регистрация / вход

Психология допроса подозреваемого и обвиняемого

Какое состояние охватывает человека или обвиняемого после задержания.

ПРИДНЕСТРОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМ. Т.Г. ШЕВЧЕНКО

Юридический факультет

Реферат

по дисциплине:

«Юридическая психология»

на тему:Психология допроса подозреваемого и обвиняемого .

Выполнила студент

2-го курса

заочного отделения

группы 22

Голубева Татьяна

Петровна

Рецензент:

Руденко Н.Н.

Работа защищена

на оценку ________

Тирасполь 2001.


Подозреваемый и обвиняемый отнюдь не обязательно могут быть преступниками. Поэтому, решая основной вопрос по делу, совершено ли преступление данным лицом, нужно ясно понимать его психологию. Стремясь уклониться от ответственности и скрыть свое участие в пре­ступлении, виновный старается утаить от окружающих и связанные с этим переживания. Он оберегает свои воспоминания от внешнего проявления и тем самым постоянно оживляет их, а подавляя пережива­ния, еще более их обостряет. В конце концов тенденция скрыть свои чувства и мысли вносит сильнейшую дезорганизацию в его психические процессы.

Если процессуальное положение подозреваемого и обвиняемого име­ет существенные различия, то в психологическом аспекте эти различияпредставляются значительно менее важными. В частности, у подозрева­емого происходит частая смена состояний, сопровождаемая то появле­нием уверенности в себе, стремлением к активному противодействию, недооценкой возможностей следствия, самоуверенностью, то, напротив, возникновением подавленного, депрессивного состояния, растеряннос­ти, безволия.

В отличие от подозреваемого обвиняемый чаще всего имеет больше сведений о положении дел, о содержании имеющихся доказательств у следствия. Однако на предварительном следствии, у подозреваемого и обвиняемого наблюдаются многие сходные психологические состоя­ния, мотивы, побуждения, а отсюда и особенности поведения.

Психические состояния, мотивы действий, личностные качества до­прашиваемых определяют их поведение на предварительном следствии и тем самым обуславливают психологический подход к ним, избрание наиболее эффективных, тактических и психологических приемов. На допросе обвиняемый может испытывать самые разнообразные чувства.

Совершивший преступление боится изобличения и, конечно же, на­казания. Это обычно действует на психику угнетающе, может в значи­тельной степени подавить волю допрашиваемого, снизить возможности правильной оценки сложившихся обстоятельств, ухудшить самоконт­роль, привести обвиняемого в угнетенное, депрессивное состояние. Страх обычно возникает у лица, совершившего преступление, задолго до привлечения его к уголовной ответственности. Такие психологичес­кие состояния затрудняют установление с допрашиваемым психологи­ческого контакта, снижают эффективность тактических приемов до­проса.

На допросе обвиняемый может быть в состоянии душевного потрясе­ния, стыда, опасаясь, что о случившемся узнают родные и близкие, друзья, сослуживцы, соседи. Моральные оценки и суждения окружаю­щих небезразличны даже для людей с устоявшимися антиобществен­ными взглядами. Нежелание огласки является весьма сильным моти­вом, во многом определяющим поведение обвиняемого. При выявлении такого мотива задача следователя — убедить допрашиваемого в необ­ходимости дать правдивые и полные показания. Только это хоть в ка­кой-то степени поможет сохранить понимание близких ему людей.

Следователю иногда приходится встречаться и с -обвиняемыми (чаще рецидивистами) для которых мнение других людей ничего не значит. Они руководствуются принципами «не пойман — не вор», «деньги не пахнут» и т. д.

Для отдельных обвиняемых типична боязнь утраты достигнутого им социального, служебного и материального положения. Поэтому на до­просе такой обвиняемый чаще всего уклоняется от дачи правдивых показаний. Здесь следователь, чтобы преодолеть указанное психологи­ческое состояние обвиняемого, должен убедить его в возможности чест­ным и добросовестным трудом восстановить социальное положение, стать полноправным членом общества.

Сильным психологическим состоянием, формирующим мотивы пове­дения обвиняемого, является страх лишения свободы, привычного образа жизни, оказаться среди преступников. Такое чувство, особенно присущее лицам, впервые совершившим преступление и привлеченным к уголов­ной ответственности, обычно приводит их в состояние глубокой депрес­сии. В такой ситуации обвиняемый полагает, что избежать задержания, ареста, содержания под стражей, приговора, связанного с лишением свободы, можно, только отрицая свою вину, давая ложные показания, у него возникает соответствующее психологическое состояние, формиру­ется позиция, которую следователю необходимо преодолеть. Для этого требуется убедить обвиняемого, что доказывание вины мало зависит от его признания, а в решающей мере — от всей совокупности доказа­тельств. Здесь требуется разъяснить обвиняемому, что чистосердечное раскаяние... а также активное способствование раскрытию преступления является для суда обстоятельством, смягчающим ответственность.

Практика показывает, что в преступлениях, совершаемых группой, обвиняемый по-разному относится к соучастникам. Если кому-то он многим обязан, то старается скрыть причастность к преступлению этого человека, надеясь на его помощь и поддержку. Гораздо чаще система психологических отношений в преступной группе построена на под­чинении силе, страхе, иных низменных побуждениях и инстинктах. Поэтому в процессе расследования, когда участники преступной группы изолированы друг от друга, построенные на такой основе отношения распадаются. У обвиняемого крепнет неприязнь к лицам, втянувшим его в преступную группу, по чьей вине он оказался привлеченным к уголовной ответственности. Следователь вправе использовать подо­бное психологическое состояние обвиняемого, раскрыть перед ним сис­тему отношений, существовавших в преступной группе, показать, на чем построено ложное чувство товарищества среди преступников, ис­пользовать эти знания для выбора наиболее эффективных тактических приемов допроса. Однако следует помнить о необходимости очень осто­рожного их выбора с учетом психологических взаимоотношений участ­ников преступной группы, поскольку недопустимы приемы, основан­ные на использовании, разжигании низменных чувств и побуждений.

Для обвиняемого на предварительном следствии очень характерно психологическое состояние тревоги, неопределенности, невозможности

правильного предвидения сложившейся ситуации и управления ею. Часто подозреваемому неизвестно, какими доказательствами располага­ет следователь, какая мера пресечения может быть избрана, какие след­ственные действия, в том числе и носящие принудительный характер, будут проведены и т. д. Такое психологическое состояние является основой для разработки и применения тактических и психологических приемов. Однако при этом недопустимы нарушения законности, нрав­ственных, этических норм и принципов уголовного законодательства.

Хочется отметить, что допрашиваемые могут испытывать одновре­менно целый комплекс чувств, тесно связанных между собой.

Особое место занимают психологические состояния, переживаемые невинным человеком, который в силу стечения обстоятельств оказался в положении подозреваемого или даже обвиняемого. Безусловно, он испытывает чувства возмущения, гнева, обиды, стремится скорее изба­виться от необоснованных, с его точки зрения, подозрений, доказать свою невиновность; он также может ощущать беспомощность, невоз­можность опровергнуть имеющиеся против него улики, преодолеть пре­дубеждение окружающих.

Эффективность допроса во многом зависит от того, в каком психоло­гическом состоянии находится допрашиваемый, от осознания обвиня­емым своей вины, от готовности дать правдивые показания. Следова­тель должен тактически умело ослабить или нейтрализовать отрицатель­ные психологические состояния и усилить, поддержать положительные.

Поведение человека в значительной степени определяется воздей­ствием на него доминанты[1] — господствующего в данный момент очага возбуждения в коре больших полушарий головного мозга, который обладает повышенной чувствительностью к раздражению и способен оказывать тормозящее влияние на работу других нервных центров. В очаге при этом происходит концентрация возбуждения. Доминанта, как правило, возникает у человека в связи с более или менее серьезными событиями в его жизни, за исход которых он переживает, в связи с которыми испытывает чувство страха, неуверенности, беспокойства. Зачастую доминанта воздействует и на преступника. Испытывая чувства тревоги, сожаления, страха, раскаяния и т. д., правонарушитель мысленно многократно возвращается к событию преступления, обдумывает возможные неблагоприятные последствия. Этот процесс приводит к еще большему усилению переживаний, к постоянному подкреплению очага возбуждения — доминанты. Заме­чено, что чем тяжелее преступление, тем ярче изменения в поведении преступника.

Родственники К., подозреваемого в убийстве, сообщили на допросе, что начиная с весны (времени совершения преступления) он постоянно находится в очень подавленном состоянии, кричит во сне, вскакивает по ночам. Товарищи по службе на допросе показали, что К. пытался повеситься, заявляя, что он недостоин быть среди них.

Среди юристов и психологов в последнее время проявляется интерес к исследованию защитной доминанты правонарушителя[2] . Под воздей­ствие доминанты преступник стремится к совершению поступков, ко­торые, как он думает, обеспечат ему Психология следственных действий. безопасность, помогут избежать изобличения и последующего наказания. Его действия носят своеобразный защитительный характер. В то же время именно эти действия преступника зачастую привлекают к себе внимание органов следствия, дают основания для предположений о его причастности к совершенному преступлению. Такие действия получили название «улики поведения».

Улики поведения бывают самых различных видов. Наиболее распро­страненными являются: подготовка инсценировок, создание ложного алиби, немотивированный и внезапный отъезд, попытки направить следствие по ложному пути; проявление повышенного интереса к про­цессу расследования преступления; распространение заведомо вымыш­ленных слухов о личности преступника, мотивах преступного деяния; нарочитость, демонстративность поведения, призванного всячески убе­дить окружающих в полной непричастности к преступлению, отрицание даже точно установленных фактов («не видел», «ничего не слышал» и т. д.); попытки уговорить, подкупить потерпевших, свидетелей; поис­ки лиц, которые бы дали ложные показания; изменение привычных стереотипов поведения после совершения преступления; осведомлен­ность о таких деталях, которые мог знать только виновный, возвраще­ние, порой неоднократное, на место совершения преступления[3] .

В различных следственных ситуациях улики поведения проявляются по-разному.

На пустыре был обнаружен труп изнасилованной девочки. За этим местом установили тайное наблюдение, поскольку не исключалась воз­можность появления там преступника. Вскоре на пустыре был замечен С. По работе он характеризовался отрицательно, за появление в нетрез­вом виде был уволен и длительное время вел паразитический образ жизни, беспробудно пьянствовал, проявлял нездоровую сексуальность. Версия о виновности С. подтвердилась.

Среди лиц, возможно причастных к преступлению, внимание следо­вателя привлек Н. Он проявлял в связи с расследованием заметное беспокойство, расспрашивал свидетелей о допросах, интересовался, за­чем следователь и работники милиции осматривают у подозреваемых одежду, можно ли по следам рук обнаружить преступника. Именно Н. и оказался разыскиваемым преступником.

Умение разбираться в психофизиологической природе улик поведе­ния, их сущности, видов, особенностей проявления помогает следова­телю и работникам дознания успешно решать оперативно-тактические задачи: выдвигать обоснованные версии и вести их продуманную разработку, осуществлять целенаправленный, всесторонний поиск доказа­тельств, избирать правильную тактику допроса подозреваемых (обвиня­емых), проведение других следственных действий и т. д.

Однако этим значение доминанты не исчерпывается. Давно замечено, что человек, совершивший тяжкое преступление, испытывает сильное психологическое напряжение. Стремление скрыть причастность к пре­ступлению, необходимость маскироваться, чтобы выглядеть спокойным, приводят к усилению торможения в клетках коры головного мозга. После этого начинает преобладать процесс возбуждения. Оно становится все более устойчивым, а потом и постоянным. Безусловно, преступник испы­тывает острое желание снизить напряженность, снять с себя бремя тайны преступления, посоветоваться, как быть дальше, какую линию поведения избрать, просто выговориться хотя бы и постороннему человеку. Выявле­ние таких состояний, «поддержание» указанных процессов на допросе, проведенном в строгих рамках правовых и этических норм, способствуют получению правдивых показаний, скорейшему раскрытию преступлений.

На предварительном следствии допрос обвиняемого нередко проходит в условиях конфликтной ситуации. Причины конфликта возникают от принудительного характера общения, так как обвиняемый понимает, что каждый проведенный следователем допрос приводит к изобличению в совершении преступления, но не считает возможным отказаться отдачи показаний, не может избежать общения со следователем. Обвиняемый понимает сложность положения, в котором уже находится, и зачастую связывает с деятельностью следователя избрание меры пресечения, изме­нение привычного образа жизни, нравственные переживания, лишение возможности общаться с близкими людьми и т. д. Следователь в ходе допроса стремится установить истину, наделен значительными властны­ми полномочиями, а обвиняемый старается скрыть истину, но обязан подчиняться требованиям закона. Данный конфликт не должен носить личностного характера, взаимоотношения надо строить в строгом соот­ветствии с нормами уголовного судопроизводства и морали. При допросе необходим индивидуально-психологический подход к обвиняемому.

В сложной ситуации следователю нужно знать все основные социаль­ные роли, которые исполнял допрашиваемый в жизни, и научиться направлять допрашиваемого к занятию такой ролевой позиции, которая бы наиболее соответствовала ситуации данного допроса. Для следова­теля далеко не безразлично, какую из всего арсенала ролей будет играть допрашиваемый. Например, изучая личность обвиняемого, следователь установил, что юноша увлекается радиотехникой. Будучи сам страстным любителем радиотехники, следователь достиг полного психологическо­го контакта, заговорив с допрашиваемым на любую тему. По другому делу обвиняемый, отказавшийся давать показания, стал разговаривать со следователем после того, как узнал, что в период Великой Отече­ственной войны он и следователь сражались на одном фронте.

Исследуя личность допрашиваемого, следователь должен планировать обращение к ее лучшим сторонам, т. е. к социально положительным ролевым позициям данной личности. Этически и тактически недопу­стимо, чтобы следователь для установления контакта с допрашиваемым использовал отрицательные стороны его личности, даже если следова­тель хорошо знает их. Возникновение в ходе допроса психологической общности показывает обвиняемому, что его допрашивает компетент­ный, внимательный и чуткий человек, и является первой ступенькой перестройки допрашиваемого в социально правильном направлении.

Отношение обвиняемого к совершенному преступлению, предъяв­ленному обвинению, возможному наказанию зависит от мотивов, кото­рыми обвиняемый руководствуется в период расследования уголовного дела. Изучению и анализу должны подвергаться не только мотивы, обусловленные ситуацией расследования, но и сформировавшиеся в те­чение жизни обвиняемого направленность личности, нравственно-эти­ческие представления, сохраняющие и в условиях расследования свою мотивирующую роль.

Ранее мы уже рассмотрели конфликтные ситуации допроса. Кратко остановимся на бесконфликтных ситуациях допроса, которые харак­теризуются признанием объективно установленных фактов и готовнос­тью давать правдивые показания. Бесконфликтность ситуации, разуме­ется, не гарантирует полной откровенности обвиняемого. Он может добросовестно заблуждаться, ошибаться, неправильно понимать сущ­ность тех или иных событий, наконец, обвиняемый, чистосердечно признавая свою вину, может подсознательно стремиться к ее преумень­шению. Поэтому подготовка к допросу даже в бесконфликтной ситу­ации в некоторых случаях должна включать элементы основанного на знании психологии обвиняемого прогнозирования ошибок. Учет таких особенностей обвиняемого, как завышенная самооценка, некритич­ность к собственной личности, недоброжелательное отношение к ок­ружающим, позволяет предвидеть вольное или невольное стремление обвиняемого к смягчению своей вины.

На практике мнимая бесконфликтность ситуации допроса часто воз­никает в случае самооговора обвиняемого. Вероятность самооговора

повышается, если обвиняемый отличается повышенной внушаемостью, податливостью к внешнему воздействию, неумением отстаивать свою позицию, слабоволием, недостаточной выносливостью к психическому напряжению. Наиболее типичным мотивом самооговора является стремление избавить от наказания действительного виновника (под влиянием родственных или дружеских чувств), либо самооговор про-, диктован определенными групповыми интересами или же достигается угрозами и воздействием заинтересованных лиц в отношении тех, кто находится в какой-либо зависимости от них).

Допускаемое со стороны обвиняемого ложное признание может быть продиктовано его стремлением уклониться от ответственности за более тяжкое преступление. Таким путем он рассчитывает усыпить бдитель­ность, создать себе алиби по другому делу, доказать наличие обсто­ятельств, смягчающих или исключающих его ответственность, и т. п. Полный вымысел сравнительно легко опровергается. Детализация и по­следующая проверка места, времени и других обстоятельств вымышлен­ного события неминуемо ведут к разоблачению лжи.

Если допрашиваемый упорно скрывает достоверно известные ему сведения по делу либо сообщает заведомую ложь, то в отношении него следователь вправе применить метод изобличения. Изобличать допра­шиваемого в сокрытии каких-то фактов или заведомой лжи — значит опровергнуть его утверждения, показать их несостоятельность, несоот­ветствие установленным по делу фактам. Достигается это путем предъ­явления доказательств, вскрытия противоречий, использования логи­ческой аргументации.

Все доступные следователю и допустимые приемы воздействия на обвиняемого невозможно перечислить[4] . Важно только отметить, что, следователь не должен прибегать к запугиванию, унижению человечес­кого достоинства, необоснованным обещаниям и т. д. Задача юридичес­кой психологии как науки заключается в подведении теоретической базы к творческим находкам следователей.

Список использованной литературы

1. Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. Право и закон, М., 1997.

2. Еникеиев. Юридическая психология. Норма, М., 2000.

3. Общая психология. Под редакцией Петровского А.В. М., 1977.


[1] См.: Ухтомский АА. Доминанта. М.-Л., 1966.

[2] См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей.С. 196—198; Глазырин Ф.В. С. 74—75.

[3] Глазырин Ф.В. Психология следственных действий.С. 76.

[4] См.: Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии. М., 1976, с. 75—84; Васильев А.Н.. Корнеева Л.М. Тактика допроса. М., 1970, с. 109—154; Комар-ков В.С. Тактика допроса. Харьков, 1975, с. 44—64; Ефимичев С.П., Кулагин Н.И., Ямпольский А.Е. Допрос. Волгоград, 1978, с. 16—30; Глазырин Ф.В. Психология следственных дей­ствий. Волгоград, 1983, с. 68—90.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий