Стадии совершения преступления

Понятие и виды стадий совершения преступления. Умысел в уголовно-правовом аспекте. Общее описание стадий.

Министерство общего и профессионального образования

Сургутский государственный университет

Кафедра права

Курсовая работа

по дисциплине: Уголовное право

на тему: “ Стадии совершения преступления ”.

Выполнил: студент II курса

юридического факультета

Минаков Алексей Геннадьевич.

Проверил:

Муравлянский Владимир Викторович.

Сургут, 1998

Содержание

1. Понятие и виды стадий совершения преступления. Умысел в уголовно-правовом аспекте.

Общее описание стадий.

2. Неоконченное преступление.

3. Приготовление к преступлению.

4. Покушение на преступление и его виды.

5. Оконченное преступление.

6. Добровольный отказ от преступления.


1. Понятие и виды стадий совершения преступления. Умысел в уголовно-правовом аспекте. Общее описание стадий.

Статья 8 ныне действующего Уголовного кодекса РФ говорит, что основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного в Кодексе.

Пункт 1 статьи 14 кодекса преступлением признает виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное кодексом под угрозой наказания.

Преступление как разновидность поведения человека содержит все признаки такого поведения. Оно протяженно во времени и пространстве, обладает всеми психофизиологическими и психическими признаками поведения личности. Физическому действию либо воздержанию от него (бездействию) предшествует психологический процесс, связанный с мотивацией, установлением цели и принятием решения. Он побуждает лицо к физическому действию (бездействию), выступает причиной деяния. Принятие решения – совершать или не совершать определенное деяние – является конечным итогом механизма мотивации и установления цели.

Антиобщественные потребности, интересы и направленность личности определяют низменную, в том числе криминогенную, то есть побуждающую субъекта к преступлению, мотивацию. Преступное поведение следует отличать от непреступного не по структуре его установления, а по его содержанию. Мотивы, цели, принятие решения направлены на совершение общественно-опасного деяния. Они формируют вину – умысел либо неосторожность.

В умышленных преступлениях формирование намерения совершить преступление именуется формированием умысла. В преступлениях, совершенных по неосторожности, намерение совершить преступление отсутствует.

Если обратиться к истории, то признание замышления преступления преступлением применялось на практике очень часто и в древности, и в средние века. Так в Уложении о наказаниях 1845 года ст. 241 устанавливала уголовную ответственность за замышление преступления.

Современная наука уголовного права отвергла такой принцип и установила, что сформирование умысла, как не объективированный вовне психологический процесс, не может быть предметом уголовно-правовых отношений.

Общепризнанный принцип уголовного права гласит: “cogitationis poenam nemo patitur” (“мысли ненаказуемы”). Безнаказанность формирование умысла проистекает из конституционного установления свободы мыслей и убеждений.

Равно как и обнаружение умысла вовне не имеет практического значения (в словах, письменно, конклюдентными действиями). Обнаружение умысла не общественно опасно потому, что от него до практического действия – слишком большая дистанция. Если лицо высказало кому-то намерение совершить преступление, то это не значит, что оно его совершит. Часто обнаружение умысла мешает исполнению преступления, так как намерение становится достоянием третьих лиц.

Главное состоит в том, что умысел это не есть еще действие, выраженное вовне, а ведь только с внешне объективированными поступками борется уголовное право. Поэтому отечественная правовая уголовная школа пошла дальше в своем развитии, отказавшись от утверждения о том, что обнаружение умысла является первой стадией совершения преступления, бытовавшим в 50-х годах. Поэтому неприемлемо уголовно-правовое преследование обнаружения умысла.

Угроза же представляет общественную опасность и преследуется по закону. Угроза опасна психическим травмированием потерпевшего и поэтому в ряде случаев уголовно наказуема (угроза убийством, телесным повреждением, уничтожением имущества и др.). Для состава угрозы совсем не требуется действительного умысла убить или учинить другое насилие против потерпевшего. Его цель – добиться нужного для угрожающего лица поведения потерпевшего под влиянием психического насилия. В данном случае принимается во внимание не то, какие намерения имел угрожавший, а в какие объективированные условия был поставлен потерпевший.

Обнаружение умысла в равной мере нельзя отождествлять со “словесными” преступлениями типа “призывов”, “пропаганды”, клеветы, оскорбления и т.п. Каждое из преступлений посягает на свой объект – мир и безопасность человечества (ст. 354 УК), конституционный строй (ст. 280 УК), честь и достоинство личности (ст. 129, 130 УК) и т.д. Если обнаружение умысла никакого ущерба не причиняет правоохраняемым интересам, то приведенные преступления такой ущерб причиняют.

Криминализация “словесных” преступлений и преследование за них являются очень значимыми факторами, так как несут в себе потенциальную возможность ущемления конституционных прав и свобод, а с частности свободу слова. Выражение вовне своих мыслей и убеждений носит объективный характер, а поэтому имеет смысл включать его в уголовно-правовые рамки. Печально известная норма о контрреволюционной, а позже антисоветской агитации и пропаганде весьма часто использовалась в период сталинских репрессий, в 70-е и даже 80-е годы.

“Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них” – гласит ч.3 ст.29 Конституции РФ. Высказывание собственного убеждения, например, о необходимости изменения Основного закона, режима власти или политики Президента не является ни обнаружением умысла, ни стадией совершения каких-либо преступлений.

Изложенное выше позволяет сделать некоторый промежуточный итог.

Сформирование умысла на совершение преступления находится вне пределов уголовно-правовых отношений;

обнаружение умысла не есть стадия совершения преступления, ибо не создает каких-либо благоприятных условий для достижения преступного результата;

обнаружение умысла нельзя смешивать с угрозой совершения преступлений, призывами и иными “словесными” преступлениями, предусмотренными в уголовном законе.

При анализе проблемы стадий совершения преступления необходимо обратить внимание на то, что Уголовный кодекс РФ объявляет преступным и наказуемым не только уже совершенное преступление, но и общественно опасные действия, не доведенные до конца по причинам, не зависящим от воли виновного.

Глава шестая Уголовного кодекса РФ “Неоконченное преступление” дает основание выделять три стадии совершения преступления:

приготовление к преступлению,

покушение на преступление,

оконченное преступление.

Под стадиями преступления следует понимать этапы, которые проходит преступление в своем развитии от начала (подготовительных действий) до конца (наступление общественно опасных последствий). Они отличаются друг от друга по характеру и содержанию виновных действий, а также по степени завершенности криминального деяния. Можно сказать иначе, стадии эти различаются между собой по объективному признаку — моменту прекращения преступной деятельности.

Науке уголовного права известны и другие позиции относительно наименования и количества стадий преступления. Так, высказывались мнения относительно УК 1960 г. Отдельные правоведы признавали стадиями преступления исполнение состава преступления и наступление преступных последствий. Но такая точка зрения подверглась жесткой критике. По существу, “исполнение преступления” есть ничто иное как покушение, частичное выполнение объективной стороны. Наступление последствий не составляют признака состава преступления, а потому оно не может признаваться стадией.

Уголовно-правовое значение имеют лишь стадии умышленного преступления. Конечно, неосторожные преступления также имеют протяженность во времени. Однако ввиду того, что неосторожные поступки до наступления последствий в уголовно-правовом отношении нейтральны, о стадиях их совершения говорить не приходится.

Первой стадией совершения преступления являются приготовительные действия, которые создают условия совершения преступления. Это приобретение орудий и средств преступления, создание группы, разработка плана, изучение обстановки последующего совершения преступления, слежка за потерпевшим и другие действия. Чем тяжелее и сложнее преступления, тем основательнее, как правило, приготовительные к нему действия.

Создав необходимые условия, субъект переходит ко второй стадии совершения преступления — к исполнению состава преступления. Он приступает к тем действиям (бездействиям), которые входят в объективную сторону соответствующих составов преступлений. Они указаны в диспозициях соответствующих норм Уголовного кодекса. Так, субъект скупает и перепродает товары при спекуляции, изымает имущество при хищении, наносит телесные повреждения при убийстве. Именно эти действия составляют причину преступных последствий, они порождают их с неизбежностью в силу их социально правовой сущности. Эта стадия исполнения состава преступления является решающей для достижения преступного результата, достижения цели мотивированной и умышленной преступной деятельности.


2. Неоконченное преступление.

Первые две стадии (приготовление и покушение) составляют так называемое неоконченное преступление; их называют еще предварительной преступной деятельностью. Приготовление и покушение совершаются до окончания преступления и для его осуществления. Выделять данные стадии необходимо для правильной правовой оценки совершенного преступления, его квалификации, а также для индивидуализации уголовной ответственности.

Существуют два вида неоконченных преступлений — прерванное по независящих от лица обстоятельствам и добровольно не оконченное (оставленное). Приготовление к преступлению и покушение на преступление суть разновидности прерванных по не зависящим от лица обстоятельствам преступлений. От них отличается добровольно не оконченное преступление, в котором общественно опасные последствия не наступили по зависящим от лица обстоятельствам, а именно в силу его добровольного отказа от завершения преступления. При этом мотивы незавершенного преступления могут быть самыми различными, лишь бы отказ был действительно добровольным.

Необязательно, чтобы любое умышленное преступление проходило все указанные этапы. Нередко умысел лица реализуется непосредственно совершением конкретного оконченного преступления, минуя предварительную преступную деятельность.

О приготовлении и покушении можно вести речь лишь применительно к целенаправленной преступной деятельности. Эти стадии возможны только в преступлениях, совершаемых с прямым умыслом. Что же касается криминальных деяний, совершаемых с косвенным умыслом, то в них стадии приготовления и покушения невозможны. Не желая наступления общественно опасных последствий, виновный, естественно не может ни готовиться к преступлению, ни покушаться на него. В данном случае общественно опасные последствия преступления не составляют цели его криминальной деятельности.

Новый Уголовный кодекс РФ в ч.1 ст. 29 впервые определяет понятие оконченного преступления. Преступление признается оконченным, если в совершенном лицом деянии содержатся все признаки состава преступления, предусмотренного конкретной нормой Особенной части Уголовного кодекса.

Важно отметить, что при этом момент юридической законченности криминального деяния может не совпадать с представлением самого субъекта о завершении преступления.

Наиболее существенным признаком, отличающим оконченное преступление от иных стадий, является полная реализация объективной и субъективной стороны, предусмотренного уголовным законом общественно опасного деяния. Объект же и субъект деяния одинаковы как для оконченного, так и неоконченного преступления.

Момент окончания преступления зависит от того, как в конкретной норме особенной части УК сконструирован данный состав преступления.

В т.н. материальных составах, при которых необходимо наступление конкретного преступного последствия, оно должно наступить фактически, чтобы преступление было признанным оконченным.

В т.н. формальных составах, при которых достаточно совершить деяния, указанные в диспозиции закона и необязательно наличие последствия как необходимого признака, преступление считается оконченным с момента совершения предусмотренного в данной норме действия или с момента бездействия.

Некоторые составы сконструированы таким образом, что преступление считается оконченным с момента, когда объект уголовно-правовой охраны поставлен под угрозу причинения вреда (ч.1 ст. 215 и др.).

В некоторых составах момент окончания преступления переносится на более ранние относительно наступления преступных последствий стадии ( т.н. усеченные составы). Например, с момента посягательства на жизнь потерпевшего считаются оконченными преступления, предусмотренные ст. 277, 295, 317 УК. В данном случае закон применительно к этим составам поступает альтернативно, считая преступление оконченным как в случае покушения на убийство, так и в случае самого убийства особо охраняемых законом лиц.

Отдельные составы преступлений формируются исходя из особенностей их совершения и повышенной степени общественной опасности таким образом, что криминальное деяние считается оконченным с момента осуществления организационной деятельности, направленной к совершению тяжких и особо тяжких преступлений. (составы, предусмотренные ст. 208, 209, 210, 239 УК).

Различная конструкция составов преступлений в УК предопределяет и различия в моменте окончания того или иного криминального деяния. В случаях, когда для оконченного состава требуется фактическое наступление последствия, его отсутствие означает, что речь может идти только о неоконченном преступлении.

Стадии возможны практически во всех умышленных преступлениях с материальным составом.

Приготовление и покушение невозможны, когда закон связывает уголовную ответственность только с наступлением определенных последствий, указанных в диспозиции Особенной части УК. Например, составы, предусмотренные ст. 285, 286, 288, 330 УК.

Предварительные стадии невозможны в преступлениях, объективная сторона которых состоит в создании опасности причинения вреда (ч.1 ст.215 и др.). Приготовление (и, соответственно, покушение) невозможно и в составах, где уже сама подготовительная деятельность рассматривается законодателем как оконченное преступление (ст. 208, 209, 210, 239 и др.).

Стадии покушения не может быть в преступлениях с т.н. усеченным составом (ст.277, 295, 317), в то время как стадия приготовления здесь вполне возможна.

Следует отметить, что как правило, приготовление и покушение исключены в совершаемых путем бездействия преступлениях с формальным составом, а покушение — также в формальных составах, выполняемых путем действия, в которых уже первый акт деятельности представляет собой оконченное преступление (например, разбой - ст.162).
3. Приготовление к преступлению.

Часть 1 ст. 30 УК РФ определяет приготовление к преступлению как “приискание, приготовление или приспособление лицом средств или орудий, приискание соучастников преступления, сговор на совершение преступления либо иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от лица обстоятельствам.” С точки зрения анализа юридической нормы это определение специфично — оно начинается с конкретизации приготовительных действий в виде приискания, изготовления или приспособления средств или орудий совершения преступления. Следовательно, любые приготовительные действия — это всегда умышленное создание условий для совершения преступления.

В уголовно-правовой доктрине относительно содержания приготовления к преступлению существовало множество точек зрения. Оно то признавалось “отдаленным покушением”, то включалось в обнаружение умысла. В частности, в дореволюционном уголовном праве ( ст.7 Уложения 1845 г.) приготовлением признавалось лишь приискание и приспособление средств для совершения преступления. Остальные виды приготовительных действий, не связанные с орудиями и средствами совершения преступления, относились к обнаружению умысла. В этом есть рациональное зерно. Ведь покушение, независимо от степени его отдаленности от преступления, отличается от самого близкого к совершению преступления подготовительного действия тем, что все приготовительные действия совершаются до начала исполнения состава преступления, его объективной стороны. Они лишь предваряют, создают условия для совершения преступления. Что касается обнаружения умысла, то, как уже отмечалось, оно стадией преступления не является.

Практический аспект приготовления к преступлению сводится к следующему:

объем криминализации приготовления к преступлению;

пределы наказуемости приготовления;

отличие его от покушения.

В российском уголовном праве эволюция этих категорий была противоречивой. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года ограничивало приготовительные действия приисканием и приспособлением средств для совершения преступления. Наказывалось оно лишь в двух случаях: когда было противозаконным само приобретение некоторых средств (например, взрывчатых веществ, оружия) и когда приготовление относилось к особо тяжким преступлениям.

УК РСФСР 1922 г. Расширил понятие приготовления, но отказался в принципе от его криминализации. Ст. 12 гласила: “Приготовлением к преступлению считается приискание, приобретение или приспособление орудий, средств и создание условий для совершения преступлений.

Приготовление к преступлению карается, если оно само по себе является наказуемым действием”.

Основные начала уголовного законодательства СССР и союзных республик вообще отказались от терминов “приготовление к преступлению” и “покушение на преступление”; в них говорилось о “начатом преступлении”. Такое обобщение привело к тому, что на практике законодатели союзных республик толковали это понятие по-разному: одни как покушение, а другие как приготовление и покушение. В последствии Пленум Верховного Суда СССР 7 мая 1928 года разъяснил, что под “начатым преступлением” имеются в виду и приготовление, и покушение. В результате все республики вынуждены были криминализовать приготовление к любому преступлению, что было теоретически ошибочным.

В большинстве зарубежных уголовных кодексов приготовление к преступлению не криминализируется. Но следует учитывать объем криминализации приготовлений как оконченных преступлений. Если заговор, сговор, приобретение яда, подстрекательство к любому преступлению объявляются оконченными преступлениями, тогда ненаказуемость приготовления оказывается декларативной. Более того, она означает усиление репрессии за неоконченное деяние, ибо не позволяет от него добровольно отказаться.

Наказание приготовления к преступлению в мировой законодательной практике осуществляется по двум вариантам: в пределах санкции за оконченное преступление, приготовление к которому осуществлялось, или по правилам обязательного снижения наказания. Российские законодатели избрали второй путь.

Современная наука российского уголовного права устанавливает, что приготовление к преступлению совершается исключительно с прямым умыслом. С такой формой вины кореллирует обязательный объективный признак приготовления — прерванность до начала исполнения состава по независящим от лица обстоятельствам. Именно желая наступления общественно опасных последствий, субъект создает все необходимые условия, и только непредвиденные обстоятельства срывают его планы.

В отличие от обнаружения умысла на совершение преступления, когда лицо еще не выполняет каких-либо общественно опасных действий, приготовление характеризуется определенными конкретными действиями, создающими условия для совершения преступления (например, когда лицо изготовляет станок для производства фальшивых денежных купюр).

Приготовительные действия весьма разнообразны. С объективной стороны они возможны в следующих формах:

приискание средств или орудий совершения преступления;

изготовление средств или орудий совершения преступления;

приспособление средств или орудий совершения преступления;

приискание соучастников преступления;

сговор на совершение преступления;

иное умышленное создание условий для совершения преступления.

Каждый из этих объективных признаков имеет самостоятельное значение. В деянии иногда можно выделить два или более этих признаков.

Под приисканием законодателем понимается любой способ добычи средств или орудий преступления: поиск, покупка, заказ изготовления, обмен, получение на время, похищение и другие способы. Например, покупка топора для совершения убийства, поиск транспортных средств для перевозки намеченного к похищению имущества, похищение взрывчатых веществ для совершения террористического акта и прочее. Любопытно заметить, что способ приискания может быть любой, законный или незаконный, главное чтобы цель была преступной. К приисканию относится также находка и присвоение какого-либо предмета в преступных целях. Приисканием также является и подготовка к такому использованию вещей, находящихся в собственности преступника.

Необходимо отметить, что ни один из вышеуказанных способов не должен признаваться приготовлением, если не доказано, что замысел на их использование в конкретно-определенных преступных целях возник до указанных действий (например, если субъект приобрел охотничий нож, послуживший впоследствии орудием совершения преступления, то, чтобы квалифицировать приобретение ножа субъектом как приискание средств для совершения преступления, следствию предстоит доказать, что замысел на совершение преступление при помощи охотничьего ножа у данного субъекта появился до приобретения этого ножа).

На практике возникают определенные сложности в понимании средств и орудий преступления.

Законодатель под средствами подразумевает предметы материального мира, применяемые для совершения задуманного преступления, а также приспособления, облегчающие его реализацию (транспортные средства, чтобы скрыться от преследования, снотворное, чтобы усыпить жертву, поддельные документы, чтобы совершить хищение).

Под орудиями понимаются любые предметы, которыми исполняется задуманное преступление и с помощью которых непосредственно причиняются общественно опасные последствия ( огнестрельное и холодное оружие, взрывчатые вещества, взрывные устройства, простые бытовые предметы).

Отличие средств от орудий заключается в том, что орудие используется в процессе непосредственного осуществления преступления, тогда как средство — на стадии создания условий для совершения преступления с тем, чтобы облегчить его реализацию.

Некоторые правоведы отождествляют средства и орудия совершения преступления. В конкретной ситуации одна и та же вещь может быть либо орудием, либо средством совершения преступления. Например, субъект использовало лом в качестве средства, чтобы открыть гараж. Открыв гараж, субъект обнаружил в нем его хозяина и убил его ломом, использовав его как орудие преступления.

Под изготовлением понимается технологический процесс создания средств и орудий преступления. Причем, изготовление может производиться как промышленным, так и кустарным способом (поддельные документы, оружие и др.). В отличие от приспособления, в данном случае указанные средства и орудия создаются заново. Разумеется, замысел виновного на их использование в конкретных преступных целях должен возникнуть заранее — только в этом случае изготовление средств и орудий можно рассматривать в качестве стадии преступления.

К приспособлению относятся разнообразные действия, связанные с обработкой средств и орудий, в результате которой они становятся пригодными для реализации задуманного преступления. Например, обработка ключа с целью проникнуть в квартиру, затачивание металлической пластины под нож, приспособление газового оружия для стрельбы боевыми патронами и др.

Приискание, изготовление и приспособление средств и орудий для исполнения преступлений могут фигурировать одновременно.

Под приисканием участников понимается вербовка исполнителей и пособников для последующего криминального деяния. Лицо непосредственно подбирает соучастников для совершения преступления. В данном случае имеет смысл говорить о том, что преступление по тем или иным причинам не было доведено до конца, прерываясь на стадии разработки условий для совершения. При этом способами приискания могут быть уговор, угрозы, обещания совместного обогащения, шантаж и др. Лицо, которому по не зависящим от него обстоятельствам не удалось склонить других лиц к совершению преступления, несет уголовную ответственность за приготовление (неудавшееся подстрекательство).

Под сговором законодатель понимает организация группы лиц, заранее договорившихся о совместном совершении конкретного преступления. Сговор является как бы логическим продолжением предыдущей формы — приискания участников. Они образуют, скорее всего, два этапа одной и той же формы. Сговор уголовно наказуем, и если преступление по тем или иным причинам не было доведено до конца, то содеянное расценивается как приготовление к соответствующему преступлению.

Более того, многие разновидности приготовительных действий могут образовывать самостоятельный и оконченный состав преступления. (например, ст. 209 - создание устойчивой вооруженной группы, разработка плана преступных действий и др.).

Под иным умышленным созданием условий понимаются все остальные действия, которые не охватываются вышеописанными действиями, но которые тоже делают это преступление реально возможным. Например, установление времени прихода намеченной жертвы домой, обычного маршрута его движения и др. Установить полный перечень этих форм просто не представляется возможным.

Специфической разновидностью приготовления к преступлению является направление преступника к месту совершения преступления при доказанности цели совершения преступления.

Дореволюционные правоведы, в частности Н.С. Таганцев, относили к приготовительным действиям и действия, подготавливающие возможность уклонения лица от уголовной ответственности за совершение задуманного им преступления (например, приобретение парика, накладных усов и др. Для изменения внешности).

Предыдущие уголовные кодексы исходили из принципа наказуемости приготовительных действий к любому преступлению. В судебной практике случаи осуждения за приготовление к преступлению встречались редко, что вполне объяснимо отдаленностью приготовительных действий от окончания преступного посягательства и в связи с этим незначительной степенью их общественной опасности. Кроме того, на практике приготовление обычно трудно доказать, так как совершение приготовительных действий само по себе не всегда еще свидетельствует о преступном намерении лица, их совершившего. В связи с этим законодатель вполне обосновано отказался от общей наказуемости приготовления к преступлению. По УК РФ уголовная ответственность за приготовление к преступлению ограничена кругом тяжких или особо тяжких преступлений (ч.2 ст. 30 УК РФ).

Важно отметить, что отнесение готовящегося преступления к тяжкому или особо тяжкому еще не предрешает вопроса об уголовной ответственности за приготовление к преступлению. Так как объективно приготовление и к этим преступлениям вполне может подпадать под ч. 2 ст. 14 УК РФ, устанавливающую, что не является преступлением действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, то есть не причинившее вреда и не создавшее угрозы причинения вреда личности, обществу или государству. Такая малозначительность применительно к приготовлению к преступлению может выразиться либо в малозначительности самих приготовительных действий, либо их значительной отдаленности во времени от последующего покушения на преступление или доведения преступления до конца. Например, жена покупает утюг, в будущем когда-нибудь предполагая что он ей может понадобиться не только по назначению, но и как орудие для убийства нерадивого мужа-пьяницы. Формально эти действия вполне могут быть отнесены к разновидности умышленного создания условий для совершения убийства в виде приобретения орудия совершения преступления. Однако трудности исполнения такого намерения и отдаленность этих действий от непосредственного исполнения задуманного преступления, отсутствие непосредственной опасности для потерпевшего дает основание рассматривать эти действия как малозначительные, не представляющие общественной опасности. Существуют трудности доказывания криминализационности этого действия ( т.к. приобретение утюга еще не свидетельствует об умысле лица на убийство).

Состав приготовления к преступлению имеет самостоятельную уголовно-правовую оценку и особенности по сравнению как с составом оконченного преступления, так и с составом покушения на преступление. Эта специфика относится к объективным признакам и субъективной стороне приготовительных действий.

при приготовлении к преступлению отсутствует непосредственное воздействие на объект задуманного преступления. Например, вор приобрел отмычки для того, чтобы совершать кражи из квартир. Объектом будущей кражи является собственность, однако приобретение орудия преступления еще не означает непосредственного воздействия на такой охраняемый уголовным законом объект, как собственность.

любые приготовительные к преступлению действия образуют объективную сторону приготовления к преступлению, однако они не входят в объективную сторону готовящегося преступления. Например, лицо в целях совершения грабежей приобретает огнестрельное оружие. Объективную сторону грабежа будет составлять насильственное лишение собственности другого человека. Приобретение огнестрельного оружия не образует объективной стороны грабежа. Таким образом, состав приготовления к преступлению характеризуется собственной самостоятельной объективной стороной.

С объективной стороны приготовление к преступлению характеризуется также тем, что оно может быть совершено только путем действия. Т.к. Уголовный кодекс перечисляет лишь активные формы данной стадии совершения преступления. (ч. 1 ст. 30 УК РФ). Ни одна из этих форм преступного поведения не может быть осуществлена путем бездействия.

Специфика объективной стороны состоит в том, что преступление при этом не было доведено до конца по независящим от лица обстоятельствам. В этом случае нужно обратить внимание на 2 момента:

приготовительные действия не должны образовывать самостоятельное оконченное преступление ;

необходимо, чтобы преступная деятельность лица по подготовке задуманного лицом преступления не была доведена до конца именно по независящим от лица обстоятельствам. То есть преступная деятельность была прервана не по воле виновного.

С субъективной стороны приготовление к преступлению, как уже отмечалось, характеризуется умышленной виной, причем в виде прямого умысла.

Приготовление к преступлению квалифицируется по статьям Особенной части УК, предусматривающим ответственность за готовящееся преступление, и ст. 30 УК РФ. В случаях, если приготовительные действия образуют самостоятельный состав преступления, требуется их дополнительная квалификация по ст. Особенной части, предусматривающей ответственность за это преступление ( например, в случае хищения ядовитых веществ для совершения убийства уголовная ответственность будет наступать за кражу (ст. 158 УК РФ) с присовокуплением срока за приготовление к убийству).

При назначении наказания за приготовление к преступлению суд исходит из общих начал назначения наказания (ст. 60 УК РФ) и учитывает особенности назначения наказания за неоконченное преступление (ст. 66 УК РФ). При этом учитываются обстоятельства, в вису которых преступление не было доведено до конца.

С учетом того, что приготовление является первым этапом к совершению преступления и считается менее опасным действием по отношению к покушению на преступление, закон предусматривает и более мягкое наказание по сравнению с наказанием за покушение на преступление или оконченное преступление.

Срок или размер наказания за приготовление к преступлению не может превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части за оконченное преступление.

При этом, как уже отмечалось, уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому или особо тяжкому преступлению.

УК РСФСР не запрещал применения исключительной меры наказания за совершение покушения на преступление. Ч. 4 ст. 66 УК РФ говорит о невозможности назначения смертной казни и пожизненного лишения свободы как за приготовление, так и за покушение на преступление.

Подведем некоторый итог:

приготовление к преступлению — это умышленное создание условия для совершения умышленного преступления, но не доведенного до конца по не зависящим от лица обстоятельствам;

приготовление к преступлению квалифицируется по статье Особенной части, предусматривающей ответственность за то, преступление, к которому готовился виновный;

если в процессе совершения приготовительных действий субъект выполнит состав другого (а не того, к которому готовился) преступления, он отвечает и за это оконченное преступление, и за приготовление к соответствующему преступлению;

наказание за приготовление к преступлению обязательно снижается.

В значительном числе случаев приготовительные к преступлению действия выявляются правоприменительными органами и пресекаются на этом этапе.

В иных ситуациях лицо убеждается в нереальности, в невозможности перейти непосредственно к совершению преступления (например, при отказе соучастников, при непригодности средств или орудий совершения преступления). В этом случае действия субъекта рассматриваются как приготовление к преступлению.

4. Покушение на преступление и его виды.

В соответствии с ч.3 ст. 30 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Наука уголовного права в обобщенном виде признает покушением на преступление исполнение состава преступления, прерванное до наступления общественно опасных последствий по не зависящим от лица обстоятельствам.

УК РФ 1996 г. сохранил в основном определение покушения по УК РСФСР. Единственное изменение сводится к тому, что формой покушения новый УК наряду с действием признает также бездействие.

Исторически со времен принятия французского УК 1810 г. и по учению классической школы уголовного права покушение на преступление трактовалось как “начало исполнения состава преступления”. В болгарском УК в определении покушения на преступление отсутствует указание на непременный признак любого покушения — незавершение преступления по не зависящим от лица обстоятельствам. Аналогичный дефект содержит норма о покушении в УК ФРГ. Любопытно, что немецкая норма исходит из субъективного критерия исполнения состава, т.е. из представлений покушавшегося, а не из законодательной характеристики состава преступления.

Покушение представляет собой начало непосредственного совершения преступления. На этой стадии происходит реальное посягательство на объект, находящийся под охраной закона, частично выполняется объективная сторона конкретного преступления.

В науке уголовного права предложено большое количество теорий разграничения приготовления к преступлению и покушения на преступление. Основными из них являются:

исходящие из субъективного критерия

(злого намерения, представления субъекта о виде совершаемого им неоконченного преступления);

объективные, которые исходят из законодательного определения объективной стороны состава;

смешанные, в которых соединяются субъективный и объективный подходы.

Самым прочным критерием, отличающим покушение на преступление от приготовления к преступлению является критерий начала исполнения состава, его объективной стороны. Все действия, совершенные до исполнения состава, относятся к приготовлению.

В судебной практике случаи покушения на преступление встречаются довольно часто. Например, субъект с целью убийства наносит жертве телесные повреждения. В это время на месте преступления появляется милиция и воспрепятствует реализации цели субъекта. В данном случае действия субъекта будут расцениваться как покушение на убийство. Преступнику не удается совершить похищение человека из-за активных социально-полезных действий граждан, пришедших на помощь потерпевшему. Врач умышленно не оказывает помощь больному, заведомо зная что это приведет к смерти больного. Эти действия будут рассматриваться как покушение на преступление.

Покушение на преступление характеризуется объективными и субъективными признаками, составляющими в совокупности состав этой стадии неоконченного преступления. Эти признаки позволяют отличать покушение на преступление, с одной стороны, от приготовления к преступлению, с другой — от оконченного преступления.

Если приготовление к преступлению создает лишь условия для совершения задуманного преступления, то покушение на преступление создает реальную опасность причинения вреда объекту посягательства. В связи с этим объективная сторона покушения на преступление характеризуется следующим:

в отличие от приготовления к преступлению при покушении субъект оказывает непосредственное воздействие на объект совершаемого преступления. Жена ударила своего мужа утюгом по голове с целью убийства, но нанесла тяжкие телесные повреждения. В момент удара жизнь потерпевшего подвергалась непосредственной и реальной опасности.

при покушении лицо совершает действие (бездействие), непосредственно направленное на совершение преступления. Оно начинает или продолжает выполнение объективной стороны задуманного преступления. Субъект дает взятку должностному лицу. Но тот отказывается. Попытка дать взятку есть выполнение объективной стороны дачи взятки.

Важно выявить, является ли совершенное деяние частью объективной стороны готовящегося или совершаемого преступления. Одни и те же действия в зависимости от характера преступного посягательства могут быть как покушением на преступление, так и приготовлением к преступлению. Например, проникновение лица на склад с боевыми припасами с целью совершения кражи будет расцениваться как покушение на преступление, а те же действия с целью осмотра места для совершения террористического акта — как приготовление к преступлению.

В отличие от оконченного преступления действие (бездействие), образующее покушение на преступление, не было доведено до конца по независящим от лица обстоятельствам. Незавершенность деяния при покушении является признаком, отличающим его от оконченного преступления. Многие правоведы отстаивают ту точку зрения, что основным признаком отличающим покушение от оконченного преступления является отсутствие общественно-опасного последствия. Определение того, завершено ли деяние, зависит от специфики объективной стороны совершаемого преступления. При покушении на преступление с материальным составом отсутствует предусмотренный диспозицией уголовного закона преступный результат (при грабеже субъект не может завладеть чужим имуществом, при попытке убийства — не наступает смерти потерпевшего и т.д.). Однако покушение на преступление с материальным составом не означает, что при этом обязательно отсутствуют любые преступные последствия. Последние могут наступить, но это не те последствия, которых хотел и добивался виновный и с которыми уголовный закон связывает ответственность. Например, преступник, имея целью совершить убийство, наносит потерпевшему телесные повреждения. В этом случае уголовная ответственность наступает не за причинение телесных повреждений, а за покушение на убийство.

Покушение на преступление с формальным составом характеризуется неполным выполнением действий, предусмотренных уголовным законом.

Деяние при покушении остается незавершенным по независящим от лица обстоятельствам. Это означает, что преступление не было доведено до конца вопреки воли виновного. Лицо делает все, чтобы преступление было доведено до конца, но этого не происходит. Например, лицо, решив сбыть крупную партию поддельных денежных купюр, задерживается милицией.

Указанные объективные признаки позволяют очертить сферу возможного совершения деяния, образующего покушение на преступление.

покушение возможно при совершении любых преступлений с материальным составом, совершаемых путем как действия, так и бездействия.

покушение возможно также и в преступлениях с формальным составом, совершаемых путем действия, когда объективная сторона совершенного преступления выполнена не полностью.

Покушение на преступление невозможно в случаях, когда уголовный закон для состава оконченного преступления считает достаточным совершение деяния, содержащего угрозу наступления определенных последствий (например, ст. 248 нарушение правил безопасности при обращении с микробиологическими либо другими биологическими агентами или токсинами).

Субъективная сторона покушения на преступление характеризуется умышленной виной. Покушение на преступление возможно только с прямым умыслом. Об этом говорится в постановлении Пленума Верховного Суда “О судебной практике по делам об умышленных убийствах” от 22 декабря 1992 г.

При покушении на преступление с материальным составом лицо сознает общественную опасность своего действия (бездействия), непосредственно направленного на совершение преступления, предвидит возможность или неизбежность наступления вредных последствий и желает их наступления. При покушении на преступление с формальным составом лицо сознает общественную опасность совершаемых действий и желает их совершения.

В теории уголовного права и судебной практике покушение на преступление принято делить на два основных вида: оконченное и неоконченное.

В основу такого деления положен субъективный критерий, базирующийся на представлении самого субъекта о степени завершенности своих действий (бездействия).

Оконченным следует считать такое покушение, при котором виновный выполнил все, что считал необходимым, однако преступный результат не наступает или преступление не завершается по объективным, т.е. не зависящим от него обстоятельствам. Например, выстрел с целью лишить жизни потерпевшего, дача взятки при помощи третьего лица. Виновный при этом убежден, что все зависящее от него выполнено и преступный результат должен наступить. Однако, этого не происходит (виновный промахивается или потерпевшего спасает своевременно оказанная помощь; третье лицо присваивает себе предмет взятки, либо лицо, которому предназначалась взятка от нее отказалось).

Неоконченным считается такое покушение, при котором виновный по не зависящим от него обстоятельствам еще не выполнил всех необходимых, с его точки зрения, действий (бездействия) и тем самым не завершил преступления (например, субъект пытается совершить грабеж, но ему воспрепятствовали посторонние граждане).

Оконченное покушение обычно, при прочих равных условиях, более опасно. По своим признакам оно ближе к оконченному преступлению, однако между ними необходимо проводить четкую грань. В отличие от последнего, при оконченном покушении не наступает преступный результат, к достижению которого стремился виновный, или не совершаются полностью все общественно опасные действия, объективно необходимые для завершенности преступления.

Деление покушения на оконченное и неоконченное имеет большое практическое значение. Степень завершенности покушения учитывается при назначении наказания (оконченное покушение опаснее неоконченного, так как первое в большей степени приближается к оконченному преступлению), а также при решении вопроса о добровольном отказе от совершения преступления. Однако доктор юридических наук Н.Ф. Кузнецова считает, что критика деления покушения на оконченное и неоконченное довольно обоснованна. Причиной тому она выделяет то, что всякое покушение прерывается дальше или ближе к последствиям преступления помимо воли субъекта. поэтому заслуга пресечения начатого исполнения состава преступления должна отдаваться тому, кто остановил преступление. УК РФ 1996 г. не выделяет оконченного и неоконченного покушения.

В теории уголовного права выделяется также негодное покушение, которое бывает двух видов:

покушение на негодный объект;

покушение с негодными средствами.

Первый вид негодного покушения будет тогда, когда лицо направляет свои действия на определенный объект, но его действия в силу допускаемой ошибки в действительности не посягают на избранный им объект и не причиняют ему вреда. На практике случаи таких покушений редки. Примером покушения на негодный объект может послужить случай, когда лицо с целью совершения убийства наносит удар ножом по трупу или выстрел, не зная о том, что перед ним мертвое тело потерпевшего.

В уголовно-правовой литературе иногда говорится о покушении на нереальный или не существующий объект. Примером такому покушению можно привести следующую ситуацию. Убийца совершает несколько выстрелов потерпевшего, полагая, что это он и есть. Но в конечном итоге выясняется, что убийца производил выстрелы в муляж (куклу). Или, например, лицо похищает предметы, полагая, что они имеют особую ценность, но каковыми в действительности не являются.

Во всех приведенных случаях, как и во всех возможных, объект является всегда годным, всегда реальным и присутствующим. Определение объекта преступления зависит от того, против каких именно охраняемых уголовным законом интересов направлены действия виновного. В первом случае (стрельба в труп, куклу, изображавшую конкретного человека) объектом преступления является жизнь человека, во втором (похищение предметов) — чужая собственность.

Дело заключается в том, что в результате фактической ошибки, допущенной виновным, вред объекту не причиняется. Такая ошибка охватывается не зависящими от лица обстоятельствами, которые прерывают покушение. В связи с этим покушение на негодный объект (оконченное или неоконченное) следует рассматривать как обычное покушение, и оно должно влечь ответственность на общих основаниях, установленных в уголовном законе для такого рода преступных действий (в случае с похищением предметов виновный будет нести ответственность по ст. 164 “Хищение предметов, имеющих особую ценность”).

При покушении с негодными средствами виновный для достижения своих общественно опасных целей применяет такие предметы, которые по своим объективным качествам и свойствам не могут привести к окончанию посягательства или желаемому преступному результату. Под средствами здесь понимаются не только собственно орудия и иные средства преступления, но и его методы и способы. Негодные средства подразделяются, в свою очередь, на абсолютно непригодные и непригодные в данных условиях (например, попытка убийства лекарственным препаратом, который по ошибке представлял для виновного яд). Покушение с негодными средствами, как правило, обладает общественной опасностью и влечет наказание, так как преступление не доводится до конца лишь в следствие ошибки виновного, т.е. по обстоятельствам не зависящим от него. Абсолютно непригодны средства, связанные с суеверием или полным невежеством (заговор, молитвы, “напущение порчи”, “сглаза” и т.п.). Такие действия объективно не представляют общественной опасности для охраняемого уголовным законом объекта и потому не влекут уголовной ответственности.

Наказание за покушение на преступление назначается с учетом общих начал назначения наказания. (ст. 60 УК РФ) и требований закона относительно назначения наказания за неоконченное преступление. (ст. 66 УК РФ). При этом нужно принимать во внимание то, что каждая последующая стадия “поглощает” предыдущую.

Покушение на преступление — более опасная стадия преступной деятельности, однако это не совершение оконченного преступления, поэтому срок и размер наказания за покушение на преступление закон ограничил тремя четвертями максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части за оконченное преступление.

При назначении наказания за покушение на преступление суд также должен выяснить все обстоятельства, способствующие его совершению, учесть все конкретные, а также смягчающие и отягчающие обстоятельства по делу.

При покушении преступление не завершается по обстоятельствам, не зависящим от воли виновного, однако, эти обстоятельства бывают различными, что должно учитываться при назначении наказания.

В отличие от стадии приготовления уголовная ответственность за покушение наступает независимо от категорий совершенных преступлений.

Как уже отмечалось, УК РФ 1996 г. отказался от назначения смертной казни и пожизненного лишения свободы как за приготовление, так и за покушение на преступление.

Подведем некоторый итог вышеизложенному.

покушение на преступление — это исполнение состава умышленного преступления, прерванного по не зависящим от лица обстоятельствам до наступления общественно опасных последствий;

покушение отличается от приготовления стадией, на которой прерывается преступная деятельность: приготовление прерывается до начала исполнения состава преступления, его объективной стороны, покушение в процессе исполнения состава до момента наступления общественно опасных последствий;

от оконченного преступления покушение отличается отсутствием общественно опасных последствий;

виды покушения — оконченное и неоконченное, годное и негодное (на негодный предмет и с негодными средствами) не имеют значения для квалификации покушения, ибо во всех случаях недоведение преступления до конца происходит помимо воли субъекта;

покушение на любое преступление наказуемо, однако УК РФ 1996 г. устанавливает обязательное снижение наказания за покушение на преступление.

5. Оконченное преступление.

Впервые УК РФ определяет понятие оконченного преступления. Преступление признается оконченным, если в совершенном лицом деянии содержатся все признаки состава преступления, предусмотренного конкретной нормой Особенной части УК.

В отличие от неоконченного, оконченное преступление характеризуется полным соответствием содеянного указанным в законе объективным и субъективным признакам.

Говоря об окончености преступления, нужно заметить, что момент юридической законченности криминального деяния может не совпадать с представлением самого субъекта о завершении преступления.

При реализации субъектом объективной и субъективной сторон преступления преступление признается оконченным. Т.е. оконченное преступление означает соответствие объективной стороны совершенного лицом преступления его субъективным устремлениям. Это и является существенным отличием неоконченного преступления от оконченного. Наука уголовного права исходит из того, что объект и субъект деяния одинаковы как для оконченного, так и для неоконченного преступления.

Момент же окончания преступления зависит от того, как в конкретной норме Особенной части УК сконструирован данный состав преступления.

В преступлениях с материальными составами, в объективную сторону которых в качестве обязательного признака включается наступление конкретного преступного, общественно-опасного последствия, оно должно наступить фактически, чтобы преступление было признано оконченным. (таковыми преступлениями, например, являются убийство (ст. 105), кража (ст. 158), мошенничество (ст. 159). При определении оконченного преступления с материальным составом, необходимо учитывать следующее:

преступление завершено лишь тогда, когда причинен вред, являющийся необходимым признаком данного состава;

умысел был направлен именно на причинение этого последствия.

Причинение иного ущерба квалифицируется как покушение на преступление.

В преступлениях с формальным составом моментом их окончания будет считаться совершение в полном объеме деяния, предусмотренного конкретной статьей Особенной части УК, независимо от того повлекло ли это деяние общественно опасные последствия. Таковыми, например, являются оставление в опасности, оскорбление, разбой, получение взятки и др. Разбой как преступление с формальным составом будет рассматриваться как оконченное преступление уже с момента нападения. Реализация цели (хищение чужого имущества) не будет являться определяющим моментом.

Признание преступления оконченным или неоконченным довольно сложный вопрос. Иногда оно зависит не только от содержания умысла и степени его реализации вовне, а в первую очередь от особенностей законодательного построения соответствующего состава преступления. Например, преступник вскрыл сейф, полагая украсть сумму, в тысячу раз превышающую минимальный размер оплаты труда, но на самом деле там оказалась сумма, лишь в пятьсот раз превышающая минимальный размер оплаты труда. В данном случае умысел преступника реализовался не полностью. Независимо от этого, содеянное будет квалифицироваться по п. “б” ч. 3 ст.158 (кража в особо крупных размерах – стоимость похищенного в 500 раз превышает минимальный размер оплаты труда). Если же преступнику удалось похитить сумму, не превышающую 500 минимальных размеров оплаты труда, или денег в сейфе не оказалось, то содеянное будет квалифицироваться как покушение на кражу в особо крупных размерах.

Некоторые составы УК образованы таким образом, что преступление считается оконченным с момента, когда объект уголовно-правовой охраны поставлен под реальную угрозу причинения вреда (т.н. составы опасности) (ч.1 ст. 215, ч.1 ст. 217).

В некоторых статьях УК РФ объективная сторона отдельных преступлений сконструирована таким образом, что одно деяние (обычно действие) является этапом совершения другого деяния. Например, в ч. 2 ст. 288 УК РФ наряду с другими действиями объявляются наказуемыми как хранение наркотических средств с целью их сбыта, так и сам незаконный сбыт этих средств. В связи с этим хранение наркотических средств будет признано оконченным до их сбыта (формальный состав), а сбыт этих же средств может рассматриваться как последствие их хранения (материальный состав).

В некоторых составах момент окончания преступления переносится на более ранние относительно наступления преступных последствий стадии (т.н. усеченные составы). Например, составы преступлений, предусмотренных статьями 277, 295, 317 УК РФ предусматривают уголовную ответственность с момента посягательства на жизнь потерпевшего. Введение данных норм обусловлено тем, что объекты преступлений, предусмотренных указанными статьями, относятся к группе особо охраняемых законом лиц ( это государственные и общественные деятели, судьи, присяжные заседатели, лица осуществляющие предварительное расследование, сотрудники правоохранительных органов).

Некоторые составы преступлений формируются таким образом, что преступления считаются оконченными с момента осуществления организационной деятельности, направленной на совершение тяжких и особо тяжких преступлений. Таковы составы предусмотренные статьями 208 (организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем), 209 (бандитизм), 210 (организация преступного сообщества (преступной организации), 239 (организация объединения, посягающего на личность и права граждан)). Это обусловлено особой опасностью преступных деяний, совершаемых указанными организациями.

Различная конструкция составов преступлений в УК предопределяет и различия в моменте окончания того или иного криминального деяния.

6. Добровольный отказ от преступления.

У лица, начавшего совершение преступления, но не доведшего его до конца, сохраняется возможность отказаться от совершения преступления и не быть подвергнутым уголовной ответственности и наказанию. Ст. 31 УК РФ предоставляет такую возможность. В соответствии с ней добровольным отказом от преступления признается прекращение лицом приготовительных действий либо прекращение действия или бездействия, непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо сознавало возможность доведения преступления до конца (ч. 1). Согласно ч. 2 этой статьи лицо не подлежит уголовной ответственности за преступление, если оно добровольно и окончательно отказалось от доведения этого преступления до конца. В соответствии же с ч. 3 ст. 31 УК РФ лицо, добровольно отказавшееся от доведения преступления до конца, подлежит уголовной ответственности лишь в случае, если фактически совершенное им деяние содержит состав иного преступления.

УК РСФСР 1960 г. Не давал определения добровольного отказа от преступления и не определял его правовую природу. В ст. 16 говорилось, что при добровольном отказе лицо подлежит уголовной ответственности в том случае, если фактически совершенное им деяние содержит состав иного преступления. В данной норме не раскрывается сущность добровольного отказа от преступления. Она лишь определяет рамки уголовной ответственности при добровольном отказе от преступления. В этом смысле ст. 31 УК РФ лучше определила природу добровольного отказа. В ней не одна, а пять частей. Она содержит понятие добровольного отказа, определяет его правовую природу, уточняет терминологию, регламентирует добровольный отказ соучастников.

Главным правовым последствием добровольного отказа следует считать исключение уголовной ответственности.

Добровольный отказ характеризуется двумя основными признаками: добровольностью и окончательностью. (ч. 2 ст. 31).

Добровольность означает, что лицо, начавшее преступление, сознательно, по собственной воле прекращает дальнейшие действия. Не имеет уголовно-правового значения под влиянием каких лиц у субъекта появляется инициатива такого отказа (например, близкие, родственники, друзья и др.). Однако и при этом отказ должен быть результатом свободного волеизъявления субъекта, а не следствием возникших непреодолимых или труднопреодолимых препятствий. Закон обоснованно делает акцент на осознании возможности беспрепятственного завершения преступления. Если отказ от совершения преступления был вынужденным, сохраняется опасность как уже совершенных лицом действий, так и его самого, и поэтому лицо не освобождается от уголовной ответственности. Отказ является вынужденным, если он обусловлен невозможностью довести преступление до конца. Например, преступник пытается проникнуть в жилое помещение, но замок оказывается сложной конструкции, и преступник вынужден отказаться от совершения преступления. Более того, отказ признается вынужденным, если кто-то помешал довести виновному преступление до конца. Например, лицо пыталось похитить ценные вещи из музея и было задержано сторожем.

Т.о. суть добровольного отказа сводится к тому, что лицо, начавшее преступление, по собственному желанию не доводит его до конца, хотя и имеет такую возможность. Сознание реальной возможности завершить преступление, убежденность лица в этом являются необходимым условием добровольности отказа.

Окончательность означает, что лицо, начавшее преступление , полностью и бесповоротно, а не на время прекращает свою преступную деятельнЃ___‚___ѓ___„___…___†___‡___€___‰___Љ___‹___Њ___Ќ___Ћ___Џ___ђ___юяяяюяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяость. Добровольного отказа, естественно, не будет в случаях перерыва в преступной деятельности или временного отказа от нее.

Не признается добровольным отказом от совершения преступления отказ лица от повторного преступного посягательства в случае неудачи первого (например, имея умысел причинить смерть лицу, преступнику не удается при первой попытке достичь намеченного преступного результата, и он отказывается от доведения преступления до конца. В этом случае лицо отвечает за оконченное покушение на убийство на общих основаниях).

Отказ от преступления также признается вынужденным, если лицом руководил страх, вызванный конкретными обстоятельствами, означающими неизбежность разоблачения лица, и, следовательно, препятствующими доведению преступления до конца.

Добровольный отказ возможен только до окончания преступления, т.е. на стадии приготовления и покушения. На стадии приготовления к преступлению отказ возможен во всех случаях. Причем он может быть выражен как в активной форме (лицо уничтожает средства и орудия совершения преступления) – эта форма необязательна. Так и в пассивной форме – достаточно лишь несовершения дальнейших действий по доведению преступления до конца.

Добровольный отказ всегда возможен в случае неоконченного покушения. В этом случае достаточно прекращения начатых действий. Достаточно лишь пассивной формы отказа.

Возможна и активная форма отказа (лицо, перевозя на своем автотранспорте незаконно находящееся во владении огнестрельное оружие, при задержании на посту ГАИ осознает, что оружие будет найдено и добровольно передает его сотрудникам правоохранительных органов).

Добровольный отказ от оконченного преступления возможен при наличии ряда условий:

форма отказа должна быть активной;

лицо, совершив деяние, непосредственно направленное на совершение преступления, сохраняет контроль над дальнейшим развитием объективной стороны преступления и в состоянии его изменить. Если лицо не в состоянии повлиять на дальнейший ход событий, чтобы предотвратить преступление, добровольный отказ невозможен.

Например, лицо поджигает дом, однако через несколько минут возвращается и гасит разгоревшийся огонь.

В преступлениях с формальным составом для отказа необходимо недопущение завершения преступления. Так, при вымогательстве требуя от потерпевшего выгод, преступник отказывается от своих намерений по разным мотивам и просит потерпевшего забыть и не принимать во внимание сказанное им, или принять как шутку и др.

Как уже было отмечено, добровольный отказ от окончания преступления полностью исключает уголовную ответственность за добровольно оставленное преступление. Лицо, добровольно отказавшееся от доведения преступления до конца, подлежит уголовной ответственности лишь в том случае, если фактически совершенное им деяние содержит состав иного преступления. Два преступника с одной и той же целью – убийство – приобретают разные орудия преступления. Один – веревку, другой – огнестрельное оружие. Первый при добровольном отказе от преступления не будет привлечен к уголовной ответственности, второй же – наоборот, потому что в его действиях имеется состав незаконного приобретения огнестрельного оружия. Т.е. второй преступник во время приготовления к одному преступлению совершил другое, самостоятельное.

Часть 4 ст.31 УК РФ впервые регламентирует добровольный отказ соучастников.

Особенности добровольного отказа организаторов, подстрекателей и пособников заключается в том, что этот отказ должен привести к ликвидации созданной ими возможности совершить преступление, если эта возможность еще не реализована исполнителем. Для этого они должны принять активные действия и предотвратить готовящееся преступление.

Добровольный отказ различается по содержанию и последствиям в зависимости от вида соучастника. Организатору и подстрекателю предъявляются более жесткие требования для добровольного отказа, чем пособнику. Добровольный отказ организатора и подстрекателя должен состоять в предотвращении доведения преступления исполнителем до конца (посредством своевременного сообщения органам власти или иными мерами). Для добровольного отказа пособника ему достаточно принять все зависящие от него меры предотвращения совершения преступления. Даже если этим меры оказались безрезультатными и исполнитель окончил преступление, пособник от уголовной ответственности все же освобождается. “Все зависящие меры” со стороны пособника прежде всего выражаются в устранении, изъятии его “вклада” в преступление: передал исполнителю схему расположения комнат в здании, а затем до начала кражи ее забрал, хотя бы исполнитель и совершил задуманное преступление без данной схемы.

Ч. 5 ст. 31 УК РФ говорит о наказании неудавшегося добровольного отказа организатора и подстрекателя. В таком случае они несут ответственность как соучастники совершенного исполнителем преступления. Попытка добровольного отказа может быть учтена судом как смягчающее наказание обстоятельство.

От добровольного отказа следует отличать деятельное раскаяние, т.е. активное поведение лица после совершения им преступления, направленное на снижение или устранение причиненного преступлением вреда либо на оказание активной помощи правоохранительным органам в раскрытии преступления и изобличении других участников преступления. Добровольный отказ от преступления отличается от деятельного раскаяния тем, что первый происходит до наступления общественно опасных последствий, а раскаяние осуществляется после их наступления. Пр добровольном отказе нет состава преступления. При деятельном раскаянии состав преступления налицо. Добровольный отказ дает основание для непривлечения лица к уголовной ответственности. Деятельное раскаяние выступает как основание освобождения от уголовной ответственности. Его содержание зависит от характера причиненного вреда – физического, имущественного, психологического, организационного.

Заглаживание физического вреда осложнено, а при убийстве исключено. Однако предпринятые после совершения преступления меры по спасению раненого потерпевшего, срочное доставление его в больницу, оказание медицинской помощи и др. Закон признает смягчающим вину обстоятельством. (ст.61).

Проще загладить вину в имущественных преступлениях при причинении ущерба. Возможны денежная компенсация, возврат похищенной вещи и др.

Организационный вред не всегда возместим. Все зависит от характера и величины причиненной преступлением дезорганизации общественных отношений.

Для возмещения психологического (морального)вреда достаточно извиниться перед потерпевшим, за оскорбление, клевету, прекратить угрозы, заверить, что прежние угрозы были несерьезными. Можно предъявить гражданский иск.

На основе вышесказанного можно сделать выводы:

добровольный отказ от преступления представляет собой окончательный отказ от приготовительных действий или исполнения состава преступления при сознании возможности его завершения;

мотивы добровольного отказа не имеют значения, если они не устраняют представление лица об успешном завершении преступления;

добровольно отказавшееся от начатого преступления лицо несет ответственность лишь за иное оконченное преступление, если оно его совершает до добровольного отказа;

добровольный отказ отличается от деятельного раскаяния по содержанию и основаниям непривлечения или освобождения от уголовной ответственности.


Список литературы,

использованной при написании работы:

Наумов А.В. “Введение в уголовное право”.

“Государство и право” 1993 г. №11

Якубов “Время совершения преступления”.

“Российская юстиция” 1997 г. №8

“Человек и закон” 1996 г. №9

“Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации”

Общая часть под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева,

издательская группа ИНФРА · М — НОРМА, Москва, 1996

“Российское уголовное право” Общая часть под ред. В.Н. Кудрявцева и А.В. Наумова, издательство “СПАРК”, Москва 1997