Виртуальная реальность и индивид

Понятие виртуальной реальности и оценка ее влияния на идентичность индивида и характер воздействия на коммуникативное развитие ребенка с задержкой развития. Особенности функций регуляции и контроля у подростков, страдающих Интернет-зависимостью.

Введение

Само понятие виртуальной реальности очень многообразно, и существуют различные подходу к пониманию самого термина. Мы же рассматриваем Виртуальную Реальность как совокупность 3-х аспектов. В философском аспекте это некое виртуальное пространство с представлением о которым взаимодействует субъект. В техническом аспекте Виртуальная Реальность связана с компьютерными средствами и технологиями и то каким образом происходит это взаимодействие с пользователям. В психологическом аспекте Виртуальная Реальность понимается как продукт искусственного изменения реальности и отношения к ней (наряду с такими изменениями как сон, вымысел, миф, психофармакологическое воздействие – наркотическое или алкогольное опьянение и т.п.). Виртуальная реальность является взаимодействием всех 3-х подходов.

Влияние виртуальной реальности на идентичность индивида (на примере ролевых компьютерных игр)

Мы предполагаем, что виртуальная реальность в некоторой степени вновь моделирует стадию зеркала о которой говорил в своих трудах Ж. Лакан.

Виртуальная реальность обеспечивает саму реальность, лишенную своей субстанции, сопротивляющуюся твердому ядру Реального – точно так же, как кофе без кофеина обладает запахом и вкусом кофе, но им не является, виртуальная реальность переживается как реальность, не будучи таковой.

В виртуальной реальности когда при вхождении в пространство компьютерной игры, пользователь выбирает себе ролевой персонаж, и начинает игру, где в последующем видит себя на дисплее компьютера, как конкретного персонажа, в это время происходит разделение-то есть визуализация образа себя. Разделение внешнего и внутреннего, внешнее – я на дисплее компьютера, а внутреннее я как субъект-то есть, то о чем говорил Лакан в своей стадии зеркала.

Лакан превращает зеркало в образец «воображаемого отчуждения субъекта», поскольку в зеркало смотрятся ради «самопознания».

Увиденный в зеркале глаз, а в случае компьютерной игры – глаз, персонажа на дисплее компьютера – объект – уже не глаз – субъект, но его (отчужденная) репрезентация.

Объект всегда есть образ (imago), то есть образ реального объекта, который субъект интегрирует в себя, по механизму интроекции придавая ему статус фантазма». Лакан определяет развитие и становление человеческой психики, исходя из уверенности, что ego (moi) создается не в результате действия принципа реальности, а в результате череды идентификаций, в которых главную роль играет функция imago, структурирующая moi, создающая поле воображаемого и позицию другого.

Исходя из этого, ролевой персонаж игры является для пользователя тем образом (imago) который вновь оказывает воздействие на формирование ego и его идентификации.

С зеркального образа, с первичной идентификации со своим собственным двойником начинает выстраиваться лакановский субъект. Стадия зеркала – не просто эпоха в истории индивида, но изначальный этап истории, исток истории, в котором начинается непрекращающаяся до конца дней битва человеческого субъекта за самого себя, борьба с другим собой, со своим двойником

Целью нашего исследования является изучение влияния компьютерных игр на психику человека.

В исследовании принимали участие 80 человек – все испытуемые лица мужского пола, возраст от 18 до 23 лет. Все участники нашего исследования проводят за игрой в компьютерные игры в среднем по 5–7 часов в день. Эта группа испытуемых была названа нами «геймеры».

Отметим сразу, что мы брали во внимание именно геймеров, играющих в ролевые компьютерные игры. Не следует путать их с ролевыми играми в жанровой классификации компьютерных игр (RPG). Ролевые компьютерные игры – это игры, в которых играющий принимает на себя роль компьютерного персонажа, т.е. сама игра обязывает играющего выступать в роли конкретного или воображаемого компьютерного героя.

Основная особенность ролевых игр – наибольшее влияние на психику играющего.

В результате нашего исследования мы обнаружили у геймеров несформированность представления о себе, и заниженную самооценку, хотя в норме для возраста наших испытуемых (18–23) характерно уже сформированное представление о себе. Также мы обнаружили, что виртуальные характеристики компьютерных персонажей становится частью реальной идентичности наших испытуемых.

Особенности функций регуляции и контроля у подростков, страдающих Интернет-зависимостью

Динамика распространения Интернет – коммуникации и, соответственно, повышение ее «удельного веса» в процессах коммуникации в целом не имеет аналогов. Популяция пользователей Интернета постоянно расширяется и растет, и если раньше это была преимущественно сфера профессиональной деятельности программистов, то сейчас Интернет используют люди самых разных специальностей и возрастов.

В настоящее время стала актуальной проблема патологического использования Интернет, так называемая, Интернет – аддикция.

В нейропсихологии в последнее время как отечественные, так и зарубежные исследователи вновь обратились к проблеме регуляторных функций, которые представляют собой динамические характеристики психических процессов. Также внимание проблеме изучения регуляторных функций уделяется в детской нейропсихологии, где программирование, регуляция и контроль исследуются в связи с неуспеваемостью школьников. В данном случае речь идет о произвольной регуляции деятельности у ребенка и ее зависимости от степени зрелости определенных функциональных мозговых систем.

Исходя из вышесказанного, высокоактуальным на наш взгляд, является изучение психологических последствий применения информационных технологий для ВПФ, в частности, для функций регуляции и контроля деятельности. Психологические механизмы воздействия информационных технологий на человека должны стать предметом тщательного анализа. Мы исходим из предположения о том, что патологическое использование Интернета подростками оказывает специфическое влияние на становление и функционирование регуляторных функций.

Таким образом, целью данной работы является исследование особенностей регуляции и контроля у подростков, склонных к Интернет – зависимости.

Гипотеза 1. Недостаточная степень зрелости функций блока программирования и контроля (конституционально обусловленная или появившаяся на ранних этапах развития) может быть предиктором возникновения Интернет – зависимости в будущем.

Гипотеза 2. Определенные особенности функциональной асимметрии мозга могут являться одним из факторов риска развития Интернет – зависимости.

Гипотеза 3. Нарушение функций программирования и контроля у Интернет – зависимых подростков по ряду характеристик соответствует симптомам лобного синдрома, описанным в клинике локальных поражений мозга.

Объектом исследования послужили лица мужского и женского пола в возрасте от 12 до 15 лет, склонные к Интернет – зависимости. Всего 70 человек.

В соответствии с поставленными задачами была разработана следующая программа исследования:

предварительная беседа;

тест на Интернет-зависимость, разработанный К. Янг и адаптированный В.А. Буровой;

методики, направленные на изучение регуляции и контроля в двигательной сфере: «кулак-ребро-ладонь», «реципрокная координация», «реакция выбора», «Копирование узора из 2-х меняющихся звеньев»).

методики, направленные на выявление возможности отхода от привычного стереотипа деятельности (перечисление месяцев в прямом и обратном порядке);

методика диагностики уровня регуляции интеллектуальной деятельности (поиск ошибок в тексте и арифметических примерах, серийное вычитание «от 100 по 7», решение арифметических задач);

Описанная программа исследования требует личной встречи с каждым испытуемым: сначала проводилась предварительная беседа, затем – нейропсихологические методики, в конце встречи испытуемый заполнял бланковые методики.

В результате качественного анализа данных обеих групп испытуемых были выделены основные типы ошибок:

Дефицит автоматизированности, плавности выполнения и трудности усвоения двигательных программ.

Импульсивность.

Инертность психических процессов

Нарушения динамики протекания интеллектуальной деятельности

Проведенный качественный анализ пока не позволяет с уверенностью говорить о значимых различиях при выполнении проб, направленных на исследование функций регуляции и контроля в контрольной и экспериментальной группах. Это обусловлено также и тем фактом, что не была проведена количественная, статистическая обработка результатов, что является предметом дальнейшей работы. Однако, нельзя не отметить, что уже на данном этапе обработки результатов выполнение проб испытуемыми контрольной и экспериментальной групп характеризуется не только количественными, но и качественными различиями.

Влияние на коммуникативное развитие ребенка с задержкой психического развития микросоциальной среды

В исследованиях по проблемам социального развития детей с задержкой психического развития (ЗПР) отмечается их отставание в коммуникативном развитии. На разных возрастных этапах у них снижена потребность в общении, доминирует прагматическая направленность общения со взрослым, отмечается недостаточный уровень владения речевыми и неречевыми средствами общения с окружающими, что затрудняет процесс межличностного взаимодействия и подталкивает детей к аффективным проявлениям в коммуникациях, нарушает их социальную адаптацию (О.К. Агавелян, М.Г. Агавелян, Д.И. Бойков, Е.Г. Злобина, Л.В. Кузнецова, В.Г. Петрова, Е.И. Разуван, Е. Слепович, Р.Д. Тригер). При этом нередко делается оптимистический прогноз; формирование ребенка с ЗПР как субъекта коммуникативного развития может быть подчинено целенаправленной коррекции (О.К. Агавелян, М.Г. Агавелян, Д.И. Бойков, Е.И. Разуван).

От общения в семье во многом зависит развитие коммуникативного, перцептивного и интерактивного компонентов общения. Положительный опыт взаимодействия с родителями способствует формированию адекватных коммуникативных навыков, нравственных качеств у ребенка. Лишение ребенка любви и участия взрослого, в том числе эмоциональная и материнская депривация, с утратой содержательного общения приводит к дезинтеграции внутриличностной и внешней коммуникации. Отрицательные эмоциональные состояния, аффекты негативным образом сказываются на формировании коммуникативных навыков, приводят к искажению представлений о взаимоотношениях между людьми, к отрицанию преимущества совместных игр и занятий.

Изучение эмоциональных контактов дошкольников с задержкой психического развития со взрослыми и сверстниками показало, что такие контакты не способствуют развитию коммуникативных качеств личности. Эмоциональное отношение этих детей к близким взрослым имеет свои особенности, проявляющиеся в процессе самореализации ребенка в общении.

Дети с задержкой психического развития в большей степени ориентированы на авторитет взрослого, который не всегда внимателен к индивидуальным особенностям ребенка, не относится к ребенку как развивающейся личности. Родители порой неадекватно оценивают поступки детей, что приводит к нравственной дезорганизации их поведения: одобрения чаще всего однотипны; порицания содержат осуждение индивидуальных особенностей ребенка, сопровождаются угрозами и наказаниями.

Отсутствие постоянных требований ослабляет самоконтроль ребенка при проявлении его индивидуальных личностных качеств, не позволяет прогнозировать последствия своих действий для окружающих, нивелируя эффект аттракции. Негативный опыт взаимодействия с родителями приводит к постоянным отрицательным эмоциональным переживаниям детей, дезорганизуя процесс приобретения ими социальных навыков.

Социальная практика, приобретаемая в полной семье с гармоничными отношениями между родителями и детьми, благоприятствует увеличению сферы общения ребенка. Неполная семья, конфликтные, асоциальные семейные отношения замедляют формирование коммуникативных навыков, ограничивают возможности самореализации личности в общении. Приобретаемый в дошкольном и младшем школьном возрасте негативный семейный опыт закрепляется в виде социально-культурных навыков взаимодействия с окружающими людьми, устранение которых требует длительной психологической коррекции.

Изучение особенностей общения детей с задержкой психического развития, в том числе его вербального и невербального компонентов, формирования коммуникативных навыков в зависимости от социальных условий развития (семья, детский дом), разработка концепции дизонтогенеза общения позволит решать практические вопросы их социализации в современном обществе.

Развитие речи, коммуникативной деятельности и коррекция их недостатков предполагает:

· целенаправленное формирование функций речи (особенно регулирующей, планирующей);

· создание условий для овладения ребенком всеми компонентами языковой системы: развитие фонетико-фонематических процессов, совершенствование слоговой структуры слова, лексико-грамматического строя речи, формирование навыков построения развернутого речевого высказывания; формирование предпосылок для овладения навыками письма и чтения;

· стимуляцию коммуникативной активности, создание условий для овладения различными формами общения: обеспечение полноценных эмоциональных и деловых контактов со взрослыми и сверстниками, стимуляцию к внеситуативно – познавательному и внеситуативно – личностному общению.

Формирование геджит-аддикции у молодежи

Аддиктивное поведение сегодня является проблемой подавляющего большинства населения развитых стран. Мы часто вспоминаем о свободах юридических и политических, почти не уделяя внимания свободе душевной, психологической, то есть свободе от зависимостей.

Современная жизнь человека немыслима без технических устройств. И приборы завоевывают ее все стремительнее. Мы радуемся тому, с какой быстротой это происходит, но не всегда замечаем, что скорость модернизации жизни превосходит интенсивность формирования потребности в том, что нам предлагают. Скорость нашей мысли не успевает за быстротой предложения все новых и новых устройств. Получается, что мы «придумываем, зачем это нам», только когда видим новые приборы, сияющие во всем великолепии. И случается так, что мы начинаем использовать технические устройства, потому что это модно, потому что «они уже есть в магазине и их купил сосед».

Одним из таких приборов является мобильный телефон. Он особенно популярен для молодежи. Он стал спутником практически каждого человека. Сейчас сложно найти того, кто не имеет сотового телефона. Все больше людей, которым мобильный телефон заменяет плеер, радио, калькулятор, блокнот, органайзер, фотоаппарат, фотоальбом и т.д. Манипуляции с телефоном все меньше предназначены для общения и все больше похожи на «игру с конструктором». И функции, которые снова и снова предлагают производители, нарастают как снежный ком.

Зависимость от мобильного телефона – это зависимость, при которой мобильный телефон создает иллюзию доступности для контакта, модернизирует функцию взаимодействия. Отгороженный от людей человек использует телефон как суррогат борьбы с одиночеством. Человек одинок, но он всегда на связи; он не готов к открытому общению, испытывает проблемы в отношениях, но он «в зоне действия сети», «доступен для контакта». Ему не к кому прикоснуться, но в руках всегда красивая игрушка, кнопки которой так и приглашают к нажатиям. Одиночество «смазывается» изобилием функций телефона, которые «улучшают общение, придавая ему небывалые возможности».

Как же так получается, что человек попадает в зависимость? Каким образом формируется зависимость? И как избежать этого? Как избавиться от зависимости, если избежать не удалось? Ответив на эти вопросы, мы сможем бороться с зависимостью, сможем ей противостоять.

Нами было проведено исследование с использованием разработанной нами анкеты. Выборка составила 60 человек, молодые люди в возрасте от 20 до 28 лет, в большинстве случаев – студенты, современная молодежь, которые пользуются мобильным телефоном постоянно больше года.

Результаты исследования дают основания сделать следующие выводы:

Формирование геджит-аддикции у молодежи обладает следующими особенностями:

Формированию зависимости от мобильного телефона способствуют компании, занимающиеся разработкой мобильных телефонов, совершенствуя мобильные телефоны и добавляя все новые и новые функции; мобильные операторы, занимающиеся разработкой тарифных планов и дополнительных возможностей.

Синдром психической зависимости формируется не напрямую от телефонного аппарата, а от функций, содержащихся в нем

Синдром физической зависимости формируется непосредственно от физической близости с телефонным аппаратом.

Мы выделили следующие признаки, свойственные зависимости от мобильного телефона:

Предпочтение общения при помощи мобильного телефона (SMS, MMS) живому общению;

Восприятие телефона как атрибута успешности и престижа;

Стремление постоянно быть «на связи», страх пропустить звонок. Ощущение некоторого дискомфорта при отсутствии звонков и SMS в течение 1–2 часов.

Выраженный дискомфорт, тревога при отсутствии связи. Восприятие утраты или порчи мобильного телефона как значимой жизненной утраты.

Возрастание бессодержательных звонков, SMS, имеющих целью не получение или передачу информации, а манипуляции с телефоном.

Склонность использовать телефон не для общения. Стремление применить мобильный телефон для различных видов деятельности, в том числе не связанных с общением напрямую. Освоение новых функций, не связанных с общением.

Необходимость постоянного физического контакта с сотовым телефоном, чувство комфорта при прикосновении к нему и дискомфорта при разрыве непосредственного контакта (постоянное ношение в руках, на теле, манипуляции с кнопками).

Занятия с телефоном занимают все больше времени в ущерб другим видам деятельности.

Постоянные и возрастающие затраты на усовершенствование телефона, приобретение новых моделей без объективных причин. Наличие нескольких телефонов и тарифных планов без необходимости. Возникновение личных и профессиональных проблем в связи с избыточными затратами на обслуживание и модернизацию.

Лживость относительно затрат, связанных с обслуживанием телефона.

Нет сомнений, что мобильная связь современна, удобна и, в настоящий момент, просто необходима. Однако, важно помнить, что существует два варианта использования мобильного телефона. Первый – обычный, когда мобильный телефона предназначен для связи, общения, то есть по прямому назначению. Люди, в этом случае, видят в телефоне лишь вспомогательное устройство, нужное для дела. Это совершенно нормальный, здоровый вариант использования. И второй вариант – зависимый. В этом случае, мобильный телефон сам по себе является «устройством, необходимым для жизни», «частью человека». Человек использует его не только и не столько для общения, сколько сам по себе. То есть, он общается с телефоном. Такое взаимодействие с коммуникатором принимает все более сложные и опосредованные формы (sms, mms и т.д.), а телефон становится средством имиджа, удовольствия, игры и т.д. Человек видит в нем устройство, необходимое для получения радости. В этом случае стоит реально оценить свое состояние и задуматься над тем, не стоим ли мы на пороге формирования геджит-аддикции.

Заключение

Таким образом, полученные результаты свидетельствуют о различиях в степени зрелости функций блока программирования и контроля у здоровых подростков и подростков, склонных к Интернет – зависимости.

Основным выводом является то, что в результате длительного нахождения за компьютерной игрой, и принимая реальность игры за настоящую реальность, у геймеров начинает формироваться еще одна идентичность, т.е. у геймеров появятся еще одна или две вторичные личности, каждая из которых обладает собственным отдельным сознанием. А происходит это как раз потому, что виртуальная реальность компьютерной игры вновь моделирует стадию зеркала, возможно, что возникновение дополнительной личностной идентификации рассматривается как форма фиксации на стадии зеркала, наряду с такими известными формами фиксации как выбор профессии, например.

Список литературы

1. Бенвенуто С. Мечта Лакана. – Спб., 2008.

2. Жижек С. Добро Пожаловать в пустыню Реального. М., 2008.

3. Лакан Ж. Имена отца. - М., 2008.

4. Мазин В.А. Введение в Лакана. – М., 2009.

5. Войскунский А.Е. Феномен зависимости от Интерента // Гуманитарные исследования в Интернете / Под ред. Войскунского А.Е., М., 2007.

6. Войскунский А.Е. Психологические исследования феномена Интернет-аддикции // 2-ая Российская конференция по экологической психологии. Тезисы. М., 2008.

7. Полонская Н.Н., Яблокова Л.В. Функции программирования и контроля и успешность обучения у первоклассников / I Международная конференция памяти А.Р. Лурия: Сб. докладов / под ред. Е.Д. Хомской, Т.В. Ахутиной. – М.: РПО, 2008.

8. Васильева Е.Н. Формирование эмоционального отношения к близким взрослым у старших дошкольников с задержкой психического развития в зависимости от характера отношений в семье // Шестилетние дети: Проблемы и исследования / Под ред. У.В. Ульенковой, Н.А. Цыпиной, Е.Е. Дмитриевой. – Н. Новгород, 2007.

9. Психология детей с задержкой психического развития: Хрестоматия / Сост. О.В. Защиринская. – СПб. 2007.

10. Ульенкова У.В. Дети с задержкой психического развития. – Н. Новгород, 2007.

11. Белогуров С.Б. Популярно о наркотиках и наркоманиях. Книга для всех. СПб.; М. 2008.

12. Котляров А.В. Другие наркотики, или Homo Addictus: Человек зависимый. – М.: Психотерапия, 2007.

13. Кулаков С.А. Диагностика и психотерапия аддиктивного поведения у подростков. М. – 2008.