регистрация / вход

Личность и сознание. Личность как субъект жизни (по С.Л. Рубинштейну, К.А. Абульхановой-Славской)

Понятие субъекта и положение о субъектном подходе при исследовании психики. Соотношение личности и сознания в концепции человека С.Л. Рубинштейна. Парадигма субъектности как качества личности и ответственность в трудах К.А. Абульхановой-Славской.

Министерство экономического развития и торговли

Российской Федерации

Государственный университет - Высшая Школа Экономики

Факультет психологии

Кафедра Психологии личности

Реферат по теориям личности

на тему

Личность и сознание.

Личность как субъект жизни

(по С.Л. Рубинштейну, К.А. Абульхановой-Славской)

Выполнила:

студентка IV курса 481 группы

Аткишкина Е.В.

Проверила:

Паукова А.Б.

Москва, 2008


Понятие субъекта и положение о субъектном подходе при исследовании психики были введены в 40-х г. ХХ в С.Л. Рубинштейном.

Идея субъектности имеет сложную историю развития в отечественной психологии.

Методологическая основа научного психологического анализа субъектных измерений личности заложена в концепции человека, выдвинутой С.Л. Рубинштейном; заданная его философско-методологическими работами, парадигма субъектности как качества личности получила развитие в трудах К.А. Абульхановой-Славской [4].

Пафос теории личности Рубинштейна заключается в том, что человек должен быть взят внутри бытия, в своем специфическом отношении к нему, как субъект познания и действия, как субъект жизни [3].

То есть рассматривать личность, её развитие нужно именно в процессе жизнедеятельности личности.

Личность, по Рубинштейну, раскрывается, развивается и вообще существует в силу существования других: “мое отношение, отношение данного моего "Я" к другому "Я" опосредствовано его отношением ко мне как объекту, т.е. мое бытие как субъекта для меня самого опосредствовано, обусловлено, имеет своей необходимой предпосылкой мое бытие как объекта для другого.

Значит, дело не только в том, что мое отношение к себе опосредствовано моим отношением к другому, но и в том, что мое отношение к самому себе опосредствовано отношением ко мне другого… Для человека другой человек - мерило, выразитель его "человечности". То же для другого человека мое "я". Ввиду их симметричности и равноправности каждый человек одновременно и представитель человечества - "рода" человек, и выразитель, мера "человечности" других людей.

Итак, исходным условием моего существования является существование личностей, субъектов, обладающих сознанием, - существование психики, сознания других людей" [3].

И даже понятие “личной жизни", которое, казалось бы, должно быть основано только на индивидуальном пути конкретного индивида, Рубинштейн рассматривает через призму другого: “личная жизнь выступает не как частная жизнь, т.е. жизнь, из которой все общественное отчуждено, но как жизнь, включающая общественное, но не только его, а и познавательное отношение к бытию, и эстетическое отношение к бытию, и отношение к другому человеку как человеческому существу, как утверждение его существования" [3].

У Абульхановой-Славской эта идея выражена похожим образом: “способность личности "переключить" свои жизненные стремления с материальных на другие ценности и является, собственно, показателем того, что она начала жить личной жизнью” [1].

Как соотносятся личность и сознание в концепции Рубинштейна?

Наличие сознания и действия есть фундаментальная характеристика человеческого способа существования в мире, и своеобразное отношение человека к миру связано с наличием у него именно сознания.

Но, по мысли Рубинштейна, не каждую личность можно назвать субъектом своей жизни. Да, личность обладает сознанием - она отделяет собственное “Я” от “Я” другого; она осознаёт себя как существо, осознающее мир и изменяющее его.

Для Рубинштейна важно наличие у индивида рефлексии собственного существования. Он выделяет два основных способа существования человека, то есть два различных отношения личности к своей жизни; он называет эти два отношения “существующим" и “осознаваемым”.

Первый - существующий - стиль существования характеризуется жизнью не выходящей как мне кажется, за пределы непосредственных связей, в которых живет человек: “Здесь человек весь внутри жизни, всякое его отношение - это отношение к отдельным явлениям, но не к жизни в целом" [3].

В отличие от первого стиля, осознаваемый способ существования связан с появлением рефлексии, которая как бы мысленно выводит человека за ее пределы, провоцирует философское осмысление жизни.

Сознание выступает здесь как разрыв, как выход из полной поглощенности непосредственным процессом жизни для выработки соответствующего отношения к ней, занятия позиции над ней, вне ее для суждения о ней [3].

В этом дихотомическом делении Рубинштейн не называет один способ существования верным, а другой - нет. Но из описания этих различных подходов следует, что жить осознанно, рефлексируя своё существование - это выход на качественно другой уровень жизни и цель каждого индивида.

У меня возникает вопрос, способна ли на подобное развитие каждая личность, или она должна, например, отличаться особой организацией. По Рубинштейну, этой способностью личность наделена как бы априори, это её свойство.

Он даже подчёркивает: “человека не удовлетворяет пассивно-потребительское отношение к жизни, выжидание того, что она даст, и брюзжание по поводу того, что она дает недостаточно, не то, что нужно" [3].

Но эта позиция представляется мне идеалистической и даже утопической. Ведь в действительности тот образ жизни, который Рубинштейн описывает, говоря о первом уровне, присущ подавляющему большинству людей.

Более того, они не стремятся к подобному внутреннему росту и преображению. Их вполне устраивает тот образ жизни, который Рубинштейн называет “существующим", и, пока этот образ жизни удовлетворяет их потребности, они не представляют себе, что может существовать иной стиль.

Рефлексия, необходимая для действительного, глубокого осознания самого себя и собственного бытия, требует огромных душевных усилий со стороны личности, и - что немаловажно - вовсе не гарантирует успех и достижение цели. Рубинштейн сам пишет, что рефлексия не обязательно приведёт к построению нравственной человеческой жизни на новой, сознательной основе.

Личность может столкнуться с душевной опустошённостью, нигилизмом, нравственным скептицизмом, цинизмом и моральным разложением.

То есть путь, к которому автор призывает читателей, является не просто сложным, но и рискованным. Именно поэтому я считаю, что для большинства людей он неприемлем - они не готовы брать на себя ответственность за осознание собственной жизни.

Ответственность - одна из ключевых идей К.А. Абульхановой-Славской в её труде “Стратегия жизни". Последовательница Рубинштейна, она развивала его концепцию жизненного пути личности.

В своих книгах она отталкивается от идей Рубинштейна о том, что жизнь является подлинной, если она осуществляется, строится самим человеком. Своим ответственным отношением к жизни субъект придаёт ей направление и движение.

Человек становится субъектом и в том смысле, что он вырабатывает способ решения жизненных противоречий, осознавая свою ответственность перед собой и людьми за последствия такого решения.

Ответственность является воплощением истинного, самого глубокого и принципиального отношения к жизни. Под ответственностью он понимал не только осознание всех последствий уже содеянного, но и ответственность за все... упущенное.

Ответственность возникает в связи с тем, что каждое совершающееся сейчас действие необратимо. Поэтому ответственность - это способность человека детерминировать события, действия в момент их осуществления, по ходу их свершения, вплоть до радикального изменения всей жизни [1].

Личность, по мнению Абульхановой-Славской, является субъектом тогда, когда она способна регулировать, организовывать свой жизненный путь как целое, подчиненное ее целям, ценностям. Важна активность личности. Она проявляется в том, как она преобразует обстоятельства, направляет ход жизни, формирует жизненную позицию. Динамика жизни человека перестает быть случайным чередованием событий, она начинает зависеть именно от его активности, от способности организовать и придать событиям желаемое направление [1].

В этом, по сути, и есть главная цель, смысл жизни личности. Наличие смысла жизни является критерием развития личности. По мнению Абульхановой-Славской и Рубинштейна жизнь имеет смысл тогда, когда она связана с другими: “на вопрос о смысле жизни каждого человека нельзя ответить, указав только на то, что этот человек делает для других людей (любовь к другим, добро или зло по отношению к другим).

Смысл жизни каждого человека определяется только в соотношении содержания всей его жизни с другими людьми. Сама по себе жизнь вообще такого смысла не имеет" [3].

Естественно, говоря о жизни субъекта и её смысле, Рубинштейн останавливается на вопросе смерти. “Для меня самого моя смерть - это не только конец, но и завершенность, т.е. жизнь есть нечто, что должно не только окончиться, но и завершиться, получить в моей жизни свое завершение”, - пишет Рубинштейн, тем самым подчёркивая значимость смерти, обозначая её важную функцию - превращать жизнь в нечто серьёзное [3].

Понимание противоречивости жизни и необходимости разрешения противоречий делает жизнь проблемой для человека. Становясь субъектом жизни, человек научается разрешать жизненные противоречия, изменять соотношение добра и зла и даже соотношение жизни и смерти.

Смерть есть конец возможностей человека дать еще что-то людям, позаботиться о них. Она в силу этого превращает жизнь в обязанность, обязательство сделать это в меру существующих возможностей, пока человек может это сделать. То есть наличие смерти превращает жизнь в срочное обязательство - причём, срок которого может истечь в любой момент. Это отношение Рубинштейн называет этической нормой.

Философия смерти волновала и других мыслителей. Мне кажется интересной точка зрения французского философа Жана Бодрийяра, который писал о том, что смерть перестала быть событием, наделённым абсолютной интимностью.

Смерть как трагедия, как экзистенциальное обрамление человеческого бытия, куда-то незаметно исчезла, сошла на нет [2]. Она стала происшествием без свойств, не трагическим, а скорее досадным: “может случиться с каждым", “с кем не бывает".

Многовековой образ смерти, безучастной к своим жертвам, оказался низвергнут самими потенциальными жертвами. Этот жест экзистенциальной эмансипации не равносилен, конечно, тому, что смерть "взяли и отменили". Однако всё сложилось таким образом, что смерть уже и не нужно устранять. Потенциальные жертвы прониклись тотальной безучастностью к участи ближнего, а, значит, в итоге, и к собственной участи.

Смерть потеряла статус жизненной трагедии. Значит ли это, что и жизнь больше не воспринимается как что-то, что должно обязательно получить завершение? Как тогда воспринимается жизнь, как к ней относиться?

У Рубинштейна есть потрясающие строки о восприятии жизни: “Говорить, что жизнь прекрасна, утверждая этим, будто все в ней хорошо и прекрасно, - это жалкая фальшь; говорить, что жизнь отвратительна, ужасна, как будто перечеркивая этим все прекрасное, чем она так богата, - это ложь, свидетельствующая о собственном банкротстве.

Жизнь могуча, бесконечно разнообразна и чревата всем добрым и злым. И у человека, в конечном счете, одно дело в жизни: самому вносить в нее, сколько только может он, красоты и добра" [3]

Понятие субъекта жизни дало возможность Рубинштейну раскрыть деятельную сущность личности, преодолеть созерцательный подход и к личности, и к ее жизни. Условия жизни человека, ее "обстоятельства" традиционно представлялись как некие "данности", как нечто постоянное, наличное, покоящееся, изначально присущее жизни, как определенный способ или уклад жизни людей.

Даже социальные потрясения, порождая представление об изменчивости общества, не вели к осознанию возможности изменения отдельным человеком своей жизни, он был лишь "одним из" участников истории.

Концепция субъекта, предложенная Рубинштейном, несла прежде всего идею об индивидуально активном человеке, т.е. о человеке, строящем условия жизни и свое отношение к ней.

В идее изменения жизни, в понимании ее условий как задач, требующих от человека определенных решений, - вот в чем и состояла новизна его подхода [1].

Понимание личности как субъекта произвело переворот в постановке проблемы личности.

Она не есть "корзина", набор потребностей, ценностей, способностей, характера, воли, темперамента, который различными способами пытались структурировать психологи, а она есть субъект в той мере, в какой использует свой интеллект, свои способности, иерархизирует свои потребности и строит свою жизнь в соответствии со своими ценностями и принципами.

Таким образом, концепция личности как субъекта жизненного пути позволяет рассматривать не только зависимость личности от ее жизни, но и зависимость жизни от личности [4].

Список использованной литературы

1. Абульханова-Славская К.А.Стратегия жизни. - М., 1991.

2. Бодрийяр Ж.Символический обмен и смерть. - М., 2000.

3. Рубинштейн С.Л.Человек и мир. - М., 1997.

4. Статья “Жизненный путь личности"; http://www.ido.edu.ru/psychology/psychology_of_person/11.html#11.2

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий