регистрация / вход

История формирования уголовно-правовой характеристики неприкосновенности частной жизни

Определение понятия "частная жизнь". История и развитие законодательства об уголовной ответственности за нарушение неприкосновенности частной жизни. Литература по современному состоянию преступности в сфере нарушения неприкосновенности частной жизни.

РЕФЕРАТ

История формирования уголовно-правовой характеристики неприкосновенности частной жизни


СОДЕРЖАНИЕ

Введение……………………………………………………………………...……3

§ 1. Проблема определения понятия «частная жизнь» в уголовном праве……………………………………………………………………………….…..4

§ 2. Становление и развитие права на неприкосновенность частной жизни…………………………………………………………………………….…...13

§3. Уголовно-правовые аспекты нарушения неприкосновенности частной жизни……………………………………………………………………………..18

Заключение………………………………………………………………….…...25

Литература


Введение

Весь XX век прошел без преувеличения под знаком пристального внимания к подробностям частной жизни граждан со стороны государства, внимания, вызванного тем, что информация о личности всегда рассматривалась как источник власти, а современные научно-технические достижения предоставляют неизвестные ранее возможности для накопления и использования такой информации и превращения ее в орудие социального контроля и манипулирования человеческим поведением. В настоящее время появляются все новые и новые возможности решения задач в области поиска и сопоставления информации с помощью компьютерных средств.

В то же время вопрос об установлении пределов контроля за отдельными лицами и группами лиц со стороны государственных, религиозных или экономических институтов всегда был одним из центральных в истории борьбы за индивидуальную свободу. Право на неприкосновенность частной жизни создает необходимую человеку «зону безопасности», ограничивая социальный контроль пределами, которые определяются как необходимые и достаточные. Оно обеспечивает человеку личную автономию, личную независимость, подобно тому, как право собственности обеспечивает ему независимость имущественную (разумеется, и то, и другое в рамках закона). Н.П. Лепешкина отмечает, что личная неприкосновенность представляет собой основу взаимоотношений между личностью и обществом, гражданином и государством, правовой режим, исключающий необоснованное стеснение, ущемление прав и свобод личности (1).

Право на неприкосновенность частной жизни не может не подвергаться определенным ограничениям, и такие ограничения объективно необходимы для того, чтобы сбалансировать интересы отдельной личности с интересами других лиц, групп и государства, которое, по определению, выражает «публичный интерес». Но слишком пристальное, «тотальное» наблюдение приводит к негативным социальным последствиям, что можно было широко наблюдать на протяжении всего XX века.

Сказанное определяет актуальность темы реферативного исследования.

Цель реферативного исследования – обобщение и анализ современного теоретического и практического состояния изучения уголовно-правовых аспектов неприкосновенности частной жизни и их исторической эволюции.

Достижение указанных целей обеспечивается в результате решения определенных исследовательских задач, которые могут быть сформулированы в следующей последовательности:

– раскрытие сущности и определение понятия «частная жизнь»;

– анализ истории и развития законодательства об уголовной ответственности за нарушение неприкосновенности частной жизни;

– рассмотрение литературы по современному состоянию преступности в сфере нарушения неприкосновенности частной жизни.

При написании реферата использовалась отечественная и зарубежная литература по социологии, экономике, философии, психологии, теории управления, уголовному, гражданскому, налоговому, финансовому и административному праву, криминологии и уголовной политике, а также статистические данные и обобщения правоприменительной деятельности правоохранительных органов.


§ 1. Проблема определения понятия «частная жизнь» в уголовном праве.

В современной юридической науке, как и в действующем законодательстве, отсутствует единство подходов к пониманию права на неприкосновенность частной жизни. Не существует и однозначного определения понятия «частная жизнь». Некоторые ученые, занимающиеся проблемами в сфере прав человека исходят из того, что право на неприкосновенность частной жизни непосредственно связано со свободой мысли, совести и религии, свободой выражения своего мнения, свободой собраний и ассоциаций, правом создавать семью. Другие включают в право на неприкосновенность частной жизни право располагать собой, право на тайну частной жизни и тайну корреспонденции, право на защиту личности и право на уважение к личному статусу. Общей же во всех исследованиях является мысль о том, что право на неприкосновенность частной жизни, подобно праву собственности или авторскому праву, является сложным по составу правовым институтом и состоит из отдельных правомочий индивида.

В современной литературе и законодательстве содержание права на неприкосновенность частной жизни обычно устанавливается через введение пределов допустимого вмешательства в частную жизнь индивида при реализации им своей личной свободы.

Например, в Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 5) установлен перечень ограничений права на свободу и личную неприкосновенность, который включает в себя следующие случаи:

1) законное содержание лица под стражей после его осуждения компетентным судом;

2) законный арест или задержание лица за неподчинение законному постановлению суда или с целью обеспечения выполнения любого обязательства, предписанного законом;

3) законный арест или задержание лица, произведенные в целях его передачи компетентному судебному органу по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что они необходимы для предотвращения совершения им правонарушения, или чтобы помешать ему скрыться после его совершения;

4) задержание несовершеннолетнего лица на основании законного постановления для воспитательного надзора или его законное задержание для передачи компетентному органу;

5) законное задержание лиц с целью предотвращения распространения инфекционных заболеваний, а также душевнобольных, алкоголиков, наркоманов или бродяг;

6) законный арест или задержание лица с целью предотвращения его незаконного въезда в страну или лица, против которого принимаются меры по его высылке или выдаче.

Наиболее подробно разработан перечень ограничений в отношении права на тайну корреспонденции. Европейский Суд по правам человека своими решениями по пониманию и применению Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (РФ является ее участником с 1996 г.) признал, что «существование определенного законодательства, разрешающего вести скрытое наблюдение за почтой и связью, является, ввиду исключительных условий, необходимым в демократическом обществе». Но при этом должны существовать необходимые и эффективные гарантии против злоупотреблений. Суд установил критерии правомерности подслушивания (ограничения права на тайну корреспонденции). В частности, вмешательство не противоречит требованиям Конвенции, если:

оно предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах государственной безопасности, общественного порядка или экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядка или преступлений, охраны здоровья или защиты нравственности или защиты прав и свобод других лиц; осуществляется в соответствии с законом;

закон и принятые на его основе подзаконные акты известны общественности и легкодоступны; нормативные акты носят настолько четкий и определенный характер, что, исходя из них, заинтересованные лица могут корректировать свое поведение;

в них фиксируются пределы компетенции государственных органов, уполномоченных принимать решения о подслушивании и осуществлять его, и ограничения на способы реализации этих правомочий; вмешательство необходимо для защиты демократических ценностей и институтов; оно осуществляется в целях предотвращения и пресечения не каких-то мелких, а вполне определенных и наиболее опасных преступлений; круг лиц, против которых предпринимаются означенные действия, строго ограничен;

подслушивание носит выборочный, а не общепоисковый характер;

обеспечивается институализированный контроль за принятием решений о подслушивании, самим подслушиванием и его прекращением; вмешательство рассматривается как временная мера;

в отношении информации, полученной в результате прослушивания телефонных разговоров, применяется правило конфиденциальности;

в случае прекращения преследования или оправдания по ребованию соответствующего лица записи либо возвращаются ему, либо уничтожаются.

Статья 137 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за нарушение неприкосновенности частной жизни. В данной статье речь идет об уголовно-правовой охране конституционного права каждого гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту чести и доброго имени, закрепленного в ч. 1 ст. 23 Конституции РФ. В УК РСФСР 1960г. такой статьи не было, как не было и упомянутых гарантий в Конституциях РСФСР и СССР.

Появление данной статьи вызвано тем, что в современных условиях, характеризующихся активным развитием систем коммуникации, внедрением новых информационных технологий, резким открытием внутреннего (в том числе и информационного) рынка России для отечественных и зарубежных коммерческих структур, часто ведущих себя неправомерно (2), отсутствием централизованной государственной политики в этой сфере, сведения о человеке концентрируются в различных информационных системах, в результате чего все его шаги, действия (покупки, поездки, телефонные звонки, счета и т.д.) отражаются в различных базах данных, причем часто без соответствующей защиты. Это позволяет сравнительно легко и незаметно для окружающих получить, исказить, сфальсифицировать, уничтожить или скопировать практически любую информацию о частной жизни лица. В связи с этим возникает серьезная угроза интересам личности, в том числе и неприкосновенности частной жизни.

Частную жизнь можно определить как физическую и духовную сферу, которая контролируется самим индивидом, т.е. свободную от внешнего воздействия (3). Законодательство не может вторгаться в эту сферу, оно призвано ограждать ее от любого незаконного вмешательства. Иными словами, в понятие «частная жизнь» включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер (4).

Личная и семейная тайны являются обособленными зонами наиболее деликатных, интимных сторон личной жизни, когда разглашение определенных сведений является для человека нежелательным. Личная и семейная тайна могут при определенных обстоятельствах совпадать или быть обособленными друг от друга. Личную тайну, например, могут составлять сведения о состоянии здоровья, деловых, дружеских и иных связях, пристрастиях, пороках, скрытых физических недостатках и т.п. Семейную тайну составляют такие обстоятельства, которые касаются семьи и по моральным соображениям правомерно скрываются ей от третьих лиц (например, тайна усыновления). Под честью (добрым именем) понимается общественная оценка личности, объективный взгляд окружающих на социальные и духовные качества индивида как члена общества, признаваемые за ним моральные заслуги.

Таким образом, под правом на неприкосновенность частной жизни понимается предоставленная человеку и гарантированная государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера (5).

В современных правовых системах охраняются многочисленные тайны индивида, охватывающие самые разноплановые аспекты его бытия. Собственно говоря, под правом на тайну понимается неотчуждаемое абсолютное право индивида на сокрытие от третьих лиц сведений, имеющих отношение к самопроявлению лица в социуме, если эти сведения отнесены к тайнам законом или если носитель права предпринимает определенные меры к тому, чтобы некоторая информация не была разглашена. Поскольку определить область охвата и специфику такого рода сведений не представляется возможным, обоснована классификация их по целому ряду оснований. Так, И.Л. Петрухин делит тайны по объекту охраняемой информации, т.е. на личные и профессиональные: личные суть тайны «творчества и общения», тайна семейных и интимных взаимодействий, жилища, дневников и личных бумаг, корреспонденции; к профессиональным относятся медицинская тайна, тайна судебного представительства, исповеди, усыновления, предварительного следствия, нотариальных действий и записей актов гражданского состояния, а также тайна банковского вклада (6). Можно также различать «тайны одного» – абсолютные тайны, и «тайны двоих» – тайны, в которые лицо вынужденно посвящает посторонних (врача, адвоката, священника, нотариуса) – и для последних возникает обязанность не разглашать полученные сведения (хранить тайну). Обязанность же не разглашать абсолютные тайны и не пользоваться полученными сведениями (не нарушать тайну) лежит на всяком, кто по стечению обстоятельств проник в такую тайну. Иной вариант классификации предлагает утвержденный Указом Президента Российской Федерации от 6 марта 1997г. Перечень сведений конфиденциального характера, который включает:

1. Сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность (персональные данные), за исключением сведений, подлежащих распространению в средствах массовой информации в установленных федеральными законами случаях.

2. Сведения, составляющие тайну следствия и судопроизводства.

3. Служебные сведения, доступ к которым ограничен органами государственной власти в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и федеральными законами (служебная тайна).

4. Сведения, связанные с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами (врачебная, нотариальная, адвокатская тайна, тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных или иных сообщений и так далее).

5. Сведения, связанные с коммерческой деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и федеральными законами (коммерческая тайна).

6. Сведения о сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации информации о них.

В любом случае тайна должна обладать следующими признаками:

1. Тайна не связывает доверенное лицо временным отрезком и должна быть сохранена навсегда.

2. Действия доверителя, направленные на разглашение тайны, не могут служить оправданием нарушения обязанности доверенным лицом, которое в этом случае несет надлежащую ответственность.

Таким образом, право человека на неприкосновенность частной жизни существует не изолированно, а обеспечивается рядом других личных, социально-экономических, культурных прав, образующих в своей совокупности правовой статус личности в демократическом обществе. Так, право на неприкосновенность частной жизни немыслимо без таких фундаментальных прав человека, как право на жизнь и достоинство личности, право на свободу и личную неприкосновенность, право на свободу совести, свободу выбора национальности и выбора языка общения. Также право на неприкосновенность частной жизни невозможно без права собственности, поскольку именно собственность создает экономическую основу свободы личности. Помимо этого, оно гарантируется такими правовыми установлениями, как неприкосновенность жилища, возможность беспрепятственного общения с другими людьми.

В месте с этим право на частную жизнь корреспондируется с обязанностью сохранения определенных профессиональных тайн. К профессиональным тайнам, обеспечивающим неприкосновенность частной жизни, то есть доверенным представителям определенных профессий для защиты прав и законных интересов граждан, относится, во-первых, тайна исповеди, являющаяся гарантией неприкосновенности личной жизни верующих. Не подлежит допросу в качестве свидетеля священнослужитель об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди (п. 4 ч. 3 ст. 56 УПК РФ).

Во-вторых, это медицинская тайна, которая в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 30, ст. 61 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан подлежит охране. Пациент имеет право на сохранение в тайне информации о факте обращения за медицинской помощью, о состоянии здоровья, диагнозе и иных сведений, полученных при его обследовании и лечении.

В-третьих, работники нотариальных контор обязаны хранить в тайне сведения о личной жизни граждан (содержании завещания, акта дарения имущества и т.п.). Не допускается разглашение самого факта обращения к нотариусу. Выдача справок о нотариальных действиях и документов допустима лишь по требованию судьи, прокуратуры, органов следствия в связи с находящимися в их производстве уголовными и гражданскими делами. До возбуждения уголовного дела такие запросы недопустимы.

В-четвертых, не подлежат разглашению и акты гражданского состояния. К сфере личной жизни относится тайна усыновления.

В-пятых, не подлежит разглашению тайна судебной защиты и предварительного следствия. Следователь обязан принять меры к тому, чтобы не были оглашены выявленные при выемке и обыске обстоятельства частной жизни лица, занимающего обыскиваемое помещение, личная и (или) семейная тайны, а также обстоятельства частной жизни других лиц (ч. 7 ст. 182 УПК РФ); свидетель не вправе разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему известными в связи с участием в производстве по уголовному делу, если он был об этом заранее предупрежден (п. 3 ч. 6 ст. 56 УПК РФ). За разглашение данных предварительного расследования свидетель несет ответственность в соответствии со статьей 310 Уголовного кодекса Российской Федерации (п. 9 ст. 56 УПК РФ). Также подлежат уголовной ответственности за разглашение данных предварительного следствия, ставших известными в связи с участием в производстве по уголовному делу, потерпевший (п. 7 ст. 42 УПК РФ), гражданский истец (п. 6 ст. 44 УПК РФ), защитник (ч. 2 ст. 53 УПК РФ), гражданский ответчик (п. 2 ч. 3 ст. 54 УПК РФ), специалист (ч. 4 ст. 58 УПК РФ), эксперт (п. 6 ст. 57 УПК РФ), переводчик (ч. 5 ст. 59 УПК РФ), понятой (ч. 4 ст. 60 УПК РФ).

При отправлении правосудия в целях предотвращения сведений об интимных сторонах жизни участвующих в деле лиц допускается проведение закрытого судебного разбирательства. Так, в соответствии со ст. 241 УПК РФ, если рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности и других преступлениях может привести к разглашению сведений об интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, унижающих их честь и достоинство, допускается закрытое судебное разбирательство на основании определения или постановления суда.

В-шестых, законодательством (в частности, п. 2 ст. 23 Конституции РФ) осуществляется защита тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Особенность здесь в том, что гражданин доверяет почте, телеграфу и иным средствам связи не само содержание переговоров, а лишь пересылку корреспонденции или техническое обеспечение телефонных переговоров. Очевидно, что данное положение распространяется и на тайну электронных сообщений, передаваемых по каналам компьютерной почты (e-mail). Кроме того, тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений - один из базовых принципов уголовного процесса. В соответствии со ст. 13 УПК РФ ограничение права гражданина на тайну переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений допускается только на основании судебного решения.

Закрепленный в Конституции РФ и ряда других государств принцип невмешательства в личную и семейную жизнь человека предполагает предоставление каждому члену общества гарантированной государством возможности контролировать сбор и обработку информации о его частной жизни. Однако обязательно следует отметить, что закон, устанавливая формы охраны сферы частной жизни от неправомерного вторжения, одновременно устанавливает и границы подобной неприкосновенности. Необходимость ограничения права на неприкосновенность частной жизни вызвана в целях борьбы с преступностью, а также охраны здоровья и безопасности других граждан.

При осуществлении расследования по уголовному делу следственные действия, связанные с вторжением в частную жизнь человека, в его личные и семейные тайны - обыск, выемка, личный обыск, наложение ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию и ее выемка, - осуществляются только с санкции прокурора или на основании судебного решения.

К семейной тайне относятся тайна семейных взаимодействий (состояние в открытом, реальном или гражданском браке) и тайна усыновления, а именно: тайна факта усыновления; тайна подлинных имени, места рождения ребенка, если таковые были изменены в соответствии с нормами СК, а также сведения о его кровных родителях.

Содержание тайны корреспонденции образуют: содержание почтовых (в т.ч. с использованием компьютерной почты), телеграфных, телетайпных, телефонных (в т.ч. при помощи сотовой связи и факса) и иных сообщений; информация о лицах, осуществляющих контакт; сведения о наличии или отсутствии корреспонденции на имя лица.


§ 2. Становление и развитие права на неприкосновенность частной жизни.

Хотя право неприкосновенности частной жизни как юридическая категория возникло сравнительно недавно, как принцип взаимоотношений между членами человеческого сообщества оно существует издревле и относится, без сомнения, к числу естественных прав. История возникновения и эволюция права на неприкосновенность частной жизни неразрывно связана с появлением и эволюцией прав человека. Как таковое, однако, право на неприкосновенность частной жизни в правовых источниках непосредственно не фигурировало и заслонялось родовым правом неприкосновенности личности. Уже в так называемых варварских Правдах, например, в Русской Правде, можно увидеть элементы правовой защиты неприкосновенности частной жизни.

В частности, ст. 23 Русской Правды (Пространная редакция) установлено, что «Аже кто ударитъ мечемъ, не вынез его, или рукоятию, то 12 гривен продажи за обиду» (7). Следует обратить внимание, что предметом правонарушения в данном случае является не физическое здоровье пострадавшего, а его честь и достоинство, что также входит в понятие неприкосновенности частной жизни. Зачатки права на неприкосновенность частной жизни можно увидеть не только в законах, но и в политико-правовой мысли того времени. Например, Владимир Мономах, защищая интересы мирного населения, наставляет князей в «Поучении»: «Не давайте воинам ни своим, ни чужим вред причинять селам и посевам их – да не проклянут они вас», – и устанавливает, таким образом, ответственность воинов перед мирным населением и одновременно определенные гарантии неприкосновенности частной жизни (8).

Заметными вехами на пути утверждения права неприкосновенности личности были знаменитая Великая хартия вольностей 1215г., английский акт Хабеас корпус 1678г., который ввел понятие «надлежащая процедура», установил гарантии неприкосновенности личности, принцип презумпции невиновности и другие, важнейшие для защиты прав личности положения, Билль о правах 1689г., утвердивший в Англии конституционную монархию, Билль о правах – первые десять поправок к Конституции США, принятые в 1789г., французская Декларация прав человека и гражданина и т. д.

В России важным этапом в развитии права на неприкосновенность частной жизни стала реформа государственного управления 1905г. Принципиально важным был Манифест от 17 октября 1905г. об усовершенствовании государственного порядка, которым населению даровались «незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов» (9). В Уголовном Уложении 1903г. (ст. 162-170) устанавливался запрет на вмешательство должностных лиц при отправлении ими правосудия в личную и семейную жизнь человека (10).

Конституцию РСФСР 1918г. прогрессивной в части закрепления права на неприкосновенность частной жизни назвать нельзя, а Конституция СССР от 31 января 1924г. почти не уделяет внимания личным правам граждан. Конституция РСФСР от 11 мая 1925г. в части регулирования личных прав и права на неприкосновенность частной жизни осталась на уровне Конституции РСФСР 1918г. Такая же ситуация, как отмечают в своей работе «Тайна в уголовном праве» А. П. Кибальник, С. В. Кузьмин и И. Г. Соломоненко, характеризует и уголовное законодательство молодой Советской республики. УК РСФСР 1922г. не признавал объектом правовой охраны сведения, составляющие личную и семейную тайну (11).

Конституция СССР от 5 декабря 1936г. стала первой Конституцией, в которой был закреплен широкий перечень личных прав и свобод. Утвержденная 21 января 1937г., Конституция РСФСР по содержанию была преимущественно идентична Конституции СССР 1936г. Безусловно, расположение положений о правах и обязанностях граждан в конце Конституции 1936г. говорит о том, что для государства они отнюдь не играли большой роли. Однако само закрепление таких прав, как свобода совести (ст. 124), неприкосновенность личности (ст. 127), неприкосновенность жилища и тайна переписки (ст. 128), имеет большое значение. Важной особенностью является и то, что «Конституция не ограничивалась формальным фиксированием прав граждан, а переносила центр тяжести на вопрос о гарантиях этих прав, на средства их осуществления» (12).

Однако правовой статус личности тогда связывался в первую очередь с природой общества и государства. Особенно остро такой подход чувствуется в контексте рассмотрения использованных в то время способов обеспечения государственной безопасности. Так, например, Ю.И. Стецовский обращает внимание на то, что в Приказом НКВД СССР от 29 декабря 1939 г. было предписано стенографировать все без исключения международные телефонные разговоры сотрудников иностранных посольств и иностранных корреспондентов, а также решением директивных органов была введена цензура всей входящей и исходящей международной корреспонденции (13).

Не только международные связи контролировались органами государственной безопасности, внутри государства «большое место в контроле над человеком и обществом отводилось деятельности по использованию осведомителей» (14).

Несмотря на очевидное нарушение такой практикой права на неприкосновенность частной жизни, подобные действия оправдываются государствами как необходимые меры обеспечения безопасности. Например, «после террористического акта 2001 г. даже в США приняты законы (Патриотический акт и др.), ограничивающие в целях борьбы с терроризмом права граждан, и созданы федеральные органы (Управление безопасности отечества), которые, наряду с ФБР, наделены правом прослушивать телефонные разговоры, ограничивать свободу слова и др. Они вправе арестовывать подозрительных иностранцев без предъявления ордера, обыскивать жилища граждан в их отсутствие, проверять личные данные служащих…» (15).

23 марта 1976г. в отношении СССР вступил в силу Международный пакт от 16 декабря 1966г. о гражданских и политических правах, в ст. 17 которого предусмотрено, что никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию и каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств. Конституция СССР от 7 октября 1977г. была принята под влиянием этого международного пакта и существенно расширяла совокупность прав и свобод граждан. Статьями 54–56 Конституции СССР 1977г. гражданам СССР были гарантированы неприкосновенность личности, жилища, а также охрана законом личной жизни, тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений. В ст. 57 Конституции СССР 1977г. было оговорено, что уважение личности, охрана прав и свобод граждан – обязанность всех государственных органов, общественных организаций и должностных лиц. При этом важно отметить, что, в отличие от Конституции СССР 1936г., раздел «Государство и личность» в Конституции СССР 1977г. расположен в ней под номером II следом за разделом «Основы общественного строя и политики СССР», что говорит о демонстрации, по крайней мере, повышения важности для государства правового регулирования статуса отдельного человека и гражданина.

Основным недостатком советских конституций был разрыв между закрепляемым ими правовым регулированием и реальностью. Всерьез о гарантированной государством праве на неприкосновенность частной жизни при господствующей идеологии приоритета коллективного интереса говорить нельзя, хотя УК РСФСР 1960г. и отнес к числу охраняемых законом сведения, составляющие тайну переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений (16).

Следует заметить, однако, что право на неприкосновенность частной жизни не относится к числу так называемых «традиционных» естественных прав, сформулированных в восемнадцатом веке. Например, в Конституции США, классической конституции конца восемнадцатого века, мы не найдем этого права под своим именем, хотя гарантии, установленные отдельны ми поправками к Конституции и Биллем о правах в целом, защищали некоторые стороны частной жизни от постороннего несанкционированного вторжения. Только во второй половине XX века Верховный суд США путем толкования норм Конституции признал право на неприкосновенность частной жизни фундаментальным конституционным правом.

В европейских странах право на неприкосновенность частной жизни длительное время не выходило за рамки теоретического обоснования. Теоретическое обоснование этого права, но не как одного из фундаментальных, конституционных прав, а как личного неимущественного права, защищаемого средствами гражданского права, то есть, путем предоставления лицу возможности предъявить в суде иск к нарушителю и добиться запрещения такого нарушения или возмещения причиненного морального или эмоционального вреда почти одновременно появляется в юридической литературе разных стран на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков.

Такая ситуация с правом на неприкосновенность частной жизни существовала примерно до середины прошлого столетия. В послевоенные годы ситуация разительно меняется. Право на приватность выходит на авансцену общественного внимания. Оно включается в каталог прав человека и закрепляется многими конституциями индустриально развитых стран. Идея правовой охраны неприкосновенности частной жизни приобретает новый, более глубокий смысл. Это объясняется двумя причинами, определившими осознание ценности указанного права и широкое общественное движение за его признание и реальную защиту.

Право на неприкосновенность частной жизни относится к первому поколению прав человека. Обычно это право подразумевает физическую неприкосновенность, гарантии физической свободы и невозможности ее ограничения иначе, как по решению суда, а также тайну персональных данных человека, охрану сведений о нем самом, о месте его жительства, о его жизни и здоровье, о его семье (17).

Право на жизнь, свободу и личную неприкосновенность гарантирует ст. 3 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948г. Статьей 12 указанной Декларации установлено, что никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

Право человека на свободу и неприкосновенность частной жизни также закреплено в ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в Риме 4 ноября 1950г.

В России в настоящее время правовая охрана права на неприкосновенность частной жизни осуществляется прежде всего путем установления конституционных гарантий, в том числе таких как: конституционный запрет произвольного вмешательства в частную жизнь (ст. 22, 23); конституционный запрет осуществлять сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (ст. 24); ограничение права на неприкосновенность частной жизни допускается лишь в случаях, прямо установленных федеральным законом, и только на основании судебного решения (в части тайны корреспонденции и неприкосновенности жилища) (ст. 23, 55, 56).


§ 3. Уголовно-правовые аспекты нарушения неприкосновенности частной жизни.

Статья 137 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за нарушение неприкосновенности частной жизни. Родовым объектом посягательства на неприкосновенность частной жизни являются общественные отношения в сфере обеспечения конституционных прав и свобод граждан, непосредственным объектом посягательства – общественные отношения в сфере реализации прав граждан на сохранение личной или семейной тайны. Личную или семейную тайну составляют сведения, не подлежащие, по мнению лица, которого они касаются, оглашению. Личную и семейную тайну не могут составлять сведения, которые были ранее опубликованы либо оглашены иным способом.

Соответственно предметом посягательства является информация о тех сторонах личной или семейной жизни, которые гражданин желает сохранить в тайне.

Объективная сторона преступления носит сложный характер и представляет собой совершение одного из действий по собиранию или распространению сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну.

Оба этих действия должны носить незаконный характер, т.е. как собирание, так и распространение таких сведений в установленном федеральным законодательством порядке не образуют признаков состава преступления. Так, собирание сведений о частной жизни гражданина на основаниях и в порядке, предусмотренных ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», не образует состава преступления, так же как и истребование таких сведений в уголовно- и гражданско-процессуальном порядке.

Незаконный характер действий субъекта – это не только действия, совершенные в противоречии с действующим законодательством, но и действия, совершаемые не в соответствии с ним. Право на личную или семейную тайну может быть нарушено только на основании федерального законодательства.

Объективная сторона состава характеризуется только одной активной формой. Она может быть осуществлена действием. Так, незаконное собирание сведений о частной жизни лица уже является преступлением. К примеру, иногда субъект, находящийся во враждебных личных отношениях с лицом, приходя к нему, домой с целью выяснения личных отношений, имеет при себе скрытно диктофон и начинает запись переговоров. Эти действия носят далеко не безобидный характер и в некоторых случаях могут образовать состав рассматриваемого преступления. Однако установление записывающей аппаратуры у себя на дому, в том числе на телефоне, не образует состава преступления, поскольку должно предполагаться, что если лицо сообщает сведения о частной жизни по средствам связи или в ином месте за пределами своего жилища, то оно не считает эти сведения тайной о частной жизни. Вместе с тем признаки преступления могут иметь место в случаях, когда субъект, даже находясь в собственном жилище, ведет целенаправленные опросы о частной или семейной жизни потерпевшего.

Такой признак объективной стороны преступления, как незаконное собирание сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, следует толковать несколько расширительно. Это не только собирание сведений не уполномоченным на то лицом или с использованием методов и средств, прямо запрещенных законом. Под незаконным собиранием следует понимать любые действия, направленные на сбор конфиденциальной информации, в том числе и простые опросы соседей, родственников и знакомых потерпевшего. Главным критерием тайны частной жизни является согласие на то потерпевшего. Только ему дано право оценивать, что бы он хотел сохранить в тайне.

Вместе с тем уместно отметить, что привлечение к уголовной ответственности по признаку незаконного собирания такой информации должно иметь место в относительно исключительных случаях, ибо не всегда субъективный критерий личной или семейной тайны может соответствовать объективному критерию. Недопустимо использование этой уголовно-правовой нормы для сведения личных счетов. Объективно нельзя расценивать противоправным собирание сведений о должностном или общественном положении лица и членов его семьи, иных сведений, которые не являются тайной для государственных и негосударственных органов, организаций. Личная тайна - это нечто сокровенное, что лицо желает сохранить в тайне.

Вопросы, связанные с отнесением информации к категории личной или семейной тайны, а равно вопросы о незаконном характере собирания таких сведений носят оценочный характер, которые должны разрешаться в судебном порядке. Так, собирание сведений всегда носит целенаправленный характер и не может сводиться к вопросам, заданным, например, из любопытства. При этом надо учитывать и духовное состояние общества, сложившееся в нашей стране. Те вопросы, которые в иных странах уже сами по себе не считаются корректными, у нас вполне допустимы.

Вместе с тем к личной или семейной тайне относятся не только порочащие лицо или членов его семьи сведения, но и иные сведения, которые он хотел бы сохранить в тайне. Это могут быть сведения о наличии болезней, об интимных связях и интимной жизни, о взаимоотношениях с отдельными членами семьи и характере взаимоотношений в семье в целом, об источниках средств к существованию, о привычках и т.д. Достоверная диффамация при определенных условиях также наказуема. Согласно ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого посягательства.

Необходимо отметить, что каждый, осуществляя свои права на частную жизнь, не должен нарушать, не только права, но и законные интересы иных лиц, тем более членов семьи. Под членами семьи следует понимать всех совместно проживающих лиц. Представляется, что они вправе интересоваться и собирать сведения о совместно проживающем с ними лице, ибо обладают правом знать, с кем живут и чем конкретное лицо занимается при проведении досуга и т.д. Так, сбор информации одним из супругов о супружеской верности другого супруга не образует состава преступления. В ряде случаях не могут нести уголовной ответственности за сбор сведений о частной жизни и близкие родственники предполагаемого потерпевшего. Если, к примеру, кто-то собирает сведения о приобретении членом семьи или близким родственником наркотических, психотропных средств, алкогольных напитков, занятии проституцией и т.п., то состав преступления будет отсутствовать. Равным образом не будет признаков состава преступления и у лица, сообщившего членам семьи или близким родственникам такие сведения. В таких ситуациях лица, собирающие подобные сведения, также вправе защищать свои законные интересы и заблаговременно принимать меры для предотвращения возможного вреда этим интересам.

Такой признак объективной стороны, как распространение сведений в публичном выступлении, публично демонстрируемом произведении или средствах массовой информации, может поставить в затруднительное положение правоприменителя. Тут играет свою роль и не совсем четкая формулировка объективной стороны в диспозиции уголовного закона. Сначала в законе говорится о собирании и далее через разделительный союз "или" о распространении сведений о частной жизни лица без его согласия, затем следует формулировка о распространении этих сведений в публичном выступлении, в публично демонстрируемом произведении или средствах массовой информации. В последнем случае ничего не говорится о согласии лица, сведения о котором распространены. По этой причине может создаться впечатление, что состав преступления может иметь место в последнем случае и без согласия лица, сведения, о частной жизни которого распространены. Такое толкование уголовного закона нельзя признать верным. В этом случае, если имеется согласие лица на распространение сведений указанным путем, то и признаки состава преступления будут отсутствовать.

Под распространением сведений следует понимать их сообщение кому-либо из третьих лиц без согласия того, о ком эти сведения сообщаются. Как нам представляется, квалифицирующий признак распространения сведений подлежит ограничительному толкованию. Недопустимо привлечение к уголовной ответственности и тем более осуждение за обыкновенные сплетни, за высказанное мнение, если оно даже и совпадает с некоторыми моментами частной жизни и т.п. Однако, если то, что мы обычно привыкли называть сплетнями, действительно содержит личную или семейную тайну, действия по их распространению могут в конкретных случаях повлечь и уголовную ответственность. Нельзя бесконечно ссылаться на сложившийся уклад жизни, который необходимо приводить в правовые рамки.

При прочих равных условиях наибольшую опасность представляет распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, в публичном выступлении, публично демонстрируемом произведении или средствах массовой информации. В публичном выступлении субъект делает достоянием гласности сведения о тех сторонах личной или семейной жизни, которые потерпевший желал бы сохранить в тайне. В том то и состоит повышенная общественная опасность деяния, что эти сведения становятся известными широкому кругу лиц.

Распространение сведений о личной или семейной тайне может иметь место и путем публично демонстрируемого произведения. Под последним необходимо понимать выражение в художественной форме мыслей, идей автора. В зависимости от разновидности видов искусств произведение объективно может выражаться в музыкальной, песенной, изобразительной и иных формах. Однако состав преступления будет иметь место только тогда, когда произведение публично продемонстрировано. Под публичной демонстрацией произведения следует понимать его показ, трансляцию, любое иное воспроизведение неопределенному кругу лиц. Так, безусловно уголовно наказуемыми должны быть публикации фото- и иных изображений частных лиц без их на то согласия.

Объективная сторона преступления может осуществляться и путем распространения этих сведений в средствах массовой информации. Так, комментируя по телевидению одно из происшествий, ведущий телепрограммы заявляет, что у потерпевшего при оказании ему медицинской помощи обнаружен препарат, блокирующий алкогольную зависимость. Такие высказывания без согласия на то потерпевшего абсолютно недопустимы и могут повлечь уголовную ответственность. Вместе с тем не образует состава преступления распространение сведений, уже ставших достоянием широкой гласности. К примеру, нельзя считать распространением личной тайны сведений о пьяном дебоше, неоднократном пьянстве и т.п., когда эти случаи подвергались официальной регистрации, в том числе и на конкретном предприятии.

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом. Виновный, как собирая, так и распространяя сведения о личной или семейной тайне, должен осознавать незаконность их собирания или распространения, желать этого. Невозможно собирать или распространять такие сведения, относясь к этому безразлично. К тому же, как это уже отмечалось, рассматриваемый состав ввиду внесенных законодателем изменений стал формальным, а не материальным, как это было ранее. По этой причине субъективное отношение виновного к последствиям не имеет значения для квалификации, а может быть учтено при назначении наказания.

Мотивы и цели в связи с внесенными Федеральным законом от 08.12.2003 в УК изменениями в настоящее время для квалификации не имеют значения. Они могут иметь широкий диапазон от простого обывательского любопытства и сплетен до достижения более серьезных и общественно опасных целей, и это следует учитывать при назначении наказания, в случаях признания судом субъекта виновным в совершении этого преступления.

Вместе с тем правоприменителю надо помнить и о положениях ст. 14 УК РФ, когда действия лишь формально содержат признаки рассматриваемого преступления, но вследствие малозначительности не представляют общественной опасности.

Субъект преступления по ч. 1 ст. 137 УК РФ – вменяемое физическое лицо, достигшее возраста шестнадцати лет.

Часть вторая комментируемой статьи предусматривает несколько повышенную уголовную ответственность за то же деяние, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

Этот квалифицированный состав характеризуется наличием специального субъекта. Им может быть как должностное лицо, так и служащий государственного или муниципального учреждения, а равным образом иные лица, использующие свое служебное положение в коммерческих или некоммерческих организациях. Здесь важен не сам правовой статус лица, занимающего определенное положение, а его возможности по собиранию или распространению конфиденциальных сведений о частной жизни. Такими лицами могут быть работники медицинских учреждений, адвокаты, телеведущие, журналисты и т.д. Перечисленные субъекты имеют более широкие возможности в силу своего служебного положения, как по сбору информации, так и по ее распространению.

Конкуренция общего и специального составов совокупности преступлений не образует. В этих случаях должна применяться специальная норма, в противном случае субъект нес бы уголовную ответственность дважды за одно и то же деяние. К примеру, это разглашение тайны усыновления (удочерения) – ст. 155 УК РФ. Здесь уголовный закон защищает специальный объект и в случаях разглашения должна применяться именно эта норма. Вместе с тем, если, к примеру, деяние совершено должностным лицом с использованием своего служебного положения и одновременно содержит признаки злоупотребления должностными полномочиями или превышения должностных полномочий, оно должно квалифицироваться по совокупности ч. 2 ст. 137 и соответственно по ст. ст. 285 или 286 УК РФ. В таких ситуациях субъект одновременно посягает на два различных объекта уголовно-правовой охраны. Аналогично, если разглашение данных предварительного расследования содержит и признаки распространения личной или семейной тайны, то также действия виновного подлежат квалификации по совокупности со ст. 310 УК РФ, ибо наряду с объектом посягательства против правосудия самостоятельно фигурирует и еще один объект посягательства - конституционные права и свободы человека и гражданина.

К сожалению, уголовный закон не дает четких дефиниций распространения и разглашения сведений. Как нам представляется, эти понятия по своему смысловому содержанию в основном совпадают. Разглашение – это также сообщение той или иной информации в любой форме третьему лицу, т.е. обычно содержит все признаки распространения. Но, тем не менее, этим признакам должен давать оценку суд.

Субъектом данного преступления является любое вменяемое физическое лицо, достигшее на момент совершения преступления шестнадцатилетнего возраста.

Частью 2 ст. 137 предусматривается квалифицирующий признак данного преступления – использование виновным своего служебного положения. Оно выражается в том, что лицо, располагающее сведениями о частной жизни другого лица, продает их либо распространяет за определенную плату или из иной личной заинтересованности. Использование виновным своего служебного положения облегчает ему совершение преступления и создает возможность причинить более тяжкий вред правам и законным интересам потерпевшего. При этом необязательно, чтобы виновный был государственным служащим (или сотрудником государственного учреждения, объединения, предприятия или органа местного самоуправления). Им может быть и лицо, обладающее служебными полномочиями в общественной или иной негосударственной организации.


Заключение

Поскольку исторически в России формировалось отношение к человеку как части коллектива, права и свободы человека складывались исходя из значимости человека для государства. В силу особенностей исторического развития Россия существенно отставала от развитых стран в вопросе правого регулирования личных прав человека и в том числе права на неприкосновенность частной жизни.

Право на неприкосновенность частной жизни неоднократно закреплялось в международных правовых актах, ратифицированных подавляющим большинством государств мира. Поскольку в России установлен приоритет международного права перед внутригосударственным, принципиальное значение имеют решения Европейского Суда по правам человека. Статистические данные об обращениях граждан Российской Федерации и рассматриваемых в Европейском Суде по правам человека делах служат показателем наличия во внутригосударственном законодательстве России определенных недостатков и пробелов, порождающих ущемление права на неприкосновенность частной жизни. Из практики Европейского Суда по правам человека, а также из судебной практики российских судов видно, что основными проблемами в России являются недостаточные гарантии права на неприкосновенность частной жизни для лиц, находящихся под следствием, и лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, а также узкое толкование права на неприкосновенность частной жизни по сравнению с международным правом и национальным правом большинства развитых зарубежных государств.

Наиболее полным по содержанию право на неприкосновенность частной жизни в России стало с принятием Конституции Российской Федерации 12 декабря 1993г., а также федеральных законов, развивающих и конкретизирующих ее положения. Наиболее важными в этой связи представляются положения Гражданского, Гражданского процессуального, Уголовного кодексов РФ, Федеральных законов: от 12 августа 1995г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», от 31 мая 2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», от 7 июля 2003г. № 126-ФЗ «О связи», от 27 июля 2006г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации», от 27 июля 2006г. № 152-ФЗ «О персональных данных».

Российская Федерация в настоящее время находится в стадии перехода от коллективистского подхода к правовому статусу личности, к характерному для развитых западных зарубежных государств индивидуальному подходу. Конституция Российской Федерации 1993г. и развивающие ее положения федеральные законы значительно сократили разрыв между признанием права на неприкосновенность частной жизни, декларируемым в советской России еще в середине XX в., и современной действительностью.


Литература:

1. См.: Лепешкина Н.П. Неприкосновенность частной жизни, что это? // Адвокатская практика. – 2005. – № 2.

2. Права человека. Учебник для вузов / Отв. ред. Е.А. Лукашева. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. С. 146.

3. Там же. С. 147

4. Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / Коллектив авторов / Под ред. В.В. Лазарева. М.: Издательство «Спарк», 1999. С. 113.

5. Права человека. Учебник для вузов / Отв. ред. Е.А. Лукашева. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. С. 146.

6. Петрухин И.Л. Личная жизнь: пределы вмешательства. С. 14.

7. Цит. по: Титов Ю.П. Хрестоматия по истории государства и права России. – М.: Проспект, 1999. С. 11.

8. См.: История политических и правовых учений: Учебник для вузов / Под общ. ред. проф. В.С. Нерсесянца. 4-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма, 2004. С. 219.

9. Цит. по: Титов Ю.П. Указ. соч. С. 275.

10. Кибальник А. П., Кузьмин С. В., Соломоненко И. Г. Тайна в уголовном праве. – Ставрополь: Ставропольсервисшкола, 2000. С. 25

11. Там же. С. 26

12. См.: Стецовский Ю.И. Право на свободу и личную неприкосновенность. Нормы и действительность. – М.: Дело, 2000. С. 390.

13. Цит. по: Блоцкий В.Н. Конституционное обеспечение права человека на неприкосновенность частной жизни в Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. – М., 2001. С. 31.

14. Цит. по: Чиркин В.Е. Конституционное право зарубежных стран: Учебник. 4-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2005. С. 391.

15. См.: Чиркин В.Е. Указ. соч. С. 73–79.

16. Кибальник А. П., Кузьмин С. В., Соломоненко И. Г. Указ. Соч. С. 27

17. Всеобщая Декларация прав человека. Принята и провозглашена Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г. // Сборник документов. – М.: НОРМА-ИНФРА – М., 1998.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий