регистрация / вход

Суд и судопроизводство в варварских правдах

Данная работа посвящена рассмотрению суда и судопроизводства в таких исторических источниках, как т.н. «варварские законы» или «варварские правды». Актуальность этой темы обусловлена тем большим значением, какое несет в себе информация о правовой сфере жизни раннефеодальных (варварских) государств.

Суд и судопроизводство в варварских правдах

Введение.

Данная работа посвящена рассмотрению суда и судопроизводства в таких исторических источниках, как т.н. «варварские законы» или «варварские правды». Актуальность этой темы обусловлена тем большим значением, какое несет в себе информация о правовой сфере жизни раннефеодальных (варварских) государств, для их изучения и важнейших закономерностей развитии правовой системы общества, а также всей раннефеодальной эпохи в целом.

Важнейшую роль в изучении при этом играют именно рассматриваемые в данной работе «варварские правды», содержащие в себе разнообразные сведения — о социальной структуре, хозяйстве, церкви, королевской власти, организации управления, правосознании и т. д., а потому являются бесценными источниками по истории раннего Средневековья, в том числе и раннесредневекового права.

Основой для рассмотрения правд в данной работе послужили самые известные из них – «Салическая правда», «Баварская правда» и «Алеманнская правда», а также привлечена дополнительная литература современных исследователей в помощь к написанию работы.

Чтобы лучше выразить полученные сведения о суде и судопроизводстве в правдах варваров, я начну данную работу с общей характеристики эпохи раннего Средневековья и информации о раннесредневековом праве и его источниках, в частности – «варварских законах».

Далее я по-отдельности рассмотрю особенности судопроизводства франков и германцев, чьи правовые системы наиболее ярко выражали сущность Западно-Европейской юридической сферы в эпоху раннего Средневековья, после чего последует заключение с основными выводами данной работы.

Глава 1. Общая характеристика раннефеодального строя.

1. Раннефеодальные государства.

Раннефеодальные государства, или, как их еще называли, «варварские королевства» зародились сразу с падением Западной Римской Империи. Причиной исчезновения Римской Империи послужило так называемое «великое переселение народов». Результатом явилось формирование на территории Западной Европы множества новых государств.

Феодализм - общественный строй, утвердившийся и существовавший на территории Западной Европы в 5 - 17 в, основными чертами которого были аграрный тип экономики, феодальное землевладение, полная зависимость крестьян от феодалов, сословность общества и вассально-сеньориальная лестница феодалов. Феодализм считается универсальной общественно-экономической формацией, через которую прошли все народы, однако в наиболее очищенном классическом виде он проявился в Западной Европе.

С началом развития раннего феодального строя, в истории человечества наступает эпоха раннего средневековья. Формирование этого строя имело у варваров некоторые специфические черты. Главная особенность заключалась в его формировании на основе разложения родовых (общинных) отношений, которому способствовали падение Западной Римской империи и образование на ее территории многочисленных варварских королевств, а также их христианизация (5-8 вв.); тогда как территориям Италии, Южной Франции и Испании характерно формирование феодализма на базе разложения рабовладельческого уклада.

Основными чертами раннефеодальных (варварских) государств 5-9 вв. были: сильная королевская власть, вместе с тем преобладание родовых, общинных форм организации: например основную роль в управлении играла сельская община, выполнявшая судебные, административные и хозяйственные функции; примитивный государственный аппарат, отсутствие постоянной, регулярной связи между центром и регионами, феодальные отношения находились на стадии формирования.

2. Право в раннефеодальных государствах и его источники.

Феодальное право представляло собой особую историческую правовую систему, которая по сравнению с древневосточным и римским правом обладала ярко выраженными особенностями:

1. Разобщенность права. Каждое феодальное государство имело свое, право, которое в свою очередь, было неоднородным, и включало в себя несколько правовых подсистем (королевское право, феодальное право, местное право, городское право). Отсутствовало представление о единстве права; зачастую нормы права противоречили друг другу.

2. Связь права и религии. Феодальное право, было связано с религиозными нормами, имело религиозное обоснование. На ранних этапах феодальное право испытывало влияние как со стороны языческой, так и со стороны христианской религии. В зрелом виде феодальное право защищало христианское (католическую форму) вероисповедание, отличалось нетерпимостью. Самым тяжким уголовным преступлениями являлись религиозные (отступления от истинной веры, богохульство). Феодальное право - это религиозная правовая система.

3. Феодальное право по сравнению с римским правом являлось примитивными недоработанным. Его недостатки заключались в бессистемности норм, отсутствии представления об отраслях и институтах в праве.

4. Основным принципом феодального права была сословность, проявлявшаяся в юридическом неравенстве отдельных социальных групп (благородные, неблагородные, свободные - зависимые).

Семейное право развивалось под влиянием христианской церкви. Брачные обязательства возникали только на основании церковного венчания, считавшегося таинством, подобным крещению. Не допускался развод: брачные отношения прекращались на основании смерти одного из супругов, или ухода в монастырь. Семья имела патриархальный характер, замужняя женщина находилась под опекой супруга. Супружеское прелюбодеяние являлось преступлением. Внебрачные дети не имели наследственных прав в отношении имущества своих родителей.

Феодальное уголовное право отличалось множественностью и неопределенностью составов преступлений, предоставляя судье возможность свободного усмотрения. Судья не был связан предписаниями закона, мог ввести не предусмотренный законом вид наказания. Чтобы предупреждать других от совершения подобных преступлений применялись мучительные виды смертной казни (четвертование, сожжение, утопление), телесные и позорящие наказания. Приговор приводился в действие публично, пи массовом стечении народа.

Уголовному преследованию подвергались не только люди, но и животные.

Также на размер наказания влияло сословное положение преступника. Так, отличались мягкостью наказания, налагаемые церковными судами в отношении служителей церкви. Иногда какому-либо наказанию допускалась альтернатива в виде штрафа в крупных размерах, который были в состоянии уплатить лишь хорошо обеспеченные лица.

Источниками раннефеодального права были обычаи, судебные прецеденты, церковные и светские нормативно - правовые акты, издаваемые королем, кодификации, римское право, городские судебники, но самым важным источником в период раннего средневековья являлись как раз-таки рассматриваемые в данной работе «варварские правды» (лат.Lex barbarorum).

Первые законы варваров были записаны по инициативе королей тех германских народов-конфедератов, которые осели на территории Римской империи; при этом действовали различные факторы: мощное воздействие письменной античной культуры, желание иметь письменное право и поставить германские нормы на один уровень с римскими, потребность закрепить этническое единство малочисленных по сравнению с местным населением германских племен, определить взаимоотношения между ними и римлянами, организовать управление в новых условиях, усилить позиции королевской власти, утвердить христианство. Это определило сложное содержание варварских законов, состоящих из норм германского обычного права, римского, римского вульгарного.

Большую часть текстов «варварских законов» занимают перечни штрафов за различные правонарушения, но также присутствуют процессуальные, гражданско-правовые и государственно-правовые положения.

«Варварские законы» возникали по-разному и принимали различную форму — королевского эдикта (лат. edictum) или всенародного соглашения (лат. pactus). Все «варварские правды» (кроме англо-саксонских, которые не всегда включаются в их число) записаны на вульгарной латыни с вкраплениями германских слов, что затрудняет интерпретацию текстов, редко снабженных глоссами с германскими терминами. При существовании различных законов в рамках одного государства, а также наличии смешанного населения получил развитие принцип персонального права, согласно которому законы применялись исходя из этнического происхождения лица, а не по территориальному принципу.

Первые варварские законы в письменном виде появились в кон. 5 в. у вестготов — Кодекс Эуриха, так называемая Вестготская правда (лат. Codex Eurichi, Lex Visigothorum), причем был создан специальный свод законов для римлян, находившихся под властью вестготов (лат. Lex Romana Visigothorum). В начале 6 в. были записаны: у остготов — Эдикт Теодориха (лат. Edictum Theoderici), который мог быть создан в Вестготском королевстве; у бургундов — Правда Гундобада, или Бургундская Правда (лат. Lex Gundobada, Lex Burgundionum), а также специальный свод для римлян (лат. Lex Romana Burgundionum). К началу 6 в. относится запись франкской Салической правды (лат. Lex Salica), наиболее известного памятника германского права. В начале 7 в., по инициативе франкского короля Хлотаря II (или алеманнского герцога Лантфрида), была записана Алеманнская правда (лат. Lex Alamannorum, Pactus Alamannorum). В 643 в Королевстве лангобардов в действие был введен Эдикт Ротари (лат. Edictus Rothari), один из самых объемных сводов (388 глав). В 7 в. была издана Рипуарская правда (лат. Lex Ribuaria), представлявшая собой переработку Салической правды. Баварская правда (лат. Lex Baiuvariorum), особенностью которой является гарантия свободы, собственности и жизни, была составлена в 1-й пол. 8 в. Благодаря деятельности Карла Великого в нач. 9 в. были записаны Правда Хамавов (лат. Lex Chamavorum), Фризская правда (лат. Lex Frisionum), Тюрингская, или Англо-варнская правда (лат. Lex Thuringorum/Angliorum et Verinorum), Саксонская правда (лат. Lex Saxonum), в которых наряду с особыми племенными обычаями выражено стремление закрепить господство франкского короля. Из англо-саксонских законов особый интерес представляют первые записи кентского права — Правда Этельберта (нач. 7 в.) и уэссекского — Правда Инэ (нач. 8 в.).

«Варварские правды» служили руководством для судей. Вместе с тем они не являются сборниками систематически изложенных правовых норм, касающихся всех сторон жизни раннеклассового общества. Их неполнота, фрагментарность, бессистемность — результат той обычноправовой основы, на которой они складывались. Зафиксировать все многообразие обычаев было невозможно, особенно если учесть, что записывались они в форме конкретных юридических казусов, взятых непосредственно из жизни. "Если кто-либо умышленно, — записано, например, в Баварской правде, — сбросит лестницу или какой-либо предмет для восхождения и тот останется наверху, то должно уплатить 12 сол." (4, 19). Предметно-наглядная форма правовой нормы в "варварских правдах" соответствовала конкретно-образному правосознанию германцев, для которых язык юридических абстракций был чужд и непонятен.

Для "варварских правд" характерно также подробное описание различных процедур и ритуальных действий, что свидетельствует об их огромном значении в раннефеодальном праве. Нарушение требований, относящихся к детально разработанной процедуре, с произнесением определенных слов, с использованием предметов-символов (например, "горсть земли" у салических франков при коллективной выплате вергельда, сломанные ветки "мерой в локоть" при отказе от родства и пр.) могло свести на нет действие самой нормы права. Совершались эти процедуры обязательно публично, так, например, вызов в суд ответчика при свидетелях, клятва в суде в присутствии соприсяжников и др.

Важная роль правового ритуала была связана с самим характером судопроизводства, не знающего еще сложившегося порядка публичной, государственной защиты жизни и интересов отдельной личности. Основная функция суда у германцев сводилась к организации состязания между сторонами. В публичном характере ритуально-правовых действий, в их наглядности заключались своеобразные гарантии соблюдения правовой нормы, выполнения сделки и пр.

"Варварские правды" несут на себе печать старых родоплеменных отношений, они выражают еще племенное сознание германцев. В этих памятниках права личность не отделена от коллектива, правоспособность человека определяется принадлежностью к роду, общине, большой семье. Вне этих коллективов человек не имел никаких прав. Изгнание из общины, рода, семьи оставалось одним из самых тяжких наказаний, предусмотренных Салической правдой. Даже ответственность за то или иное правонарушение возлагалась не только на индивида, но и на ту социальную группу, к которой он принадлежал. С племенным сознанием варваров был связан и персональный характер действия норм, зафиксированных в "варварских правдах". Салические франки руководствовались своим "салическим законом", рипуарские — своим. Более того, в правдах, в частности в Салической правде, "свое" население прямо противопоставлялось "чужакам", римлянам.

Записывая свои обычаи, германцы стремились сохранить свою племенную общность перед лицом реальной угрозы ее крушения. Присущая любому праву интегрирующая роль в праве германцев проявилась особенно сильно. Право у них было средством удержания людей вместе средством примирения. Отсюда и особенности судебных процедур с их публичными ритуальными действиями, которые должны были демонстрировать верность варваров своим исконным традициям, обычаям.

Глава 2. Суд и судопроизводство во франкском обществе.

Важнейшим источником о правовых нормах франков является «Салическая правда». Она представляет собой запись судебных обычаев салических Франков, произведенную, как полагают, в начале 6 в. При Хлодвиге. Римское влияние сказалось здесь гораздо меньше, чем в других варварских правдах, и обнаруживается главным образом во внешних чертах; латинский язык, штрафы в римских денежных единицах.

Данный судебник делился на титулы, а каждый титул - на параграфы. Многие титулы были посвящены штрафам за всевозможные кражи. Встречались в нем и такие титулы: «Об убийствах или если кто украдет чужую жену», «О том, если кто схватит свободную женщину за руку, за кисть или за палец», «О четвероногих, если убьют человека», «О прислужнике при колдовстве» и т. п. В титуле «Об оскорблении словами» определялись наказания за обиду в зависимости от степени оскорбления. В титуле «О нанесении увечий» устанавливалось: «Если кто вырвет другому глаз, присуждается к уплате 62 и 1/2 солида»; «Если оторвет нос, присуждается к уплате... 45 солидов»; «Если оторвет ухо, присуждается к уплате 15 солидов». Солид - римская монетная единица. В VI веке 3 солида соответствовали стоимости коровы, «здоровой, зрячей и рогатой».

«Салическая правда» более или менее чистом виде отражает архаические порядки первобытнообщинного строя, существовавшие у франков ещё до завоевания, и слабо отражает жизнь и правовое положение галло-римского населения. Но на протяжении 6-9 вв. франкские короли делали все новые и новые дополнения к "Салической правде" поэтому в сочетании с другими источниками более позднего периода она позволяет проследить также и дальнейшую эволюцию от родоплеменного строя к феодализму франкского общества в полом.

Запись обычаев, издавна сложившихся в народе, отличается от тех государственных законов, которые были составлены в Риме учеными юристами. В законодательстве устанавливаются общие нормы: какие наказания или штрафы следуют в результате правонарушения, но конкретные случаи не описываются, — они подводятся под норму. Совсем иначе обстоит дело в записи обычая. Здесь нет общего постановления о том, какое наказание постигнет убийцу или вора. Вместо этого мы найдем в «Салическом законе» многочисленные статьи, каждая из которых описывает именно индивидуальный факт. За убийство человека положено было платить вергельд, т.е. штраф в пользу убитого, но размеры его неодинаковы и зависят от того, кто убийца и кто убитый, т.к. за галло-римлянина положено было платить меньше, чем за свободного франка:

«§ 1. Если кто ограбит свободного человека, напавши на него неожиданно, и будет уличен, присуждается к уплате 2500 ден., что составляет 63 сол.

§ 2. Если римлянин ограбит салического варвара, должно применять вышеупомянутый закон.

§ 3. Если же франк ограбит римлянина, присуждается к штрафу в 35 сол.

Отдельно говорится о возмещениях за убийство зависимых людей и рабов. Что касается ранений, то записи о них в «Салическом законе» представляют собой целый «анатомический трактат», так как за каждую рану положено особое возмещение.»

(14 титул)

То же самое видим мы и в статьях о кражах. Тот, кто ожидал бы найти здесь постановление о штрафе за покушение на чужую собственность, изложенное в общей форме, будет удивлен тем, что вместо этого в «Салическом законе» детально перечисляются конкретные виды домашнего имущества и скота (отдельно о быках, о коровах, о поросятах, овцах, конях и т.п.) с указанием их возраста и степени пригодности, а также обстоятельств, при которых была совершена кража (скажем, увели ли корову с пастбища или похитили из хлева). При этом размеры возмещении могут быть те же самые, и тем не менее каждый случай записан особо.

Составители этого судебника мыслят конкретно, а не общими нормами. Точно так же конкретно и наглядно стремятся они описать и все другие правовые обычаи.

Существовавшая в то время община уже не была родовой. Родовую общину сменила община соседская, которая состояла уже не из родичей, но значительная часть деревни, владевшая определенными землями, еще продолжала оставаться связанной родовыми отношениями. Одновременно в деревне жили и чужаки - переселенцы из других мест, поселившиеся тут по соглашению с другими общинниками или в соответствии с королевской грамотой. «Салическая правда» в титуле «О переселенцах» устанавливала, что каждый свободный человек мог поселиться в чужой деревне, если против этого не протестовал никто из ее жителей. При наличии хотя бы одного человека, который выступил против, чужак в данной деревне поселиться не мог. «Салическая правда» рассматривала порядок выселения и наказания в виде штрафа того переселенца, которого община не захотела принять в число своих «соседей». «Если же переселившемуся в течение 12 месяцев не будет предъявлено никакого протеста, он должен остаться неприкосновенным, как и другие соседи.»

Королевская грамота также гарантировала неприкосновенность переселенцев. «Салическая правда» определяла огромный штраф в 200 солидов каждому, кто осмеливался протестовать против королевской грамоты. Этот момент отражает силу королевской власти, т.к. вергельд такого же размера налагался и за увод чужой жены, и даже за убийство, о чем можно прочитать в титуле 15:

«§ 1. Если кто лишит жизни свободного человека, или уведет чужую жену от живого мужа, присуждается к уплате 8000 ден., что составляет 200 сол.».

Несмотря на переход к соседской общине, родовые связи у франков были очень сильны. Род в «Салической правде» выступает не только как верховный собственник общинных земель, но и как политическая организация. Существовали такие обычаи, как уплата денег за убийство того или иного человека его родичами, наследование имущества (кроме земли) по материнской линии, уплата родичами за своего несостоятельного родственника части вергельда за убийство. «Салическая правда» утверждала и закрепляла возможность передачи имущества не родичу. Добровольный выход из родового союза назывался «отказом от родства». Процедура «отказа от родства» подробно рассматривалась «Салической правдой» в титуле 60. Человек, который желал отказаться от родства, доджей был явиться на заседание избранных народом судей, сломать над головой три ветки мерой в локоть, разбросать поломанные ветки в четыре стороны и сказать о том, что он отказывается от наследства и от всяких счетов со своими родичами. Человек, отказавшийся от родства, после этой процедуры не мог участвовать ни в наследовании, ни в получении вергельда. Его наследство поступало в казну.

В уголовном праве все еще удерживлись остатки обычая кровной мести. За большинство преступлений налагались высокие штрафы в пользу потерпевшего (1/3 которого поступала в пользу государства). В случае неуплаты штрафа виновный отдавался головой пострадавшему, допускалась кровная месть или в дело вмешивался суд, который назначал наказание. Штраф был высокий и, в ряде случаев, уплачивался родственниками преступника. И при получении штрафа сумма могла делиться между родственниками потерпевшего.

Об этом сообщает титул «О горсти земли». Если кто лишит жизни человека, говорится в нем, и, отдавши все имущество, не будет в состоянии уплатить следуемое по закону, он должен представить 12 родичей, которые поклянутся в том, что ни на земле, ни под землей он не имеет имущества более того, что им уже отдано. После этого убийца должен войти в свой дом, набрать из его четырех углов горсть земли, стать на пороге, повернувшись лицом внутрь дома, и бросать эту землю левой рукой через плечо на отца и братьев. Если отец и братья уже платили, тогда он должен той же землей бросать на близких родственников по матери и по отцу. «Потом в рубашке (одной) без пояса, без обуви, с колом в руке, он должен прыгнуть через плетень, и эти три [родственника по матери] должны уплатить половину того, сколько не хватает для уплаты следуемой по закону виры. То же должны проделать и три остальные, которые приходятся родственниками по отцу. Если же кто из них окажется слишком бедным, чтобы заплатить падающую на него долю, он должен в свою очередь бросить горсть земли на кого-нибудь из более зажиточных, чтобы он уплатил все по закону.» (58, 1).

Члены рода могли себя освободить от коллективной ответственности за своих сородичей, для этого необходимо было явиться в сотенное собрание и в присутствии тунгина и собравшихся совершать церемонии, разрывающие узы с родовым коллективом (см. выше).

Статьи Салической Правды определяют последствия преступных посягательств исходя из социального положения потерпевшего и преступника, что отражает классовое расслоение общества.

За убийство назначался вергельд, размер которого определялся социальным положением убитого: за убийство свободного франка - 200 солидов; за убийство свободного римлянина - 100 солидов; за убийство королевского телохранителя - 600 солидов; за убийство полусвободного лита - 100 солидов; за убийство римского колона - 63 солида.

За убийство раба платился не вергельд, а стоимость раба - 35 солидов его хозяину. В случае убийства рабом свободного уплачивался вергельд в половинном размере их господином, в счет другой половины вергельда убийца выдавался головой родственникам убитого.

За убийство женщины уплачивался тройной вергельд, беременной женщины - в четырехкратном размере, тройной вергельд взыскивался за убийство ребенка, не достигшего 12 лет, убийство тайной, убийство с попытками скрыть следы преступления.

Но о начале процесса разложения архаических пережитков, столь явно отраженных в «Салической правде» можно прочитать в титуле 53:

«§ 5. Если же кто возведет на другого обвинение в смертоубийстве и привлечет его к испытанию посредством котелка, и если стороны придут к соглашению, чтобы он оставил соприсяжников и выкупил свою руку, он должен выкупить свою руку за 1200 ден., что составляет 30 сол.»

Чистота семейных отношений франков также ярко отраженна в «Салической правде». Женщина могла выходить замуж только за человека, равного ей по рождению и состоянию. Если она выходила за представителя низшего сословия, закон был строг к ней и ее мужу. Выходя за раба, она сама делалась рабой. У франков был символический обычай: если женщина хотела выйти за раба, ее призывали на суд семейства и клали перед ней меч и веретено. Она могла взять меч и убить раба, избранного в женихи. Если же брала веретено, это значило, что она вступает в брак и становится рабой. Аналогично закон поступал и со свободным мужчиной, желавшем жениться на рабыне. Их брак не делал ее свободной, а наоборот, делал мужчину рабом.

Приговоры за многие преступления у франков выносили рахинбурги, т.е. выборные заседатели на судебном собрании, знатоки правовых норм и судебных обычаев франков. Так за неуплату долга в случае отказа обвиняемого его оплатить истец должен был явиться к графу округа, который приводил семь рахинбургов к обвиняемому, и те брали часть его имущества, соответствующие величине долга.

Во франкском судопроизводстве существовала также и защита прав обвиняемого в случае несправедливого приговора, так в «Салической правде «читаем:

«Если же рахинбурги те будут судить не по закону, тот, против которого они вынесут решение, пусть предъявит к ним иск, и если будет в состоянии доказать, что они судили не по закону, каждый из них присуждается к уплате 600 ден., что составляет 15 сол.» (57, 3)

Исходя из всего этого можно сделать краткие выводы:

-Законодательство франков было не столь совершенным, как, например, римское законодательство, в нем сохранились многие архаичные родоплеменные пережитки, хотя заметен уже процесс их распада; доминирующей мерой наказания за практически все преступления являлись штраф либо вергельд, от вида преступления зависел лишь их размер; не существовало уголовной ответственности в общей форме, все скрупулезно рассматривалось на примере конкретных прецедентов и случае, описанных в судебниках, таких, как, например, рассмотренная «Салическая правда»; довольно сильной была власть короля.

3. Особенности германского судопроизводства.

Наиболее известными германскими судебниками тех веков являются «Баварская» и «Алеманнская» правды. Они по типу довольно близки друг к другу, потому я буду рассматривать их вместе. «Алеманнская правда» составлена в начале 7 века, а «Баварская» - в первой половине 8 в.

«Баварская правда» состоит из 3 частей: 1-я посвящена церкви, 2-я - правам герцога, 3-я содержит нормы обычного (как и в случае с «Салической правдой», обычного - от слова «обычай») права баваров. Структура «Алеманнской правды» такая же. Но в отличие от нее, «Баварская правда» менее архаична и сложна по составу, т.к. отражает несколько более позднюю стадию развития. В обеих правдах отражен процесс разложения общины и формирования раннефеодального строя. Они содержат подробные данные о церковном и отчасти светском крупном землевладении и процессе закрепощения свободных крестьян, о купле-продаже аллода, широком развитии залоговых и меновых сделок, и в то же время - правила, традиционные для свободной общины-марки.

При знакомстве с «Алеманнской» и «Баварской» правдами сразу же бросается в глаза текстуальное совпадение содержания начальных, следовательно особо значимых титулов 1 и 2, посвященных церкви и церковному землевладению. Эти титулы свидетельствуют о том, что церковь обладала большими участками пахотной земли, лесами, рабами, всемерно поощряя дарение ей имущества "для спасения души". В самой первой статье этих правд предписывается: "ни король, ни герцог, ни кто-либо другой не имеет власти запретить ему (человеку) приносить в дар ради спасения души дома, земли, рабов или деньги". Полученная в дар земля навсегда закреплялась за церковью. Баварская правда настоятельно подчеркивает отсутствие впредь у кого-либо права на возвращение своей собственности, подаренной церкви.

И «Алеманнская», и «Баварская» правды пресекают всякие попытки оспорить дарение церкви наследниками дарителя. Более того, попытки вернуть имущество влекли за собой "суд Бога и отлучение от святой церкви", с одной стороны, с другой — штраф и возвращение имущества церкви. Подаренная же земля могла быть возвращена только на условиях пожизненного владения с возмещением всего того, что "торжественно обещано" дарителем.

Частным землевладением начинают охватываться не только поля, но и луга, леса. В «Баварской правде» появилось, например, понятие поделенный лес, т.е. выделенный конкретной семье. О переходе в феодальную частную собственность лесов свидетельствует и запрещение порубки деревьев в чужом лесу, которая каралась штрафом. В отличие от «Салической правды» луговой участок, как и поле, отныне также свободно отчуждался, при этом лишь требовалось подтвердить законность продажи при помощи "документа или свидетелей".

Присущий всем "варварским правдам" категорический запрет нарушения границ чужого землевладения отражал настойчивое стремление германцев закрепиться силой на завоеванных землях. Косвенным подтверждением этого является сохранявшаяся в течение веков традиция разрешать спор о земле с помощью поединка, если не хватало других доказательств. В «Баварской правде» целый титул посвящен наказаниям за нарушение границ чужого землевладения. Простое нарушение границ, без различия поля или луга, влекло за собой наказание свободного штрафом в 6 сол., раба 50 ударами плетью. Даже "случайное", без умысла установление новых границ на участке "без согласия другой стороны и смотрителя" каралось штрафом, если проступок совершал свободный, и 200 ударами плетью, если его совершал раб.

Договорные отношения - характерная черта права германского общества, которому свойственно мелкокрестьянское натуральное хозяйство, слабое развитие товарно-денежных отношений. Волеизъявление осуществлялось путем бросания другому лицу "в полу стебля" или, как известно по другим источникам, передачи двери при продаже дома и пр. Фактический владелец движимой вещи был обязан доказать, что купил или выменял ее, в противном случае он мог быть объявлен вором.

Нарушение договора могло повлечь за собой не только имущественную, но и личную ответственность должника. Должник в случае неисполнения обязательства, как правило, становился рабом кредитора. По некоторым правдам, например по Баварской правде, наряду с должником обращались в рабство его жена и дети.

О договорах в Баварской правде говорится в большей мере в дополнительных главах. Здесь можно найти некоторые подходы к формулировкам общих принципов договорного права: об условиях законности договоров, их нерасторжимости, о "пороке воли" и пр.

"Договор или соглашение, — как гласит «Баварская правда», — мы не разрешаем никоим образом изменять, если они заключены письменно или при посредстве трех и более поименованных свидетелей, поскольку в них ясно обозначены день и год" (16, 16). И там же: "Если продажа будет совершена при помощи насилия или из боязни смерти или заключения (в тюрьму), то она недействительна" (16, 2).

Здесь же говорится о залоге по решению суда, о договоре хранения, ссуде. Если вещь была сдана на хранение "без выгоды и погибла вследствие несчастного случая", то хранитель не нес ответственности. Убытки же от кражи вещи, сданной на хранение, делились поровну. Договор продажи не мог быть расторгнут вследствие низкой цены, это было возможно только в случае обнаружения скрытого порока вещи. Задаток давался для обеспечения договора купли-продажи и терялся в случае его нарушения.

Семья у германцев носила патриархальный характер. В семью, возглавляемую отцом, наряду с нисходящими входили боковые родственники, родные и сводные братья, их жены, которых было много, так как они часто сменяли друг-друга. Семьи жили под одной крышей вместе с челядью, а в некоторых случаях — и с вооруженной свитой.

В «Алеманнской правде» более ярко проявились элементы патриархальной семьи. Брак под угрозой штрафа требовал согласия отца. Как дань глубокой старине допускалась фактическая продажа жены. Согласно титулу 51 увод чужой жены, "если этого захочет первый муж" (51, 1), стоил 400 сол. Обычное право германцев, также как и «Салическая правда», запрещало браки между представителями отдельных социальных слоев, особенно между рабами и свободными. Браки с рабами влекли за собой потерю свободы, простое сожительство с рабыней наказывалось штрафом в 15 сол., со свободной — 45 сол. Баварская правда более терпимо относилась к таким бракам. если женщина "не знала", что она вышла замуж за раба, она просто уходила от него. Запрещались браки с рядом родственников и свойственников.

Обычное право германцев допускало свободу развода, не требуя ни согласия родственников, ни других формальных оснований. Более строг в этом отношении эдикт Теодориха, запрещавший "беспричинный развод", строго осуждавший конкубинат, но разрешавший проституцию.

На рубеже VII—IX вв. были изданы первые законодательные акты, устанавливающие обязательность церковного оформления браков, запрещающие повторные браки вдов и пр.

Большая часть статей в германских правдах посвящена, если использовать современную терминологию, преступлениям и наказаниям. Под преступлениями в них понимались прежде всего обида, вред, причиненный личности или имуществу другого, и нарушение "королевского мира". Соответственно под наказанием понимались возмещение, компенсация за эту обиду или вред.

Главная цель штрафа, у германцев — предотвращение прямых боевых действий, кровной мести, дальнейшей междоусобицы, вражды между дворами, кланами, родами и пр., возникающей вследствие "нарушения чести".

Честь у германцев приобреталась тогда, когда захватывалось то, что защищалось другим, и соответственно терялась при противоположных обстоятельствах.

Композиция и была, с одной стороны, определенной формой восстановления, искупления чести, с другой — формой примирения, установления мира.

В «Алеманнской» правде прямо указывалось на дезертирство как на преступление. На изменения в понимании преступления и наказания все большее влияние оказывает христианская церковь, вводящая такую широко трактуемую правовую категорию, как "оскорбление или неуважение церкви", требующая "воспитания страха божьего" как цели наказания и пр. Так, и в «Алеманнской», и в «Баварской» правдах выделяется целая группа преступлений, в том числе и убийство, общим признаком которых является место их совершения в церкви или во дворе церкви. Они относились к вышеназванной категории "оскорбления церкви" и влекли за собой большой штраф не в пользу потерпевшего и его родственников, которые отодвигались на второй план, а в пользу самой церкви.

«Баварская правда» изобрела под влиянием церкви и такое наказание, как "продолжительная композиция", которая уплачивалась сначала в 12 сол., затем по 1 сол. "до седьмого рода преступника ежегодно" за нанесение удара беременной женщине, приведшего к выкидышу плода.

Самосуд пресекался непоследовательно и еще долго допускался в германских правдах. Так, «Баварская правда разрешала убийство вора, "захваченного на месте во время преступления в ночное время".

При всех имущественных преступлениях наряду со штрафом требовалось возмещение стоимости украденного и других убытков. О простом возмещении убытков речь шла, в частности, при убийстве или избиении раба.

Одним из обстоятельств, отягчающих преступление, было нарушение общепризнанных понятий чести — нападение на спящего, женщину, ребенка, надругательство над трупом. Тяжесть наказания во всех «варварских правдах» (в т.ч. и в рассмотренной выше «Салической», и в «Баварской», и в «Алеманнской») зависела от социального статуса преступника и потерпевшего: свободного или раба, знатного или незнатного, богатого или бедного. Богатство со временем наряду со знатностью выходит на первый план.

В германском обществе, несмотря на наличие некоторых разрозненных норм и статей в "варварских правдах", не сформировалось еще ясных представлений о различных государственных преступлениях, которые в основном воспринимались как действия, направленные против короля.

Сделаем краткие выводы из этой главы:

-Также как и франкское законодательство, германское было не столь совершенным, как римское, но «Баварская правда», например, все же совершеннее «Салической», что объяснимо более поздним ее составлением. В германских законодательствах также сохранились многие архаичные родоплеменные пережитки, но в уже меньшей степени: закон старается бороться с ними, пусть и не прямыми мирами; появлялись зачатки формулировки общих принципов права; из источников видно, что довольно сильной властью пользовался церковный институт.

Заключение

На основании рассмотренных выше «варварских правд» можно выделить в них общие черты и подходы к судопроизводству, а следовательно в целом охарактеризовать варварскую юридическую сферу.

Одним из пережитков раннесредневекового права были старинные обычаи как один из его источников. Так согласно им судебный процесс возбуждался не иначе как по заявлению пострадавшей стороны. На ней лежало формулирование обвинения и представление доказательств. Предварительного расследования не было. Судья должен был ограничиться доказательствами, которые представляли стороны.

Когда не удавалось добиться признания – на чем сосредотачивались основные усилия, – судьи принуждали к «божьему суду», состоявшему в испытании соответствующей стороны в процессе. Наиболее распространенными способами «божьего суда» в праве германских народов были испытания водой, железом и огнем. В «Салической правде» упоминается котелок с кипящей водой, в который опускалась рука обвиняемого. Обожженная и плохо заживающая рука была свидетельством его виновности. От испытания котелком можно было откупиться. Возможность «выкупа руки от котелка» была социальной привилегией богатого преступника.

Также существовало такое явление как судебный поединок. Он назначался во всех тех случаях, когда ответчик обвинял истца во лжи.

Публично-ритуальный характер судебных разбирательств требовал присутствия многих лиц: соприсяжных, свидетелей, родственников и т.п.

За подавляющее большинство преступлений обвиняемые облагались штрафами различных размеров, либо карались смертной казнью - «в назидание» другим, но состоятельные люди могли позволить себе откупиться от этого.

В варварских законодательствах не существовало общих принципов права (либо они были лишь на стадии зарождения) вместо этого приводились различные статьи, описывающие индивидуальные факты. Их отличали разобщенность, бессистемность и противоречивость, тем не менее это большой шаг вперед по сравнению с древностью в развитии правовых отношений.

Нельзя не сказать и о том, что немаловажное значение для дальнейшего развития нормативных актов в данный период принадлежит Римскому праву, причем некоторые законы из него послужили опорой для создания различных правовых актов в начале раннефеодальной эпохи.

Важнейшее значение «варварских правд» как исторических источников заключается в содержащихся в них сведениях о судебном институте и процессе судопроизводства в варварских королевствах, а также в возможности проследить путь развития Западноевропейских правовых отношений в период становления раннефеодального строя.

Список литературы

Баварская правда // Русский пер. Г.М. Даниловой, Петрозаводстк, 1969.

Алеманнская правда // Русский пер. Г.М. Даниловой, Петрозаводстк, 1969.

Салическая правда // Русский пер. Н.П. Грацианского, М., 1950.

История государства и права зарубежных стран. Ч. 1. // под редакцией Жидкова О.А. Изд-во «Норма».- М., 2000.

Черниловский З.М. Всеобщая история государства и права. М, 1997. – 643с.

Советская историческая энциклопедия. Т. 1. - М., 1961

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий