История чёрной металлургии

История черной металлургии. В XVIII в., после преобразований Петра I, Россия вышла на первое место в мире по выплавке чугуна, давая свыше трети мирового его производства. Значительную часть чугуна и железа (30-80%) Россия вывозила за границу, главным образом в Англию, где недостаток древесины резко ограничивал выплавку чугуна.

История черной металлургии.

В XVIII в., после преобразований Петра I, Россия вышла на первое место в мире по выплавке чугуна, давая свыше трети мирового его производства. Значительную часть чугуна и железа (30-80%) Россия вывозила за границу, главным образом в Англию, где недостаток древесины резко ограничивал выплавку чугуна. Неисчерпаемые запасы древесного топлива и дешевый, в значительной части крепостной, труд составляли в то время преимущества России в производстве черных металлов. Главным металлургическим районом был Урал.

на Урале и в Сибири за столетие было построено заводов в два раза больше, чем в Европейской России. Если учесть заводы, значившиеся в числе действующих к концу XVIII в., то на Урале их было больше в три раза, чем в Европейской России.

Огромные домны уральских заводов обладали высокой производительностью, так что они давали в 1800 г. 7071 тыс. пуд. чугуна (113,1 тыс. т. чугуна) против 1577 тыс. пуд. (25,2 тыс. т. чугуна), выплавлявшихся на заводах Европейской части России, т.е. в 4,5 раза больше.[1]

Численность заводов на Урале продолжала увеличиваться, хотя далеко неравномерно, почти в течение всего столетия. Иным представляется рост числа заводов в Подмосковном металлургическом районе. Увеличение числа заводов происходило здесь до середины столетия. Затем наступил некоторый спад, продолжавшийся два десятилетия (1761-1780 гг.), сменившийся новым подъемом в конце века.

Отдельные отрасли металлургической промышленности развивались неравномерно, табл. 3.

Развитие Урала после Октябрьской революции имело свои особенности и трудности, обусловленные его исторической эволюцией.

На протяжении периода с 1917-1925 гг. Урал являлся основной базой, снабжающей страну черным металлом.

Горнозаводчики Урала с первых после революционных дней выступали против всех мероприятий Советской власти. В результате саботажа в конце 1917 - начале 1918 г. на Урале сложилось чрезвычайно тяжелое положение.

В конце января 1918 года была принята «Инструкция по организации управления национализированными заводами Урала», в которой предусматривалось, что все бывшие казенные и национализированные – бывшие частные – заводы образуют один областной трест «как организацию производства» и один синдикат «как организацию продажи и сбыта». III областной съезд Советов рабочих и солдатских депутатов утвердил деловые советы как обязательный образец для управления всеми национализированными заводами Урала.

К концу февраля 1918 г. в руки пролетарской власти на Урале перешли 8 горнозаводских округов (36 предприятий черной металлургии) и бывшие казенные металлургические заводы Урала. Накануне первой мировой войны эти заводы производили 39,6 млн. пуд. чугуна и 24,6 млн. пуд. проката, или соответственно 70 и 65% общеуральского производства.

С февраля 1918 г. происходят изменения в условиях национализации уральской промышленности. Организация действенного контроля на заводах и появление нового, общественного сектора в промышленности в значительной мере парализовали саботаж горнозаводчиков Урала, что привело к значительному изменению форм и методов национализации промышленности на Урале.

К апрелю 1918 года в ведении Областного правления национализированных предприятий Урала находилось 13 бывших казенных и 53 бывших частных, национализированных заводов металлургической промышленности Урала (всего 66 заводов). Не были национализированы еще 34 завода. Процесс национализации закончился к августу 1918 г.

Следующей важной задачей явилось формирование аппарата управления промышленностью. В 1918 г. основными органами управления промышленностью на Урале были Областное правление национализированных предприятий Урала и деловые советы округов и заводов.

К компетенции Областного правления относились организация управления и руководство производством, координирование деятельности округов и заводов.

Правление определяло объем производства, устанавливало виды производимой продукции, изыскивало источники финансирования, регулировало сбыт. Областное правление получило право утверждать составы деловых советов.

Деловые советы заводов избирались на общезаводских собраниях. Было установлено общее соотношение членов этих органов управления: 2/3 от рабочих и 1/3 от служащих и инженерно-технического персонала.

Новые органы управления стали проводить планомерную работу по преодолению разрухи, демобилизации промышленности.

