регистрация / вход

Гражданско-правовая охрана жизни и здоровья

Право человека на компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью. Основания возникновения и субъекты обязательств вследствие его причинения. Особенности личных неимущественных прав. Ответственность и возмещение за нанесенный зоровью и жизни вред.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ ГРАЖДАНСКО - ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ

1.1 Право человека на компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью

1.2 Основания возникновения и субъекты обязательств вследствие причинения вреда

1.3 Способы зашиты жизни и здоровья в системе личных неимущественных прав

ГЛАВА 2. ОХРАНА ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ В ОТДЕЛЬНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЯХ

2.1 Гражданско-правовая охрана здоровья и жизни пациента

2.2 Ответственность перевозчика за причинение вреда жизни и здоровью

2.3 Возмещение вреда жизни и здоровью военнослужащих

2.4 Ответственность за вред, причиненный в связи со смертью гражданина или повреждением его здоровья при исполнении трудовых обязанностей

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. В современном обществе права человека имеют первостепенное значение. Права человека — это определенные нормативно — структурированные свойства и особенности бытия личности, которые выражают его свободу и являются неотъемлемыми и необходимыми способами и условиями его жизни, ее взаимоотношений с обществом, государством, другими субъектами. Права человека не отчуждаемы. Никто не может лишить человека его естественных прав - на жизнь, на здоровье, на личную неприкосновенность, свободный выбор способов своей жизнедеятельности, свободу совести, мнений, убеждений, автономию в сфере частной жизни и других прав. Современный мир невозможно представить без прав человека, которые основаны на принципах свободы, равенства, справедливости и носят универсальный характер.

Права человека — это ценностный ориентир, позволяющий применять «человеческое измерение» не только к государству, праву, закону, законности, правовому порядку, но и к гражданскому обществу, поскольку степень зрелости и развитости последнего зависит в значительной мере от состояния дел с правом человека, от объема этих прав и их реализации.

Анализ становления и развития прав человека позволяет определить и уровень развития цивилизации, поскольку отношения человека и государства - важнейший признак, характеризирующий ту или иною цивилизацию, а государство, как правовое или неправовое. Права человека возникают и развиваются в различных регионах мира разновременно и соотносятся с культурой, философией, религией, мировоззрением, моралью, определяющими характер той или иной цивилизации. Исходя из этого, подлинная природа государства раскрывается через права человека, через место и роль индивида в обществе, через его взаимоотношения с государством.

Степень регулирования чисто гражданских личных неимущественных отношений, особенно права на жизнь и здоровье, пока не соответствует положению, которое личность должна занимать в обществе. Вместе с тем наблюдающееся расширение круга личных неимущественных отношений, подлежащих гражданско-правовой регламентации, вполне закономерно ибо гражданское право исконно должно регулировать и осуществлять охрану и защиту прав человеческой личности, сфер ее свободы и самоопределения. Анализ личных неимущественных прав, особенно права на жизнь и здоровье, имеет весьма важное значение для науки, законодательства и практики, с точки зрения нам более полной и эффективной защиты прав человека и развития его индивидуальности.

Гражданский кодекс как бы закрепляет приоритет имущественных прав перед личными неимущественными. Такое положение не соответствует правовому статусу личности в правовом государстве и социальной значимости личных неимущественных прав, что обусловливает актуальность дальнейшей разработки проблем личных неимущественных прав в целях совершенствования гражданского законодательства. Некоторые вопросы, имеющие важное теоретическое и практическое значение, остались дискуссионными, в частности, вопрос о признании (или непризнании) позитивного содержания личных неимущественных прав и их регулировании (или только защиты) гражданским законодательством. Таким образом, социальная значимость личных неимущественных прав, необходимость их кодификации, недостаточная теоретическая разработка и дискуссионность многих вопросов, особенно права на жизнь и здоровье, и обусловили выбор нами темы исследования.

Степень разработанности проблемы. Вопросы и общие аспекты проблемы регулирования, защиты личных неимущественных прав привлекали внимание ученых давно. Правовые вопросы личных неимущественных прав граждан были предметом исследования таких авторов как Агарков М.М., Ардашева М.Н., Бакунин С.К., Братусь С.Н., Вершинин А.П., Голубев К.И., Егоров И.Л.,Жакенов В.А., Иоффе О.С., Каликова Г.Л., Красавчиков О.А., Красавчикова Л.О., Красновский Г.Н., Малеин Н.С., Малеиной М.Н., Масляев А.И., Мезрин Б.И., Михайлова И.А., Мозолин В.П., Мохов А.А., Нохрина М.Л., Павлова Е.В., Пешкова О.А., Пищита А.Н., Путило Н.В., Ромовская 3.В., Рясенцев В.А., Савицкая А.Н., Садиков О.Н., Сараев Д.В., Соловьев В.П., Суханов Е.А., Суховерхий В.Л., Тер-Акопов А.А., Толстой В.С., Флейшиц Е.А., Шершеневич Г.Ф., Эрделевский А.М. и многие другие.

Предмет исследования - составили гражданско-правовые проблемы права на жизнь и здоровье, последствия их нарушения, способы реализации и защиты этих прав.

Цель исследования. Хотя общие вопросы проблемы личных прав в какой-то мере и изучены, тем не менее, однако вопросы конкретные виды личных прав, их содержание, способы реализации и т.д., перечисленные в ГК РФ, остались вне поля зрения ученых. Законодательные формы и способы их регулирования, закрепленные в законе, остаются не решенными, и поэтому вызывают споры и дискуссии и в науке, и на практике.

Главной целью нашего исследования является анализ законодательство РФ в сфере гражданско-правового регулирования и защиты права на жизнь и здоровье, анализ сущности и определения понятий прав на жизнь и здоровье, юридических границ жизни (ее начало и конец), права на рождение, права на достойное существование, права на сохранение жизни, права на нормальное протекание конца жизни, на владение, пользование и распоряжение своим здоровьем, способов и форм их защиты.

Постановкой общей цели продиктованы и более конкретные задачи исследования:

- определение природы, места и роли личных неимущественных отношений в предмете гражданско-правового регулирования;

- выявление характерных особенностей личных неимущественных прав;

- определение понятий права на жизнь и право на здоровье;

- определение содержания права на жизнь и права на здоровье;

- определение способов защиты за нарушения право на жизнь и право на здоровье;

- выявление недостатков и пробелов в правовом регулировании права на жизнь и здоровье в действующем законодательстве, а также выработка научно обоснованных рекомендаций по его совершенствованию.

Методы исследования. Проведенное исследование опирается на диалектический метод научного познания явлений окружающей действительности, отражающий взаимосвязь теории и практики. Обоснование положений, выводов и рекомендаций, содержащихся в дипломной работе, осуществлено путем комплексного применения следующих методов социально-правового исследования: историко-правового, статистического и логико-юридического.

Структура работы. Диплом состоит из введения, двух глав, объединяющих семь параграфов, заключения, списка использованных источников и литературы.


ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ ГРАЖДАНСКО - ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ

1.1 Право человека на компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью

В современных условиях человек как биологический вид и как личность стал объектом постоянного воздействия всякого рода факторов, угрожающих его жизни или здоровью. Участившиеся в последнее время явления стихийного характера и иные экологические катастрофы, многие из которых порождены причинами техногенного характера, собственно техногенные аварии и крупномасштабные катастрофы, войны, межнациональные, межконфессиональные и иные вооруженные конфликты, возрастающее число преступных посягательств на жизнь и здоровье человека, эпидемии и пандемии, опережающее развитие техники по сравнению с техникой безопасности, действие всякого рода энергетических источников, происхождение которых порой не изучено, - все это и многое другое создает обстановку, в которой человек практически никогда и нигде не чувствует себя надежно защищенным, а государство не в состоянии гарантировать ему абсолютную личную безопасность. В таких условиях невозможно полноценно жить, продуктивно трудиться, иметь семью и гарантировать безопасность детей и т.п. Это создает для человека непроходящую стрессовую ситуацию, под воздействием которой люди опять-таки совершают всякого рода аварии, преступления, самоубийства и иные действия, причиняющие или могущие причинить вред жизни или здоровью других людей. Возникает своеобразный порочный круг, в котором постоянно воспроизводится угроза опасности не только отдельной личности, но и человеческому обществу в целом. Для выхода из этого круга, для обеспечения безопасности настоящего и будущих поколений человечество обязано использовать все имеющиеся в его арсенале средства, как технические и естественнонаучные, так и гуманитарные, в числе которых важная роль принадлежит праву. Каждая отрасль права решает проблемы обеспечения личной безопасности человека в обществе присущими ей методами, способами и правовыми средствами, о которых нет необходимости подробно говорить в настоящей работе. Гораздо более важным представляется найти между различными правовыми отраслями точки соприкосновения, с тем чтобы решать указанные проблемы в комплексе, точнее сказать, в гармонии, добиваться того, чтобы нормы одних отраслей права не блокировали нормы других отраслей, направленные на достижение общей цели. Цементирующим началом, способным объединить для решения проблемы безопасности человека самые разные правовые средства, является идея признания, соблюдения, всемерной охраны и защиты прав и свобод человека как обязанности государства. Будучи закрепленной в ст. 2 Конституции РФ, эта идея пронизывает все отрасли права и значительное число правовых институтов.

Права и свободы человека, поскольку они подлежат охране и защите, реализуются прежде всего в охранительных правоотношениях, которые возникают во всех отраслях права. Если говорить о физической безопасности человека, то речь следует вести прежде всего о его праве на жизнь, здоровье и на благоприятную окружающую среду, что образует единый блок прав, обусловливающих физическое существование человека. В гражданском праве одним из таких охранительных правоотношений (разумеется, далеко не единственным) является правоотношение по компенсации вреда, причиненного жизни и здоровью. По традиции это правоотношение принято определять как охранительное обязательственное правоотношение, основанием возникновения которого является правонарушение (deliktum), а потому данное обязательство принято именовать деликтным. В данном охранительном правоотношении, как, впрочем, и во всех гражданско-правовых обязательствах, главенствующая роль отводится регламентации и изучению обязанности возместить причиненный вред. Право на компенсацию такого вреда в гражданском праве понимается лишь как право потерпевшего или иных управомоченных лиц требовать его возмещения от самого причинителя вреда или от иных лиц, на которых такая обязанность возложена законом. Господствующей, хотя и не единственной, является позиция, согласно которой обязанность по возмещению вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевшего, является не чем иным, как разновидностью гражданско-правовой ответственности[1] . Такой подход в принципе не вызывал бы возражений, если бы с его помощью могли быть раскрыты сущность и правовая природа всех правоотношений по компенсации вреда, причиненного жизни или здоровью, возникающих не только из деликта, но и из других юридических фактов. Действительно, если исходить из того, что единственным основанием возникновения права на компенсацию вреда, причиненного жизни или здоровью, является правонарушение как общественно опасное противоправное виновное деяние, тогда обязанность по возмещению вреда действительно расценивалась бы лишь как гражданско-правовая ответственность, так как делинквент был бы вынужден претерпевать дополнительные имущественные лишения, которые он не понес бы, если бы не совершил правонарушения. Даже если не подвергать сомнению устоявшуюся позицию о том, что наряду с виновной в деликтном обязательстве существует также безвиновная ответственность (ст. 1069, 1070, 1079 ГК РФ), то все равно остаются без ответа вопросы: как объяснить с позиций ответственности обязанность по возмещению вреда, причиненного в состоянии крайней необходимости? почему стала возможной ответственность неделиктоспособного лица, в том числе не только тогда, когда оно было неделиктоспособным в момент причинения вреда и осталось таковым после его причинения? почему в соответствии со ст. 1078 ГК РФ обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью может быть возложена на лиц, в принципе не причастных к его причинению, в частности на членов семьи, проживающих совместно с причинителем вреда?

Ответы на эти и на целый ряд других вопросов может дать, скорее, иной взгляд на обязанность по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью. Согласно этой позиции эта обязанность далеко не всегда выступает как мера гражданско-правовой ответственности. Если вред причинен правомерной деятельностью, но закон возлагает обязанность по его возмещению (ст. 1067 ГК РФ) или если вред причинен неделиктоспособным в момент причинения лицом и им же возмещается, то такая мера в правовой литературе названа мерой социальной защиты[2] . Представляется более правильным определить обязанность по возмещению вреда, не являющуюся мерой гражданско-правовой ответственности, как меру защиты интересов потерпевшего, хотя справедливости ради следует отметить социальную направленность указанных норм. Более объяснимой с этих позиций представляется и обязанность по возмещению вреда, причиненного действием источника повышенной опасности при отсутствии вины причинителя вреда, причем становится более понятным, почему такая обязанность возлагается не на самого причинителя, а на владельца источника повышенной опасности, незаконными действиями правоохранительных органов при отсутствии вины должностных лиц[3] .

Однако как бы ни объяснялась правовая природа деликтного обязательства, оно далеко не исчерпывает проблему реализации права человека на компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью. Такой вред может быть причинен не только деликтом, но и правомерной деятельностью. Другое дело, что ГК РФ чрезмерно сузил возможность возмещения такого вреда, низведя его лишь к случаям, прямо предусмотренным законом. Если в отношении причинения вреда имуществу такой подход законодателя в принципе вполне оправдан, то при компенсации вреда, причиненного жизни и здоровью, акценты должны быть прямо противоположными: вред жизни и здоровью всегда противоправен; никакие общественные интересы не могут оправдать его причинения. Подход к проблемам понимания и реализации этого права лишь с позиций гражданско-правового деликтного обязательства является слишком узким. Как уже отмечалось, причинение вреда жизни или здоровью может быть вызвано и другими факторами, а не только гражданским правонарушением.

Представляется, что это право как право человека, включенное в общую систему его прав и свобод, можно сформулировать следующим образом: "Каждый имеет право на компенсацию вреда, причиненного его жизни или здоровью. Компенсация такого вреда при отсутствии лица, его причинившего, или при невозможности его установления является обязанностью государства, за исключением случаев, когда действия самого потерпевшего способствовали возникновению или увеличению вреда[4] .

Государство гарантирует компенсацию вреда, причиненного жизни или здоровью при выполнении гражданином морального долга по спасанию жизни или здоровья других граждан"[5] .

Поскольку Конституция РФ не предусматривает права человека на здоровье, а лишь его право на охрану здоровья как важнейшее социально-экономическое право, то приведенная формулировка могла бы быть включена в ст. 41 Конституции РФ. Однако независимо от этого данное право относится к числу общепризнанных, а потому на него распространяется положение, содержащееся в п. 1 ст. 55 Конституции РФ, согласно которому: "Перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина". Кроме того, это право, являясь имущественным правом, тем не менее представляет собой своеобразное средство защиты таких важнейших личных неимущественных благ, как жизнь и здоровье, обусловливающих, как уже отмечалось, само существование человека как физического лица. Следовательно, хотя данное право является вторичным, производным от прав на жизнь и на охрану здоровья, оно имеет вполне определенную конституционную основу.

Что касается способов реализации указанного права, то они во многом зависят от вредоносных факторов, действиями которых был причинен вред жизни или здоровью лица, вернее сказать, от тех юридических фактов, которые послужили основанием возникновения конкретного правоотношения. Этими же обстоятельствами определяется и обязанный субъект правоотношения, в котором реализуется право на компенсацию вреда здоровью. Более того, это право может быть реализовано одновременно в нескольких правоотношениях, регулируемых различными отраслями права. Если вред жизни или здоровью причинен, например, в результате явления стихийного характера, т.е. юридическим фактом, породившим правоотношения по компенсации вреда здоровью, является так называемое абсолютное юридическое событие, такой вред может компенсироваться, во-первых, в правоотношении по социальному обеспечению, путем выплаты пенсии по инвалидности или пособия по временной нетрудоспособности; во-вторых, с точки зрения гражданского права (гл. 48 ГК РФ) это может быть расценено как страховой случай, что порождает обязанность страховщика по договору личного страхования, как обязательного, так и добровольного, компенсировать такой вред путем выплаты обусловленной договором страховой суммы. Если при этом потерпевший был застрахован другим лицом в порядке обязательного страхования и кроме этого сам заключил договор личного страхования, скажем, от несчастного случая, то все указанные компенсационные правоотношения действуют одновременно. Если же вред причинен правонарушением, то и в этом случае он компенсируется не только в деликтных обязательствах, но также в указанных выше правоотношениях. Нормы о компенсации вреда, причиненного жизни или здоровью, закреплены также в законодательстве о социальном страховании, например, когда речь идет о пособиях лицам, пострадавшим в крупномасштабных катастрофах техногенного характера, а также семьям лиц, погибших в результате таких катастроф. Отдельным категориям работников, деятельность которых связана с риском для жизни или здоровья, и членам их семей в случае причинения вреда их жизни или здоровью выплачиваются единовременные и ежемесячные пособия, предусмотренные законодательством, регламентирующим их правовой статус, либо специальным законодательством об их социальной защите. Из всего сказанного выше можно сделать вывод, что вред как юридическое понятие присуще не только гражданскому праву. Право человека на компенсацию вреда, причиненного жизни или здоровью, может быть реализовано в правоотношениях как частноправовых, так и публично-правовых. Рассматривая каждое из этих правоотношений в отдельности, как это принято при изучении гражданско-правового деликтного обязательства или правоотношений по социальному обеспечению и т.п., невозможно обнаружить взаимосвязи между нормами, предусматривающими компенсацию указанного вреда. В то же время эти взаимосвязи обнаружить гораздо легче, если все компенсационные правоотношения рассматривать через призму права человека на компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью. Только таким образом становится легче обнаружить все достоинства и просчеты законодателя, наличие или, напротив, отсутствие в соответствующих отраслях права дискриминационных норм и своевременно их устранить. Разумеется, весьма продуктивным является именно такой подход также к оценке правоприменительной деятельности.

Конкретным примером, подтверждающим высказанное суждение, может быть оценка деятельности страховщиков, которые при разработке конкретных правил личного страхования и при заключении конкретных договоров страхования от несчастного случая устанавливают своеобразные запреты на заключение таких договоров с лицами, признанными инвалидами. Но если можно хоть как-то объяснить, почему не осуществляется страхование от таких несчастных случаев, как дорожно-транспортные происшествия, то совершенно непонятно, почему с инвалидами не заключаются договоры личного страхования от явлений стихийного характера: наводнений, землетрясений, ураганов и т.п., либо от массовых катастроф техногенного характера, от взрывов, например, в метро и т.п. Понятно, что для инвалидов вероятность наступления несчастных случаев, заканчивающихся причинением вреда жизни или здоровью, ничуть не выше, чем у других лиц. В то же время ущемление права инвалидов на компенсацию вреда жизни или здоровью путем страховых выплат по договору личного страхования влечет за собой другие дискриминационные меры в тех сферах, которые к данному праву не имеют никакого отношения, поскольку правовой статус личности следует воспринимать как нечто целое, а потому все права и обязанности и все правоотношения, в которых эти права и обязанности реализуются, прямо или косвенно, но всегда взаимосвязаны. Так, отсутствие у инвалида страхового полиса, подтверждающего заключение с ним договора личного страхования, оказалось на практике препятствием для выдачи ему ипотечного кредита на приобретения жилья, в связи с чем он в полной мере не может реализовать свое право на жилище, закрепленное в ст. 40 Конституции РФ. При внимательном рассмотрении всех норм, предусматривающих компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью, с точки зрения реализации соответствующего права человека можно найти и другие подобные дискриминационные нормы, и таких норм окажется не так уж мало. Именно поэтому необходима дальнейшая разработка проблем, касающихся понятия и способов реализации права человека на компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью, а это право, в свою очередь, следует рассматривать в общей системе прав и свобод человека.

Применительно к возможностям защиты жизни и здоровья гражданским правом следует отметить, что применяются многие его институты. Однако в цивилистической литературе авторами наряду с термином "защита" используется и такой термин, как "охрана", который имеет более емкое содержание, включающее обеспечительные меры политического, экономического, организационного, правового и иного характера[6] . Применяются и другие термины, в том числе "меры", "способы", "средства", "формы"[7] .

В теории как гражданского, так и процессуального права различают несколько классификаций форм защиты права. Это вполне объяснимо, поскольку определяющим является критерий, положенный в основу классификаций. Приведем основные подходы. Так, А.А. Добровольский и С.А. Иванова отмечают исковую и неисковую формы защиты гражданских прав и при этом полагают, что "все сложные правовые требования, подлежащие рассмотрению с соблюдением процессуальной формы защиты права, называются исковыми, а правовые требования, подлежащие рассмотрению без соблюдения установленной законом процессуальной формы защиты права, в законодательстве и в теории вполне справедливо не называются исковыми"[8] . Профессор О.А. Красавчиков склонен считать, что формы защиты следует разграничивать с учетом специфики объекта и характера защищаемого права. К числу таковых относятся признание права, восстановление положения, существовавшего до нарушения права, пресечение действий, нарушающих права, принуждение к исполнению обязательства в натуре, прекращение или изменение правоотношения, взыскание причиненных убытков, а в случаях, предусмотренных законом или договором, неустойку[9] .

Профессор А.П. Сергеев выступает за две формы защиты: юрисдикционную и неюрисдикционную. Рамками юрисдикционной формы защиты права охватывается защита в судебном и в административном порядке[10] . Самостоятельная деятельность гражданина или организации по защите гражданских прав без обращения к государственным или иным компетентным органам квалифицируется в качестве неюрисдикционной. Самозащита гражданских прав - это форма, а не способ.

Г.А. Свердлык, Э.Л. Страунинг, Е.Е. Богданова констатируют наличие в действующем законодательстве трех форм защиты: судебной, административной и самозащиты. Учитывая, что ст. 14 ГК РФ допускает защиту нарушенных гражданских прав самостоятельно управомоченным лицом, которое, защищая принадлежащее ему право, устанавливает фактические обстоятельства, применяет нормы материального права, определяет способ защиты от посягательства и принимает конкретное решение, которое само и воплощает, вполне логично представить самозащиту как форму защиты гражданских прав[11] . Автору статьи близка указанная научная позиция.

Рассматривая судебную форму защиты жизни и здоровья граждан, необходимо указать, что она, как правило, реализуется в рамках искового производства. При этом под защитой можно понимать совершение управомоченным лицом дозволенных действующим законодательством действий по принудительному осуществлению субъективных прав либо в воспрепятствовании от их неправомерных посягательств.

Вред жизни и здоровью может быть причинен при реализации как вещных, так и обязательственных правоотношений. Так же очевидно, что при возможном нарушении прав абсолютного характера делинквет заранее неизвестен как в относительном, а любой и всякий. Обязательство существует в смысле ненарушения, но в случае неисполнения, воздержания возникают известные последствия. В целом возмещение вреда здоровью на основании ст. 1085 ГК РФ состоит из утраченного заработка (дохода), который потерпевший имел либо определенно мог иметь, а также дополнительных расходов, вызванных повреждением здоровья.

Защита жизни и здоровья в административном порядке осуществляется путем обращения к вышестоящему органу или должностному лицу. Однако в п. 2 ст. 11 ГК РФ закреплено, что защита гражданских прав в административном порядке осуществляется лишь в случаях, предусмотренных законом. Примером осуществления административной формы защиты жизни и здоровья является Инструкция Министерства юстиции РФ о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику уголовно-исполнительной системы, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника уголовно-исполнительной системы или его близких.

Рассматривая самозащиту, Э. Страунинг отмечает, что это допускаемые законом или договором действия (фактического или юридического характера) управомоченного лица, направленные на обеспечение неприкосновенного права пресечения нарушения и ликвидацию последствий такого нарушения[12] . Одним из проявлений самозащиты при причинении вреда можно назвать соглашение о добровольном возмещении вреда. Разумеется, что к правовому регулированию порядка и последствий заключения таких соглашений нужно подходить очень осторожно, чтобы не нарушить тонкую грань взаимного интереса сторон. Представляется, что правовое регулирование должно охватывать следующие моменты:

1. Соглашение о добровольном возмещении вреда, причиненного жизни гражданина, должно заключаться в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (их представителями). Нарушение формы соглашения должно влечь его ничтожность.

2. Соглашение о добровольном возмещении вреда должно быть подписано в присутствии не менее чем двух свидетелей, о чем должна быть сделана отметка с указанием их фамилии, имени, отчества, адреса места жительства. Соглашение должно содержать личные подписи свидетелей.

3. Нарушение требований, касающихся присутствия свидетелей, должно влечь признание соглашения оспоримой сделкой.

4. Способность потерпевшего, подписывающего соглашение, понимать значение своих действий или руководить ими должна быть прямо отражена в содержании такого соглашения.

5. По требованию об уплате возмещения, предусмотренного соглашением с причинителем, потерпевший не обязан доказывать его размер.

6. Заключение соглашения должно исключать право потерпевшего (его представителя) требовать в последующем возмещение вреда в части, превышающей размер возмещения, предусмотренный заключенным соглашением сторон.

7. Право на получение возмещения, вытекающее из соглашения о добровольном возмещении вреда, является личным имущественным правом потерпевшего и не может быть продано и иным образом уступлено им третьим лицам.

8. В случае неисполнения или ненадлежащего исполнения причинителем своих обязанностей, вытекающих из соглашения о добровольном возмещении вреда, взыскание с причинителя задолженности производится в бесспорном порядке на основании исполнительной надписи нотариуса.

1.2 Основании возникновения и субъекты обязательств вследствие причинения вреда

Трудно назвать проблему, которая вызывала бы более оживленную и острую дискуссию в цивилистической науке, чем вопрос об основании гражданско-правовой ответственности вообще и деликтной ответственности в частности. Все существующие подходы к решению проблемы можно разделить на две группы. Сторонники первого подхода утверждают, что основанием деликтной ответственности является состав гражданского правонарушения (деликта). Пропоненты второго подхода полагают, что основанием деликтной ответственности является деяние, причиняющее вред, - правонарушение[13] .

Что касается первой позиции, то в литературе довольно прочно утвердилось положение о том, что основанием деликтной ответственности является состав правонарушения как совокупность определенных признаков или элементов. В качестве таких элементов рассматриваются: вред, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этим поведением и наступившим результатом - вредом (объективные элементы) и вина причинителя вреда (субъективный элемент). Споры же ведутся, главным образом, о том, является ли состав правонарушения не только общим, но и единственным основанием деликтной ответственности, во-первых, и какие элементы этого состава необходимы для возникновения ответственности, во-вторых.

При всех различиях в обосновании ответственности при невиновном (случайном) причинении вреда общим для этих теорий является исходное положение авторов: ответственность может наступать не только за вину, но и без вины (за случайное причинение вреда).

Другие авторы, исходя из принципа "без вины нет ответственности", полагают, что отношения по возмещению вреда, причиненного в результате случайных, невиновных действий правонарушителя, хотя по своей внешней форме и напоминают отношения ответственности, исключают возможность квалификации их в качестве ответственности[14] .

Что касается второй позиции, то ее представители и в новейшей цивилистике продолжают развивать взгляд на причинение вреда как основание деликтной ответственности. Так, например, Болдинов В.М. обращает внимание на то, что причинение вреда в качестве основания возникновения деликтного обязательства прямо названо в подп. 6 п. 1 ст. 8 ГК РФ. И делает вывод: "следовательно, основанием ответственности является факт причинения вреда - деликт"[15] .

Такой разброс во взглядах предопределен неодинаковой трактовкой понятий "основание" и "условия" деликтной ответственности.

Смирнов В.Т. и Собчак А.А. подчеркивали, что "в юридической литературе, посвященной исследованию проблем гражданско-правовой ответственности вообще и деликтной ответственности в особенности, понятия "основание" и "условия" ответственности нередко смешиваются и употребляются как тождественные. Между тем их нужно различать не только потому, что каждое явление, отраженное в соответствующем понятии, обладает определенным, только ему присущим содержанием (явление должно быть сущностным), но и, главным образом, потому, что они имеют различное не только смысловое, но и юридическое значение. "Основание" - это то, что порождает какое-либо явление, фундамент, на который последнее опирается и который определяет его природу. "Условия" - те признаки, которые характеризуют основание и без наличия которых явление не может возникнуть. Переводя на язык правовых понятий, можно сказать, что "основание" - это юридический факт, порождающий возникновение определенных правоотношений, их изменение или прекращение, или то, на что опирается правопритязание кредитора, и из чего возникает обязанность должника в правоотношении. "Условия" - те признаки, которые характеризуют этот факт в целом или отдельные его стороны. Они указаны в законе. Поэтому их можно определить как те нормативные требования, которым в каждом конкретном случае должно отвечать основание (юридический факт) и при отсутствии которых не могут возникнуть или подвергнуться изменению соответствующие правоотношения, поскольку соответствующий факт не приобретает юридического значения (не становится юридическим фактом)"[16] .

Разделяя первый вывод авторов о том, что "основание" и "условия" - это нетождественные правовые категории, не можем согласиться со второй частью рассуждений применительно к деликтной ответственности. Наше несогласие заключается в том, что факт причинения физического вреда не тождественен совокупности фактов: факту наличия юридического (имущественного) вреда; факту деяния, которым был причинен вред; факту причинно-следственной связи между первым и вторым фактами.

Это взаимосвязанные, но разные факты! Отсюда недопустимо ссылаться на то, что поскольку факт причинения вреда отвечает условиям противоправности деяния, наличия вреда и причинно-следственной связи, то он становится юридическим фактом. Дело, на наш взгляд, обстоит иначе. Факт причинения физического вреда (факт повреждения здоровья или причинение смерти гражданину) - это основание (повод) ставить перед правоприменителем вопрос о привлечении к деликтной ответственности причинителя вреда. Самого по себе этого единичного факта недостаточно для привлечения к деликтной ответственности, но достаточно для постановки вопроса об этом. Поэтому можно сделать следующий вывод: факт причинения физического вреда является основанием (поводом) для решения вопроса о привлечении причинителя (или иного обязанного лица) к деликтной ответственности. Для привлечения причинителя к деликтной ответственности, по общему правилу, необходимо наличие фактического состава: юридический (имущественный) вред, действие или бездействие причинителя, причинно-следственная связь между вредом и деянием, вина, которые в цивилистике получили название условий деликтной ответственности.

Институт обязательств вследствие причинения вреда многоаспектен, поскольку включает основание и условия возникновения деликтных правоотношений, определяет объем возмещения вреда, права и обязанности сторон, а также закрепляет иные атрибуты, к числу которых следует отнести закрепление управомоченных и обязанных лиц.

Итак, как и любое иное правоотношение, обязательство вследствие причинения вреда имеет три составных части: субъект, объект и содержание. Рассматривая субъективный состав, первоначально укажем, что его представляют потерпевший (кредитор) и причинитель вреда (делинквент).

Кредитором признается лицо, которому причиняется имущественный либо неимущественный вред. В рассматриваемом случае потерпевшими могут выступать только физические лица независимо от возраста и вида дееспособности. В силу принципа национального режима, означающего приравнивание иностранных граждан и лиц без гражданства в правах и обязанностях к гражданам страны пребывания, последние также могут являться потерпевшими[17] . Гражданское законодательство (п. 1 ст. 2 ГК РФ) называет еще одного возможного субъекта гражданского оборота: гражданина предпринимателя, осуществляющего свою деятельность без образования юридического лица. Он также может быть в роли потерпевшего.

Возможность уступки права требования по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью действующим законодательством не допускается. Это же правило касается реализации институтов зачета, новации, поскольку в соответствии со ст. 411, 414 ГК РФ не допускаются случаи зачета и новации прекращения обязательств о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью. Также необходимо отметить, что в состав наследства не входит право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина (ст. 1112 ГК РФ).

Однако в роли кредиторов могут выступать физические лица в случае смерти кормильца. Статья 1088 ГК РФ определяет категории лиц, имеющих право на возмещение вреда. Соответственно можно говорить об определенной степени правопреемства.

Делинквентом при причинении вреда жизни и здоровью может выступать любой участник гражданского оборота, в том числе физические и юридические лица, иные социальные образования, Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, а также муниципальные образования[18] .

Применительно к физическим лицам необходимо отметить, что последние должны обладать деликтоспособностью. Законодатель к числу лиц, не способных отвечать за причиненный вред, относит несовершеннолетних в возрасте до 14 лет, признанных недееспособными в порядке ст. 29 ГК РФ. В целом деликтоспособность должна быть присуща не только российским, но и иностранным гражданам, а также лицам без гражданства. Социальные образования не обязательно должны обладать статусом юридического лица. Обязанность возмещения вреда, причиненного юридическим лицом, не вызывает никаких сомнений в силу одного из его признаков (ст. 48 ГК РФ). Иные организации, не обладающие статусом юридического лица, также обязаны возмещать вред. Указанное положение следует из диспозиции ст. 36 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации[19] , где право на судебную защиту предоставлено организациям. Подтверждением этому является п. 2 ч. 1 ст. 1047 ГК РФ, где сказано, что по общим обязательствам, возникшим не из договора, участники простого товарищества отвечают солидарно.

Публично-правовые образования, к числу которых в первую очередь следует отнести в силу принципа равноправия участников гражданских отношений, могут быть должниками. Вместе с тем ответственность за причиненный вред жизни и здоровью наступает с незаконными действиями либо бездействием своих органов или должностных лиц. Причиненный вред жизни и здоровью должен возмещаться за счет казны Российской Федерации, казны субъекта или казны муниципального образования.

К. является инвалидом 2 группы с 70% утраты трудоспособности в связи с увечьем, полученным при исполнении обязанностей, связанных с устранением последствий аварии на Чернобыльской АЭС. В соответствии с Законом РФ "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" ответчик выплачивает ему ежемесячные суммы возмещения вреда здоровью. К. обратился в суд с указанным выше иском, ссылаясь на то, что ответчик необоснованно ограничил размеры сумм выплат за период с 15 февраля 2001 года по 19 июня 2002 года до 10000 руб., с 15 февраля 2003 года до 30000 руб. и с 1 января 2005 года до 33000 руб., поскольку такое ограничение, по его мнению, не основано на законе. Одновременно просил обязать ответчика производить выплату возмещения вреда здоровью ежемесячно в размере 39915 руб. 03 коп., произведя индексацию назначенных сумм надлежащим образом.

Размеры выплат, предусмотренных частями первой и второй данной статьи, ежегодно индексируются исходя из уровня инфляции, устанавливаемого федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовой год, в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Данная позиция отражена и в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 декабря 2000 года N 35, в редакции от 5 апреля 2005 года N 7 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел, связанных с реализацией инвалидами прав, гарантированных Законом РФ "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" и соответствует правовым позициям, сформулированным Конституционным Судом РФ в Постановлении от 19 июня 2002 года N 11-П и в Определении от 4 октября 2005 года N 364-О[20] .

Одной из характерных черт обязательств вследствие причинения вреда, в том числе жизни и здоровью, является несовпадение в отдельных случаях лица - непосредственного причинителя вреда и лица, обязанного возместить вред[21] . В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работникам при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Более сложная конструкция определения обязанного лица предусмотрена при ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Диспозиция ст. 1070 ГК РФ закрепляет формы незаконных действий, в результате которых причиняется вред. Выше уже упоминалось, что вред возмещается за счет соответствующей казны. Бланкетная норма ст. 1070 ГК РФ нашла свою реализацию в п. 10 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ[22] , согласно которой Главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде от имени Российской Федерации:

- по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) соответствующих должностных лиц и органов, по ведомственной принадлежности;

- по искам подведомственных предприятий и учреждений, представляемым в порядке судебной ответственности.

Подводя итог, отметим, что целесообразно принятие федерального закона, где детально регламентировался бы механизм возмещения вреда, в том числе более четкое закрепление лица, имеющего право на возмещение вреда, а также лица, обязанного его осуществить.

1.3 Способы зашиты жизни и здоровья в системе личных неимущественных прав

Осуществление субъективного гражданского права и его защита неразрывно связаны. Защиту права трактуют как деятельность по устранению препятствии на пути осуществления субъективных прав[23] .

С точки зрения последовательности стадий развития правоотношений гражданско-правовая защита рассматривается как правовое регулирование на случай возникновения угрозы нарушения прав или на случай совершившегося правонарушения.

Понятием «защита прав» охватываются и меры ответственности и та меры, которые по своей природе к мерам ответственности не относятся и носят название мер защиты.

Традиционно к средствам защиты относят иски, жалобы, то есть действия, посредством которых заинтересованные лица требуют осуществления мер защиты от других субъектов Способами (мерами) защиты считаются действия, которые непосредственно направлены на защиту прав.

Примерный перечень способов защиты гражданских (в том числе и неимущественных) прав предусмотрен в ст. 12 ГК. При этом конкретный соответствующий способ защиты может применяться самостоятельно по выбору потерпевшею, так и в сочетании с другими способами защиты.

Согласно п. 2 ст. 150 ГК нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими иконами в случаях и в порядке, ими предусмотренных. Вывести охрану только на уровень закона сегодня практически невозможно, хотя к этому и следует стремиться. Соответственно следовало бы уточнить п. 2 ст. 150 ГК и указать, что нематериальные блага защищаются гражданским законодательством и иными актами, содержащими нормы гражданского права.

Высказано предположение, что для защиты неимущественных прав существуют только определенные способы признание права, восстановление положения, существовавшего до нарушения права, пресечение действии, нарушающих право[24] . Но закон не ограничивает возможность применения только названных способов защиты. Поэтому личные неимущественные права могут защищаться любыми предусмотренными законом способами с учетом того или иного вида этих прав. Однако для защиты личных неимущественных прав практически неприменим такой способ защиты как присуждение к исполнению обязанности в натуре.

Одним из способов защиты является признание права. Путем признания можно добиться защиты права в тех случаях, когда право лица фактически возникло, но было умалено действиями другого лица (например, признание авторства на произведения литературы в случае издания коллективного произведения под именем лишь одного из фактических соавторов). К некоторым неимущественным правам такой способ защиты неприменим, поскольку они возникают с момента рождения, существуют до конца жизни и не могут принадлежать другим лицам кроме управомоченного (например, право на здоровье).

Другим способом защиты неимущественного права является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, например принуждение ответчика, опубликовать в газете опровержение ложных сведений, порочащих честь истца, или выдать новую служебную характеристику вместо прежней, содержащей порочащие честь истца сведения, или и изъятие из верстки книги фрагмента, внесенного редактором произвольно к нарушившего право автора на неприкосновенность произведения. Конечно, в ряде случаев нарушенное личное неимущественное право не поддается восстановлению или поддается восстановлению частично.

Пресечение действий, нарушающих неимущественное право, как самостоятельный способ защиты применяется в тех. случаях, когда возможно обеспечить такое положение, при котором обязанное лицо будет воздерживаться от действий, нарушающих чужое право. Таким образом, пресечение обеспечивает реализацию неимущественного права по усмотрению субъекта этого права. Например, запрет распространять сведения, составляющие тайну нотариальных действий, или запрет использовать фотомонтаж, в котором намеренно искажается облик гражданина, или требование снять используемое без согласия истца изображение с витрины выставки. Пресечение используется, чтобы прекратить длящееся нарушение права. Пресечь действия, создающие угрозу нарушения права, путем предъявления иска о запрещении деятельности, создающей опасность причинения вреда (п. 1 ст. 1065 ГК). Например, защищая право на благоприятную окружающую среду, гражданин может требовать запрещения деятельности организации, создающей опасность ухудшения экологической обстановки в микрорайоне проживания[25] .

Прекращение или изменение правоотношения как способ защиты применяется в случаях заключения договоров по поводу нематериальных благ или результатов интеллектуальной деятельности. Так, пациент, получающий некачественную медицинскую помощь, может выбрать другого врача (с его согласия) в этом же медицинском учреждении. Выбор другого врача означает изменение договора на оказание медицинской помощи, и в таком случае право на здоровье защищается изменением правоотношения[26] .

Согласно ст. 12, 13 ГК способом защиты является признание судом недействительными ненормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативного акта, не соответствующего закону или иным правовым актам, и нарушающих гражданские права и охраняемые законом интересы.

Закон РФ «Об обжаловании в суд действий и решении, нарушающих права и свободы граждан»[27] от 27 апреля 1993 г увеличивает кругу субъектов, чьи решения могут быть признаны недействительными. В соответствий со ст. 2 закона в суд могут быть обжалованы как единоличные так и коллегиальные действия (решения) государственных органов, органов местного самоуправления, учреждений, предприятий и их объединение, общественных организаций и должностных лиц, государственных служащих, в результате которых нарушены права и свободы гражданина, сосаны препятствия осуществлению гражданином ею прав и свобод, незаконно на гражданина возложена какая-либо обязанность или он незаконно привлечен к какой-либо ответственности

Применение такого способа защиты возможно, например, для признания незаконным заключения государственной экологической экспертизы, выводы которой ставят под угрозу права граждан на благоприятную окружающую среду.

Для защиты гражданских прав допускается применение мер самозащиты Самозащита может осуществляться различными способами. Основаниями для ее применения является нарушение конкретного права, необходимость пресечь это нарушение и соразмерность принятых мер характеру нарушений.

Практика показывает, что на каждом историческом этапе вырабатываются свои, разрешенные законом меры самозащиты неимущественных прав. Так, с 1992 г для защиты права на жизнь, права на здоровье, права на физическую и психическую неприкосновенность гражданам было разрешено приобретение, хранение и использование некоторых видов оружия, в том числе газовых пистолетов, аэрозольных упаковок, гладкоствольного охотничьего ружья. Судьи имеют право на хранение и ношение служебного огнестрельного оружия, которое выдается им органом внутренних дел но заявлению[28] . Помимо судей органы, обеспечивающие безопасность, могут выдавать оружие, в том числе служебное или пневое, специальные средства индивидуальной защиты и оповещения об опасности с учетом степени угрозы для жизни и здоровья прокурорам, следователям, лицам, производящим дознание, сотрудникам органов контрразведки и др[29] .

Федеральным законом «Об оружии»[30] от 13 декабря 1996 г гражданам разрешено приобретение оружия в целях самообороны (ст. 3, 13,24), утвеpждeн перечень разрешенных видов служебного и гражданского оружия и боеприпасов к нему[31] граждане могут применять оружие для защиты жизни, здоровья, собственности в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости Применению оружия должно предшествовать четко выраженное предупреждение об этом лица, против которого применяется оружие. Запрещается применять огнестрельное оружие и отношении женщин, лип с явными признаками инвалидности, несовершеннолетних, когда их возраст очевиден или известен, кроме случаев совершения ими вооруженного либо группового нападения.

Обычно к мерам самозащиты относят самооборону. Под необходимой обороной понимается состояние, в котором причиняется вред нападающему в целях защиты от общественно опасного посягательства на интересы государства, организаций, других граждан и самого обороняющегося.

Из этого определения вытекает, что мерой самозащиты является только такая ситуация (один из вариантов необходимой обороны), когда причинитель вреда совершает указанные действия в целях защиты себя лично.

Вред, причиненный нападающему в состоянии необходимой обороны считается правомерным и поэтому не подлежит возмещению. При превышении пределов необходимой обороны наступает ответственность на общих основаниях (ст. 1066 ГК), такие действия причинителя вреда расцениваются как противоправные

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья»[32] от 28 апреля 1994 г. размер возмещения должен быть определен судом в зависимости от степени вины как потерпевшего, действиями которого был вызван вред, так и причинителя вреда.

Мерой самозащиты называют и причинение вреда в состоянии крайней необходимости[33] . Крайней необходимостью придается состояние, в котором причиняется вред в целях устранения опасности, угрожающей самому причинителю или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена другими средствами (ч. 1 ст. 1067 ГК). Более правильно считать способом самозащиты только такую ситуацию крайней необходимости, когда причинитель вреда совершает указанные действия для устранения опасности, угрожающей его интересам и правам, в том числе в сочетании с угрозой интересам и правам других лиц.:

В соответствии с ч. 2 ст. 1067 ГК и постановлением Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» если причинитель вреда действовал в состоянии крайней необходимости как в своих интересах, так и в интересах третьего лица, суд может возложить обязанность возмещения вреда на них обоих по принципу долевой ответственности с учетом обстоятельств, при которых вред был причинен. Суд также вправе частично или полностью освободить этих лиц или одного из них от обязанности по возмещению вреда. Если же вред был причинен лицом только в своих собственных интересах, то на причинителя и возлагается возмещение вреда.

Действия в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости являются самозащитой неимущественных прав на жизнь, здоровье, физическую и психическую неприкосновенность.

Нарушение личных прав может повлечь имущественный и неимущественный вред. Возмещение убытков является денежной компенсацией возникшего имущественного вреда. Следовательно, возмещение убытков используется как способ защиты, когда нарушение личного права повлекло имущественный вред. Если имущественный вред был причинен путем нарушения права на здоровье и других абсолютных неимущественных прав, то он возмещается по правилам гл. 59 ГК («Обязательства вследствие причинения вреда»). Если имущественный вред причинен путем нарушения относительных неимущественных прав (правомочий), то он возмещается по правилам гл. 25 ГК и специального законодательства о соответствующим виде договоров.

Однако вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам гл. 59 ГК, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности (ст. 1084 ГК). Это исключение обеспечивает более эффективную защиту интересов потерпевшего[34] .

Следующий способ защиты личных неимущественных прав – компенсация неимущественного вреда.

Я. обратилась в суд с иском к Д. и просила взыскать с ответчика сумму затрат на лечение, на приобретение лекарств и на дополнительное питание, расходов на санаторно-курортное лечение, материальный ущерб, причиненный повреждением одежды, и компенсацию морального вреда, ссылаясь на то, что 19 мая 2000 года на Я. был совершен наезд автомашины марки "Тойота-Камри", государственный номер Е649АН36, принадлежавшей Д., в результате чего Я. получила тяжкие телесные повреждения и вынуждена была пройти длительный курс лечения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Снижая размер суммы возмещения морального вреда, взысканного в пользу Я., президиум указал, что суд первой инстанции не учел то обстоятельство, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилась неосторожность самой Я., которая переходила проезжую часть дороги, не убедившись в безопасности дорожного движения, в связи с чем, по мнению президиума, суду первой инстанции необходимо было применить статью 1083 ГК РФ при решении вопроса о размере компенсации морального вреда.

Между тем такой вывод президиума основан на неправильном применении и толковании норм материального права.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Признавая необходимость снижения компенсации морального вреда в соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Кодекса президиум областного суда указал на наличие в действиях Я. неосторожности, однако указанная норма предусматривает возможность уменьшения размера возмещения только в случае грубой неосторожности, которая в действиях Я. отсутствует и не нашла своего подтверждения в материалах дела. Следовательно, размер компенсации морального вреда был снижен президиумом неправомерно[35] .

Вопрос о возмещении неимущественного вреда (ответственности за причинение неимущественного вреда) долгое время оставался дискуссионным. Были предложены три варианта решения: недопущение никакой компенсации за неимущественный вред, компенсация без ограничений или компенсация в определенных, установленных в законе случаях.

Противники компенсации неимущественного вреда выдвигали следующие аргументы. Во-первых утверждалось, что денежное возмещение неимущественного вреда представляет перевод на деньги таких благ, как жизнь, здоровье, честь, творческие достижения человека, что несовместимо с воззрениями советского общества, с его высоким уважением личности[36] . Во-вторых, указывалось, что неимущественный вред не может быть оценен и потому возмещен в деньгах[37] .

В настоящее время аргумент о буржуазном характере института неимущественного вреда утратил значение, поскольку а рамках государственной политики провозглашен принцип приоритета общечеловеческих ценностей. Кроме того, российские граждане уже и ранее предъявляли иски и получали компенсацию за неимущественный вред в соответствии с законодательством той страны, в которой рассматривался иск и где произошел несчастный случай, повлекший увечье или смерть. Утверждение о том, эта компенсация морального вреда была якобы чужда нашему правосознание и праву является примером тотальной идеологизации права[38] .

Неубедительно и другое возражение против компенсации неимущественного вреда, основанное на том, что такой вред не может быть оценен и потому возмещен в деньгах. Между тем никто из сторонников компенсации неимущественного вреда не считал возможным оценку в деньгах жизни, здоровья, чести и других неимущественных благ. В связи с этим правильнее говорить не о возмещении, а об ответственности за причинение неимущественного вреда в виде штрафа. Но с учетом легального закрепления термина в ст. 12 и 151 ГК далее преимущественно используется понятие «компенсация».

Одно из возражений против введения компенсации неимущественного вреда сводилось к тому, что возникает якобы благодатная почва для безнравственных притязаний. Полагаю, что в каждом конкретном случае суд имеет возможность установить - был ли реально причинен неимущественный вред или иск предъявлен для неправомерного получения денежной суммы. Опасение единичных неблаговидных притязаний не может служить основанием к тому, чтобы оставить без внимания подлинные нравственные страдания людей.

Надо учитывав также, что сам факт компенсации морального вреда, свидетельствующий о ищите законом прав личности, имеет положительное влияние на психическое состояние потерпевшего, вселяет веру в справедливость, и наоборот если право оставляет без зашиты моральные и физические переживания, то это дополнительно травмирует психику потерпевшего, ввергая его б состояние безысходности, бесправия, несвободы[39] .

В 90-х годах были приняты несколько нормативных актов, предусматривающих возможность компенсации неимущественного вреда.

Общее правило о компенсации морального вреда закреплено в ч. 1 ст. 151 ГК если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанною вреда следовательно, при нарушении личных неимущественных прав и посягательства на нематериальные блага граждан неимущественный вред. Взыскивается всегда, а при нарушении других прав – только в случаях, предусмотренных законом. Таким образом, проблема компенсации неимущественного вреда получила положительное решение в законе.

Статья 151 ГК («Компенсация морального вреда») по своему содержанию выходит за пределы гл. 8 ГК («Нематериальные блага и их защита») и должна быть включена в гл. 2 ГК («Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защит гражданских прав»), где раскрываются другие способы защиты гражданских прав, что отвечало бы структуре Гражданского кодекса.

Отдельные авторы относят обязанность возмещения морального вреда к числу внедоговорных обязательств и поэтому отрицают возможность взыскания морального вреда в связи с неисполнением договора (в частности, авторского договора)[40] .

Однако из толкования процитированной выше ч. 1 ст. 151 ГК следует, что компенсация применима при нарушении личных неимущественных прав или посягательстве на нематериальные блага граждан независимо от основания возникновения обязанности возместить моральный вред и независимо от вида личных неимущественных прав.

Считаю правильной точку зрения, согласно которой любое правонарушение причиняет неимущественный вред, и, следовательно, необходимо в законодательстве ввести правило о взыскании неимущественного вреда за нарушение любых имущественных прав не в порядке исключения, а как общее генеральное правило[41] (возможные проблемы, связанные с взысканием неимущественного вреда при нарушении имущественных прав, в данном исследовании не рассматриваются).

Актуальным является выявление сущности неимущественного вреда и критериев определения размеров его компенсации.

Под неимущественным вредом следует понимать такие последствия правонарушения, которые не имеют экономического содержания и стоимостной формы.

Термин «моральный вред» раскрывается в законе как физические или нравственные страдания (ч. 1 ст. 151 ГК). Поскольку термины «нравственный» и «моральный» являются синонимами, более удачно было бы использовать и законодательстве термин «неимущественный вред».

Кроме того, неимущественный вред может сочетать физические и нравственные страдания, например, потеря зрения в результате хулиганского проступка влечет и физическую боль и душевные переживания в связи ее сложностями в устройстве личной и профессиональной жизни, с обезображиванием лица, утраiой социальных связей и т.д. Поэтому правильнее рассматривать неимущественный вред как физические и (или) нравственные переживания, а не как исключающую сочетание их альтернативу.

По моему мнению моральный вред выражается в причиненных нравственных страданиях и может заключаться в испытываемом страхе, унижении, беспомощности, стыде, разочаровании, в переживании иного дискомфортного состояния в связи с утратой родственников, потерей работы, раскрытием врачебной, семейной тайны, временным ограничением или лишением прав, распространением о потерпевшем порочащих сведений, не соответствующих действительности, и др.

Физический вред состоит в переживании физической боли.

В дальнейшем при совершенствовании закона не следует определяй, компенсацию в конкретной твердой денежной сумме за нарушение неимущественных прав, поскольку при таком решении не могут быть учтены особенности каждого отдельного дела.

Часть 2 ст. 151 и п. 2 ст. 1101 ГК формулируют два критерия, влияющие на размер компенсации неимущественного вреда. Во-первых, должны приниматься во внимание характер и степень причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, во-вторых, учету подлежит степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»[42] от 20 декабря 1994 г. указывается, что размер компенсации не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворения иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

В pa6oтax юристов предлагалось определить размер компенсации за неимущественный вред с учетом индивидуальных особенностей каждого дела, материального положения ответчика, характера вреда, субъективной оценки потерпевшим гражданином своего блага (в частности, чести и достоинства), за физический вред - принимая во внимание возникшие специфические потребности потерпевшего, его особенности, изменение им образа жизни[43] . Была даже подготовлена таблица для определения размера презюмируемого морального вреда, отражающая зависимость общественной значимости охраняемых благ от размера санкций норм Уголовного кодекса[44] .

Думается, что в законодательстве следует выделять общие и частные критерии определения размера компенсации неимущественного вреда. Общие критерии были бы применимы ко всем ситуациям и должны быть отражены в ст. 151 ГК. При причинении неимущественного вреда любого вида общими критериями должны стать форма и степень вины нарушителя, а также общественная оценка действия (бездействия), вызвавшего вред.

Полагаю, что при определении размера компенсации должна учитываться не только степень, но и форма вины. Размер компенсации должен быть выше при умышленной, чем при неосторожной форме вины нарушителя. Это в большей мере соответствует принципу индивидуализации ответственности.

Думается, что общим критерием не может выступать характер и степень физических и нравственных страданий, причиненных потерпевшему, поскольку отсутствуют возможности объективно оценить характер и степень чужих страданий.

При причинении физического вреда можно предложить в качестве дополнительного общего критерия определения размера компенсации - вид, степень тяжести повреждения здоровья. Судебно-медицинская экспертиза может принимать во внимание разработанный в ряде актов порядок отнеения повреждения здоровья к определенной группе. Уголовный кодекс различает тяжкий, средней тяжести и легкий вред здоровью и объясняет, какие повреждения относятся к каждой группе (ст. 111, 112, 115).

Следует также выделять общие основания повышения и снижения взыскиваемой компенсации неимущественного вреда, применение которых зависит от усмотрения суда с учетом конкретных обстоятельств дела.

Другим основанием, повышающим размер компенсации, может быть наступление нематериального вреда в связи с одновременным нарушением нескольких неимущественных прав. Например, при незаконном осуждении нарушаются или ограничиваются неимущественные нрава потерпевшего на честь и достоинство, на свободу передвижения (при назначении наказания в виде лишения свободы), на тайну частной жизни (цензура почтовых отправлений и пр.), на индивидуальный облик (одежда, прическа в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством).

К числу оснований, снижающих размер компенсации, можно было бы отнести форму и степень вины потерпевшего, имущественное положение причинителя вреда-гражданина, истечение длительного периода времени после возникновения вреда при определенных условиях, принятие мер нарушителем к добровольному сглаживанию последствий причиненного неимущественного вреда до предъявления иска в суд.

По общему правилу (п. 1 ст. 404 ГК) если неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязательств произошло по вине обеих сторон либо кредитор (потерпевший) умышленно или по неосторожноеiи содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнение (ненадлежащим исполнением), либо не принял разумных мер к их уменьшению, размер ответственности должника уменьшается судом. В обязательствах вследствие причинения вреда на уменьшение ответственности причинителя может повлиять только грубая неосторожность потерпевшего в содействии возникновению или увеличению вреда (п. 2 ст. 1083 ГК). Указанные правила применяются и в случаях, когда должник (причинитель вреда) в силу закона или договора несет ответственность за неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязательства независимо от своей вины (п. 2 ст. 404, ч. 2 п. 2 ст. 1083 ГК).

Согласно п. 3 ст. 1083 ГК суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином нарушением абсолютных неимущественных прав, учитывая имущественное положение причинителя, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно. Закон не определяет точно степень имущественного положения виновною, но можно полагать, что оно до причинения вреда или вследствие его возмещения было бы или стало для причинителя тяжелым или крайне затруднительным. При равной нуждаемости потерпевшего и причинителя размер компенсации уменьшаться не должен.

Неимущественный вред (нравственные и физические страдания) может иметь длительный характер, и том числе, как на момент предъявления иска, так и после вынесения решения (переживания в связи с убийством ребенка, потерей зрения и др.). В некоторых случаях такое состояние. Продолжается ограниченный период времени, без последствий и повторений (например, боль после неудачного лечения зуба прошла, страх после ареста шантажиста исчез).

Выдвигалось предложение ограничить требование о возмещение морального вреда сроком исковой давности в 3 года (применительно к нарушенному праву на честь и достоинство - с момента распространения не соответствующих действительности порочащих сведений), так как «за давностью лет нравственные переживания нивелируются»[45] . На мой взгляд истечение длительного периода времени с момента возникновения вреда до предъявления иска может рассматривался только как основание, снижающее размер компенсации, поскольку правонарушение не должно оставаться безнаказанным, и исковая давность не должна распространяться на требования о защите личных неимущественных прав независимо от используемого потерпевшим способа защиты (ст. 208 ГК)[46] .

Если нарушитель принял меры к сглаживанию причиненного неимущественного вреда, то суд может квалифицировать это как основание, снижающее размер компенсации. Но в судебном порядке должно быть доказано, что меры по сглаживанию были приняты (сделано опровержение, выплачена компенсация и пр.), что нарушитель действовал добровольно, и что меры приняты до предъявления в суд иска о компенсации неимущественного вреда.

Высказанные выше предложения о защите личных неимущественных прав, критериях определения размера компенсации неимущественного вреда могут быть учтены при совершенствовании законодательства и судебной практики.


ГЛАВА 2. ОХРАНА ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬ Ю В ОТДЕЛЬНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЯХ

2.1 Гражданско-правовая охрана здоровья и жизни пациента

Медицинская деятельность как одна из разновидностей человеческой деятельности, в основе которой - применение профессионалами знаний и навыков, сложного оборудования, достижений фармацевтики и биологии, носит рисковый характер, в связи с чем в ряде клинических ситуаций здоровью пациента причиняется не обусловленный никакими соглашениями или самим характером вмешательства вред. На повестку дня ставится вопрос его возмещении в рамках возникающего деликтного обязательства.

Первая и основная функция деликтного обязательства, как отмечается в специальной литературе, - компенсационная (восстановительная), поскольку такое обязательство направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего, существовавшего до правонарушения. Существование у института внедоговорных обязательств восстановительной функции обычно не вызывает сомнений[47] . Несмотря на четкое выражение компенсационной функции в гражданско-правовой науке и гражданском законодательстве, применительно к медицинской деятельности положение дел вряд ли может быть признано удовлетворительным. Обусловлено это тем, что в настоящее время действует ряд противоречивых норм законодательства об охране здоровья граждан, позволяющих толковать их по-разному, в зависимости от мировоззрения правоприменителя, возможностей одной стороны по манипулированию фактами, удержанию доказательств и т.п. Проблема усугубляется также попытками вывести систему государственного и муниципального здравоохранения из-под удара, "объясняя" деятельность учреждений здравоохранения реализацией социальной помощи населению. Однако при этом умалчивается, что врач по общему правилу работает на конечный результат с привязкой к числу пациентов и оказанных им услуг, а учреждение получает денежные средства за оказанные услуги от системы обязательного и добровольного медицинского страхования или непосредственно из кармана пациента. Число "нерыночных" направлений медицинской помощи съеживается подобно шагреневой коже, однако продолжает отстаиваться тезис об особой миссии системы. Если пойти по такому пути, то у нас все вскоре станет "особым", "уникальным", "неповторимым", требующим особого подхода. Чем хуже медиков аграрии или транспортники, сотрудники правоохранительных органов и спасатели, выполняющие свои прямые профессиональные обязанности? Ведь они также трудятся в особых нелегких условиях, принадлежат к замкнутой группе (касте), обеспечивают реализацию конституционных прав (на свободу передвижения, здоровье, жизнь и проч.).

В современной литературе, на наш взгляд, отсутствуют серьезные аргументы в пользу неприменимости к отношениям в сфере здравоохранения норм классического гражданско-правового института обязательств вследствие причинения вреда. Напротив, действующий ГК РФ прямо указывает в ряду возмездного оказания услуг медицинские услуги, "распространяя" таким образом на них нормы и исследуемого правового института. Причем во избежание споров относительно существа медицинской помощи (большинства ее направлений) законодатель указывает в самом наименовании договора на его возмездный характер. Содержание же главы ГК РФ, посвященной страхованию (в том числе и медицинскому), позволяет сделать вывод о том, что договор медицинского страхования – это классический договор в пользу третьего лица, но с присущими ему особенностями, установленными специальным законодательством о медицинском страховании.

Сохраняющиеся многие годы нерешенными проблемы приведения законодательства об охране здоровья граждан в стройную систему[48] , лишенную норм-деклараций, не позволяют достигать, на наш взгляд, следующих задач.

Во-первых, не обеспечивают эффективной защиты прав и охраняемых законом интересов личности, причем личности, которой причинен вред здоровью или жизни там, где обычно ищут помощи в поддержании и сохранении этого личного неимущественного блага, перед которым все остальные блага меркнут и не представляют уже никакого существенного интереса. Ведь даже самая значимая денежная компенсация за причиненный здоровью гражданина вред не может прямо восстановить здоровье, она лишь предполагает такую возможность, которая может быть реализована, а может быть и не реализована, исходя из возможностей современной медицины. Деньгами здоровья не вернешь, можно лишь нивелировать, затушевать возникшие последствия. Иными словами, материальная компенсация за причиненный здоровью вред - это фикция его возмещения, которую законодатель традиционно использует за неимением иных возможностей. В ситуации же невозмещения вреда, причиненного здоровью гражданина при оказании медицинской помощи, либо его неадекватного возмещения, личность и ее окружение (как правило, близкие родственники) вынуждены претерпевать неблагоприятные моральные, физические и материальные последствия.

Во-вторых, такой подход не только не позволяет эффективно решать проблемы повышения качества помощи в системе здравоохранения. Разбор дефектов медицинской помощи и врачебных ошибок во многих случаях носит внутриведомственный и поверхностный характер, проводится без учета итоговых выводов судебно-следственной практики. Следует заметить, что в последние годы создаются предпосылки для объективного и беспристрастного анализа неблагоприятных исходов в медицинской практике (создана Федеральная служба по надзору в сфере здравоохранения, создаются медицинские правозащитные центры, активизируется работа отдельных медицинских ассоциаций). Однако отсутствие четкой правовой базы и как следствие - единообразной правоприменительной практики, нацеленной как на защиту интересов слабой стороны (пациента), так и на оперативное устранение самой системой причин и условий, способствующих причинению вреда здоровью или жизни граждан (пациентов) при оказании медицинской помощи, наносят существенный урон системе здравоохранения в целом, снижая ее привлекательность, формируя настороженность к медицинскому корпусу, повышая степень конфликтности[49] .

В-третьих, блокируют модернизацию системы государственного и муниципального здравоохранения в силу ее пребывания в "парниковом" периоде.

Рассмотрим и иные функции обязательств вследствие причинения вреда, которые могут учитываться при разработке законодателем норм об ответственности за причиненный здоровью или жизни пациента вред.

Вторая функция - воспитательно-предупредительная. Установленная законом обязанность правонарушителя возместить вред, причиненный им, воспитывает у граждан чувство неприкосновенности собственности, жизни, здоровья людей, побуждает соблюдать в обществе законность и правопорядок. Серьезное воспитательное воздействие деликтные обязательства оказывают и на потенциальных правонарушителей, способствуя недопущению злоупотребления правом.

Так, В.Т. Смирнов, в частности, пишет: "Основной целью института возмещения вреда является не наказание правонарушителя, а прежде всего восстановление нарушенного права потерпевшего за счет причинителя..."[50] . И далее: "Однако нельзя сводить все значение названного института к задаче ликвидации имущественных последствий... к задаче возмещения уже возникшего ущерба, то есть обращать его острие только в прошлое. Сводить значение института возмещения вреда лишь к восстановительной функции - значит упрощать, принижать роль деликтной ответственности в целом. Его значение выходит далеко за пределы восстановительной задачи и преследует гораздо более широкую цель - предупредить самую возможность появления вредоносных фактов"[51] .

В.А. Тархов указывает, что "гражданско-правовая ответственность - это главным образом имущественная ответственность, имеющая своей целью одновременно и воспитание, и имущественное возмещение"[52] .

Конечно, институт возмещения внедоговорного вреда вряд ли может быть сведен только к функции восстановления нарушенных прав и интересов участников гражданского оборота. Он имеет и воспитательное или предупредительное значение. Данный подход заложен самими основами права, предусматривающими широкую палитру возможностей, заложенных в его нормах и институтах. Сама угроза возмещения причиненного вреда - серьезный стимул для воздержания от правонарушений, совершения действий, направленных на недопущение причин и условий, способствующих правонарушениям.

Исполнитель медицинской услуги, если он стремится к получению прибыли, что достигается в том числе и минимизацией издержек, вряд ли оставит без внимания факт причинения вреда здоровью пациента, повлекший за собой убытки (выплаченная компенсация или устранение за свой счет недостатков услуги). В этом случае будут не только наказаны виновные (если они есть), но и вскрыты причины и условия, способствовавшие причинению вреда. Медицинская деятельность представляет собой сочетание сложных технологических процессов, в которых задействован персонал (работники). Поэтому причиненный вред обычно является следствием сочетания различных нарушений.

Как нам представляется, целевое назначение обязательств вследствие причинения вреда также должно быть охарактеризовано через призму чаяний и интересов, а также угроз субъектов деликтных отношений.

Для потерпевшего (кредитора) цель прежде всего состоит в том, чтобы фактически были устранены неблагоприятные последствия правонарушения. Обеспечивая устранение имущественных последствий правонарушения, обязательства, возникающие из причинения вреда (как вид гражданско-правовой ответственности), тем самым выполняют свою основную, главную, функцию - восстановительную (компенсационную).

Для причинителя вреда или иного обязанного субъекта цель может быть на первый взгляд неочевидна и неважна. В то же время именно через сигнализацию как составной элемент предупредительной функции может быть запущен механизм реализации, с одной стороны, общественного порицания, с другой – действий фактического и юридического характера, направленных на недопущение повторения такого рода последствий (изменения организационного и технического характера, создание резервных фондов, для оперативного устранения последствий правонарушения, страхование и проч.).

Нельзя оставлять без внимания и "публично-правовой элемент" в рассматриваемых отношениях. Общество и государство должны быть заинтересованы в обеспечении стабильности отношений по возмещению вреда. С одной стороны, нормы права должны обеспечивать потерпевшему реальную защиту его прав и охраняемых законом интересов, с другой - нормы права должны обеспечивать возможности "безболезненного" выхода из создавшейся ситуации для кредитора (исполнителя медицинской услуги). Данная проблема в настоящее время не может быть признана решенной. В ряде стран функционирует институт обязательного страхования профессиональной ответственности. В России пока делает робкие шаги добровольное страхование профессиональной ответственности исполнителей медицинских услуг. Механизм реализации функций деликтной ответственности оптимизирует и механизм страхования профессиональной ответственности. В условиях единичных выплат за причиненный здоровью или жизни пациента вред страховой механизм, с одной стороны, мало востребован жизнью, с другой - в условиях незначительного числа страхователей дорог[53] .

Иногда в литературе подчеркивается и карательный аспект в функциях по возмещению вреда. Так, В. Варкалло исходит из того, что ответственность по возмещению вреда выполняет три функции: карательную (наказательную), превентивно-воспитательную, компенсационную[54] .

Действующим законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить компенсацию сверх возмещения вреда (п. 1 ст. 1064, ст. 1085 ГК и др.). Наложение дополнительного обременения и является собственно наказанием для причинителя вреда.

Приведенный анализ взглядов на функции деликтных обязательств, их содержание применительно к исследуемым общественным отношениям позволяет сделать вывод о том, что обязательства вследствие причинения вреда могут выполнять три функции: компенсационную (или восстановительную); предупредительно-воспитательную (или превентивную); карательную (или репрессивную).

При этом основной среди них является компенсационная (или восстановительная) функция.

При наличии полного состава гражданского правонарушения, всех необходимых условий ответственности могут реализовываться в той или иной мере все три функции обязательств из причинения вреда. При наличии усеченного состава правонарушения (когда не требуется вина причинителя вреда или иного обязанного лица) речь может идти только о реализации в полной мере компенсационной функции. Такая ситуация возможна при так называемых врачебных ошибках[55] . За ошибки в ряде клинических ситуаций также необходимо отвечать, что проявляется путем претерпевания неблагоприятных экономических последствий, однако в этом случае речь не может идти о реализации хоть в какой-нибудь мере карательной функции. Иное решение полностью противоречит сущности института юридической ответственности. Превентивная функция в ситуации врачебной ошибки не имеет той значимости, которая отводится ей при наличии вины в деяниях исполнителя услуги (в лице медицинского персонала), однако не может быть полностью сброшена со счетов. Анализ каждой врачебной ошибки позволяет выявить причину или причины, повлекшие за собой невиновное причинение вреда здоровью пациента. Чаще всего в качестве таковых выступает недостаточная квалификация медицинского работника или сочетание недостаточной квалификации с дефицитом времени, сил и средств организации применительно к конкретному клиническому случаю (организационно-хозяйственные причины). На такие причины или их совокупность также можно и нужно влиять, хотя осуществить комплекс таких мероприятий гораздо сложнее, а их результат не является таким очевидным[56] .

Следует заметить, что в действующем законодательстве об охране здоровья граждан данные функции отчетливо не прослеживаются, что является его недостатком. В основном оно содержит отсылки к действующему законодательству или же указывает на отдельные элементы, условия ответственности. Для оптимизации правоприменительной практики, а также обеспечения качества и стабильности здравоохранительных правоотношений следует, на наш взгляд, учитывать данные функции в правотворческой практике при подготовке законодательных актов, направленных на регламентацию отношений в сфере охраны здоровья граждан и медицинской помощи.

2.2 Ответственность перевозчика за причинение вреда жизни и здоровью

Кодекс торгового мореплавания РФ (далее - КТМ РФ) содержит дифференцированный подход к определению правил ответственности перевозчика за причинение вреда жизни и здоровью пассажира, зависящих от определенных условий. К числу таких условий относятся, во-первых, вид договора перевозки пассажиров, во-вторых, субъектный состав рассматриваемой договорной конструкции[57] .

Данный вывод следует из содержания п. 1 и п. 2 ст. 197 КТМ РФ. В частности, в соответствии с п. 1 ст. 197 КТМ РФ правила, установленные главой IX КТМ РФ об ответственности перевозчика за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира, и об ограничении такой ответственности, применяются при перевозке пассажира в заграничном сообщении, если только перевозчик и пассажир не являются организациями или гражданами Российской Федерации. Согласно же п. 2 ст. 197 КТМ РФ, в случае если перевозчик и пассажир являются организациями или гражданами Российской Федерации, ответственность перевозчика за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира, определяется в соответствии с правилами гражданского законодательства Российской Федерации.

Из анализа содержания указанных норм следует, что применение главы IX КТМ РФ в части регламентирования ответственности перевозчика за причинение вреда жизни или здоровью пассажира обусловлено следующими обстоятельствами:

- во-первых, необходимо, чтобы перевозка пассажиров осуществлялась в заграничном сообщении;

- во-вторых, чтобы и перевозчик, и пассажир не являлись организациями или гражданами Российской Федерации.

Если же перевозчик и пассажир являются одновременно гражданами (организациями) Российской Федерации, то в этом случае в соответствии со ст. 800 ГК РФ вступает в действие глава 59 ГК РФ, причем независимо от того, заключен договор перевозки в каботаже или в заграничном сообщении.

Как видно, п. 1 и п. 2 ст. 197 КТМ РФ не дают ответов на следующие вопросы:

Какой источник подлежит применению, если перевозка пассажиров и багажа осуществляется в каботаже, а одна из сторон договора является гражданином или организацией иностранного государства?

Какой источник подлежит применению, если перевозка пассажиров и багажа осуществляется в заграничном сообщении, а одна из сторон договора является гражданином или организацией иностранного государства?

Какой источник подлежит применению, если перевозка пассажиров и багажа осуществляется в каботаже, а перевозчик и пассажир являются гражданами или организациями иностранного государства (и возможна ли в принципе такая ситуация)?

Поскольку во всех вышеперечисленных случаях речь идет о гражданско-правовых отношениях, осложненных иностранным элементом, представляется необходимым использовать нормы международного частного права, содержащиеся в главе XXVI КТМ РФ "Применимое право" и в разделе VI ГК РФ "Международное частное право".

В связи с этим интересным представляется вопрос об иерархическом соотношении норм КТМ РФ и ГК РФ в части регулирования отношений, составляющих предмет международного частного права. Ответ на этот вопрос должен быть дан, принимая во внимание принцип lex specialis derogate generali - "специальный закон вытесняет общий". Безусловно, в качестве специального закона выступает в данном случае КТМ РФ, поскольку подвергает регулированию более узкий круг имущественных отношений, связанных с торговым мореплаванием. Поэтому при коллизии норм, содержащихся в этих нормативно-правовых актах, должны применяться правила, предусмотренные КТМ РФ.

Именно к такому выводу - только в отношении действующих в то время КТМ СССР и ГК РСФСР - пришла Морская арбитражная комиссия по спору, возникшему в 1979 году: "иностранный истец сослался на ст. 126 Основ гражданского законодательства 1961 г. и ст. 566 ГК РСФСР, предусматривающие применение права страны места причинения вреда. МАК отклонила это требование, сославшись на то, что ст. 14 КТМ РФ "имеет в данном случае приоритет перед названными общими коллизионными нормами советского права, так как они установлены, во-первых, специально для отношений, связанных с торговым мореплаванием, а не для любых имущественных отношений, а во-вторых, специально для ограничения ответственности судовладельца, а не вообще для обязательств, возникающих вследствие причинения вреда".

Из числа международных договоров, устанавливающих общие правила ответственности морского перевозчика за причинение вреда жизни или здоровью пассажира, главенствующее значение имеет Афинская конвенция о перевозке морем пассажиров и их багажа 1974 года. Однако применительно к трем вышеперечисленным случаям она распространяет свое действие только на вторую ситуацию (перевозка в заграничном сообщении; одна из сторон договора - гражданин или организация иностранного государства), поскольку рассчитана на международные перевозки (ст. 2 Конвенции).

В соответствии с п. 9 ст. 1 Конвенции международная перевозка означает любую перевозку, при которой в соответствии с договором перевозки место отправления и место назначения расположены в двух различных государствах либо в одном государстве, если согласно договору перевозки или предусмотренному рейсу промежуточный порт захода находится в другом государстве. При этом следует отметить, что КТМ РФ не использует понятие "международная перевозка", а заменяет его такими терминами, как "заграничное плавание" (ст.ст. 28, 29 КТМ РФ) и "заграничное сообщение" (ст.ст. 187, 197, 409 КТМ РФ). Также нужно иметь в виду, что российский кодифицированный акт не содержит определений данных понятий, поэтому о содержании последних можно судить из толкования статьи 4 КТМ РФ, посвященной перевозке в каботаже.

Так, согласно данной статье перевозка в каботаже представляет собой перевозку, осуществляемую между морскими портами Российской Федерации. Отсюда следует, что международная перевозка или перевозка в заграничном сообщении - это перевозка, осуществляемая, прежде всего, между российским портом и портом иностранного государства. В то же время, поскольку Афинская конвенция является составной частью правовой системы Российской Федерации, к числу перевозок в заграничном сообщении нужно отнести и перевозки, которые хотя и осуществляются между российскими портами, но согласно договору или предусмотренному рейсу предусматривают в качестве промежуточного пункта захода порт иностранного государства.

Применительно к оставшимся двум случаям (перевозка в каботаже; перевозчик и пассажир - иностранные лица или один из контрагентов - иностранное лицо) необходимо принимать во внимание внутреннее законодательство Российской Федерации. Поскольку в соответствии с российским законодательством ответственность перевозчика за причинение вреда жизни или здоровью пассажира по общему правилу строится в соответствии с нормами главы 59 ГК РФ, то при осуществлении перевозки в каботаже, когда хотя бы одной из сторон выступает иностранное лицо, подлежит применению ст. 1219 ГК РФ, в которой определяется право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда.

В ситуации, когда вред жизни или здоровью пассажира причиняется при осуществлении перевозки в каботаже и одна из сторон договора является иностранным лицом, ответственность перевозчика должна определяться, прежде всего, по правилам п. 1 ст. 1219 ГК РФ. Пункт 1 ст. 1219 ГК РФ в качестве общего правила воспроизводит первый из вышеназванных принципов, указывая, что к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для требования о возмещении вреда. Поскольку в рассматриваемом случае речь идет о перевозке в каботаже, необходимо применять нормы российского законодательства.

В то же время законодатель счел возможным предусмотреть в качестве альтернативы данной коллизионной привязке критерий места наступления вредоносного результата. В частности, п. 1 ст. 1219 ГК РФ гласит: в случае, когда в результате такого действия или иного обстоятельства вред наступил в другой стране, может быть применено право этой страны, если причинитель вреда предвидел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стране.

Применительно к оставшемуся случаю необходимо прежде всего ответить на вопрос, возможна ли в принципе по российскому законодательству ситуация, когда перевозка осуществляется в каботаже, а перевозчик и пассажир являются гражданами или организациями иностранного государства. В п. 1 ст. 4 КТМ РФ закреплена традиционная для нашей правовой системы норма, отражающая протекционистскую политику государства по отношению к национальному флоту. Согласно ей перевозки и буксировка в сообщении между морскими портами Российской Федерации (каботаж) осуществляются судами, плавающими под государственным флагом Российской Федерации. В то же время пункт 2 ст. 4 КТМ РФ допускает исключения из этого правила, которые могут быть определены в соответствии с международными договорами Российской Федерации, а также в случаях и в порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации.

В частности, в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 24 мая 2000 г. № 404 "О перевозках и буксировке в каботаже судами, плавающими под флагом иностранного государства"[58] перевозки между морскими портами Российской Федерации могут осуществляться судами, плавающими под флагом иностранного государства, в следующих случаях:

- когда для перевозок и буксировки требуется специализированный флот, отсутствующий в составе судов, плавающих под государственным флагом Российской Федерации;

- когда необходимо обеспечить срочные перевозки и буксировку и отсутствует возможность осуществления этого судами, плавающими под государственным флагом Российской Федерации.

Кроме этого, в качестве дополнительного условия осуществления перевозок в каботаже судами, плавающими под флагом иностранного государства, в указанном Постановлении Правительства РФ названо соблюдение следующих требований:

- такие перевозки могут осуществляться только между портами, открытыми для захода иностранных судов;

- необходимо получить разрешение на перевозку и буксировку в каботаже в компетентном органе государства.

Из вышесказанного следует, что ситуация, когда перевозка осуществляется в каботаже, а перевозчик и пассажир являются гражданами или организациями иностранного государства, теоретически возможна, хотя и обусловлена соблюдением ряда требований. При определении источников правового регулирования в этом случае необходимо принимать во внимание два возможных варианта: контрагенты по договору являются лицами одной и той же страны, и контрагенты по договору являются гражданами или организациями разных иностранных государств. В первом случае применению подлежит п. 2 ст. 1219 ГК РФ, в котором, кроме вышеперечисленных коллизионных привязок, при определенных условиях предусматривается возможность применения права страны гражданства (lex nationalis) или места жительства (lex domicili) сторон деликтного обязательства. К числу таких условий, в частности, относятся следующие обстоятельства:

- вред возник за границей;

- стороны деликтного обязательства являются гражданами или юридическими лицами одной и той же страны, либо граждане-участники деликтных отношений имеют место жительства в одной и той же стране.

2.3 Возмещение вреда жизни и здоровью военнослужащих

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью, их признание и соблюдение - обязанность государства. Данные положения Конституции Российской Федерации обязывают государство совершенствовать существующие гарантии в части их реализации. Одной из таких правовых гарантий обеспечения прав человека является право на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы.

С каждым годом значительно увеличивается число обращений в суды общей юрисдикции членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, с требованиями о возмещении вреда, включая причиненный материальный и моральный вред.

В настоящее время основу правового регулирования обязательств государства по возмещению вреда военнослужащему составляют нормы гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих"[59] от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ.

Так, ст. 1084 ГК РФ определяет, что вред, причиненный жизни гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, возмещается по правилам, предусмотренным гл. 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В действительности возмещение вреда, причиненного жизни военнослужащего, определяется по правилам гл. 59 ГК РФ, за исключением его объема и характера. Данные выводы подтверждаются п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2000 г. № 9[60] . Объем и характер указанного возмещения вреда военнослужащим, а также членам их семей определен в ст. ст. 16 и 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих"[61] .

Под объемом вреда, причиненного жизни военнослужащего, следует понимать устранение негативных последствий противоправного виновного поведения органа военного управления, возникших в имущественной и неимущественной сферах потерпевшего[62] .

Характер причиненного вреда (имущественный или неимущественный (моральный)) предопределяет, каким образом должно осуществляться возмещение, т.е. каковы специфические способы, предусмотренные законом, с помощью которых должны быть восстановлены (компенсированы) негативные последствия правонарушения.

По мнению Е.П. Черновола, понятия "объем" и "размер" возмещения "выражают одну и ту же сущность - определенную величину той компенсации (в натуральных или денежных формах), которую причинитель вреда, в соответствии с законом и обстоятельствами дела, обязан предоставить потерпевшему для того, чтобы нанесенный ему ущерб был устранен"[63] .

В соответствии с п. 2 ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих" в случае гибели (смерти) военнослужащего членам семьи погибшего военнослужащего выплачивается в равных долях единовременное пособие в размерах, установленных данным Законом. Возмещение морального вреда и убытков, причиненных военнослужащим государственными органами и органами местного самоуправления, производится в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами (п. 5 ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих")[64] .

Следует отметить, что законодатель дважды ссылается на применение гл. 59 ГК РФ к правоотношениям, регулирующим возмещение вреда в случае гибели (смерти) военнослужащего: первый раз - в ст. 1084 ГК РФ, второй - в ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих". Кроме того, применяя правила гл. 59 ГК РФ к случаям деликтной ответственности органов военного управления (ст. 1084 ГК РФ), можно сказать, что за вред, причиненный жизни военнослужащего, ответственность органов военного управления будет наступать в тех же формах, что и за вред, причиненный жизни или здоровью гражданина.

В свою очередь, гражданское законодательство в отличие от военного предусматривает более широкий спектр выплат членам семей погибшего при исполнении обязанностей военной службы военнослужащего:

1. В размере той доли заработка (дохода) погибшего (умершего), определенного по правилам ст. 1089 ГК РФ, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни:

- нетрудоспособным лицам, состоявшим на иждивении умершего или имевшим ко дню его смерти право на получение от него содержания;

- ребенку умершего, родившемуся после его смерти;

- одному из родителей, супругу либо другому члену семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими 14 лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе;

- лицам, состоявшим на иждивении умершего и ставшим нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти;

- одному из родителей, супругу либо другому члену семьи, не работающему и занятому уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего и ставшему нетрудоспособным в период осуществления ухода. При этом такое лицо сохраняет право на возмещение вреда после окончания ухода за этими лицами.

Вред возмещается:

- несовершеннолетним - до достижения 18 лет;

- учащимся старше 18 лет - до окончания учебы в учебных учреждениях по очной форме обучения, но не более чем до 23 лет;

- женщинам старше 55 лет и мужчинам старше 60 лет - пожизненно;

- инвалидам - на срок инвалидности;

- одному из родителей, супругу либо другому члену семьи, занятому уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, - до достижения ими 14 лет либо изменения состояния здоровья.

Возмещение вреда, вызванного смертью потерпевшего, производится по правилам ст. 1092 ГК РФ:

- ежемесячными выплатами;

- единовременно, но не более чем за три года (по решению суда, вынесенному по требованию гражданина, имеющего право на возмещение вреда).

Также в возмещение дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085 ГК РФ) могут быть присуждены суммы на будущее время в пределах сроков, определяемых на основе заключения медицинской экспертизы, а также при необходимости предварительной оплаты стоимости соответствующих услуг и имущества, в том числе приобретения путевки, оплаты проезда, оплаты специальных транспортных средств.

2. В соответствии со ст. 1091 ГК РФ суммы выплачиваемого гражданам возмещения вреда, причиненного жизни потерпевшего, при повышении стоимости жизни индексируются с учетом уровня инфляции.

Получить перечисленные выплаты имеют право члены семьи погибшего военнослужащего в соответствии как с гл. 59 ГК РФ, так и ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих". Однако следует учитывать, что из общего правила есть исключения.

Исключения составляют случаи, в результате которых члены семьи погибшего военнослужащего получили страховые суммы, полагающиеся им по обязательному государственному личному страхованию военнослужащих в соответствии с Федеральным законом "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы и сотрудников федеральных органов налоговой полиции"[65] от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ (далее - Федеральный закон "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих..."), после чего они имеют право на все перечисленные выплаты, за исключением тех, которые предусмотрены гл. 59 ГК РФ[66] .

В подобной ситуации возникает необходимость осознания тех условий, в которых оказываются военнослужащие и члены их семей при реализации своих прав не только на страховую защиту, но и на полное возмещение вреда, причиненного жизни военнослужащего на военной службе.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (п. 1 ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих").

Федеральный закон "О статусе военнослужащих" принят в соответствии с Конституцией Российской Федерации, отвечает требованиям ч. 2 п. 2 ст. 3 ГК РФ.

Согласно преамбуле Федерального закона "О статусе военнослужащих" основы государственной политики по правовой и социальной защите военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей определяются указанным Законом.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда"[67] от 20 декабря 1994 г. № 10 требования потерпевших о компенсации перенесенных ими нравственных страданий, кроме ГК РФ, регулируются Федеральным законом "О статусе военнослужащих".

Следует отметить, что Федеральный закон "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих..." принят во исполнение Федерального закона "О статусе военнослужащих" и, прежде всего, определяет объем и характер возмещения морального и материального вреда жизни военнослужащего.

В целом страхование представляет собой отношения по защите имущественных интересов физических и юридических лиц при наступлении определенных событий (страховых случаев) за счет денежных фондов, формируемых из уплачиваемых ими страховых взносов (страховых премий)[68] . Страхование жизни и здоровья военнослужащих может осуществляться в добровольной или обязательной форме. Безусловно, разница между добровольной и обязательной формами весьма ощутима.

В основе добровольного страхования лежит выбор. Так, например, страхователь самостоятельно выбирает страховщика, застрахованное лицо может являться страхователем и по своему усмотрению выбирать выгодоприобретателей. В то же время обязательное страхование может осуществляться исключительно на основании закона за счет средств соответствующего бюджета (обязательное государственное страхование) либо за счет средств работодателей (обязательное социальное страхование), а также за счет средств физических или юридических лиц в случаях, предусмотренных законом.

Так, например, обязательное социальное страхование жизни и здоровья граждан (работников) устанавливается в целях обеспечения их социальных интересов и предусматривает: обеспечение социальной защиты застрахованных и экономической заинтересованности субъектов страхования в снижении профессионального риска; возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных законом случаях, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию[69] .

В силу специфики правового положения военнослужащих и граждан, проходящих военные сборы, обусловленной особым характером возложенных на них задач, выполнение которых связано с риском для жизни, государство в случае гибели (смерти) или увечья (ранения, травмы, контузии), заболевания, полученных в период прохождения ими военной службы (военных сборов), предусматривает указанным лицам выплаты в порядке обязательного государственного страхования[70] .

В настоящее время в Вооруженных Силах Российской Федерации право членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, на возмещение вреда, причиненного их жизни, в порядке обязательного государственного страхования можно признать гарантированным.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации "По делу о проверке конституционности положения абзаца второго пункта 4 статьи 11 Федерального закона "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы и сотрудников федеральных органов налоговой полиции" в связи с жалобой гражданина М.А. Будынина"[71] от 26 декабря 2002 г. № 17-П (далее - Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. N 17-П) признано, что посредством прохождения военной службы граждане реализуют свое право на труд, а также то, что военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанный с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемый в публичных интересах. Лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним[72] .

Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, что в силу ч. 1 ст. 1, ст. ст. 2, 7, ч. ч. 1 и 3 ст. 37, ч. ч. 1 и 2 ст. 39, ч. 1 ст. 41, ч. 1 ст. 45, ст. 59, пп. "в" и "м" ст. 71 Конституции Российской Федерации влечет обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда жизни или здоровью при прохождении службы.

Реализуя данную конституционную обязанность государства, федеральный законодатель установил для военнослужащих обязательное государственное страхование жизни и здоровья, определив в Федеральном законе "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих..." условия и порядок его осуществления.

Кроме того, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. № 17-П определен конституционно-правовой смысл обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и приравненных к ним лиц.

Конституционным Судом Российской Федерации установлено, что обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих является одной из форм исполнения государством обязанности возместить ущерб, который может быть причинен жизни или здоровью этих лиц при прохождении ими службы. Таким образом, страховое обеспечение, полагающееся военнослужащим, наряду с иными выплатами, которые в целях возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, могут быть установлены им на основании других законов (ст. 1084 ГК РФ, ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих"), входит в гарантированный государством объем возмещения, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред.

Указанным выводом Конституционный Суд Российской Федерации раскрывает основные принципы не только обязательного государственного страхования жизни военнослужащих, но и в целом конституционной обязанности государства по удовлетворению военнослужащих материальным обеспечением и компенсацией в случаях причинения вреда их жизни при прохождении военной службы.

Выделим три основных принципа[73] :

1. Компенсация вреда производится в полном объеме. Государство, учитывая особый статус военнослужащих, гарантирует им и членам их семей полную материальную компенсацию полученного повреждения здоровья, которая реализуется посредством выплат разных видов:

- обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих и приравненных к ним лиц;

- выплаты в целях возмещения вреда (ст. 1084 ГК РФ);

- единовременные пособия, определенные п. п. 2 и 3 ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих";

- возмещение вреда на основании п. п. 5 и 6 ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих";

- единовременные пособия, определенные п. п. 3 и 4 ст. 20 Федерального закона "О борьбе с терроризмом" от 25 июля 1998 г. N 130-ФЗ;

- социальные пособия и компенсации, определенные Постановлением Правительства Российской Федерации "О дополнительных мерах по социальной защите членов семей военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел, Государственной противопожарной службы, уголовно-исполнительной системы, непосредственно участвовавших в борьбе с терроризмом на территории Республики Дагестан и погибших (пропавших без вести), умерших, ставших инвалидами в связи с выполнением служебных обязанностей" от 25 августа 1999 г. N 936 и Приказом Министра обороны Российской Федерации "О дополнительных мерах по социальной защите членов семей военнослужащих, выполнявших задачи на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации и погибших (пропавших без вести) при выполнении служебных обязанностей" от 26 января 2000 г. N 44;

- единовременные пособия, установленные п. 3 ст. 9 Закона Российской Федерации "О статусе Героев Советского Союза, Героев Российской Федерации и полных кавалеров ордена Славы"[74] .

Данные выплаты входят в общий гарантированный государством объем возмещения вреда, но реализуются в рамках совершенно разных правоотношений (страховые правоотношения, правоотношения по возмещению вреда, правоотношения по выплате единовременных пособий, правоотношения по выплате социальных пособий).

2. Страховая сумма компенсирует последствия изменения материального и (или) социального статуса застрахованного лица вследствие наступления страхового случая. Формулируя этот принцип, Конституционный Суд Российской Федерации конкретно указывает на то, что страховым событием по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих и приравненных к ним лиц является только такое повреждение здоровья военнослужащего, вследствие которого:

- изменился материальный статус военнослужащего;

- изменился его социальный статус;

- одновременно изменился его материальный и социальный статус.

Материальный статус военнослужащего характеризуется его материальным благополучием, уровнем денежного, вещевого, продовольственного обеспечения и торгово-бытового обслуживания военнослужащего.

Социальный статус - положение военнослужащего в общественной иерархии, совокупность прав и свобод, гарантированных государством для военнослужащих, а также объем его обязанностей и ответственности.

3. Страховая сумма включает в себя компенсацию материального ущерба и морального вреда, связанного с наступлением страхового случая. Конституционным Судом Российской Федерации определено, что страховая сумма по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих и приравненных к ним лиц представляет собой денежную сумму, состоящую из двух частей: суммы, предназначенной для компенсации материального вреда, и суммы, предназначенной для компенсации морального вреда.

Таким образом, посредством обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих, регулируемого Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ, предполагающего выплату при наступлении страховых случаев соответствующих страховых сумм, обеспечиваются право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, право на охрану здоровья, защита имущественных прав - ч. 2 ст. 7, ч. ч. 1 и 3 ст. 37, ст. 35, ч. 1 ст. 41, ст. 53 Конституции Российской Федерации, а также осуществляется гарантируемое ст. 39 Конституции Российской Федерации социальное обеспечение граждан в случае потери кормильца.

Кроме того, в соответствии с п. 9 ст. 2 Федерального закона "О статусе военнослужащих", если члены семей военнослужащих одновременно имеют право на получение одной и той же льготы, гарантии и компенсации по нескольким основаниям, то им предоставляется по их выбору льгота, гарантия и компенсации по одному основанию.

Сравнительный анализ объема и размера возмещения вреда военнослужащему по гражданскому и военному законодательству свидетельствует о том, что выплаты, предусмотренные гл. 59 ГК РФ, и обязательное государственное страхование жизни военнослужащих не в состоянии устранить в полном объеме негативные последствия, возникающие в имущественной сфере потерпевшего вследствие причинения вреда жизни. При этом выплаты, назначаемые военнослужащему в соответствии с гл. 59 ГК РФ, значительно превышают те, которые предусмотрены военным законодательством.


2.4 Ответственность за вред, причиненный в связи со смертью гражданина или повреждением его здоровья при исполнении трудовых обязанностей

Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина, выражается в смерти человека либо в причинении ему травмы или увечья. Такой вред во всех случаях не может быть ни возмещен в натуре, ни компенсирован денежными средствами. Однако при этом у потерпевшего обычно возникают имущественные потери, поскольку вследствие полученных травм или увечий он временно или постоянно лишается возможности получения прежнего заработка или иного дохода, вынужден нести дополнительные расходы на лечение и т.п. В случае смерти гражданина такие потери могут понести близкие ему лица, лишающиеся в результате этого источника доходов или содержания[75] .

З.М.А. в интересах З.Н.В. обратилась в суд с иском открытому акционерному обществу "Разрез Тал-Юрях" об оплате проезда и перерасчете ежемесячных платежей в возмещение вреда, связанного с повреждением здоровья при исполнении трудовых обязанностей.

В обоснование иска указала, что в результате дорожно-транспортного происшествия ее супруг З.Н.В., состоявший в трудовых отношениях с обществом, получил трудовое увечье. В счет возмещения вреда ему установлены ежемесячные платежи, с размером которых она не согласна.

Поскольку администрацией акционерного общества в оплате проезда и в перерасчете возмещения ей отказано, просила о взыскании стоимости проезда и производстве перерасчета ежемесячных платежей в возмещение вреда.

В соответствии со ст. 11 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденных постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. (с последующими дополнениями и изменениями) и действовавших на момент причинения вреда З.Н.В., суммы возмещения вреда подлежат индексации в связи с ростом стоимости жизни и увеличением минимального размера оплаты труда.

Правила ст. ст. 318, 1091 ГК РФ также предусматривают увеличение размера возмещения вреда в связи с повышением стоимости жизни и увеличением минимального размера оплаты труда. Суммы выплачиваемого гражданам возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью потерпевшего, при повышении стоимости жизни подлежат индексации в установленном законом порядке[76] .

Вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, подлежит возмещению в рамках внедоговорных обязательств и в тех случаях, когда он является результатом ненадлежащего исполнения договора. Например, вред, причиненный жизни и здоровью пассажира или туриста, возмещается по правилам о деликтных обязательствах, а не об обязательствах, возникших из договора пассажирской перевозки или туристско-экскурсионного обслуживания. Это же касается и случаев причинения указанного вреда гражданину при исполнении им обязанностей военной службы, службы в милиции и других подобных обязанностей, в том числе возникших в силу трудового договора (ст. 1084 ГК). В частности, по этим правилам возмещается и вред, возникший у работника в связи с профессиональным заболеванием, вызванным тяжелыми, небезопасными условиями его труда (например, пневмокониоз и силикоз у шахтеров, поражение слухового нерва у профессиональных радистов и т.п.)[77] .

С этих позиций должен решаться и вопрос о применении в рассматриваемых случаях такого специального закона, как Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей. Указанные Правила применяются для определения размера и порядка возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью граждан при выполнении ими своих обязанностей, вытекающих из трудового договора и некоторых других договорных правоотношений (договоров подряда, поручения и иных договоров, связанных с личным трудом граждан в интересах других лиц), а также из кооперативных (разновидности корпоративных) правоотношений. Но и в этих случаях они применяются лишь тогда, когда ими установлен более высокий размер или более льготный порядок соответствующей компенсации, нежели предусмотренные общими нормами ГК о деликтных обязательствах[78] .

Размер единовременной страховой выплаты по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, предусмотренный статьей 11 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний"[79] , определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности застрахованного лица исходя из максимальной суммы 46 900 рублей.

В случае смерти застрахованного лица единовременная страховая выплата устанавливается в размере 46 900 рублей.

За счет средств обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний оплачиваются расходы на посторонний специальный медицинский уход за застрахованным лицом в размере 900 рублей в месяц и расходы на посторонний бытовой уход за застрахованным лицом в размере 225 рублей в месяц[80] .

О. с 1961 года работал в ООО "Тюменская овчинно-меховая фабрика", в том числе с вредными условиями труда 13,5 лет. В 1990 году вышел на пенсию по старости. В 1996 году истцу установлена 2 группа инвалидности по причине профессионального заболевания, приобретенного в период работы в ООО "Тюменская овчинно-меховая фабрика". 19.03.2003 О. установлена утрата профессиональной трудоспособности 40%, что послужило поводом для его обращения в суд с вышеназванным иском.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 года N 4214-1 "Об утверждении Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей" в связи с повышением стоимости жизни суммы заработка, из которого исчисляются суммы возмещения вреда, рассчитанные с учетом коэффициентов, указанных в настоящем пункте, увеличивается по увечьям, иным повреждениям здоровья, полученным до 1 января 1991 года,- в шесть раз.

Таким образом, судебными инстанциями постановлены правильные по существу решения, существенных нарушений норм процессуального и материального права, влекущих их отмену, не допущено[81] .

Таким образом, сфера действия гражданско-правовых норм об ответственности за вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, распространяется за рамки традиционных, внедоговорных обязательств, охватывая договорные отношения, в том числе складывающиеся на основе трудового договора. Сама же эта ответственность состоит в возмещении потерпевшему или его близким понесенных в связи с этим имущественных потерь (а также в компенсации сверх этого морального вреда). Условия такого возмещения определяются общими правилами об ответственности за причинение имущественного вреда[82] . В частности, это означает, что вред, причиненный источником повышенной опасности, в том числе при использовании работодателем потерпевшего различных станков, механизмов и т.п., подлежит возмещению независимо от вины причинителя (п. 1 ст. 1079 ГК).

В связи с причинением гражданину увечья или иного повреждения его здоровья компенсации подлежит прежде всего утраченный потерпевшим заработок или иной доход, который он имел или мог иметь до увечья (п. 1 ст. 1085 ГК). Основанием для этого служит то обстоятельство, что в результате причинения данного вреда гражданин не в состоянии заниматься прежними видами деятельности, в том числе выполнять прежнюю работу. Если в результате причинения рассматриваемого вреда гражданин не понес такого рода имущественных потерь (например, вред был причинен неработающему пенсионеру, продолжающему получать пенсию), предмет возмещения отсутствует.

Компенсация утраченного потерпевшим заработка или иного дохода осуществляется исходя из их фактического размера. Однако при этом учитывается заработок или доход, который потерпевший хотя и не получил, но определенно мог иметь после причинения вреда его здоровью. Если, например, потерпевший в связи с учебой в вузе (которую он вынужден прервать в связи с полученной травмой) или иным повышением своей квалификации мог претендовать на более высокую должность с более высоким заработком, размер возмещения вреда должен определяться с учетом этого заработка. Если артист получил увечье, следуя на концерт, а предприниматель - на подписание договора, то при наличии общих условий ответственности им должны быть компенсированы убытки в виде неполученных, но реально предназначавшихся к получению доходов.

Вместе с тем утраченный потерпевшим заработок или доход не подлежит уменьшению на сумму назначенных ему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья пенсий, пособий и иных выплат, которые, в отличие от ранее действовавшего порядка, теперь не должны засчитываться в счет возмещения вреда. Не засчитывается в счет такого возмещения и заработок или доход, получаемый потерпевшим после повреждения его здоровья (п. 2 ст. 1085 ГК).

Наконец, закон позволяет увеличить объем (характер) и размер возмещения вреда, причитающегося потерпевшему, в том числе в соответствии с условиями договора, при исполнении которого вред был понесен (п. 3 ст. 1085 ГК). В частности, увеличение такой компенсации в сравнении с правилами ГК для отдельных категорий граждан может предусматриваться специальным законом либо условиями заключенных ими индивидуальных или коллективных трудовых договоров с работодателями. Возможность же уменьшения компенсации, хотя бы и специальным законом, исключается.

Для определения конкретного размера утраченного потерпевшим заработка или дохода имеет значение прежде всего размер среднего месячного заработка или дохода, получаемого потерпевшим до увечья или иного повреждения здоровья. В состав такого заработка включаются все виды оплаты труда как по трудовым, так и по гражданско-правовым договорам, причем как по основному месту работы, так и по совместительству (кроме выплат единовременного характера, например единовременных премий), а также авторские гонорары. Размер доходов от предпринимательской деятельности определяется на основании данных налоговых органов. Все виды заработка или дохода учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов. Среднемесячная сумма заработка или дохода потерпевшего подсчитывается путем деления на 12 общей суммы заработка или доходов, полученных им за 12 месяцев работы, предшествовавших повреждению его здоровья (п. 3 ст. 1086 ГК).

Если потерпевший на момент причинения вреда не работал (стал безработным, имел перерыв в работе и т.д.), при подсчете его заработка (доходов) по его выбору может учитываться либо ранее получаемый им заработок, либо обычный заработок работника его квалификации в данной местности. Но в обоих случаях этот заработок не может считаться менее пятикратного минимального размера оплаты труда (п. 4 ст. 1086 ГК).

Если же до причинения вреда здоровью потерпевшего его заработок или доход устойчивым образом повысились (например, незадолго до увечья потерпевшему увеличена заработная плата либо он переведен на новую должность с более высоким окладом), при определении среднемесячного заработка (дохода) учитывается только новый, повышенный заработок или доход потерпевшего (п. 5 ст. 1086 ГК).

В результате полученной травмы или иного повреждения здоровья потерпевший может получить лишь кратковременное расстройство здоровья, при котором ему должны быть компенсированы утраченные им доходы (неполученный заработок) за все время болезни. Однако результатом причиненного здоровью потерпевшего вреда может стать и стойкая или невосстановимая утрата им трудоспособности. В этом случае необходимо определить, в какой мере травма или увечье затрудняют для потерпевшего осуществление прежней деятельности (работы), т.е. установить степень утраты им профессиональной трудоспособности. Под этим понимается способность человека к выполнению определенной работы по конкретной профессии, т.е. его способность к труду по имеющейся специальности и квалификации. При частичном сохранении такой способности потерпевший сохраняет возможность получения части прежнего заработка или дохода, поэтому размер причитающегося ему возмещения соответственно уменьшается.

Степень утраты профессиональной трудоспособности (в процентах) определяют учреждения Государственной службы медико-социальной экспертизы, входящие в структуру органов социальной защиты населения Российской Федерации (ранее именовавшиеся врачебно-трудовыми экспертными комиссиями)[83] . В частности, возможность выполнения прежней квалифицированной работы лишь в специально созданных условиях и со значительными ограничениями позволяет признать утрату профессиональной трудоспособности от 70 до 90 процентов, а невозможность выполнения любых видов профессиональной деятельности даже в специально созданных условиях означает 100-процентную утрату профессиональной трудоспособности. Например, утрата одного из пальцев левой руки для пианиста означает полную потерю профессиональной трудоспособности, для квалифицированного рабочего может составить лишь незначительную ее утрату, а на трудоспособности научного сотрудника может вообще не отразиться. В зависимости от установленной экспертизой степени утраты профессиональной трудоспособности потерпевший признается инвалидом одной из трех групп[84] .

При отсутствии у потерпевшего профессиональной трудоспособности учитывается степень утраты им общей трудоспособности, т.е. способности к неквалифицированному труду, не требующему специальных знаний и навыков. Она определяется аналогичным образом.

Учитывается также грубая неосторожность самого потерпевшего, содействовавшая возникновению или увеличению вреда (ст. 1083 ГК). При этом размер возмещения уменьшается пропорционально степени вины потерпевшего.

Например, при среднемесячном заработке до увечья в 1600 рублей и утрате 75 процентов профессиональной трудоспособности объем возмещения потерпевшему составит: 1600 рублей - 400 рублей (25 процентов от 1600 рублей, приходящихся на сохранившуюся часть профессиональной трудоспособности) = 1200 рублей ежемесячно. Если при этом будет установлена вина потерпевшего, а ее степень будет определена судом в 50 процентов, то размер возмещения вреда составит: 1200 рублей - 600 рублей (50 процентов от 1200 рублей) = 600 рублей ежемесячно.

В случае причинения вреда здоровью малолетнего потерпевшего (не достигшего 14 лет), не имевшего заработка или дохода, причинитель возмещает лишь дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, и моральный вред. При причинении вреда не имевшему заработка (дохода) несовершеннолетнему потерпевшему (в возрасте от 14 до 18 лет), а также при достижении малолетним потерпевшим возраста 14 лет причинитель обязан возместить не только дополнительные расходы и моральный вред, но и вред, связанный с уменьшением трудоспособности потерпевшего. При этом условный размер его заработка (дохода) предполагается равным пятикратному минимальному размеру оплаты труда (п. 2 ст. 1087 ГК).

В случаях, когда несовершеннолетний имел заработок или доход к моменту причинения вреда его здоровью, вред возмещается исходя из размера этого заработка, но не ниже пятикратного минимального размера оплаты труда (п. 3 ст. 1087 ГК). После начала трудовой деятельности несовершеннолетний потерпевший вправе требовать увеличения размера возмещения вреда, исходя из фактически получаемого им заработка (но не ниже установленного по занимаемой им должности размера вознаграждения или заработка работника соответствующей квалификации).

При причинении вреда здоровью гражданина компенсации наряду с утраченным заработком (доходом) подлежат также вызванные повреждением здоровья дополнительно понесенные расходы потерпевшего, в частности на:

- лечение и приобретение лекарств;

- дополнительное питание;

- протезирование;

- посторонний уход;

- санаторно-курортное лечение;

- приобретение специальных транспортных средств;

- подготовку к другой профессии.

Приведенный перечень дополнительных расходов носит не исчерпывающий, а примерный характер. Однако любые дополнительные расходы возмещаются потерпевшему при условии, что он нуждается в этих видах помощи и ухода и не вправе претендовать на их бесплатное получение (п. 1 ст. 1085 ГК). Нуждаемость в перечисленных и иных видах помощи и ухода должна быть подтверждена заключением медико-социальной экспертизы, а в спорных случаях может быть установлена судом. Право на бесплатное получение дополнительной помощи устанавливается законодательством о социальной защите (социальном обеспечении) населения[85] .

Размер дополнительных расходов определяется на основании счетов и других документов либо согласно ценам, сложившимся в той местности, где потерпевший понес эти расходы. В случае нуждаемости потерпевшего в специальном медицинском уходе (медсестра, сиделка и т.д.) расходы возмещаются в пределах двух минимальных размеров оплаты труда, а при его нуждаемости также в обычном постоянном или бытовом уходе расходы возмещаются соответственно в размере 60 процентов от указанного уровня или 50 процентов минимального размера оплаты труда. При этом расходы на дополнительный уход возмещаются независимо от того, кем он осуществляется (специально нанятыми людьми, членами семьи или близкими потерпевшего) и понесены ли они фактически (ч. 4 ст. 22 Правил, п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. № 3). При определении размера возмещения дополнительных расходов не учитывается вина потерпевшего в возникновении или увеличении вреда (абз. 3 п. 2 ст. 1083 ГК).

Кроме того, потерпевший вправе требовать денежного возмещения понесенного им морального вреда сверх компенсации названных выше имущественных потерь и расходов (ст. 151, п. 3 ст. 1099 ГК). Размер компенсации такого вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также степени вины причинителя и с учетом требований разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК). При этом учитываются не только перенесенные потерпевшим страдания, но и возможные в будущем моральные травмы (например, при неизгладимом обезображении лица, утрате конечностей и т.п.)[86] .

В случае смерти потерпевшего имущественные потери возникают у близких ему лиц, которых он полностью или частично содержал при жизни (будучи их кормильцем), а также у лиц, понесших расходы на его погребение. В их число согласно п. 1 ст. 1088 ГК входят:

- иждивенцы потерпевшего, нетрудоспособные по возрасту (несовершеннолетние дети, мужчины старше 60 лет и женщины старше 55 лет) или по состоянию здоровья (наличие одной из групп инвалидности), в том числе и те, которые ко дню его смерти имели право на получение от него содержания (ст. 80-90, 93-97 СК), хотя фактически могли его и не получать;

- другие (трудоспособные) иждивенцы потерпевшего, ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти (например, трудоспособные жена или мать умершего, находившиеся на его иждивении и достигшие пенсионного возраста в течение указанного срока);

- ребенок умершего, родившийся после его смерти;

- один из членов семьи потерпевшего (в частности, его родитель или супруг) независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении потерпевшего его малолетними (не достигшими 14 лет) или нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе детьми, внуками, братьями и сестрами (независимо от возраста). При этом в случае наступления нетрудоспособности по возрасту или состоянию здоровья (например, при достижении пенсионного возраста) в период осуществления такого ухода он сохраняет право на возмещение вреда.

Перечисленным лицам вред по случаю потери кормильца возмещается в течение сроков, предусмотренных п. 2 ст. 1088 ГК (несовершеннолетним - до достижения 18 лет; учащимся - до окончания учебы, но не более чем до 23 лет; женщинам старше 55 лет и мужчинам старше 60 лет - пожизненно; инвалидам - на срок действия инвалидности и т.д.).

Размер возмещения вреда перечисленным лицам определяется той долей заработка или иного дохода потерпевшего, которую они получали или имели право получать при его жизни (за вычетом доли, приходящейся на самого умершего) (ст. 27 Правил).

Так, при наличии у него жены и трехлетнего ребенка (т.е. двух лиц, имеющих право на возмещение вреда по случаю потери кормильца на основании п. 1 ст. 1088 ГК) и среднем заработке в 1500 рублей размер возмещения каждому из них составит: 1500 рублей: 3 = 500 рублей.

Учитывается также доля находившихся на иждивении потерпевшего трудоспособных членов его семьи, не имеющих права на возмещение вреда по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 ст. 1088 ГК, поскольку при его жизни на них также тратилась часть его заработка (дохода).

Если, например, в названной выше ситуации потерпевший, кроме того, содержал взрослую трудоспособную дочь, то размер возмещения его жене и младшему ребенку составит: 1500 рублей: 4 = 375 рублей.

Если же потерпевший имел не состоявших на его иждивении лиц, которые были вправе получать от него содержание (например, отдельно проживавшую престарелую мать, которая не получала от него содержания, но вправе была его получать в соответствии со ст. 87 СК), сумма, приходящаяся на их содержание, исключается из общей суммы заработка (доходов) потерпевшего, а оставшаяся сумма делится на число его иждивенцев.

При этом в размер возмещения не засчитываются пенсии, назначенные иждивенцам как до, так и после смерти кормильца, а также получаемые ими заработок, стипендия и иные доходы (п. 2 ст. 1089 ГК, ч. 5 ст. 27 Правил). Предполагается, что и при этих условиях потерпевший при жизни тратил на их содержание соответствующую часть своего заработка (дохода). Не учитывается при этом и вина потерпевшего. Вместе с тем допускается увеличение указанного размера возмещения специальным законом или договором (например, заключенным потерпевшим при жизни индивидуальным трудовым контрактом).

Кроме того, иждивенцы имеют право на компенсацию морального вреда сверх установленного размера возмещения понесенных ими имущественных потерь (ст. 30 Правил, п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10).

Причинитель вреда, вызвавшего смерть потерпевшего, обязан также возместить необходимые расходы на погребение (ч. 1 ст. 1094 ГК), в число которых обычно включаются расходы на захоронение, установление стандартных для данной местности ограды и памятника и расходы на поминки в разумных пределах. Названные расходы компенсируются фактически понесшим их лицам, причем в их сумму не засчитывается полученное гражданами пособие на погребение[87] . Здесь также не учитывается вина самого потерпевшего.

В связи с длительным характером таких выплат необходимо учитывать возможные (возникающие в будущем) изменения в состоянии здоровья потерпевшего. Если его трудоспособность в связи с причиненным повреждением здоровья в дальнейшем уменьшилась, он вправе потребовать от причинителя соответствующего увеличения размера возмещения вреда; если же она возросла, причинитель вправе требовать соответствующего уменьшения размера возмещения[88] . Аналогичное влияние на размер возмещения данного вреда может оказать и изменение имущественного положения гражданина, причинившего вред (п. 3 и 4 ст. 1090 ГК).

Суммы выплачиваемого потерпевшему или его иждивенцам возмещения подлежат индексации при повышении стоимости жизни или пропорциональному увеличению в связи с повышением минимального размера оплаты труда (ст. 1091 ГК).

Размер возмещения вреда по случаю потери кормильца его конкретным иждивенцам может быть также изменен:

- во-первых, в связи с рождением его ребенка после его смерти (в этом случае он уменьшится в связи с увеличением числа иждивенцев);

- во-вторых, при назначении или прекращении выплат лицам, занятым уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего кормильца (в этом случае он соответственно уменьшится или увеличится в зависимости от увеличения или уменьшения числа иждивенцев (п. 3 ст. 1089 ГК)).

Ответственным за причинение вреда жизни или здоровью гражданина может являться юридическое лицо, подлежащее ликвидации и, следовательно, не имеющее правопреемников, к которым переходят обязанности по компенсации причиненного им вреда. В таком случае соответствующие платежи должны быть капитализированы (т.е. обособлены в общей сумме за весь предполагаемый период выплат) для передачи их организации, обязанной в будущем осуществлять выплаты потерпевшему, по правилам, установленным специальным законом или иными правовыми актами (п. 2 ст. 1093 ГК). В отсутствие такого закона судебная практика допускает возможность соответствующей компенсации за счет Фонда социального страхования РФ[89] .

На требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью граждан, не распространяется исковая давность (ст. 208 ГК, ч. 3 ст. 41 Правил). Однако требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествующих предъявлению иска.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Подводя итоги проанализированных в тексте дипломной работы положений, в заключении необходимо отдельно указать на актуальные, по мнению автора, перспективы становления законодательства в части охраны жизни и здоровья граждан:

Жизнь и здоровье являются важнейшими ценностями, в связи с чем, нуждаются в особой правовой охране, которую в должной мере можно реализовать лишь путем принятия специального закона.

Право на жизнь является основным и неотъемлемым правом каждого человека. Это фундаментальное право, которое представляет собой абсолютную ценность, все иные права перестают иметь значение в случае гибели человека. Проведение комплекса охранительных и защитительных мер со стороны государства в отношении каждого лица, бесспорно, будет способствовать созданию и поддержанию безопасных социальной и природной среды обитания, условий жизнедеятельности.

Обеспечение права на жизнь теснейшим образом связано с одним из важнейших и провозглашенных в Конституции РФ элементом правового статуса граждан – правом на охрану здоровья, под которым понимается не только отсутствие болезней и физических дефектов, но и состояние полного физического, духовного и социального благополучия граждан.

Неимущественные правоотношения имеют сложную структуру, включающую в себя субъектов, связывающие их права и обязанности, а также объект, по поводу которого между участниками складываются взаимные права и обязанности.

1. Личные неимущественные и имущественные права рассматриваются как равноценные в предмете гражданско-правового регулирования. Вместе с тем следует отметить, что гражданское законодательство в первую очередь говорит о регулировании имущественных отношений. Предлагается внести соответствующие изменения в ГК РФ, формально закрепляющий приоритет личными неимущественных прав перед имущественными. П. 1 ст.2 ГК РФ следует изложить в следующей редакции «Гражданское законодательство регулирует личные неимущественные отношения, определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления права собственности и других вещных прав, исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальной собственности), регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников».

2. В составе гражданского права необходимо выделить подотрасль, которая (наряду с правом собственности, обязательственным правом и другими) специально признана регулировать личные неимущественные отношения. Причем, он утверждает, что для обеспечения их единства необходимо выделить общие положения, которые относились бы ко всем нормам, составляющим данную подотрасль. Необходимо включить нормы о личных неимущественных правоотношениях в ГК сразу после раздела I «Основные положения», т.е. до раздела о праве собственности.

3. В ГК РФ необходимо включить ст. 152-2, в которой дать правовое понятие «права на жизнь»: «Право на жизнь - это признанное государством естественное и неотчуждаемое право человека на зачатие, на рождение, на достойное и благополучное существование, гарантированное на конституционном уровне до наступления смерти».

4. В законодательстве необходимо заменить в законодательстве понятие «охрана здоровья» понятием «право на здоровье». В ГК РФ необходимо включить ст. 152-3, в которой закрепить законодательное определение права на здоровье: «Право на здоровье это правомочие владения, пользования и распоряжения своим здоровьем».

5. Наряду с теми общими положениями обязательственного права, распространяющимися и на внедоговорные обязательства, следовало бы дополнительно разработать ряд норм, отражающих специфику данных обязательств. Ст. 1084 ГК РФ следует дополнить ч.2 следующего содержания: «Обязательства из повреждения здоровья или смерти кормильца - это всегда внедоговорные обязательства, хотя бы стороны и находились в договорной связи».

6. Необходимо в Гражданском кодексе предусмотреть возможность решить вопрос о возмещении причиненного жизни и здоровью вреда во внесудебном порядке. Целесообразно дополнить ГК РФ статьей 1084-1 «Внесудебное возмещение вреда жизни и здоровью» следующего содержания: «Соглашение о добровольном возмещении вреда, причиненного жизни гражданина, должно заключаться в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (их представителями). Нарушение формы соглашения должно влечь его ничтожность.

По требованию об уплате возмещения, предусмотренного соглашением с причинителем, потерпевший не обязан доказывать его размер.

Заключение соглашения должно исключать право потерпевшего (его представителя) требовать в последующем возмещение вреда в части, превышающей размер возмещения, предусмотренный заключенным соглашением сторон».

7.Необходимо в специальной норме дать хотя бы примерный перечень внедоговорных обязательств правоприменительной практики. Было бы целесообразно сформулировать общее правило о возмещении вреда, нанесенного правомерными действиями, ибо правила статьи 1067 ГК имеет в виду лишь деликтные обязательства, хотя за их рамками немало внедоговорных обязательств по компенсации правомерно причиненного вреда. Так можно дополнить Гражданский кодекс РФ ст. 1067 -1 следующего содержания: «Вред жизни и здоровью, причиненный при спасании жизни или здоровья других граждан, а также имущества граждан, юридических лиц, государства или муниципальных образований должен быть возмещен лицом, причинившим вред.

Учитывая обстоятельства, при которых был причинен такой вред, суд может возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как это третье лицо, так и причинившего вред».


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Нормативно-правовые акты

1. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 г. // Российская газета. –1993. – № 237.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 г. № 51-ФЗ (с изм. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1994. – № 32. – Ст. 3301.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 г. № 14-ФЗ (в ред. от 26.01.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 5. – Ст. 410.

4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) от 26.11.2001 г. № 146-ФЗ (с изм. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. –2001. – № 49. – Ст. 4552.

5. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 г. № 138-ФЗ (в ред. от 02.10.2007) // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 46. – Ст. 4532.

6. Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 г. № 223-ФЗ (в ред. от 21.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 1. – Ст. 16

7. Бюджетный кодекс Российской Федерации от 31.07.1998 г. № 145-ФЗ (в ред. от 26.04.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 31. – Ст. 3823.

8. Кодекс Торгового Мореплавания Российской Федерации от 30.04.1999 г. № 81-ФЗ (в ред. от 04.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 18. – Ст. 2207.

9. Федеральный закон от 13.12.1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» (в ред. от 24.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 51. – Ст. 5681.

10. Федеральный закон от 20.04.1995 г. № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» (в ред. от 22.08.2004) // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 17. – Ст.1455.

11. Федеральный закон от 24.07.1998 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в российской федерации» (в ред. от 30.06.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 31. – Ст. 3802.

12. Федеральный закон от 17.01.1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре российской федерации» (в ред. от 24.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 47. – Ст. 4472.

13. Федеральный закон от 24.11.1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (в ред. от 31.12.2005) // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 48. – Ст. 4563.

14. Федеральный закон от 24.06.1999 г. № 120-ФЗ «Об основах профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» (в ред. от 24.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 26. – Ст. 3177.

15. Федеральный закон от 27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (в ред. от 24.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 22. – Ст. 2331.

16. Федеральный закон от 27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (в ред. от 24.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 22. – Ст.2331.

17. Федеральный закон от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в ред. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 31. – Ст. 3803.

18. Федеральный закон от 24.06.1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» (в ред. от 24.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 26. – Ст.3177.

19. Федеральный закон от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (в ред. от 26.06.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 146.

20. Федеральный закон от 28.03.1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы и сотрудников федеральных органов налоговой полиции» (в ред. от 02.02.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 13. – Ст. 1474.

21. Закон РФ от 27.04.1993 г. № 4866-1 «Об обжаловании в суд действий и решении, нарушающих права и свободы граждан» (в ред. от 14.12.1995) // Ведомости СНД и ВС РФ. – 1993. – № 19. – Ст. 685.

22. Закон РФ от 26.06.1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» (в ред. от 24.07.2007) // Ведомости СНД и ВС РФ. – 1992. – № 30. – Ст. 1792.

23. Закон РФ от 27.11.1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (в ред. от 17.05.2007) // Ведомости СНД и ВС. – 1993. – № 2. – Ст. 56.

24. Закон РФ от 15.01.1993 г. № 4301-1 «О статусе Героев Советского Союза, Героев Российской Федерации и полных кавалеров ордена Славы» (в ред. от 26.06.2007) // Ведомости СНД и ВС РФ. – 1993. – № 7. – Ст. 247.

25. Закон РФ от 10.07.1992 г. № 3266-1 «Об образовании» (в ред. от 21.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 150.

26. Постановление Правительства РФ от 04.04.2002 г. № 217 «О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей, и осуществлении контроля за его формированием и использованием» (в ред. от 11.04.2006) // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 15. – Ст. 1434.

27. Постановление Правительства РФ от 16.10.2000 г. № 789 «Об утверждении правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в ред. от 01.02.2005) // Собрание законодательства РФ. – 2000. – № 43. – Ст.4247.

28. Постановление Правительства РФ от 24.05.2000 г. № 404 «О перевозках и буксировке в каботаже судами, плавающими под флагом иностранного государства» (в ред. от 03.10.2006) // Собрание законодательства РФ. – 2000. – № 22. – Ст. 2318.

29. Указ Президиума ВС РСФСР от 03.06.1967 г. «Об утверждении положения о комиссиях по делам несовершеннолетних» (в ред. от 25.02.1993) // Ведомости ВС РСФСР. – 1967. – № 23. – Ст. 536.

30. Распоряжение Правительства РФ от 03.08.1996 г. № 1207-р «Об утверждении перечня служебного и гражданского оружия и боеприпасов к нему, вносимых в государственный кадастр служебного и гражданского оружия» // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 33. – Ст. 4014.

Специальная и учебная литература

31. Астахова М.А. Объект субъективного гражданского права: понятие и признаки // Гражданское право. – 2007. – № 2. – С. 19.

32. Белякова А.М. Возмещение причиненного вреда. – М., Юрлитиздат. 1972. – 346 с.

33. Богданова Е.Е. Формы и способы защиты гражданских прав и интересов // Журнал российского права. – 2003. – № 11. – С. 40.

34. Болдинов В.М. Ответственность за причинение вреда источником повышенной опасности. – СПб., Питер. 2002. – 214 с.

35. Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. – М., Юридическая литература. 1976. –542 с.

36. Варкалло В. Об ответственности по гражданскому праву. – М., Юридическая литература. 1978. – 278 с.

37. Вершинин А.П. Меры защиты субъективных прав по гражданскому законодательству // Проблемы совершенствования законодательства по защите субъективных гражданских прав – Ярославль., Ярослав. гoc. Ун-т. 1988. – 476 с.

38. Викторов В.В. Размышления (застрахованного лица) у парадного подъезда (Конституционного Суда) (по материалам Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. № 17-п) // Право в Вооруженных Силах. – 2003. – № 5. – С. 26.

39. Воробьев В.А. Право человека на компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью, и способы его реализации в Российской Федерации // Гражданское право. – 2006. – № 4. – С. 21.

40. Гаврилов Э.П. Защита авторских прав необходим единый подход // Российская юстиция. – 1994. – № 10. – С. 43.

41. Головистикова А.Н. Право на охрану здоровья и медицинскую помощь // Адвокат. – 2007. – № 1. – С. 19.

42. Гражданское право: Учебник / Под ред. Суханова Е.А. В 2 т. Т. 2, полутом 2. (издание второе, переработанное и дополненное) – М., Волтерс Клувер. 2005. – 742 с.

43. Гражданское право: Учебник Ч. 1. 2-е изд., перераб. и доп. / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 1997. – 698 с.

44. Гражданское право: Учебник / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. Ч. 3. – М., Норма. 2006. – 786 с.

45. Гуревич И. Честь и другие неимущественные права гражданских охрана и социалистическом гражданском праве// Советская юстиция. – 1939. – № 2. – С. 29.

46. Добровольский А.А., Иванова С.А. Основные проблемы исковой формы защиты права. – М., Изд-во МГУ. 1979. – 342 с.

47. Емельянова Н.В. Актуальные вопросы правового регулирования охраны труда // Спорт: экономика, право, управление. – 2007. – № 1. – С. 25.

48. Жилин С.А. Комментарии к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации. – М., ТК Велби. 2003. – 648 с.

49. Жуйков В.М. Комментарий к Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» / Под ред. Жуйкова В.М. – М., Норма. 2005. – 342 с.

50. Збышко Б., Минжурова Е. Производственный травматизм // Законность. – 2007. – № 6. – С. 19.

51. Звеков В.П. Международное частное право: Курс лекций. – М., Норма-Инфра-М. 1999. – 704 с.

52. Иванова О.М. Правовое обеспечение охраны здоровья // Право и политика. – 2007. – № 3. – С. 19.

53. Казанцев В. Правовое регулирование возмещения вреда, причиненного работникам на производстве // Российская юстиция. – 1996. – № 10. – С. 19.

54. Калинин В.М. Жизнь и здоровье военнослужащих - под охрану закона // Право в Вооруженных Силах. – 2001. – № 4. – С. 23.

55. Калмыков Ю.Х. Имущественные права советских граждан. – Саратов., СЮИ. 1979. – 314 с.

56. Кизлык А.П. Деликтная ответственность органов прокуратуры: вопросы теории и практики // Цивилистические записки: Вып. 2: Деликты в системе гражданско-правовых обязательств / Под науч. ред. Рыбакова В.А. – М., Юрист. 2002. – 652 с.

57. Кособродов В.М. Обязательство по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью как мера социальной защиты прав и интересов потерпевшего // Адвокат. – 2004. – № 7. – С. 20.

58. Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. – М., Юридическая литература. 1958. – 312 с.

59. Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому праву. – М., Юридическая литература. 1981. – 286 с.

60. Либерман А. Охрана неимущественных прав граждан //Советская юстиция. – 1939. – № 10. – С. 19-20.

61. Малеин Н.С. Имущественная ответственность в хозяйственных отношениях. – М., Юрлитиздат. 1968. – 346 с.

62. Малеин Н.С. О моральном вреде // Государство и право. – 1991. – № 3. – С.33.

63. Молочков Ю.В. Защите чести и достоинства в гражданском процессе Автореф дис. канд. юрид. наук – Екатеринбург., 1993. – 38 с.

64. Москаленко В.Ф. Объем и принципиальное содержание права на здоровье в международных нормативно-правовых актах // Медицинское право. – 2006. – № 4. – С. 17.

65. Мохов А.А. К вопросу о кодификации законодательства об охране здоровья граждан // Право и политика. – 2002. – № 7. – С. 82-89.

66. Мохов А.А., Мохова И.Н. Врачебная ошибка: Социально-правовой аспект. – Волгоград., Изд-во Волгоградского гос. ун-та. 2004. – 114 с.

67. Носков С.А. О понятии института юридической ответственности // Право и политика. – 2007. – № 3. – С. 23.

68. Орлов А.В. Роль Конституционного суда Российской Федерации в конституционно-правовом регулировании охраны здоровья граждан // Социальное и пенсионное право. – 2006. – № 4. – С. 20.

69. Павлова О.П. Понятие неимущественного вреда как условия ответственности по советскому гражданскому праву // Уч. зап. Тартуского гос. ун-та. Вып 765 «О роли юридической ответственности в условиях ускорения социально-экономического развития» -Tapтy., 1987. – 356 с.

70. Поляков И.Н. Ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда. – М., Городец. 1998. – 268 с.

71. Пуряева А.Ю. Человек в системе объектов охраны окружающей среды // Журнал российского права. – 2007. – № 5. – С. 23.

72. Путило Н.В. Охрана здоровья граждан в контексте правовых проблем. Обзор научно-практической конференции // Журнал российского права. – 2007. – № 2. – С. 24.

73. Рабец А.М. Обязательство по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью. – М., Юридическая литература. 1989. – 312 с.

74. Рыженков А.Я. Компенсационная функция советского гражданского права. – Саратов., Изд-во Саратовского университета. 1983. – 286 с.

75. Свердлык Г.А., Страунинг Э.Л. Защита и самозащита гражданских прав: Учебное пособие. – М., Лекс-книга. 2002. – 324 с.

76. Смирнов В.Т. Гражданская ответственность государственных предприятий за причинение увечья или смерти работникам. – М., Юридическая литература. 1957. – 324 с.

77. Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве: Учебное пособие. – Л., Издательство Ленинградского ун-та. 1983. – 426 с.

78. Советское гражданское право: Учебник В 2 т. Том 1 / Под ред. Красавчикова О.А. 3-е изд., испр. и доп. – М., Высшая школа. 1985. – 724 с.

79. Советское гражданское право. Ч.1 / Отв. ред. Рясенцев В.А. – М., Юридическая литература. 1986. – 684 с.

80. Советское гражданское право. Ч.1 / Отв. ред. Смирнов В.Т., Толстой Ю.К., Юрченко А.К. – Л., Изд-во ЛГУ. 1982. – 698 с.

81. Стависский П.Р. Возмещение вреда при спасении социалистического имущества, жизни и здоровья граждан. – М., Юридическая литература. 1974. – 312 с.

82. Страунинг Э. Самозащита гражданских прав - нетрадиционная форма борьбы с гражданскими правонарушениями: нетрадиционные подходы к решению проблем борьбы с правонарушениями. – Омск., 1997. – 362 с.

83. Сухоруков С., Ситников Н. Причинение вреда при эксплуатации опасного объекта // ЭЖ-Юрист. – 2006. – № 26. – С. 8.

84. Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. – Саратов., Изд-во Саратовского университета. 1973. – 234 с.

85. Тебряев А.А. Общее основание и условия возникновения мер ответственности и мер защиты вследствие причинения вреда источником повышенной опасности // Юрист. – 2002. – № 6. – С. 27.

86. Титов А.В. Обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих как форма исполнения государством обязанности возместить причиненный ущерб // Право в Вооруженных Силах. – 2007. – № 5. – С. 24.

87. Толстиков Н. Компенсация морального вреда // Законность. – 2006. – № 11. – С. 18.

88. Холодова Т. Судебные и досудебные способы защиты прав граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь // Социальное и пенсионное право. – 2006. – № 3. – С. 17.

89. Хохлов В.А. Ответственность за нарушение договора по гражданскому праву. – Тольятти., 1997. – 214 с.

90. Черновол Е.П. Возмещение вреда, причиненного незаконными действиями организаций и их должностных лиц. – Свердловск., 1984. – 216 с.

91. Чупрова Е.В. Механизм защиты прав пострадавших на производстве и членов их семей в действующем законодательстве // Адвокат. – 2005. – № 3. – С. 29.

92. Шведов А.Л. Право работника на компенсацию морального вреда // Адвокат. – 2005. – № 3. – С. 8.

93. Эрделевский А. О размере возмещения морального вреда // Российская юстиция. – 1994. – № 10. – С. 18.

94. Ярошенко К.Б. Жизнь и здоровье под охраной закона. – М., Юридическая литература. 1990. – 278 с.

Материалы юридической практики

95. Постановление Конституционного Суда РФ от 26.12.2002 г. № 17-П «По делу о проверке конституционности положения абзаца второго пункта 4 статьи 11 Федерального закона «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы и сотрудников федеральных органов налоговой полиции» в связи с жалобой гражданина М.А. Будынина» // Собрание законодательства РФ. – 2003. – № 1. – Ст. 152.

96. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.04.1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья» // Бюллетень ВС РФ. – 1994. – № 7. – С. 4.

97. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» // Бюллетень ВС РФ. – 1995. – № 3. – С. 10.

98. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14.02.2000 г. № 9 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» // Бюллетень ВС РФ. – 2000. – № 6. – С. 32.

99. Определение Верховного суда РФ от 7 июля 2006 года по делу № 14-в06-1//Бюллетень Верховного Суда РФ.-2007.-№ 1.-С.30.

100. Определение Верховного Суд РФ от 12 июля 2002 года по делу № 93-Впр02-4//Бюллетень Верховного Суда РФ.-2003.-№ 3.-С.22.

101. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2007 года по делу № 5-в07-78//Бюллетень Верховного Суда РФ.-2007.- № 11.-С.29.

102. Определение Верховного Суда РФ от 6 апреля 2007 года по делу № 89-В07-2//Бюллетень Верховного Суда РФ. –2007.- № 6.-С.30.


[1] Гражданское право: Учебник / Под ред. Суханова Е.А. В 2 т. Т. 2, полутом 2. (издание второе, переработанное и дополненное) – М., Волтерс Клувер. 2005. – С. 370-376.

[2] Рабец А.М. Обязательство по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью. – М., Юридическая литература. 1989. – С. 127; Гражданское право: Учебник / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. Ч. 3. – М., Норма. 2006. – С. 17-19.

[3] Сухоруков С., Ситников Н. Причинение вреда при эксплуатации опасного объекта // ЭЖ-Юрист. – 2006. – № 26. – С. 8.

[4] Астахова М.А. Объект субъективного гражданского права: понятие и признаки // Гражданское право. – 2007. – № 2. – С. 19.

[5] Путило Н.В. Охрана здоровья граждан в контексте правовых проблем. Обзор научно-практической конференции // Журнал российского права. – 2007. – № 2. – С. 24.

[6] Гражданское право: Учебник Ч. 1. 2-е изд., перераб. и доп. / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 1997. – С. 266.

[7] Хохлов В.А. Ответственность за нарушение договора по гражданскому праву. – Тольятти., 1997. – С. 93-98.

[8] Добровольский А.А., Иванова С.А. Основные проблемы исковой формы защиты права. – М., Изд-во МГУ. 1979. – С. 25.

[9] Советское гражданское право: Учебник В 2 т. Том 1 / Под ред. Красавчикова О.А. 3-е изд., испр. и доп. – М., Высшая школа. 1985. – С. 95-97.

[10] Гражданское право: Учебник Ч. 1. 2-е изд., перераб. и доп. / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 1997. – С. 270.

[11] Свердлык Г.А., Страунинг Э.Л. Защита и самозащита гражданских прав: Учебное пособие. – М., Лекс-книга. 2002. – С. 37; Богданова Е.Е. Формы и способы защиты гражданских прав и интересов // Журнал российского права. – 2003. – № 11. – С. 40.

[12] Страунинг Э. Самозащита гражданских прав - нетрадиционная форма борьбы с гражданскими правонарушениями: нетрадиционные подходы к решению проблем борьбы с правонарушениями. – Омск., 1997. – С. 92.

[13] Тебряев А.А. Общее основание и условия возникновения мер ответственности и мер защиты вследствие причинения вреда источником повышенной опасности // Юрист. – 2002. – № 6. – С. 27; Болдинов В.М. Ответственность за причинение вреда источником повышенной опасности. – СПб., Питер. 2002. – С. 63; Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве: Учебное пособие. – Л., Издательство Ленинградского ун-та. 1983. – С. 56.

[14] Малеин Н.С. Имущественная ответственность в хозяйственных отношениях. – М., Юрлитиздат. 1968. – С. 27; Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому праву. – М., Юридическая литература. 1981. – С. 131-133.

[15] Болдинов В.М. Указ. соч. – С. 63.

[16] Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. – С. 56.

[17] Звеков В.П. Международное частное право: Курс лекций. – М., Норма-Инфра-М. 1999. – С. 178.

[18] Поляков И.Н. Ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда. – М., Городец. 1998. – С. 12; Ярошенко К.Б. Жизнь и здоровье под охраной закона. – М., Юридическая литература. 1990. – С. 12.

[19] Жилин С.А. Комментарии к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации. – М., ТК Велби. 2003. – С. 42.

[20] Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2007 года по делу № 5-в07-78//Бюллетень Верховного Суда РФ.-2007.- № 11.-С.29.

[21] Кизлык А.П. Деликтная ответственность органов прокуратуры: вопросы теории и практики // Цивилистические записки: Вып. 2: Деликты в системе гражданско-правовых обязательств / Под науч. ред. Рыбакова В.А. – М., Юрист. 2002. – С. 81.

[22] Бюджетный кодекс Российской Федерации от 31.07.1998 г. № 145-ФЗ (в ред. от 26.04.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 31. – Ст. 3823.

[23] Вершинин А.П. Меры защиты субъективных прав по гражданскому законодательству // Проблемы совершенствования законодательства по защите субъективных гражданских прав – Ярославль., Ярослав. гoc. Ун-т. 1988. – С. 55.

[24] Советское гражданское право. Ч.1 / Отв. ред. Рясенцев В.А. – М., Юридическая литература. 1986. – С. 264; Советское гражданское право. Ч.1 / Отв. ред. Смирнов В.Т., Толстой Ю.К., Юрченко А.К. – Л., Изд-во ЛГУ. 1982. – С. 193.

[25] Пуряева А.Ю. Человек в системе объектов охраны окружающей среды // Журнал российского права. – 2007. – № 5. – С. 23.

[26] Головистикова А.Н. Право на охрану здоровья и медицинскую помощь // Адвокат. – 2007. – № 1. – С. 19.

[27] Ведомости СНД и ВС РФ. – 1993. – № 19. – Ст. 685.

[28] Закон РФ от 26.06.1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» (в ред. от 24.07.2007) // Ведомости СНД и ВС РФ. – 1992. – № 30. – Ст. 1792.

[29] Федеральный закон от 20.04.1995 г. № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» (в ред. от 22.08.2004) // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 17. – Ст. 1455.

[30] Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 51. – Ст. 5681.

[31] Распоряжение Правительства РФ от 03.08.1996 г. № 1207-р «Об утверждении перечня служебного и гражданского оружия и боеприпасов к нему, вносимых в государственный кадастр служебного и гражданского оружия» // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 33. – Ст. 4014.

[32] Бюллетень ВС РФ. – 1994. – № 7. – С. 4.

[33] Гражданское право: Учебник / Под ред. Суханова Е.А. В 2 т. Т. 2, полутом 2. (издание второе, переработанное и дополненное) – М., Волтерс Клувер. 2005. – С. 163.

[34] Иванова О.М. Правовое обеспечение охраны здоровья // Право и политика. – 2007. – № 3. – С. 19.

[35] Определение Верховного суда РФ от 7 июля 2006 года по делу № 14-в06-1//Бюллетень Верховного Суда РФ.-2007.-№ 1.-С.30.

[36] Гуревич И. Честь и другие неимущественные права гражданских охрана и социалистическом гражданском праве// Советская юстиция. – 1939. – № 2. – С. 29; Либерман А. Охрана неимущественных прав граждан //Советская юстиция. – 1939. – № 10. – С. 19-20; Флейщиц Е,А. Обязательства из причинения вреда и неосновательного обогащения. – М., Юридическая литература. 1951. – С. 24.

[37] Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. – М., Юридическая литература. 1976. – С. 202.

[38] Малеин Н.С. О моральном вреде // Государство и право. – 1991. – № 3. – С. 33.

[39] Малеин Н.С. О моральном вреде // Государство и право. – 1991. – № 3. – С. 33.

[40] Гаврилов Э.П. Защита авторских прав необходим единый подход // Российская юстиция. – 1994. – № 10. – С.43.

[41] Павлова О.П. Понятие неимущественного вреда как условия ответственности по советскому гражданскому праву // Уч. зап. Тартуского гос. ун-та. Вып 765 «О роли юридической ответственности в условиях ускорения социально-экономического развития» -Tapтy., 1987. – С. 128-134.

[42] Бюллетень ВС РФ. – 1995. – № 3. – С. 10.

[43] Агарков М.М. Обязательства из причинения вреда // Проблемы социалистического права. – 1939. – № 1. – С.73; Ярошенко К.Б. Указ. соч. – С. 132.

[44] Эрделевский А. О размере возмещения морального вреда // Российская юстиция. – 1994. – № 10. – С. 18.

[45] Молочков Ю.В. Защите чести и достоинства в гражданском процессе Автореф дис. канд. юрид. наук – Екатеринбург., 1993. – С. 5.

[46] Воробьев В.А. Право человека на компенсацию вреда, причиненного жизни и здоровью, и способы его реализации в Российской Федерации // Гражданское право. – 2006. – № 4. – С. 21.

[47] Рыженков А.Я. Компенсационная функция советского гражданского права. – Саратов., Изд-во Саратовского университета. 1983. – С. 67; Стависский П.Р. Возмещение вреда при спасении социалистического имущества, жизни и здоровья граждан. – М., Юридическая литература. 1974. – С. 11; Калмыков Ю.Х. Имущественные права советских граждан. – Саратов., СЮИ. 1979. – С. 113.

[48] Мохов А.А. К вопросу о кодификации законодательства об охране здоровья граждан // Право и политика. – 2002. – № 7. – С. 82-89.

[49] Холодова Т. Судебные и досудебные способы защиты прав граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь // Социальное и пенсионное право. – 2006. – № 3. – С. 17.

[50] Смирнов В.Т. Гражданская ответственность государственных предприятий за причинение увечья или смерти работникам. – М., Юридическая литература. 1957. – С. 5.

[51] Смирнов В.Т. Гражданская ответственность государственных предприятий за причинение увечья или смерти работникам. – М., Юридическая литература. 1957. – С. 10-11.

[52] Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. – Саратов., Изд-во Саратовского университета. 1973. – С. 30.

[53] Москаленко В.Ф. Объем и принципиальное содержание права на здоровье в международных нормативно-правовых актах // Медицинское право. – 2006. – № 4. – С. 17.

[54] Варкалло В. Об ответственности по гражданскому праву. – М., Юридическая литература. 1978. – С. 27, 29.

[55] Мохов А.А., Мохова И.Н. Врачебная ошибка: Социально-правовой аспект. – Волгоград., Изд-во Волгоградского гос. ун-та. 2004. – С. 57.

[56] Носков С.А. О понятии института юридической ответственности // Право и политика. – 2007. – № 3. – С. 23.

[57] Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 18. – Ст. 2207.

[58] Собрание законодательства РФ. – 2000. – № 22. – Ст. 2318.

[59] Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 22. – Ст. 2331.

[60] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14.02.2000 г. № 9 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» // Бюллетень ВС РФ. – 2000. – № 6. – С. 32.

[61] Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 22. – Ст. 2331.

[62] Калинин В.М. Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих: Дис. ... канд. юрид. наук. – М., 2001. – С. 32.

[63] Черновол Е.П. Возмещение вреда, причиненного незаконными действиями организаций и их должностных лиц. – Свердловск., 1984. – С. 75.

[64] Толстиков Н. Компенсация морального вреда // Законность. – 2006. – № 11. – С. 18.

[65] Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 13. – Ст. 1474.

[66] Титов А.В. Обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих как форма исполнения государством обязанности возместить причиненный ущерб // Право в Вооруженных Силах. – 2007. – № 5. – С. 24.

[67] Вестник ВС РФ. – 1995. – № 3. – С. 35.

[68] Закон РФ от 27.11.1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (в ред. от 17.05.2007) // Ведомости СНД и ВС. – 1993. – № 2. – Ст. 56.

[69] Ст. ст. 1, 8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в ред. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 31. – Ст. 3803.

[70] Калинин В.М. Жизнь и здоровье военнослужащих - под охрану закона // Право в Вооруженных Силах. – 2001. – № 4. – С. 23.

[71] Собрание законодательства РФ. – 2003. – № 1. – Ст. 152.

[72] Орлов А.В. Роль Конституционного суда Российской Федерации в конституционно-правовом регулировании охраны здоровья граждан // Социальное и пенсионное право. – 2006. – № 4. – С. 20.

[73] Викторов В.В. Размышления (застрахованного лица) у парадного подъезда (Конституционного Суда) (по материалам Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. № 17-п) // Право в Вооруженных Силах. – 2003. – № 5. – С. 26.

[74] Ведомости СНД и ВС РФ. – 1993. – № 7. – Ст. 247.

[75] Кособродов В.М. Обязательство по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью как мера социальной защиты прав и интересов потерпевшего // Адвокат. – 2004. – № 7. – С. 20.

[76] Определение Верховного Суд РФ от 12 июля 2002 года по делу № 93-Впр02-4//Бюллетень Верховного Суда РФ.-2003.-№ 3.-С.22.

[77] Емельянова Н.В. Актуальные вопросы правового регулирования охраны труда // Спорт: экономика, право, управление. – 2007. – № 1. – С. 25.

[78] Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации (постатейный)/Отв. ред. Куренной А.М., Маврин С.П., Хохлов Е.Б. М.,Юристъ, 2005.- С.214.

[79] Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 31. – Ст. 3803.

[80] Збышко Б., Минжурова Е. Производственный травматизм // Законность. – 2007. – № 6. – С. 19.

[81] Определение Верховного Суда РФ от 6 апреля 2007 года по делу № 89-В07-2//Бюллетень Верховного Суда РФ. –2007.- № 6.-С.30.

[82] П. 5-9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.04.1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» // Бюллетень ВС РФ. – 1994. – № 7. – С. 4.

[83] Постановление Правительства РФ от 16.10.2000 г. № 789 «Об утверждении правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в ред. от 01.02.2005) // Собрание законодательства РФ. – 2000. – № 43. – Ст.4247.

[84] Федеральный закон от 24.11.1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (в ред. от 31.12.2005) // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 48. – Ст. 4563.

[85] Жуйков В.М. Комментарий к Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» / Под ред. Жуйкова В.М. – М., Норма. 2005. – С. 190.

[86] Жуйков В.М. Указ. соч. - С. 189.

[87] Ст. 9 Федерального закона от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (в ред. от 26.06.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 146.

[88] Чупрова Е.В. Механизм защиты прав пострадавших на производстве и членов их семей в действующем законодательстве // Адвокат. – 2005. – № 3. – С. 29; Шведов А.Л. Право работника на компенсацию морального вреда // Адвокат. – 2005. – № 3. – С. 8.

[89] Казанцев В. Правовое регулирование возмещения вреда, причиненного работникам на производстве // Российская юстиция. – 1996. – № 10. – С. 19.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий