регистрация /  вход

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое (стр. 1 из 3)

Министерство внутренних дел Украины

Университет внутренних дел

Кафедра философии и политологии

Реферат на тему:

«Добро и зло в произведении Ницше «Человеческое, слишком человеческое»

Выполнил:

курсант гр.217

рядовой милиции

Дрыжакова О.А.

Проверил:

доцент,

кандидат философских наук

подполковник милиции

Шаповал В.Н.

Харьков, 2000

План.

1. Вступление. О произведении «Человеческое, слишком человеческое».

2. Хорошее и плохое в одном лице.

3. Виновен или невиновен человек.

4. Значение влияния морали.

5. Двойственность источника понятия добра и зла.

6. Как мы разделяем нравственное и безнравственное.

7. Из чего проистекают злые поступки.

8. Судить – ошибаться.

9. Негативные моменты сострадания.

10. Человек – господин своих добродетелей.

11. Заключение.

В мае 1878 г. была опубликована книга Ницше «Человеческое, слишком человеческое» с подзаголовком «Книга для свободных умов». В ней автор публично и без особых церемоний порвал с прошлым и его ценностями. Работу над книгой Ницше начал в Соренто, куда он вынужден был перехать осенью 1876 г., прервав по состоянию здоровья университетские лекции и взяв годичный отпуск. 1-ый том вышел в свет в мае 1878 г. в издательстве Э.Шмейцнера в Хемнице. Одна из версий случившегося усматривает причину поворота в воздействии на Ницше его «злого демона» - философа и психолога Пауля Рэ (1849 - 1901), с которым Ницше тесно сдружился, живя в Сорренто.

Несомненно, дружба с Рэ сыграла известную роль в переломе ницшевского мировоззрения, но Ницше уже до этого знакомства явно охладел к вагнерианству и метафизике немецкого идеализма. В Пауле Рэ он нашел не вдохновителя, а единомышленника.

В этом произведении видим едва ли не постоянный незаметный призыв к перевороту всех привычных оценок и ценимых привычек. Как? Все это только - человеческое, слишком человеческое? К этому вздоху приводит чтение произведения. Читатель испытывает некоторого рода пугливость и недоверие, его немало искушает и поощряет к защите худших вещей мысль: а что, если это - только наилучшим образом оклеветанные вещи?

В произведении Ницше показывает своё отношение к различным отраслям жизни. Он выискивает её укромные закаулки «в которых жизнь развита менее всего », что бы приложить там свои усилия и свои добродетели. В одной части философ выделяет отдельную проблему и рассматривает её. Он показывает её сущность, её значимость, повергая нас в воспоминания из собственной жизни. А как же я отношусь к этому? Почему я раньше над этим не задумывался? И мы читаем, размышляем, а дальше соглашаемся или не соглашаемся с его идеями. Чаще первое, потому что на каждую идею у Ницше имеются достаточные основания и доказательства. Так как примеру, надежду Ницше называет худшим из зол, потому что она удлинняет мучение людей: «чтобы человек, сколько бы его ни мучили иные бедствия, не бросал жизни, а всегда вновь давал бы себя мучить ».

В жизни не существует абсолютных истин. Как и нет идеального эталона, которым можно было бы измерить и сказать: «Да, этот человек поступает плохо!». Зато, есть огромное количество вещей на которые можно посмотреть с нескольких противоположных сторон. Так, к примеру, человек украл деньги у соседа. О, какой отвратительный поступок… Украсть, да ещё у соседа? Как можно? А этот человек на украденные деньги вылечил свою смертельно больную мать. И, вообще, обворованный сосед очень злой и жадный. Теперь у нас абсолютно другое отношение к вору, ведь родителей нужно любить и беречь. Разве другие не сделал бы такого для своей матери? Сделали бы. И поэтому мы не знаем: осуждать этого человека или хвалить. Наше главное преступление против преступников состоит в том, что мы относимся к ним как к негодяям. Благо в реальной жизни есть закон, он и являеться критерием справедливости, но это уже другой вопрос.

Как же мы делаем кого-либо виновным и ответственным? Этот процесс протекает в следующих главных фазах. Сперва отдельные действия люди задают как хорошие или дурные совершенно независимо от их мотивов, а исключительно в силу их полезных или вредных последствии. Но вскоре общество забывает о происхождении этих ограничений и мнит, что самим поступкам, без отношения к их следствиям, присуще качество «хороших» и «плохих». Ницше называет это такой же ошибкой, как и то, что под словом камень мы понимаем, как предмет твердый сам по себе, или дерево, как зеленое само по себе. То, что на самом деле есть следствие, принимается за причину. Затем качество хорошего или дурного вкладывают в мотивы. Дальше предикат добра или зла приписывают уже не отдельному мотиву, а всему существу человека, из которого исходит мотив, как растение произрастает из почвы. Так постепенно человека делают ответственным сперва за результаты его действий, затем за его поступки, затем за его мотивы и, наконец, за его существо. «Но в заключение обнаруживается, что и это существо не может быть ответственно, поскольку оно всецело есть необходимое следствие и произрастает из элементов и влияний прошедших и настоящих условий; что, следовательно, человек не ответствен ни за что — ни за свое существо, ни за свои мотивы, ни за свои поступки, ни за результаты своих действий. Таким образом познается, что история моральных чувств есть история заблуждения - заблуждения об ответственности, которое, в свою очередь, покоится на заблуждении о свободе воли. » Следовательно никто не ответствен за свои дела. Так как вина не наказывается, даже если бы вообще существовала вина: она лежит на воспитателях, родителях, на окружающей среде, а не на преступнике - имеются в виду побудительные причины. Что же Ницше подразумевает под причинами? Так он считает что не ошибешься, если исключительные поступки будешь объяснять тщеславием, посредственные — привычкой и мелкие — страхом. Судить — значит быть несправедливым, даже когда личность судит сама себя. «Указанное положение ясно, как солнечный свет, — и все же тут каждый предпочтет вернуться в тень и в неправду — из страха перед последствиями. »

Раскалятся ли наши страсти до максимума и будут ли они управлять нашими действиями зависит от того, испытал ли человек в течении жизни потрясения и неизгладимые впечатления или нет, например впечатление от убийства несправедливо осужденного отца, неверности жены. Никто не знает, куда могут привести эти обстоятельства, сострадание, негодование, — никто не знает степени своей возбудимости. Жалкие мелкие условия делают человека жалким не количеством переживаний, а их качеством которое определят низость и значительность человека в добре и зле.

Так же Ницше проанализировал связь падения нравственности с ростом свободы человека. Он полагал, что свободный человек «хочет во всем зависеть от самого себя, а не от какой-либо традиции ». Последнюю он считал «высшим авторитетом, которому повинуются не оттого, что он велит нам полезное, а оттого, что он вообще велит ». А отсюда следовало еще пока не высказанное, но уже прочерченное отношение к морали как к чему-то относительному, так как поступок, нарушающий сложившуюся традицию, всегда выглядит безнравственным, даже и в том случае, если в его основе лежат мотивы, сами положившие начало традиции. «Зверь в нас должен быть обманут; мораль есть вынужденная ложь, без которой он растерзал бы нас. Без заблуждений, которые лежат в основе моральных допущений, человек остался бы зверем. Теперь же он признал себя чем-то высшим и поставил над собой строгие законы. » Соблюдение морали даже не всегда являеться желательным для общества, а точнее полезным. Так, например, добродушие более энергичный двигатель культуры, чем прославленные обнаружения морали, такие как сострадание, милосердие и самопожертвование. Так, сострадания необходимо избегать не потому, что оно являеться для слабых утешением, а в силу свойства сострадания показывать страдающим, что, несмотря на всю их слабость, у них по крайней мере есть еще одна сила - причинять боль. Несчастный получает своеобразное удовольствие от этого чувства превосходства, ведь он все еще достаточно значителен, чтобы причинять миру страдания. Примерно три четверти всех вопросов и ответов при общении направлены на причинение собеседнику боли. Именно поэтому так много людей жаждут общества: оно дает им сознание их силы.

Так же неверно распространенное мнение, что характер, имеющий неоспоримое влияние на поступки и мотивы человека, неизменен. Напротив, это утверждение означает лишь то, что в течение жизни человека, относительно краткой по продолжительности, воздействующие мотивы, события, поступки других не могут задевать достаточно глубоко, чтобы стереть запечатлевшиеся черты многих тысячелетий. Но если мы вообразим себе человека многотысячелетнего возраста, то в нем можно было бы увидеть даже абсолютно изменчивый характер, так что из него постепенно развивалось бы множество различных индивидов. Краткость человеческой жизни склоняет ко многим ошибочным утверждениям о свойствах человека.

Двойственен и источник понятия добра и зла. У Ницше он содержится, во-первых, в душе господствующих родов и каст. Здесь называется хорошим тот, кто бывает истинно благодарным и истинно мстительным, то есть тот, кто в состоянии отплачивать добром за добро и злом за зло. А дурным - кто бессилен и не может совершать возмездия. И в зависимости от своих личных качеств человек принадлежит к общине или бессильной толпе. Хорошие суть каста, дурные — масса, подобная пыли. Добро и зло означают в течение известного времени то же, что знатность и ничтожность, господин и раб. Даже врага не считают дурным: он способен к возмездию. Считается дурным не тот, кто причиняет нам вред, а только тот, кто возбуждает презрение и отвращение. В общине хороших добро наследуется, и дурной не может вырасти из столь хорошей почвы. Но если кто-либо из хороших делает нечто недостойное, то пытаються выкрутиться, чаще всего списывая вину на Бога. Во-вторых, источник добра и зла содержиться в душе бессильных. «Здесь всякий иной человек считается враждебным, бессовестным, насилующим, жестоким, хитрым, будь он знатного или низкого происхождения. «Злой» есть здесь эпитет каждого человека и даже каждого допускаемого живого существа, например Бога; человеческое, божественное равносильно дьявольскому, злому. Признаки благости, сострадания, готовности помочь воспринимаются боязливо, как козни, как преддверие ужасного исхода, как обман и хитрость — словом, как утончённая злоба .» Если человек так настроен, то не может быть речи о полноценном общении, а в лучшем случае может возникнуть лишь его грубейшая форма. И поэтому везде, где преобладает такое понимание добра и зла, близка гибель отдельных людей.