Смекни!
smekni.com

Правовой статус арбитражных управляющих и их объединений в РФ (стр. 2 из 3)

6. Особо необходимо уделить внимание вопросу сохранения лицензирования деятельности арбитражных управляющих на период создания СРО. Лицензирование с одной стороны усиливает административное воздействие на арбитражных управляющих, а с другой обеспечивает более высокую степень профессионализма в этой сфере. Отмена лицензирования может повлечь к наполнению рыночного пространства неквалифицированными участниками.

Кроме того, существование лицензии предполагает возможность ее аннулирования, что в свою очередь является одним из видов административной ответственности арбитражных управляющих. Если нет лицензии, то нет административной ответственности, предусмотренной ст. 21 закона о банкротстве. Останется только гражданско-правовая ответственность в форме возмещения убытков. При этом все знают, насколько сложно доказать убытки в арбитражном процессе, и как трудно доказать причинную связь между действиями арбитражного управляющего и причиненным ущербом. Хотя действия арбитражного управляющего могут быть обжалованы, он, по сути, ни за что не отвечает.

Пример из практики. Извлечение из Постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 19 июля 2001 г. № КГ-А40/3601-01.

Предприниматель без образования юридического лица, бывший арбитражный управляющий должника - закрытого акционерного общества "Юниос" - обратился с иском в Арбитражный суд города Москвы к Федеральной службе России по финансовому оздоровлению и банкротству о признании недействительным распоряжения службы от 31 октября 2000 года N 182 "О приостановлении и аннулировании лицензии Демиденко Ю.Н.". Решением суда первой инстанции от 14 марта 2001 года в удовлетворении иска отказано, суд пришел к выводу о том, что комиссией правомерно установлены факты неоднократного и грубого нарушения Демиденко Ю.Н. положений ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в период его работы по осуществлению процедуры банкротства должника. Постановлением апелляционной инстанции от 15 мая 2001 года решение от 14 марта 2001 года отменено и иск удовлетворен. Апелляционная инстанция пришла к выводу, что материалами дела факты неоднократного и грубого нарушения Демиденко Ю.Н. законодательства о банкротстве и общегражданского законодательства не подтверждены. Кассационная инстанция пришла к выводу о том, что действия конкурсного управляющего в обжалуемый период явились причиной причинения кредиторам ЗАО "Юниос" убытков. Решение ФСФО о приостановлении и аннулировании лицензии оставлено в силе.

Этот пример показателен тем, что за нарушение законодательства о банкротстве в качестве меры ответственности было применено именно аннулирование лицензии. И несмотря на доказанность факта причинения убытков речь о их возмещении в процессе не шла. Это еще раз подтверждает тезис о материальной безответственности арбитражный управляющих.

Если работа арбитражного управляющего оказывается безрезультатной, происходит его замена, приходит другой управляющий, а сроки процедур банкротства продлеваются.

Можно привести очень показательный пример, когда арбитражный управляющий развалил одно предприятие и после этого был без последствий назначен на другое. Извлечение из Постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 31 июля 2001 г. № КГ-А40-3880-01.

«…Первая инстанция отклонила кандидатуру Филюшиной А.В., так как ранее ее деятельность как конкурсного управляющего АОЗТ «Академия экономики и права» была оценена судом как неудовлетворительная, что свидетельствует о недостаточном обладании ею специальными знаниями, и назначила конкурсным управляющим ЗАО «Готовальня» Коптелину Л.Н., Постановлением апелляционной инстанции того же арбитражного суда от 7 июня 2001 г. решение от 12 апреля 2001 г. оставлено без изменения». Казалось бы, вполне достойный пример судебной практики, когда неудовлетворительные результаты препятствуют дальнейшему осуществлению деятельности. Однако кассационная инстанция признала решение первой инстанции и апелляционное постановление не достаточно обоснованными, и подлежащим отмене, а дело было передано на новое рассмотрение в первую инстанцию Арбитражного суда города Москвы.

7. В рамках доклада невозможно отдельно остановиться на всех правомочиях и обязанностях арбитражного управляющего, которые составляют основу его статуса. Поэтому их целесообразно объединить в несколько групп.

Первую группу составляют процессуальные полномочия. Ст. 20, 60, 74, 101 предоставляют Арбитражному управляющему широкий круг процессуальных прав. Это и предъявление от своего имени требований, ходатайств и заявлений, связанных с реализацией процедур банкротства, и защита интересов должника, и оспаривание действий других участников банкротства. Однако часто возникает вопрос: могут ли эти полномочия выходить за рамки процесса банкротства? Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в Информационном письме от 14 июня 2001 г. № 64 применительно к конкретному случаю с обжалованием действий судебного пристава-исполнителя пояснил, что для выполнения общих целей банкротства арбитражный управляющий может пользоваться всеми процессуальными правами для защиты интересов должника в арбитражных судах или судах общей юрисдикции.

Вторая группа прав и обязанностей направлена на установление требований кредиторов, составление и ведение реестра кредиторов. Едва ли можно назвать дело о банкротстве, в котором у кредиторов не было бы претензий к ведению реестра или порядку признания требований. Приведем два примера, в которых претензии кредиторов на включение их в реестр оказались необоснованными.

1) Коммерческим банком "Интурбанк" (КБ "Интурбанк") - конкурсным кредитором ЗАО "Носта" - в порядке ст. 55 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" подана жалоба в арбитражный суд на действия конкурсного управляющего должника, в которой заявитель просил:

- обязать конкурсного управляющего отнести установленные в реестре требований кредиторов требования КБ "Интурбанк" в сумме 13 136.850,17 руб. к основному долгу;

- обязать конкурсного управляющего включить в реестр требований кредиторов требование заявителя в сумме 12.103.580 руб., основанное на вексельном обязательстве;

- отстранить конкурсного управляющего от исполнения обязанностей.

Кассационная инстанция отказала в удовлетворении жалобы (Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 1 августа 2001 г. № КГ-А40/4003-01).

2) Акционерное общество закрытого типа "Благотворительное объединение жертв незаконных репрессий "Поступь" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с жалобой на действия конкурсного управляющего должника ОАО "Мосбизнесбанк", отказавшего заявителю в признании его кредитором в размере требований 1 630 594 руб. 07 коп. по банковскому счету № 700454, открытому в банке для сбора пожертвований граждан на строительство памятника жертвам репрессий.

Изучив обстоятельна дела кассационная инстанция пришла к выводу, что кассационная жалоба удовлетворена быть не может, так как у конкурсного управляющего должника не имелось оснований для включения в реестр требований кредиторов требований АОЗТ "Поступь". (Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 25 июля 2001 г .№ КГ-А40/3712-01).

Существующее положение с большим количеством претензий может изменить создание нового порядка признания требований кредиторов и порядка ведения реестра.

Вполне возможно использовать практику, сложившуюся на фондовом рынке, когда функцию ведения реестра выполняет специализированная организация. При банкротстве ведение всех реестров вполне могло бы осуществляться СРО. С одной стороны это позволит выполнять эту деятельность более профессионально, и при этом уменьшит нагрузку арбитражного управляющего.

Третья группа прав и обязанностей относится к наиболее дискуссионной. Она касается распоряжения имуществом должника и применения мер по обеспечению его сохранности. Реализация этих полномочий часто проходит со злоупотреблениями, которые позволили прикрепить к банкротству ярлык передела собственности. Сейчас предлагается очень много вариантов изменения процедур банкротства: от относительно мягких – запретить арбитражным управляющим самостоятельно распоряжаться имуществом должника на стадии внешнего управления; до очень жестких - вообще отменить процедуру внешнего управления.

Однако, при помощи ограничений вряд ли удастся избавиться от возможности реализовать права в ущерб другим участникам. Надо подходить к решению проблемы иначе. Проблема упирается в незащищенность участников банкротства от неквалифицированных действий арбитражного управляющего или его ошибок. Мы опять возвращаемся к невозможности на практике получить с арбитражного управляющего материальное возмещение за причиненный вред. Решить этот вопрос можно через субсидиарную ответственность управляющей компании (СРО) и обязательное страхование рисков и ответственности.

Четвертую группу прав и обязанностей можно назвать информационными полномочиями. В процессе своей деятельности арбитражный управляющий имеет право получать полную (исчерпывающую) информацию о деятельности должника. И на ее основе обязан провести анализ финансового состояния должника. При этом очень часто возникают проблемы с предоставлением информации составляющей коммерческую тайну или ноу-хау. Порядок действий арбитражного управляющего в этих ситуациях закон не определяет. Поэтому соглашение о неразглашении подобной информации арбитражные управляющие не подписывают. Один из скандальных случаев, связанный с передачей временному управляющему сведений составляющих коммерческую тайну, был описан в Российской газете за 20 июля 2001 г., No 137 (2749) в статье «Банкрот по неволе» посвященной банкротству на Орско-Халиловском металлургическом комбинате.