регистрация / вход

Основные подходы к определению понятия власти

В данной статье дается обоснование различным подходам к пониманию определения власти и ее сущности. Особо акцентируется проблема потребности власти для властвующего и подвластного.

А.М. Дроздова

В данной статье дается обоснование различным подходам к пониманию определения власти и ее сущности. Особо акцентируется проблема потребности власти для властвующего и подвластного.

Власть — одно из ключевых, наиболее масштабных, многогранных и определяющих явлений в жизни общества. Только в русском языке она описывается, оценивается и характеризуется более чем пятью тысячами понятий и категорий. Греческое kratos - власть, сила, господство. Кратология — наука о власти. В ней долгие годы не было потребности... И это тоже одно из горьких явлений и последствий гигантского противоречивого социального эксперимента над миллионами людей в течение многих и долгих десятилетий и даже в годы «перестройки».

Что же влечет политиков и неполитиков на поприще раздумий о власти, освоения знаний о власти, использования на деле всех разумных идей и представлений о власти, учений и теорий прошлого и настоящего?!

В научной литературе существуют разнообразные определения власти, что связано со сложностью и мно-гоаспектностью названного явления. Каждое из определений акцентирует внимание на той или иной стороне, на отдельных проявлениях власти, и связано с определенным подходом к ее рассмотрению.

Любой теоретический вопрос получает методологическое звучание, когда он рассматривается через призму философии. Это в полной мере относится и к проблеме власти. Теоретическое рассмотрение власти имеет ряд аспектов, которые тесно связаны и взаимно дополняют друг друга. Онтологический аспект содержит вопросы о бытии власти, субстанциональных оснований властных отношений, их существенно общие признаки, выражающиеся в любом типе или форме власти и придающие ей закономерный характер. Проблема распадается на две части: власть над индивидом и власть индивида. Первая осуществляется несколькими способами: прямой физической силой, с помощью поощрения или наказания, воздействием на сознание человека. Вторая - это власть над природой и власть над другими людьми, достижение которой обусловлено как естественными стремлениями человека к власти и славе, так и психологическими особенностями.

Гносеологический аспект раскрывает соотношение познавательной и практической деятельности, ее свойств и критериев практической деятельности, оценки ее легитимности. Методологический аспект состоит в рассмотрении сущности и специфики проявления власти. Социологический аспект относится к анализу легитимности власти в переходных состояниях общества. Социально-психологический аспект раскрывает механизм формирования типов личности властвующих через базовые потребности во власти, а также механизм реализации государственной власти. Аксиологический аспект подчеркивает социальную ценность феномена власти.

В основе концептуальной схемы исследования власти лежат следующие общие понятия. Это основания власти, исследование которых дает возможность трактовать властные отношения как разновидность причинных отношений, объем и силу власти. Эти понятия могут быть измерены, т.е. выражены точным математическим языком.

С учетом изложенных методологических посылок подхода к определению понятия власти, перейдем к анализу, оценкам имеющихся в философии определений власти.

Современное определение власти, как свойства общественных отношений, проявляющееся в навязывании каким-либо существом своей воли другим социальным общностям, подчеркивает наличие определенных отношений как минимум между двумя сторонами — субъектом-носителем власти и подвластной стороной. Многие ученые придерживаются мнения, что главными между субъектом власти и подвластным являются отношения типа «командование - подчинение». Основная проблема, с которой сталкиваются сторонники подобной трактовки, состоит в выяснении основ отношений типа «командование - подчинение», или, иными словами, того, что именно позволяет властвующим навязывать свои решения всем остальным.

Но в целом данное определение власти расплывчато, недостаточно. В рамках западной философии наибольшую ценность представляет работа Б. Рассела «Власть», в которой философ утверждает, что для правильного понимания властных отношений не следует ограничиваться лишь объективными закономерностями системы, а следует изучать психологию личности. Каждый человек, по Б. Расселу, изначально наделен двумя связанными, но не тождественными страстями - стремлением к власти и стремлением к славе. Обе страсти ненасытны и бесконечны. Но в условиях свободной состязательности, когда власть «открыта» для всех, ее получит тот, кто более всего желает.

В рамках структурно-функционального направления характерной является концепция власти американского социолога Т. Парсонса, рассматривающего власть как свойство, атрибут макросоциальной системы. По его мнению, власть должна служить адаптации, целедостижению, интеграции, поддержанию модели политической системы. Т. Парсонс называет власть обобщенным посредником в политической системе и сравнивает ее с деньгами как обобщенным посредником экономического процесса. Власть - это реальная способность единицы системы аккумулировать свои интересы в контексте системной интеграции и осуществлять влияние на различные процессы в системе. Поэтому власть может быть помещена в контекст любого вида отношений - экономических, военных, семейных и др. С точки зрения Т. Парсонса, власть — система ресурсов, с помощью которых достижимы общие цели. Общие цели системы - это исходная аксиома, основанная на другой аксиоме - всеобщем согласии. Согласие направлено на легитимацию позиции лидерства, представители которого в случае необходимости применят негативные санкции. Авторитет лидерства должен быть основан на всеобщем согласии в понимании принятых норм поведения, которые в свою очередь базируются на ценностях системы. Соблюдение соответствия между целями системы и консенсусом в трактовке ценностей — это единственный незыблемый фундамент власти. Способность власти к принятию общих решений, к достижению общих целей является условием выживания системы.

Реляционистская интерпретация власти, теория обмена ресурсами власти или взгляд на власть, как на атрибут обмена представлена П. Блау, представителем англо-американской школы. С его точки зрения власть -это частный вид обмена. Индивид имеет власть над другим индивидом, когда этот последний находится в постоянной зависимости от него и в том смысле, что нуждается в определенных благах, которые не может получить в другом месте. Обладатели дефицитных ресурсов, например, знаний, информации, денег и т. д., могут трансформировать их во власть, обменивая их часть на желаемое поведение. Далее, сторонники бихевиористского подхода придерживаются мнения, что власть — это одновременно и цель для большинства, и средство для тех, кто ею обладает. Поэтому исходным в поведении любого человека является не воля к власти, а борьба между людьми — это, прежде всего, борьба за власть и ее перераспределение. Компонентами властных отношений выступают элиты, социальные группы и политические лидеры.

В философском энциклопедическом словаре дается следующее определение: «Власть в общем смысле — способность и возможность осуществлять свою волю, оказывать определяющее воздействие на деятельность, поведение людей с помощью средств — авторитета, права, насилия» [1]. В данном определении указан главный признак власти — способность и возможность осуществлять свою волю на деятельность и поведение людей. Данный признак, скорее всего, выражает социальную сущность власти.

В юридической литературе отмечается, что власть — это функция руководства совместной деятельностью людей; организованная сила, обеспечивающая единство действий социальных образований и устойчивый порядок в обществе; реальная способность отдельных лиц, социальных групп, классов, народа осуществлять свою волю, навязывать ее другим с помощью специальных методов. Авторы данного определения власти полагают, что власть — это функция руководства совместной деятельностью людей.

Краткий словарь по социологии дает следующее определение власти: «Власть — это форма социальных отношений, характеризующаяся способностью влиять на характер и направление деятельности, поведение людей, социальных групп и классов, посредством экономических, идеологических и организационно-правовых механизмов, а также с помощью авторитета, традиции, насилия» [2]. В основе данного определения власти лежит признание асимметричности отношений между людьми. Истоки потребности во власти скрыты в противоречиях между интересами, ожиданиями индивида, групп и возможностями их существования. Воля к власти у одних дополняется потребностью других присоединиться к властной воле, идентифицировать себя с ней, подчиниться ей. Таким образом, суть власти состоит в сведении власти к влиянию одной группы на другую.

Отдавая должное данному исследованию власти, нельзя в то же время безоговорочно принять тезис, согласно которому, власть и влияние есть одно и то же. Так, например, в формировании политики современного общества значительную роль играют различные группировки и представители финансовых кругов, и банкиры, формально стоящие в стороне от осуществления этой политики, но располагающие огромной властью, прежде всего экономической, и влиянием на принятие политических решений.

Мы не отрицаем и того факта, что в современном обществе политическим влиянием обладают также и социальные группы, лишенные экономической и политической власти, при этом не преувеличивается их роль в угоду тем или иным политическим силам.

Другими словами, власть — это способность людей оказывать воздействие на деятельность и поведение людей при помощи воли, авторитета, права.

Однако энциклопедия государства и права определяет власть как «всякое отношение господствующего к подчиненному» [3].

М.А. Аржанов придерживается такой же позиции и считает, что «свойством всякой власти является, прежде всего, способность властвующего принять, а подвластного следовать его воле» [4].

Несколько иначе выглядит позиция Б.М. Лазарева, который трактует власть как «способность подчинять поведение и деятельность людей воле всего общества, группы людей или отдельного человека» [5].

Представляется, что такие определения власти и такое ее понимание как необходимость насилия, господства, авторитета, права, стремления к подчинению можно объяснить преувеличенным вниманием к проблемам классовой борьбы, противостояния. Вряд ли такое определение подойдет к любой политической ситуации, особенно к спокойной и мирной.

Например, М. Вебер определяет государство как «отношение господства людей над людьми, опирающееся на легитимное насилие как средство» [6].

Психологическая концепция Г. Лассуэлла представляет нам власть как некую ценность. Человек при этом испытывает потребность в обладании ею или переживании опыта санкций или влияния по отношению к другим людям. В свою очередь А. Джордж определяет «потребность во власти», как желание достичь власти, этой высшей ценности. Совершенно становится очевидным, что потребности политика во власти и в достижении в действительности оказываются тесно связанными... и более того, потребность во власти предполагает, что власть может быть желанна для удовлетворения других личностных потребностей, таких как потребность в достижении, в уважении, в одобрении, в безопасности.

Нам нужно исследовать мотивационные истоки активности личности, не придумывать новые стимулы, а выявлять истинную причину активности - потребности. Крайне интересны рассуждения о потребности власти С.Б. Каверина, которые он приводит в работе «Потребность власти». Он утверждает, что по мере роста потребности в пище неизбежно возрастает зависимость субъекта от того, кто контролирует благо, способное удовлетворять данную потребность. «Эта зависимость, - пишет автор, - переживается как ограничение, несвобода, а поэтому первая характеристика психологического содержания потребности власти есть стремление освободиться, получить независимость от обстоятельств, а также и от других людей-распределителей» [7]. Рассуждая далее, приходим к выводу, что освободиться можно или отказавшись от самого блага, или путем овладения контролем над ним или самим благом. Так как первое почти невозможно, то остается второе — взять все в свои руки, завладеть благом. А это и означает захватить власть. Этот момент крайне важен, т.к. он характеризует собой перерастание потребности в свободе в потребность во власти, причем эти две потребности уживаются рядом. Вещизм, накопительство, обруганное потребительство и т.д. — реакция нормального человека с целью обезопасить себя, своих родных и близких от суровой действительности, возможность реализовать потребность в свободе, которая смогла бы покрыть недостаток власти. Ведь сегодня всем стало ясно, что собственность есть вещная основа свободы.

Второй составляющей потребности власти, согласно мнению Каверина, является стремление «обладать имуществом, вещами, распоряжаться собственностью - власть и богатство всегда были близкими родственниками» [8]. Эта мысль направляет наше внимание по неразрывную связь власти и собственности. Но связь эта может проявляться различно. Например, неимущий — зависим, поэтому легко управляем. Значит, чтобы сделать людей покорными, надо их лишить всякой собственности. Однако того же результата можно достичь, если наделить людей собственностью, они тогда будут бояться потерять ее, значит, будут смирными и послушными.

Третьей составляющей потребности власти, по мнению Каверина, является статусная потребность, т.е. «потребность в самоутверждении» [9]. Это может выглядеть как потребность в уважении, в престиже, в доминировании, в безопасности не на уровне индивида, а на уровне личности, т.е. уважение, признание, почет, лесть и даже поклонение. Однако следует заметить, что в последствии обладание властью становится постепенно средством удовлетворения потребности в самоутверждении, в самоуважении через признание окружающих, а количество подданных или подвластных - считается доказанным преимуществом над другими людьми, хотя это можно и вообразить себе. И тогда власть человеку нужна не только для обретения свободы действий, для защиты от агрессии, не только для доступа к материальным благам, но и во многом для удовлетворения самолюбия. А может быть и для всего перечисленного сразу?! И тогда, пища, которая не доступна другим, — бальзам для души, а не удовлетворение требований желудка.

Четвертой составляющей потребности власти Каверин называет «потребность самовыражения» [10]. Он уверен, что власть — это игра. Властвующий при этом пытается подчеркнуть индивидуальность, произвести впечатление, быть оригинальным, всегда быть центром внимания. Это может быть и спорт, и изучение иностранных языков, и мода, и косметика, и особый образ жизни и т.д.

Но, по мнению Каверина, есть еще и пятый компонент потребности власти — «это потребность быть личностью» [11]. Он считает эту потребность высшей духовной ценностью. Л.С. Выгодский пишет: «Личность становится для себя тем, что она есть, через то, что она представляет для других» [12]. Рассуждая подобным образом, мы можем выделить личность «крупную», «историческую», «выдающуюся», «ничтожную» и т.д.

В зависимости от вышеназванных составляющих и формируется тип личности властвующего и тип личности подвластного. Вероятно, можно с уверенностью сказать, что потребность власти является обязательной и присущей каждому человеку. В противном случае, отсутствие у человека базовых потребностей выведет его за пределы родового понятия homo sapiens. Однако в жизни можно встретить много людей, которые упорно уклоняются от власти. Это следует объяснить, прежде всего, внешним нежеланием осуществлять власть. Человеку в норме власть не так и нужна. Но, если происходит ущемление интересов, унижение достоинства, нарушение прав, то появляется желание активизироваться, обеспечить удовлетворение потребностей. В связи с этим очень интересно замечание Э. Фромма, который подчеркивает, что «жажда власти коренится не в силе, а в слабости... пока и поскольку индивид силен, господство над другими ему не нужно и он не стремится к власти» [13].

А если это так, то нет смысла считать потребность власти пороком. Это нормальная человеческая потребность, как и любая другая. Но при этом, человек, осуществляющий власть, и человек, подчиненный власти, представляют собой явления диаметрально противоположные. Что происходит с человеком, когда он соприкасается с властью, и чем оборачивается полная от нее отдаленность? Чем является власть для управляемых и управляющих?

Современная философия власти представлена двумя альтернативами. Это философия Ницше с его «сверхчеловеком» и философия Достоевского и его «великого инквизитора». Ницше, будучи проницательным аналитиком и пророком в совершенстве разбирался в человеческих помыслах. Вероятно, он знал, что власть не только средство, что она может стать и, при определенных условиях, становится непременно самоцелью, высшей страстью человека. «Что есть счастье? - пишет он. - Чувство растущей власти, чувство преодолеваемого противодействия, не удовлетворенность, но стремление к власти, не мир вообще, но война, не добродетель, но полнота способностей» [14].

Не возможно не обратить внимания на диалектику власти, которая состоит в своего рода обратной пропорциональности между силами внешнего принуждения и внутреннего нравственного самообладания личности или целого народа. «Это путь изнутри наружу, от личной жизни к жизни общественной, иначе говоря, путь совершенствования общих отношений через нравственное воспитание личности» [15], - писал в свое время Франк С.Л.

Одним из принципов великих мировых религий было отделение духовной власти от политической. Независимость духовных правителей дает возможность выдвижения критических суждений в адрес власти земной. Совершенно не случайно все тоталитарные режимы жестоко преследовали религию. А. Солженицын замечает, что «в лабораториях ГУЛАГА успешно сопротивлялись власти над человеком искренне верующие религиозные люди: они знали конечное ничтожество земной власти и не вверяли ей душу» [16].

Как мудро замечает А.Н. Уайтхед «божественный элемент в мире должен быть понят как убеждающая, а не как принуждающая деятельность» [17].

Из вышесказанного следует сделать вывод, что совершенно необходимо учитывать диалектику внутренней и внешней власти: чем меньше мы способны обуздать свои стихии изнутри, тем ближе для нас перспектива внешнего подавления и обуздания. Это касается как отдельных личностей, так и целых народов. Если гражданские отношения представлены как хаос, закономерным является требование «сильной руки».

Сущность власти изучают очень многие, и все имеют специфическое понимание этого социального явления. Все определения власти относительны, вероятно. Кроме того, известно, что власть неразрывно связана с государством и с «гражданским обществом», с элементами политической системы и др.

Становится понятным положение о том, что власть — это сила, (имеется в виду подавление, господство, принуждение), но и сила создающая, созидающая, которая поддерживает и защищает человеческие организации. Исходя из этого, становится ясно, что она необходима.

По мнению ряда других политологов, социологов, философов власть определяется как воля. Вероятнее всего, что это вторично к власти как силе, поскольку воля дает направление силе, а сила в свою очередь реализует веления власти. Как сила, так и воля являются внешними факторами и они должны быть присущи носителю власти. Рассуждая далее можно заметить и еще признаки власти, на которые постоянно обращают внимание мыслители прошлого и настоящего.

Крайне важно обратить внимание еще на один специфический признак власти. Макс Вебер считает, что «власть означает любую возможность проводить внутри данных социальных отношений собственную волю даже вопреки сопротивлению, независимо от того, на чем такая возможность основана» [18].

У многих ученых существует мнение, что государственная власть — это право и возможность государства распоряжаться кем и чем-нибудь, подчинять своей воле и оказывать воздействие на поведение людей посредством авторитета и силы, но и господства, принуждения и подавления. По мнению ряда, ученых власть может достигать своих целей, действуя жесткими и мягкими, нечестными и честными методами, совершенно точно может соблазнять, обманывать, провоцировать, принуждать, заставлять, стимулировать и даже вымогать определенное поведение.

О власти можно рассуждать много, но очень трудно познать ее смысл. Можно пользоваться властью, злоупотреблять ею, но ответить на вопрос «что такое власть?» очень и очень трудно.

Список литературы

1. Философский энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1983.

2. Краткий словарь по социологии. М.: Мысль, 1990.

3. Энциклопедия государства и права / Под ред. П.И. Стучки. М., 1925. Т. 1. С. 44.

4. Теория государства и права, М., 1949. С. 94.

5. Советы депутатов трудящихся. 1964. № 2. С. 10.

6. Макс Вебер. Избранные произведения. М., 1990. С. 206.

7. Каверин С.Б. Потребность власти. М., 1991. С. 13.

8. Каверин С.Б. Потребность власти. М., 1991. С. 15.

9. Каверин С.Б. Потребность власти. М., 1991. С. 16-17.

10. Каверин С.Б. Потребность власти. М., 1991. С. 19.

11. Каверин С.Б. Потребность власти. М., 1991. С. 23.

12. Выгодский Л.С. Развитие высших психических функций. М., 1960. С. 196.

13. Фромм Э. Бегство от свободы. М., Прогресс, 1989. С. 140.

14. Ницше ф. Соч.: в 2 т. М., 1990. Т. 2. С. 633.

15. Франк С.Л. Духовные основы общества. М., 1992. С. 459

16. Солженицын А.И. Архипелаг Гулаг. Малое собрание сочинений. М.: ИНКОМ НВ, 1991.

17. Уайтхед А.Н. Избранные работы по философии. М., 1990. С.369.

18. Weber М. Wirtschaft und GeselschaftBd 1 Tubingen, 1956.S/28.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий