий конституционный кон­троль может быть консультативным или постановляющим .

По обязательности проведения конституционный контроль мо­жет быть обязательным или факультативным.

По форме конституционный контроль может быть абстрактным или конкретным .

По объему своему конституционный контроль может быть пол­ным или частичным .

По содержанию конституционный контроль бывает формаль­ным или материальным .

Г) Органы конституционного контроля . В зависимости от кон­ституционных решений такими органами могут быть: а) глава го­сударства, парламент, правительство, суды общей юрисдикции, ад­министративные суды, которые осуществляют конституционный кон­троль либо специально наряду с другими своими функциями, либо (чаще всего) в ходе осуществления других своих функций; б) спе­циализированные органы конституционного контроля, которые бы­вают либо судебными (например, конституционная юстиция во многих европейских странах), либо квазисудебными органами (на­пример, Конституционный совет во Франции и ряде других стран, воспринявших французскую конституционную модель).

Конституционный контроль, осуществляемый президентом, пар­ламентом, правительством и подобными им органами, именуется иногда политическим, ибо указанные органы осуществляют поли­тическую деятельность. Они избираются на определенный отрезок времени, очередные или внеочередные выборы могут полностью изменить их политический состав и привести к изменению прово­димой ими политики. Поэтому осуществляемый ими политический конституционный контроль приноровлен к текущим политическим задачам и, следовательно, по содержанию своему нестабилен.

Что касается судебного конституционного контроля, то из­вестны две его основные разновидности, условно называемые аме­риканской и европейской.

Американская система исторически возникла раньше, о чем мы несколько выше уже упомянули. При этой системе конститу­ционность законов и других актов проверяют суды общей юрисдик­ции при рассмотрении конкретных дел (конкретный последующий контроль).

Если суд признает закон неконституционным и дело затем до­ходит до верховного суда, решение последнего по вопросу о кон­ституционности закона обязательно для всех судов. Закон, при­знанный верховным судом неконституционным, формально продол­жает действовать, но ни один суд применять его не станет. Некон­ституционный закон, таким образом, лишается судебной защи­ты, то есть, формально действуя, по существу утрачивает юри­дическую силу. А это значит, что администрация, которая вправе его применять, делать этого не будет, ибо это бесполезно: админис­тративное решение может быть обжаловано в суд, для которого, как мы отметили, закон как бы уже не существует. Парламент в таких случаях, как правило, подобный закон вскоре отменяет.

Европейская система предполагает учреждение специальных судебных или квазисудебных органов конституционного контроля. Такими органами являются, например, Конституционный суд в Италии, Конституционный трибунал в Польше, Конституционный совет и частично Государственный совет во Франции, Высший конституционный суд в Египте, Федеральный конституционный суд в Германии. В последнее время европейская система проникла и в Латинскую Америку: специальным конституционным судом явля­ется Федеральный верховный трибунал по Конституции Федера­тивной Республики Бразилии 1988 года; Политическая конституция Колумбии 1991 года предусмотрела именно Конституционный суд; в качестве конституционного суда действует конституционная па­лата Верховного суда правосудия Коста-Рики.

Д) Организация конституционных судов (советов). Основные принципы организации конституционных судов (советов) обычно регулируются конституциями и лишь конкретизируются законами, причем нередко конституционными или органическими.

Способы формирования этих органов весьма разнятся от стра­ны к стране, но некоторые обобщения все же можно сделать. В сравнительно небольшом числе стран применен чисто парламентс­кий способ.

Однако в большинстве стран конституционные суды (советы) формируются высшими государственными органами, представляю­щими различные ветви власти и действующими при этом либо самостоятельно, либо совместно.

В отличие от судов общей юрисдикции во многих странах для судей конституционных судов (советов) установлены единые сроки полномочий, обычно длительные и сопровождаемые запрещением повторного избрания (назначения) в конституционный суд. Последнее имеет целью гарантировать от влияния избирающих (на­значающих) органов на поведение судей (членов советов), которые могли бы стремиться к повторному избранию (назначению).

Во многих странах конституции, а также законы устанавливают особые требования к кандидатам в судьи конституционных судов.

В некоторых восточноевропейских странах конституционным судьям запрещается состоять в политических партиях (например, согласно ч. 5 ст. 147 болгарской Конституции), тогда как в запад­ноевропейских странах им обычно возбраняется лишь активное участие в партийной, а порой и в профсоюзной, работе (например, ч. 4 ст. 159 Конституции Испании).

Важный вопрос организации конституционных судов (сове­тов) — это порядок избрания (назначенья) их председателей (за­местители председателей, если существуют, обычно избираются или назначаются в том же порядке). В ряде стран это делает тот орган, который формирует конституционный суд (совет), или один из таких органов.

Срок полномочий председателя (и его заместителя) иногда не устанавливается вообще.

Относительно краткий срок полномочий председателя лучше согласуется с принципом равенства всех членов конституционного суда (совета), тогда как неограниченный срок полномочий, да еще вкупе с назначением извне превращает председателя из первого среди равных, каким он должен быть, в своего рода начальника над данным коллегиальным органом, придает ему чрезмерный полити­ческий вес.

В некоторых странах, особенно тех, где численный состав кон­ституционного суда (совета) мал, эти органы работают только в качестве пленума. Но во многих случаях структура конститу­ционного суда сложная и включает внутренние подразделения (палаты, сенаты и т. п.), имеющие право выносить решения от его имени. Это позволяет быстрее разрешать дела, не допуская их скопления.

Внутренние проблемы организации и деятельности конституци­онных судов (советов) регулируются регламентами, которые прини­маются самими этими органами.

Е) Конституционное судопроизводство. Это порядок рассмот­рения и разрешения дел в конституционных судах. Отдельные принципы конституционного судопроизводства можно встретить в конституциях, но целостным образом оно регулируется законами о конституционных судах и регламентами этих судов. Оно складыва­ется из общей процедуры (порядка подготовки дел, ведения судеб­ных заседаний и вынесения решений) и специальные процедур по отдельным категориям дел. Следует подчеркнуть, что конституци­онное судопроизводство имеет свою значительную специфику по сравнению с судопроизводством по уголовным, гражданским, адми­нистративным делам: не все их основные принципы восприняты конституционным судопроизводством, а воспринятые реализуются подчас в своеобразных формах. Например, такие процессуальные принципы, как состязательность или устность, часто либо ограни­чены, либо вообще отсутствуют при рассмотрении отдельных кате­горий дел.

Общая процедура включает порядок подачи обращений в кон­ституционный суд управомоченными субъектами, предварительно­го рассмотрения обращений для решения вопроса об их принятии или отклонении, процессуальное представительство, права судьи-докладчика, порядок истребования необходимой информации, при­глашения свидетелей и экспертов, проведения судебного разбира­тельства, совещания и голосования по постановлению решения, его оглашения, возобновления производства в необходимых случаях, вопрос о судебных издержках и некоторые другие положения.

Специальные процедуры предусматривают круг лиц, управомоченных возбуждать по соответствующей категории дел производ­ство в конституционном суде, особенности этого производства, пра­вовые последствия различных возможных решений суда, положе­ния об исполнении.

Остановимся кратко на процедуре проверки конституционнос­ти законов, которую можно считать главной из категорий дел, подведомственных конституционным судам.

Австрийский Федеральный конституционный закон (ч. 1 ст. 140) управомочивает на обращение в Конституционный суд по этому вопросу (речь идет о законах как федерации, так и земель):

— Административный суд, Верховный суд, иной суд, управомоченный на рассмотрение дела по второй инстанции, а также и сам Конституционный суд, если закон подлежит применению при рассмотрении им правового спора (следует отметить, что вообще собственная инициатива конституционного суда — явление крайне редкое, и это вполне понятно: никто не должен быть судьей в собственном деле);

— Федеральное правительство, правительство земли;

— 1/3 членов Национального совета (о федеральных законах), 1/3 членов Ландтага земли (о законах земли), если это предусмотрено конституционным законом земли;

— лицо, по мнению которого неконституционность закона непосредственно нарушает его права, если для Действия закона отношении данного лица не требуется судебного решения или специального указания.

Согласно ч. 1 ст. 162 Испанской конституции, с заявлением неконституционности закона или равносильного акта в Конституционный трибунал могут обращаться:

— Председатель Правительства;

— Защитник народа;

— 50 депутатов;

— 50 сенаторов;

— коллегиальные исполнительные органы и собрания автономных сообществ.

Органический закон о Конституционном трибунале предусмотрел также, что с запросом о конституционности закона или иного акта может обратиться судья или трибунал при рассмотрении конкретного дела.

Изложим далее кратко испанскую процедуру заявления о неконституционности, которая вполне показательна.

Заявление о неконституционности закона или равносильного акта подается в Конституционный трибунал в течение трех месяцев после опубликования оспариваемого акта; при этом сообщаются данные о заявителе и в соответствующих случаях о его представителях, указывается оспариваемый акт и дается точная формулировка конституционной нормы, которая считается нарушенной. Приняв заявление, Конституционный трибунал направляет его копии палатам Генеральных кортесов, Правительству через министерство юстиции, а если оспаривается акт автономного сообщества, то и его законодательному и исполнительному органам, чтобы они в течение 15 дней могли назначить участников - процесса и привести свои доводы. После этого Трибунал выносит решение в течение 10 дней, хотя может мотивированной резолюцией увеличить этот срок не более чем до 30 дней.

Вынесенное решение обязывает все публичные власти и порождает общие последствия со дня опубликования в официальном бюллетене государства. Если заявление о неконституционности отклонено, то повторное заявление по тому же основанию не допус­кается. В решении, признающем неконституционность, одновремен­но объявляется о недействительности оспариваемых предписаний, равно как связанных с ними или вытекающих из них иных предписаний того же акта. Конституционный трибунал может обосновать признание неконституционности нарушением любого предпи­сания Конституции независимо от того, затрагивалось ли оно в ходе процесса. На основании решения о неконституционности не могут пересматриваться вступившие в силу судебные решения, основанные на неконституционных положениях, за исключением уголовных или судебно-административных дел, по которым нару­шение Конституции повлекло наложение необоснованных или чрез­мерных санкций.

Приведем также пример процедуры по рассмотрению в консти­туционном суде индивидуальной жалобы, на нарушение конституционных прав.

Согласно германскому Закону о Федеральном конституционном суде, любое лицо может подать конституционную жалобу в ФКС, ссылаясь на то, что публичная власть нарушила какое-либо из его конституционных прав. Если вопрос подлежит юрисдикции обычного суда, то жалоба в ФКС допустима лишь после рассмотрения дела обычным судебным порядком. Но если жалоба имеет общее значение или за время рассмотрения жалобы в общем судебном порядке жалобщик может понести тяжкий ущерб, ФКС может разрешить жалобу немедленно.

Конституционную жалобу в ФКС могут подать также общины и общинные союзы, если считают, что каким-либо законом Федерации или земли нарушается ст. 28 Основного закона, гарантирующая их права. Жалоба не допускается, если законодательством земли возможность защиты от нарушений права на самоуправле­ние обеспечивается в конституционном суде земли.

В обосновании жалобы указывается, какое право нарушено и какое действие или бездействие органа или ведомства жалобщик считает причиной нарушения своего права. Жалоба подается в течение месяца с момента, когда лицу стало известно о принятом решении. Если жалобщик ходатайствует о выдаче ему копии решения, то до этой выдачи течение срока прерывается. Конституцион­ная жалоба на закон или иной акт суверенной власти, не подле­жащий обычному судебному обжалованию, допускается в течение года после вступления в силу закона или издания акта.

Палата ФКС может единогласно отказать в принятии жалобы, если она недопустима или по каким-либо причинам не имеет до­статочных перспектив на удовлетворение, а также в некоторыхдругих случаях, причем отказ этот обжалованию не подлежит. Так же единогласно палата может удовлетворить жалобу, если ее обос­нованность очевидна в силу того, что ФКС ранее уже разрешил конституционно-правовой вопрос, имеющий значение для данного дела. Соответствующие определения принимаются палатой без устного разбирательства, причем для отказа в принятии жалобы достаточно указать его правовое основание.

Если же единогласия в палате не достигнуто, вопрос о приня­тии жалобы к рассмотрению решается сенатом. Жалоба принима­ется, если хотя бы два судьи считают, что решение послужит разъяснению конституционно-правового вопроса или что отказ в принятии причинит жалобщику неотвратимый тяжкий вред. Уст­ное разбирательство по данному вопросу здесь также не проводит­ся.

ФКС (палата или сенат) предоставляет возможность конститу­ционному органу либо министру или ведомству Федерации или земли, действие или бездействие которого послужило причиной жалобы, высказаться по ней в установленный срок. Если же оспа­ривается судебное решение, то возможность высказаться предос­тавляется также стороне, в пользу которой было вынесено это решение. В случае, когда жалоба прямо или косвенно направлена против закона, предоставляется возможность выразить свое мнение органам законодательной и исполнительной власти. Все упомяну­тые конституционные органы вправе участвовать в производстве по делу. ФКС, однако, может отказаться от проведения устного раз­бирательства, если нет оснований ожидать, что оно будет способ­ствовать разрешению спора, а упомянутые конституционные орга­ны от устного разбирательства отказываются.

Если конституционная жалоба удовлетворяется, в решении ука­зывается, какая норма Основного закона была нарушена и какое действие или бездействие к этому привело. Одновременно ФКС может указать, что любое подобное действие в случае его совер­шения будет являться нарушением Основного закона. Удовлетво­рив жалобу на какое-либо решение, ФКС это решение отменяет, с если речь идет о судебном решении, то передает дело в компетент­ный суд. Удовлетворение жалобы на закон означает утрату силы этим законом, в том числе и в случае отмены решения, основанной на неконституционном законе. При наличии основанного на некон­ституционном предписании приговора по уголовному делу возмож­но возобновление судопроизводства по этому делу; решения же судов по гражданским делам, основанные на неконституционных нормах, не пересматриваются, за некоторыми исключениями, одна­ко исполнение таких решений недопустимо.

Что касается конституционных советов и подобных им орга­нов конституционного контроля, то их процедура свободна от слож­ных процессуальных форм, присущих судопроизводству. Законода­тельное регулирование их процедуры обычно ограничивается по­рядком обращения, установлением сроков, порядком принятия ре­шений и требованием в соответствующих случаях их мотивирован­ности.

Приведем некоторые процедурные положения, относящиеся к иранскому Попечительному совету. Члены Попечительного совета могут посещать Исламское консультативное собрание и слушать дебаты, когда обсуждаются правительственные или депутатские законопроекты. Если же на повестку дня Собрания вынесен сроч­ный законопроект, члены Попечительного совета должны прийти в Собрание и довести до его сведения свою позицию (ст. 97 Консти­туции). Совместимость законодательства, принятого Собранием, с законами ислама устанавливается большинством факихов, а со­вместимость с Конституцией — большинством всех членов Попе­чительного совета (ст. 96). Толкование Конституции требует согла­сия 3/4 состава Попечительного совета (ст. 98).

4. Органы и учреждения, содействующие судебной власти

А) Прокуратура . Это орган, функции которого обычно заключа­ются в уголовном преследовании лиц, совершивших преступные деяния, в поддержании публичного обвинения в суде, часто также в надзоре за законностью предварительного расследования пре­ступлений и содержания лиц в местах лишения свободы. Этим объясняется то, что в состав конституционных институтов проку­ратура обычно не входит: в конституциях демократических стран редко можно встретить ее упоминание. Ее статус регулируется специальными законами о ее организации и судебно-процессуальным законодательством.

Исходя из места прокуратуры в системе государственных ор­ганов, можно выделить четыре группы стран:

—страны, где прокуратура находится в составе министерства юстиции;

— страны, где прокуратура включена в состав судейского кор­пуса (магистратуры) и находится при судах;

— страны, где прокуратура выделена в отдельную систему и подотчетна парламенту;

— страны, где прокуратура вообще отсутствует.

К первой группе стран относятся, в частности, США, Франция, Польша, Япония. Так, в США и Польше министр юстиции (в США — генеральный атторней) — это одновременно и генеральный про­курор. Ему подчинены нижестоящие прокуроры (атторнеи), причем в США наряду с системой федеральной прокуратуры в каждом штате действует своя система прокуратуры, возглавляемая гене­ральным атторнеем штата и не подчиненная прокуратуре феде­ральной. Федеральные прокуроры назначаются Президентом по представлению генерального атторнея по совету 'и с согласия Сена­та. В штатах прокуроров аналогичным образом назначают губерна­торы.

Во Франции, согласно Ордонансу N 58-1270, содержащему ор­ганический закон о статусе магистратуры, 1958 года, прокуроры находятся под руководством и контролем вышестоящих руководи­телей и подчиняются министру юстиции; в судебном заседании их речь свободна. При Кассационном суде и апелляционных судах действуют генеральные прокуроры, при трибуналах большого про­цесса — прокуроры республики.

Примечательно, что в Японии, где прокуроры обладают широ­кими дискреционными полномочиями в области судебного пресле­дования (могут, в частности, по своему усмотрению прекращать дела), наряду с судебным контролем за их действиями существует и общественный: в каждом округе из числа избирателей по жре­бию составляется специальная комиссия по надзору за прокурора­ми.

Ко второй группе стран относятся, в частности, Испания, Ита­лия. Так, в Испании, согласно Закону, которым регулируется ор­ганический статут Прокуратуры (МunisterioFiscal), 1981 года, про­куратура содействует юстиции в защите законности, прав граждан и охраняемого законом публичного интереса в силу своей функции или по ходатайствам заинтересованных лиц, а также следит за соблюдением независимости трибуналов и добивается перед ними удовлетворения публичного интереса. Будучи включена в систему судебной власти с функциональной автономией, прокуратура вы­полняет свою задачу в соответствии с принципами единства дей­ствий и иерархической зависимости и во всяком случае с принци­пами законности и беспристрастности. Органы прокурату­ры действуют при судах вплоть до провинциального уровня вклю­чительно. Возглавляет их Генеральный прокурор государства, на­значаемый Королем по представлению Правительства после заслушания мнения Генерального совета судебной власти. В иерархии судебной власти он считается следующим лицом после председа­теля Верховного трибунала.

Третью группу стран образуют «социалистические» страны. В этих странах на прокуратуру наряду с упомянутыми выше функ­циями чаще всего возлагался так называемый общий надзор за законностью, объектами которого были государственные органы (обычно начиная от министерств и ниже с исключением представительных органов), общественные объединения, хозяйственные организации, разного рода учреждения и физические лица. Начи­ная со сталинской Конституции СССР 1936 года, «социалистические» конституции неизменно регулируют статус прокуратуры как одного из важнейших государственных органов, хотя реально зна­чение этого общего надзора ничтожно. Обычно «социалистическая» прокуратура — организационно обособленная система органов, воз­главляемая генеральным прокурором, которого формально назна­чает парламент на срок своих полномочий или на более длитель­ный срок и который формально же несет перед парламентом от­ветственность за свою деятельность. Он назначает нижестоящих прокуроров. Реально же решения о назначении и смещении прокуроров принимаются коммунистическими партийными инстанциями.

Так, согласно Конституции КНДР (ст. 143—146), прокурорскую деятельность осуществляют Центральная прокуратура, провинци­альные (городов центрального подчинения), городские (районные), уездные прокуратуры и специальные прокуратуры. В обязанности прокуратур входит:

1) надзор за точным исполнением государственных законов го­сударственными органами, предприятиями, общественно-кооперативными организациями и гражданами;

2) надзор за непротиворечием постановлений и распоряжений государственных органов Конституции, законам, актам Президента, Центрального народного комитета, Постоянного совета Верховного народного собрания, Административного совета;

3) защита «власти рабочих и крестьян и социалистического строя» от любых посягательств, охрана государственной и общественно-кооперативной собственности, конституционных прав, жиз­ни и имущества граждан, «разоблачая преступников и нарушителей закона и привлекая их к ответственности по закону».

Деятельностью прокуратуры централизованно руководит Центральная прокуратура, которая назначает и освобождает от дол­жности прокуроров. Председатель же Центральной прокуратуры, в соответствии с п. 8 ст. 76 Конституции, назначается и освобождается от должности Верховным народным собранием. Все прокура­туры подчиняются вышестоящим прокуратурам и Центральной прокуратуре, которая за свою деятельность ответственна перед Верховным народным собранием, Президентом и Центральным народным комитетом. Как видим, никакой даже функциональной независимостью прокуратуры здесь, как говорится, и не пахнет. Достаточно вспомнить, что Верховное народное собрание заседает несколько дней в году (не говоря уже о его составе и принятых в нем нравах послушания) и что Центральный народный комитет возглавляется Президентом, и становится ясно, что прокуратура — всего лишь одна из карательных дланей Президента.

Действующая Конституция Китайской Народной Республики 1982 года организационно децентрализовала прокуратуру, органы которой призваны, согласно ст. 129, осуществлять надзор за соблюдением законности. Согласно части второй ст. 101 Конституции, мес­тные собрания народных представителей уездной ступени и выше избирают и имеют право освобождать от должности главных про­куроров народных прокуратур соответствующей ступени; такое решение доводится до сведения вышестоящего главного прокурора и утверждается постоянным комитетом собрания народных представителей этой вышестоящей ступени. Все прокуратуры ответ­ственны перед органами государственной власти (т.е. собраниями и их постоянными комитетами) своего уровня и вышестоящей проку­ратурой, если таковая есть (ст. 133 Конституции).

В какой-то мере данная традиция проявилась и в новейших конституциях некоторых пост-«социалистических» стран. Так, в словацкой Конституции установлено, что прокуратура, охраняющая права и охраняемые законом интересы физических и юридических лиц и государства, возглавляется Генеральным прокурором, которого назначает и отзывает Президент по предложению Националь­ного совета.

Пример страны четвертой группы — Великобритания, где прокуратуры нет. Генеральный атторней возглавляет адвокатский корпус, представители которого в необходимых случаях выступают на судебных процессах в качестве обвинителей. Когда же слушаются особо важные уголовные дела, обвинение поддерживает специальное должностное лицо — директор публичных слушаний.

Б) Адвокатура . Это объединение высококвалифицированных юрис­тов, профессионально оказывающих юридическую помощь физи­ческим и юридическим лицам, включая порой и публично-властные органы и публичные учреждения. Адвокатура обычно представляет собой общественный институт, который иногда наделяется неко­торыми публичными полномочиями. Конституции крайне редко упоминают об адвокатуре. Можно в качестве примера привести ст. 134 болгарской Конституции, согласно ч. 1 которой «адвокатура — свободная, независимая и самоуправляющаяся. Она помогает граж­данам и юридическим лицам при защите их прав и законных интересов» (согласно ч. 2, организация и порядок деятельности адвокатуры регулируются законом).

Надо сказать, что, несмотря на отсутствие конституционного упоминания об адвокатуре в подавляющем большинстве стран, ста­тус ее, как правило, регулируется законами. В качестве исключе­ния можно упомянуть одну из двух адвокатских корпораций в Великобритании — барристеров , в организацию и деятельность которой государство традиционно не вмешивается. Эта привилеги­рованная корпорация объединяет наиболее квалифицированных адвокатов, имеющих дело лишь с высшими судами. Наряду с ней существует другая корпорация — солиситоров , объединенных в Юридическое общество, статус которого регулируется Актом о солиситорах 1974 года. Солиситоры выступают обязательными по­средниками между барристерами и клиентами, готовят дела для барристеров и сами ведут менее сложные дела. Они действуют под надзором Высокого и Апелляционного судов. Вообще надо отметить, что в Великобритании на любую должность в системе судебной власти можно попасть исключительно через адвокатуру. Адвокаты имеют преимущества и при назначениях на многие административ­ные должности, а также на университетские кафедры.

В США наиболее влиятельным общенациональным объединени­ем адвокатов является Американская ассоциация юристов. В шта­тах существуют свои адвокатские объединения. Единого закона, регулирующего адвокатскую деятельность, в США нет; действуют законодательство штатов, судебные правила, а в ряде штатов ис­точником нормативного регулирования служат уставы адвокатских объединений.

Во Франции деятельность адвокатуры регулируется Законом о реформе некоторых судебных и юридических профессий 1971 года. Адвокаты объединены в автономные коллегии по судебным окру­гам, а Национальная ассоциация адвокатов ведает лишь вопросами профессиональной этики, повышения квалификации и социального обеспечения адвокатов. Суд, при котором действует коллегия, кон­тролирует прием в нее и исключение из ее состава.

В Германии статус адвокатуры регулируется Законом об адво­катуре 1959 года. В судебных округах высших судов земель и при Федеральной судебной палате создаются коллегии адвокатов, кото­рые объединены в единую Федеральную палату адвокатов. Эти адвокатские объединения считаются публично-правовыми корпо­рациями и находятся под надзором ведомств юстиции — соответ­ственно федерального и земель.

Услуги адвокатов весьма дороги, и законодательство в демок­ратических странах обычно предусматривает льготы малоимущим вплоть до предоставления юридической помощи полностью за го­сударственный счет. В некоторых странах есть для этого институт публичных адвокатов.

Так же существуют и прочие вспомогательные органы и учреждения. Они также крайне редко находят свое регулирование в конституциях. Обычно статус этих органов регулируется исключительно текущем законодательством. Так, ст. 129 Конституции Румынии предусматривает судебную полицию, находящуюся на службе судебных инстанций, часть вто­рая ст. 137 Конституции Словении упоминает о нотариате как независимой службе, регулируемой законом.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий