регистрация / вход

Проблема самоубийства

Исследование психологических, этических и богословских вопросов, связанных с проблемой самоубийства. Рассмотрение категорий (истинное, аффективное, демонстративное) и причин суицида. Определение направлений возможной помощи потенциальных самоубийц.

1. Введение

Никто не станет оспаривать тот факт, что смерть это та дверь, через которую каждому придется пройти. Что нас ожидает завтра, через месяц или год и более - неизвестно, и говорить о своем будущем мы можем по преимуществу теоретически. Но день смерти обязательно настанет и весь пафос и значительность его в том, что он будет ни чей-то, а твой. Это заставляет нас относиться предельно внимательно к собственной смерти. Живя, радуясь и приветствуя жизнь, мы непременно сталкиваемся с небытием и смертью. И факт неизбежности смерти заставляет нас, при сколько-нибудь пристальном внимании, отнестись к жизни, как присущей нам реальности, по-другому. Смерть находит к каждому определенный путь: через естественный процесс старения, тяжелую болезнь, насилие извне, несчастный случай, наше собственное вмешательство в жизнедеятельный процесс. Вот средние статистические данные:

Каждый год в мире, по разным оценкам умирает от 50 до 55 миллионов человек. По данным ООН, в развитых странах ежегодно умирают 11,7 миллионов человек, из них примерно 10% приходится на Россию. Из них 750 тысяч умирают насильственной смертью (включая дорожно-транспортные происшествия), 130 тысяч кончают жизнь самоубийством, а остальные становятся жертвами различных заболеваний.[1]

Можно возразить словами известного народного высказывания: "Чему быть, того не миновать". Да, конечно, мы не можем точно сказать как умрем и где это случится. И незнание этого порождает временное спокойствие. Люди живут так, как будто никогда не умрут. Об этом говорить как-то не принято. Но при более глубоком размышлении, неизвестность смертного часа вызывает тревогу, опасение, страх. Пугает ни сколько боль, которая может возникнуть при смертном исходе, сколько неизвестность, которая ожидает за смертным порогом. Боятся обычно люди не готовые к смерти. И в этот момент уместно посоветовать такому человеку, охваченному тревогой послесмертного небытия, серьезно задуматься над вопросом смысла своей жизни и жизни после смерти. Задуматься пока еще есть время...

Главное же внимание в этой работе будет уделено проблемам, которые связаны со смертью людей, входящих в последнюю цифру статистических данных, которые умирают ежегодно насильственной смертью не по вине обстоятельств и внешних сил, а по решению собственной воли. Эта статья посвящена исследованию психологических, этических и богословских вопросов, связанных с проблемой самоубийства (суицида).

Согласно вышеприведенной статистике, примерно каждый шестой из числа погибших насильственной смертью, умер от собственных рук, то есть число самоубийств составляет 14,75 % от общего числа людей, погибших насильственной смертью. Это достаточно высокий показатель. Но даже, если бы этот процент был значительно ниже, от этого сама проблема суицида не стала бы менее актуальной. И христианские общины, призванные быть светом и помощью всем, потерявшим надежду и смысл жизни в этом мире, должны принять в разрешении этой проблемы активное участие.

Через это исследование я хочу обратить внимание Церкви на проблему суицида и призвать к участию в душеспасительной работе с людьми, подверженными суицидальному образу мыслей. Рассматривая это явление с позиции христианской этики, осуждающей суицид, я стремлюсь дать наиболее точное определение тому, что следует называть самоубийством, то есть безнравственным (греховным) поступком, через отличие самоубийства в чистом виде от акта саморазрушения. При этом я стараюсь привести основные причины, провоцирующие суицид, показать христианское отношение к этому явлению в контексте современных этических взглядов и указать пути возможной помощи людям, подверженным суицидальному мышлению. Наряду с этим, я не ставлю себе целью найти ответы на вопросы, которые касаются перспективы послесмертного бытия самоубийцы. Это вопросы типа: "Потеряет ли христианин, покончивший жизнь самоубийством, свое спасение или нет?". На основании нижеприведенных библейских текстов, считаю, что ответ на этот и подобные вопросы находятся более в Божией, нежели в нашей, компетенции, поэтому мне не хочется проникать в ту область, где речь можно вести только на уровне догадок, а не обоснованных утверждений. Мы можем только строить предположения по этому поводу, но не более. Библия предупреждает нас:

"Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким сами будете судимы и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить" (Мф.7.1-2).

"Един Законодатель и Судия, могущий спасти и погубить: а ты кто, который судишь другого?" (Иак.4.12).

Для нас же достаточно знать то, что является пороком и злом в этом мире, чтобы не допускать подобного в своей жизни и предостерегать от зла и порока окружающих нас людей, оказывая им посильную душеспасительную помощь.

"Вы - свет мира! " (Мф. 5.13)

"Братья! если кто из вас уклонится от истины, и обратит кто его, пусть тот знает, что обративший грешника от ложного пути его спасет душу от смерти и покроет множество грехов." (Иак.5.19-20).

Далее, для понимания актуальности проблемы суицида в современном контексте, мы перейдем к статистическим фактам и рассмотрим распространенные причины.


2. Проблема самоубийства

Стремление к самоуничтожению одно из самых темных и загадочных сторон человеческой психики. Счеты с жизнью сводили десятки поэтов и философов, сотни обанкротившихся политиков, тысячи беззаветно влюбленных, сотни тысяч религиозных фанатиков, миллионы простых людей, потерявших желание жить. Это все те, кто добровольно переступил границу жизни и смерти, искусственно приблизив свой конец.

Первое место по числу самоубийств в начале 1990-х гг. принадлежало Венгрии - 40 самоубийц на 100 тысяч населения в год. Для России статистика с 1985 по 1991 год такова:

1985 г. - 44562 самоубийц;

1986 г. - 33261;

1987 г. - 33856;

1988 г. - 35664;

1989 г. - 38017;

1990 г. - 39950;

1991 г. - 39960;

(Для сравнения: в прошлом веке с 1870 по 1887 г. в Европейской России покончили с собой 36 тысяч человек, что составляет 2250 человек ежегодно). Мужчины в России кончают жизнь самоубийством в 2,5 раза чаще, чем женщины. Наибольшее количество самоубийств (примерно 20% от общего числа) приходится на людей в возрасте от 30 до 39 лет.

За последние несколько лет в Москве ежегодно кончали жизнь самоубийством примерно 1700 человек, т.е. 21 самоубийца на 100 тысяч жителей. За 1996 год с января по август только в Северо-восточном округе г. Москвы (около 1 млн. 200 тыс. жителей) зафиксировано 76 случаев "суицида".[2]

Вот некоторые примеры:

12 января 1991 года, на станции метро "Чертановская" под поезд бросается женщина с грудным ребенком. Из-за ревности вешается молодой мужчина. Из окна школы выбросился мальчик. В подъезде дома нашли повесившуюся женщину. Всего за неделю 21 самоубийство.

1 июня 1991 года ученик 11-го класса выбросился из окна на седьмом этаже. 38-и летняя женщина выбросила из окна 11-ого этажа годовалого внука и следом прыгнула сама. Повесился восьмиклассник. Горничная гостиницы нанесла себе смертельный удар ножом в грудь. Облил себя бензином и поджег молодой человек. Поссорившись с женой, выбросился с 17-го этажа милиционер.[3]

Что побудило этих людей уйти из жизни? Далее будут затронуты причины, толкающие человека к самоубийству.

3. Причины самоубийства

Ответ на вопрос об основных причинах суицида дает главный психиатр СВАО г.Москвы Евгений Катан: "Попытка лишить себя жизни - острая депрессивная реакция. Реакция эта возникает вследствие глубокого переживания, потрясения. Это может быть вызвано смертью близких людей, неустроенностью личной жизни. В основном действуют внешние причины, и они должны быть очень сильными, чтобы победить сложнейший инстинкт в человеке - инстинкт самосохранения. Но при этом есть категория людей, генетически запрограммированных на самоубийство. Они постоянно размышляют о собственной никчемности, бессмысленности жизни и т.д. Если для первых попытка самоубийства -это порыв, необратимость, которая может быть до конца неосознанна, для вторых продуманный шаг. Если в первом случае, при неудачной попытке лишить себя жизни человек еще может "одуматься", избавиться от тяжелых мыслей, то во втором - это люди обреченные, они будут совершать и вторую, и третью попытки, пока не добьются своего".[4]

Приведу пример, относительно "убежденных" самоубийц, подтверждающие слова психиатра. В одном из номеров газеты "Труд" было опубликовано интервью с 20-летним Александром, фанатичным поклонником смерти, который готовился покончить жизнь самоубийством из-за презрения к мироустройству. По словам Александра, особых болей жизнь ему не приносила. Просто, обожествляя культ одиночества, он презирает все устройство жизни. Сутью этого своеобразного культа является наслаждение одиночеством. Верхом всего является утопить себя в бездне одиночества, растворившись в безмолвии смерти через добровольный уход из жизни, которая достойна презрения. У Александра есть сподвижники. Он не одинок в своем одиночестве. "Мы называем себя братьями - говорит он, - каждый из нас поклялся в определенный день покончить с собой. Мы называем это венчанием со смертью. Кстати говоря, движение самоубийц набирает силу. Много создано групп в столичных городах и за рубежом".[5]

Проблему этого молодого человека и ему подобных "братьев" так определил кандидат философских наук П. Шихряев (заведующий лабораторией межгрупповых отношений института психологии АН России):"Основная причина суицида - ощущение человеком бессмысленности своего существования. Оно имеет связь с положением, в котором находится данное общество, в частности: с экономической нестабильностью, идеологической неразберихой, переоценкой общественных норм морали. Что касается больших городов, к числу которых относится Москва, то здесь существует такое явление, которое на языке психологов называется анонимностью в толпе. Иначе говоря, это ситуация, когда человек ощущает страшное одиночество, имея массу знакомых, коллег, приятелей. Можно выделить три формы суицида:

1. Истинный (когда человек действительно хочет убить себя);

2. Аффективный (с преобладанием эмоционального момента);

3. Демонстративный (самоубийство, как способ привлечь внимание к своей личности).

Утверждать, что все самоубийцы - люди с психическими отклонениями, думаю ошибочно. Среди них немало весьма интеллектуальных людей".[6] А вот мнение руководителя всероссийского научно-методического суицидологического центра, доктора медицинских наук А. Амбарцумовой: "Самоубийство - это социально-психологическое состояние личности в условиях неразрешенного конфликта, реализация вполне осознанного желания добровольно уйти из жизни. Поэтому неверно считать всех самоубийц сумасшедшими. На сегодняшний день соотношение самоубийц в столице составляет 21 на 100 тысяч человек, что весьма настораживает специалистов - цифра серьезная. Причин суицида много. Для Москвы, скажем, очень характерна такая причина, как одиночество, которое в сочетании с городскими суперстрессами социально-экономического характера, приводит очень многих к роковому концу. Играет свою зловещую роль пресловутый микроконфликт: претензии личности к личности. Мы попросту не умеем нормально, по-доброму общаться друг с другом"[7]

Итак, на основании высказываний специалистов, можно сказать, что основной причиной самоубийства является одиночество. И когда на фоне одиночества возникает депрессия, глубокое эмоциональное потрясение, вызванное порой социально-экономическими проблемами и неустроенностью, проблемами межличностных отношений или осознанием бессмысленности своего существования, человек понимает, что он один на один с непосильной для него проблемой, никому не нужен, или попросту в изменившемся контексте, жизнь потеряла для него смысл.

Американский психолог из Колумбийского университета Джеффри Янг называет одиночество младшей сестрой депрессии. Не каждый одинокий человек страдает депрессиями, но каждый, кто подвержен им, - одинок. У большинства, из числа потенциальных самоубийц, подобные мысли возникают из-за одиночества. Именно одиночество, неспособность самостоятельно справиться с трудностями, является основанием на котором строится все здание суицидального мышления. Внешние же обстоятельства, которые многие воспринимают как основную причину, являются только указателями на жизненной дороге, которые показывают путь к самоубийству как к способу разрешения создавшегося конфликта.

Добавим к вышеперечисленным причинам, самоубийства:

1. из-за чувства долга (нашло свое воплощение в актах самоубийц-террористов, древних самураев, японских камикадзе);

2. сумасшествия, оккультной одержимости, по мистико-религиозным мотивам (когда самоубийство является частью учения секты);

3. из-за злоупотребления алкоголем или наркотиками;

4. из-за подражания кумиру, следованию моде (когда повесился Сергей Есенин, по России прокатилась волна самоубийств в среде молодежи; после самоубийства Мирлин Монро подобное произошло и в Европе);

5. по причине желания привлечь внимание (акты протеста).

Пользуясь классификацией самоубийств, предложенной П. Шихряевым все причины суицида можно отнести к следующим категориям, таким образом:

1. Истинное (когда человек действительно хочет убить себя): осознание бессмысленности своего существования; из-за чувства долга, по мистико-религиозным мотивам, вследствие подражания кумиру, следованию моде; по причине неизлечимой болезни;

2. Аффективное (с преобладанием эмоционального момента); по причине одиночества, различных депрессивных реакций, вызванных социально-экономическими проблемами и сбоями в межличностных отношениях; из-за увечья или небезнадежной болезни, злоупотребления алкоголем или наркотиками, сумасшествия (оккультной одержимости) ;

3. Демонстративное (суицид, как способ привлечь внимание): самоубийство в знак протеста.

Христианская Церковь, имея богатые душеспасительные ресурсы, должна помочь людям увидеть в этих причинах указатель не к самоубийству, а к необходимости прибегнуть к Божьей силе и помощи.

На мой взгляд:

1. Причины первой категории затрагивают этико-богословские вопросы о смысле жизни и загробного бытия. Предотвратить самоубийства этой категории возможно, если помочь человеку разобраться в этих вопросах.

2. Причины второй категории затрагивают спектр психологических проблем сферы взаимоотношений с окружающим миром и своевременное участие в них, а также грамотная психотерапевтическая (душепасторская), а при необходимости и медикаментозная помощь, в большинстве случаев предотвращает фатальный исход. Причины же типа сумасшествия, алкоголизма и наркомании требуют профессионального медицинского вмешательства психиатра, нарколога и т.д..

3. Причины третьей категории в большей степени затрагивает этико-богословскую тему о ценности жизни, в комплексе с вопросами причин первой категории.

В жизни, как правило, эти причины сильно переплетены, образуя запутанный клубок внутреннего конфликта, но одна причина обязательно является движущей.

Здесь мы подходим к тому, что Альберт Камю в произведении "Миф о Сизифе" назвал "основным вопросом философии": "Стоит ли жизнь того, чтобы ее прожить или нет? Есть лишь одна серьезная философская проблема - самоубийство. И решение о том, стоит ли жить или нет, есть ответ на этот основной вопрос философии. Когда я спрашиваю себя, в каком смысле данный вопрос важнее, чем все другие, я отвечаю: из-за поступков, к которым он обязывает".[8]

В дальнейшем рассуждении будут рассмотрены богословские, этические и психологические аспекты проблемы самоубийства, знание которых будет полезно христианским лидерам и поможет им быть готовыми встретиться с этим явлением, знать различные современные подходы к этой проблеме и пути ее разрешения. При этом я не будут затрагиваться медицинские аспекты этого вопроса, которые не находятся в непосредственной компетенции христианской Церкви. Предоставим их рассмотрение профессионалам.

Проблема самоубийства зиждется на "трех китах", на понимании трех фундаментальных вопросов: ценности жизни, смысла жизни и смерти. И мы не сможем разрешить главной проблемы, обойдя их вниманием, в особенности вопрос ценности жизни.

Для этого нам необходимо быть точными в понимании основной концепции того, о чем собираемся рассуждать. А именно, определиться в том, что мы подразумеваем под самоубийством. Как ни странно, но даже в определении существуют разногласия между различными этическими системами. Об этом пойдет речь в следующем разделе.


4. Определение самоубийства

Зададимся вопросом: "Что нам дает основание расценивать акт самоуничтожения человека как самоубийство? Форма деяния, при которой человек совершает определенные действия, провоцирующие свою собственную смерть, или нравственные установки, которыми пользовался человек в период совершения или отказа от совершения поступка, приведшего к смерти?" Попросту, делаем ли мы вывод о самоубийстве по внешним или по внутренним признакам, на основании наличия факта самоуничтожения или на основании предшествовавших смерти намерений и убеждений.

Рассмотрим следующие примеры:

1. Молодой человек, убежденный в бессмысленности жизни кончает жизнь самоубийством ;

2. Во время гонений Диоклетиана в 304 г. впервые появились случаи самоубийства христиан из-за ужасных пыток и казней, которым они подвергались. [9]

Схваченная христианка бросается со стены крепости, чтобы избежать мучений, не отречься от Христа и не выдать имена других христиан.

3. Летчик горящего самолета уводит самолет за город, чтобы не пострадали люди, и не воспользовавшись катапультированием (хотя он предвидел свою смерть), сгорает во взорвавшемся за городом самолете.

4. Из-за производственной травмы мужчина теряет обе ноги, потеряв способность самостоятельно передвигаться, он потерял высокооплачиваемую работу и стал иждивенцем. Чтобы избавить семью от психологических и финансовых затрат, он застрелил себя.

5. Два буддийских монаха прибегли к публичному самосожжению в знак протеста против войны во Вьетнаме.

6. Безнадежно больная пациентка, предвидя неизбежную смерть, отказывается от принятия пищи и помощи систем жизнеобеспечения, без которых она не может самостоятельно существовать, и вскоре умирает.

Каждый их этих случаев окончился смертью, которая была спровоцирована теми или иными действиями погибших. Все эти примеры можно назвать актами саморазрушения, но можно ли их все назвать самоубийством? В этом предстоит разобраться.

Современные споры об определении

Например кто-то может согласиться с тем, что поступок, бросившейся со стены христианки, является самоубийством. Другой может утверждать, что ее поступок не является самоубийством, рассматривая его не только с позиции физического деяния, но и нравственной установки человека. Итак, прежде всего, следует решить какой характер должно иметь подобное определение: сугубо описательный, и не выносящий моральной оценки, или моралесодержащий.

Поясню важность этой разницы на примере. Скажем мы задались целью дать определение человеку. У нас есть два пути как это сделать:

1. дать определение на основании внешних, физиологических признаков, то есть дать описательное определение (скажем такое: человек это существо, которое ходит на двух задних конечностях, работает двумя передними конечностями и имеет голову);

2. дать определение на основании внутренних признаков, то есть, дать моралесодержащее определение, выражающее оценку и отношение (скажем такое: человек это наиболее разумное и совершенное из всех существо, способное к самостоятельной творческой деятельности).

И в том и в другом случае мы определяли один объект, но разными способами. Согласно первому подходу, человеком является то существо, которое соответствует данному описанию, под которое вполне может подойти животное, скажем обезьяна, но под которое не подходит человек, утративший какую-то конечность. При этом данному существу не дается оценка и не выражается отношение к нему. Следуя же второму подходу, можно наиболее точно определить кто является человеком, при этом не возникает двусмысленности и благодаря выраженной оценке становится понятно, что человек это не просто существо, а наиболее лучшее и совершенное существо, благодаря внутренним врожденным способностям: разуму и способности к самостоятельному творчеству. Выраженная оценка формирует в сознании читателя наиболее правильное и недвусмысленное отношение к человеку.

Подобное происходит и с моральными терминами в зависимости от того дается ли им описательное или моралесодержащее, выражающее оценку, определение.

Том Бичемп и Джеймс Чайлдресс в своей книге "Принципы биомедицинской этики"[10] утверждают, что определение самоубийства, как термина, должно содержать описательный характер, но ни в коем случае не выражать отношения и этической оценки поступка. Вот определение, которые они вывели: "Деяние является самоубийством в том случае, если некто преднамеренно лишает себя жизни независимо то того, какими были причины, условия и характер обстоятельств, приведших к смерти". Это определение является описательным, так как выводится на основании внешних признаков, то есть факта смерти. Согласно ему самоубийцей является тот, кто каким -либо образом причастен к собственной смерти.

Достоинством такого определения, как считают авторы, является то, что оно не несет в себе негативной и вообще какой-либо оценки данного действия, тем самым претендуя на объективность. Согласно данному определению, все, приведенные выше примеры, являются примером самоубийства.

Недостатком данного определения является то, что оно:

не точно определяет критерии классификации поступка как самоубийства;

не учит правильному отношению к самоубийству.

Авторы этого определения стремились избежать моралесодержащей нагрузки руководствуясь следующими соображениями. Многие люди, говоря о самоубийстве, вкладывают в сам смысл слова негативную оценку, и термин самоубийства становится синонимом плохого поступка. Бичемп и Чайлдресс утверждают, что подобное предубеждение в понимании суицида, лишает этот термин объективного осмысления. Может случиться, что действие, которое спровоцировало собственную смерть, можно оправдать с позиции нравственности, тогда следует опасаться называть это самоубийством, т.к. за этим термином закрепилась негативная оценка. Поэтому они утверждают, что определение должно быть морально нейтральным, т.е. сугубо описательным.[11]

Можно согласиться с общим ходом мыслей Бичемпа и Чайлдресса в отношении того, что некоторые акты саморазрушения действительно трудно осуждать как негативный поступок (к примеру самопожертвование во имя спасения жизни другого человека) и поэтому их не следует называть самоубийством, словом которое несет в себе укоренившееся негативное значение. Но вместо того, чтобы более точно оговорить в определении, что является осуждаемым с позиции нравственности поступком, а что нет, они дают пространное по смыслу, описательное определение, которое может вместить в себя практически любой акт саморазрушения, включая самопожертвование.

Другой точки зрения, в своей работе "Богословское рассуждение о медицине, умственных расстройствах и церкви"[12] , придерживается Стэнли Хаурвас, оспаривая доводы Бичемпа и Чайлдресса. Он утверждает, что использование самоубийства как термина, несущего моральную оценку, в данном случае негативную, более предпочтительно, чем использование условной и описательной формулировки. Он это обосновывает следующими доводами.

Моральная оценка любого термина, как в данном случае "самоубийство", зависит от распространенных взглядов и философских представлений, конкретно рассматриваемой культуры. Например: определение Бога в рамках пантеистической концепции, имеет безликое абстрактное значение, когда в монотеистической системе это конкретная личность с определенными характеристиками. Если постараться найти нейтральное определение Бога, которое бы подходило к обеим системам, например: "Бог - это объект наивысшего поклонения", - то все равно в каждой культуре под Богом и поклонением Ему будет подразумеваться нечто свое, в зависимости от того, какие взгляды и философские представления о Боге и поклонении Ему распространены в данной культуре. То же самое и с определением самоубийства, если его сделать этически нейтральным, сугубо описательным, то в каждой культуре оно может быть истолковано по-разному, в соответствии с распространенными понятиями данного общества о жизни, смерти и самоубийстве. Следовательно различное понимание будет обуславливать различное отношение к самоубийству, т.к. описательный термин непременно впитает в себя тот морально-оценивающий характер, который наиболее соответствует представлениям данной культуры.

Хаурвас прав, когда говорит, что любой термин этики должен содержать определенное отношение к тем или иным поступкам, так как в этом случае он определяется с точки зрения внутренних, а не внешних характеристик, моралесодержащей, а не описательной, что позволяет недвусмысленно определить и оценить самоубийство с позиции нравственности.. Нормативная нагрузка термина этики указывает на его применение в данном обществе, как позитивного или негативного поступка. Таким образом определение "незапятнанное моральной оценкой" не сможет быть одинаково понимаемым во всех культурах, если не будет изначально нести в себе морального отношения к "самоубийству". В другом обществе оно может быть пересмотрено и породить совсем иное отношение к этому явлению. Итак, наиболее предпочтительной является моралесодержащая форма определения, чем описательная.

Теперь вернемся к вышеописанным примерам самоликвидации людей и, рассмотрев их более подробно, постараемся наиболее точно почувствовать рамки, в которые вмещает себя термин "самоубийство".

Первый случай:

Молодой человек покончил с собой. Это наиболее яркий пример самоубийства, по которому не может возникнуть никаких разногласий. На основании этого случая можно утверждать, по крайней мере, три вещи:

1. Самоубийство включает в себя смерть человека;

2. Этот человек должен быть непосредственно вовлечен в действие, которое привело к смерти;

3. При самоубийстве человек добровольно приносит себя в жертву смерти.

Эти три компонента можно принять как стандартные в определении суицида, которое, предварительно, в общих чертах, можно сформулировать так: самоубийством является убийственное действие, которое совершено с преднамеренной целью лишить себя жизни. Далее мы унифицируем это определение, рассмотрев его в свете других примеров.

Ключевым понятием в этом определении является слово "преднамеренно", поэтому зададимся вопросом: "Что означает преднамеренность в самоубийстве?" Некоторые считают преднамеренностью, то когда человек, имея возможность избежать предвиденной смерти, сознательно не делает этого. Именно это понятие преднамеренности фигурирует в определении Бичемпа и Чайлдресса. Основываясь на таком понимании преднамеренности, все вышеперечисленные примеры можно назвать самоубийством. Но наверняка многие не согласятся с тем, что поступок христианки, не желавшей предавать Христа и своих друзей; летчика и безнадежно больной пациентки являются самоубийствами равносильными первому случаю. Такое расхождение во мнениях можно объяснить различным пониманием преднамеренности. Итак, вывод о преднамеренности можно сделать на основании:

1. наличия акта самоуничтожения;

2. или на основании существующих планов и намерений уничтожить себя.

Второй подход к определению преднамеренности, я считаю, более согласуется с понятием самоубийства, чем первый, так как помогает более точно отличать случайный поступок от заранее обдуманного. В этом случае, действие (в данном случае действие самоуничтожения), можно считать намеренным только тогда, когда оно совершено на основании существовавшего ранее плана или намерения совершить данное действие. Поэтому примем такое понимание как наиболее верное.

Я хотел бы, чтобы на основании данного определения преднамеренности мы различали, в дальнейшем рассуждении, акт саморазрушения и самоубийство. И различии состоит в том, что самоубийство включает в себя понятие преднамеренности, а саморазрушение нет.

Рассмотрим пример с летчиком. Хотя он и задействован в своей смерти, так как предвидел смертный исход, если не катапультируется, этот случай следует рассматривать как акт самопожертвования, но не самоубийства, так как:

1. смерть не была спланирована и не являлась желанным концом для самого летчика;

2. летчик руководствовался мыслью о спасении жизней горожан, которые могли погибнуть если он бросит самолет и тот рухнет на город.

В случае с христианкой, попавшей в руки гонителей, затронута "проблема принуждения". Христианка лишает себя жизни, потому что хорошо знает, что будет убита посредством невыносимых пыток, которых ей не избежать из-за твердости, с которой она решила быть верной Христу (не отречься от веры принесением жертвы языческим богам) и друзьям-христианам, не предавая их. Некоторые утверждают, что этот поступок нельзя назвать самоубийством, т.к. здесь присутствует факт принуждения, т.е. простая замена одного вида смерти другим при обстоятельствах неминуемой смерти, следования интересам других, а не собственным.

Если бы христианка, не испытывая принуждения, лишила себя жизни, то тогда бы ее поступок расценивался как самоубийство. Но так как она действовала по принуждению, ее поступок является актом саморазрушения, но не самоубийством.

Как же относиться к случаям, подобным этому? Многие придерживаются мнения, что подобного рода поступки являются актом мученического самопожертвования, подобно поступку летчика, но не самоубийством, так как мотивированы побуждением внешней направленности. Здесь смерть не является желанным концом, но собственная жизнь отдается за других (чтобы не выдать друзей христиан и не предать Христа) . Некоторые философы делают еще следующее уточнение: поступки самопожертвования только тогда могут быть расценены как самоубийство, когда они совершаются ради животных или безличных объектов (например богатства, славы и т.п.)[13] .

На основании этого, случай с застрелившим себя безногим мужчиной, можно расценивать как самоубийство, т.к. здесь не соблюдено условие самопожертвования во имя спасения жизни других людей, но совершено ради безличного благополучия семьи.

Перейдем к случаю самосожжения буддийских монахов. Некоторые могут возразить, что этот случай так же является не самоубийством, а мученическим самопожертвованием во имя спасения жизни других. Бичемп, в своей работе "Суицид", не соглашается с подобным мнением, и в этом с ним можно согласиться, настаивая на том, что этот поступок является самоубийством, так как монахи непосредственно и преднамеренно создали угрожающие жизни условия (огонь), которые приводят к смерти.[14] Именно преднамеренность, т.е. наличие осознанного плана как умертвит себя, определяет этот акт как самоубийство.

Случай, подобный примеру, с безнадежно больной женщиной, Бичемп рассматривает как наглядный пример пассивной эвтаназии, но не как самоубийство.[15] Такой вывод он делает на основании факта неизбежности скорой смерти пациентки и неспособности жить без вспомогательных систем жизнеобеспечения. Если, в случае с безногим мужчиной, болезнь не была безнадежной, а смерть была вызвана искусственно, то здесь присутствует фактор неизбежности и естественности скорой смерти. Предположим, что женщина была бы не безнадежно больной и сделала то же самое, то это была бы искусственно вызванная смерть, и поступок расценивался бы как самоубийство. Итак, основанием оправдания женщины является неизбежность скорой смерти и неспособность самостоятельного существования без помощи вспомогательных систем жизнеобеспечения. Этот поступок следует оценивать как акт саморазрушения, но не самоубийства.

Определение самоубийства

На основании данного рассуждения и анализа примеров, постараемся более точно определить термин самоубийства. Оно следующее:

Акт самоубийства, как морально неоправданный поступок является таковым только в том случае, если человек преднамеренно и самопроизвольно вызывает собственную смерть, как средство окончания жизни или чего-либо безличного (боли, переживаний, воспоминаний), путем действия или воздержания от действий (отказ от еды, помощи), кроме тех случаев, когда это деяние совершается по принуждению и является самопожертвованием во имя спасения жизни других людей или верности Богу. То, что же является самопожертвованием во имя послушания Богу, должно согласовываться с общепризнанной богословской точкой зрения на разрешение конфликтных ситуаций в которых нужно выбирать между верность Богу и жизнью.[16]

Некоторые также добавляют к этому определению следующий признак "смерть должна произойти относительно скоро".[17]

Это определение самоубийства дает право утверждать, что все действия саморазрушения, которое не подпадают под его рамки, нельзя называть самоубийством, то есть определять как морально неверный (греховный) поступок.

5. Библейский анализ определения

Что же говорит Библия о самоубийстве? Постараемся это понять сравнив данное определение с тем, которое можно вывести на основании христианского богословия.

Нужно сказать, что в Библии нет прямых высказываний, нормативного характера, в отношении самоубийства. Богословское заключение в отношении самоубийства мы можем сделать на основании мест Священного Писания, которые говорят в общем о разрушении жизни, т.е. об убийстве. В Библии содержится ясный запрет убийства ближнего (Исх.20:13; Исх.21:12; Быт.9:6). Эти тексты запрещают преднамеренное убийство и следовательно, можно предположить, убийство себя самого. Есть так же закон, который оговаривает случаи непреднамеренного убийства (Исх.21:12-14; Иис.Н.20:3-6). В этом случае невольному убийце предписывается уйти в специально определенный город, чтобы избежать мести родственников убитого. Т.е. случаи неумышленного убийства Богом не осуждались. Подобную аналогию можно провести в случае с непреднамеренным актом самоуничтожения.

Наиболее ясное выражение отрицательного отношения к самоубийству находим к книге Иова (2:9,10; ср.7:15). Даже сильные страдания героя книги не побудили его покончить с собой, а высказанное им при этом желание конца жизни признается греховным. Такое отношение к убийству человека основывается на утверждении священности жизни как Божественного дара. Однако мы встречаем на страницах Библии два случая самоуничтожения, которые, по видимому не осуждаются как самоубийство (1Цар.31:4; 2Цар.17:23). Оба поступка самоликвидации являются актом саморазрушения в условиях неизбежности скорой смерти. Оба человека, царь Саул и восставший против Давида Ахитофел, предвидя неминуемую смерть от победивших их противников, покончили с собой. В том и другом случае убившим себя не было отказано в совершении похоронных и траурных обрядов, которые не совершались для самоубийц. То есть, согласно Писанию акт самоликвидации в условиях "принуждения", или неминуемой смерти, не расценивается как самоубийство, то есть не являлся греховным. У древних иудеев существовали устоявшиеся критерии по которым, согласно Талмуду, определялась виновность покойного в самоубийстве. Приведу ссылку из Еврейской энциклопедии: "Самоубийство считалось религиозно запрещенным деянием, подлежащим наказанию не земного, а небесного суда. Обряды, которые символизируют уважение к покойному, по отношению к самоубийцам не совершаются. Для ограничения траурных обрядов вследствие самоубийства требуются следующие условия:

1. Сам факт должен констатироваться очевидцами, а не путем косвенных улик;

2. Самоубийство должно быть совершено в состоянии вменяемости: деяние малолетних, безумных или под влиянием припадка умоисступления не вменяется в вину;

3. Самоубийство должно быть умышленным. Умысел считается лишь тогда доказанным, когда покойным было предварительно заявлено о своем намерении. Сверх того, если самоубийство вызвано критическими обстоятельствами и представляет лишь замену одного вида смерти другим, то оно считается извинительным и по такому убийце обряды совершаются полностью. (Талмуд: Семах II 1,2,3).[18]

Итак, древние евреи учитывали фактор намеренности самоубийства и фактор неминуемой смерти.

В Новом Завете, в 15-й главе Евангелия от Иоанна содержатся стихи, которые выражают Библейское отношение к акту самопожертвования: "Вот что заповедую Я вам: любите друг друга, как Я возлюбил вас. Нет больше той любви, как если кто отдаст жизнь свою за друзей" . Сам автор этих слов, Господь Иисус Христос, проиллюстрировал эти слова на своем примере. Он, сверхъестественным образом, знал о своей насильственной смерти в Иерусалиме, но однако, Он не предпринял ничего для того, чтобы избежать гибели, а пошел в Иерусалим, т.к. этого требовали условия спасения, для вечной жизни других, и послушания Богу Отцу. И Его поступок должен расцениваться как акт мученического самопожертвования, но ни в коем случае не как самоубийство. (Если же следовать определению Бичемпа и Чайлдресса, данному в начале раздела "Определение самоубийства", то акт самопожертвования Христа можно расценивать как самоубийство. Это еще раз указывает на несостоятельность описательного подхода и данного ими определения). Теперь сравним вышеизложенную библейскую точку зрения на самоубийство с полученным определением самоубийства.

Библейское богословие Определение
1. Определяет самоубийство как грех

1. Сам термин "самоубийство" в определения несет значение аморального поступка и оговарива-

ется, как безнравственный поступок.

2. Для определения поступка как самоубийства требуются доказательства преднамеренности действия и вменяемости.

1. "Если человек преднамеренно и самопроизвольно вызывает собственную смерть"

Для определения самоубийства требуется факт преднамеренности.

3. Акт саморазрушения не осуждается как самоубийство, если совершен: 1. "Акт самоубийства является таковым, кроме тех случаев когда это деяние:
3.1 в условиях неминуемой смерти 3.1 совершается по принуждению
3.2 в целях спасения жизни других 3.2 является самопожертвованием во имя спасения жизни других людей."
3.3 в целях послушания Богу. 3.3 или верности Богу

Итак, все основные пункты данного определения выдерживают критику со стороны библейского богословия в отношении к самоубийству и точно отражают библейский взгляд на эту проблему. Библией осуждается преднамеренное убийство, но оправдывается самопожертвование во имя спасения жизни других, а также и не осуждается действие саморазрушения в условиях неминуемой смерти. Мы определили самоубийство как безнравственный поступок, отделив его от акта самопожертвования и саморазрушения в условиях неминуемой смерти. Таким образом мы выяснили, что же является самоубийством с позиции христианской этики, затронув тему моральности суицида.

Теперь перейдем к более подробному ознакомлению с современными взглядами на вопрос моральности самоубийства, знание которых будет полезно христианским лидерам в работе с людьми подверженными суицидальному мышлению и при встрече с их защитниками.

6. Современные споры о моральности самоубийства

В 1990 году в США прогремело дело врача Джека Кеворкяна, прозванного газетчиками "Доктор Суицид", "Доктор Смерти". Его обвинили в убийстве из-за того, что он помог 4 июля 1990 года покончить с собой 54.-летней Джанет Адкинс, страдавшей болезнью Альцгеймера. "Я совершенно не раскаиваюсь в своих поступках и не сожалею о той роли, которую я сыграл в смерти этой женщины, -приводит слова Кеворкяна, сказанные на пресс-конференции канадская газета "Ла Пресс".- Почему эта проблема меня заинтересовала? Странный вопрос. Ведь смерть - это такая штука, с которой каждому из нас рано или поздно придется столкнуться лицом к лицу"[19] . В 1989 году Джанет Адкинс, у которой трое детей и уже трое внуков, узнала о том, что через несколько лет ее ждет потеря памяти, сумасшествие и смерть. Узнав, что она неизлечимо больна, она специально прилетела из Портленда, где жила, в Детройт для того, чтобы убить себя с помощью устройства Кеворкяна. Под машину для самоубийства он переделал старенький автофургон "Фольксваген". Все происходит следующим образом. Врач провожает "пациента" в безлюдный парк и сначала делает ему внутривенную инъекцию безвредного соляного раствора. Затем "пациент" садится в машину и сам нажимает кнопку, в результате чего получает порцию еще одного препарата, который, взаимодействуя с первым, превращается в сильное наркотическое средство, почти мгновенно вводящее самоубийцу в состояние комы. После этого в организм автоматически вводится доза хлористого кальция, вызывающая остановку сердца. В предсмертной записке, которую передал журналистам муж госпожи Адкинс, она заявляла: "Находясь в здравом уме и твердой памяти я решилась на самоубийство, потому что знаю - я неизлечимо больна. Я не хочу ждать пока моя болезнь примет тяжелую форму и приведет к тому, что я полностью потеряю человеческий облик". "Я не нарушил ни одного закона, - добавляет со своей стороны Кеворкян. - И я не думаю, что против меня могут возбудить уголовное дело."[20] Прокурор Окленда Ричард Томпсон заявил что еще не пришел к окончательному выводу виновности Кеворкяна в убийстве. Состоявшийся затем суд оправдал доктора, но вынес определение, запрещающее впредь использовать "адскую машину" и заниматься подобным изобретательством. Однако Кеворкян не подчинился запрету, и в 1991 году против него снова было возбуждено дело после того, как он "помог" еще двум женщинам распрощаться с жизнью.[21]

Доктор Кеворкян для своего Фольксвагена, переделанного под машину смерти, саморучно сшил зеленые занавески на окна, чтобы отгородить Джанет Адкинс и возможных будущих "пациентов" от мира. Но этими занавесками невозможно закрыться от самой проблемы. В 1991 году споры вокруг нее вспыхнули с новой силой. Связано это было с выходом книги Дрека Хамфри "Последний выход", своего рода руководства для самоубийц. В "Последнем выходе" есть советы, как покончить с жизнью самому или помочь это сделать другу или родственнику. В книге приводятся таблицы смертельных доз восемнадцати известных лекарств (в основном болеутоляющих и снотворных); основательно обсуждаются и взвешиваются достоинства цианистого калия; предлагаются многочисленные практические средства для решивших задохнуться - от полиэтиленового пакета до автомобильных выхлопов".[22]

Эти и подобные им факты иллюстрируют один из подходов в современной секулярной этике к проблеме самоубийства и указывают на актуальность, в современном плюралистическом обществе, ответа на вопрос; "Может ли самоубийство быть морально оправданным поступком, если оно сделано здравомыслящим человеком, на основании хорошо обдуманного решения?"

В этом разделе мы постараемся рассмотреть различные распространенные взгляды современных этических учений относительно моральности самоубийства, взглянув на них через призму христианской этики. Некоторые считают, что самоубийство, совершенное в состоянии депрессивной реакции, хоть и является неправильным с объективной точки зрения, но с позиции данной личности (прибегшей к самоубийству) такой поступок не может быть подвергнут моральному осуждению. Подобный акт можно назвать ужасной, но простительной ошибкой. Однако такое различие весьма сомнительно, т.к. в одном смысле можно сказать, что этот поступок ошибочен, а в другом случае, восприняв его как простительную ошибку, утверждать, что он не подлежит осуждению. Таким образом неправильное действие в то же время является ненаказуемым. Подобное утверждение вступает в разногласие с принципом морального осуждения аморальных поступков, как основного принципа библейской этики. Поэтому нужно быть последовательным до конца в своих рассуждениях и признавая ошибочность поступка, признавать справедливость его осуждения.

Либеральная точка зрения: самоубийство как морально оправданный поступок

Первая точка зрения содержит либеральный подход к проблеме суицида. Именно эту точку зрения разделяет доктор Кеворкян и автор книги "Последний выход" Дерек Хамври. Они считают, что самоубийство может быть морально оправданным, если оно не причиняет вреда окружающим и согласуется с правом свободного выбора личности самоубийцы. Даже если человек имеет определенные обязанности по отношению к окружающим (членам семьи, трудовому коллективу), самоубийство все же может быть приемлемо, если проблемы, возникшие у окружающих из-за самоубийства одного человека, не превышают проблем, которые спровоцировали самоубийственный шаг данного человека. Это основано на том утверждении, что ни один человек не должен подвергаться большим страданиям, ради того, чтобы уберечь окружающих от меньших трудностей. Как например в случае с покончившей с собой Джанет Адкинс.

Либеральный лагерь делится внутри себя на два, взаимно не исключающих подхода к этике самоубийства: утилитаристский и автономный.

Либеральный утилитаристский подход

Защитник этого подхода - Ричард Брандт. Он определяет суицид как намеренное завершение собственной жизни и выступает против утверждения абсолютной безнравственности самоубийства.[23]

Брандт рассматривает самоубийство как часть неизбежного "хода жизни", который в каком-то отрезке включает в себя смерть определенного человека. Его смерть зависит не только от обстоятельств собственной жизнь, но и от обстоятельств в которых находится остальная часть мира. Этика самоубийства, с точки зрения утилитаризма, должна принимать во внимание благополучие всех, относящихся к делу, сторон, а не только благополучие потенциального самоубийцы. Поэтому он должен смотреть на свою смерть (самоубийство) с позиции всеобщего "хода жизни", в котором его самоубийство является наилучшим вариантом как для него самого, так и для окружающего мира. К примеру, если безнадежно больной человек является бременем для своей семьи, то для всех будет хорошо если этот больной человек уйдет из жизни. Если это максимально улучшает всеобщий ход жизни, то самоубийство может быть морально оправданным поступком. Среди проблем, которые являются достаточными причинами для ухода из жизни, он перечисляет следующие: боль; безнадежная болезнь; навлекшее позор событие, повлиявшее на потерю престижа и статуса человека; увечья (потери части тела или красоты); банкротство; потеря сексуальной способности; события, которые делают невозможным достижения важных целей; потеря любимого человека; разочарование в близком человеке; увеличивающаяся с возрастом беспомощность.[24] Если человек испытывает подобные удары, которые лишают его счастливой перспективы в жизни и определенным образом не вписываются в общий ход жизни, то самоубийство, как добровольный уход из жизни, который приближает неминуемую в будущем смерть, можно назвать морально оправданным поступком. Если самоубийство является таковым, то окружающие, из уважения к решению личности и для улучшения всеобщего "хода жизни", имеют моральное обязательство помочь потенциальному самоубийце в исполнении его решения, если он нуждается в этой помощи, считает Брандт. Основываясь на подобном понимании, в свое время Кеворкян стал "Доктором суицида ".

Либеральная позиция автономии

Второй либеральный подход к этике самоубийства, называется автономным. Главными сторонниками его являются Том Бичемп и Джеймс Чайлдресс, идеи которых уже приводились выше. Они считают, что людям нужно позволить самим определяться в собственной оценке и выборе решений, особенно когда они находятся в экстремальной ситуации. Если человек является вполне самостоятельным и здравомыслящим, он имеет полное право определять ход своей жизни, даже если другие считают, избранное им решение морально неприемлемым.[25] С точки зрения приверженцев этого подхода, автономность личности должна иметь наивысший авторитет среди других моральных убеждений. В случае, если отклоняется право личности на самоубийство, хотя оно не наносит вреда другим, то этим выражается неуважение к автономным правам личности и нарушается сам принцип автономности, который гласит: люди должны уважать самоопределение личности и не делать для нее того, что бы она не хотели делать для себя, и должны помочь ей исполнить то, что она хочет сделать для себя.

Консервативный подход: самоубийство как абсолютно безнравственный поступок

Консервативная точка зрения утверждает, что самоубийство - безнравственный поступок, который нельзя оправдывать. Доказательством этой позиции служит ряд утверждений:

1. Самоубийство нарушает закон священности жизни, которую человек обязан уважать в себе самом, которая является целью, а не средством;

2. Самоубийство, как аморальный поступок, нарушает естественный закон врожденной моральной сущности в человеке, которая развивается в процессе становления личности и в согласии с которой он должен поступать;

3. Самоубийство нарушает человеческие обязательства перед Богом как Творцом, Даятелем и окончательным Владельцем человеческой жизни;

4. Самоубийство нарушает обязанности человека перед обществом.[26]

Как правило, последователи этой точки зрения являются приверженцами теизма, рассматривающими жизнь человека как дар Божий, который дан с определенной целью.

Согласно Хаурвасу,[27] приверженцу консервативного подхода, этика автономности (где принцип автономности преобладает над остальной моралью) подразумевает, что самоубийство является не только правом разумного выбора, но также является моральным правом человека. Это показывает, говорит Хаурвас, как неестественна и упрощена этика автономии. Этика автономии имеет неполное представление относительно идеала добродетельной (моральной) жизни человека в обществе. В результате, этот подход терпит неудачу, стараясь объяснить почему человек должен жить, встречаясь лицом к лицу с трудностями.

Во-первых, продолжает Хаурвас, сама причина самоубийства является ложной, на основании того, что жизнь является даром благого Создателя. Любые аргументы в отношении самоубийства должны выводиться с учетом понимания того, что жизнь является Божьим даром, и на основании этого, человек имеет моральное обязательство перед Создателем жизни, чтобы прожить ее. Человек должен жить даже в том случае, когда жизненные обстоятельства складываются не лучшим образом. Это обязательство обосновано разумным убеждением в том, что среди трудностей, Бог дает цель, к которой человек должен стремиться.

Во-вторых, утверждает Хаурвас, человек не имеет права на самоубийство на основании наличия определенных обязательств по отношению к другим людям. Существование человека зависит от его взаимоотношений с другими членами общества. Готовность людей жить перед лицом боли, тоски и страдания делает их способными:

- морально поддерживать друг друга;

- быть примером того, как переносить трудности жизни;

- учить других тому, как жить, умирать, быть стойкими в жизни, как понимать взаимосвязь между добром и злом (распространено мнение, что радоваться в жизни способны те, кто не имеет трудностей, хотя на само дел радость жизни может испытывать каждый, кто научился радоваться в трудностях);

- пример, отказавшихся от жизни людей, дает обществу бесполезные и опасные воспоминания, которые могут причинить вред, послужив негативным примером того, как вести себя перед лицом проблем.[28]

Самоубийство является сигналом, который указывает обществу на проблему, побуждая его вникнуть в трудности самоубийц, чтобы помочь людям с суицидным образом мыслей в нужное время. И одновременно это является сигналом каждому человеку в отдельности, который указывает на недостаток внимания к обществу.

7. Критический анализ

Далее будут приведены доводы, с позиций христианской этики, которые с одной стороны рассматривают преимущества консервативных представлений о самоубийстве и тем самым выражают критику либеральным.

Следующие критические замечания в своей основе выступают против этики автономности, но также относятся и к утилитаристской модели нравственности. Либеральное представление обеих этических форм нарушают персональные обязанности человека по отношению к самому себе. Это выражается в следующих пунктах:

1. Для совершения самоубийства нужно отвергнуть ценность собственной жизни и отказаться от человеческого достоинства. Самоубийство совершается из-за принятия ложной точки зрения, которая гласит: "Я сам являюсь организатором своей собственной жизни, и поэтому имею право распоряжаться ей как считаю нужным."

2. Всем людям свойственно естественное стремление к жизни, основанное на предназначении человека - жить. Однако самоубийца идет в разрез с этим предназначением.

3. Самоубийство неприемлемо в позиции нравственности, потому что включает в себя намеренное уничтожение человеческой жизни.

4. Самоубийство также является самоопровергающим поступком, так как в нем, решением свободной воли, нарушается будущее действие свободной воли. Это утверждение существа, отвергающего существование. Самоубийство — это действие морали, которое отказывает в приоритете всем другим формам нравственности и самой нравственной жизни.

5. Самоубийство является рискованным шагом, так как неестественным путем вводит человека в жизнь после смерти. Даже если человек не верит в жизнь после смерти, наличие этой жизни все же остается реальным в свете тех доводов, которые можно поднять в поддержку этого вопроса. В любом случае крайне глупо рисковать вполне вероятной жизнью после смерти, уходя из жизни безнравственным способом.

8. Ценность жизни

В дебатах о самоубийстве затрагиваются всеобъемлющие вопросы цели жизни, послесмертного бытия, характера этики, общества, личности и права распоряжаться жизнью. Это достаточно широкий спектр важных вопросов, и осветить их все в одной работе не представляется возможным, поэтому в данном исследовании подробно будет рассмотрен только один вопрос о ценности человеческой жизни, т.к. он имеет непосредственное отношение к проблеме самоубийства и влияет на понимание вопросов о смысле жизни и загробного бытия. Особую ценность, в данном случае, представляет иудео-христианское мировоззрение, затрагивающее в своем учении все эти вопросы.. Как можно было заметить, основанием на котором строится доказательство и критические высказывания консервативного лагеря о безнравственности самоубийства является "принцип священности жизни." В этом разделе будут рассмотрены основные системы, которые предлагают свои критерии для определения ценности человеческой жизни.

В общем-то есть два основных подхода к ответу на вопрос: "Почему жизнь человека имеет ценность?" Это подход, основанный на утверждении, что ценность личности завоевывается человеческими способностями. И противоположный подход, приверженцы которого утверждают, что ценность личности является даром межличностных отношений. Первый подход называют функционализмом, как правило он основывается на материалистическом мировоззрении. Второй подход называется персонализмом, который является выражением библейской точки зрения.

Функционализм

Томас Джонсон (доктор философии) в своем докладе, под названием "Почему жизнь человека имеет ценность?" в качестве примера функционалистского мировоззрения приводит философию сторонницы этого подхода Мэри Уоррен.[29] Она предлагает различать генетическую принадлежность к человечеству и личность. В ее системе только личность, а не ее существо, генетически относящееся к человеческой расе, имеет моральные права, то есть его жизнь представляет ценность. Уоррен предлагает следующие черты, которыми определяется личность:

а) сознание, в частности способность чувствовать боль;

б) способность рассуждать;

в) способность осознанно действовать;

г) способность общаться;

д) наличие самосознания, представление о самом себе.

Чтобы пройти тест на личность, не обязательно соответствовать всем пяти критериям, достаточно двух. Но отсутствие всех пяти характерных черт, по ее мнению, наверняка свидетельствует, что существо не является личностью и следовательно не имеет никаких моральных прав.

Конечно, все эти черты свойственны людям. На что следует обратить внимание, это на заявление о том, что статус личности должен приобретаться, исходя из соответствия данным критериям. Согласно этому, она вполне определенно говорит, что люди в начале и в конце своей жизни могут в первом случае не иметь статус личности (младенец, эмбрион), во втором случае — утратить и следовательно не иметь моральных прав. Это является примеров функционального подхода, который основан на наличии и приобретении определенных качеств.

Другой пример функционализма можно найти в работах Джона Кобба. [30] Он утверждает, что хотя право человека на жизнь вполне фундаментально, оно не абсолютно. Оно происходит, а потому подчинено праву людей воплощать в жизнь свои планы. Именно наличие планов для воплощения в жизнь придает особую ценность человеческой жизни и является тем, что дает права человеку. Кобб проясняет свою точку зрения, прибегая к резкому контрасту. Он противопоставляет жизнь личности жизни младенца и жизни животного. Младенец на пути становления личности претерпевает два важных изменения. Первое; в то время как младенец полностью живет в настоящем, ребенок начинает строить свои собственные планы, которые требуют уважения и внимания. Второе: в младенчестве весь опыт заключается в удовлетворении нужд собственного тела, в то время как ребенок использует свое тело для осуществления своих планов. И Кобб думает, что у животных, как правило, в процессе жизни не наблюдается изменений от простого удовлетворения нужд собственного тела к использованию их для воплощения собственных планов.

Проблема такой теории в том, что люди, у которых еще нет или уже не будет планов, не имеют морального статуса личности, и поэтому их жизни не имеют особой моральной ценности. Это похоже на то, что некоторые животные могли бы пересечь границу животного состояния и стать личностями. Такие рассуждения, по-моему, ведут к моральному хаосу, потому что статус личности завоевывается приобретением определенных способностей, а именно - наличием плана. Это яркий пример функционализма.

Этих двух примеров, вероятно, достаточно, чтобы показать, что функционализм, в том или ином виде, сегодня широко распространен. Его используют, чтобы защитить аборты, убийство новорожденных, эвтаназию и в том числе самоубийства. В каждом случае личность должна продемонстрировать определенные способности и функции, чтобы завоевать статус личности в глазах других людей .А если это не удается индивидууму, тогда его жизнь не представляет ценности и, следовательно, не подчиняется общепринятыми этическими нормами. Это ставит под вопрос весь метод и подход функционализма.

Персонализм

Альтернативу функционализму я бы назвал "персонализм". Всех персоналистов среди самых различных мнений объединяет убеждение, что ценность человеческой жизни есть дар, и ценность этого дара "дана" и присутствует даже тогда, когда определенные человеческие способности или функции отсутствуют. В целом персоналисты мыслят в рамках иудео-христианской традиции и обычно строят свои теории в согласии с библейским утверждением, что люди созданы по образу Божьему.

Персонализм предстает в работах Серена Кьеркегора, датского философа 19 века, которого часто называют "отцом экзистенциализма". В "Болезни к смерти" он пишет: "Ступени в сознании личности, у которых мы до сих пор были на службе, находясь в пределах определения человеческой личности, или личности, мерой которой является человек. Но эта личность приобретает новое качество в том смысле, что эта личность находится в непосредственном поле зрения Бога. Эта личность уже не просто человек, но то, что я бы назвал, надеясь не быть неправильно понятым, теологическая личность - личность в глазах Бога. И какую бесконечную реальность получает эта личность, находясь перед Богом. Пастух, который (если это было бы возможным) является личностью только в глазах коров, - очень незначительная личность; и то же самое мы можем сказать об управляющем, который является личностью только в глазах рабов, так как в обоих случаях недостает шкалы или оценочного критерия. Ребенок, у которого до сих пор в качестве оценочного критерия себя были только родители, становится личностью, когда он уже человек согласно приобретенному статусу, выступающему в качестве оценочного критерия. Но какую безграничную исключительность получает личность, принимая в качестве оценочного критерия Бога!".[31]

Кьеркегор утверждает, что ценность человека является в какой-то мере понятием, находящимся в зависимости от взаимоотношений человека, что ценность человека зависит от тех отношений, в которых он находится. Тогда, если все люди имеют какую-либо связь с Богом, сознательную или несознательную, позитивную или негативную, то эта связь дает личности безграничную ценность. Ясно, что эта ценность является даром, независимым от функций.

Немец Гермут Тилике был выдающимся современным персоналистом и написал свои научные труды по этике в основном как реакцию на оскорбления нацистов. Он утверждает, что человеческое достоинство - всегда неотъемлемое достоинство, получаемое как дар извне, не от онтологических качеств, присущих человеку, будь то свобода личности, ответственность, сознание или что-либо другое.[32] Причиной того, что он так полагал, было его убеждение, что люди - "существа, находящиеся в определенных отношениях, созданные по образу и подобию Божьему и сотворенные для общения с Богом. Образ Бога в человеке, утверждает он, не имеет ничего общего со свойствами и качествами человека. Тилике утверждает, что наше достоинство, как и наша праведность, имеет отношение к тому, что "Бог помнит о нас", а не к чему-то внутри нас. И так как Бог помнит о нас. Он говорит с нами через свое творение и Иисуса Христа таким образом, что достоинство и ценность каждой личности становятся тем, что нельзя потерять. Даже если многие обычные функции человека утеряны, ценность и достоинство личности не теряются, так как зависят от того, что Бог помнит о человеке и обращается к этому человеку. И если человеческое достоинство является результатом обращения Бога к нам, наличие человеческого достоинства предполагает важную задачу: реализацию этой связи со стороны человека.

Ясно, что взгляд на ценность человека с точки зрения персонализма приведет к совершенно другим выводам по поводу многих аспектов современной жизни, отличающимся от функциональной точки зрения.

В своей основе персоналисты опираются, в своих выводах о ценности человеческой жизни, на факт сотворения человеческой жизни Высшим Создателем, Богом.

Взгляд Церкви на жизнь человека.

Далее будет изложены обоснования, на основании которых христианская этика утверждает священность человеческой жизни. В Библии в книге Бытие (1:26,27) говорится, что только человека Бог создал по Своему Образу и Подобию, т.е. несет в своей сущности печать Божества. Это устанавливает особые отношения между человеком и Богом, равно как и остальной частью творения. То, что человек является носителем Образа и Подобия Создателя, усиливает представление о человеке как моральном существе, способном делать выбор согласно нормам морали и нести за это ответственность. Быть Образом и Подобием Божьим не означает быть Богом, но только то, что человек в отраженном виде обладает теми моральными и интеллектуальными силами, которые присущи Богу, и они делают человека моральным существом.

Как моральное существо, он несет ответственность за свой выбор, а также за свое отношение к другим членам человеческого рода и остальной части творения. Поэтому человек должен серьезно относится к тому, что он выбирает в нравственном отношении для себя и для других, как с точки зрения личной ответственности, так и с позиций бережного отношения к ценности самой жизни.

Он морально обязан вести себя лично и по отношению к другим по установленным законам, которые ценят и уважают человеческую жизнь. Утверждение, что человек создан по Образу и Подобию Божию, наполняет каждую отдельную личность внутренней ценностью, значимостью и достоинством. Человеческая ценность и значимость не определяются физическими или умственными свойствами и способностями, а также и не тем вкладом, который он может внести в развитие общества. В христианстве основным критерием, определяющим человека как моральное существо с внутренней ценностью и значимостью, является тот факт, что человек создан по Образу и Подобию Божию. Христианство определяет человека как творение по Образу и Подобию Божию. Поэтому утверждение, этого дает определение тому, что значит быть человеком. Поскольку "Образ и Подобие Бога" относятся к сфере духовного, гуманность существует независимо от того, на какой стадии развития будет человеческая жизнь, будет ли она находиться в чреве матери или в доме престарелых. И в том и в другом случае - это человек, обладающий внутренней ценностью и значимостью.

На основании вышеизложенного можно сделать такое заключение: так как жизнь человека определяется не внешними признаками, а внутренним даром богоподобности по Образу и Подобию Божьему и наличием сознательных или несознательных взаимоотношений каждого человека с Богом, любая человеческая жизнь священна и уничтожение ее кем-то или самим собой является злым, безнравственным действием.

Если принять то, что жизнь человека является даром Божиим, то нетрудно понять, что вопросы смысла земной и существования загробной жизни также находят исчерпывающий ответ в контексте Божественной перспективы. Нашедший в Боге смысл своей жизни здесь, обретает перспективу непрекращающейся жизни там (после смерти). Так принятие факта "священности жизни" способно повлечь за собой разрешение остальных двух, важных для предотвращения суицида, вопросов.

9. Направления возможной помощи потенциальным самоубийцам

В этом разделе мы рассмотрим возможные пути помощи потенциальным самоубийцам, которые доступны христианским лидерам и находятся в компетенции христианской Церкви. При этом мы не будем затрагивать те аспекты помощи, которые находятся в компетенции медицины.

В разделе "Причины самоубийства" были рассмотрены основные симптомы, которые провоцируют людей к самоуничтожению. Из них можно выделить три категории:

1. причины убеждений: бессмысленность жизни, следование сектантскому учению, из убеждений долга; из-за неизлечимой болезни и т.п..

2. причины невменяемости : сумасшествие, одержимость; алкогольная и наркотическая зависимость;

3. причины критических обстоятельств: различные социально-экономические проблемы и трудности межличностных отношений, проблемы здоровья (имеются ввиду не представляющие непосредственной угрозы жизни).

По причинам убеждений

Люди с суицидальным образом мышления, вызванного причинами первой группы являются наиболее проблематичными с точки зрения психотерапии (душепасторской). Так же они входят в группу наибольшего суицидального риска. Таким людям, как впрочем всем потенциальным самоубийцам, необходимо помочь переосмыслить три важных этико-богословских вопроса: о священности жизни, который мы подробно рассматривали, о смысле жизни и послесмертного бытия. Необходимый материал по двум последним вопросам христианские лидеры могут почерпнуть во множестве христианских книг, раскрывающих суть и цели христианства. Человеку нужно помочь понять, что жизнь его имеет ценность в глазах Бога и на основании ее священности он не имеет морального права самовольно прерывать ее. Следует помочь понять, что после смерти жизнь не кончается, она является лишь переходом в состояние непрекращающейся жизни. И то, будет ли она полноценной, счастливой, прекрасной или бессмысленной, мучительной, ужасной зависит от того примет ли данный человек, Библейский взгляд на свою жизнь или нет. От этого так же зависит вопрос осмысленности бытия и цели жизни.

Для людей, которые бегут от жизни через самоубийство, думая в смерти найти долгожданный покой, такое свидетельство действительно может стать спасительным, так как удержит от роковой ошибки достичь божественного счастья, перешагнув порог смерти без Бога и веры. Конечно при разговоре с таким человеком необходимо передать ему не только убедительные доводы и новые концепции но, что самое главное, свое участие и сопереживание, т.к. любой суицид протекает на фоне одиночества. И для этого необходима как мудрость и знания так и любовь.

По причинам невменяемости

Нередко в категорию безнадежных сторонников самоубийства попадают люди, которые долгое время были подвержены влиянию наркотиков или алкоголя. Здесь проблемы физического и душевного здоровья наиболее тесно связаны, поэтому наряду с душепасторской помощью, такие люди нуждаются в квалифицированном лечении у нарколога и психиатра. Проведенные НИИ социальной и судебной психиатрии г. Киева исследования показали, что латеральная физиотерапия (курс из пяти сеансов трансцеребиральной низкочастотной электростимуляции) наряду с использованием традиционных методов, таких как психотерапия и использование транквилизаторов и антидепрессантов, является эффективным методом лечения нервно-психических расстройств у людей, совершавших ранее суицидальную попытку, при этом отмечается высокий процент людей, отказавшихся от мыслей о самоубийстве (66,2%). Людей этой группы разумнее будет направить к медику-специалисту, нежели стараться разрешить проблему сугубо душепасторским методом.

Так же в группу "безнадежных" самоубийц попадают люди, имевшие ранее (как потом выясняется) более или менее сильную связь с оккультными силами, что Церковь определяет как "связанность демонами" или "одержимость". Таких людей "какая-то" сила постоянно толкает на суицидальные попытки. Такое состояние расценивается Церковью как духовное заболевание и лечить его следует "профессиональным врачам" (священнослужителям, имевшим опыт борьбы с оккультными силами), используя духовные средства. Избавление людей от заболеваний такого рода является непосредственной обязанностью Церкви, действующей через своих служителей. Поэтому такого человека следует познакомить со служителем Церкви, который компетентен в вопросах оккультной связанности или одержимости.

По причинам критических обстоятельств

Люди с суицидальным образом мышления по причине критических обстоятельств нуждаются прежде всего в соучастии, так как их попытки самоубийства в основном вызваны эмоциональным порывом, возникшем вследствие депрессивной реакции в критических обстоятельствах из-за бессилия перед вставшей проблемой. Такой человек остро ощущает себя одиноким, будучи один на один с проблемой. И задачей христианского лидера является помочь человеку преодолеть, а при возможности и разрешить создавшийся кризис. Ниже будет приведена стратегия психотерапевтической помощи, согласно доктору Альберту Эллису, которая известна среди духовных помощников как Рациональная Эмотивная Терапия (сокращенно РЭТ).[33] Ее уместно использовать при работе с потенциальными самоубийцами всех вышеприведенных категорий, с учетом вышеизложенных оговорок, так как она наиболее соответствует библейской концепции возрождения, как изменение души через перемену образа мыслей.

На самом деле, кроме этой модели существует около двухсот различных теорий о том, как помочь людям в состоянии кризиса. Всех их можно свести к влиянию на три основные области: поведение, чувства мысли. Преимущество этой душепасторской стратегии состоит в том, что она направлена на изменение мыслей человека, как первоначального источника эмоций и поступков. Такой подход к внутренним изменениям более соответствует библейскому (Рим.12:1-2).Доктор Эллис представляет свою модель на пяти ступенях:

1. Предваряющее событие (то, что вызвало проблему);

2. Система представлений (как человек представляет себе это событие);

3. Последовательная эмоциональная реакция (какие эмоции появляются тогда, когда человек представляет себе это событие);

4. Нацеленные вопросы (исправляющие искаженные представления);

5. Ответы на предыдущие вопросы (повторение сути дела).[34]

Что же необходимо для того, чтобы помочь человеку, находящемуся в состоянии депрессии, начать двигаться в позитивном направлении? Прежде всего нужно постараться установить контакт. Человек, попавший в кризисную ситуацию зачастую ощущает себя беспомощным и ненужным. Чтобы компенсировать эти чувства он пытается уйти от реальности. Так же в кризисный период человек склонен к беседе. Он хочет поделиться своими взглядами и проблемами, обратить на свое состояние внимание других. Это дает хорошую возможность, чтобы установить с человеком сначала устный, а потом и эмоциональный контакт.

Ранее отмечалось, что главным основанием суицида является одиночество, острое чувство оставленности. Поэтому наше участие в проблеме человека уже само по себе будет помощью, так как компенсирует человеческую нужду в поддержке и понимании со стороны окружающих. Если представить причины суицида в виде айсберга, то подводной и основной его частью будет одиночество. Верхушкой же этого айсберга будет видимая причина, обстоятельства, послужившие последним толчком в принятии рокового решения.

Именно о том, как успешно "растопить" эту верхушку кризиса и тем самым предупредить от рокового шага, говорит данная стратегия душепасторской помощи.

Предваряющее событие

Прежде всего следует уяснить, выслушав собеседника, что послужило началу суицидальных мыслей, какое событие или ряд событий. Это может быть: потеря работы год назад и невозможность найти постоянную работу; затянувшаяся болезнь; предательство любимым человеком и т.п..

Для того, чтобы точно выяснить предваряющее событие важно:

- внимательно слушать, не думая о том, что ответить человеку, а думая о том, что он говорит;

- задавать направляющие вопросы;

- определить насколько данное событие повлияло на появление желания уйти из жизни;

- "подключиться" к переживаниям человека, откликаясь на его боль;

- повторить, сказанное человеком, своими словами, чтобы уяснить правильно ли понята суть.

Система представлений

Далее, уяснив предваряющее событие, необходимо определить главную проблему, которая прежде всего нуждается в разрешении. При этом важно понять СИСТЕМУ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ человека (об этом уже говорилось в первой части раздела, где речь шла об убежденных самоубийцах). Это область где духовный помощник исследует систему взглядов и ценностей человека, что помогает понять как человек смотрит на мир и объясняет его для себя.

Эллис считает, что отправной точкой эмоциональных проблем являются ни сколько сами события, сколько система ценностей человека и то, как он определяет для себя это событие.[35] Американский психолог Дон Дулани нашел доказательства тому, что то, как человек объясняет для себя мир и как оценивает его, оказывает сильное влияние на чувства и поведение человека, контролируя их. Столкнувшись с проблемой человек начинает разговаривать сам с собой, вынося оценку событию, согласно тем представлениям о жизни, которые сложились у него на первом этапе (т.е. в промежуток между рождением и пятью годами). Эти основные представления составят позже систему представлений, которую играют важную роль в определении наших чувств и поведения. Поэтому наставник-психоаналитик должен иметь в виду, что человек, столкнувшись с проблемой будет обязательно обсуждать ее сам с собой. И задачей наставника является то, чтобы осторожно исследовать эту область и понять основные представления человека, а поняв подкорректировать или исправить.

Последовательная эмоциональная реакция

Порой основной проблемой является не критическое событие, которое выбило нас из нормального хода жизни, а наше отношение к нему. Если изменить ситуацию выше допустимых возможностей, то следует изменить отношение к данной ситуации. И задачей духовного наставника, особенно в работе с человеком из суицидальной группы риска, является - помочь ему сделать это, предоставив новую перспективу, обоснованную надежду.

Эллис называет вышеописанную причину Теорией Эмоции АБВ, где А (то, что происходит с человеком) не контролирует В (то, что чувствует человек), но Б (то, что человек говорит себе об "А") непосредственно связано с В (тем, что переживает личность)[36] .

То есть, на эмоции и последующие им действия влияют ни сколько обстоятельства, сколько то, как человек их интерпретирует для себя.

То же утверждает известный психолог Эрик Берн. Он пишет: "Люди действуют и чувствуют не в соответствии с действительными фактами, а в соответствии со своими представлениями об этих фактах. У каждого есть свой определенный образ мира и окружающих людей, и человек ведет себя так, как будто истиной является эти образы, а не представляемые ими объекты".[37]

Следует отметить три негативные эмоции, которые возникают в человеке, неправильно истолковывающем для себя происходящие события, это: отчуждение (одиночество),вина и раздражение. Христианским наставникам приходится с ними постоянно встречаться, работая с людьми.

Христианский психолог, доктор Д. Дж. Шварц приводит так же следующую гамму эмоций человека, который находится в кризисной ситуации:

1. Чувство глубокого удивления: "Я никогда не испытывал ничего подобного";

2. Чувство опасности: "Должно произойти, что-то ужасное";

3. Чувство растерянности: "Я потерял ясность мыслей - мой разум не работает";

4. Чувство безысходности: "Я в тупике - все, что я делаю, н помогает";

5. Чувство отчаяния: "Я не знаю, что делать";

6. Чувство апатии: "Мне ничто уже не поможет, не стоит предпринимать попытки что-то изменить";

7. Чувство беспомощности, одиночества: "Я не в состоянии преодолеть эти проблемы, кто мне поможет";

8. Чувство срочной необходимости в помощи: "Мне нужна помощь";

9. Чувство несчастья: "Я несчастен".[38]

Исследуя Теорию Эмоций Эллис утверждает, что нет смысла пытаться изменить эмоции, лучше сосредоточиться на изменении мыслей, которые производят эти эмоции.

Нацеленные вопросы

Целенаправленные вопросы предназначены для того, чтобы помочь человеку увидеть собственные неправильные представления о жизни. Это могут быть вопросы следующего типа:

"Может быть в вашем прошлом есть тревожные воспоминания, которые побуждают вас реагировать подобным образом?";

"Откуда берется ваше понимание собственного достоинства и самоценности - из того, что о вас говорят люди или из этико-богословских представлений?";

"На чем покоится ваша уверенность - на мнении других или на чем- то другом?".[39]

На этой стадии беседы, наставник, согласно Эллису, не должен пытаться указывать путь решение конфликта, но он должен просто обратить внимание своего подопечного на то, что его эмоциональная реакция связана не с предваряющим событием, а с тем как он его себе представляет. Поэтому вопросы должны затрагивать сферу иррационального мировоззрения человека, которую консультант- психоаналитик определил на первых стадиях беседы.

Эллис обучает наставников исследовать эти иррациональные представления, задавая следующие целенаправленные вопросы:

1. "Вы говорите, что жизнь ужасна и невыносима. Если не думать сейчас о том, что с Вами произошло, чем Вы можете доказать такую точку зрения?

2. Хотя я согласен, что то, что произошло с Вами - ужасно, но значит ли это, что Вы ничтожны сами по себе?

3. Скажите мне, почему этого не должно было с Вами случится?

4. Существует ли закон, который утверждает, что Вы и только Вы должны избежать всех тех проблем и сложностей, которые выпадают на долю других?

5. Если с Вами произошла подобная неприятность, значит ли это, что жизнь для Вас кончена?

6. Позволите ли Вы прошлому по-прежнему мучить Вас или собираетесь освободиться и жить как следует?"[40]

Эти и подобные вопросы должны задаваться с любовью, мягко и сострадательно, чтобы не возыметь обратного действия.

Ответы на предыдущие вопросы

Именно на этом этапе, убедив человека в нерациональности его отношения и оценки данных событий, духовный наставник приступает к исправлению данных взглядов, путем замены их на более правильные.

Эллис утверждает "исправляя ошибочные модели мыслей, мы меняем эмоциональные ответы. Если Вы мыслите правильно, Вы будете и чувствовать правильно".[41] Он также утверждал, что объясняя человеку ошибочность его представлений и образа мыслей, необходимо помнить четыре вещи:

- Человек должен осознавать то, что он думает;

- Человеку нужно показать, что часть его мыслей отличается неточностью и ошибочностью;

- Человека нужно научить, как заменить неточные мысли - точными;

- Человек должен услышать отклик о том, правильно ли он изменил образ мыслей[42] .

В отличие от Эллиса, как секулярного психолога-консультанта, который рассматривает проблемы кризиса в рамках общих гуманистических идей, христианский наставник-консультант имеет явное преимущество, т.к. его основанием являются ясные библейские нормы нравственности и доводы объясняющие мироустройство.

Задача христианского наставника

Задачей христианского наставника является то, чтобы помочь своему подопечному понять и оценить происходящее с ним с библейской точки зрения и научиться смотреть на жизнь и смерть глазами Бога. Именно на данном этапе подопечному нужно объяснить истинную концепцию священности человеческой жизни, смерти и загробного бытия, а также указать евангельский путь спасения от проблем, бессмысленности и отчаяния и научить принципам христианской жизни.

Доктор Дж. Адамс профессор практического богословия Вестминстерской богословской семинарии в США сформулировал это так: "Задача духовного помощника - водворить Бога на подобающее Ему место. Существенно важно суметь воссоздать правильную картину, где Бог выполняет Свои цели для Своей славы. Сделать так - значит внести глубокие изменения в кризис и придать делу новое измерение. В таком случае человек начинает видеть, что Бог тоже задействован в этом кризисе"[43]

Он также утверждал, что если мы признаем всемогущество Бога и Его власть над кризисом, то мы познаем две истины:

1. у кризиса существуют пределы;

2. он обретает значение.

Тогда события нашей жизни нельзя назвать просто трагическими, без смысла и назначения. Человеку нужно показать, что кризис, если на него смотреть с точки зрения Бога, предназначен не для того, чтобы сломать его, а для того, чтобы он мог пробиться вперед.[44]

Надеюсь, что вышеприведенная теория помощи людям, находящихся в депрессивном состоянии, и будет полезна в применении для христианских лидеров, стремящихся помочь этим людям.

10. Практические предложения

Первое, чем могут помочь христианские общины людям, которые подвержены суицидальному мышлению, это, приняв такого человека в свою среду, помочь понять ему и ощутить, что он не одинок, помочь ощутить себя важным и нужным для людей и Бога. Это можно сделать через проявление к такому человеку особого внимания, через доверие ему определенной работы или служения. Разрешить проблему одиночества у такого человека, это значит лишить самоубийственные мысли основания.

В такого рода помощи могут быть полезны многие члены церкви. Заниматься же душепасторской помощью для предотвращения суицида, следует только подготовленным служителям церкви, чтобы не допустить пагубных ошибок.

Найти же контакт с людьми подверженными суицидальному мышлению можно, следуя описанными далее путями.

Обучение правильным взглядам

Церковь может внести свой неотъемлемый вклад в разрешение проблемы самоубийства, если будет активна в распространении христианских взглядов на вопросы смысла и ценности жизни, смерти и послесмертного бытия. Люди нуждаются в истинном знании того кто они есть, для чего живут и что их ожидает, а именно эти вопросы входят в компетенцию Церкви. И это следует делать не только путем внутрицерковного обучения через библейские разборы, проповеди, свидетельства, но и путем целенаправленных лекций, бесед, диспутов на уровне школ, институтов, других образовательных и социальных учреждений.

Через такие беседы и дискуссии будут выявляться нуждающиеся в помощи люди.

Создание горячих линий христианских телефонов доверия

Так же эффективным методом предотвращения суицида является организация христианских горячих линий телефонов доверия, по которым любой человек подверженный суицидальному образу мыслей мог бы в любое время обратиться за помощью. Во многих городах существуют такие социальные службы, которые доказали необходимость продолжения подобной работы. Церковь имея, данные Богом, богатые духовно-нравственные ресурсы для возрождения личности, может оказать действенную помощь людям, которые потеряли интерес к жизни, используя метод горячей линии телефона доверия.

В дальнейшем это может перерости в организацию специализированного центра душепасторской помощи людям, находящимся в кризисной ситуации, где должны работать не только духовно, но и психологически подготовленные люди.


11. Заключение

В ходе данного исследования мы ознакомились с основными взглядами либерального и консервативного лагеря относительно:

определения того, что можно считать самоубийством, а что нет;

наличия или отсутствия у человека морального права на самоубийство;

критериев для определения ценности человеческой жизни (определения на основании наличия определенных качеств или сущности).

Итогом данной работы являются семь основных выводов, которые были выведены в ходе всего рассуждения.

1. Самоубийство является безнравственным и греховным, с позиции христианской этики, действием, и как нравственный термин несет в себе морально отрицательную нагрузку.

2. Самоубийство следует отличать от акта самоуничтожения.

3.Самоубийством является преднамеренное лишение себя жизни путем совершения или отказа от совершения определенных действий, в котором преднамеренность определяется не фактом (или вероятностью факта) смерти, а наличием предшествовавших самоуничтожению (или попытке) планов и намерений убить себя.

4. Поступки самоуничтожения (или провоцирующие самоуничтожение) во имя спасения жизни других людей, в условиях неизбежности скорой смерти (по принуждению) и во имя сохранения верности Богу (только в том случае, когда следует выбрать: Бог или жизнь) не расцениваются как самоубийство, т.е. как безнравственный поступок, но являются морально оправданными действиями с точки зрения библейской этики.

5. Жизнь каждого человека священна не на основании приобретенных качеств, а на основании дарованного Богом права, быть носителем Образа и Подобия Бога, и наличия определенных взаимоотношений с Богом, инициатором которых Он Сам является, и это предает ценность как младенцу в утробе матери, так и престарелому инвалиду.

6. На основании этого человек не имеет морального права самопроизвольно прерывать свою жизнь насильственным образом, т.к. она является даром Создателя.

7. Передав человеку христианское осмысление вопросов смысла, ценности жизни и послесмертного бытия, используя эффективную стратегию душепасторской помощи (в данном случае рекомендована стратегия А. Эллиса), христианские лидеры могут оказать спасительное действие на людей с суицидальным мировоззрением.

Надеюсь, что данное исследование будет полезно христианским лидерам для более глубокого осмысления вопроса самоубийства в контексте современных плюралистических мировоззрений и укажет пути практической помощи людям, которые хотят покончить с собой. В данной работе я стремился более определить то, что же является самоубийством и как следует к нему относиться с позиций христианской этики, нежели то, как самоубийство влияет на спасение души. И, на мой взгляд, это удалось. В дальнейшем для, углубления исследования в данном вопросе, следует уделить более пристальное внимание темам:

1. "Околосуицидального" характера: современные взгляды на вопрос смысла жизни и смерти;

2. Гипотезам о влиянии самоубийства, с учетом данного здесь определения, на спасение души, в рамках арминианского и кальвинистского богословия;

3. О путях практической христианской помощи людям страдающим суицидальным мировоззрением.

Церковь Иисуса Христа обладает мощными душеспасительными ресурсами такими как обоснованная надежда на лучшее будущее, вера, любовь, незыблемые духовно-нравственные ориентиры, и использовать их для спасения людей потерявших интерес к жизни - прямая обязанность Церкви.


БИБЛИОГРАФИЯ

Русская литература:

1. Болотов В.В "История древней Церкви"., том II,

2. Газета Московский комсомолец, 12.10.1991, стр. 4.

3. Газета Московский комсомолец, 25.09.1990, стр. 3.

4. Газета "Труд", 1.02.1991, стр.4.

5. Джонсон Т., доклад "Почему жизнь человека имеет ценность?", г. Симферополь Международный симпозиум на тему "Христианство, Гуманизм, Здоровье", 12-13.10.1996г

6. Еврейская Энциклопедия, репринтное воспроизведение издания Общества для Научных Еврейских Изданий и издательства Брокгауз и Ефрон, Издательство "ТЕРРА", Москва 1991г., том XIII.

7. Камю А. "Бунтующий человек", Политиздат 1990 г.,

8. Кьеркегор С., "Болезнь к смерти", издательство "Республика", г. Москва, 1993г.

9. Лаврин А. "Хроники Харона", издательство "Московский рабочий" 1992г.

10.Мак-Ги Р., Поиск значимости, издательство "Логос", 1994 г.

11.Солодовников В. "Демон самоубийства", газета Московский комсомолец, 2.06.1990г.,

12.Трофимов С., "Жить не хочется", Газета Московская окраина, 31.08.1996г.,стр.6.

13.Хагс С., "Друг в нужде или как помочь людям в решении их проблем.", издательство Библия для всех, 1994 г

14.Эрик Берн, "Введение в психиатрию и психоанализ", С-Петербург: Издательство международного фонда истории науки, 1991.

Английская литература:

1. Agnes Noble, I Survived My Husband’s Suicide, the magazine Home Life, october 1990, p.p.23-24.

2. Charles W. Taylor, The Skilled Pastor, Minneapolis: Fortress Press, 1991.

3. Kay Palmer, Suicide Survivors, the magazine Home Life, september 1994, p.26- 28.

4. Life-Sustaining Technology and the Elderly, Washington, DC: U.S. Goverment Printing Office, 1987.

5. Richard B. Brandt , " The Morality and Rationality of Suicide", reprented in Biomedical Ethics, New York: McGraw-Hill Book Co., 1986, p.p. 337- 343.

6. Stanley Hauerwas, Theological Reflections on Medicine, the Mentally Handicapped, and the Church, University of Notre Dame Press, 1983.

7. Tom L. Beachamp and James F. Childress, Principles of Biomedical Ethics, New York; Oxford University Press.

8. Tom L. Beachamp, "Suicide", in Matter of Life and Death, Philadelphia: Templ University Press, 1980.

9. J.P. Moreland "The Morality of Suicide: Issues and Options", The Magazin "Bibliotheka Sacra", April-June 1991, Dallas Seminary Press 1991,


(= Вопрос самоубийства)

В Орле произошло двойное самоубийство молодых девушек. По некоторым данным, они познакомились через интернет: одна из погибших жила в Орле, другая - в Псковской области.

Трупы девушек были обнаружены вечером в минувшую пятницу, 26 августа, у здания недостроенного типографского комплекса. На место происшествия немедленно выехала следственно-оперативная группа, состоявшая из сотрудников областной прокуратуры, УВД области и Заводского РОВД. Почти сразу же была выдвинута версия о самоубийстве.

Тела погибших лежали возле здания, на верхушке рядом стоящего дерева был сломан сук - по версии следствия, перед прыжком из здания девушки взялись за руки, однако при падении напоролись на сук и руки разжали. На телах обеих девушек были многочисленные ссадины и переломы, характерные для падения с высоты.

Тела погибших и недостроенное здание типографского комплекса были тщательно обследованы. Следствие укрепилось в версии самоубийства. В карманах одежды у девушек нашли российские паспорта. Обе погибшие были не замужем, одна из них - 22-летняя жительница Орла, ее 25-летняя подруга приехала из города Великие Луки Псковской области.

У обеих девушек в карманах одежды оперативники обнаружили ножи. У погибшей из Псковской области были обнаружены две предсмертные записки. В них девушки обращаются к своим родственникам и знакомым. Одна из погибших просит, чтобы ее тело после смерти кремировали, а прах развеяли. В обеих записках написано, что им все надоело в жизни.

Правоохранительные органы проводят тщательную проверку произошедшего, устанавливается круг общения девушек, выясняют и детально изучают их образ жизни. По информации ИА REGNUM, погибшие познакомились через интернет.

На прошлой неделе в Москве произошло подобное двойное самоубийство

Также на прошлой неделе в Москве произошло похожее двойное самоубийство. В ночь на вторник около 02:15 на земле у одного из подъездов дома 11 по улице Наметкина и на козырьке того же подъезда были обнаружены тела двух несовершеннолетних москвичек, 1989 и 1988 года рождения.

Как установила экспертиза, смерть девушек наступила в результате падения с высоты 16-го этажа. В подъезде были обнаружены личные вещи погибших. Черемушкинская межрайонная прокуратура возбудила и расследует уголовное дело по статье 110 УК РФ (доведение до самоубийства).

Родители трагически погибших 16-летней Ульяны Князевой и 17-летней Екатерины Золкиной не верят, что девочки выбросились из окна, и утверждают, что это было убийство. Некоторые детали происшествия также заставляют поставить под сомнение версию о самоубийстве.

Случаи группового суицида в России

По данным агентства социальной безопасности, в России уровень самоубийств в молодежной среде составляет 53 случая на 100 тыс. населения. В последние годы в России совершается ежегодно около 55 тыс. самоубийств, а убийств - около 40 тысяч.

Так, 19 декабря 2001 года две сестры 1986 и 1990 года рождения совершили в Гомеле самоубийство, выбросившись из окна восьмого этажа. При погибших обнаружены записки "Мама, ты нас убила" и "Прощай, ты больше нас не увидишь".

3 ноября 2001 года в Великом Новгороде около 11 часов вечера с крыши 9-этажного здания спрыгнули две девушки. Одна из них, 17-летняя одиннадцатиклассница городской гимназии, скончалась на месте. Вторая выжила, но в крайне тяжелом состоянии была доставлена в Новгородскую областную клиническую больницу. Выяснилось, что непосредственно перед ЧП обе девушки не смогли попасть на концерт их любимой группы.

В мае 2002 года 13-летние мальчик и девочка покончили жизнь самоубийством в городе Коммунар Гатчинского района Ленинградской области, прыгнув с крыши 9-этажного дома N16-A по Гатчинскому шоссе. Оба школьника разбились насмерть. Дети оказались жителями города Коммунар, девочка училась в 7-м классе местной школы-интерната, мальчик - в 7-м классе одной из Гатчинских школ. По одной из версий, причиной самоубийства стала подростковая любовь.

4 февраля 2002 года в подмосковной Коломне покончили жизнь самоубийством 15-летняя Таня Афонина и 14-летняя Света Егорова, также спрыгнув с крыши 9-этажки. На чердачной стене злополучного дома на набережной Дмитрия Донского остался странный рисунок: девушка на облаке и подпись "Света, Таня, Миша". Что означал этот рисунок, узнать не удалось.

Девочки погибли мгновенно от множественных переломов и разрывов внутренних органов. По заключению милиции, Света прыгнула первой и потянула за собой Таню. Девочки оставили родным записки.

Япония - страна группового суицида через интернет

Особенно популярен групповой суицид через интернет в Японии. Чаще всего на самоубийство решаются те, кого называют в Японии "потерянным поколением". В эту группу входят молодые люди в возрасте от 15 до 34 лет. Это люди, у которых почти отсутствует профессиональный навык, которые постоянно меняют место работы или вообще не хотят работать.

По данным министерства здравоохранения, число таких молодых людей уже превысило 500 тыс. человек и с каждым годом продолжает увеличиваться. В полицию стали поступать многочисленные звонки с требованием немедленно закрыть сайты, которые пропагандируют самоубийства, завлекая молодых людей и толкая их на необдуманный шаг. Каждый день кончают с собой около 100 японцев.

Власти пока ограничиваются лишь цитированием статей конституции, гарантирующих свободу слова. А в печати ведется широкое обсуждение этой проблемы.

По данным национального агентства полиции, в Японии только в прошлом году с помощью 34 сайтов покончили жизнь самоубийством 34 тыс. 427 человек. В этом году для желающих уйти из жизни открылись еще 20 сайтов.

О договорах через интернет о совместном самоубийстве стали широко говорить с февраля 2003 года, когда мужчину и двух женщин нашли мертвыми в пустой квартире в предместье Токио.

В 2003 году больше всего самоубийств совершили люди старше 60 лет - 33% от общего количества. За ними следуют люди в возрасте 40-50 лет: как правило, это мужчины, которые лишились рабочего места во время кризиса и имеют трудности с выплатой долгов. Но в последнее время резко увеличилось число самоубийств среди молодых людей в возрасте 30 лет и даже среди детей.

В 2002 году число самоубийств среди 20-летних подростков повысилось на 22%. Эта категория чаще всего обращается к интернету, чтобы получить совет, как покончить с собой. Специалисты не призывают запретить сайты для самоубийц, они даже отмечают, что на них помещено много сообщений, поощряющих молодых людей начать поиски работы. Но количество пользователей, заходящих на эти сайты, чтобы дать молодым совет, как жить дальше, намного меньше.

Японские сайты предлагают всем желающим разные способы суицида

Онлайновые клубы самоубийц появились еще в конце 90-х годов и получили распространение практически по всему миру. Но в Японии, занимающей первое место среди индустриально развитых стран по числу самоубийств на душу населения, стремительное распространение этого явления в последнее время стало тревожным фактом.

Японцы совершают суицид, открыв газовые конфорки или травятся угарным газом, закрывшись в машинах. Но некоторые молодые японцы предпочитают уходить из жизни традиционым способом - делая себе харакири (сэппуку). Существуют даже специальные поминальные сайты, на которых в подробностях описано, каким образом тот или иной человек покончил с собой.

В Стране восходящего солнца суицид традиционно рассматривается как благородный выход из позорной ситуации. Экономический кризис в Японии вызвал резкое увеличение числа суицидов, связанных с потерей работы, банкротством или невозможностью расплатиться с долгами.

Япония прочно занимает позиции одного из мировых лидеров и по средней продолжительности жизни, и по высокой статистике суицида. Социально регламентированное самоубийство с древности было одной из черт японской национальной культуры. С началом индустриальной эпохи количество самоубийц возросло вдвое.

Все виды самоубийств в традиционной японской культуре строго регламентированы и имеют свои названия. Докуяку дзисацу - самоубийство ядом, или снотворным. Дзисю дзисацу - утопление. Тоосин дзисацу - броситься с высоты. Харакири (сэппуку), дословно "разрезание живота" - самый известный национальный вид ритуального самоубийства.

Некоторые политики считают, что пришла пора установить для сайтов, рекламирующих самоубийства, жесткие правила или вообще закрыть их. Интернет-сайты, нередко оформленные в зловещем черном цвете, снимают с себя ответственность за опасность своего содержания. В них имеются диалоговые окна, в которых пользователи сообщают о своем желании умереть и обмениваются идеями о том, каким способом лучше уйти из жизни.

Некоторые сайты публикуют "покупательские списки", в которых предлагается соответствующее оборудование. Один из таких сайтов получил известность в 1998 году: 27-летний преподаватель продавал через интернет таблетки с цианистым калием. Связь между смертью людей и функционированием этого сайта была доказана, в результате чего он был закрыт. Преподаватель, подвергшийся уголовному преследованию, покончил с собой.


[1] Лаврин А.“Хроники Харона”,издательство”Московский рабочий” 1992г., стр.11.

[2] Там же стр.30.

[3] Там же стр. 272-273.

[4] Трофимов С., “Жить не хочется”, Газета Московская окраина, 31.08.1996г.,стр.6.

[5] Газета “Труд”, 1.02.1991, стр.4.

[6] Солодовников В. “Демон самоубийства”, газета Московский комсомолец, 2.06.1990г., стр.4.

[7] Там же.

[8] Камю А.”Бунтующий человек”, Политиздат 1990 г., стр.24.

[9] Болотов В.В “История древней Церкви”., том II, стр.148

[10] Tom L. Beachamp and James F. Childress, Principles of Biomedical Ethics, New York; Oxford University Press, p.p.93-95.(здесьидалеепереводавтора).

[11] Tom L. Beachamp and James F. Childress, Principles of Biomedical Ethics, New York; Oxford University Press, p.p. 93-95.

[12] Stanley Hauerwas, Theological Reflections on Medicine, the Mentally Handicapped, and the Church, University of Notre Dame Press, 1983, p.p. 103-105.

[13] J.P. Moreland “The Morality of Suicide: Issues and Options”, The Magazin “Bibliotheka Sacra”, April-June 1991, Dallas Seminary Press 1991, p.217.

[14] Tom L. Beachamp, “Suicide”, in Matter of Life and Death, Philadelphia: Templ University Press, 1980, p.p. 75-77.

[15] Тамже p. 75-77.

[16] Life-Sustaining Technology and the Elderly, Washington, DC: U.S. Goverment Printing Office, 1987, p. 150.

[17] Там же p. 150.

[18] Еврейская Энциклопедия, репринтное воспроизведение издания Общества для Научных Еврейских Изданий и издательства Брокгауз и Ефрон, Издательство “ТЕРРА”, Москва 1991г., том XIII, стр.

[19] Газета Московский комсомолец, 25.09.1990, стр.3.

[20] Газета Московский комсомолец, 25.09.1990, стр.3.

[21] Там же, стр. 3.

[22] Газета Московский комсомолец, 12.10.1991, стр.4.

[23] Richard B. Brandt , “ The Morality and Rationality of Suicide”, reprinted in Biomedical Ethics, New York: McGraw-Hill Book Co., 1986, p.p. 337-343.

[24] Richard B. Brandt , “ The Morality and Rationality of Suicide”, reprinted in Biomedical Ethics, New York: McGraw-Hill Book Co., 1986, p.p. 337-343.

[25] Beauchamp and Childress, p.p. 93-101.

[26] J.P. Moreland “The Morality of Suicide: Issues and Options”, The Magazine “Bibliotheka Sacra”, April-June 1991, Dallas Seminary Press 1991, p.221-225.

[27] Stanley Hauerwas, Theological Reflections on Medicine, the Mentally Handicapped, and the Church, University of Notre Dame Press, 1983, p.p. 103-105.

[28] Stanley Hauerwas, Theological Reflections on Medicine, the Mentally Handicapped, and the Church, University of Notre Dame Press, 1983, p.p. 103-105.

[29] Джонсон Т., доклад “Почему жизнь человека имеет ценность?”, г. Симферополь Международный симпозиум на тему “Христианство, Гуманизм, Здоровье”, 12-13.10.1996.

[30] John B. Cobb “Living options in protestant theology”, Philadelphia: Westminster Press, MCMLXII, p. 252-256.

[31] Кьеркегор С., “Болезнь к смерти”, издательство “Республика” г. Москва, 1993 г., стр. 281-298.

[32] Джонсон Т., доклад “Почему жизнь человека имеет ценность?”, г. Симферополь Международный симпозиум на тему “Христианство, Гуманизм, Здоровье”, 12-13.10.1996.

[33] Charles W. Taylor, The Skilled Pastor, Minneapolis: Fortress Press, 1991, p.p. 65-68.

[34] Хагс С., “Друг в нужде или как помочь людям в решении их проблем.”, издательство Библия для всех, 1994 г., стр.65.

[35] Charles W. Taylor, The Skilled Pastor, Minneapolis: Fortress Press, 1991,p.65-68.

[36] Charles W. Taylor, The Skilled Pastor, Minneapolis: Fortress Press, 1991,p.65-68.

[37] Эрик Берн, “Введение в психиатрию и психоанализ”, С-Петербург: Издательство международного фонда истории науки, 1991, стр. 44.

[38] Хагс С., “Друг в нужде или как помочь людям в решении их проблем.”, издательство Библия для всех, 1994 г., стр.91-92.

[39] Хагс С., “Друг в нужде или как помочь людям в решении их проблем.”, издательство Библия для всех, 1994 г., стр. 71.

[40] Хагс С., “Друг в нужде или как помочь людям в решении их проблем.”, издательство Библия для всех, 1994 г., стр. 73.

[41] Там же, 1994 г., стр. 74.

[42] Там же, 1994 г., стр. 74.

[43] . Хагс С., “Друг в нужде или как помочь людям в решении их проблем.”, издательство Библия для всех, 1994 г., стр. 99.

[44] Там же стр. 99

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий