регистрация / вход

Заявление о преступлении как повод возбуждения уголовного дела

Регистрация и проверка заявлений о преступлении. Гарантии конституционных прав граждан при обращении в правоохранительные органы. Правовой статус заявителя при возбуждении уголовного дела публичного и частично-публичного обвинения.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ. 3

ГЛАВА 1. ЗАЯВЛЕНИЕ О ПРЕСТУПЛЕНИИ КАК ПОВОД ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА.. 6

1.1. Регистрация и проверка заявлений о преступлении. Гарантии конституционных прав граждан при обращении в правоохранительные органы 6

1.2. Общая характеристика правоотношений, возникающих при подаче заявления о преступлении. 29

ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО ПОЛОЖЕНИЯ ЗАЯВИТЕЛЯ В ЗАВИСИМОСТИ ОТ ВИДА УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ.. 46

2.1. Правовой статус заявителя при возбуждении уголовного дела публичного и частично-публичного обвинения. 46

2.2. Правовое положение заявителя при производстве по делам частного обвинения у мирового судьи. 60

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 68

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.. 73


ВВЕДЕНИЕ

Охрана прав и законных интересов личности является сквозной задачей всего уголовного судопроизводства Российской Федерации. Согласно ст. 2 УПК Российской Федерации уголовное судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению и искоренению преступлений, охране интересов общества, прав и свобод граждан.

Каждая стадия уголовного процесса кроме, выполнения общих задач судопроизводства имеет свои специфические задачи, на каждой из них действуют определенные субъекты.

Анализ действующего законодательства и практики разрешения информации о преступлениях позволяет сделать вывод о том, что на этом этапе к участию в уголовно-процессуальной деятельности привлекается довольно широкий круг лиц, выполняющих различные функции и отстаивающих различные интересы. Таким образом, при разрешении информации о преступлениях в процессуальную деятельность, как правило, кроме заявителя вовлекаются другие лица.

Актуальность темы обусловлена тем, что предусмотренные УПК РФ нормы о заявлении о преступлении входят в систему норм о возбуждении уголовного дела. Несмотря на кратковременный характер, стадия возбуждения уголовного дела является важным этапом в уголовно-процессуальной деятельности органов дознания, следователя, прокурора и суда. Законные и обоснованные решения в стадии возбуждения уголовного дела способствуют эффективному выполнению задач уголовного судопроизводства и являются ключом к раскрытию преступлений, установлению лиц их совершивших, а также обеспечению прав и законных интересов граждан. Таким образом, стадия возбуждения уголовного дела является существенной правовой гарантией от необоснованного вовлечения личности в орбиту уголовного судопроизводства. Зачастую цели заявителя совпадают с общественными и государственными и заключаются в привлечении обвиняемого именно к уголовной ответственности.

Поэтому цель данной работы – изучение института заявления о преступлении и выявление недостатков его правового регулирования. Автор ставит перед работой следующие задачи:

1. Провести анализ норм действующего законодательства, регулирующих вопросы рассмотрения заявлений потерпевших и иных лиц.

2. Провести анализ положений Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, а также судебной практики по указанному вопросу, выявить позицию судебной практики по рассматриваемой проблеме.

3. Рассмотреть особенности правового статуса заявления о преступлении в зависимости от вида уголовного преследования.

4. Выявить проблемы современного правового регулирования рассматриваемого института и предложить пути их решения.

В рамках данных направлений предполагается решить следующие задачи:

– выявить тенденции развития норм российского законодательства о заявлениях о преступлении;

– определить формы, сущность и социально-правовое значение заявлений о преступлении;

– определить правовой статус заявителя в уголовном процессе;

– проанализировать законодательство Российской Федерации о заявлениях о преступлении, судебную практику.

Методами исследования, применяемые для исследования указанных задач, являются современные положения теории научного познания общественных процессов и правовых явлений. Представляется целесообразным воспользоваться следующими частнонаучными методами: сравнительно-правовым, социально-правовым, системно-структурным.

Степень научной разработанности проблемы. Понятие заявления о преступлении широко используется в юридической науке и правоприменительной практике.

Освещение отдельных проблем заявления о преступлении в уголовном судопроизводстве имеет место в работах таких ученых, как и многих других, в комментариях уголовно-процессуального законодательства и учебниках уголовного процесса. Однако решение поставленных перед работой задач осложняется тем, что в настоящее время отсутствуют систематизированные научные разработки, позволяющие установить правовую природу, основополагающие теоретические характеристики заявления о преступлении в уголовном судопроизводстве.

Объект и предмет исследования определяются тематикой работы, ее целью и задачами.

Объектом научного анализа настоящей работы являются заявление о преступлении как теоретические категории и как правовое явление социальной действительности, правовой статус заявителя.

Предметная направленность определяется выделением и изучением, в рамках заявленной темы, нормативно-правовых источников, а также судебной практики.

Эмпирическая база исследования построена на нормативном материале и судебной практике. Нормативную основу составили: Конституция РФ, федеральное законодательство. Судебная практика представлена разъяснениями Верховного Суда РФ.

Научная новизна исследования заключается в том, что оно представляет собой одну из попыток комплексного теоретико-правового анализа заявления о преступлении как правового явления, института, присутствующего в УПК РФ.


ГЛАВА 1. ЗАЯВЛЕНИЕ О ПРЕСТУПЛЕНИИ КАК ПОВОД ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

1.1. Регистрация и проверка заявлений о преступлении. Гарантии конституционных прав граждан при обращении в правоохранительные органы

Статья 144 УПК РФ[1] – одна из самых объемных статей главы 19 УПК РФ. Ею предусмотрена предварительная проверка заявлений (сообщений) о преступлении, некоторые из средств этой проверки и процедура их реализации, установлен срок стадии возбуждения уголовного дела, порядок и пределы его продления, гарантии соблюдения требований закона, касающихся принятия заявления о преступлении, а также иные уголовно-процессуальные положения. Между тем не всеми авторами комментариев уделено должное внимание разъяснению ее содержания. Некоторые авторы в своем комментарии к данной статье в основном повторяют лишь то, что в ней написано, при этом почти ничего не разъясняя.[2]

В содержании статьи 144 УПК РФ, в особенности в ее ч. 1, законодатель закрепляет уголовно-процессуальные идеи несколько условно. В данной части, а также во второй и третьей частях исследуемой нормы права речь идет о дознавателе, органе дознания, следователе и прокуроре. Именно поэтому большинство авторов в своих комментариях к настоящей статье тоже ограничивают круг субъектов, осуществляющих уголовно-процессуальную деятельность на стадии возбуждения уголовного дела, только указанными должностными лицами и органами.[3] А некоторые, более того, говорят обо всех сотрудниках правоохранительных органов как о лицах, на которых возлагается обязанность принятия заявления (сообщения) о преступлении.[4]

Между тем обязанность принятия и проверки заявления (сообщения) о преступлении (право в определенных ч. 2 статьи 144 УПК РФ) случаях требовать от редакции, главного редактора средства массовой информации имеющиеся в его распоряжении документы и материалы, подтверждающие сообщение о преступлении, а также данные о лице, предоставившем указанную информацию, а также ходатайствовать о продлении срока предварительной проверки) возложена (предоставлено) не только на лиц, указанных в настоящей статье, но, однако, не на всех сотрудников правоохранительных органов.

Принять заявление (сообщение) о преступлении и осуществить его предварительную проверку обязано и вправе только должностное лицо, в компетенцию которого входит возбуждение уголовного дела.

Помимо лиц, перечисленных в статье 144 УПК РФ, при определенных условиях, одним из которых является получение на то согласия прокурора, возбудить уголовное дело, а значит и принять заявление (сообщение) о преступлении, а также осуществить его предварительную проверку могут (обязаны) также руководитель следственной группы (ст. 163 УПК РФ) и начальник следственного отдела.[5] О наличии у начальника следственного отдела указанного полномочия говорит то обстоятельство, что статус начальника следственного отдела позволяет ему обладать всеми предусмотренными ст. 38 УПК РФ правами следователя (ч. 2 ст. 39 УПК РФ), а значит, и предусмотренными п. п. 1 и 5 ч. 2 ст. 38 УПК РФ правами:

а) возбуждать уголовное дело в порядке, установленном УПК РФ;

б) осуществлять иные полномочия следователя, предусмотренные УПК РФ.

Руководитель следственной группы наделен правом выделения уголовных дел в отдельное производство в порядке, установленном ст. ст. 153 – 155 УПК РФ. А это значит, что он уполномочен и на выделение в отдельное производство уголовного дела для предварительного расследования нового преступления, а также в отношении нового лица. Указанное же решение согласно требованиям ч. 3 ст. 154 УПК РФ не может быть принято без одновременного возбуждения уголовного дела. Спорным остается вопрос о возможности принятия заявления (сообщения) о преступлении и предварительной проверки не руководителем, а членом следственной группы. И хотя нам представляется такое возможным, четкой правовой основы данное суждение пока не имеет.[6] Это говорит о том, что во всех случаях, когда к члену следственной группы обращаются с заявлением (сообщением) о преступлении, последнему рекомендуется принять меры к тому, чтобы о данном факте стало известно руководителю следственной группы и чтобы полномочия на принятие заявления (сообщения) о преступлении и его предварительную проверку руководителем члену следственной группы были делегированы или же вышеуказанные действия были осуществлены с участием руководителя следственной группы.

Понятие же «сотрудник правоохранительного органа» слишком широкое, для того чтобы его использовать как синоним группе должностных лиц, обязанных принимать заявления (сообщения) о преступлении.

Правоохранительным органом является учреждение, а в некоторых случаях должностное или иное лицо (к примеру, судья, следователь, оказывающий юридическую помощь гражданин), которое согласно закону обязано и вправе защищать права, свободы и законные интересы физических (юридических) лиц, государства в целом, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований и (или) обеспечивать законность и правопорядок.

Помимо лиц, уполномоченных на принятие заявлений (сообщений) о преступлении и осуществление иной уголовно-процессуальной деятельности на стадии возбуждения уголовного дела, к числу правоохранительных органов принято относить:

1) Конституционный Суд РФ;

2) Конституционные, Уставные суды субъектов Российской Федерации;

3) арбитражные суды (Высший Арбитражный Суд РФ, федеральные арбитражные суды округов, арбитражные суды субъектов Российской Федерации);

4) Международный коммерческий арбитражный суд;

5) Морскую арбитражную комиссию при Торгово-промышленной палате Российской Федерации;

6) Третейские суды для разрешения экономических споров;

7) Министерство юстиции РФ;

8) Судебный департамент при Верховном Суде РФ;

9) нотариат;

10) адвокатуру (адвокатскую палату, адвокатский кабинет, коллегию адвокатов, адвокатское бюро и юридическую консультацию);

11) некоторые иные, не осуществляющие уголовно-процессуальной деятельности правоохранительные органы.[7]

Большинство сотрудников указанных правоохранительных органов вообще по должности не являются субъектами уголовного процесса. Один лишь адвокат может принимать участие в уголовно-процессуальной деятельности, но и он не наделен правом принятия заявлений (сообщений) о преступлении.

Ходатайствовать о продлении срока предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении также вправе не только дознаватель и следователь. Данным правом может также обладать руководитель следственной группы. Если начальник следственного отдела или прокурор проводят указанную проверку самостоятельно, от них не требуется ходатайствовать перед кем-либо о продлении ее срока. Они принимают данное решение самостоятельно. Тем не менее указанное решение и в этом случае должно найти свое письменное отражение в материалах предварительной проверки.[8]

Предварительная проверка заявлений (сообщений) о преступлении осуществляется путем применения процессуальных средств проверки, а также использования в ходе таковой вовлеченных в уголовный процесс результатов применения непроцессуальных средств проверки.

В литературе высказано мнение, что проверка повода для возбуждения уголовного дела проводится с учетом правил ст. 87 УПК РФ.[9] Так как большинством процессуалистов признается возможность доказывания на стадии возбуждения уголовного дела, данный тезис имеет право на существование. Следует обратить лишь внимание на специфику как доказывания, так и проверки на стадии возбуждения уголовного дела, которая выражается в средствах, задачах, предмете и субъектах доказывания.

В статье 144 УПК РФ неоднократно использовано понятие «сообщение о преступлении». О сообщении, а не о заявлении идет речь даже в ч. 4 статьи 144 УПК РФ, где закреплено право заявителя получить документ о принятии его заявления.

Соответственно под «сообщением о преступлении» в данной статье не всегда понимается одно и то же понятие. Этот термин в одной статье использован сразу в трех значениях.

В ч. ч. 1 и 5 статьи 144 УПК РФ под сообщением о преступлении подразумевается не только повод для возбуждения уголовного дела, о котором идет речь в п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ, но и любой другой повод, перечисленный в названной статье УПК РФ, включая заявление о преступлении и явку с повинной.[10] В ч. 2 статьи 144 УПК РФ под сообщением о преступлении понимается только определенного рода разновидность сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников, – сообщение о преступлении, распространенное в средствах массовой информации. О принятии такого сообщения в соответствии с требованиями ст. 143 УПК РФ должен быть составлен рапорт об обнаружении признаков преступления. В ч. 4 статьи 144 УПК РФ термин «сообщение о преступлении» использован законодателем в значении заявления о преступлении, то есть повода для начала уголовного процесса (возбуждения уголовного дела), предусмотренного п. 1 ч. 1 ст. 140 и ст. 141 УПК РФ.

Если не обращать особого внимания на некоторую непоследовательность законодателя, проявившуюся в редакции ч. 2 и 4 статьи 144 УПК РФ, можно заключить следующее. Проверяться уголовно-процессуальными средствами стадии возбуждения уголовного дела может любой повод для начала уголовного процесса (возбуждения уголовного дела). Срок проверки должен исчисляться со дня первого поступления в орган дознания, дознавателю, следователю, руководителю или члену следственной группы, начальнику следственного отдела или прокурору сведений о готовящемся, совершаемом либо совершенном деянии (последствиях), содержащем процессуально значимые признаки объективной стороны состава преступления.

В порядке, установленном ст. ст. 124 и 125 УПК РФ, может быть обжалован отказ в приеме как заявления о преступлении, так и заявления о явке с повинной, а также сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников, но только в тех случаях, когда указанные источники информации о преступлении были первыми, из которых компетентные возбуждать уголовное дело органы (должностные лица) узнали о данном конкретном общественно опасном деянии.

В ч. 1 статьи 144 УПК РФ говорится, что дознаватель, орган дознания, следователь и прокурор принимают по заявлению (сообщению) о преступлении решение «в пределах компетенции». Указанное словосочетание подлежит расширительному толкованию. Компетенция органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя или члена следственной группы, а также начальника следственного отдела ограничивает не только их право возбуждения уголовного дела, но и их возможность производства предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении. По общему правилу, если орган или должностное лицо[11] не уполномочены возбуждать уголовное дело по данному конкретному факту совершения общественно опасного деяния, то они не вправе и проводить по нему предварительную проверку в полном объеме.

Данная правовая позиция нашла свое отражение, к примеру, в Федеральном законе «О прокуратуре Российской Федерации».[12] Согласно требованиям ст. 42 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» только органы прокуратуры (следователи прокуратуры и прокуроры) могут проводить проверку сообщений о фактах правонарушения, совершенного прокурором или следователем органов прокуратуры, и возбуждать против них уголовные дела (за исключением случаев, когда прокурор или следователь застигнут при совершении преступления).

Как обязательное условие, при котором у должностного лица или органа появляется право возбудить уголовное дело, понятие «в пределах своей компетенции» нацеливает правоприменителя на соблюдение следующих двух правовых положений.

Во-первых, дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель и член следственной группы, начальник следственного отдела и прокурор не всегда вправе возбудить конкретное уголовное дело. В ряде случаев компетенция органа дознания и дознавателя ограничена подведомственными им происшествиями.[13] Так, к примеру, капитаны морских и речных судов, находящиеся в дальнем плавании, вправе возбуждать уголовные дела только о преступлениях, совершенных на данных судах (п. 1 ч. 3 ст. 40 УПК РФ). Следователи, руководители и члены следственной группы, начальники следственного отдела, а в ряде случаев и прокуроры не вправе возбудить уголовное дело в тех случаях, когда законодатель право его возбуждения в отношении конкретного должностного лица предоставил строго определенному органу предварительного расследования. Например, согласно требованиям п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы может быть принято только Генеральным прокурором РФ, а в отношении самого Генерального прокурора РФ – специально создаваемым для этого органом – коллегией, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ.

Во-вторых, дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель и член следственной группы, начальник следственного отдела вправе возбудить уголовное дело только с согласия прокурора (ч. 1 ст. 146 УПК РФ). А при возбуждении уголовных дел в отношении отдельных категорий лиц законодателем предусмотрены дополнительные гарантии соблюдения их прав и законных интересов, дополнительные гарантии неприкосновенности лиц, в отношении которых решается вопрос о возбуждении уголовного дела.

Так, Генеральный прокурор РФ может возбудить уголовное дело:

– в отношении судьи Конституционного Суда РФ на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия Конституционного Суда РФ (п. 3 ч. 1 ст. 448 УПК РФ);

– в отношении судьи Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа, федерального арбитражного суда, окружного (флотского) военного суда на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия Высшей квалификационной коллегии судей РФ (п. 4 ч. 1 ст. 448 УПК РФ);

– в отношении иных судей на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа, о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия соответствующей квалификационной коллегии судей (п. 5 ч. 1 ст. 448 УПК РФ);

– в отношении члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы только при получении заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, о наличии в действиях члена Совета Федерации или депутата Государственной Думы признаков преступления и с согласия соответственно Совета Федерации и Государственной Думы (п. 1 ч. 1 ст. 448 УПК РФ).

Причем, если член Совета Федерации, депутат Государственной Думы в процессе высказывания мнения или выражения позиции при голосовании в соответствующей палате Федерального Собрания РФ или при осуществлении иных действий, соответствующих статусу члена Совета Федерации и статусу депутата Государственной Думы, допустили публичные оскорбления, клевету или иные нарушения, ответственность за которые предусмотрена федеральным законом, возбуждение в отношении их уголовного дела осуществляется только в случае лишения члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы неприкосновенности (ч. 6 ст. 19 Федерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания РФ»[14] ).

Решение о возбуждении уголовного дела в отношении депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации принимается прокурором субъекта Российской Федерации на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа (п. 9 ч. 1 ст. 448 УПК РФ); а в отношении следователя, адвоката – прокурором на основании заключения судьи районного суда, а в отношении прокурора – вышестоящим прокурором на основании заключения судьи районного суда по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления (п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ).

Наличие определенных условий, ограничивающих пределы компетенции (подведомственности) органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственной группы, начальника следственного отдела и прокурора, налагает специфический оттенок на использованное в ч. 1 статьи 144 УПК РФ понятие «любое совершенное или готовящееся преступление».

Получается, что указанные должностные лица (органы) не только не обязаны, но и не вправе принимать и проверять заявление (сообщение) о любом преступлении. Они обязаны принять и проверить заявление (сообщение) о любом подведомственном им совершенном, совершаемом или готовящемся преступлении.[15]

На орган дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственной группы, начальника следственного отдела и прокурора возложена обязанность (а не только предоставлено право) в пределах своей компетенции принимать и проверять заявление (сообщение) о любом подведомственном им преступлении.

Эта обязанность – одно из проявлений общего правила, закрепленного в ст. 2 Конституции РФ,[16] – обязанности государства соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина. В статье 144 УПК РФ закреплена одна из важных составляющих принципа публичности российского уголовного процесса, суть которого в том, что защита прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований от преступных посягательств является важной и ответственной обязанностью правоохранительных органов, а не делом самих граждан.[17]

Публичное начало российского уголовного процесса выражается прежде всего в обязанности вышеуказанных должностных лиц и государственных органов принимать заявления (сообщения) о преступлении, разрешать таковые, возбуждать в пределах своей компетенции уголовные дела публичного обвинения и осуществлять по уголовным делам основанное на процессуальном и материальном законе уголовное преследование. По большинству дел уголовное преследование должно осуществляться вне зависимости от того, желает этого или нет потерпевший, примирился он с обвиняемым (подозреваемым) или нет.

Иначе говоря, уголовный процесс начинается, ведется и соответствующим решением завершается не только и не столько в интересах стороны обвинения (хотя данное обстоятельство тоже не сбрасывается со счетов), сколько в интересах всего общества, во имя справедливости и в целях предупреждения повторения аналогичных преступлений впредь как тем же лицом, так и другими лицами.[18]

Исключениями из принципа публичности являются положения ст. ст. 23, 25 УПК РФ, порядок разрешения заявлений о преступлениях, перечисленных в ст. 20 УПК РФ, а также рассмотрения дел частного обвинения.

Исходя из редакции ч. 1 статьи 144 УПК РФ, можно сделать вывод, что и первая, и вторая задачи стоят перед органом дознания, дознавателем, следователем, руководителем следственной группы, начальником следственного отдела и прокурором одновременно. Это двуединая задача стадии возбуждения уголовного дела.

На стадии возбуждения уголовного дела принуждение минимизировано. Большинство авторов считают, что при производстве предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении применение мер уголовно-процессуального принуждения не допускается.[19] Опрашиваемый не может нести ответственности и соответственно не предупреждается об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, а также не может быть подвергнут приводу.[20] Законодатель не предусмотрел возможности применения на данном этапе уголовно-процессуальной деятельности к лицу, обладающему информацией о преступлении, принуждения в целях получения от него информации. Именно поэтому термины «отобрание» и «истребование» представляются менее соответствующими применяемому на данной стадии уголовного процесса действию, чем термин «получение». Объяснения получаются, а не отбираются и не истребуются.

Перечень средств, которыми решаются задачи стадии возбуждения уголовного дела, довольно широк, но не безграничен. Процессуальными среди них можно называть лишь два: требование о передаче документов и материалов и осмотр места происшествия. Только на них распространяется процессуальная форма. И хотя в ст. 144 УПК РФ лишь упоминается требование о передаче документов и материалов, это действие нельзя производить без соблюдения принципов уголовного процесса.

Форма предусмотренного ч. 2 статьи 144 УПК РФ требования о передаче документов и материалов, подтверждающих сообщение о преступлении, а также данные о лице, предоставившем указанную информацию, законом не определена.

Требование о передаче документов, материалов и сведений должно быть адресовано редакции или главному редактору средства массовой информации. Причем согласно ч. ч. 9 и 10 ст. 2 Закона РФ «О средствах массовой информации»[21] под редакцией средства массовой информации понимается организация, учреждение, предприятие либо гражданин, объединение граждан, осуществляющие производство и выпуск средства массовой информации; а под главным редактором понимается лицо, возглавляющее редакцию (независимо от наименования должности) и принимающее окончательные решения в отношении производства и выпуска средства массовой информации.

Анализируемое требование может оформляться запросом, протоколом требования и другими письменными документами.

Протокол требования рекомендуется составлять по аналогии с формой протокола выемки, со ссылкой на ст. 144 УПК РФ. Он бесспорно в большей степени соответствует требованиям процессуальной формы, процессуальным гарантиям и принципам уголовного процесса, чем не предусмотренный УПК РФ, но часто ранее применяемый протокол (акт) изъятия.

В ст. 144, а также в иных статьях УПК РФ не содержится положений, позволяющих проверять заявления (сообщения) о преступлении путем назначения каких-либо исследований. Между тем без результатов таковых иногда невозможно принять законное решение о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела. Разрешить поставленную проблему позволило бы расширительное толкование положений ч. 2 статьи 144 УПК РФ.

Результаты исследований могли бы быть законно вовлечены в уголовный процесс, если бы упомянутое в ч. 2 статьи 144 УПК РФ требование могло быть адресовано не только редакции или главному редактору. Тогда бы можно было рекомендовать составление по аналогии с постановлением о назначении судебной экспертизы постановления с требованием о предоставлении результатов исследования. В таком постановлении следовало бы делать ссылку на ст. 144 УПК РФ. Оформляя данный процессуальный документ, компетентный орган не назначает исследования, а требует передачи материалов – результатов исследования.

Согласно ст. 2 Закона РФ «О средствах массовой информации» под средством массовой информации понимается периодическое печатное издание, радио-, теле-, видеопрограмма, кинохроникальная программа, иная форма периодического распространения массовой информации и соответственно под массовой информацией – предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудио-, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы.

Проверка сообщения о преступлении, распространенного в любом из форм периодического распространения массовой информации, может быть осуществлена только по поручению прокурора. Соответственно без такового у органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя или члена следственной группы и начальника следственного отдела нет обязанности проведения данной проверки.

Однако положения ч. 1 в совокупности с положениями ч. 2 статьи 144 УПК РФ позволяют предположить, что у прокурора имеется обязанность поручить кому-либо из вышеуказанных должностных лиц (органов) проведение анализируемой проверки в каждом случае обнаружения им сообщения о преступлении, распространенного в средствах массовой информации.

Часть 2 статьи 144 УПК РФ предоставляет возможность главному редактору (редакции) средства массовой информации не исполнять требования о предоставлении органу предварительного расследования сведений, касающихся лица, сообщившего о преступлении. У него есть такое право в случае, когда лицо, сообщившее в средство массовой информации о преступлении, поставило условие о сохранении в тайне сведений о нем. Между тем данное правило касается лишь требования, которое исходит от органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя или члена следственной группы, начальника следственного отдела или прокурора на стадии возбуждения уголовного дела. Оно не ограничивает предоставленные ч. 4 ст. 21, ч. 1 ст. 86, ст. ст. 182, 183 УПК РФ полномочия прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя, которыми они обладают в процессе предварительного расследования.[22]

Если же требование поступило из суда, в связи с находящимся в его производстве делом, редакция обязана раскрыть перед судом источник информации и в любом случае назвать лицо, предоставившее ей сведения, даже тогда, когда сведения были предоставлены с условием неразглашения имени осведомителя (ч. 2 ст. 41 Закона РФ «О средствах массовой информации»).[23]

В соответствии с положениями ч. 1 статьи 144 УПК РФ в течение трех суток по заявлению (сообщению) о преступлении должно быть принято решение. Данное правило действует только тогда, когда уже в поводе к началу уголовного процесса содержатся достаточные данные, указывающие на признаки объективной стороны состава преступления, то есть нет необходимости проводить его проверку продолжительное время.

Если для установления наличия либо отсутствия оснований к возбуждению уголовного дела (оснований отказа в возбуждении уголовного дела) необходимо проводить более обстоятельную и соответственно более продолжительную проверку заявления (сообщения) о преступлении, следователь (руководитель следственной группы) или дознаватель возбуждает перед соответственно начальником следственного отдела (прокурором) или начальником органа дознания ходатайство о продлении срока проверки.

Дознаватель возбуждает ходатайство перед начальником органа дознания. По общему правилу следователь (руководитель следственной группы) продляет срок предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении у своего руководителя – начальника следственного отдела. Между тем и дознаватель, и следователь, и руководитель следственной группы вправе обратиться с ходатайством о продлении срока к прокурору. Тот факт, что до этого им было отказано в продлении срока предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении начальником органа дознания или следственного отдела, не лишает их возможности возбудить аналогичное ходатайство перед надзирающим прокурором.

В некоторых учреждениях, в структуре которых имеются должностные лица, уполномоченные производить предварительное следствие, нет следственных отделов. Предварительное следствие осуществляется группой следователей или даже единственным следователем, когда в данном учреждении имеется всего один следователь. В такой ситуации полномочиями начальника следственного отдела обладает старший следователь (руководитель группы следователей) или следователь, который в учреждении является единственным органом предварительного следствия. Обладая комплексом прав и обязанностей начальника следственного отдела, такой следователь вправе самостоятельно продлить срок предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении. Между тем принятое им решение должно найти письменное отражение в материалах данной конкретной предварительной проверки.

Законодатель не требует ходатайства о продлении срока предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении, а также принятое по нему решение оформлять в виде постановления. Однако в любом случае оно должно быть оформлено письменно, и содержание данного документа должно быть мотивированно.

Начальник следственного отдела, прокурор, так же как и начальник органа дознания, вправе продлить проверку на любой срок, так, чтобы период проведения проверки не превышал 10 суток. Продление проверки на больший срок является нарушением закона.

Проверка должна быть завершена либо возбуждением, либо отказом в возбуждении уголовного дела. Решение о передаче сообщения по подследственности (подведомственности) в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ не завершает срок стадии возбуждения уголовного дела и поэтому никак не влияет на течение (исчисление) срока рассмотрения и разрешения заявления (сообщения) о преступлении.

Противоположную точку зрения высказал Калиновский К.Б. Он считает, что «если сообщение о преступлении было передано по подследственности, то срок проверки исчисляется заново – с момента получения сообщения другим органом расследования».[24]

С данным подходом трудно согласиться. Как правильно замечает Шевчук А.Н., «законом не предусмотрена возможность исчисления рассматриваемых сроков заново (речь идет об исчислении срока предварительной проверки после получения переданного по подведомственности сообщения о преступлении) при поступлении заявления в орган или должностному лицу по подведомственности... Однако получение таким порядком заявления может служить основанием для продления 3-дневного срока его рассмотрения».[25]

Если в течение 10 суток собрать достаточные данные, указывающие на признаки объективной стороны состава преступления, не представилось возможным, то есть у следователя (дознавателя и др.) отсутствуют основания для возбуждения уголовного дела, выносится решение об отказе в возбуждении уголовного дела в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 148 УПК РФ. Когда через некоторое время основания возбуждения уголовного дела появятся, законно вынесенное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела будет отменено и уголовное дело возбуждено.

Закрепленный в ч. 4 статьи 144 УПК РФ институт выдачи заявителю документа о принятии сообщения о преступлении с указанием данных о лице, его принявшем, а также даты и времени его принятия, тесно связан с институтом регистрации заявлений (сообщений) о преступлении.

Требование выдачи заявителю указанного документа ранее содержалось лишь в ведомственных нормативных актах и являлось дополнительной ведомственной гарантией соблюдения прав и законных интересов заявителя. В настоящее время ведомственные гарантии пополнились уголовно-процессуальным требованием. Соответственно положения ч. 4 статьи 144 УПК РФ нельзя рассматривать в отрыве от правил приема и регистрации заявлений (сообщений) о преступлении.[26]

В органах внутренних дел порядок регистрации заявлений (сообщений) о преступлении урегулирован Инструкцией о порядке приема, регистрации, учета и разрешения в органах и учреждениях внутренних дел заявлений, сообщений и другой информации о преступлениях и происшествиях.[27] В органах Федеральной службы безопасности России – Инструкцией о порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан в органах федеральной службы безопасности,[28] , и т.д.

Информация о преступлениях и происшествиях, вне зависимости от места и времени их совершения, а также полноты сообщаемых сведений, должна приниматься в любом органе внутренних дел круглосуточно штатными дежурными, их помощниками или работниками, назначенными на дежурство в установленном ведомством порядке.

Заявления (сообщения) о преступлениях и происшествиях, поступившие в канцелярию (секретариат) органа внутренних дел по почте, телеграфу, с нарочным и т.п., регистрируются по общим правилам регистрации входящей корреспонденции, докладываются начальнику органа внутренних дел или лицу, его заменяющему, которые в зависимости от содержащейся информации дают письменное указание о регистрации заявления или сообщения в дежурной части и принимают решение о порядке его проверки. Передача такой информации для проверки и исполнения без регистрации в дежурной части категорически запрещена.

При получении заявления о преступлении непосредственно от заявителя и оформлении «протокола принятия устного заявления о преступлении» дежурный по органу внутренних дел или другой работник органа внутренних дел обязан немедленно выдать заявителю талон – уведомление. Талон – уведомление состоит из двух частей – отрывного листка и корешка, имеющих одинаковый регистрационный номер. Отрывной листок – это тот документ, о котором идет речь в ч. 4 статьи 144 УПК РФ.

Именно в нем указываются сведения о дате приема заявления о преступлении, получившем его должностном лице и заявителе. Некоторые процессуалисты считают необходимым отражать в талоне – уведомлении также сведения, о каком преступлении принято заявление

Талон – уведомление должен быть вручен заявителю. Корешок талона, в котором фиксируются сведения о заявителе, краткое содержание заявления и дата его приема, а также номер и дата регистрации такового остаются у должностного лица, принимающего заявление о преступлении. Заявителю при этом должна быть предоставлена возможность расписаться на корешке талона – уведомления и самому проставить время и дату, когда он получил талон – уведомление.

Может случиться ситуация, когда заявитель обратился с заявлением о преступлении в один день, а документ о принятии сообщения о преступлении ему выдают на следующий день или даже через несколько дней. В этом случае заявитель не только в порядке, установленном ст. ст. 124 и 125 УПК РФ, вправе обжаловать данное незаконное действие (бездействие) лица, принимавшего заявление о преступлении, но и настаивать на отражении в талоне – уведомлении и корешке к талону – уведомлению истинного времени и даты принятия у него заявления о преступлении.

Время и дата принятия заявления о преступлении – это время и дата, когда к компетентному на принятие сообщения о преступлении лицу обратился гражданин с заявлением о преступлении или когда таковое к нему поступило по почте, с нарочным и т.п.

Заявления и сообщения о преступлениях незамедлительно регистрируются в Книге учета заявлений и сообщений о преступлениях (сокращенно – КУП), а другая информация – в Журнале учета информации, поступившей в орган внутренних дел по телефону, телеграфу, в виде срабатывания приборов охранной сигнализации и иных сигналов о происшествиях (сокращенно – ЖУИ).

Анонимные сообщения в органах внутренних дел не регистрируются. Они либо немедленно уничтожаются, либо передаются в оперативные службы для использования в пресечении и раскрытии преступлений.

При регистрации информации о преступлениях и происшествиях, поступившей в письменном виде, на документе проставляется штамп регистрации органа внутренних дел, включающий: дату регистрации, порядковый номер регистрационной записи и фамилию дежурного, принявшего информацию. Записи подписывает дежурный по органу внутренних дел.

Согласно п. 1.3 Приказа МВД России № 1058 и Генеральной прокуратуры РФ № 72 от 28 ноября 2001 года «О мерах по укреплению законности в деятельности органов внутренних дел при регистрации и учете преступлений»[29] укрытие преступлений от регистрации рассматривается как чрезвычайное происшествие. По каждому факту нарушения порядка регистрации и учета преступлений должна определяться роль и ответственность не только сотрудников, которым это вменено в служебные обязанности, но и руководителей, своевременно не выявивших и не устранивших способствующие этому условия и причины.

Как уже отмечалось выше, в ч. 4 статьи 144 УПК РФ говорится лишь о необходимости выдачи заявителю документа о принятии сообщения о преступлении с указанием данных о лице, его принявшем, а также даты и времени его принятия. Здесь ничего не сказано о праве заявителя, которому отказано в принятии заявления о преступлении, на получение соответствующего документа.

Правом получить документ, подтверждающий факт принятия сообщения о преступлении, наделен заявитель. Содержание данного понятия законодатель не разъясняет. Наверное, поэтому Калиновский К.Б. к числу таковых относит также лицо, явившееся с повинной.[30] Думается, что такое широкое толкование рассматриваемого понятия не вполне оправданно. Законодатель нигде в УПК РФ лицо, обратившееся в компетентный орган или к должностному лицу с явкой с повинной, не называет заявителем. Напротив, данным термином постоянно именуется лицо, обратившееся в орган предварительного расследования или к мировому судье с заявлением о преступлении. Поэтому представляется более последовательным использование понятия «заявитель» к пострадавшему (очевидцу и т.п.), от которого поступило заявление о преступлении, и соответственно неупотребление понятия «заявитель» применительно к лицу, явившемуся с повинной.

Правом получить документ, подтверждающий факт принятия заявления о преступлении, обладает любой заявитель. Как тот, который обратился в орган дознания, к дознавателю, следователю, руководителю или члену следственной группы, начальнику следственного отдела или прокурору непосредственно, так и отправивший заявление о преступлении по почте, с нарочным и т.п.

Между тем талон – уведомление заявителю выдается при его посещении органа предварительного расследования[31] и не может быть направлен ему по почте. Данное правило действует в связи с тем, что согласно ведомственным нормативным актам заявитель должен расписаться на корешке талона – уведомления и проставить на нем время и дату получения им талона – уведомления.

В ч. 5 статьи 144 УПК РФ не указано лицо, уполномоченное обжаловать отказ в приеме заявления (сообщения) о преступлении. Исходя из содержания ст. ст. 123 и 125 УПК РФ таковыми являются заявитель, его защитник, законный представитель или представитель, а также иные лица, если отказ в приеме заявления (сообщения) о преступлении затрагивает их интересы.[32]

Обжалована может быть любая форма отказа в приеме заявления (сообщения) о преступлении: «Когда ответа на заявление нет вообще или получен отрицательный ответ на требование зафиксировать факт обращения».[33] Обжалованы могут быть и невыдача или отказ в выдаче заявителю документа, подтверждающего принятие его заявления о преступлении.

Подробный анализ содержания статьи 144 УПК РФ позволяет сформулировать большинство отличительных черт рассмотрения заявлений (сообщений) о преступлении, а также всей первоначальной стадии уголовного процесса – стадии возбуждения уголовного дела.

Как известно, стадии уголовного процесса (в том числе и стадия возбуждения уголовного дела) отличаются друг от друга:

1) непосредственными задачами;

2) средствами достижения таковых;

3) специфическим кругом субъектов, принимающих участие в осуществляемой на данной стадии уголовно-процессуальной деятельности;

4) порядком выполнения процессуальных действий, а также

5) итоговым процессуальным решением.

Четыре из пяти критериев стадии закреплены в статье 144 УПК РФ.

Задача стадии двуединая – реагирование на каждый факт совершения деяния, содержащего уголовно процессуально значимые признаки объективной стороны состава преступления, и вместе с тем ограждение последующих этапов уголовного процесса от рассмотрения происшествий, бесспорно не связанных с совершением общественно опасного деяния.

У стадии возбуждения уголовного дела всего два уголовно-процессуальных средства: требование о передаче документов и материалов (ч. 2 ст. 144 УПК РФ) и осмотр места происшествия (ч. 2 ст. 176 УПК РФ).

Уголовный процесс на стадии возбуждения уголовного дела осуществляется органом дознания, дознавателем, следователем, руководителем и (или) членом следственной группы, начальником следственного отдела и (или) прокурором. Содержание статьи 144 УПК РФ позволяет также говорить о возможности наличия на этой стадии таких субъектов уголовного процесса, как заявитель, лицо, в отношении которого решается вопрос о возбуждении уголовного дела, редакция, главный редактор средства массовой информации, распространившего сообщение о преступлении, и о некоторых других.

Исходя из ее наименования, в статье 144 УПК РФ определен порядок рассмотрения заявления (сообщения) о преступлении. Помимо закрепленного здесь полномочия и сроков (порядка продления данных сроков) производства предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении, анализируемой нормой права введены дополнительные требования к порядку проверки сообщения о преступлении, распространенного в средствах массовой информации (ч. 2 статьи 144 УПК РФ), дополнительные гарантии реагирования на каждое поступившее заявление о преступлении (ч. ч. 4 и 5 статьи УПК РФ) и др.

1.2. Общая характеристика правоотношений, возникающих при подаче заявления о преступлении

В статье 141 УПК РФ приведены общая характеристика и требования к порядку оформления заявления о преступлении. Согласно ч. 1 ст. 140 УПК РФ заявление о преступлении – это повод для возбуждения уголовного дела. Будучи поводом к возбуждению уголовного дела, в самом общем виде заявление о преступлении может быть охарактеризовано как адресованное органам, правомочным возбуждать уголовные дела, устное или письменное сообщение о совершенном, совершаемом или подготавливаемом преступлении.

Заявление о преступлении одновременно является поводом для начала уголовного процесса. Но не все ученые согласны с этим утверждением. В литературе встречаются рассуждения, из которых следует, что не заявление о преступлении – повод для начала уголовного процесса, а «сообщение о преступлении, содержащееся в заявлении о преступлении».[34] Нетрудно заметить, что указанным определением автор ставит знак равенства, как минимум, между формой определенного рода юридического факта и содержанием другого юридического факта, то есть между поводом для возбуждения уголовного дела и основанием для начала уголовного процесса. Что не может быть признано правильным. Повод – это форма, а основание – это содержание явления, именуемого «юридический факт». В одном случае юридический факт, порождающий начало уголовного процесса, в другом – возбуждение уголовного дела.

Таким образом, заявление о преступлении (а не содержащаяся в нем информация) должно признаваться поводом для возбуждения уголовного дела. Толкование же статей 140, 144 и некоторых других статей УПК РФ позволяет утверждать, что заявление о преступлении одновременно является поводом для начала уголовного процесса.[35]

Заявлением о преступлении признается лишь такое сообщение гражданина, которое содержит в себе информацию об уголовно-процессуально значимых признаках объективной стороны состава преступления, иначе говоря, об общественно опасном деянии и (или) общественно опасных последствиях.

Именно поэтому трудно согласиться с мнением, что «заявление»,[36] а не «заявление о преступлении» является поводом к возбуждению уголовного дела. Заявление, поступившее в орган предварительного расследования или прокурору, может вообще не иметь ничего общего ни с преступлением, ни даже с каким-либо иным общественно опасным деянием (общественно опасными последствиями). В нем упоминание о признаках преступления может просто отсутствовать. Такой повод не должен иметь следствием начало уголовного процесса.

Заявляет о преступлении физическое лицо. В комментарии ст. 141 УПК РФ, Шевчук А.Н. утверждает, что заявление о преступлении может исходить не только от физического лица, но и от должностного лица[37] и даже от организации (юридического лица).[38] Так как должностное лицо всегда одновременно является физическим лицом, то, думается, вопрос о том, может ли заявление о преступлении исходить от должностного лица, не имеет прикладного значения. Тем более что в ст. 23 УПК РФ, действительно, есть прямое указание на «заявление» должностного лица – руководителя коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием. Правда, в указанной норме речь идет просто о заявлении, а не о заявлении о преступлении. Просто о заявлении упоминается и во многих других статьях УПК РФ. В них во всех термин «заявление» используется в значении, аналогичном понятию ходатайства субъекта уголовного процесса. Так сформулированы положения ст. ст. 166, 186, 189 и других статей УПК РФ.

Содержание ст. 23 УПК РФ ставит данное «заявление» в ранг документа, процессуальное значение которого в большей степени соответствует уровню обязательного условия (наличие согласия) для начала предварительного расследования, а не формы документа, с которого начинается уголовно-процессуальная деятельность. Из ст. 23 УПК РФ не следует запрета производства предварительной проверки повода, в котором сообщается о преступлении, предусмотренном главой 23 УК РФ. Напротив, предполагается, что в ходе такой проверки может быть получено согласие указанного руководителя на возбуждение уголовного дела, а значит, может быть получено и его заявление, содержащее аналогичное ходатайство.

Другое дело – утверждение Шевчука А.Н. о том, что «под заявлением следует понимать устное или письменное сообщение ... организации ... о факте совершения преступления».[39] Если заявляет о преступлении не конкретное физическое лицо, то и непозволительно привлекать конкретного человека к ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ, да и предупреждать его о таковой, как этого требует ч. 6 статьи 140 УПК РФ, бессмысленно.

Трудно представить устное сообщение организации, не являющееся сообщением конкретного физического лица. Кто-то же от имени организации его озвучил. Это физическое лицо и будет являться заявителем. Именно ему будут принадлежать права, предусмотренные не только статьей 140 УПК РФ, но и ч. 4 ст. 144, ч. 2 ст. 145, ч. 4 ст. 146, ч. ч. 4 и 7 ст. 148 УПК РФ.

Законодатель требует отражать в протоколе принятия устного заявления о преступлении данные о заявителе. Согласно же УПК РФ это не наименование и местонахождение организации и даже не сведения о должности должностного лица, это общеустановленные анкетные данные физического лица: фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, гражданство, место жительства, работы и т.п.

Автор считает, что возможность признания потерпевшим по уголовному делу юридического лица «свидетельствует» о том, «что кроме физических лиц, заявителями могут выступать и другие субъекты». Между тем данное обстоятельство ничего не доказывает. Основной объем уголовных дел в российском уголовном процессе составляют дела публичного обвинения. Законодателем же по данной категории дел не ставится знак равенства между заявителем и потерпевшим. Нигде не указывается на то, что заявителем по делам публичного обвинения может быть только потерпевший, или на то, что потерпевшим может быть признан только заявитель. По делам публичного обвинения эти две процессуальные фигуры совершенно самостоятельны.

Да, действительно, по некоторой категории дел обычно заявителем является пострадавший. Но таковыми могут быть и другие лица, к примеру очевидец общественно опасного деяния. Более того, о преступлении вправе заявить и лицо, которому о таковом стало известно с чьих-то слов.

Некоторыми учеными высказано мнение, что заявление о преступлении, содержащее сведения, полученные из «вторых рук», даже при условии, что указан источник осведомленности, поводом к возбуждению уголовного дела не является.[40]

Трудно согласиться с такой позицией, и вот почему. Во-первых, как правильно отмечают эти же авторы, «закон не запрещает рассматривать в качестве повода к возбуждению уголовного дела заявления лиц, которым преступлением вред не причинен»,[41] а значит, такой повод нельзя признать незаконным. Во-вторых, боюсь, что приведенное мнение может породить не только крайне нежелательные теоретического плана последствия, выразившиеся в пренебрежительном отношении к закону и его толкованию, но и увеличить процент латентных, хуже того, укрытых преступлений. В-третьих, правоприменители, убежденные в правоте такой позиции, рискуют быть привлеченными к уголовной ответственности. Если признать, что такое заявление не является поводом к возбуждению уголовного дела, то его нельзя регистрировать, нельзя приступать к предварительной проверке и принимать по нему процессуальные решения. Практике же известны случаи лишения свободы должностных лиц за такое бездействие.

Все вышесказанное значит, что заявление о преступлении всегда поступает от физического лица, вне зависимости от того, являлось оно одновременно должностным лицом и (или) представителем какой-либо организации. Заявляя о преступлении, оно действует от своего имени. И именно в отношении его, а не в отношении организации будет решаться вопрос о привлечении к ответственности за заведомо ложный донос.

В конце концов, Шевчук А.Н. вынужден также согласиться с этим. Уже в следующем абзаце, после утверждения, что заявление о преступлении может исходить от юридического лица, он пишет следующее. «Представители организаций, учреждений не вправе от имени организации делать заявления о преступлении... Подобного рода заявления следует расценивать как сообщения частного лица».[42]

Именно частный характер любого заявления о преступлении позволяет говорить о несостоятельности данного Масленниковой Л.Н. разъяснения статьи 141 УПК РФ. Она утверждает, что «письменное заявление должностного лица, сделанное им от имени предприятия, учреждения или организации, помимо подписи этого лица, должно иметь соответствующий штамп (печать)».[43] Такого требования нет в законе. Заявление о преступлении будет поводом для возбуждения уголовного дела и при отсутствии на нем штампа и (или) печати, кем бы оно ни было написано. Лишь бы оно не было анонимным и были соблюдены все иные требования, закрепленные в статье 141 УПК РФ.

Хотелось бы сделать очередное замечание. Шевчук А.Н. считает, что в заявлении о преступлении сообщается о факте преступления. С этим трудно согласиться. Исходя из содержания ч. 2 ст. 140 УПК РФ, в заявлении о преступлении сообщается не о факте преступления, а о признаках преступления, причем уголовно-процессуальное значение имеет сообщение не о любых признаках состава преступления, а лишь о признаках общественно опасного деяния и общественно опасных последствий.

Заявлением о преступлении, о котором идет речь в статье 141 УПК РФ, может быть лишь сообщение, поступившее в орган, уполномоченный возбуждать уголовное дело. Поэтому нельзя признать поводом для возбуждения уголовного дела публичного или частно-публичного обвинения заявление о преступлении, адресованное суду (судье), в иное не компетентное возбуждать уголовное дело учреждение.

В ч. 4 статьи 141 УПК РФ описывается ситуация заявления о преступлении в ходе судебного разбирательства. Такое заявление о преступлении должно быть занесено в протокол судебного заседания. Между тем поводом к началу нового (по новому «преступлению») уголовного процесса оно станет лишь в случае присутствия в судебном заседании должностного лица, уполномоченного возбудить уголовное дело,[44] а именно прокурора, дознавателя или следователя. В новом уголовном деле данный повод для возбуждения уголовного дела будет содержаться в виде письменного документа – копии протокола судебного заседания или выписки из него.

В некоторых комментариях к ст. 141 УПК РФ говорится, что «заявлением следует считать обращение лица ... в суд».[45] Данное утверждение правильно лишь применительно к началу уголовного процесса по делам частного обвинения, да и то, только если под судом понимать одних лишь мировых судей, а в субъектах Российской Федерации, в которых не созданы должности мировых судей, – судей районных судов (ст. 5 Федерального закона от 18 декабря 2001 года «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»[46] ). Остальные суды не имеют права возбуждать уголовные дела. То обстоятельство, что уголовный процесс начинается со стадии возбуждения уголовного дела, а эти суды не уполномочены УПК РФ осуществлять какие-либо действия на данной стадии, и позволяет исключить их из числа органов, обращение к которым с заявлением о преступлении порождает возникновение уголовно-процессуальных правоотношений.

Любое заявление о преступлении обязательно должно быть зафиксировано в материалах предварительной проверки (уголовном деле) в виде письменно составленного, подписанного заявителем документа.

Достаточно того, чтобы заявитель поставил одну подпись в конце заявления. Однако лучше, если в заявлении будет две подписи. Не только в конце документа, но и под записью о том, что ему известно об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, предусмотренной ст. 306 УК РФ.

Устное заявление о преступлении, за исключением того, которое сделано при производстве следственного действия или в ходе судебного разбирательства, уже после начала уголовного процесса, фиксируется в письменном документе, бланк которого прилагается к УПК РФ. Данный документ именуется протоколом принятия устного заявления о преступлении.

Помимо точного своего наименования, в нем должны быть отражены: место, день, месяц и год составления протокола, должность, классный чин или звание, фамилия и инициалы лица, принявшего заявление, ссылка на статью 140 УПК РФ, фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, гражданство, место жительства, работы или учебы заявителя, номер и серия паспорта или иного документа, удостоверяющего его личность, кем и когда предъявленный заявителем документ был выдан, удостоверенное подписью заявителя предупреждение об ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ, уголовно процессуально значимые признаки состава преступления.

В конце протокола последовательно друг за другом отражаются сведения о том, кем документ был прочитан, правильно ли в нем отражены сообщенные заявителем сведения, какие имеются замечания (отсутствие таковых), подпись заявителя. Завершает документ подпись лица, принявшего заявление.

Место составления протокола принятия устного заявления о преступлении отражается в двух частях протокола. Сразу под наименованием документа указывается населенный пункт составления, а затем, после слов «в помещении», – наименование учреждения (адрес квартиры или дома), где было осуществлено рассматриваемое процессуальное действие, и номер конкретного кабинета. К примеру – «в кабинете № 12 Советского РОВД г. Красноярска».

При фиксации в протоколе уголовно процессуально значимых признаков состава преступления нужно стремиться к отражению конкретных сведений, указывающих на подготовку или совершение (сейчас либо в прошлом) преступления – всех известных заявителю признаков состава преступления (когда, где и что именно произошло, какой причинен ущерб). Как минимум, в заявлении должны быть отражены вероятные данные о наличии в происшествии, о котором сообщает заявитель, уголовно процессуально значимых признаков общественно опасного деяния и (или) общественно опасных последствий.[47]

В соответствии с ч. 2 ст. 18 УПК РФ заявителю, не владеющему или недостаточно владеющему языком, на котором ведется уголовно-процессуальное досудебное производство, должно быть разъяснено его право заявить о преступлении на родном или другом языке, которым он владеет, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика в порядке, установленном УПК РФ.

В процессе принятия у такого гражданина заявления о преступлении участвует переводчик. Перед началом данного процессуального действия следователь должен удостовериться в компетентности переводчика и разъяснить переводчику его права и ответственность, предусмотренные ст. 59 УПК РФ.

Факт разъяснения данных прав как заявителю, так и переводчику отражается в протоколе принятия устного заявления о преступлении.

Заявление может быть дано не на русском языке (и не на государственном языке входящей в Российскую Федерацию республики). Протокол же принятия устного заявления о преступлении и в этом случае оформляется на языке, на котором ведется уголовно-процессуальное досудебное производство. Подписывают протокол и заявитель, и переводчик.

По аналогии с ч. 3 ст. 167 УПК РФ, если заявитель в силу физических недостатков или состояния здоровья не может подписать протокол принятия устного заявления о преступлении, то ознакомление этого лица с текстом протокола производится в присутствии законного представителя, представителя или понятых, которые подтверждают своими подписями содержание протокола и факт невозможности его подписания заявителем.

Нетрадиционный подход к разъяснению положений ст. 141 УПК РФ продемонстрирован первым заместителем начальника Юридического института МВД России Григорьевым В.Н. Им круг заявлений о преступлении ограничен лишь сообщениями «о совершенном или готовящемся преступлении», которые сопровождались «просьбой о привлечении виновного к уголовной ответственности». Автор утверждает, что «официальное уведомление дознавателя, органа дознания, следователя, прокурора о преступлении, не содержащее такой просьбы (письмо), не является поводом для возбуждения уголовного дела в смысле п. 1 ч. 1 ст. 140, оно относится к иным источникам, предусмотренным в п. 3 ч. 1 ст. 140».[48]

Сразу оговоримся, что в этой характеристике заявления о преступлении не одно, а сразу три спорных положения.

Во-первых, сообщения могут быть не только о совершенном или готовящемся преступлении, но и о совершаемом преступлении. Почему-то данная значительная часть сообщений (сообщений о совершаемом преступлении) физических лиц автором не признается заявлением о преступлении.

Во-вторых, из поля зрения автора совершенно выпала такая группа не содержащих просьбы о привлечении виновного к уголовной ответственности сообщений граждан, как обращения к начальнику следственного отдела, руководителю (члену) следственной группы, а также к мировому судье (судье районного суда) по делам частного обвинения. Не ясно, каким поводом для возбуждения уголовного дела должны признаваться «уведомления» граждан о совершенном преступлении указанных должностных лиц?

В-третьих, не ясно, каково теоретическое или практическое значение данной кардинально новой идеи автора? Зачем нужно было так резко отмежевывать от того, что десятки лет оттачивалось процессуальной наукой? Статья 141 УПК РФ – это аналог ст. 110 УПК РСФСР, а п. 1 ч. 1 ст. 140 УПК РФ – аналог п. 1 ч. 1 ст. 108 УПК РСФСР. Разъяснения п. 1 ч. 1 ст. 108 и ст. 110 УПК РСФСР имелись и имеются. Данный же Григорьевым В.Н. комментарий к ст. 141 УПК РФ существенно отличается от них.

Наверное, позиция Григорьева В.Н. имеет право на существование. Но главный ее недостаток заключается в том, что она приведет дознавателя, следователя и т.п., которые ему поверят, к нежелательным для них последствиям – привлечению к ответственности за нарушение требований УПК РФ.

Они по делам публичного обвинения не будут оформлять протокол принятия устного заявления о преступлении (не будут фиксировать устное сообщение гражданина в протоколе следственного действия) при обращении к ним очевидцев преступления (наверное, автор согласится с тем, что не дело очевидца преступления обращаться с просьбой о привлечении виновного к ответственности), пострадавших по делам публичного обвинения, которые по той или иной причине (из-за страха перед преступником, из-за отсутствия знаний о том, кто совершил преступление, и т.п.) не желают в заявлении указывать свою просьбу о привлечении виновного к уголовной ответственности, пострадавших от общественно опасных деяний невменяемых, виновные в которых просто отсутствуют. Этот список можно продолжить.[49]

Считая, что такие, не содержащие просьбы о привлечении виновного к уголовной ответственности, исходящие от физического лица сообщения о преступлении, не являются заявлениями о преступлении, дознаватели, следователи и т.п. могут не отразить в поводе полные данные о заявителе, а также о документах, удостоверяющих личность заявителя, что является нарушением требований ч. 3 ст. 141 УПК РФ. Более того, в рапорте об обнаружении признаков преступления, который автор предлагает составлять в подобного рода случаях, бесспорно, будет отсутствовать удостоверенная подписью заявителя отметка о предупреждении заявителя об уголовной ответственности за заведомо ложный донос в соответствии со ст. 306 УК РФ.

И еще об одном моменте, на который правильно обращают внимание некоторые ученые. Требование ч. 6 статьи 141 УПК РФ о необходимости предупреждения заявителя об уголовной ответственности за заведомо ложный донос касается не только тех лиц, которые обращаются в компетентный орган с устным заявлением. Оно в равной мере распространимо и на лиц, явившихся в орган дознания, предварительного следствия или в прокуратуру для подачи письменного заявления.[50] Если в орган, компетентный возбуждать уголовные дела, письменное заявление о преступлении поступило по почте, и в нем не отражено, что заявитель знает о предусмотренной ст. 306 УК РФ уголовной ответственности, ответственность за заведомо ложный донос должна быть заявителю разъяснена при первом его посещении следователя (дознавателя, прокурора и т.п.).[51]

Факт разъяснения ответственности, предусмотренной ст. 306 УК РФ, и в этих случаях должен быть отражен в материалах предварительной проверки (уголовного дела). Это может быть сделано как в конце письменного заявления, так и в виде отдельного подписанного заявителем документа.

Установленный законом порядок, в соответствии с которым заявления о преступлении обязательно должны быть заявителем подписаны, а последний предупрежден об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, служит одной из гарантий получения достоверных сведений, на основе которых предстоит решать вопрос о возбуждении уголовного дела.

Между тем не всегда заявитель может быть предупрежден об уголовной ответственности. Не достигший возраста, с момента наступления которого возможно привлечение к уголовной ответственности, заявитель не может быть признан субъектом данного состава преступления. Поэтому его не только не нужно, но и нельзя предупреждать об уголовной ответственности. Не достигшему 16 лет заявителю разъясняется необходимость говорить правду, а также «уголовно-процессуальные» и уголовно-правовые «последствия, которые вытекают из подаваемого им заявления».[52] Об этом также делается отметка в протоколе принятия устного заявления о преступлении (протоколе следственного действия, протоколе судебного заседания), которая удостоверяется подписью несовершеннолетнего заявителя.

Из заявления о преступлении должно быть ясно, кто именно (как минимум, фамилия, инициалы и адрес места жительства) его написал. Согласно п. 6 Приказа Генерального прокурора РФ «О порядке рассмотрения обращений и приема граждан в органах прокуратуры Российской Федерации»[53] анонимными признаются обращения граждан, не содержащие сведений о фамилии и месте жительства заявителя. Анонимное же «заявление о преступлении не может служить поводом для возбуждения уголовного дела» (ч. 7 статьи 141 УПК РФ).

Анонимным заявлением следует также признавать не только неподписанное или не подписанное автором заявление о преступлении, заявление, подписанное неразборчиво, то есть когда из подписи нельзя установить лицо, его направившее. Анонимным признается также заявление, когда точно известно, что оно подписано вымышленным именем. К анонимным также относят заявление, «поданное от имени другого лица либо других лиц без их ведома».[54]

Если в анонимном заявлении о преступлении указываются конкретные факты, свидетельствующие о подготовке или совершении преступления, то вне уголовного процесса осуществляется необходимая их проверка. При подтверждении фактов, изложенных в анонимном заявлении о преступлении, уголовное дело может быть возбуждено. Поводом в этом случае будет сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, а не заявление о преступлении. Само же анонимное заявление или письмо в уголовно-процессуальном смысле должно рассматриваться только лишь как сигнал о преступлении, не имеющий процессуального значения и послуживший поводом для административно – властной, а не уголовно-процессуальной деятельности. С учетом имеющихся у правоохранительных органов возможностей проведением проверочных действий по анонимным сообщениям обычно занимаются оперативные аппараты органов дознания, и, чаще всего, – органов внутренних дел.

В качестве сигнала о преступлении, не являющемся с точки зрения ст. 140 и п. 43 ст. 5 УПК РФ уголовно-процессуальным поводом для возбуждения уголовного дела, принято рассматривать также заявления, сделанные по телефону, даже если обращающееся по телефону лицо называет данные о себе. Такого рода сообщения должны быть зарегистрированы дежурным по органу внутренних дел в Журнале учета информации, поступившей в орган внутренних дел по телефону, телеграфу, в виде срабатывания приборов охранной сигнализации и иных сигналов о происшествиях (Журнале № 2). Лицо, сообщившее о преступлении, приглашается для оформления протокола принятия устного заявления о преступлении. Одновременно в рамках административно – властных полномочий учреждения (к примеру, органа внутренних дел) осуществляется немедленная проверка телефонного сообщения.

Если заявитель явился в компетентный возбудить уголовное дело орган, оформляется протокол принятия устного заявления о преступлении. В такой ситуации поводом для возбуждения уголовного дела признается заявление о преступлении. Уголовно-процессуальная деятельность начинается не с телефонного сообщения, а с момента начала устного рассказа заявителя об уголовно-процессуально значимых признаках преступления лицу, уполномоченному на принятие заявления.

Если же заявитель не смог лично явиться в орган предварительного расследования или к прокурору, не смог присутствовать при составлении протокола, а в ходе административно – властных действий сообщенные им сведения подтвердились, оформляется рапорт об обнаружении признаков преступления.[55] В такой ситуации поводом для возбуждения уголовного дела будет служить сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников.

Согласно требованиям ч. 4 статьи 141 УПК РФ устное заявление о преступлении, сделанное при производстве следственного действия или в ходе судебного разбирательства, заносится соответственно в протокол следственного действия или протокол судебного заседания. Несмотря на это четкое разъяснение законодателя, в некоторых комментариях можно встретить не соответствующие данной норме рекомендации. Так, Халиулин А.Г. предписывает следователям, получившим устное заявление о преступлении в ходе следственного действия, составлять рапорт об обнаружении признаков преступления по правилам ст. 143 УПК РФ. В оформлении такого рапорта нет необходимости.[56] А вот если следователь должным образом не отразит заявление в протоколе следственного действия, он тем самым нарушит требования УПК РФ. По этой причине протокол данного следственного действия в соответствии с требованиями ст. 75 УПК РФ может быть признан недопустимым доказательством.

Когда устное заявление о преступлении было сделано при производстве следственного действия или в ходе судебного разбирательства, в протоколе следственного действия или протоколе судебного заседания должны быть отражены все сведения, которые требуется фиксировать в протоколе принятия устного заявления о преступлении.

Соответственно, помимо общих данных, отражаемых в любом протоколе следственного действия (протоколе судебного заседания), в рассматриваемом протоколе должна быть ссылка на ч. ч. 4 и 6 ст. 141 УПК РФ. В нем подлежат фиксации: фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, гражданство, место жительства, работы или учебы заявителя, номер и серия паспорта или иного документа, удостоверяющего его личность, кем и когда предъявленный заявителем документ был выдан, удостоверенное подписью заявителя предупреждение об ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ, уголовно-процессуально значимые признаки состава преступления. В конце заявления о преступлении должна быть подпись заявителя.

Подводя итог, хотелось бы дать определение заявлению о преступлении как поводу для возбуждения уголовного дела. Заявление о преступлении – это предусмотренный п. 1 ч. 1 ст. 140 УПК РФ источник, из которого в орган дознания, дознавателю, следователю, руководителю или члену следственной группы, начальнику следственного отдела или прокурору, а по делам частного обвинения – также мировому судье (где нет мировых судей – судье районного суда) непосредственно от физического лица – заявителя впервые поступили сведения о готовящемся, совершаемом либо совершенном деянии (последствиях), содержащем процессуально значимые признаки объективной стороны состава преступления.


ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО ПОЛОЖЕНИЯ ЗАЯВИТЕЛЯ В ЗАВИСИМОСТИ ОТ ВИДА УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ

2.1. Правовой статус заявителя при возбуждении уголовного дела публичного и частично-публичного обвинения

По делам публичного обвинения не требуется, чтобы в заявлении о преступлении заявитель высказывал просьбу о привлечении виновного лица к уголовной ответственности. В силу принципа публичности (официальности), действующего в российском уголовном процессе, этот вопрос решается независимо от воли заявителя.

Данное правило не распространяется на дела частного обвинения, которые по общему правилу могут возбуждаться только по заявлению потерпевшего[57] или его законного представителя, а в случае смерти потерпевшего – по заявлению близкого родственника потерпевшего (ч. ч. 1 и 2 ст. 318 УПК РФ), а также на дела частно-публичного обвинения, которые, если преступление совершено в отношении лица, способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами, возбуждаются лишь по заявлению потерпевшего.

Дела частно-публичного обвинения возбуждаются по заявлению потерпевшего. В УПК РФ нет прямого указания на то, что данная категория дел может быть возбуждена по заявлению законного представителя и тем более близкого родственника потерпевшего. Между тем, как минимум, законные представители потерпевшего должны обладать указанным правом, исходя из положений, закрепленных в ч. 3 ст. 45 УПК РФ, согласно которым законные представители потерпевшего имеют те же процессуальные права, что и представляемое ими лицо[58] а также по аналогии с ч. 1 ст. 318 УПК РФ. Думается, последовательным было бы наделение указанным правом и близких родственников потерпевшего в случае смерти последнего.[59]

Только в связи с поступлением в компетентный орган заявления (жалобы) потерпевшего[60] может начаться уголовный процесс по таким фактам, а затем возбуждено уголовное дело. Причем в заявлении потерпевших о преступлениях, исчерпывающий перечень которых дан в ст. 20 УПК РФ, в обязательном порядке должна содержаться просьба о привлечении виновного к уголовной ответственности.[61] Пострадавший может просить привлечь лицо к «законной ответственности», и даже наличия этого словосочетания в жалобе недостаточно для начала уголовного процесса.

Закрепленный в ст. 147 УПК РФ порядок возбуждения прокурором, следователем (органом дознания и др.) с согласия прокурора уголовных дел частно-публичного обвинения во многом схож с порядком возбуждения уголовных дел публичного обвинения.[62] Так же как в случае возбуждения уголовных дел публичного обвинения:

1) для возбуждения уголовного дела необходимо наличие предусмотренных ст. 140 УПК РФ повода и основания;

2) без получения у кого-либо согласия возбуждать уголовное дело может только прокурор;

3) остальные уполномоченные на принятие рассматриваемого процессуального решения должностные лица направляют вынесенное ими постановление прокурору для получения согласия на возбуждение уголовного дела;

4) обязательно соблюдение предусмотренной ч. ч. 2 и 3 ст. 146 УПК РФ и приложениями № 7 и 8 к УПК РФ процессуальной формы постановления о возбуждении уголовного дела;

5) до получения согласия прокурора можно производить освидетельствование и назначать судебную экспертизу;

6) прокурор вправе возвратить для дополнительной проверки направленные ему с постановлением о возбуждении уголовного дела материалы. Дополнительная проверка может продолжаться не более 5 суток.

Начинающееся после возбуждения уголовного дела предварительное расследование по делам частно-публичного обвинения может быть осуществлено так же как по делам публичного обвинения. Это одно из обстоятельств, в связи с наличием которого в ч. 1 статьи 147 УПК РФ говорится, что производство по таким уголовным делам частно-публичного обвинения ведется в общем порядке.

Единственное отличие процедур, связанных с принятием и оформлением решения о возбуждении уголовного дела публичного и частно-публичного обвинения, заключается в том, что дела частно-публичного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению «потерпевшего» (законного представителя «потерпевшего», а в случае смерти «потерпевшего» – по заявлению его близкого родственника). Отсутствие заявления «потерпевшего» по такого рода уголовным делам (за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ) – предусмотренное п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ основание отказа в возбуждении уголовного дела.[63]

Без жалобы (заявления) «потерпевшего» прокурор, а также следователь (орган дознания и др.) с согласия прокурора вправе возбудить уголовное дело частно-публичного обвинения, только если преступление, о котором им стало известно, совершено в отношении лица, которое не может защищать свои права и законные интересы (находится в зависимом, беспомощном состоянии или по иным причинам не способно самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами). Иначе решение о возбуждении уголовного дела частно-публичного обвинения может быть признано необоснованным и, как следствие тому, постановленный по делу приговор отменен.[64]

Преступления, дела о которых именуются делами частно-публичного обвинения, перечислены в ч. 3 ст. 20 УПК РФ. Это преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 131 (изнасилование, то есть половое сношение с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей), ч. 1 ст. 136 (нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина в зависимости от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, причинившее вред правам и законным интересам граждан), ч. 1 ст. 137 (незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности и причинили вред правам и законным интересам граждан), ч. 1 ст. 138 (нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан), ч. 1 ст. 139 (незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица), ст. 145 (необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение женщины по мотивам ее беременности, а равно необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение с работы женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет, по этим мотивам), ч. 1 ст. 146 (незаконное использование объектов авторского права или смежных прав, а равно присвоение авторства, если эти деяния причинили крупный ущерб) и ч. 1 ст. 147 (незаконное использование изобретения, полезной модели или промышленного образца, разглашение без согласия автора или заявителя сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации сведений о них, присвоение авторства или принуждение к соавторству, если эти деяния причинили крупный ущерб) УК РФ.

Для того чтобы правильно уяснить смысл использованного в ч. ч. 1 и 2 статьи 147 УПК РФ выражения «возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего», следует разобраться с содержанием таких терминов, как «возбуждение уголовного дела», «заявление» и «потерпевший».

Возбуждение уголовного дела – это процессуальное решение, мыслительная деятельность, в результате которой компетентный на то орган приходит к внутреннему убеждению о наличии повода и основания для возбуждения уголовного дела. Когда речь идет о возбуждении уголовного дела частно-публичного обвинения и оно возбуждается не в отношении лица, которое не может защищать свои права и законные интересы, поводом для его возбуждения может быть только заявление лица, пострадавшего от совершения данного преступления.[65] Круг же оснований для возбуждения уголовных дел частно-публичного обвинения ограничен теми составами преступлений, о которых идет речь в ч. 3 ст. 20 УПК РФ. Уголовно процессуально значимые признаки объективной стороны одного (нескольких) из данных составов преступлений и могут быть признаны основанием для возбуждения уголовного дела.

Возбуждение уголовного дела – это мыслительная деятельность, однако ее результаты не смогут играть какую-либо уголовно-процессуальную роль, если они не будут должным образом оформлены путем вынесения специального постановления.

«Заявление потерпевшего», о котором идет речь в ч. 1 и 2 статьи 147 УПК РФ, – это разновидность повода для возбуждения уголовного дела, форма которого закреплена в п. 1 ч. 1 ст. 140 и ст. 141 УПК РФ. Это заявление «потерпевшего» о преступлении. Причем не о любом преступлении, а только об одном (нескольких) преступлении, о котором упоминается в ч. 3 ст. 20 УПК РФ.

Будучи поводом для возбуждения уголовного дела, заявление «потерпевшего» может быть охарактеризовано следующим образом. Заявление «потерпевшего» – это исходящий от «потерпевшего» первый источник осведомленности органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя или члена следственной группы, начальника следственного отдела или прокурора о готовящемся, совершаемом либо совершенном деянии (последствиях такового), содержащем процессуально значимые признаки объективной стороны названного в ч. 3 ст. 20 УПК РФ состава преступления.

Рассматриваемый повод к началу уголовного процесса возникает после поступления в компетентный орган не любого заявления, а только того, в котором пострадавший просит привлечь лицо к уголовной ответственности.[66] Даже фраза «прошу привлечь к законной ответственности» или «к административной ответственности»[67] не должна рассматриваться как заявление, о котором идет речь в статье 147 УПК РФ.

Заявление может быть о преступлении публичного обвинения, но к моменту возбуждения уголовного дела становится ясным, что имели место изнасилование без отягчающих обстоятельств, нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина без отягчающих обстоятельств и т.п. В указанной ситуации, несмотря на то что заявление вначале было о другом преступлении, для принятия решения о возбуждении уголовного дела необходимо наличие должным образом оформленного заявления пострадавшего. Соответственно в таком заявлении должно быть отражено требование пострадавшего о привлечении правонарушителя к уголовной ответственности.

«Заявлением потерпевшего», о котором идет речь в статье 147 УПК РФ, может быть лишь сообщение, поступившее в орган, уполномоченный возбуждать уголовное дело. Таковым может быть любое учреждение (должностное лицо), которое вправе принять решение о возбуждении уголовного дела (орган внутренних дел как орган дознания, орган предварительного следствия, прокурор и т.п.).[68]

В статье 147 УПК РФ назван всего один субъект, у которого есть полномочие возбуждать уголовные дела частно-публичного обвинения, – прокурор. В обзорах же судебной практики обращается внимание на необходимость возбуждения подобного рода уголовных дел только уполномоченным на то должностным лицом.[69] Поэтому очень важно определить исчерпывающий круг должностных лиц и органов, которые вправе принимать решение о возбуждении уголовного дела частного обвинения.

Редакция ч. 2 ст. 147 УПК РФ приводит некоторых процессуалистов к дублированию ее содержания в своих комментариях. Соответственно такие комментарии правоприменителем могут быть восприняты как утверждение, что, если потерпевший в силу беспомощного состояния или по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы, возбудить уголовное дело частно-публичного обвинения может только прокурор.[70]

Однако, исходя из содержания ст. 20 УПК РФ, помимо прокурора таковыми следует признать также следователя и дознавателя. Они должны получать согласие прокурора на возбуждение уголовного дела. В этой связи вынужден высказаться против утверждения Безлепкина Б.Т. о том, что «следователь или дознаватель вправе возбудить любое уголовное дело частно-публичного обвинения».[71] Если на то не даст согласие прокурор, вынесенное следователем или дознавателем постановление потеряет свою юридическую силу.

Прокурор уполномочен выносить постановление о возбуждении уголовного дела без истребования у кого-либо на то разрешения.

Редакция ч. 4 ст. 20 УПК РФ, а также ч. 2 статьи 147 УПК РФ приводят к тому, что большинство авторов в своих комментариях к настоящей статье ограничивают круг субъектов, уполномоченных на возбуждение уголовного дела частно-публичного обвинения, только указанными должностными лицами и органами[72] или же вообще не упоминают об участниках принятия рассматриваемого процессуального решения.[73]

Между тем возбудить уголовное дело частно-публичного обвинения при отсутствии жалобы пострадавшего, если последний, к примеру, ввиду болезни находился в беспомощном состоянии, вправе любое должностное лицо, на которое возложено исполнение обязанностей прокурора, а с согласия прокурора – любое лицо, на которое возложено исполнение обязанностей следователя или дознавателя.[74]

Правом возбуждения уголовных дел наделены не только указанные должностные лица. Буквальное толкование п. 19 ст. 5, ч. 1 ст. 144, п. 1 ч. 1 ст. 145, ч. 4 ст. 146, п. 3 ст. 149 УПК РФ прямо указывает на то, что возбуждать уголовные дела также вправе (обязаны) органы дознания.

В статье 147 УПК РФ говорится о «потерпевшем». Однако это понятие использовано не в том значении, которое употребляется в ст. 42 УПК РФ.[75] Согласно ст. 42 УПК РФ, посвященной понятию и правовому статусу потерпевшего, в уголовном процессе принимается решение о признании физического или юридического лица потерпевшим, которое оформляется специальным постановлением. Бланк постановления о признании потерпевшим закреплен в приложении № 23 к УПК РФ. В вводной части данного документа должен быть указан номер уголовного дела, рассмотрев материалы которого, «следователь (дознаватель)» выносит рассматриваемое решение. Соответственно содержание бланка данного документа свидетельствует о том, что потерпевшим лицо может быть признано лишь после возбуждения уголовного дела.

До возбуждения уголовного дела, или иначе, на момент решения вопроса о возбуждении уголовного дела частно-публичного обвинения, в уголовном процессе нет лица, законным образом признанного потерпевшим, а значит, с точки зрения уголовного процесса – нет потерпевшего. Действительно, на стадии возбуждения уголовного дела и даже до начала уголовного процесса можно отыскать физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо, имуществу и деловой репутации которого преступлением причинен вред. Но пока один из таковых не признан специальным постановлением потерпевшим, таковым с позиций уголовно-процессуального закона он являться не будет. До признания потерпевшим такое лицо рекомендуется именовать пострадавшим. Именно ему и предоставлено право обращаться с заявлением о совершении одного (нескольких) из преступлений, перечисленных в ч. 3 ст. 20 УПК РФ. Соответственно в статье 147 УПК РФ более корректно и последовательно было бы говорить не о заявлении потерпевшего, а о заявлении пострадавшего.

В уголовно-процессуальном законе закреплены основные идеи, характеризующие институт представительства и правопреемства физического лица, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридического лица, имуществу и деловой репутации которого преступлением причинен вред.[76] Согласно таковым законные представители и представители потерпевшего имеют те же процессуальные права, что и представляемые ими лица (ч. 3 ст. 45 УПК РФ). Причем по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего, предусмотренные ст. 42 УПК РФ, переходят к одному из его близких родственников (ч. 8 ст. 42 УПК РФ).

В указанных нормах, так же как и в статье 147 УПК РФ, речь идет о потерпевшем. Между тем, как мы выяснили, в статье 147 УПК РФ законодатель под потерпевшим понимает несколько иного субъекта уголовного процесса. Несмотря на существенную разницу процессуального статуса данных субъектов, представляется возможным использование по аналогии положений ч. 3 ст. 45 УПК РФ и применительно к пострадавшему, наделив законного представителя и представителя пострадавшего правом обращаться в компетентный орган с заявлением о совершении преступления по делам частно-публичного обвинения.

В ч. 8 ст. 42 УПК РФ говорится о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица. Последствием преступления, перечисленного в ч. 3 ст. 20 УПК РФ, не может быть смерть лица. Так же как не может быть таких последствий у преступлений по делам частного обвинения. Именно поэтому в ст. 318 УПК РФ положения ч. 8 ст. 42 УПК РФ интерпретированы несколько иначе. Здесь говорится не о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, а просто о смерти потерпевшего. Думается, последовательно данную идею распространить и на момент возбуждения уголовного дела частно-публичного (а не только частного) обвинения. В этом случае с заявлением о преступлении, указанном в ч. 3 ст. 20 УПК РФ, в орган дознания, к дознавателю, следователю, руководителю или члену следственной группы, начальнику следственного отдела или прокурору мог бы обратиться близкий родственник умершего пострадавшего (вне зависимости от причин его смерти).[77]

Пока данные идеи не нашли своего прямого отражения в законе. Поэтому приведенные здесь суждения носят в большей степени теоретический характер. Между тем они могут быть использованы и в практической деятельности органов предварительного расследования. Их следовало бы учитывать при решении вопроса о возбуждении уголовных дел частно-публичного обвинения в порядке ч. 4 ст. 20 УПК РФ, когда преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами.

В части 2 статьи 147 УПК РФ говорится о беспомощном состоянии пострадавшего как одном из условий возбуждения уголовного дела частно-публичного обвинения. Беспомощность состояния пострадавшего должна быть не на момент совершения в отношении его преступления, а на момент, когда прокурору, следователю, дознавателю (органу дознания и др.) стало известно о совершении в отношении пострадавшего преступления, перечисленного в ч. 3 ст. 20 УПК РФ.

Институт нахождения лица в беспомощном состоянии анализировался применительно к некоторым составам преступлений. Анализ данных разъяснений Верховного Суда РФ позволяет вычленить критерии беспомощного состояния как уголовно-процессуальной категории.

Так, пострадавшего следует признавать находящимся в беспомощном состоянии, когда он не способен в силу физического или психического состояния (состояния здоровья, увечности[78] ), а также преклонного или малолетнего возраста защитить себя, совершать активные действия по защите своих прав и законных интересов.[79]

К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, Верховный Суд РФ относит, в частности, тяжелобольных и престарелых, малолетних детей, лиц, страдающих психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.[80]

На практике нахождение лица в беспомощном состоянии иногда признается в силу инвалидности пострадавшего.[81]

Коротков А.П. считает, что состояние потерпевшего может быть признано беспомощным в связи с его немотой, глухотой, слепотой, а также наличием соматических заболеваний, сопровождающихся острыми болезненными симптомами либо являющихся хроническими. Он же обращает внимание на то, что зависимость пострадавшего может быть «не только служебной, но и материальной либо иной».[82]

В литературе приведены и иные примеры «беспомощного состояния», которые позволяют сформулировать его уголовно-процессуальные аналоги. Примером беспомощного состояния может быть признана ситуация, когда правообладатель не имеет представителя в России, его произведение не подлежит легальному обороту в России, но авторские права собственника повсеместно и грубо нарушаются.[83] Объекты авторского права незаконно используются, а равно присваивается авторство, причем эти деяния причинили ему крупный ущерб.

Какие бы обстоятельства не были восприняты должностным лицом, уполномоченным на возбуждение уголовного дела частно-публичного обвинения, как доказательства нахождения пострадавшего в зависимом, беспомощном состоянии или того, что он по иным причинам не способен самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами, о таковых должно быть указано в описательно-мотивировочной части постановления о возбуждении уголовного дела.[84]

К оформлению же постановления о возбуждении уголовного дела публичного обвинения такого требования не предъявляется. Уже только поэтому утверждение Калиновского К.Б. о том, что в рассматриваемой ситуации уголовное дело частно-публичного обвинения «возбуждается в порядке ст. 146 УПК РФ»,[85] нельзя признать безупречным.

Уголовные дела частно-публичного обвинения отличаются от дел публичного обвинения тем, что в обычных условиях возбуждаются лишь по жалобе (заявлению) пострадавшего. А от дел частного обвинения их отличает то, что согласно ч. 3 ст. 20 УПК РФ они не могут быть прекращены в связи с примирением сторон, за исключением оснований примирения, которые закреплены в ст. 25 УПК РФ.

В литературе высказано мнение, что закрепленные в ч. 3 ст. 20 УПК РФ положения противоречат ст. ст. 25, 28 УПК РФ, а также ст. ст. 75, 76 УК РФ.[86] Нам же представляется, что предусмотренные в законе различные основания прекращения уголовного дела не являются противоречием друг другу, как и не являются противоречием запрет прекращения уголовного дела в связи с наличием одних определенных обстоятельств (в нашем случае тех, о которых идет речь в ч. 3 ст. 20 УПК РФ) и одновременное наличие других, которые позволяют прекратить уголовное дело по иным, предусмотренным другой статьей (в данной ситуации ст. ст. 25 и 28 УПК РФ) основаниям.

Итак, дела частно-публичного обвинения имеют свои особенности, касающиеся начала и окончания осуществляемого по ним уголовного процесса. Эти особенности накладывают определенный отпечаток на правовой статус потерпевшего. Поэтому их целесообразно разъяснять лицу, обратившемуся с устным заявлением о совершении подобного рода преступления.

Обязанность разъяснения заявителю специфики производства по делам частно-публичного обвинения в законе прямо не закреплена. Она вытекает из положений ч. 1 ст. 11 УПК РФ, согласно которой прокурор, следователь и дознаватель должны разъяснять потерпевшему его права, обязанности, ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав. Осуществление данных действий к тому же рекомендуется некоторыми авторами.[87]

2.2. Правовое положение заявителя при производстве по делам частного обвинения у мирового судьи

Поступающие мировым судьям заявления (жалобы) по делам частного обвинения, когда по ним до этого не было произведено досудебного производства, должны строго соответствовать предусмотренной ч. 5 ст. 318 УПК РФ форме.[88]

Такое заявление о преступлении должно содержать:

1) наименование суда общей юрисдикции, в который оно подается;

2) описание события преступления, места, времени, а также обстоятельств его совершения;

3) просьбу, адресованную суду, о принятии уголовного дела к производству;

4) данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности;

5) список свидетелей, которых необходимо вызвать в суд;

6) подпись лица, его подавшего.

Однако требования ст. 318 УПК РФ распространяются лишь на заявление (жалобу), направляемое непосредственно мировому судье, а когда таковой отсутствует, – судье районного суда. Заявление о преступлении, предусмотренном ст. ст. 115, 116, ч. 1 ст. 129 или ст. 130 УК РФ, полученное прокурором, следователем или органом дознания, может не содержать в себе всех вышеуказанных реквизитов.

Согласно ч. 6 статьи 144 УПК РФ заявление потерпевшего по уголовным делам частного обвинения рассматривается судьей в соответствии со ст. 318 УПК РФ. Содержание данного правового положения может быть уяснено только в совокупности с требованиями ст. ст. 20, 141, 150, 151, 434 УПК РФ.

В ст. 318 УПК РФ закреплены две формы (одна из которых пусть даже и основная, но все же одна из нескольких предусмотренных законом форм) возбуждения уголовного дела частного обвинения. Согласно ч. ч. 1 – 3 ст. 318 УПК РФ уголовные дела частного обвинения возбуждаются путем подачи заявления потерпевшим или его законным представителем, а в случае смерти потерпевшего – его близким родственником.

Уголовное дело частного обвинения может быть возбуждено и прокурором. Последний обладает исключительным правом возбуждения данной категории уголовных дел без поступления к нему соответствующего заявления потерпевшего. Между тем у него есть указанное полномочие только в тех случаях, когда пострадавший в силу беспомощного состояния или по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы.[89]

Вот почему мы говорим о том, что в самой ст. 318 УПК РФ закреплены две формы возбуждения уголовного дела частного обвинения. В первом случае мировым судьей, во втором – прокурором. Между тем форм возбуждения уголовного дела частного обвинения больше чем две. Закон не запрещает, а, напротив, предполагает возможность применения и иных форм возбуждения уголовного дела по преступлениям, предусмотренным ст. ст. 115, 116, ч. 1 ст. 129 и ст. 130 УК РФ.

В случаях, когда пострадавший по каким-либо причинам не может самостоятельно защищать свои права и законные интересы, уголовное дело частного обвинения может быть возбуждено не только прокурором, но и, согласно ч. 4 ст. 20 УПК РФ, следователем (а значит, и руководителем следственной группы, начальником следственного отдела) или дознавателем с согласия прокурора.

Если жалоба по делу частного обвинения поступила не непосредственно мировому судье, а, к примеру, в орган внутренних дел, по данной категории преступлений может быть осуществлено как минимум два[90] вида досудебного производства:

1) дознание;

2) предварительное следствие.

Согласно ст. 150 УПК РФ по данной категории преступлений (по преступлениям, предусмотренным ст. ст. 115, 116, ч. 1 ст. 129 и ст. 130 УК РФ) должно осуществляться дознание.

В ст. 151 УПК РФ приведены ситуации, когда по данной категории дел производится дознание, а когда предварительное следствие. Соответственно возбуждать уголовное дело частного обвинения могут следователь (руководитель следственной группы, начальник следственного отдела) и дознаватель с согласия прокурора. Им же предоставлено право (на них возложена обязанность) производить предварительную проверку по поступившим к ним подобного рода заявлениям.[91]

Предусмотренное УПК РФ полномочие мирового судьи возбуждать уголовные дела частного обвинения по существу означает лишь его право и обязанность принять к своему рассмотрению оформленное должным образом заявление потерпевшего.[92]

Согласно ст. 318 УПК РФ уголовные дела частного обвинения возбуждаются путем подачи заявления потерпевшего или его законного представителя мировому судье. При этом заявление должно содержать ряд условий, предусмотренных ст. ст. 318, 319 УПК РФ, при соблюдении которых оно будет принято судьей. В противном случае в принятии заявления будет отказано.

Не все те, кто является потерпевшим от преступлений такого рода, имеют достаточные юридические знания для того, чтобы разобраться во всех тонкостях производства по делам частного обвинения. И как правило, человек, которого обидели, обращается в милицию.

Как быть в ситуации, если потерпевший или его законный представитель обратится с заявлением по таким преступлениям в милицию, как обычно и происходит? Существует мнение, с которым сложно не согласиться, что в этом случае заявление на основании п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ будет передано в суд, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ это дела частного обвинения.[93] Действительно, п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ требует передачи сообщения по уголовным делам частного обвинения в суд в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ. В соответствии с этой нормой эти дела возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Однако не все так просто.

Итак, сообщение о преступлении из органа внутренних дел поступает мировому судье, как определено в п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ. А есть ли у мирового судьи основания для принятия этого заявления? Согласно ст. 318 УПК РФ – нет.

В соответствии с ч. 1 ст. 318 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, указанных в ч. 2 ст. 20 УПК РФ, возбуждаются путем подачи заявления потерпевшим или его законным представителем, а в соответствии с ч. 6 ст. 318 УПК РФ заявление подается в суд. Более того, заявление должно быть оформлено в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 318 УПК РФ. В случае же подачи заявления в милицию орган внутренних дел обязан принять его лишь в соответствии с требованиями ст. 141 УПК РФ, существенно отличающимися от требований, предъявляемых к заявлению ст. 318 УПК РФ.

Следовательно, ненадлежаще оформленное заявление поступает в суд не от потерпевшего либо его законного представителя, а из органа внутренних дел. Кроме того, оно подается в милицию, а не в суд. Таким образом, формальных оснований для принятия такого заявления судом нет. В том числе и потому, что указанный порядок подачи заявления о преступлении не позволяет судье убедиться в добровольности волеизъявления потерпевшего по поводу привлечения лица, виновного в совершении преступления, к уголовной ответственности.

Получается ситуация, когда гражданин не может реализовать свое право на судебную защиту, так как мировому судье приходится возвращать такой материал обратно в милицию. В результате этого человека будут отправлять из одного государственного органа в другой.

На практике нередки ситуации, когда потерпевший, зачастую в порыве гнева, обращается в милицию с заявлением о привлечении к уголовной ответственности за нанесение ему побоев. Милиция проводит проверку по факту обращения, направляет материалы мировому судье, судья пытается «отыскать» заявителя и «наладить с ним контакт», однако потерпевший не приходит. Почему? Потому, что давно помирился с обидчиком, а при этом уже расходовались силы и время суда. А если заявление, поступившее из милиции, принять к производству, не убедившись, что заявитель действительно желает привлекать к ответственности кого-либо, то пришлось бы возбудить уголовное дело, приняв заявление к производству при отсутствии на то законных оснований. Это привело бы не только к трате процессуальных сил и средств суда, но и к нарушению прав того, кто фактически привлечен к уголовной ответственности. И в данном случае мировому судье следует возвращать материал обратно в милицию.[94]

Единой практики применения милицией законодательства, регламентирующего деятельность по делам частного обвинения, нет. Помимо направления заявления в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ в суд милиция по результатам проверки заявления отказывает в возбуждении уголовного дела на том основании, что в деянии усматриваются признаки преступления, относящегося к компетенции мирового судьи. О законности такого постановления – отдельный разговор. Что делать мировому судье в этом случае? Ведь наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания об отказе в возбуждении уголовного дела является в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ основанием для прекращения уголовного преследования. Выход один: заявителю обжаловать указанное постановление в прокуратуру.

В настоящее время назрела необходимость более детально регламентировать по делам частного обвинения деятельность не только суда, но и милиции.

Некоторые попытки прояснить роль милиции по делам частного обвинения сделаны в Постановлении Конституционного Суда РФ от 27 июня 2005 г. № 7-п «По делу о проверке конституционности положений частей второй и четвертой статьи 20, части шестой статьи 144, пункта 3 части первой статьи 145, части третьей статьи 318, частей первой и второй статьи 319 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Законодательного Собрания Республики Карелия и Октябрьского районного суда города Мурманска»,[95] согласно которому признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ст. ст. 18, 21 (ч. 1), 45, 46 (ч. 1), 52 и 118 (ч. 1), положения ч. ч. 2 и 4 ст. 20, ч. 6 ст. 144, п. 3 ч. 1 ст. 145, ч. 3 ст. 318 УПК Российской Федерации в той их части, в какой они не обязывают прокурора, следователя, орган дознания и дознавателя принять по заявлению лица, пострадавшего в результате преступления, предусмотренного ст. 115 или ст. 116 УК Российской Федерации,[96] меры, направленные на установление личности виновного в этом преступлении и привлечение его к уголовной ответственности в закрепленном уголовно-процессуальным законом порядке. Однако этого недостаточно.

В связи с изложенным в тексте уголовно-процессуального закона следует предусмотреть такой порядок, в соответствии с которым милиция принимает заявления о преступлениях, дела о которых являются делами частного обвинения, и проводит проверку в соответствии с законом. При отсутствии основания для возбуждения уголовного дела милиция выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (по мнению некоторых авторов – постановление о прекращении уголовного дела[97] ).

При наличии же достаточных данных, указывающих на признаки преступления, милиция уведомляет заявителя о том, что он в определенный срок (в соответствии со сроками давности привлечения к уголовной ответственности, определяемыми в ст. 78 УК РФ) имеет право обратиться с заявлением к мировому судье, а мирового судью о том, что имеется материал проверки, в результате проведения которой установлены основания для возбуждения уголовного дела.

При таком порядке деятельности будет гарантирована реализация назначения уголовного процесса, закрепленного в ст. 6 УПК РФ, согласно которой уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, путем активизации роли государства в деятельности по защите прав потерпевших от преступлений по делам частного обвинения.

Подобная позиция находит подтверждение и в Постановлении Конституционного Суда РФ от 27 июня 2005 г. № 7-п «По делу о проверке конституционности положений частей второй и четвертой статьи 20, части шестой статьи 144, пункта 3 части первой статьи 145, части третьей статьи 318, частей первой и второй статьи 319 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Законодательного Собрания Республики Карелия и Октябрьского районного суда города Мурманска», согласно которому введение законом уголовной ответственности за то или иное деяние является свидетельством достижения им такого уровня общественной опасности, при котором для восстановления нарушенных общественных отношений требуется использование государственных сил и средств. В связи с этим именно государство, действующее в публичных интересах защиты нарушенных преступлением прав граждан, восстановления социальной справедливости, общего и специального предупреждения правонарушений, выступает в качестве стороны возникающих в результате совершения преступления уголовно-правовых отношений, наделенной правом подвергнуть лицо, совершившее преступление, публично-правовым по своему характеру мерам уголовно-правового воздействия.

Иное означало бы безосновательный отказ государства от выполнения возложенных на него функций по обеспечению законности и правопорядка, общественной безопасности, защите прав и свобод человека и гражданина (ст. ст. 10, 18, 45, п. «б» ч. 1 ст. 72 Конституции Российской Федерации) и переложение этих функций на граждан.

Такой порядок производства, как представляется, увеличит скорость рассмотрения дел, устранив волокиту по сбору материалов и формированию уголовного дела судом.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом. всоответствии со ст. ст. 141, 145 УПК Российской Федерации гражданин, сделавший заявление (устное или письменное) о преступлении, определен законом как заявитель. На стадии возбуждения дела заявителем признается лицо, подавшее заявление о преступлении или явку с повинной в соответствии выше указанными статьями. Если заявитель лично присутствует при приеме заявления или явки с повинной, то ему должен быть выдан документ о принятии его заявления. Если заявление было отправлено по почте, или с помощью других средств связи, то при личной явке заявителя ему также должен быть выдан документ о принятии заявления. Обязанность выдачи такого документа возлагается на уполномоченных принимать заявления должностных лиц.[98]

Заявитель вступает в уголовно-процессуальные отношения в стадии возбуждения уголовного дела, следовательно, является субъектом уголовного судопроизводства и его правовой статус должен быть четко определен. На мой взгляд, целесообразней включить заявителя в раздел участников уголовного процесса. Гл. 5 УПК Российской Федерации, к числу участников уголовного судопроизводства, относит не только лиц, вовлекаемых в уголовный процесс, как это было предусмотрено в УПК РСФСР, но и самих субъектов уголовно-процессуальной деятельности, то есть должностных лиц и органы, которые сами ведут производство по уголовным делам и действуют по ним в рамках своих полномочий. Отсюда мы видим, что заявитель как субъект уголовного судопроизводства, отсутствует в перечне главных субъектов. Однако в теории и практике этот субъект наделен определенными обязанностями, поскольку несет ответственность за правдивость предоставляемой информации и имеет право знать о принятом по его заявлению решении. Здесь могут иметь место две процессуальные ситуации: 1) когда лицо, выступающее в роли заявителя, имеет личный интерес и в дальнейшем может быть признано потерпевшим по возбужденному уголовному делу и, 2) когда заявитель такого интереса не имеет. Во втором случае существующее процессуальное положение заявителя, возможно, следует признать достаточным.

Однако, в литературе имеются предложения о совершенствовании юридического статуса и этого участника процесса.[99] В первой же ситуации оно не удовлетворяет интересы личности. Заявитель-пострадавший не наделен правом участия в проверке по сообщенным им обстоятельствам, а следовательно, не может предпринимать при этом активных действий. В отдельных случаях такое право является крайне необходимым, так как от результатов проверочных действий в большой степени зависит, будет ли возбуждено уголовное дело или последует отказ в его возбуждении. Например, Уголовный Кодекс Российской Федерации предусматривает, что для наступления уголовной ответственности необходимо причинение существенного материального ущерба. В этом случае заявитель, по нашему мнению, должен иметь право и возможность принимать участие в процедуре определения размера ущерба, вносить свои замечания, ходатайства, возможно даже и отводы, обжаловать действия должностных лиц, а также представлять документы, позволяющие делать вывод о значимости для него причиненного ущерба. Но закон не наделяет такими правами заявителя, а допускает лишь обжалование им уже принятого следователем или органом дознания решения. В случае несогласия лица с выводами компетентных органов о размере и значении ущерба и обжаловании решения, принятого следователем или органом дознания, вся процедура проверки по сути дела должна производиться заново, что дополнительно отвлекает время, силы, затягивает срок принятия правильного решения. При этом нельзя оставить без внимания и психологический аспект: защищая «честь мундира» должностным лицом могут быть предприняты попытки оставить в силе хотя и неверное, но первоначальное решение.

Анализ уголовных дел и материалов об отказе в возбуждении уголовного дела показал, что наряду с нарушениями сроков, которые произошли по вине следователей или лиц, производящих дознание (волокита, формальное отношение к заявлению и др.), в 39% случаев нарушения допущены по обстоятельствам, независящим от лица, производящего предварительную проверку информации о преступлении. Это касается прежде всего, материалов о причинении вреда здоровью, где идет речь о разграничении тяжести нанесенного вреда, и соответственно, о решении к какой категории относится это дело. Разрешить эти материалы в установленный законом срок не представляется возможным в силу определенных медицинских временных критериев. С нарушением установленных законом сроков, осуществляется проверка информации о совершении преступлений в сфере экономики (около 95 %), расследования дорожно-транспортных правонарушений и ряд других видов преступлений.[100]

Проверка информации о совершении такого рода преступлений требует проведения целого комплекса мероприятий с целью выяснения того, что совершено в данном случае именно уголовно-наказуемое преступление, и имеются основания для возбуждения уголовного дела, либо, наоборот, состав преступления в совершенном деянии отсутствует.

В России ежегодно выносится около 2 млн. постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, и каждый третий отказной материал – это укрытое преступление.[101] Так, в 2004 г. прокурорами выявлено и отменено 69754 незаконных и необоснованных постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел с одновременным возбуждением таковых. Характерно, что более половины скрытых от учета преступлений составили кражи. Однако среди них немало и таких опасных преступлений, как убийства, изнасилования, грабежи, разбои, вымогательства. Все это крайне отрицательно влияет на состояние борьбы с преступностью и защиту государством прав человека и гражданина от преступных посягательств. Только во втором полугодии 2004 года по сравнению с аналогичным периодом предыдущего количество возбужденных уголовных дел сократилось почти в 1,5 раза. Связано это не только с общим снижением уровня преступности по стране, но и с изменением процедуры возбуждения уголовных дел. Общее снижение преступности, как отмечено на совещании руководителей правоохранительных органов, новации УПК и действие в течение четырех месяцев положений КоАП РФ о мелком хищении (сумма ущерба, не превышающая пяти МРОТ) привели к уменьшению количества оконченных производством уголовных дел, направленных в суд, и увеличению числа прекращенных. В условиях действия УПК РФ почти в два раза сократилось число граждан, задержанных по подозрению в совершении преступлений и в дальнейшем арестованных.[102] При проверке сообщений о преступлениях органами милиции не всегда соблюдаются процессуальные сроки принятия решений о возбуждении либо об отказе в возбуждении уголовного дела. Наряду с объективными причинами, такими как нехватка людей и средств, тем менее имеют место и факты необоснованной волокиты. Чтобы этого не происходило, Анашкин О.А. предлагает исключить из ч.1 и ч.3 ст.144 УПК РФ, трех и десяти суточный срок рассмотрения заявлений и сообщений о преступлении, а также отменить ст.148 УПК РФ (отказ в возбуждении уголовного дела). При этом уголовные дела возбуждать по всем сообщениям о преступлении поступившим в орган внутренних дел. После чего, проводить дознание и предварительное расследование и при обнаружении отсутствия признаков, указанных в главе 4 УПК РФ (основания отказа в возбуждении уголовного дела и уголовного преследования), уголовное дело прекращать.[103]

Таким образом, приведенные соображения дают основание считать, что при действующем порядке рассмотрения заявлений и сообщений о преступлении будет снижен процент сокрытых от учета преступлений, будет снижено количество необоснованных и незаконных отказов от принятия сообщений о преступлении, отказа от регистрации преступления и незаконного отказа в возбуждении уголовного дела.

В частности, в УПК РФ следовало бы предусмотреть, что все заявления о преступлениях фиксируются в едином журнале учета такой информации, который ведется в органах внутренних дел. Должностные лица других правоохранительных органов, наделенные правом принятия заявлений о преступлениях, обязаны в течение определенного времени (например, в течение 3 часов) сообщить о них в органы внутренних дел для отражения в едином журнале учета информации о преступлениях. Такой журнал должен содержать графы о движении заявлений и результатах их разрешения.

В нем же должна отражаться и всякая другая информация о совершенных и готовящихся преступлениях, поступающая из сообщений, полученных из иных источников. В настоящее время учет сведений о преступлениях, поступивших из иных, кроме заявлений граждан и сообщений должностных лиц учреждений, организаций и предприятий, источников информации, практически не ведется. И поэтому полной и точной картины о совершенных и готовящихся преступлениях у соответствующих правоохранительных органов нет. Кроме того, такой порядок регистрации и учета подобных сведений позволяет укрывать тысячи нераскрытых преступлений.[104]

Процесс принятия решения по сообщению о преступлении – очень ответственный. Не могут быть допущены ошибки как в ту, так и в другую сторону. За каждым принятым решением стоят судьбы людей, их конституционные права и жизненно важные интересы. Именно в этой стадии осуществляется политика государства и создается авторитет государственной власти. Ничто так не подрывает авторитет власти, как несправедливое, вопреки закону принятое решение.


СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Нормативные акты

1. Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.

2. Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 27.07.2006) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (ч. I), ст. 4921, СЗ РФ от 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3452.

3. Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 27.07.2006) // СЗ РФ от 17.06.1996, № 25, ст. 2954, СЗ РФ от 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3452.

4. Федеральный закон «О введении в действие Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации» от 18.12.2001 № 177-ФЗ (ред. от 27.12.2002) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (1 ч.), ст. 4924, СЗ РФ от 30.12.2002, № 52 (ч. 1), ст. 5137.

5. Федеральный закон «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 08.05.1994 № 3-ФЗ (ред. от 25.07.2006) // СЗ РФ от 09.05.1994, № 2, ст. 74, СЗ РФ от 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3427.

6. Федеральный закон «О Прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 № 2202-1 (ред. от 04.11.2005) // ВСНД РФ и ВС РФ от 20.02.1992, № 8, ст. 366, СЗ РФ от 07.11.2005, № 45, ст. 4586.

7. Закон РФ «О средствах массовой информации» от 27.12.1991 № 2124-1 (ред. от 27.07.2006) // ВСНД и ВС РФ от 13.02.1992, № 7, ст. 300. СЗ РФ от 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3452.

8. Приказ МВД РФ «Об утверждении Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях» от 01.12.2005 № 985 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти от 26.12.2005, № 52.

9. Приказ Генпрокуратуры РФ «О введении в действие Инструкции о порядке рассмотрения и разрешения обращений и приема граждан в органах и учреждениях Прокуратуры Российской Федерации» от 15.01.2003 № 3 (ред. от 05.07.2006) // Законность. – 2003. – № 4, Законность. – 2006. – № 8.

10. Приказ МВД РФ № 1058, Генпрокуратуры РФ № 72 «О мерах по укреплению законности в деятельности органов внутренних дел при регистрации и учете преступлений» от 28.11.2001 // Сборник основных организационно-распорядительных документов Генпрокуратуры РФ. Т 1. 2004.

11. Приказ ФСБ РФ «Об утверждении инструкции о порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан в органах Федеральной службы безопасности» от 04.12.2000 № 613 (ред. от 14.08.2001) // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти от 15.01.2001, № 3. Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти от 03.09.2001, № 36.

12. Информационное письмо заместителя Генерального прокурора РФ от 21.02.2002 г. «О состоянии законности в органах внутренних дел при регистрации, учете, раскрытии и расследовании преступлений в 2001 г.».

13. Постановление Конституционного Суда РФ «По делу о проверке конституционности положений частей второй и четвертой статьи 20, части шестой статьи 144, пункта 3 части первой статьи 145, части третьей статьи 318, частей первой и второй статьи 319 уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации в связи с запросами Законодательного собрания Республики Карелия и октябрьского районного суда города Мурманска» от 27.06.2005 № 7-П // Вестник Конституционного Суда РФ. – 2005. – № 4.

14. Определение Конституционного Суда РФ «По запросу Ванинского районного суда Хабаровского края о проверке конституционности отдельных положений Уголовно-процессуального кодекса РСФСР» от 26 января 1999 г. № 11-О // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 12. – Ст. 1488.

Специальная литература

15. Анашкин О.А. Обеспечение прав личности при соблюдении процессуальных сроков на стадии возбуждения уголовного дела // Следователь.- 2003. – № 1.

16. Багаутдинов Ф. Возбуждение уголовного дела по УПК РФ // Законность. – 2002. – № 7.

17. Багаутдинов Ф.Н. Процессуальное положение заявителя.// Законность. – 2001. – № 4.

18. Батанов А. Волокита бывает в милиции // Марийская правда. – 2003. – № 9.

19. Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). – М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002.

20. Безлепкин Б.Т., Бородин С.В. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. – М.: ООО «ТК Велби», 2002.

21. Бобров В.К. Система правоохранительных органов, ее единство и классификация // Правоохранительные органы Российской Федерации: Учебное пособие / Под ред. В.К. Боброва. – М.: МЮИ МВД России. Издательство «Щит-М», 1999.

22. Богдановский А. Возбуждение уголовного дела при наличии повода и основания – не право, а обязанность // Российская юстиция. – 2002. – № 2.

23. Володина Л.М. Цели и задачи уголовного процесса // Государство и право. – 1994. – № 11.

24. Галузин А. Уголовно-правовая защита авторских и смежных прав // Законность. – 2001. – № 5.

25. Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве. – СПб., 2002.

26. Голубев В.В. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общей ред. В.И. Радченко. – М.: ЗАО «Юридический Дом «Юстицинформ», 2003.

27. Григорьев В.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002.

28. Гуляев А.П. Глава 3. Уголовное преследование // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002.

29. Демидов И.Ф. Заявитель в Советском уголовном процессе // Вопросы борьбы с преступностью. –1982. – Вып. 32.

30. Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. – М., 1961.

31. Исаенко В. Следственные действия и полномочия прокурора по надзору за ними // Законность. – 2003. – № 2.

32. Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003.

33. Коротков А.П. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. – М.: Юрист, 2002.

34. Курс советского уголовного процесса. Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. – М.: Юрид. лит., 1989.

35. Лунев В.В. Юридическая статистика: Учебник. – М.: Юрист, 2002.

36. Макарцев А. Защита прав потерпевших по делам частного обвинения // Российская юстиция. – 2003. – № 1.

37. Масленникова Л.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. – М.: Юрист, 2002.

38. Москалькова Т.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Научн. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002.

39. Нестеров В. Альтернативный порядок подачи заявлений по делам частного обвинения // Российская юстиция. – 2002. – № 1.

40. Николюк В.В., Кальницкий В.В., Марфицин П.Г. Стадия возбуждения уголовного дела: (В вопросах и ответах): Учебн. пособие. – Омск: ВШМ МВД РФ, 1995.

41. Рыжак Н.И., Кваша Ю.Ф. Правоохранительные органы: понятие, основные черты и классификация // Васильев В.П., Васильев Н.Н., Кваша Ю.Ф., Кваша Л.Ф., Козлов В.А., Рыжак Н.И., Сурков К.В. Правоохранительные органы Российской Федерации / Под общей редакцией Ю.Ф. Кваши. Часть первая: Учебное пособие. – М.: ЧеРо-Контур, 2000.

42. Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. 2-е изд., исп. и доп. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2002.

43. Уголовный процесс России: Учебник / А.С. Александров, Н.Н. Ковтун, М.П. Поляков, С.П. Сереброва; Науч. ред. В.Т. Томин. – М.: Юрайт-Издат, 2003.

44. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Отв. ред. А. В. Гриненко. – М.: Норма, 2004.

45. Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К. Ф. Гуценко. Издание 6-е, перераб. и доп. – М.: Зерцало, 2005.

46. Уголовный процесс: Учебник для юридических высших учебных заведений / Под общ. ред. В. И. Радченко. – М.: Юстицинформ, 2003.

47. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П. А. Лупинская. – М.: Юристъ, 2003.

48. Халиулин А.Г. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 года / Под общ. и научн. ред. д.ю.н., проф. А.Я. Сухарева. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2002.

49. Химичева Г.П. Досудебное производство по уголовным делам: концепция совершенствования уголовно-процессуальной деятельности. – М.: Экзамен, 2003.

50. Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002.

51. Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002.

52. Юрин В. Заявление об экономическом преступлении согласования не требует // Российская юстиция. – 2001. – № 7.

Судебная практика

53. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 сентября 2001 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2003. – № 1.

54. Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2002 года // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2002. – № 12.

55. Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2001 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2002. – № 10.

56. Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2001 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2002. – № 9.

57. Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 1999 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2000. – № 9.

58. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 1999 года // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1999. – № 7.

59. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 февраля 1997 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1997. – № 8.

60. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22 декабря 1994 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. – № 7.


[1] Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 27.07.2006) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (ч. I), ст. 4921, СЗ РФ от 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3452.

[2] См., к примеру: Масленникова Л.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. – М.: Юрист, 2002. С. 301 – 302.

[3] Голубев В.В. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общей ред. В.И. Радченко. – М.: ЗАО «Юридический Дом «Юстицинформ», 2003. – С. 323 – 324; Халиулин А.Г. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 года / Под общ. и научн. ред. д.ю.н., проф. А.Я. Сухарева. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2002. – С. 246; Григорьев В.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002. – С. 325.

[4] См.: Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 376 – 377.

[5] О начальнике следственного отдела как лице, на которого возложена обязанность приема, регистрации и проверки сообщения о преступлении, справедливо упоминают некоторые авторы. См.: Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 376.

[6] Уголовный процесс: Учебник для юридических высших учебных заведений / Под общ. ред. В. И. Радченко. – М.: Юстицинформ, 2003. – С. 134.

[7] В литературе приводятся и иные классификации правоохранительных органов (См.: Бобров В.К. Система правоохранительных органов, ее единство и классификация // Правоохранительные органы Российской Федерации: Учебное пособие / Под ред. В.К. Боброва. – М.: МЮИ МВД России. Издательство «Щит-М», 1999. – С. 14 – 16; Рыжак Н.И., Кваша Ю.Ф. Правоохранительные органы: понятие, основные черты и классификация // Васильев В.П., Васильев Н.Н., Кваша Ю.Ф., Кваша Л.Ф., Козлов В.А., Рыжак Н.И., Сурков К.В. Правоохранительные органы Российской Федерации / Под общей редакцией Ю.Ф. Кваши. Часть первая: Учебное пособие. – М.: ЧеРо-Контур, 2000. – С. 14 – 16; и другие работы).

[8] Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П. А. Лупинская. – М.: Юристъ, 2003. – С. 141.

[9] См.: Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 377.

[10] Такое мнение высказано многими авторами. См., к примеру: Григорьев В.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002. – С. 325; Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 376; Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). – М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. – С. 180; Москалькова Т.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Научн. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002. – С. 296.

[11] Это правило не распространяется лишь на следователей прокуратуры по делам об общественно опасных деяниях лиц, перечисленных в ст. 447 УПК РФ, и прокуроров.

[12] Федеральный закон «О Прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 № 2202-1 (ред. от 04.11.2005) // ВСНД РФ и ВС РФ от 20.02.1992, № 8, ст. 366, СЗ РФ от 07.11.2005, № 45, ст. 4586.

[13] Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. – М., 1961. – С. 92.

[14] Федеральный закон «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 08.05.1994 № 3-ФЗ (ред. от 25.07.2006) // СЗ РФ от 09.05.1994, № 2, ст. 74, СЗ РФ от 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3427.

[15] Володина Л.М. Цели и задачи уголовного процесса // Государство и право. – 1994. – № 11. – С. 130.

[16] Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.

[17] См.: Курс советского уголовного процесса. Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. – М.: Юрид. лит., 1989. – С. 151.

[18] См.: Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). – М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. – С. 34.

[19] См.: Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). – М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. – С. 181; Москалькова Т.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Научн. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002. – С. 298; Безлепкин Б.Т., Бородин С.В. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. – М.: ООО «ТК Велби», 2002. – С. 211.

[20] См.: Москалькова Т.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Научн. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002. – С. 297.

[21] Закон РФ «О средствах массовой информации» от 27.12.1991 № 2124-1 (ред. от 27.07.2006) // ВСНД и ВС РФ от 13.02.1992, № 7, ст. 300. СЗ РФ от 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3452.

[22] Такого мнения придерживаются некоторые авторы. См.: Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 378.

[23] Такого мнения придерживаются многие авторы. См., к примеру: Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. – С. 270; Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. – С. 270.

[24] См.: Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 378.

[25] Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. С. 269; Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. – С. 269.

[26] Адаптированы к требованиям УПК РФ и наиболее подробно расписаны данные правила Григорьевым В.Н. См.: Григорьев В.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002. – С. 325 – 332.

[27] Приказ МВД РФ «Об утверждении Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях» от 01.12.2005 № 985 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти от 26.12.2005, № 52.

[28] Приказ ФСБ РФ «Об утверждении инструкции о порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан в органах Федеральной службы безопасности» от 04.12.2000 № 613 (ред. от 14.08.2001) // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти от 15.01.2001, № 3. Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти от 03.09.2001, № 36.

[29] Приказ МВД РФ № 1058, Генпрокуратуры РФ № 72 «О мерах по укреплению законности в деятельности органов внутренних дел при регистрации и учете преступлений» от 28.11.2001 // Сборник основных организационно-распорядительных документов Генпрокуратуры РФ. Т 1. 2004.

[30] См.: Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 379.

[31] Такого мнения придерживаются некоторые авторы. См., к примеру: Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 379.

[32] Такого мнения придерживаются такие авторы как Голубев В.В. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общей ред. В.И. Радченко. – М.: ЗАО «Юридический Дом «Юстицинформ», 2003. – С. 323.

[33] См.: Голубев В.В. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общей ред. В.И. Радченко. – М.: ЗАО «Юридический Дом «Юстицинформ», 2003. – С. 323 – 324.

[34] См.: Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. – С. 263; Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. – С. 263.

[35] См. об этом подробнее: Рыжаков А.П. Поводы и фактические основания для начала уголовного процесса и возбуждения уголовного дела публичного и частно-публичного обвинения. Комментарий к статье 140 УПК РФ, а также Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. 2-е изд., исп. и доп. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2002. – С. 360 – 363, 366 – 368 и другие работы автора.

[36] См.: Москалькова Т.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Научн. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002. – С. 293.

[37] Что заявления о преступлении могут исходить от должностного лица, утверждает и Григорьев В.Н. См.: Григорьев В.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002. – С. 314.

[38] См.: Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. С. 264, 265; Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный. С. 264, 265. Подобной позиции придерживаются и другие ученые. См.: Москалькова Т.Н. Указ. раб. С. 293.

[39] См.: Там же. С. 264.

[40] См.: Николюк В.В., Кальницкий В.В., Марфицин П.Г. Стадия возбуждения уголовного дела: (В вопросах и ответах): Учебн. пособие. – Омск: ВШМ МВД РФ, 1995. – С. 8.

[41] Там же. С. 8.

[42] См.: Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. С. 265; Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный. С. 265.

[43] Масленникова Л.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. – М.: Юрист, 2002. – С. 298.

[44] Дела частного обвинения возбуждаются путем подачи мировому судье (при отсутствии такового – судье районного суда) заявления потерпевшим, его законным представителем, а в случае смерти потерпевшего – близким родственником потерпевшего. Соответственно, поводом для начала нового уголовного процесса по делам частного обвинения могут быть заявления о преступлении, сделанные в ходе судебного разбирательства, осуществляемого мировым судьей (при отсутствии такового – судьей районного суда).

[45] Халиулин А.Г. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 года / Под общ. и научн. ред. д.ю.н., проф. А.Я. Сухарева. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2002. – С. 243.

[46] Федеральный закон «О введении в действие Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации» от 18.12.2001 № 177-ФЗ (ред. от 27.12.2002) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (1 ч.), ст. 4924, СЗ РФ от 30.12.2002, № 52 (ч. 1), ст. 5137.

[47] Богдановский А. Возбуждение уголовного дела при наличии повода и основания – не право, а обязанность // Российская юстиция. – 2002. – № 2. – С. 52.

[48] См.: Григорьев В.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002. – С. 314.

[49] Химичева Г.П. Досудебное производство по уголовным делам: концепция совершенствования уголовно-процессуальной деятельности. – М.: Экзамен, 2003. – С. 72.

[50] См.: Григорьев В.Н. Указ. раб. С. 315; Халиулин А.Г. Указ. раб. С. 244.

[51] Аналогичные суждения высказаны и другими авторами. См.: Григорьев В.Н. Указ. раб. С. 315.

[52] См.: Григорьев В.Н. Указ. раб. С. 316.

[53] Приказ Генпрокуратуры РФ «О введении в действие Инструкции о порядке рассмотрения и разрешения обращений и приема граждан в органах и учреждениях Прокуратуры Российской Федерации» от 15.01.2003 № 3 (ред. от 05.07.2006) // Законность. – 2003. – № 4, Законность. – 2006. – № 8.

[54] Халиулин А.Г. Указ. раб. С. 244.

[55] См. подробнее: Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. С. 362, 363, 365.

[56] Такого же мнения придерживается и большинство других авторов. См., к примеру: Григорьев В.Н. Указ. раб. С. 316.

[57] Не соответствует положениям ч. ч. 1 и 2 ст. 318 УПК РФ утверждение Григорьева В.Н., что дела частного обвинения «возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего». См.: Григорьев В.Н. Указ. раб. С. 314.

[58] О наличии у законного представителя таких же прав, как и у потерпевшего, некоторые процессуалисты часто забывают и поэтому к числу лиц, от которых может быть принято заявление о преступлении по делу частно-публичного обвинения, относят одних потерпевших. См.: Масленникова Л.Н. Указ. раб. С. 298 – 299.

[59] Далее, под потерпевшим по делам частного обвинения подразумевается и его законный представитель, а в случае смерти потерпевшего – и близкий родственник.

[60] В данном случае термин «потерпевший» употребляется не в значении, которое употреблено в ст. 42 УПК РФ, то есть не как лицо, в отношении которого вынесено соответствующее постановление о признании его таковым, а как лицо, которому причинен определенного рода вред. Такого субъекта уголовного процесса можно именовать пострадавшим.

[61] Аналогичного мнения придерживаются и другие авторы. См.: Безлепкин Б.Т., Бородин С.В. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. – М.: ООО «ТК Велби», 2002. – С. 209; Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). С. 177 – 178.

[62] Багаутдинов Ф. Возбуждение уголовного дела по УПК РФ // Законность. – 2002. – № 7. – С. 42.

[63] Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве. – СПб., 2002. – С. 458.

[64] По аналогии с отменой постановления о возбуждении уголовного дела частного обвинения. См.: Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 1999 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2000. – № 9.

[65] Уголовный процесс России: Учебник / А.С. Александров, Н.Н. Ковтун, М.П. Поляков, С.П. Сереброва; Науч. ред. В.Т. Томин. – М.: Юрайт-Издат, 2003. – С. 132.

[66] О том, что в заявлении по делам частно-публичного обвинения должно быть указано на просьбу пострадавшего возбудить уголовное дело (см.: Халиулин А.Г. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 года / Под общ. и научн. ред. А.Я. Сухарева. – М.: НОРМА-ИНФРА-М, 2002. – С. 251 – 252) или просьбу «привлечь виновных к уголовной ответственности» (см.: Калиновский К.Б. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 388), говорят и другие ученые.

[67] См.: Калиновский К.Б. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 388.

[68] См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22 декабря 1994 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. – № 7.

[69] См.: Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 1999 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2000. – № 9. На данное обстоятельство обращают внимание также известные ученые. См.: Москалькова Т.Н. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Научн. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002. – С. 302.

[70] См.: Голубев В.В. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общей ред. В.И. Радченко. – М.: ЗАО «Юридический Дом «Юстицинформ», 2003. – С. 330 – 331; Халиулин А.Г. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 года / Под общ. и научн. ред. А.Я. Сухарева. – М.: НОРМА-ИНФРА-М, 2002. – С. 252; Коротков А.П. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. – М.: Юрист, 2002. – С. 307.

[71] См.: Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). – М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. – С. 33.

[72] См.: Шевчук А.Н. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. – С. 274; Шевчук А.Н. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. – С. 274; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002. – С. 339; Москалькова Т.Н. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Научн. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002. – С. 301.

[73] См., к примеру: Калиновский К.Б. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 388; Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) – М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. – С. 183; Безлепкин Б.Т. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. – М.: ООО «ТК Велби», 2002. – С. 213.

[74] См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 февраля 1997 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1997. – № 8.

[75] На то, что термин «потерпевший», используемый в статье 147 УПК РФ, «неточен», обращают внимание ученые. См.: Калиновский К.Б. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 388.

[76] Уголовный процесс: Учебник для вузов / Отв. ред. А. В. Гриненко. – М.: Норма, 2004. – С. 140.

[77] Юрин В. Заявление об экономическом преступлении согласования не требует // Российская юстиция. – 2001. – № 7. – С. 50.

[78] См.: Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 1999 года // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1999. – № 7.

[79] См.: Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2001 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2002. – № 10.

[80] См.: Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2002 года // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. № 12; Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2001 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2002. – № 9.

[81] См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 сентября 2001 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2003. – № 1.

[82] См.: Коротков А.П. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. – М.: Юрист, 2002. – С. 307.

[83] По аналогии с идеей Галузина А. См.: Галузин А. Уголовно-правовая защита авторских и смежных прав // Законность. – 2001. – № 5.

[84] Данное требование разделяют и другие. См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002. – С. 339.

[85] См.: Калиновский К.Б. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 388.

[86] См.: Гуляев А.П. Глава 3. Уголовное преследование // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. – М.: Издательство «Экзамен XXI», 2002. – С. 62 – 63.

[87] См.: Халиулин А.Г. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 года / Под общ. и научн. ред. А.Я. Сухарева. – М.: НОРМА-ИНФРА-М, 2002. – С. 251; См.: Калиновский К.Б. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003. – С. 388.

[88] См. подробнее: Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. С. 684 – 687.

[89] Исаенко В. Следственные действия и полномочия прокурора по надзору за ними // Законность. – 2003. – № 2. – С. 25.

[90] В учет не берется такой вид досудебного производства, как производимая до предварительного расследования предварительная проверка заявления о преступлении.

[91] На то, что дознаватель, орган дознания, следователь и прокурор должны принимать и проверять сообщения о любом преступлении, указывают многие авторы. См., к примеру: Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. С. 268; Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002. – С. 268.

[92] См.: По запросу Ванинского районного суда Хабаровского края о проверке конституционности отдельных положений Уголовно-процессуального кодекса РСФСР: Определение Конституционного Суда РФ от 26 января 1999 г. № 11-О // Собрание законодательства РФ. 1999. № 12. Ст. 1488.

[93] Макарцев А. Защита прав потерпевших по делам частного обвинения // Российская юстиция. – 2003. – № 1.

[94] Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К. Ф. Гуценко. Издание 6-е, перераб. и доп. – М.: Зерцало, 2005. – С. 139.

[95] Постановление Конституционного Суда РФ «По делу о проверке конституционности положений частей второй и четвертой статьи 20, части шестой статьи 144, пункта 3 части первой статьи 145, части третьей статьи 318, частей первой и второй статьи 319 уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации в связи с запросами Законодательного собрания Республики Карелия и октябрьского районного суда города Мурманска» от 27.06.2005 № 7-П // Вестник Конституционного Суда РФ. – 2005. – № 4.

[96] Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 27.07.2006) // СЗ РФ от 17.06.1996, № 25, ст. 2954, СЗ РФ от 31.07.2006, № 31 (1 ч.), ст. 3452.

[97] См., например: Нестеров В. Альтернативный порядок подачи заявлений по делам частного обвинения // Российская юстиция. – 2002. – № 1.

[98] Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации./ Под ред. А.В. Смирнова. СПб.: Питер, 2003. – С. 354.

[99] И. Ф. Демидов. Заявитель в Советском уголовном процессе // Вопросы борьбы с преступностью. –1982. –Вып. 32. – С. 85 – 90.

[100] В.В. Лунев. Юридическая статистика: Учебник. – М.: Юрист, 2002.

[101] Ф.Н. Багаутдинов. Процессуальное положение заявителя.// Законность. – 2001. – № 4.

[102] А.Батанов. Волокита бывает в милиции.// Марийская правда. – 2003. – № 9.

[103] О.А. Анашкин. Обеспечение прав личности при соблюдении процессуальных сроков на стадии возбуждения уголовного дела // Следователь.- 2003. – № 1. – С. 37 - 38.

[104] По данным Генеральной прокуратуры, в 2001 г. органами внутренних дел было укрыто от регистрации 122 тысячи преступлений. См.: Информационное письмо заместителя Генерального прокурора РФ от 21.02.02 г. «О состоянии законности в органах внутренних дел при регистрации, учете, раскрытии и расследовании преступлений в 2001 г.».

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 2.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему