регистрация / вход

Проблемы и перспективы защиты прав потерпевших от преступлений

Поднят один из важных аспектов судебно-правовой реформы, а именно защита человека от преступных посягательств и злоупотреблений. Характеризуются пробелы в действующем УПК и намечаются пути их устранения.

Ю.В. Щербаков

Поднят один из важных аспектов судебно-правовой реформы, а именно защита человека от преступных посягательств и злоупотреблений. Характеризуются пробелы в действующем УПК и намечаются пути их устранения.

Включение в Конституцию Российской Федерации главы второй: «Права и свободы человека и гражданина», вступление России в Совет Европы, ратификация Государственной Думой Российской Федерации декларации «О защите прав и свобод человека» подтверждает, что для государства права и свободы человека становятся высшей целью.

Проводимая в стране судебно-правовая реформа должна быть скоординирована с этими положениями и направлена по пути реальной защиты человека от преступных посягательств и всякого рода злоупотреблений. Вырабатываемую государством политику борьбы с преступностью следует определить ее конечной целью -защиту «жертв преступлений».

Достижение этой цели должно быть подчинено наше законодательство. Между тем анализ принятого в последнее время гражданского, гражданско-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства показывает, что законодательные органы, ориентируясь на международно-правовые нормы, обеспечивают беспрецедентную защиту и расширение прав лиц, совершивших преступление, а их жертвы остаются без государственной защиты.

В периодической печати, специальных правовых изданиях в настоящее время все чаще раздаются «голоса» ученых-процессуалистов, практических работников уголовной юстиции, несогласных с такой политикой органов власти, в защиту прав «жертв преступлений». В частности профессор А.Я. Сухарев пишет: «Более широкий взгляд на преступность как фактор социальной дестабилизации позволяет выделить то общее, что, в конечном счете, определяет все или почти все разновидности преступлений: это, разумеется, последствия посягательств - жертвы преступлений. Их миллионы, а с учетом латентности и низкой эффективности работы органов уголовной юстиции десятки миллионов, нуждающихся в защите зачастую не получают ее» [1].

В то же время ни законодательные, ни исполнительные органы власти не проявляют, вопреки своим конституционным обязанностям, интереса к защите лиц, ставших жертвами преступлений и злоупотреблений. Поэтому, возникла острая необходимость принятия такого уголовно-процессуального законодательства, в котором главным процессуальным участником могла бы стоять жертва преступлений.

Отправление правосудия на началах состязательности и равноправия сторон по-новому определяет место потерпевшего в уголовном судопроизводстве во всех ее стадиях.

Судебно-правовая реформа не может считаться завершенной до тех пор, пока не будут разрешены проблемы процессуального положения и защиты прав потерпевших. Главным условием ее проведения должны стать: четкое определение понятий потерпевшего, обеспечение ему равных, а в некоторых случаях и приоритетных процессуальных прав при расследовании уголовного дела, защиты его жизни, здоровья имущества и его близких родственников; обеспечение квалифицированной юридической помощи, причем в определенных случаях бесплатной; реальное возмещение материального и компенсации морального вреда.

Между тем в отношении жертв преступлений законодатель проявляет завидный консерватизм, в результате которого жертва преступления по-прежнему остается второстепенным участником уголовного процесса с ограниченными правами.

Эта мысль ярко выражена профессором А.Д. Войковым, который пишет: «Проблема жертв преступлений - одна из вопиющих во всей истории человечества, и она находит отнюдь не адекватное отражение в строе уголовного судопроизводства, осуществляемого именем государства» [2].

Чтобы жертвы преступлений почувствовали защиту своих прав со стороны государства, проведение судебно-правовой реформы должно перейти от выработки теоретических, декларативных положений в практическую плоскость обеспечения защиты прав и интересов жертв преступлений.

Сопоставление норм действующего и проекта нового УПК РФ, касающихся процессуального положения потерпевшего, подтверждает высказанное, что они не в состоянии защитить их от психического, а нередко и от физического давления на них со стороны подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, его родственников и даже адвокатов. Такое давление препятствует реализации потерпевшим своего права на судебную защиту и восстановления своих нарушенных прав.

Органам законодательной власти требуется принять такие законы, которые устранили бы существующие, и не создавали бы новые проблемы для лиц, ставших жертвами преступлений. Для их разрешения следует определить весь круг проблем.

Возникающие проблемы можно классифицировать на три группы:

К первой группе следует отнести те проблемы, которые ущемляют права потерпевшего в стадии возбуждения и расследования уголовного дела.

Во вторую группу можно включить проблемы, препятствующие потерпевшему осуществить права на судебную защиту.

В третью группу входят проблемы, связанные с исполнением судебных постановлений о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда.

Рассмотрим более подробно существующие проблемы в досудебных и судебных стадиях и путях их разрешения.

Перечисленный перечень проблем при реализации потерпевшим своих прав возникает не только в результате пробелов действующего уголовно-процессуального законодательства, но и в недостаточной эффективности деятельности органов, обеспечивающих безопасность в неединичных нарушениях, которые допускают работники этих органов.

Возросший уровень преступности, а нередко бездеятельность правоохранительных органов по выявлению, пресечению, раскрытию и расследованию преступлений становится одной из причин роста нераскрытых преступлений и влечет за собой невозможность жертв преступлений на судебную защиту своих попранных прав и не обеспечивает возмещение морального ущерба.

Пробелы в действующем УПК, несовершенство ведомственной и государственной отчетности позволяют отдельным должностным лицам и даже органам, с целью приукрашивания своей деятельности в борьбе с преступностью, оставлять без регистрации заявления и сообщения потерпевших о преступлениях. Они допускают случаи незаконного отказа в возбуждении уголовных дел. Данный вывод подтверждают материалы проверок, проводимых прокурорами городов и районов Ставропольского края. Данные статистических отчетов прокуроров показывают, что за последние годы прокурорами ставились на учет укрытые преступления, по которым возбуждалось от 600 до 700 уголовных дел о преступлениях различной тяжести. Из этого числа только 18-20 процентов преступлений раскрывались, а лица, их совершившие, привлекались к уголовной ответственности. Остальные 80-82 процента таких дел увеличивали число нераскрытых преступлений. Как следствие - потерпевшие оставались без судебной защиты.

По Российской Федерации такие цифры возрастают до значительных размеров. Как отметил Генеральный прокурор Российской Федерации Ю.И. Скуратов: «Ежегодно выявляются 40-50 тысяч незарегистрированных преступлений. При этом обнаруживается и необоснованные отказы в возбуждении уголовных дел, искажение фактических обстоятельств происшествия, фальсификация проверочных материалов. Порой усилия направляются не на установление виновных, а на подыскание подходящих оснований для отказа, приостановления или прекращения расследования» [3].

Подобные нарушения закона не только ставят перед потерпевшими неразрешимые проблемы, а чаще всего порождают у потерпевших недоверие к правоохранительным органам и органам власти, не способным защитить их и восстановить нарушенные права.

Проблемы в стадии возбуждения уголовных дел могут быть разрешимы только в том случае, если органы дознания, расследования и судьи свою деятельность будут осуществлять с учетом положений п.4 «Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений», который гласит: «К жертвам следует относиться с состраданием и уважать их достоинство. Они имеют право на доступ к механизмам правосудия, скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб в соответствии с национальным законодательством» [4].

Второе направление в решении перечисленных проблем может быть осуществлено только в том случае, если уголовно-процессуальное законодательство будет приведено в соответствии с положениями, названной декларации Генеральной Ассамблеи ООН и ст. ст. 46, 48, 52 Конституции Российской Федерации, а также других международно-правовых норм. Потерпевшему должны быть предоставлены равные процессуальные права с другими участниками процесса, и он как равноправный его (участник) субъект будет иметь возможность участвовать в контроле за результатами принятия решения по его заявлению о совершенном преступлении и иметь право возражать против отказа в возбуждении уголовного дела по п. п. 4, 5, 6 и 8 ст. 5 УПК РСФСР. Такое положение закона обеспечит равные права с обвиняемыми, которые вправе возражать против отказа в возбуждении уголовного дела по не реабилитирующим основаниям, требовать возбуждения по нему расследования и реабилитации как невиновного.

Чтобы потерпевший имел возможность своевременно обжаловать незаконные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, в ст. ст. 109 и 113 УПК РСФСР следует внести изменения, а ст. 152 проекта УПК РФ дополнить положением: «О вручении заявителю копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в течение трех суток с разъяснением ему права о порядке обжалования решения». Ч. 2 ст. 156 проекта УПК РФ дополнить следующими словами «Постановление вступает в силу с момента вручения заявителю копии. Обжалование постановления приостанавливает его действие».

Наиболее остро стоят вопросы защиты прав жертв преступления в стадии расследования уголовных дел, где допускается наибольшее количество ущемления прав потерпевших и возникает настоятельная необходимость изменения норм действующего и соответствующих статей проекта нового УПК РФ.

Неспособность государства защитить своих граждан от преступных посягательств обязывает компенсировать им предоставлением таких прав, которые позволяют обеспечить решение задачи по защите их интересов и полного возмещения ущерба, нанесенного им как жертвам преступления.

В связи с введением суда присяжных потерпевшему предоставлено дополнительно право - участвовать в прениях сторон и высказывать возражения против отказа прокурора от государственного обвинения. В остальном процессуальное положение потерпевшего не изменилось и может оставаться таким же до принятия нового УПК РФ. Его авторы в ст. 46 предлагают наделить потерпевшего следующими дополнительными правами: знать о предъявленном обвиняемому обвинении; пользоваться бесплатной помощью переводчика; знакомиться с протоколами следственных действий, производимых с его участием и подавать на них замечания; участвовать с разрешения следователя или дознавателя в следственных действиях, проводимых по его ходатайству; получать копии постановлений о возбуждении уголовного дела, о признании его потерпевшим или об отказе в этом, о прекращении дела, а также копию приговора; участвовать в судебном разбирательстве в суде первой инстанции, выступать в прениях; поддерживать обвинение, в том числе и в случае отказа государственного обвинителя от обвинения; знать о принесенных по делу жалобах и приносить на них возражения; участвовать в рассмотрении жалоб, ходатайств и протестов в апелляционной и кассационной инстанциях.

В данную статью надо, с нашей точки зрения, включить еще ряд прав, которые обеспечат потерпевшему равенство с обвиняемым в условиях состязательности процесса. В существующей судебной практике в случаи отказа государственного обвинителя от обвинения в судебном заседании потерпевший остается без всякой юридической помощи или он должен за свои средства нанимать адвоката. Поэтому мы считаем, что потерпевшему юридическая помощь должна оказываться бесплатно и дополнение в ст. 46 проекта может быть сформулировано так: «Потерпевшему должно быть обеспечено право на получение квалифицированной юридической помощи, а при отсутствии у него материальных средств юридическая помощь должна предоставляться бесплатно» Данная формулировка дополнения будет отвечать требованиям ч. 1 ст. 48 Конституции РФ.

Однако, на наш взгляд, расширение некоторых прав потерпевшего, предусмотренных в проекте УПК, не обеспечит разрешение всех проблем и в первую очередь с возмещением материального и морального вреда в случаях прекращения уголовного дела на предварительном расследовании и при производстве дознания. В проекте УПК предлагается такая новелла, как наличие согласия потерпевшего на прекращение уголовного дела (ст. 29 проекта): 1) в связи с деятельным раскаянием; 2) в связи с изменением обстановки, если будет признано, что отсутствует необходимость в применении к лицу мер уголовно-правового характера. А также включение в проект, ныне действующей нормы (ст. 9 УПК РСФСР): «прекращение дела в связи с примирением потерпевшего и возмещением причиненного вреда». В данной формулировке отсутствует еще одно основание для согласия потерпевшего — это компенсация морального вреда.

Как видно, жертве преступления предоставляется возможность решать вопрос о прекращении уголовного дела или направлении его в суд. Этим самым поднимается его роль как равноправного участника уголовного судопроизводства.

Вместе с тем, обращает на себя внимание тот факт, что даже при даче согласия для потерпевшего проблема не завершается, потому что не определен механизм и форма выражения потерпевшим дачи согласия на прекращение уголовного дела по указанным выше основаниям и порядок возмещения материального и тем более компенсации морального вреда. Поэтому тысячам потерпевшим предстоит длительный марафон разрешения своего иска в гражданском судопроизводстве.

По данным статистической отчетности прокуратуры Ставропольского края дознанием и следователями МВД и прокуратуры по ст. ст. 6, 7 и 9 УПК РСФСР прекращено 1202 уголовных дела. Из этого числа вследствие изменения обстановки прекращено 508 дел; в связи с примирением с потерпевшим - 494 дел; в связи с деятельным раскаянием прекращено 200 уголовных дел.

Для того, чтобы потерпевшему не пришлось самому предъявлять иск и длительное время оставаться без возмещения материального ущерба, даже при наличии согласия потерпевшего, уголовное дело по нереабилитирующим основаниям может быть прекращено, по нашему мнению, в том случае, если обвиняемый представит письменный документ, подтверждающий возмещение им или его представителем материального ущерба. А если материальный и моральный вред не возмещен, то дело прекращению не подлежит и должно направляться в суд для рассмотрения. Такое положение в законе позволит потерпевшему контролировать законность принимаемых решений по уголовным делам в стадии расследования и дознания.

Отдельные авторы и практические работники уголовной юстиции высказывают возражения против расширения прав потерпевших, мотивируя это тем, что в таком случае будут ущемляться права обвиняемого на защиту. Думается, что такие высказывания ошибочны, так как предоставление потерпевшим от преступления дополнительных прав не только не ущемит какие-либо права обвиняемых, но и отвечает положениям ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, закрепившей принцип: осуществления судопроизводства «на основе состязательности и равноправии сторон».

Противники расширения прав потерпевшего высказывают и другие аргументы, ссылаясь на то, что его интересы в суде представляет и защищает прокурор, выступающий в качестве государственного обвинителя. Поэтому нет необходимости представлять потерпевшему право поддерживать обвинение, выступать в прениях. Подсудимый окажется в невыгодном положении, когда на него будут оказывать давление два участника процесса и ему будет трудно осуществлять свое право на защиту. Изучение судебной и прокурорской практики показывает, что проблемы для потерпевших в судебном заседании не устраняются даже при участии государственного обвинителя. В еще более сложном положении оказывается потерпевший, когда в судебном заседании не участвует государственный обвинитель или он отказывается от поддержания государственного обвинения. В таких случаях потерпевший остается без всякой защиты и должен сам защищать свои права, а этого он не сможет сделать, если в уголовно-процессуальном кодексе не будет решен вопрос поддержания обвинения.

Изучение судебной практики подтверждает тезис, что прокуроры участвуют в рассмотрении не всех уголовных дел. В 1995 г. судами Российской Федерации было рассмотрено 1015441 уголовное дело, а прокуроры поддержали государственное обвинение по 469237. В 1996 г. рассмотрено 1134367 дел, из этого числа прокурорами поддержано государственное обвинение по 509957 делам, по которым были вынесены приговоры.

Если мы обратимся к статистическим данным в разрезе субъектов Российской Федерации, то увидим, что в большинстве субъектов Федерации прокуроры принимали участие в рассмотрении уголовных дел менее чем по 50 процентам. В некоторых субъектах - менее чем 30-40 процентов. Ямало-Ненецкий автономный округ -23,5 процента, Эвенкийский А.О. - 27,7 процента, Свердловская обл. - 35,1 процент, Хабаровский край - 35 процентов, Читинская обл. - 33,7 процента. Статистка показывает, что прокуроры участвовали менее чем по 50 процентам уголовных дел в 42-х субъектах Федерации. Сотни тысяч потерпевших остались без прокурорской поддержки в судебном заседании. В таких процессах ни о каком состязании не приходится говорить.

На фоне роста общей и, в первую очередь, корыстной преступности особую остроту приобретают проблемы возмещения материального ущерба, причиненного преступлениями.

Сложности в решении этих вопросов множество: жертвам преступлений предстоит собрать и предоставить доказательства о размере причиненного ущерба; следственные органы должны обеспечить возмещение гражданского иска; суды в соответствии с требованием процессуального закона в приговоре разрешить гражданский иск и, конечно, исполнения приговора в части гражданского иска.

Закон возлагает на следственные органы и суды разрешение этих вопросов. Как показывает практика следователи и лица, производящие дознание, не всегда выполняют требования закона. Примером подтверждения сказанного может служить уголовное дело, г-на Р., рассмотренное Александровским районным судом Ставропольского края. Приговором этого суда от 02. 07. 97 г. этот гражданин осужден по ст. 264 ч. 1 УК РФ, а гражданский иск потерпевшего о возмещении материального ущерба судом необоснованно оставлен без рассмотрения. Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда по жалобе потерпевшего отменила приговор и возвратила дело на новое рассмотрение.

Более наглядным примером может служить приговор Кировского районного суда от 02. 12. 97 г., которым по ст. 158 ч. 2 п. п. «б» и «в» УК РФ был осужден г-н С.

Суд дело рассмотрел без участия потерпевшей и в нарушение ст. 310 УПК РСФСР не принял решения в приговоре по заявленному гражданскому иску. Обвинитель по делу не участвовал и права потерпевшей никто в судебном заседании не защищал. Только по жалобе потерпевшей приговор был отменен и дело возвращено на новое судебное рассмотрение [5].

Не менее актуальной проблемой для потерпевших является исполнение приговора в части гражданского иска о возмещении материального ущерба. Этот вопрос, на наш взгляд, является главной составной частью восстановления социальной справедливости и служит связующим звеном всей системы правосудия. Насколько эффективно и полно разрешаются эти проблемы, настолько и оценивают наши граждане существующую систему правосудия в стране и доверяют ей.

В соответствии с положениями Конституции РФ и ряда действующих уголовных и уголовно-процессуальных законов государства посредством деятельности государственных правоохранительных органов обязано защищать своих граждан от любого насилия и злоупотреблений. Когда же государство не может этого сделать, то оно обязано взять на себя обязанность о возмещении материального ущерба и защиту потерпевших от давления и угроз.

Как же решить существующие проблемы с возмещением материального ущерба? Нам представляется, что основным способом их разрешения должно стать возмещение материального ущерба обвиняемым или подсудимым, а также его представителем. Когда же эти субъекты уголовного процесса не имеют средств, то это должно делать государство. Однако у него в настоящий период нет таких средств для решения этой проблемы.

В таком случае можно было бы использовать опыт некоторых зарубежных стран, в которых создаются общественные фонды поддержки жертв преступления и оказания им финансовой помощи.

В России следовало бы создать государственный или общественно-государственный фонд из средств этого фонда. По приговору суда или по постановлению следователя будут производиться выплаты, хотя бы частичного возмещения материального ущерба, причиненного потерпевшему, и оплата за услуги адвоката, представляющего интересы потерпевшего на предварительном следствии или в суде.

Таким образом, мы попытались рассмотреть и привлечь внимание к острейшим проблемам жертв преступлений, для разрешения которых скорейшее принятие нового уголовно-процессуального кодекса РФ, где потерпевший станет равноправным участником уголовного судопроизводства и ему законодательными мерами будет обеспечено полное возмещение материального ущерба.

Список литературы

1. Сухарев А.Я. Долг науки жертвам преступлений // Сборник научных и нормативных материалов. М., 1997.

2. Бойков А.Д. Защита жертв преступлений в уголовном судопроизводстве Российской Федерации // Сборник научных материалов. М., 1997.

3. Скуратов Ю.И. Роль прокуратуры в укреплении законности и правопорядка // Законность. 1997. № 12. С. 4.

4. См.: Резоляция 40/34 Генеральной Ассамблеи ООН. 29.11.1985.

5. Архив Ставропольского креаевого суда.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий