Смекни!
smekni.com

Правовое государство: смысловые грани доктрины (из истории философии права) (стр. 1 из 11)

C.Ф.Ударцев, проректор по учебной работе ВШП «Эдiлет», доктор юридических наук, профессор

Доктрина правового государства связана с фундаментальными проблемами понимания государства и права, с особенностями интерпретации природы этих важных социальных явлений. Доктрина и ее теоретические основы имеют важное идеологическое и научное значение для политической и правовой теории и практики, предопределяя в свою очередь решение целого ряда других вопросов теории права и государства.

Смысловая «амплитуда колебания», вариативность идей правового государства, их связь с практикой и отношение к ним в разные периоды, в различных ситуациях и разных пластах общественного сознания – многозначны. В соотношении государства и права одни считают главной формально-юридическую характеристику, другие - и формально-легитимную, и содержательную. Одни рассматривают правовое государство как совокупность свойств, качеств реальной разновидности государства, другие – как систему требований к современному государству, как потенциал его совершенствования, как в значительной мере достижимый политико-правовой идеал, третьи считают, что для каждого исторического момента существует своя шкала правового развития и свое соответствие ей деятельности государства, а также что ее высшие уровни исторически конкретны и в принципе достижимы в разные исторические периоды, но само развитие правового государства вместе с обществом бесконечно. Четвертые полагают, что проблема совершенной и справедливой системы управления значительно шире соотношения государства и права, что имеет значение и связь государства с другими социальными регуляторами. Пятые рассматривают правовое государство как разновидность современной романтической политико-правовой утопии, стремление выдать желаемое за действительное; шестые – как очередную официальную демагогию, идеологическое прикрытие и апологию реального произвола власти. Седьмые – как раскрытие истинной природы государства и достижение им вершины в его структурно-функциональной организации и ценностной ориентации, и т.д.

Как это не парадоксально – практически все интерпретации в той или иной степени имеют под собой те или иные теоретические или практические основания в истории и в современности. Но при этом нельзя отрицать последовательное историческое накопление значительного теоретического материала, кристаллизацию на его основе некоторых основных тенденций в познании государства и вс¨ более авторитетное утверждение гуманистических, демократических и правовых ценностей в решении многоаспектной проблемы о правовых основах и пределах в природе, статусе и деятельности государства.

В становлении и эволюции идей правового государства можно выделить два глобальных этапа: 1) формирование идей и их комплексов, являющихся как бы строительным материалом доктрины правового государства (начиная с эпохи Древнего мира, включая эпоху Средневековья и начало нового времени); 2) формирование и эволюция собственно доктрины правового государства в новое и новейшее время (прежде всего – XIX и XX вв.).

Исторически происходит объективный процесс рационализации, упорядочения, усложнения и совершенствования государства и его деятельности, конкретизации его функций. По мере эволюции человеческой цивилизации государство постепенно перемещается в новые для себя ценностные и смысловые исторические координаты. Выдвигаются новые требования в отношении организации, деятельности государства и решаемых им задач. Параллельно развивается тенденция осмысления самоорганизации общества, формируется более адекватная ей система горизонтальных и вертикальных механизмов и институтов в многоуровневой политико-правовой сфере человеческой цивилизации. В новом историческом пространстве-времени государство в тенденции становится вс¨ более ориентированным, ограниченным и запрограммированным в своей деятельности ценностями культуры, выработанной человечеством. В связи с этим постепенно переконструируется его внутреннее устройство, совершенствуется механизм функционирования, появляются новые средства повышения эффективности деятельности, совершенствуются технические, технологические и процедурные аспекты принятия и исполнения решений, выдвигаются новые идеи, разрабатываемые и реализуемые соответственно образованными и подготовленными служащими. Деятельность государства корректируется, сдерживается и направляется международно-правовыми актами и институтами. Этот глобальный процесс совершенствования в широком смысле государства по-разному и довольно изобретательно интерпретируется в общественном сознании.

Для познания сложного логического состава идей данной доктрины, относительно устойчивого и переменного в ней, представляется полезным обратиться к вопросам о е¨ смысловых контурах, границах, элементах, о е¨ предыстории и эволюции. «Уже в древности, - справедливо пишет В.С.Нерсесянц, - начинаются поиски принципов, форм и конструкций для установления надлежащах взаимосвязей, взаимозависимостей и согласованного взаимодействия права и власти»002 .

Идеи о соотношении государства и права, о власти права в правовой мысли Древнего мира

Идея высших космических законов. Идеи предопределенности земного государства правом прослеживаются уже в древневосточной мифологии. Признавалось, что высшие законы космоса определяют жизнь и существование всего живого на весь период его бытия, программируют его судьбу – судьбу отдельных людей, включая правителей (людей особой судьбы), социальных, в том числе профессиональных групп, народов и государств.

При этом даже космическое государство, известное в политико-правовом мифологическом сознании жителей Месопотамии IV тыс. до н.э., по существу, устроенное согласно предполагаемым законам космоса, мыслилось как имеющее определенное разделение властей на законодательную и исполнительную власти – совет богов, которому принадлежала законодательная власть, во главе с богом Ану и исполнительная власть во главе с богом грозы и ветра Энлилем.

В мифологии Древней Индии закон рита (рта), известный ещ¨ из ведической литературы и выступавший как сверхзакон, закон законов, высший закон мира, определял весь порядок и самоорганизацию естественной и социальной жизни, деятельность всех государств, служил ориентиром для всех законов.

В Древнем Китае идея закона дао воплотила в себе представление о механизме космического развития, аналогичном идее арийских древнеиндийских текстов. Закон дао – высший принцип самоорганизации, самоустройства и самодвижения космоса, общества и человека. Вс¨, что ему соответствует, - развивается и совершенствуется, а в случае несоответствия дао приходит к кризису и гибели. Это относится и к правителям, и к целым государствам003 . По образному выражению одного из основателей даосизма Чжуан-цзы стремление управлять исключительно с помощью законов без учета иных факторов, то же самое, что «учить комаров ходить строем». Представители противоположного течения мысли – древнекитайские легисты, проповедывавшие культ активной и агрессивной политики, возражали против пассивной линии поведения государства. Они сравнивали е¨ с охотой на зайцев путем сидения около одиноко стоящего в степи дерева в ожидании, что вдруг мимо пробежит заяц, стукнется о дерево и достанется охотнику. Правда, легисты отождествляли право и закон и не считали необходимым «сковывать» государство законами, предпочитая неограниченный выбор средств для достижения политических целей, в том числе насилие, завоевание, массовые репрессии (включая использование на принудительных работах по строительству великой китайской стены лиц, не уничтоживших все книги, за исключением немногих разрешенных) и т.д.

Идея о высших началах права, лежащих в основе законов, как основных началах также и деятельности государства присутствует в правовой мысли начиная с глубокой древности. Например, Платон считал необходимым в идеальном государстве учредить Ночное собрание, наблюдающее за соблюдением космических законов в текущем законодательстве – своего рода конституционно-космического суда. Благодаря этому институту, полагал Платон, может быть организована общественная и государственная жизнь в соответствии с фундаментальными началами права.

Аристотель в «Политике» писал об ограниченных возможностях законов в наведении порядка в государстве. По его мнению, законы способны хорошо регулировать отношения и поддерживать порядок в относительно небольшом государстве при относительно небольшом количестве населения. При превышении меры поддержание порядка становится не делом закона, а «делом божественной силы, которая скрепляет единство и этой вселенной…»004 . Здесь же он подчеркивал, что «наилучшим государственным строем должно признать такой, организация которого дает возможность всякому человеку благоденствовать и жить счастливо»005 .

Говоря о наилучшем государственном строе, Аристотель обращал внимание и на то, что такой строй «не может возникнуть без соответствующих внешних условий»006 . При этом он имел в виду прежде всего вопросы о количестве граждан государства и размере его территории, считая, что они должны быть умеренными. Пределом территории государства он считал должна быть территория, которую легко можно защищать. Им рассматривался и комплекс других внешних условий, в том числе экономического, военного, географического характера, определяющих пределы возможного существования совершенного государства и его законов. Аристотель прекрасно понимал, что особенности условий жизни людей в разных странах, различные государственные устройства, требуют специфических законов007 . Разным государствам соответствуют различные законы. Существует внутренняя связь между конкретными законами и государствами. И, следовательно, имеются определенные пределы соответствия, нормы, гармонии между ними.