Первоначальное отсутствие средств мешало осуществлению этих задач. В конце 1917 года Совнарком принял решение о порядке финансирования Уральского района. Открываемой вновь Екатеринбургской конторе немедленно выделялись значительные средства до 500 млн. руб. Эти ассигнования дали уральским областным органам известные оборотные средства. Органы Советской власти были вынуждены финансировать в это время и ненационализированные предприятия.

Несмотря на принятые меры, финансовое положение Урала было довольно тяжелым. В январе 1918 года уральская промышленность получила только 31% требуемых средств.

Помимо получения средств от государства использовались и внутренние ресурсы: практиковался залог металлов и продажа изделий на рынке. а иногда – обложение местной буржуазии налогом.

Финансирование национализированных предприятий Урала должно было обеспечить демобилизацию промышленности и перестройку ее на производство мирной продукции. Особые трудности возникали при демобилизации металлообрабатывающих заводов. За годы войны количество рабочих на этих заводах значительно увеличилось и демобилизация промышленности в значительной степени должна была учитывать необходимость предотвращения безработицы.

К концу марта 1918 года производство вооружения прекратилось почти на всех заводах, правда, на этой стадии демобилизация ограничивалась простым закрытием цехов. В конце апреля на некоторых заводах рассматривалась возможность выпуска оборудования для железных дорог. Важную роль в демобилизации промышленности играло обслуживание нужд сельского хозяйства.

Наряду с переоборудованием старых заводов ставились задачи по организации новых производств. Областная конференция фабзавкомов приняла решения о строительстве новых заводов.

Плодотворная работа по восстановлению и организации деятельности металлургических заводов Урала стала приносить некоторые результаты. Конечно, невозможно было преодолеть влияние разрухи за несколько месяцев.

Непосредственными причинами некоторого сокращения металлургического производства явились недостаток горючего, уменьшение количества доставляемых на заводы материалов и др.

Уменьшение выплавки чугуна отразилось на производстве стали и прокатных изделий. На состояние прокатного производства существенное влияние оказывала также и перестройка его на мирные виды продукции.

Огромный ущерб нанесла деятельность белогвардейцев рабочим кадрам уральской металлургии. Тысячи из них стали жертвами колчаковцев. Часть рабочих ушла с производства. При отступлении белые угнали с собой большую часть инженерно-технического персонала и других квалифицированных работников различных специальностей.

При отступлении колчаковцы портили и увозили с собой оборудование, части машин, станков и т.п. Они затопляли угольные шахты, рудники, выводили из строя насосы и т.д.

Общая сумма ущерба, причиненного крупной промышленности Урала оценивалось более чем в 80 млн. золотых рублей, причем более половины составляли убытки заводов черной металлургии.

По размерам выплавки чугуна Урал был отброшен к уровню 70-х годов 18 века. Почти такое же положение сложилось и в производстве стали и проката. Характерным явлением того времени стал хронический простой оборудования, сокращение его производительности.

Эксплуатация большинства заводов в этих тяжелых условиях заставила поставить по новому вопросы организации производства.

Предусматривался переход уральской металлургии на минеральное топливо.

В 1920 году когда металлургия Украины еще только возобновляла свою деятельность, Урал стал основной базой производства черного металла в Республике.

К началу 1922 года перед промышленностью страны была поставлена задача завершить комплекс первоначальных преобразований, который складывался при проведении нэпа. Переход к трестовской форме организации и на начала хозрасчета, участие промышленности в овладении и регулировании рынком и денежным обращением являлись важнейшими звеньями перестройки промышленности на основании принципов НЭПа.

В 1920-1921 гг. выполнение планов восстановления металлургического производства затруднялось из-за отсутствия топлива, сырья и продовольствия, то с 1922 г. наметился в этом деле определенный перелом. Восстановительные работы прежде всего проводились на наиболее сохранившихся предприятиях. Отсутствие в стране производства металлургического оборудования заставило идти на крайние меры и перебрасывать с одних заводов (намеченных к ликвидации, а также с заводов, пуск которых намечался позднее) на другие не только материалы, но и оборудование – воздуховики, котлы, краны, станки, электомотры. В подобной обстановке трудно было думать о повышении технического уровня восстанавливаемых заводов, однако по мере возможности капитальные ремонты агрегатов сопровождались отдельными техническими усовершенствованиями. Так, некоторые доменные и мартеновские печи перестраивались на больший объем и тоннаж, улучшались профили доменных печей.

Реконструкция действующих заводов способствовала быстрому увеличению производства при минимальных капитальных затратах, а также снижению издержек производства и себестоимости металла на старых заводах.

Сравнение показателей производства металла в 1950 г. с заданиями третьего пятилетнего плана на 1942 г. показывает, что война затормозила развитие черной металлургии СССР на восемь лет.

За годы четвертой пятилетки, в соответствии с директивами четвертого пятилетнего плана, были выполнены большие геологоразведочные работы, с целью расширения сырьевой базы черной металлургии, особенно в восточных районах.

Планом четвертой пятилетки предусматривалось дальнейшее развитие черной металлургии на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке, в том числе увеличение мощности Магнитогорского, Ново-Тагильского и Челябинского заводов, завершение строительства завода природнолегированного металла в Орске.

В шестом пятилетии черной металлургии СССР значительно увеличило производство металла и довело выплавку чугуна примерно до 53 млн. т., стали до 68, 3 млн. т. и проката до 52,7 млн. т.

Среди промыслов, существующих на территории России, в том числе в уральской ее части, металлургия, вероятно, один из наиболее древних. Однако предметом пристального внимания государства она стала только благодаря реформам Петра I, положившим на Урале начало строительству первых казенных металлургических заводов. В 1703 г. Петр I подписал указ о создании Приказа рудокопных дел, деятельность которого довольно быстро привела к тому, что выплавка чугуна встала на промышленные рельсы.
В немалой мере исполнение воли царя легло на плечи обер-секретаря Сената И.К. Кирилова. О некоторых его впечатлениях, в том числе и по отношению к металлургическим предприятиям, можно узнать из его заметок, изданных почти через столетие после его смерти под заглавием “Цветущее состояние Всероссийского государства, в каковое начал, привел и оставил неизреченными трудами Петр Великий, отец отечества, император и самодержец всероссийский и прочая, и прочая, и прочая…” (СПб., 1831). При всей безусловной ценности этого издания, некоторые приведенные здесь данные неточны (например названия). Несмотря на это, работа действительно дает представление об успехах политики Петра I в развитии промышленности [1].
В еще большей степени, чем сочинение Кирилова, повествует о становлении промышленности вообще и о создании уральской металлургической промышленности в частности другая книга. Она принадлежит перу Георга Вильгельма де Геннина (1676–1750), получившего в России имя Вильгельма Ивановича, и называется “Описание уральских и сибирских заводов”. Сам Геннин был выдающимся инженером и артиллеристом, одним из лучших знатоков горного и металлургического дела в России того времени. Будучи комендантом Олонецкой провинции, он много сделал для приведения в порядок местных заводов и добился того, что производимые здесь пушки не уступали по качеству шведским. Описание в его книге этой деятельности сыграло большую роль в сохранении реальной картины уральской металлургии того времени.
В первом разделе он описывает Екатеринбургский завод с его фабриками-цехами. Этому главному заводу, который должен был служить образцом для других, он уделил наибольшее внимание, подробно описывая каждую мастерскую. Сюда же он вставил главу о Сибирском обербергамте — высшем горном управлении на Урале, которое было учреждено в Екатеринбурге. Затем следуют описания других казенных заводов. Каждое из них содержит историю завода (если он существовал до Геннина), реестр его построек, штат, потребность в материалах, сырье, рабочей силе, производительность, стоимость продукции. Описание сопровождается весьма ценными рисунками, чертежами и табелями-отчетами о выработанной продукции, о приходе и расходе денег и припасов на заводе за период управления Геннина. Далее в более кратком виде дается описание частных уральских заводов. Кроме того, в книгу включены интереснейшие описания двух горных заводов Сибири — Колыванского и Нерченского.
Как и книга Кирилова, книга Геннина увидела свет гораздо позже, чем была написана. В первый и последний раз она была издана только в 1937 г. [2], но до того она многократно переписывалась от руки и была хорошо известна металлургам и историкам в списках XVIII в. В свое время она оказалась неподходящей для возглавлявшегося Бироном правительства императрицы Анны Иоанновны в первую очередь потому, что обстоятельно доказывала прибыльность уральских казенных заводов. Правительство тогда было занято подготовкой почвы для их разворовывания на том основании, что для казны эти заводы убыточны. Именно это решило судьбу книги. Но, несмотря на очевидную несправедливость такого решения, нельзя умолчать о ее явных недостатках: в ней обнаруживаются чрезмерное возвеличивание роли собственной персоны Геннина и отсутствие сведений о частном производстве. Говорится лишь о хозяйстве Демидовых, а многие частные заводы просто перечислены.
Здесь стоит сказать, что немалое количество произведений, касающихся черной металлургии Урала XVIII в., так и не увидели свет. По крайней мере можно указать на три достойные внимания рукописи: составленное под руководством генерала И.И. Веймарна в 1767 г. “Гисторическое предуведомление о начальном заведении и поныне продолжающемся рудокопном промысле”; написанную в 1777 г. по заданию генерал-прокурора Сената А.А. Вяземского работу В.И. Крамаренкова “О начале, переменах и умножении в России рудокопного дела и горных заводов” и труд А.С. Ярцова “Российская горная история”. Автор последнего при жизни был управителем олонецких, а затем и уральских заводов. Когда он был написан, неизвестно, но представление его состоялось уже после смерти автора в 1820 г. [3]
Таким образом, автором первого печатного сочинения по истории металлургии стал известный историк М.Д. Чулков, посвятивший промышленности одну из частей своего многотомного “Исторического описания Российской коммерции”, вышедшего в 1786 г. Ее содержание определяется документами по вопросам горного законодательства, а также списком частных и казенных заводов. Вскоре вслед за ней появились “Сочинения о сибирских рудниках и заводах” И. Германа, где давалось подробное описание некоторых предприятий металлургии со статистической характеристикой отдельных заводов (как частных, так и казенных) и перечислялись существовавшие тогда технологии производства чугуна и железа [4].
В начале XIХ в. увидели свет еще несколько работ по истории металлургии. Одна из них — “Высочайше утвержденные доклады и другие сведения о новом образовании горного начальства и управления горных заводов”, появившиеся в Санкт-Петербурге в 1807 г. В книге дано историческое описание системы управления металлургией в России и проводится идея о том, что дальнейшее развитие отрасли невозможно без совершенствования структуры ее управления. В связи с разработкой нового Горного положения горный инженер А.Ф. Дерябин составил “Историческое описание горных дел в России с самых отдаленных времен до нынешних”. В это же время П.Е. Томилов издал книгу, где дано описание уральских заводов в начале ХIХ в. [5]
Одной из лучших монографий, дающих подробную и масштабную картину развития металлургии на Урале в XVIII в., следует признать книгу Н. И. Павленко, изданную в 1962 г. и давно ставшую библиографической редкостью. По его мнению, практические нужды промышленной политики правительства в этот период вызвали появление большого количества работ по истории металлургии, подогревавших научный интерес [6]. В том числе появились и первые крупные публикации документов. Среди книг, дающих ясное представление о практической деятельности правительства и эффективности принимаемых им решений, Павленко особенно отмечает исследование В.П. Безобразова “Уральское горное хозяйство и вопрос о продаже казенных горных заводов”, изданное в 1869 г.
В конце XIХ в. металлургические отрасли промышленности стали приходить в упадок, соответственно упал и теоретический интерес к ним и к их истории. Сведения о тех или иных конкретных металлургических предприятиях приходится черпать в сочинениях общеэкономического содержания. Например, Н.К. Чупин в своем “Географическом и статистическом словаре Пермской губернии”, опубликованном в трех выпусках в 1873, 1877 и 1880 гг., сообщает некоторые подробности об истории Верх-Исетского, Иргинского и других металлургических заводов.
Тем не менее именно к этому времени относится появление первых монографий, посвященных непосредственно истории металлургических заводов. Автором первых таких книг был Н.Н. Новокрещенных [7]. Не заставила себя ждать и первая историографическая работа В. Белова, увидевшая свет в 1896 г., — “Исторический очерк Уральских горных заводов”, — в которой проводится попытка периодизации развития уральской металлургии на основе особенностей политики сменяющих друг друга правителей. Автор разбивает всю ее историю на шесть этапов: первый — IХ–ХVI вв., второй — ХVII в., третий — эпоха Петра I, четвертый — до Александра I, пятый — до правления Николая I, и последний до Александра III. Продолжает эту линию книга А.М. Лоранского, изданная в 1900 г., “Краткий исторический очерк административных учреждений горного ведомства в России”, в которой развитие отрасли рассматривается через призму эволюции социальных институтов, осуществляющих управление ею. При всем своем важном справочном значении эта работа, будучи приурочена к 200-летнему юбилею уральской горной администрации, не могла быть свободна от апологетических передержек.
Обзор дооктябрьских публикаций, так или иначе связанных с историей металлургии, был бы не полным без упоминания знаменитой экспедиции на Урал Д.И. Менделеева, результатом которой стало глубокое изучение металлургического потенциала края в конце ХIХ в. В книге “Уральская железоделательная промышленность в 1899 г…”, суммирующей впечатления Менделеева и его спутников от этой поездки, указано на неисчерпаемые ресурсы Урала и на необходимость перехода к каменноугольной металлургии с максимальной опорой на ресурсы близлежащей Сибири.
После Октябрьской революции в истории металлургии социальный аспект приобрел особую актуальность. Не технологические процессы, не строительство и развитие новых заводов, а бытовые условия жизни рабочих стали выходить на передний план интереса историков. Яркий пример такого подхода дает книга Ю.И. Гессена “История горнорабочих СССР”, вышедшая в Москве в 1926 г. Тем не менее даже этот автор видел причины успехов горнозаводского дела в эффективности мер, предпринимавшихся правительством, которое, по его мнению, являлось двигателем промышленного развития. Немногим позже, уже в начале 30-х гг., была сделана первая попытка свести всю историю металлургического производства на Урале в энциклопедию в двух томах, однако в 1933 г. свет увидел только первый из них. Но и он содержит немало статей по истории металлургических предприятий Урала.
Следующая попытка такого рода была предпринята в 1937 г. В первый и второй тома новой энциклопедии планировалось включить статьи об историческом развитии и техническом состоянии всех заводов, вырабатывающих железо и медь; в третий — аннотации первых двух и библиографию к ним, а также картографический и иллюстративный материалы. Работа по подготовке фактического материала к публикации велась под руководством академика М.А. Павлова в Институте истории науки и техники, но, к сожалению, она не была завершена. Вышел только первый том [8].
На роль географического фактора в развитии металлургической промышленности обратил внимание С.П. Сигов. В своем солидном сочинении “Очерки по истории горнозаводской промышленности Урала”, опубликованном в Свердловске в 1936 г., он последовательно исследует историю горнозаводской промышленности с петровского времени до советского именно с этой точки зрения.
Вновь к проблемам периодизации развития металлургии вернулся в своей монографии Д.А. Кашинцев [9]. Он применяет свой собственный метод для выделения отдельных этапов в развитии промышленности. Особого внимания в его книге заслуживает описание участия горнозаводских рабочих Урала в Пугачевском восстании. Кроме того, он показывает общую динамику производства чугуна и железа в XVIII в. и ставит вопрос о предшественниках крупных уральских заводов, усматривая их в мелких крестьянских промыслах. При всей важности его наблюдений и тонкости исторического анализа вряд ли можно согласиться с его утверждением о появлении элементов планирования металлургического производства уже в петровские времена.
Итог осмысления истории черной металлургии в первой половине ХХ в. подводит монография П.Г. Любомирова “Очерки по истории русской промышленности”, увидевшая свет вскоре после войны [10]. В ней автор рассматривает географическое размещение металлургической и металлообрабатывающей промышленности в России в ХVII – начале ХIХ вв. По полноте и тщательности использования опубликованных источников эта работа не имела себе равных. В своей работе П.Г. Любомиров дал полный обзор всех источников, использовавшихся до него, и положил начало привлечению нового типа исторического материала — документации самих заводов [11].
К послевоенному времени относится и появление трилогии академика С.Г. Струмилина, посвященной истории черной металлургии и во многом остающейся непревзойденной и поныне [12]. Первая книга, имеющая подзаголовок “Технический прогресс за 300 лет”, — это статистико-экономическое исследование. В ней исследованы изменения в производительности труда до 40-х гг. ХХ в. и отдельно рассмотрена динамика этого процесса в металлургическом производстве. Полученные результаты вызывают огромный интерес. Вторая книга представляет собой лекцию, посвященную возникновению и развитию металлургической промышленности на Урале в эпоху Петра. В третьей завершающей части рассматриваются теоретические вопросы, касающиеся социально-экономической природы русской мануфактуры, промышленного переворота и первоначального накопления. Кроме того, автор рисует подробную картину развития отрасли в стране вообще и на Урале в частности. Ничего подобного в исторической литературе не было ни по хронологическому охвату, ни по широте использования архивных материалов, ни по глубине их анализа.
Тем не менее в вышедшей в 1959 г. книге В.Я. Кривоногов смог ввести в научный оборот много новых архивных материалов, посвященных раннему периоду становления горнозаводской промышленности Урала в XVIII в. с особым акцентом на использование наемного труда [13]. В этой книге ставится и обсуждается вопрос о методах обеспечения заводов сырьем посредством подрядных операций. В.Я. Кривоногов стремился доказать, что не было серьезных различий в условиях появления металлургических предприятий в центре страны и на Урале. При всех несомненных достоинствах книги этот вывод представляется малообоснованным, так же как и неоправданно большое значение, приписанное им кустарной крестьянской металлургии, на базе которой якобы возникает капиталистическая мануфактура.
В 60-е гг. стали появляться не только серьезные исторические, но и историографические исследования. Особо следует отметить фундаментальный труд Н.И. Павленко — “История металлургии в России в XVIII веке”,— не раз цитированный выше. Здесь автор исследует проблему развития ведущих отраслей металлургического производства — доменного и передельного — анализирует конкретные исторические обстоятельства возникновения заводов и появления заводовладельцев (такие, как история формирования промышленных хозяйств, темпы строительства предприятий и т.п.), описывает их социально-экономические взгляды. Но кроме всего этого, он дает подробную справку относительно источников, как опубликованных, так и рукописных, включая обширную библиографию, начинающуюся с заметок Кирилова. В одном ряду с книгой Павленко стоит и очень информативная статья А.А. Горшкова, напечатанная в конце 60-х гг. [14]. В ней дается еще один подход к периодизации в истории металлургии, однако ее безусловным недостатком является чрезмерная лаконичность: автор лишь пунктирно намечает основные вехи развития отрасли до начала ХХ в.
Из собственно исторических работ, появившихся в эти годы, следует выделить интересную и содержательную монографию М.П. Вяткина, посвященную хотя и очень короткому в историческом масштабе промежутку времени (1900–1917), но оказавшемуся наполненным многочисленными событиями [15]. В качестве некоторой исторической экспозиции здесь подробно и всесторонне рассматривается ситуация, сложившаяся в горнозаводской промышленности Урала к концу ХIХ в., и дается характеристика положения дел на казенных и частных заводах в годы экономического кризиса, показаны первые шаги по монополизации металлургии. Выпукло представлены пути выхода металлургических заводов Урала из кризиса 1904–1910 гг., синдицирование и итоги развития уральской металлургии в предвоенные годы и во время Первой мировой войны.
К пятидесятилетию Октябрьской революции Министерство черной металлургии СССР подготовило фундаментальный труд под редакцией министра И.П. Казанца [16], в котором делалась попытка проанализировать весь путь черной металлургии страны в целом (и в том числе уральской металлургии) за весь советский период. В нем можно найти хорошее технико-экономическое освещение истории отрасли по подотраслям. К очевидным недостаткам стоит отнести избыточно мажорный тон “трудового рапорта родной партии”.
В последующие годы интерес к истории металлургии заметно упал, и на протяжении почти десяти лет не было никаких серьезных исследований. Приятным исключением служит книга В.С. Голубцова, ставшая своего рода продолжением монографии Вяткина: в ней рассматривается следующий период в истории металлургии — с 1917 по 1923 гг. [17] Характерная черта этой работы — использование серьезной документальной и архивной базы: в ней скрупулезно перечислены и проанализированы многочисленные государственные и партийные документы, регламентирующие развитие отрасли в столь сложный период существования нашего государства. Украшают исследование и делают его особенно полезным в справочном отношении краткие биографические справки деятелей отрасли и большое количество фотографий.
Во второй половине XХ в. было написано несколько общеисторических работ, посвященных краю и уделяющих определенное внимание развитию в нем черной металлургии. Среди наиболее удачных можно выделить двухтомную “Историю Урала” и двухтомную “Историю народного хозяйства Урала” [18]. В них дается не очень детальная, но емкая характеристика развития отрасли в составе промышленности Урала до 1985 г.
Несмотря на отмеченный провал в специальной литературе, в 70–80-е гг. проблемы металлургии становятся частью идеологической риторики и начинают систематически затрагиваться в сочинениях по партийной истории. При правильном отношении к таким специфическим источникам из них может быть извлечен определенный фактический материал. Среди работ подобного рода следует выделить, например, сборник выступлений министра черной металлургии СССР И.П. Казанца “Черная металлургия в девятой пятилетке” (М., 1972), книгу П.А. Ширяева и В.П. Андриановой “Черная металлургия в десятой пятилетке” (М., 1977), П.А. Ширяева и В.А. Штанского “Эффективность капиталовложений в черную металлургию” (М., 1977), а также некоторые сборники выступлений партийных работников.
В 80-е гг. вопрос сырьевого обеспечения металлургической промышленности стал обсуждаться шире. Например, в монографиях “Эффективность развития металлургической промышленности Урала” и “Титаномагнетиты и металлургия Урала” [19] давалась подробная характеристика запасов и эффективности использования металлургического сырья и основных форм решения сырьевой проблемы на Урале с учетом реалий того времени. Работы носили характер моментального снимка экономической ситуации и на то время отражали реальное положение с сырьем в отрасли. За прошедшие десятилетия ситуация изменилась, хотя такие проблемы, как недостаточное развитие сырьевой базы, диспропорции по переделам и дальнепривозное сырье, о которых тогда предупреждали уральские ученые, сейчас проявились в полной мере.
Второй новой проблемой уральской металлургии, характерной для этого периода, стала техническая модернизация, так как оборудование многих предприятий отрасли к этому времени устарело и морально, и технически. Укажем лишь на принципиальные работы, посвященные этой проблеме. Так, большой резонанс имела книга С.А. Беляева и Н.П. Широкова “Эффект реконструкции” (М., 1975), где действенность технической модернизации показана на конкретных примерах. Практической реализации идей реконструкции на Магнитогорском металлургическом комбинате посвящена книга “Флагман советской металлургии в реконструкции” [20]. Ее авторы в свое время занимали ключевые посты на комбинате: Ю.В. Яковлев — главный инженер, В.М. Зубец — директор ЦЗЛ и В.М. Архипов — председатель профсоюзного комитета комбината.
Наконец, в 80-е гг. время от времени появлялись исследования поворотных этапов в истории отрасли. Отметим монографии А.А. Антуфьева и А.Ф. Васильева, где рассмотрены основные проблемы развития промышленности Урала в годы Великой Отечественной войны: как тут принимались и размещались эвакуированные предприятия, перестраивались и развивались заводы, построенные ранее [21].
С началом перестройки большинство историков потеряло интерес к истории промышленности, их стали больше занимать политические процессы. С утратой единой научно-технической политики и развалом старой системы была ослаблена работа по сбору и обобщению статистического материала. Все это привело к тому, что 80-е гг. остались мало изученными в плане исторического развития черной металлургии Урала. Однако совсем “белым пятном” в исследовании истории отрасли в последней трети ХХ в. был период 90-х гг. Только в конце десятилетия, в связи с подъемом экономики, проснулся интерес к металлургии у экономистов и появилась литература, посвященная перспективам дальнейшего развития отрасли в целом и отдельных ее подотраслей. В некоторых работах содержался анализ предшествующего периода, однако как таковые исторические исследования по этой проблематике отсутствовали.
Первая работа, посвященная специально истории отрасли на Урале в предперестроечный период, была опубликована автором настоящего обзора в 1992 г. [22] Она представляет собой краткий исторический очерк модернизации одной из ведущих отраслей промышленности Урала на переломном этапе ее развития с учетом динамики развития отрасли и внедрения на предприятиях достижений научно-технического прогресса, а также вклада, который внесли уральские металлурги в развитие промышленности страны. В ней использовано много статистического материала из архивов Министерства черной металлургии СССР, разнообразных архивохранилищ Свердловской и Челябинской областей, а также данные сектора информации Института экономики УрО РАН.
В 1997 г. появилась коллективная монография “Социально-экономический потенциал региона: проблемы оценки использования и управления”, подготовленная Институтом экономики УрО РАН, в которой подробно анализируется экономическое положение региона в середине 90-х гг. В этом исследовании поднимается вопрос о методических подходах в оценке потенциала территорий, в частности социально-экономического потенциала Уральского региона, дается заключение о перспективах его развития и особенностях его динамики. В том же ключе написана монография Н.И. Данилова, опубликованная два года спустя: в ней освещаются теоретико-методологические основы и формирование практических механизмов регулирования инновационных процессов в крупных промышленных центрах Урала в первой половине 90-х гг., в том числе и металлургических [23].
Кроме общих методологических работ на восполнение указанного пробела были направлены исследования конкретных сюжетов (как теперь принято говорить “case-studies”) по истории и/или текущему положению отдельных предприятий черной металлургии. Например, в книге “Пятьдесят лет Нижнетагильскому комбинату им. В.И. Ленина” содержится история всех цехов и переделов этого предприятия в технико-технологическом плане [24]. Фундаментальное исследование по всей истории металлургического производства в Нижнем Тагиле — “Нижнетагильский металлургический завод. XVIII–ХХ веков” (1996) — написано историками И.Г. Семеновым, С.В. Устьянцевым и С.И. Хлопотовым вместе с директором комбината Ю.С. Комратовым [25]. Одновременно были опубликованы книги, посвященные другим предприятиям отрасли — ММК, ОХМК, ВИЗу, Чусовскому заводу и др [26].
Еще более частные аспекты проблемы, в частности, вопросы культурно-технического уровня металлургов, нашли отражение в монографии Л.Н. Мартюшова [27]. В ней автор анализирует социальную структуру советского общества, социально-демографические и квалификационные характеристики рабочего класса, как на уровне страны, так и региона, указывает на параметры изменения их материального положения, бытовых условий и культурного уровня.
В последние годы произошла активизация работы в изучении истории металлургии в связи с 300-летием промышленной металлургии на Урале. К этой знаменательной дате было издано большое количество научной [28] и популярной [29] литературы, в той или иной степени затрагивающей исследуемый период. Особо следует отметить появление нескольких новых энциклопедий: “Уральской исторической энциклопедии”, подготовленной коллективом ученых Института истории и археологии УрО РАН и ряда уральских вузов [30]; “Металлурги Урала” [31], выполненной лабораторией “История металлургии Урала в биографиях” Уральского государственного университета, а также “Инженеры Урала”, подготовленной Российской академией инженерных наук [32]. Все они дают большой биографический материал о творцах металлургии. Но наиболее крупным событием с историографической точки зрения было издание энциклопедии “Металлургические заводы Урала XVII–XX вв.”, напечатанное к 300-летию уральской металлургии Институтом истории и археологии УрО РАН [33]. Это первый фундаментальный свод знаний о более чем 300 металлургических заводах, когда-либо существовавших и ныне существующих на территории Урала, их технике и технологиях, объемах производства и технико-экономических показателях, масштабах технического и социального прогресса. Эта энциклопедия — новый большой шаг в разработке, изучении и обобщении исторического опыта, накопленного металлургией Урала. В ней собрана обширная статистическая информация с первобытных времен до современного состояния металлургических предприятий, в основном впервые вводимая в научный оборот. До сих пор такое издание не было осуществлено ни в регионах, ни в центре. Оно снабжено иллюстративным материалом, имеет большое количество статистических таблиц. Этот труд объективно отражает роль металлургии Урала в исторических судьбах России. Наибольший интерес, на наш взгляд, представляют статьи о таких заводах, как ММК, НТМК, ОХМК, ВИЗ. К недостаткам энциклопедии следует отнести отсутствие обобщающей исторической статьи об основных вехах развития металлургии на Урале, технологическом прогрессе, учреждениях металлургической науки и образования, общественных организациях, хронике развития металлургии на Урале.
Богатый статистический материал содержится в справочной литературе как общего [34], так и специального назначения [35]. Особо следует назвать великолепное справочное издание по современному состоянию черной металлургии России, в том числе и металлургических предприятий Урала, где дается почти исчерпывающее состояние отрасли в целом, как по стране так и по уральским предприятиям [36]. Существует богатая литература по истории и сегодняшнем дне отдельных предприятий [37].
Еще в 2000 г. историографическое обобщение данной проблемы было сделано автором этих строк на Татищевских чтениях [38].
А в монографии, опубликованной в 2002 г., автор настоящего обзора делает попытку осветить наименее известные черты новейшей истории черной металлургии [39]. Здесь вводится в научный оборот новый архивный материал, еще не ставший достоянием исторической науки, исследуются вопросы современного места и роли уральской металлургии в конце ХХ в. в мировом металлургическом производстве, проблемы совершенствования материальной базы отрасли и ее изменения в условиях смены социально-экономического уклада, инвестиционная политика, денационализация в отрасли, проблемы экологии и меры по их решению, изменение управленческой политики, этапы развития экспортной деятельности предприятий черной металлургии, делаются прогнозы развития отрасли на ближайшее будущее. Книга иллюстрирована большим количеством таблиц.
Однако столь обширная тема требует своего развития. Таким образом существует необходимость в дальнейшем исследовании и обобщении имеющегося исторического опыта ведущей отрасли индустрии края — черной металлургии на Урале.

Конец формы


[1] С. Г. Струмилин. История горной промышленности в СССР, т.1.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