регистрация / вход

Использование данных о закономерностях ощущений в процессе допроса

Характеристика проблемы ощущений, с которой сталкиваются следователи, при изложении допрашиваемыми лицами, свойств предметов и фактов, связанных с уголовным делом. Изучение закономерностей изменений порогов ощущений. Ощущения обоняния, осязания, вкуса.

Использование данных о закономерностях ощущений в процессе допроса

На допросе допрашиваемые излагают, как они ощущали, восприняли свойства предметов и факты, связанные с уголовным делом.

Проблема ощущений изучается теорией познания для решения вопроса о познаваемости мира.

Буржуазные криминалисты, опираясь на различные идеалистические философские учения, отрицают вообще познаваемость мира. При этом одни из них отрицают, что наши ощущения являются образами внешнего миpa, другие признают объективность и правильность наших ощущений, то считают, что они искажаются, проходя через наше сознание.

Диалектико-материалистическое понимание ощущений исходит из того, что ощущение есть результат воздействия внешнего мира на органы чувств, что «существование материи не зависит от ощущения. Материя есть первичное. Ощущение, мысль, сознание есть высший продукт особым образом организованной материи...». Это, конечно, не означает, что ощущения обусловлены только воздействием внешнего мира и совершенно не зависят от устройства и состояния органов чувств. Ощущение, отражая объективную действительность, является результатом воздействия материи на наши органы чувств, поэтому оно объективно по содержанию. Но имеется и частичное несоответствие между нашими ощущениями и качествами предметов: «Изображение никогда не может всецело сравняться с моделью...».

Результаты изучения природы таких несоответствий могут быть полезны для криминалиста при оценке достоверности показаний, однако при этом нельзя забывать, что нет никаких оснований не доверять показаниям органов чувств, что «человек не мог бы биологически приспособиться к среде, если бы его ощущения не давали ему объективно-правильного представления о ней».

Посредством органов чувств мы отображаем и познаем внешний мир. Ощущения служат .непосредственной связью организма со средой, они есть превращение энергии внешнего раздражения в факт сознания6 . Наши ощущения являются субъективными образами объективной реальности, отражением свойств объективно существующих предметов материального мира.

Многие буржуазные криминалисты частичное несоответствие образа, полученного в ощущении, действительности, возвели в принцип, считая, что органам чувств нельзя доверять, что они постоянно обманывают нас и не могут дать правильный образ окружающих предметов и явлений. Критерием истинности познания буржуазные криминалисты считают данные человеческой психологии и не признают основной критерий—практику.

Человек в состоянии узнать об этих частичных несоответствиях субъективного образа и объективного предмета, может установить причины такого несоответствия, вооружать свои органы чувств различными приборами, постоянно усовершенствовать и контролировать их в ходе своей повседневной практической деятельности. Практика является и основным процессом познания, и критерием истинности познания, начинающегося с ощущения.

В. И. Ленин учил, что нет оснований не доверять нашим органам чувств, их показания повседневно корректируются практикой.

Многие свидетели и нередко обвиняемые дают правильные показания на основе своих объективно правильных представлений о предметах и событиях. В их ощущениях в основном правильно отражаются свойства предметов материального мира. Обычно они правильно воспринимают интересующие нас предметы и факты, удерживают их в памяти и точно излагают на предварительном следствии и в суде. Однако на практике приходится сталкиваться и с ошибочными или ложными показаниями. Изучив те психологические факторы, которые могут привести к ошибочности или ложности показания, можно, с одной стороны, разработать правильную тактику ведения допроса, обеспечивающую предупреждение таких показаний, и получения правдивых, достоверных и полных показаний, а с другой—найти правильный подход к оценке результатов допроса.

Изучение психологических процессов формирования показаний рекомендуется начинать с простейшего психологического процесса отражения отдельных качеств предметов или явления внешнего мира, а именно с ощущения.

Ощущением называется простейший психологический процесс отражения в сознании человека отдельных свойств внешних предметов и явлений, а также внутренних состояний организма, непосредственно воздействующих на органы чувств.

Физиологически ощущения являются процессами возбуждения раздражителями органов чувств специальных нервных аппаратов, называемых анализаторами.

Анализатор — это сложнейший нервный механизм, состоящий из периферического прибора—рецептора, проводящих путей и мозговых концов. Внешние раздражители, воздействуя на периферические окончания анализаторов, вызывают нервное возбуждение, т. е. энергия раздражения в рецепторах трансформируется в нервный импульс. Нервное возбуждение передается по проводящим отделам, так называемым центростремительным (эфферентным) путям, в центральные отделы анализаторов, находящихся в коре больших полушарий головного мозга. Однако кора головного мозга не только воспринимает идущие к ней от рецепторов импульсы, но и играет руководящую роль в процессе формирования ощущений, оказывает регулирующее воздействие на периферические окончания рецепторов.

Нельзя представить себе, что бывают ощущения изолированные, имеющиеся только в пределах одного какого-либо анализатора. Учение И. П. Павлова о коре как о комплексе анализаторов и о взаимосвязи участков коры головного мозга, с одной стороны, и всего организма в целом — с другой, показывает, что в формировании ощущения участвует весь организм, все его процессы.

Не всякий воздействующий на рецепторы раздражитель в состоянии вызвать ощущение. Слишком большие или слишком маленькие, слишком сильные или слишком слабые раздражители не вызывают ощущения. Так, колебания, частоты которых ниже 20 в сек. или выше 20 000 в сек., не вызывают слуховых ощущений.

Минимальная величина раздражителя, способная еще вызвать ощущение, называется нижним порогом ощущения. Максимальная величина раздражителя, сверх которой этот раздражитель перестает ощущаться, называется верхним порогом ощущения.

Если два однородных раздражителя действуют на анализатор и различие их по силе или величине очень невелико, то вызываемые ими ощущения оказываются одинаковыми. Например, мы не можем отличить две поверхности, различные по цвету, если это различие очень небольшое. Минимальная разница в интенсивности двух однородных раздражителей, которая еще достаточна для того, чтобы возникающие ощущения оказались отличными друг от друга, называется разностным порогом ощущения. Чем больше исходное раздражение, тем больше его надо усилить, чтобы возникающие ощущения отличались друг от друга. Если к 10 г прибавить еще 10 г, различие будет ощутимо, а два груза весом 700 и 710 г на вес кажутся одинаковыми. Зависимость силы ощущения различия от разницы сил раздражителей имеет закономерный характер. Необходимое увеличение исходного раздражителя для возникновения еле заметного ощущения различия интенсивности раздражения всегда составляет определенную часть величины или силы данного исходного раздражителя. Имеют значение также и показания об отдаленности предметов от наблюдателя. Разница в отдаленности, впервые замечаемая двумя глазами, следующая:

Удаленность отправной точки сравнения (в м) Минимальная замечаемая разница в удаленности

2000

1000

500

200

100

50

20

10

5

2

1

0,50

0,20

862 м

276 м

79 м

14 м

3,4 м

1 м

15 см

4 см

13 мм

1,5 мм

0,4 мм

0,1 мм

0,017 мм

Знание закономерностей изменений порогов ощущений имеет большое значение для следователя.

В практике встречаются показания, содержание которых противоречит нашим знаниям о порогах ощущения. Например, если потерпевшая заявляет об ограблении или изнасиловании ее неизвестным человеком, ночью, в лесу, и при этом дает точный словесный портрет преступника, то ясно, что она не могла видеть такие детали, как цвет глаз, одежды, ибо нижний порог ощущения цветного зрения выше, чем интенсивность света при данных условиях. В подобных случаях нужно проверить, почему ошибается или искажает правду потерпевшая и в чем состоит ошибка или искажение.

Когда же в показаниях содержатся данные, невероятные с точки зрения наших знаний о порогах ощущения, целесообразно произвести следственный эксперимент, чтобы установить возможность восприятия того или иного явления.

При возникновении подозрения в симуляции повышенности нижнего или разностного или пониженности верхнего порога ощущения, например при подозрении в симуляции тугоухости, следует назначить судебно-медицинскую экспертизу.

Пороги ощущения не являются раз и навсегда установленными: человек может изменить их соответствующей тренировкой. Пороги ощущения изменяются также в ходе трудовой и иной деятельности. Индивидуальные особенности порогов ощущений отчасти прирожденные, а частично зависят от опыта, деятельности, тренировки. Особенно поддается уменьшению в ходе трудовой деятельности порог различения. Например, текстильщики, специализировавшиеся на выработке черных тканей, различают до 40 оттенков черного цвета. Поразительного развития достигает цветоразличение у сталеваров. Дегустаторы, работающие в области пищевой, табачной и парфюмерной промышленности, вырабатывают у себя чрезвычайно высокую чувствительность к различению вкусов и запахов. Низкий порог различения звуков по громкости имеют музыканты, инженеры, имеющие дело с моторами, логопеды и другие лица, которым по роду профессии приходится иметь дело с различиями звуков по громкости.

Сведения о чувствительности наших анализаторов под влиянием упражнений дают возможность сделать некоторые выводы и относительно тактики допроса.

Если путем допроса требуется выяснить факты, для восприятия которых нужно иметь низкий нижний или разностный порог, то среди свидетелей, по возможности, нужно выявить человека, натренированного в данной области ощущения.

По делу о хищении готовой продукции на кожевенной фабрике старый мастер цеха после предъявления ему образцов кожи, изъятых у подозреваемого, показал на допросе, что товар был произведен на фабрике в разное время. Это он установил по блеску и цвету кожи и рассказал, что месяц тому назад ввели новый краситель и технологию, но это не повлияло на качество товара. Различить на глаз товар следователь не мог и даже усомнился в правдивости показаний свидетеля. Однако произведенная товароведческая экспертиза полностью подтвердила правильность свидетельских показаний, что явилось ценным доказательством по делу.

Из изложенного вытекает и тактический вывод о том, что если на допросе возникает вопрос о видимости, слышимости и других явлениях, связанных с порогами ощущения, то всегда нужно интересоваться трудовыми или иными навыками допрашиваемого.

При оценке правдивости показаний нужно учитывать также упражняемость органов чувств. Это особенно важно тогда, когда невозможно провести следственный эксперимент или нельзя проверить правдивость показания иным путем. В случае расхождения показаний свидетелей при прочих равных условиях предпочтение отдают показанию того из них, у кого профессиональные и иные навыки способствуют восприятию данного явления и свидетель не вызывает подозрений в лжесвидетельстве.

Пороги ощущения зависят и от общего состояния организма. При насморке, например, набухает слизистая оболочка в полости носа, что сильно повышает нижний порог ощущения запахов. У беременных женщин, как правило, понижается чувствительность к запахам, хотя к отдельным запахам она может быть и повышена. Большие сдвиги в сторону понижения претерпевает верхний порог частоты слышимости звука в преклонном возрасте. У стариков этот порог может снижаться с 20000 колебаний в сек. (20000 герц) на 50% и даже ниже.

Величина порога ощущений в большей мере зависит от адаптации (приспособления) органа ощущения к условиям ощущения. Чувствительность органов чувств меняется в зависимости от действующих на них раздражителей. Под действием слабых раздражителей она, как правило, повышается, а под действием сильных—снижается. Это особенно явно выступает при ощущении запахов: сначала мы ощущаем их очень резко, а потом наше ощущение быстро ослабевает и даже прекращает существовать, хотя сам запах объективно остается постоянным и даже может стать более сильным. Сидя в накуренном помещении, мы не слышим запаха табачного дыма, но стоит выйти из комнаты и вновь войти, чтобы почувствовать его. Это может вызвать и необоснованное подозрение. При еле заметной утечке газа находящийся в помещении человек может не почувствовать его даже тогда, когда нашло уже много газа. Если же человек удалился хотя бы на минутку, то по возвращении ему может показаться, что кран открыли в его отсутствие. Всем известна способность глаза приспосабливаться к темноте или к интенсивному освещению. Орган ощущения приспосабливается в течение определенного времени. Данное обстоятельство необходимо учитывать. Это может предупредить некоторые ошибки в работе следователя и суда. Так, темноадаптированный глаз за время винтовочного или пистолетного выстрела не может адаптироваться к свету, вызванному данным выстрелом. Если на допросах возникает вопрос, связанный с явлением адаптации, то следует тщательно выяснить все обстоятельства, влияющие на приспособление органов чувств. Например, если шофер, допрошенный по делу об автомобильной аварии, происходившей ночью, ссылается на то, что он был ослеплен фарами встречного транспорта, чрезвычайно важно выяснить, имел ли место такой факт и за какое время до происшествия. Если шофер вышел из сильноосвещенного помещения на слабоосвещенную улицу и сразу же сел в машину, необходимо выяснить, сколько времени ему потребовалось, чтобы завести мотор и поехать, ждал ли он, пока его глаза привыкли к темноте, и сколько, или поехал немедленно.

Чувствительность органов ощущений зависит и от их взаимодействия. Слабые раздражители, воздействующие на одни органы чувств, как правило, увеличивают чувствительность к другим, одновременно действующим на другие анализаторы, раздражителям. Сильные раздражители в основном уменьшают чувствительность и к другим «побочным» раздражителям. Но взаимодействие органов чувств бывает и более сложным. Установлено, например, что зеленый свет повышает, а красный понижает слуховую чувствительность, раздражение органа слуха усиливает ощущение белого при дневном зрении и ослабляет при сумеречном. Под действием очень сильного шума авиационного мотора световая чувствительность сумеречного зрения падала до 20% своего уровня, имевшегося в условиях тишины, до начала слухового раздражителя.

Все эти экспериментальные данные говорят о важности исключительной детализации допроса при показаниях о виденных, слышанных или другими анализаторами ощущаемых свойствах и качествах предметов и явлений. Особенно большое значение следует придавать на допросе выяснению действия побочных раздражителей, если может возникнуть необходимость в проведении следственного эксперимента. При организации его большое внимание необходимо уделять и этим обстоятельствам.

Неправильно поступает следователь, когда при организации эксперимента с целью проверки видимости не обращает внимания на одновременно действующие слуховые раздражители или, наоборот, при проверке слышимости — на условия освещенности. По делу о производственной аварии на текстильной фабрике неправильно было бы проводить, например, эксперимент в нерабочий день, если это необходимо для того, чтобы установить видимость определенных предметов в рабочее время.

Значительное влияние на работу органов чувств оказывают и различные наркотики. Так, кофеин, как правило, хорошо влияет на работу органов чувств. Доза 0,1 увеличивает максимальную чувствительность адаптированного к темноте глаза приблизительно на 1/3. Действие кофеина на глаза начинается через 1/6 часа и продолжается 1/2 часа. Обратное действие оказывает употребление спиртных напитков. Даже небольшое количество спирта (100 г водки), повышающее сначала чувствительность, затем значительно снижает ее. Вот почему приносит большой вред употребление водителями автомобилей даже минимального количества спиртных напитков, особенно ночью. Мизерное количество, не имеющее никакого видимого влияния на сознание, отрицательно влияет на работу анализаторов, снижает их чувствительность и способность адаптироваться. После употребления 200—300 г сухого вина количество алкоголя в литре крови достигает примерно 300 мг, и это уже достаточно для того, чтобы нижние пороги ощущения заметно повысились: человек в таком состоянии чувствует повышенную работоспособность и повышенную деятельность всех органов. Однако экспериментальные данные свидетельствуют о том, что даже при таком невысоком уровне наличия алкоголя в крови притупляются обоняние и осязание; чувство холода, тепла, давление кажутся меньше, чем они есть на самом деле; больше времени требуется для восприятия. Человек под влиянием алкоголя медленнее чувствует запах, чем обычно, сравнительно сильные запахи и звуки кажутся ему слабыми. Снижается и острота зрения, ухудшается глазомер, а также восприятие пространственных отношений и времени. После того как содержание алкоголя в литре крови превысит 1 г, влияние его повышается не только в данный момент, но и в течение определенного времени, а это очень важно именно с точки зрения оценки показаний. Через 24—36 час. все еще чувствуется вредное влияние такого количества спиртного напитка. Это проявляется не только в головной боли, но и в снижении нижних порогов ощущений, особенно в увеличении разностных порогов.

Все указанные моменты следует учитывать при допросах. Следователь должен всегда выяснять и уточнять, когда и сколько спиртных напитков употреблял допрашиваемый, и не только непосредственно перед восприятием интересующего нас факта, но и за день до этого.

Снижают чувствительность темноадаптированного глаза также недоедание, недосыпание, утомительная физическая работа, переполнение желудка. Всеми этими вопросами следователю необходимо интересоваться при расследовании дел, связанных с авариями на транспорте или на производстве.

Ощущение, как и любой психический процесс, связано также со всеми другими психическими процессами. Чувствительность сумеречного зрения понижается от неприятных вкусовых и других ощущений, вызывающих эмоции отрицательного характера. Приятные звуковые раздражители (созвучия) повышают цветовую чувствительность темноадаптированного глаза к красно-желтым частям спектра.

С нашей точки зрения, еще важнее связь ощущения с мышлением. Для выяснения вопроса о единстве ощущения и мышления В. А. Артемов производил специальные опыты. На разных рисунках он помещал совершенно одинаковые по светлоте два белых кружочка — один на белой, другой на черной поверхности. При таких условиях белый кружочек на черном фоне кажется более белым, чем такой же белый кружочек на белом фоне (рис. 1). Это явление называется светлотным контрастом. На других рисунках белые кружочки воспринимаются как две лампы одного и того же фонаря (рис. 2), из которых один находится на белом, другой—на черном фоне. Опыт показал, что светлотный контраст тем слабее, чем сильнее выражены, чем более значимы объекты восприятия.

Рис.1 Рис.2

А. Л. Ярбус на примере иллюзии смещения отрезков прямой показал также, что чем более реальны изображения предметов на рисунках, тем меньше иллюзии (рис. 3, 4, 5).

Рис.3 Рис.4 Рис.5

Все это говорит о том, что «ощущения во взаимодействии с мышлением более правильно отражают объективные свойства вещей материального мира». Ярбус считает, что существование оптических иллюзий есть результат развития человека и объясняется человеческой практикой. Возникающие иногда при ощущениях иллюзии «не дают основания для выражения недоверия нашим органам чувств, ибо иллюзии в своей основе носят приспособительный характер и легко корректируются практикой». Это очень важно, ибо буржуазные криминалисты чаще всего именно явлениями иллюзии пытаются обосновать недоверие к органам чувств человека и к показаниям допрашиваемых. Следует подчеркнуть, что свидетели на допросах дают показания не о линиях и кружочках, а о реальных предметах мира, реже вводящих в заблуждение наши органы чувств, чем линии и кружочки.

Понимание роли мышления в ощущениях имеет значение не только в отношении критики агностических взглядов буржуазных криминалистов. Сенсибилизация органов чувств знанием предмета ощущения наблюдается и в повседневной жизни. Представление об ожидаемом болевом ощущении заметно повышает болевую чувствительность, особенно у людей малодушных и тяжело переносящих болевые ощущения. Все эти моменты имеют значение при оценке некоторых показаний о воспринятых при неблагоприятных условиях, явлениях. В таких случаях всегда следует спросить у допрашиваемого, не был ли он раньше знаком с этим явлением.

Различные виды ощущений возникают в результате воздействия разных видов раздражителей на отдельные органы чувств. Ощущения отражают свойства предметов и явления внешнего мира. К ним относятся: зрительные, слуховые, обонятельные, вкусовые и кожные ощущения. Наряду с этими ощущениями человек испытывает также ощущения, отражающие различные изменения в состоянии и положении собственного тела, в том числе органов движения и внутренних органов. К ним относятся: мышечно-двигательные, болевые ощущения, органические и ощущения равновесия. Из них мы рассмотрим только два первых.

Зрительные ощущения имеют чрезвычайно большое значение в формировании показаний. Почти во всех допросах свидетелей речь идет о виденных ими явлениях или предметах.

Способность глаза приспособляться к темноте или яркому свету носит индивидуальный характер, но тем не менее для допрашивающего большое значение имеет и знание общих закономерностей. Приспосабливаемость глаза к темноте, как правило, в показаниях значительно переоценивается. Особенно осторожно следует подходить к оценке показаний о фактах, виденных при свете луны.

Выходя из освещенного помещения в темноту, в зависимости от разницы в освещении, мы или ничего не видим, или видим слабые контуры некоторых больших или контрастных предметов. Со временем эти контуры становятся все определеннее, предметы как бы «отдаляются» друг от друга и начинают уже вырисовываться детали. Этот процесс, называемый адаптацией в темноте, происходит постепенно. Чувствительность глаза возрастает в первые 20—30 мин. с заметной быстротой, потом все медленнее и примерно через 1 час практически заканчивается. Быстрота адаптации зависит от освещенности помещения, в котором находился человек до выхода в темноту. Если освещенность была умеренной, то адаптация практически заканчивается через 20 мин., а если большой, то примерно только через час.

По-иному происходит световая адаптация глаза. Выходя из темного помещения на свет, глаз «привыкает» к свету, т. е. его чувствительность понижается очень быстро. Вначале мы чувствуем себя «ослепленными», но вскоре перед нами появляется ясная и детализированная картина действительности, и незаконченность процесса адаптации к свету проявляется только в чувстве боли или неприятности ощущения сильного света. Адаптация к свету проходит быстро и практически заканчивается в первые 3—5 мин.

Относительно медленный процесс адаптации к темноте может дать основу для суждения о времени, проведенном в темноте. Оно может быть определено с приблизительной точностью с помощью следственного эксперимента. Поэтому на допросах в случае необходимости нужно выяснить точно условия освещенности до попадания в темноту.

Это может иметь значение тогда, когда нужно установить, сколько времени находился спрятавшийся преступник в темноте, мог ли он видеть в темноте или мог ориентироваться только на ощупь. Не менее важно знать и использовать данные об условиях адаптации к темноте при проведении допросов свидетелей. Для этого на допросе следует точнее выяснить условия освещенности места не только во время восприятия данного факта, но и где предварительно находился допрашиваемый, а также, сколько времени был свидетель в темноте до восприятия факта.

Иногда свидетели на допросе уклоняются от ответов на некоторые вопросы, ссылаясь на свою ослепленность сильным светом в интересующий следствие или суд момент. Нередко подозреваемые или обвиняемые, особенно по делам об автотранспортных происшествиях и авариях на производстве, ссылаются на невозможность предупредить происшествие из-за ослепленности сильным светом. Во всех таких случаях при оценке показаний допрашиваемого нужно принимать во внимание быстротечность световой адаптации. При оценке показания водителя, допустившего аварию и ссылающегося на ослепленность фарами встречного транспорта, нужно учитывать, что под влиянием такого блесткового источника света ухудшаются не только зрительные восприятия, но и нарушаются двигательные реакции, увеличивается продолжительность и количество пауз при осуществлении отдельных операций.

Если в поле зрения находятся предметы, в освещенности которых имеется большая разница, то глаза приспосабливаются к более освещенному предмету. Хорошо видны предметы и в слабо освещенной комнате, если наблюдать через окно ночью с неосвещенной улицы, и, наоборот, не видны в яркий день, хотя в это время освещенность комнаты будет выше. Днем легкая занавеска и даже прозрачное оконное стекло могут отражать столько света, что через них можно увидеть предметы, находящиеся в комнате, только непосредственно прислонясь к окну и заслонив доступ бокового света к глазам. Лжесвидетели часто упускают из виду эти обстоятельства. Они думают иногда, что оконное стекло вполне прозрачно и не мешает наблюдать через него происходившие в помещении события, или, несколько раз наблюдая вечером за событиями через окно или через занавеску, на допросе рассказывают о якобы замеченных ими днем событиях, упуская из виду изменившиеся условия видимости. Правдивость таких показаний легко можно проверить правильно организованным следственным экспериментом.

В следственной практике в связи с показаниями о зрительно воспринятых фактах сравнительно часто возникает вопрос о возможности видения определенных предметов на том или ином расстоянии, т. е. вопрос о пространственных порогах зрения. Когда находящийся от нас очень далеко предмет приближается к нам, то вначале мы видим издалека «нечто», т. е. темную точку или пятнышко, но по мере приближения предмет выделяется больше, мы видим промежутки между предметами, а потом уже и форму предмета. В соответствии с этим различают пространственный порог простого нерасчлененного видения, пространственный порог раздельного видения и пространственный порог узнавания формы.

В условиях обычного дневного освещения под открытым небом острота зрения достигает максимума и в тени, и на солнце и одинакова и там, и здесь.

Ссылка допрашиваемого на то, что он при таких условиях какое-то явление не мог наблюдать потому, что находился в тени и там было мало света, неправдоподобна. Снижение остроты зрения в тени на деле имеет место только при пасмурной погоде или с наступлением сумерек.

Пространственные пороги зрения во многом зависят от различия в светлоте объекта и фона: они возрастают с уменьшением различия и наоборот. Например, пространственный порог раздельного видения при сочетании белого и черного равен 28", а при двух близких серых достигает 44".

Особенно хорошо выделяются дополнительные цвета. Так, зеленый предмет на красном фоне будет казаться зеленее, чем на сером.

На допросах часто возникает вопрос о цвете воспринятых допрашиваемым предметов. При расхождении ответов разных свидетелей или обвиняемых или при противоречии данных, добытых из других источников, нужно вспомнить, что около 8% мужчин (а некоторые авторы утверждают, что около 20%) страдают дефектами цветоощущения. Из них самым частым является так называемая красно-зеленая слепота. Страдающие этой болезнью не отличают некоторые красные цвета от некоторых зеленых, т. е. не различают два основных цветовых сигнала безопасности уличного движения. Многие люди имеют ослабленное цветоощущение. Они умеют различать цвета только при сравнительно сильном освещении. Отметим, что есть немало людей, даже можно сказать преобладающее большинство, из страдающих ненормальностью цветоощущения, которые не знают об этом дефекте своего зрения. Поэтому отрицательный ответ допрашиваемого не должен успокаивать следователя, а в случае, когда по делу установление нормальности цветоощущения данного лица имеет значение, нужно направить его на медицинскую экспертизу.

В других случаях, когда необходимо установить, есть ли какие-то дефекты зрения у лица, следует обратиться также к медицинскому эксперту. Допрашиваемые иногда ссылаются на свою близорукость или дальнозоркость и при этом заявляют, что интересующий следствие предмет или его особенности не видели потому, что были без очков. Если следователь желает иметь примерное представление о зрении без очков близорукого или дальнозоркого, что иногда очень полезно, то можно одеть очки противоположной диоптрии, чем носит свидетель или обвиняемый. Например, если обвиняемый страдает близорукостью и нуждается в очках 3 диоптрии, то человек с нормальным зрением, одевая очки для дальнозорких такой же диоптрии, может иметь представление о зрении данного близорукого субъекта. Конечно, такая примерка очков самим следователем не имеет никакого доказательственного значения, но ему полезно иметь примерное представление о зрении допрашиваемого, так как это позволит по-другому оценить в ходе допроса отдельные заявления допрашиваемого и на основе этого иначе построить и допрос.

Когда имеется подозрение, что обвиняемый симулирует близорукость или дальнозоркость, то следует назначить экспертизу и в присутствии судебно-медицинского эксперта одеть обвиняемому очки, соответствующие его показаниям о дефекте зрения. Если допрашиваемый показывает правду, то очки корригируют дефект зрения, а значит простая проба чтения даст положительные результаты, а если показания неправдивы, то проба чтения даст отрицательный результат.

В деле, по которому обвиняемый признался в убийстве по неосторожности, он утверждал, что, починив свое охотничье ружье, решил его попробовать и выстрелил без очков, не увидев при этом стоящую неподалеку свою жену. Как только на него одели очки 9 диоптрии, соответствующие его показаниям, у него началось головокружение, он не мог прочитать предложенную ему статью и вскоре признался в ложности прежних показаний. Эксперт установил, что обвиняемый страдает близорукостью, но ему нужны очки только 1,5 диоптрии и такая степень близорукости не могла препятствовать тому, чтобы в данных условиях освещения и при таком расстоянии можно было заметить человеческую фигуру.

Иногда обвиняемые симулируют близорукость или дальнозоркость на допросах и отказываются подписывать протокол допроса. В подобных случаях правильным методом опровержения таких показаний является также примерка обвиняемому требуемых очков и наряду с ними очков с вставленными простыми стеклами. Подобную тактику выбрал, например, следователь в отношении некоего И., заявившего на допросе, что обо всем он напишет сам, если ему дадут очки. Следователь взял в аптеке 11 пар различных очков, причем в одни из них, по его просьбе, были вставлены простые стекла. И., примерив все очки, в присутствии врача-окулиста заявил, что ему подходят только одни, это были очки с простыми стеклами. Тогда ему предложили написать свои показания, но И. потребовал, чтобы очки дали в камеру, где он все подробно напишет. После этого И. разъяснили, что выбранные им очки имеют простые стекла. Об этом был составлен протокол с участием эксперта — врача-окулиста. После этого И. отказался от симуляции. Интересно отметить, что И. раньше требовал, чтобы ему выдали очки, и продолжал предъявлять такие требования и после того, когда судебно-медицинской экспертизой было установлено, что в очках он не нуждается и может читать и писать без очков. Однако в бесполезности симуляции его убедило лишь правильное тактическое мероприятие, «наглядно» показавшее ее бессмысленность.

Вопросы о слуховых ощущениях также часто задают на допросах. Хотя человек может более подробно и точно рассказать о событии, которое он видел, чем о слышанном им явлении, и все же нет основания считать виденное «надежнее и ценнее, чем слышанное», как это считает Ганс Гросс27 . Человек, видевший, как грабители сели в машину и уехали с места преступления, возможно, расскажет о типе машины, направлении движения и т.д., и его показания будут полнее, чем если бы он только слышал, как захлопнули дверь машины, как завели мотор и как они уехали. Трудно сказать, что показание о свете дульного огня пистолета ценнее, чем показание о звуке выстрела.

Слуховые ощущения являются отражениями звуков, различных по частоте амплитуд и форме колебаний.

Частота колебаний определяется их количеством на единицу времени. Частота колебаний ощущается слуховыми анализаторами в качестве высоты звука. Слуховой анализатор человека может воспринимать в среднем звуки с частотой от 15—19 колебаний в секунду до 20000 (от 15—19 герц до 20000 герц). Наибольшей чувствительностью ухо обладает в области от 1000 до 4000 герц.

Выше и ниже этих частот чувствительность уха значительно понижена. Как правило, человеческая речь попадает в область повышенной чувствительности (от 500 до 3000 герц).

Чувствительность к высоким тонам с возрастом падает. У тугоухих отмечаются иногда определенная полоса высоты, слуховые пробелы или люки, в которых звуки не воспринимаются, но у них также чаще всего встречаются случаи пониженной чувствительности именно к высоким тонам.

Может случиться так, что на допросе тугоухие расскажут обо всем, за исключением отдельных высоких звуков, криков, звонков. Такое показание по неполноте может вызвать подозрение в неискренности. Грессбергер указывает, что подозрение часто усиливается еще тем, что тугоухий, плохо слышавший человеческую речь, повышенно реагирует на нее, если говорят о нем. Это вызвано недоверчивостью и повышенной наблюдательностью у людей, страдающих дефектами слуха.

Звуковые волны по своим амплитудам (силе колебания) могут быть менее или более интенсивными: в процессе слуховых ощущений имеются своеобразные взаимоотношения между объективной интенсивностью звука и его субъективным ощущением, называемым громкостью.

Высокие звуки при одной и той же интенсивности со звуками низкими ощущаются как более громкие и наоборот. Вот почему, войдя в помещение, где разговаривают мужчины и женщины, обычно кажется, что говорит больше женщин, чем мужчин, хотя женщин в помещении может быть и не больше, чем мужчин, и говорят они не больше и не громче, чем мужчины. Это следует учитывать при оценке суждений свидетеля о количестве мужчин и женщин на основе своих слуховых ощущений. Но здесь нужно указать еще на одну закономерность. Мы наблюдаем явление заглушения одного тона другим, которое носит название маскировки звука. Особенно большое маскирующее действие имеют низкие тона, для нижележащих тонов маскировка очень мала, а вышележащие тона подвергаются очень сильному маскирующему воздействию. Если в помещении разговаривают много мужчин и одна-две женщины, то свидетель их голоса может не услышать из-за маскирующего действия низких тонов. Если в том же помещении разговаривают много женщин и один-два мужчины, то более вероятно, что они будут услышаны свидетелем.

Большое криминалистическое значение имеет и маскирующее действие шумов. Под действием маскировки порог слышимости значительно повышается.

Если в показаниях речь идет о слышимости, то при оценке правдивости показания во внимание необходимо принимать не только громкость и тон слышанного звука, но и громкость, а также тон всех одновременно действующих звуков. Правдивость таких показаний проверяется с помощью следственного эксперимента в каждом отдельном случае и с учетом всех конкретных обстоятельств. О степени заглушения речи разными шумами следователь может получить общее представление из экспериментальных данных Флетчера.

На ощущение громкости влияние оказывает и длительность восприятия. Из звуков одной и той же интенсивности звук, длящийся большее время, кажется более громким, чем длящийся короткое время. Это может иметь значение при опознании различных звуковых сигналов. В случаях, когда свидетель слышал на месте происшествия короткий сигнал автомобиля, а при опознании слышит длительный, может быть дан ошибочно отрицательный ответ на вопрос о сходстве звука. При этом часто заявляют, что предъявленный сигнал звучит намного сильнее.

Величина изменения порога шума Максимальное расстояние, на котором воспринимается речь (м) Типичные места для такого шума

0

10

20

30

40

50

60

375,0

118,5

37,5

12,0

3,6

1,2

0,375

звуконепроницаемая камера

тихая квартира, тихая контора

шумная контора

очень шумная контора

многолюдный магазин

трамвайный вагон, автомобиль

метро в Нью-Йорке

Ощущение более длительного звука более громким проходит только в определенных рамках. Ухо адаптируется к тишине или к звуку, как глаз к свету или темноте. Если свидетель или обвиняемый на допросе рассказывает о подслушанном разговоре, то всегда необходимо выяснить, случайно ли услышал он эту речь или прислушивался. При проверке слышимости нужно учесть это, и если, например, проверяется слышимость выстрела, то следует обеспечить такую обстановку, чтобы субъект, слух которого проверяется, не ожидал выстрела, а, по возможности, занимался тем же, чем и во время первоначального восприятия. Достигается это тем, что экспериментальные выстрелы производят и раньше, и позже ожидаемого времени, т. е. тогда, когда субъект еще не думает, что эксперимент начался, и когда думает, что он уже кончился.

В случаях, когда, например, на шумных производствах звук действует на слуховые органы в течение длительного времени, слуховой анализатор перераздражается и снижение его чувствительности носит более резкий и более длительный характер, чем при адаптации. При этом слуховые органы переутомляются и их чувствительность восстанавливается только после более или менее длительного пребывания в тишине. У людей, много проработавших на шумных производствах, чувствительность слухового аппарата значительно снижается. У них может развиваться профессиональная тугоухость. Все это может иметь значение особенно при расследовании дел об авариях на производстве или на транспорте. Показание, например, ткачихи, жертвы автомобильного происшествия, о том, что, когда она выходила с работы, на нее наехала машина внутризаводского транспорта, не подававшая сигналов, подлежит тщательной проверке.

Колебания тел кроме слуховых ощущений вызывают у человека и так называемые вибрационные. Они играют определенную роль и в показаниях. Когда свидетель, например, рассказывает о том, что слышал, как у соседей упал какой-то тяжелый предмет, завязалась драка или под окном проехала грузовая машина, то в этих восприятиях обычно кроме слуховых ощущений свидетеля участвуют и вибрационные. Поэтому такие показания нельзя отвергать, ссылаясь на то, что свидетель не мог видеть, отчего произошел шум, и не мог знать причины, вызвавшей его.

Вибрационные чувства приобретают чрезвычайно большое значение при поражениях слуха. Это может быть использовано для разоблачения симуляции глухоты. За спиной подозревающегося в симуляции глухоты лица роняют на пол тяжелый предмет, например большую книгу. Глухой это обязательно заметит, потому что воспринимает через вибрационное чувство, а симулянт постарается не реагировать на это, не зная о развитом вибрационном чувстве глухих. Нужно подчеркнуть, что такая проба может иметь только предварительный характер, и если свидетель или обвиняемый подозревается в симуляции глухоты, они должны быть подвергнуты судебно-медицинской экспертизе.

Кожные ощущения отражают механические свойства и температуру предметов окружающей среды при различных формах прикосновения к ним.

Кожные рецепторы расположены в кожном покрове тела и слизистой оболочке рта, носа и т. д. и представляют собой особые нервные аппараты, так называемые точки прикосновения боли, тепла и холода, воспринимающие только воздействие адекватного им раздражителя.

Точки прикосновения чувствительны только к прикосновению и давлению. Они распределены по поверхности тела неодинаково. Наибольшую чувствительность к прикосновению имеют кончики пальцев и языка. Ощущения прикосновения в их связи с мышечно-двигательными ощущениями составляют осязание. Осязательные ощущения служат для распознавания качественных особенностей поверхностей (гладкость или шероховатость) предметов, их плотности, мест прикосновения к нашему телу и размеров прикасающихся поверхностей. Экспериментальными данными доказано, что «пассивное осязание», т. е. простое прикосновение к предмету, не дает нам каких-либо точных сведений о форме предмета. Только «активное осязание», т. е. ощупывание, дает возможность правильно познать форму прикасающегося к нашему телу предмета. Даже сравнительно простой по форме плоский предмет, неподвижно прикасаясь к столь чувствительной в этом отношении поверхности, как к ладонной поверхности кисти, не дает ощущения, могущего служить для распознания формы предмета. Если жертва преступления не видела орудия преступления, а только чувствовала избиение, ранение, то показание о форме и даже виде орудия на основе одних только тактильных ощущений очень неточно и должно быть принято следствием во внимание в крайне ограниченных пределах.

Ощущения прикосновения и давления относительно точно локализуются, но быстро адаптируются. Большинство людей, если спросить у них, одеты ли на них ручные часы, прежде чем ответить на вопрос, посмотрят на руку. Точки прикосновения настолько адаптируются, что мы не чувствуем прикосновения ремешка часов, и в силу этого замечаем их только тогда, когда одеваем или снимаем часы, т. е. чувствуем не столько их прикосновение и давление, сколько изменения прикосновения и давления. В свете этих обыкновенных обыденных фактов следователи с недоверием могут отнестись к показаниям потерпевших от карманных краж, срезания часов, особенно когда они точно не могут указать место и время совершения преступления.

Преступник в таких случаях воспользуется тем, что слабое раздражение одновременно или после воздействия сильного чувствуется еще слабее. Они совершают преступление в местах скопления людей, где создается большая давка или сами искусственно создают ее. Жертва в этих условиях, получая ощущение сильных раздражении давления, обычно не замечает легкого прикосновения натренированной руки преступника.

Температурные ощущения состоят в распознании тепла и холода. Точки тепла чувствительны к воздействию температуры более высокой, чем температура тепла, а точки холода—к воздействиям пониженной, по сравнению с собственной, температуры. Температурные ощущения играют большую роль в распознании вещей, к которым мы прикасаемся. Дело в том, что «термические ощущения вызываются различием в температуре или термическим обменом, который устанавливается между органом и внешним объектом. Чем активнее и быстрее совершается тепловой обмен, тем более интенсивное ощущение он вызывает. Поэтому и при равной температуре хороший проводник (например, металл) покажется более холодным или теплым, чем плохой проводник (например, шерсть). Поскольку каждое тело имеет определенную проводимость, характеризующую специфические свойства его поверхности, термическая чувствительность приобретает специфическое познавательное значение».

Из изложенного следует сделать ряд тактических выводов. Точки холода и тепла сигнализируют о пониженной или повышенной температуре по сравнению с температурой кожного участка прикосновения. Показания о том, что при ощупывании не чувствовалось ни холода, ни тепла, свидетельствуют, что температура ощущаемого предмета примерно совпадала с температурой руки ощупывающего лица. Поэтому, если, например, допрашиваемое лицо расскажет, что он вошел в комнату с улицы, увидел лежащего человека, прикоснулся к нему, но не почувствовал холода, думал, что гот спит, то следует задать вопросы, направленные на выяснение температуры допрашиваемого во время интересующего нас момента: какая температура на улице и в комнате, сколько времени находился допрашиваемый на улице и в комнате, как был одет и т. д. Сличение содержания полученных ответов с данными, имеющимися в деле о погоде, моменте наступления смерти и т. д., дает основание для суждения о правдивости показаний. Серьезным изобличающим моментом являлись, например, по одному делу об отравлении показания мужа потерпевшей о том, что утром, когда он уходил на работу, поцеловал в лоб лежащую в постели жену и при этом не заметил, что она мертва. О смерти ее он заявил только вечером, когда пришел с работы и нашел ее в том же положении, в каком оставил утром. В заключении судебно-медицинского эксперта о времени наступления смерти указывалось на неправдоподобность показания заявителя, потому что маловероятно, что муж, целуя жену утром, не заметил охлаждения тела. Возникшая на основе этой улики версия о причастности мужа к убийству подтвердилась в ходе дальнейшего расследования.

Иногда возникает вопрос о том, находился ли на месте предмет при его обнаружении или же он был туда привезен. Если допрашиваемый показывает, что данный предмет на ощупь был холодный, то это еще не свидетельствует о том, что его температура была ниже, например, комнатной. Для оценки такого показания нужно учесть и указанный ранее момент о специфической теплопроводимости материалов. Если это был металлический предмет, то может быть, что чувство холода вызывалось большой теплопроводимостью предмета, а не понижением температуры.

К болевым ощущениям органы чувств слабо адаптируются. Они сравнительно хорошо локализуются. Болевые ощущения отражают только боль и не отражают характера предметов, которыми она причинена. Потерпевшие часто ошибаются в показаниях в отношении предметов. Если, например, на потерпевшего напали несколько лиц, вооруженных разными (режущими, колющими, тупыми и т. д.) предметами, то вопрос о том, какими орудиями причинены ранения потерпевшему, должен быть решен на основе судебно-медицинского исследования ранений потерпевшего, а не на основе его показаний.

Пулевые раны, если они проходят через мягкие ткани, не нарушая кости, в момент получения ранения часто ощущаются только в качестве слабого удара, а болевые ощущения начинаются с развитием воспалительных процессов. Поэтому показания о времени получения пулевых ранений весьма неточны. Заявление потерпевшего о том, что он не заметил момент получения даже тяжелого пулевого ранения, на первый взгляд, может показаться неправдоподобным, особенно если ранение было причинено в драке, когда потерпевший защищался, и вполне вероятно, что все его внимание было сосредоточено на защите. Показания о направлениях выстрелов, если они не основаны на зрительном восприятии направления дула оружия, являются необоснованными.

Болевые ощущения всегда сопровождаются специфическими состояниями страдания. По мере увеличения интенсивности они отрицательно влияют на чувствительность органов ощущения. Это может сказаться на качестве показаний о восприятиях внешнего мира, полученных во время сильных болевых ощущений, например когда потерпевший подвергался нападению и ему были нанесены ранения, сопровождавшиеся сильной физической болью. П. П. Лазарев заметил, что по мере увеличения болевых раздражении повысилась чувствительность зрения. Однако при дальнейшем увеличении раздражения наступил максимум, и затем при дальнейших более сильных раздражениях, вызывающих уже разрушение тканей, наступило понижение предельной чувствительности при адаптации.

Ощущения обоняния являются отражением запахов. Они возникают вследствие попадания в верхнюю часть носоглотки газообразных пахучих веществ. Для получения ясного ощущения запаха нужно усиленно вдыхать воздух, при этом мышцы органа обоняния сокращаются. Это называется принюхиванием.

Ощущение обоняния сильно адаптируется. Оно очень ясно и хорошо дифференцируется. Мы хорошо различаем большое количество запахов.

Описание ощущений обоняния чаще всего встречается в показаниях по делам о поджогах и об отравлениях газом. При оценке таких показаний необходимо учитывать прежде всего большую адаптационную способность обонятельных органов, особенно при отравлении газом, когда им медленно наполнялся воздух. В этих случаях человек может не чувствовать запаха, даже если для вновь входящего в помещение он был очень резким. На допросах по таким делам требуется выяснить все обстоятельства, влияющие на адаптацию органов чувств, например, сколько времени провело данное лицо в этом помещении. При отравлении газом иногда возникает необходимость решить вопрос, имело ли место убийство или самоубийство. При решении его полезно знать, что человек во время сна, как правило, не просыпается от запаха газа. Иногда газ, проникая из одного помещения в другое, просачиваясь через стену, пол, потолок, теряет свой специфический запах, сохраняя при этом отравляющие свойства.

При расследовании дел о поджогах в показаниях нередко указывается„на запах угарного газа или вещества, служившего средством поджога. Установить время возникновения пожара на основе таких показаний очень трудно, так как возникновение обонятельных ощущений зависит не только от общей степени насыщенности воздуха угарным газом, но и от движения воздуха.

При привлечении к уголовной ответственности работников охраны за то, что они не сигнализировали вовремя о возникновении пожара, запах гари которого, по мнению следователя, обязательно должны были слышать, если бы не спали, на допросах необходимо выяснить все условия, влияющие на движение воздуха. В частности, требуется установить точно, какие двери и окна были открыты, работало ли вентиляционное устройство, топилась ли печка. Иногда проведенный с соблюдением этих условий следственный эксперимент дает поразительные результаты. Запах может не ощущаться вблизи от пожара и сильно ощущаться в сравнительно далеко стоящих помещениях.

Показания о запахе бензина, керосина или другого горючего, легко воспламеняющегося вещества часто имеют большое значение для исхода дела. При оценке их нужно учитывать также данные о движении воздуха и возможности смешения разных запахов, что часто приводит к возникновению качественно нового запаха, компоненты которого являются для органов обоняния неузнаваемыми.

Ощущения обоняния, как правило, сопровождаются положительными или отрицательными эмоциями: запахи или приятны, или неприятны. Особенно неприятны запахи, возникающие во время разложения органических веществ. При расследовании дел о пищевых отравлениях, когда ответственные лица заявляют, что они не заметили, что продукты испорчены, всегда нужно стараться получить свидетельские показания о наличии специфических запахов несвежих продуктов.

Запах, возникающий при разложении трупа, чрезвычайно неприятный. В некоторой мере он может свидетельствовать о времени наступления смерти. Показания о том, что допрашиваемый, живущий или побывавший там, где находился разложившийся труп, не чувствовал запаха, могут явиться серьезной уликой против давшего такое показание о том, что он по тем или иным причинам умышленно не говорит правды. При оценке таких показаний нужно учитывать также факторы, влияющие на движение воздуха.

Аппарат обоняния по своей чувствительности очень индивидуален. Чувствительность к запахам сильно снижается при насморке и обильном курении.

Вкусовые ощущения являются результатом воздействия различных растворимых в воде или слюне химических веществ на слизистую оболочку языка. Нерастворимые вещества безвкусны. К вкусовым ощущениям, как правило, присоединяются другие, прежде всего обонятельные, ощущения, и поэтому вкус является комплексом ощущений.

Показания о вкусовых ощущениях встречаются чаще всего при расследовании дел об отравлениях, но они могут иметь определенное значение и для раскрытия хищений в системе общественного питания и в других делах.

При неудачных покушениях на отравление человека, когда судебно-химической экспертизой установлено наличие яда в рвотной массе, в жидкости, применяемой для промывания желудка, или в выделениях, нужно допросить потерпевшего о его вкусовых ощущениях. Тщательным допросом следует установить, что, где и когда ел потерпевший до наступления недомогания, кто ему давал есть и не чувствовал ли он при этом какого-нибудь специфического привкуса.

Иногда очень неприятные, горькие на вкус яды могут быть приняты незаметно. Этому способствует то, что ряд ядов смертелен в очень малых количествах, причем некоторые из них имеют свойство накапливаться в организме, если они приняты не в один прием. При этом большое растворение делает вкусовые ощущения менее сильными. Этому может способствовать и так называемый процесс компенсации, т. е. заглушение одних вкусовых ощущений другими. «При известных условиях компенсации можно дойти до полной нейтрализации горького вкуса и появления какого-то нового, смешанного вкуса»,— пишет С. Л. Рубинштейн. Из этого следует, что должны быть проверены все версии, возникающие по поводу места нахождения субъекта и средств преступления, даже в том случае, если показания потерпевшего о приятных вкусовых качествах принятой в данном месте или у данного субъекта пищи как будто исключают все подозрения.

Едкие, горькие, неприятные на вкус или на запах отравляющие вещества, смертельная доза которых высока, не могут быть приняты незаметно в опасном для здоровья количестве. Наличие большого количества таких веществ в организме или выделениях потерпевшего, как правило, свидетельствует о самоубийстве или о покушении на него. Если при этом оставшийся в живых потерпевший заявляет, что его хотели убить, допрос рекомендуется вести и в направлении тщательной проверки возможности и мотивов симуляции убийства. В одном случае, например, судебно-химической экспертизой жидкости, изъятой при промывании желудка, было установлено, что принятый потерпевшей раствор никотина, не возымел своего действия лишь потому, что ее вырвало, прежде чем яд мог рассосаться в организме. На допросе потерпевшая рассказала, что перед тем, как ей стало плохо, она вместе со своим женихом пила чаи, и высказала подозрение, что он ее хотел отравить. Следователь усомнился в достоверности такого показания, потому что данное количество яда не могло быть незаметно принято в стакане чая. Когда сказали об этом допрашиваемой, она призналась в симуляции самоубийства. Она решила напугать своего жениха, отказавшегося жениться на ней. Она сделала заварку из папирос, выпила, не зная, что доза смертельна. Рассказ о покушении жениха на ее жизнь она придумала перед допросом.

Прием смертельного количества ядовитого вещества, например едкого натрия, особенно детьми, может иметь место в результате неосторожности родителей, оставляющих бутылку с ядом на доступных для ребенка местах, а он принимает ее за бутылку с молоком. Тактика допроса в таких случаях должна быть направлена на выяснение формы вины ответственных лиц, выяснение того, где обычно стоит бутылка, для чего щелочь используется в хозяйстве.

Если в заявлении о хищении на предприятии общественного питания говорится о вкусовых качествах продуктов питания или напитков, то нужно задать вопросы об индивидуальных привычках допрашиваемого.

Разные вкусы неодинаковой интенсивности ощущаются на различных частях языка. К сладкому наиболее чувствителен кончик языка, к кислому — края, а к горькому — основание. При проведении следственного эксперимента, например для установления способности различать доброкачественное вино от разбавленного, нужно дотрагиваться до исследуемого вещества не только кончиком языка, но и всей его поверхностью.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему