регистрация / вход

Компенсация морального вреда

Определение морального вреда в российском праве. Случаи компенсации морального вреда независимо от вины. Моральный вред и уголовно-процессуальный закон. Методика и критерии определения размера компенсации морального вреда. Образец искового заявления.

АВТОНОМНАЯ НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

«МЕЖДУНАРОДНАЯ АКАДЕМИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА»

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

Тема: КОМПЕНСАЦИЯ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА

Апатиты

2008


Введение

Правоотношения связанные с компенсацией морального вреда недавно получили закрепление в Российском праве. В настоящее время данные нормы ещё находятся в стадии становления.

Конституция РФ закрепила права и свободы человека как высшую ценность общества.Гражданин РФ имеет право на защиту своих прав и свобод не запрещенными законом способами. Компенсация морального вреда, составляющая предмет изучения дипломной работы, является одним из таких способов осуществления защиты прав гражданина.

Как показывает юридическая практика, институт компенсации морального вреда оказался востребованным обществом, поскольку его особенность в том, что ответственность за его причинение имеет компенсационный характер. Это отличает его от имущественного вреда, который возможно точно определить и возместить. На практике практически невозможно оценить физические и нравственные страдания и возместить нанесенный им вред. Поэтому в данном случае имеет место определенная компенсация за причиненный моральный вред, благодаря которой можно отчасти возместить как физический вред, так и «сгладить» перенесенные страдания. Таким образом, можно сделать вывод, что институт компенсации морального вреда должен явиться тем способом, который может наиболее полно защитить нематериальные блага и личные неимущественные права человека, и должен в итоге внести свой вклад в становление и укрепление гражданского общества.

В этой связи тема дипломной работы приобретает особенное значение и актуальность.

Объектами дипломной работы являются вопросы, касающиеся трактовки понятия морального вреда; компенсирования морального вреда, вызванного нарушением прав граждан; особенности компенсации морального вреда в уголовно-процессуальном законодательстве; определения размера и критериев компенсации морального вреда.

Целью дипломной работы является изучение института компенсации морального вреда в российском праве с рассмотрением его в различных аспектах.

Исходя из вышеуказанной цели, можно определить следующие задачи дипломной работы:

Во-первых, рассмотрение понятийного аппарата института компенсации морального вреда в российском праве;

Во-вторых, определение основных положений данного института, что включает в себя порядок, основания и способы компенсации морального вреда;

В-третьих, изучение и анализ проблемных вопросов, возникающих при компенсации морального вреда, а также попытка определить возможные пути разрешения проблем, связанных с этими вопросами.

Структурой дипломной работы предопределяется её цели и задачи. В работе содержатся введение, заключение и приложение и две, взаимосвязанные между собой главы. Первая глава определяет понятие морального вреда, а также анализирует в нескольких аспектах институт компенсации морального вреда, основания его компенсации, а также проблемы компенсации морального вреда в уголовно-процессуальном законодательстве.

Во второй главе рассматриваются непосредственно вопросы, касающиеся размера и порядка компенсации морального вреда, акцент сделан на определение размера компенсационных выплат. Вторая часть указанной главы посвящена анализу правовой доктрины о критериях оценки компенсации морального вреда. В третьей части рассматривается вопрос о возможности компенсации морального вреда юридическому лицу.

Дипломная работа содержит приложение, содержащее образец искового заявления о компенсации морального вреда.

В работе использован широкий спектр источников: от нормативно-правовых актов до научных статей в юридической прессе.

Основное место среди источников, используемых в работе, занимают нормативно-правовые акты, в частности, Гражданский Кодекс РФ и федеральные законы (Закон «О защите прав потребителей», Федеральный Закон «О статусе военнослужащих», Федеральный Закон «О рекламе»). Немаловажную роль играет судебная практика, в частности Постановления Пленума Верховного Суда РФ, Определения Конституционного Суда РФ. Стоит отметить, что определяющую и немаловажную роль играет Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994г. «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда».

В работе используются специальная литература, посвященная проблемам компенсации морального вреда, комментарии к действующему законодательству, а также научные статьи. Особо стоит отметить работы А.М. Эрделевского, в которых разработаны новые критерии компенсации морального вреда, отличные от критериев, указанных в законодательстве.

Таким образом, используя все вышеуказанные источники, можно провести анализ института компенсации морального вреда в российском праве, выявить его основные преимущества и недостатки, а также определить пути дальнейшего совершенствования данного института.


Глава 1. Понятие компенсации морального вреда

1.1 Определение морального вреда в российском праве

В начале 90-х годов прошлого века российское право пополнилось правовым институтом - компенсацией за причиненный моральный вред, несмотря на то, что термин «моральный вред» употреблялся в юридической науке и ранее, данный правовой институт является новым, так как его характеристика в настоящее время отличается от ранее действовавшей.

Институт компенсации морального вреда в дореволюционном российском законодательстве был развит недостаточно. Существовала лишь норма, предполагающая вознаграждение за причинение «нравственного» вреда чести и достоинству гражданина.

Впервые упоминание о моральном вреде появилось в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, которое содержало следующее: «Потерпевшим признаётся лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред» (ст.24). Это послужило основанием для некоторых специалистов постепенно внедрять в правосознание общества необходимость материального возмещения морального вреда.

Впервые определила понятие морального вреда, а также закрепила условия и способы его возмещения статья 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик (далее – Основы). В вышеуказанной статье моральный вред определялся как причинение гражданину физических или нравственных страданий. В качестве условий возмещения морального вреда предусматривались противоправность действий, причинивших вред, и вина причинителя вреда. Помимо этого, было указано, что моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемых судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. В соответствии со статьей 7 предусматривалась возможность возмещения морального вреда, причиненного не только гражданину, но и юридическому лицу в случае распространения сведений, порочащих их честь, достоинство и деловую репутацию. Также следует отметить, что моральный вред возмещался независимо от того, каким был объект посягательства: личное неимущественное право или имущественное право потерпевшего.

Вышеуказанные нормы действовали до 1 января 1995 года, и были заменены нормами о моральном вреде и его возмещении, содержащимися в ГК РФ. Моральный вред в ст. 151 ГК РФ был определен следующим образом: «если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда». Суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства при определении размеров компенсации морального вреда. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Данные действия могут иметь объектом посягательства принадлежащие гражданину нематериальные блага от рождения или в силу закона (жизнь, деловая репутация, здоровье, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайны, достоинство личности), нарушать его личные неимущественные права (выбора места пребывания и жительства, право свободного передвижения, право на имя, право авторства) либо имущественные права.

Рассматривая требования потерпевшего о компенсации морального вреда, следует иметь в виду, что вопросы возмещения морального вреда, в частности, регулировались: частью 7 статьи 7 Гражданского кодекса РСФСР (в редакции Закона от 21 марта 1991 г.); статьей 62 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. "О средствах массовой информации", введенного в действие с 8 февраля 1992 г. (с 1 августа 1990 г. и до 8 февраля 1992 г. действовала статья 39 Закона СССР от 12 июня 1990 г. "О печати и других средствах массовой информации"); статьей 89 Закона Российской Федерации от 19 декабря 1991 г. "Об охране окружающей природной среды" (введен в действие с 3 марта 1992 г.), действовавшей до 12 января 2002 г.; статьей 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. "О защите прав потребителей" (введен в действие с 7 апреля 1992 г.), действовавшей до 16 января 1996 г.; статьями 7, 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятых 31 мая 1991 г., действие которых было распространено на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 г., применявшихся до 1 января 1995 г.; статьями 25, 30 "Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей", принятых 24 декабря 1992 г., введенных в действие с 1 декабря 1992 г. и действовавших до 6 января 2000 г.; частью 5 статьи 18 Закона Российской Федерации от 22 января 1993 г. "О статусе военнослужащих", введенного в действие с 1 января 1993 г. и действовавшего до 1 января 1998 г.; частью 5 статьи 213 КЗоТ РФ (в редакции Федерального закона от 17 марта 1997 г., вступившего в силу с 20 марта 1997 г. и действовавшего до 1 февраля 2002 г.); пунктом 1 статьи 31 Федерального закона от 18 июля 1995 г. "О рекламе", введенного в действие с 25 июля 1995 г. и действовавшего до 1 июля 2006 г. (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 06.02.2007 N 6).

В настоящее время вопросы возмещения морального вреда регулируются статьями 12,150-152 первой части ГК РФ, введенной в действие с 01 января 1995г.; статьями 1099-1101 второй части Гражданского кодекса Российской Федерации, введенной в действие с 01 марта 1996г.; статьей 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. «О защите прав потребителей», действующей с 16 января 1996г.; частью 5 статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих» от 27 мая 1998г., вступившего в силу с 01 января 1998г.; статьей 237 Трудового Кодекса РФ, введенного в действие с 01 февраля 2002г.; пунктом 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24 июля 1998г., вступившего в силу с 06 января 2000г.; пунктом 2 статьи 38 Федерального Закона от 13 марта 2006г. «О рекламе», введенного в действие с 01 июля 2006г.

Следует отметить положение пункта 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, согласно которому, требования истца не подлежат удовлетворению, если моральный вред был причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, даже в случае, если после вступления этого акта в законную силу истец испытывает физические или нравственные страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы.

Если причиняющие истцу нравственные или физические страдания противоправные действия (бездействие) ответчика начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации.

В силу статьи 208 ГК РФ требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

В случае, если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

Понятие морального вреда Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20.12.1994г. определило следующим образом: «Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина».

Для более тщательной трактовки содержания морального вреда необходимо определить смысл «страдания». Для этого необходимо обратиться к толковому словарю русского языка, где «страдание» трактуется как «физическая или нравственная боль, мучение», а боль, в этом же словаре, связывается, с понятием «ощущение страдания».

Постановление Пленума Верховного суда РФ от 20.12.94г. № 10 содержит две разновидности страданий: страдания физические и страдания нравственные. Определимся с понятием «нравственность» и производным от него прилагательным «нравственный», они имеют несколько смысловых оттенков. Во-первых, нравственность - это правила, определяющие поведение человека в обществе, которые содержат «духовные, душевные качества, необходимые человеку в обществе, а также выполнение этих правил поведения». Во-вторых, понятие «нравственный» употребляется не только по отношению к человеку, соблюдающему требования нравственности, но и как прилагательное, характеризующее то или иное явление, «относящееся к внутренней, духовной жизни человека».

С данной точки зрения душевные или нравственные страдания человека связаны с его глубинными личностными структурами, которые подвергающиеся посягательству, что и вызывает сильную ответную эмоциональную реакцию в виде отрицательных переживаний, которые и называются страданиями.

Безусловно, это связано с правами человека и его свободами, которые гарантированы Конституцией РФ. Следовательно, любые посягательства на свободу, ценностные ориентации, неприкосновенность, мировоззрение, на то, что позволяет человеку оставаться личностью в обществе могут вызвать душевные (нравственные) страдания.

Однако, Верховный Суд не дал точного и общего определения страданий. Пункт 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.94г. № 10 раскрывает содержание только нравственных страданий. Физические страдания, в отличие от нравственных страданий, в первую очередь связаны с причинением человеку физической боли (мучений), что практически всегда следует в результате нанесения различного рода увечий, телесных повреждений, истязаний, заражения инфекцией, заболеванию, или является результатом перенесенных нравственных страданий.

Законодатель не случайно акцентирует внимание именно на «страдании», раскрывая сущность морального вреда, что предполагает отражение действий источника причинения морального вреда сначала в сознании потерпевшего, а затем и вызов определенной психической реакции. Физические страдания выражаются в сознании в форме ощущений. К ним можно отнести:

1) действия (бездействия), которые, например, причиняют страдания путем оставления жертвы во вредных для здоровья условиях, или путем длительного лишения тепла, пищи или питья, либо помещения, а также другие сходные действия;

2) действия, которые связаны с длительным или многократным причинением боли (истязания);

3) вредоносные изменения в организме человека вследствие ранения, травмы, увечья, контузии и т.п.

4) болезненные ощущения, вызванные например, головокружением, тошнотой, удушьем и др.

Нравственные страдания в сознании выражаются в форе представлений. Наиболее близкими к понятию «нравственные страдания» следует считать «переживания». К переживаниям можно отнести страх, стыд, обиду, унижение, иное неблагоприятное в психологическом аспекте состояние, а также негативные эмоции.

Согласно разработанному российским психологами определению, «переживание» - это преодоление некоторого «разрыва» жизни, это некая восстановительная работа, как бы перпендикулярная линии реализации жизни», т.е. «преодоление критической ситуации как ситуации «невозможности», невозможности жить, реализовывать внутренние необходимости своей жизни, особая работа по перестройке психологического мира, направленная на установление смыслового соответствия между сознанием и бытием, общей целью которой является повышение осмысленности жизни»

Стоит отметить, что «физическое страдание», не совпадает по содержанию с «физическим вредом». Как следует из ст. 151 ГК РФ физические страдания - это одна из форм морального вреда. Физический вред, по мнению автора работы, практичней было бы определить как органический вред, вызывающий любые негативные изменения в организме человека. Физический (органический) вред - это вред материализованный; негативные изменения происходят в организме под влиянием определенных внешних воздействий. Эти изменения в свою очередь приводят или могут привести к изменениям в состоянии психического благополучия и (или) в имущественной сфере личности. В состоянии полного психологического благополучия негативные изменения могут выражаться в физических и нравственных страданиях (моральный вред), а негативные изменения, прежде всего, в имущественной сфере. Иными словами в расходах, которые связаны с компенсацией возникших недостатков в организме потерпевшего, что привело, например, к утрате дохода (имущественный вред). Логично предположить, что любой органический вред в целях его возмещения подразделяется на вред моральный и имущественный.

В качестве примера можно привести следующий случай, когда в результате дорожно-транспортного происшествия гражданин получает увечье.

Увечье представляет собой органический вред. Данный органический вред возникает непосредственно при причинения увечья, а в процессе последующего лечения у потерпевшего появляются физические страдания. Нравственные страдания, в свою очередь, возникают по причине того, что потерпевший начинает осознавать свою неполноценность, утрачивает работу, теряет возможность вести полноценную прежнюю жизнь. В итоге физические и нравственные страдания составляют моральный вред, который в случае наличия других необходимых условий, о которых речь пойдёт позже, должен быть компенсирован в соответствии со ст. 151 ГК РФ в денежной форме. При получении увечья, потерпевшему необходимо поддерживать свое существование, вести достойный образ жизни. Такая ситуация вынуждает его обращаться к платным специалистам, что влечен определенный расход денежных средств. Из содержания ст. 15 ГК РФ следует, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Таким образом, реальный ущерб потерпевшего составляют расходы для восстановления нарушенного права на полноценную и достойную человека жизнь.

Из данного примера следует, что органический вред, вытекающий из повреждения организма можно возместить путем возмещения морального и имущественного вреда.

Законодатель в ст. 150 ГК РФ предусмотрел возможность защиты личных неимущественных прав и других нематериальных благ, а также установил принцип неотчуждаемости и непередаваемости. Анализ п. 1 ст. 150 ГК РФ позволяет сделать вывод, что законодатель определяет личные неимущественные права как один из видов нематериальных благ. К неимущественным правам можно отнести: право выбора места пребывания, жительства, право авторства, право свободного передвижения, право на имя; к нематериальным благам - личная неприкосновенность, достоинство личности жизнь и здоровье, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, честь и доброе имя. Стоит также отметить, что норма также оговаривает осуществление и защиту не только личных неимущественных прав, но и других нематериальных благ. В данном случае понятие «осуществление» применимо только к личным неимущественным правам как одной из разновидности нематериальных благ. Это связано с тем, что можно осуществить (реализовать) путем соответствующего поведения право, но вряд ли возможно «осуществить благо». Таким образом, законодатель делает акцент на защите именно этих благ.

Следует отметить, что наиболее целесообразным выглядит подразделение вреда на имущественный и неимущественный. В случае такого подразделения возникает вопрос: Как соотнести с этими видами вреда моральный вред? А.М. Эрделевский допускает, что, допустимо включить моральный вред в состав неимущественного вреда, опираясь на то, что отсутствие страданий - это состояние психического благополучия, и, нет оснований не отнести психическое благополучие личности к числу нематериальных благ. Но, занижение психического благополучия личности, в отличие от умаления других видов благ, всегда вторично, так как оно является последствием причинения вреда другим благам, как неимущественным, так и имущественным. Другое дело, что правовую защиту путем компенсации морального вреда в качестве общего правила, российский законодатель установил лишь для случаев, когда страдания являются последствием противоправного нарушения неимущественных прав или умаления других неимущественных благ.

Следует обратить внимание, что лингвистический подход к понятию «моральный вред» говорит о том, что в его основе лежит вред, причиненный морали, т.е. общепринятым и закрепленным культурной традицией данного общества правилам поведения. Что существенно расходится с тем содержанием, которое вкладывает в это понятие законодатель в ст. 151 ГК РФ и Пленум Верховного Суда РФ в абз.1 п.2 Постановления от 20.12.1994г. № 10: нравственные или физические страдания. Акцент, который ставится законодателем и Верховным Судом на физические страдания, вызван по всей видимости теми затруднениями, которые вызываются определением степени и оценкой нравственных страданий.

Замена термина «моральный» на «психический» вред снимет эти затруднения и на база понятийного аппарата психологии даёт возможность объективной оценки не общества в целом, как в понятии «морали», а конкретной отдельно взятой пострадавшей личности, чьи личные неимущественные права или блага были нарушены.

1.2 Компенсация морального вреда

Статья 151 ГК РФ определяет порядок, случаи и способы компенсации морального вреда, а регулирование этих вопросов предусматривается ст. 1099, 1100 и 1101 ГК РФ.

Как следует из нормы законодателя компенсация морального вреда по общему правилу допускается только при наличии вины причинителя. Однако, ст. 1100 ГК РФ предусмотрены случаи компенсации морального вреда независимо от вины:

· причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключение под стражу или подписку о невыезде; незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

· причинение вреда в связи с посягательством на честь, достоинство и деловую репутацию гражданина;

· причинение вреда жизни и здоровью граждан источником повышенной опасности.

Закон допускает установление и иных случаев компенсации морального вреда независимо от вины причинителя. В качестве можно привести следующий пример: Жилищный кодекс РФ, а также другие федеральные законы, регулирующие жилищные отношения, не содержат норм, которые бы предусматривали возможность компенсацию морального вреда в связи с нарушением имущественных прав гражданина в сфере данных отношений.

В данном случае возможность компенсации морального вреда, причиненного в связи с нарушением жилищных прав гражданина, зависит от того, какой характер носят те права, которые нарушены: если заявленное требование о компенсации морального вреда связано с нарушением жилищных прав гражданина, которые носят имущественный характер, то моральный вред компенсации не подлежит; если нарушены права, носящие неимущественный характер, то моральный вред компенсируется.

Стоит отметить, что моральный вред подлежит компенсации при подтверждении факта причинения потерпевшему физических или нравственных страданий. На потерпевшего возлагается обязанность доказывания, при каких обстоятельствах, какими действиями (бездействием) причинены нравственные или физические страдания.

Также подлежит компенсации моральный вред в случаях нарушения или посягательства на личные нематериальные блага (права) граждан. Компенсация морального вреда при нарушении имущественных прав граждан допускается лишь в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ № 2300-1 от 7 февраля 1992г. «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер возмещения вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Вред имущественный и вред моральный – отличные друг от друга последствия неправомерных деяний. Для нарушения личных неимущественных прав (благ) убытки нехарактерны, хотя полностью не исключаются (например, опорочение чести, достоинства и деловой репутации влечет отказ от заключения издательского договора, срывает концерт и т.п.), и в суде решается вопрос только о компенсации морального вреда. Нарушение имущественных прав гражданина нередко порождает обе разновидности вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Также следует обратить внимание на следующее: п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" предусматривает, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Данная норма предусматривает обязанность суда взыскивать штраф с изготовителя от всей суммы, присужденной судом в пользу потребителя, без конкретизации требований, которые должны учитываться при взыскании указанного штрафа.

Пункт 1 ст. 16 вышеуказанного закона предусматривает, что за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

Ответственность продавца, как следует из положений п. 3 ст. 13 и ст. 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", наступает в форме возмещения вреда, уплаты неустойки (пени) и компенсации морального вреда.

Следовательно, размер присужденной судом компенсации морального вреда должен учитываться при определении размера штрафа, взыскиваемого с изготовителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, установленных законом.

Другим нормативным актом, предусматривающим денежную компенсацию морального вреда при нарушении имущественных прав граждан, является Федеральный Закон РФ от 27 мая 1998 г. «О статусе военнослужащих». Ч. 5 ст. 18 этого Закона содержит норму, согласно которой государство гарантирует военнослужащим возмещение морального вреда и убытков, причиненного противоправными действиями должностных лиц органов государственной власти и местного самоуправления. А в случае незаконного увольнения с военной службы военнослужащего до приобретения им права на пенсию за выслугу лет либо без обеспечения его жилым помещением он на основании пункта 2 статьи 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" подлежит восстановлению на службе в прежней (или с его согласия - равной или не ниже) должности с возмещением всех причиненных убытков и компенсацией морального вреда.

В связи с тем, что согласно статье 151 ГК РФ компенсации подлежит моральный вред, причиненный действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Моральный вред, связанный с нарушением имущественных прав граждан, подлежит компенсации только при наличии специального указания об этом в законе.

Судам следует иметь в виду, что в законодательстве Российской Федерации не содержится указаний о возможности компенсации морального вреда, причиненного военнослужащим нарушением их имущественных прав. Поэтому в тех случаях, когда военнослужащие оспаривают в суде действия должностных лиц, причинившие им только имущественный вред (невыплата денежного довольствия, компенсаций, невыдача различных видов довольствия и т.п.), компенсация морального вреда не производится.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами. Статья 22 ТК РФ гласит, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Порядок возмещение морального вреда определен в ст. 237 Трудового Кодекса РФ. Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещаются работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются удом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Также следует отметить, что Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Пункт 2 статьи 38 Федерального Закона от 13 марта 2006г. «О рекламе» предусматривает, что лица, права и интересы которых нарушены в результате распространения ненадлежащей рекламы, вправе обращаться в установленном порядке в суд или арбитражный суд, в том числе с исками о возмещении убытков, включая упущенную выгоду, о возмещении вреда, причиненного здоровью физических лиц и (или) имуществу физических или юридических лиц, о компенсации морального вреда, о публичном опровержении недостоверной рекламы (контррекламе).

Вышеперечисленные законы охватывают часть действий, посягающих на имущественные права граждан. Однако, не стоит отрицать наличие факта психологических страданий у человека, которому причинен имущественный ущерб. Сравнивая с переживаниями, возникшими от посягательства на нематериальные блага личности, психологически страдания оказываются более серьезными. Это может выражаться, в частности, в физических страданиях при невозможности обеспечить удовлетворение, например, первичных потребностей, в нравственных страданиях в результате осознания невозможности воспользоваться правами при отсутствии материальных средств, понимании даже формального неравноправия, ограничении своей свободы.

Право на здоровье, в соответствии с положениями ст. 150 ГК РФ, отнесено к неимущественным правам личности. Определенный интерес представляет сам термин «здоровье». Например, всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) определяет здоровье как: «Состояние полного социального, психического и физического благополучия». Из данного определения следует, что к посягательствам на здоровье можно отнести не только действия, нарушающие анатомическую целостность человека, но и деяния, нарушающие его социальное и психическое благополучие.

Это позволяет сделать вывод, что граждане, пострадавшие от преступлений против их собственности, при обосновании своих исковых требований о компенсации причиненного им морального вреда могут просить возместить нравственные страдания, причиненные посягательством не на само имущество (такой вред согласно положениям ст. 151, 1099 ГК РФ не подлежит компенсации), а психическое благополучие связанное с владением этим имуществом.

Компенсировать моральный ущерб гражданин может, обратившись в суд, который определяет размер этого ущерба. С введением в действие ГК РФ, моральный вред компенсируется только в денежной форме (п. 1 ст. 1101 ГК РФ). Необходимо учитывать, что при рассмотрении требований о возмещении причиненного гражданину морального вреда по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., компенсация определялась судом в денежной или иной материальной форме, а по правоотношениям, возникшим после введения в действие части первой ГК РФ, т.е. после 1 января 1995 г., - только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Характер физических и нравственных страданий выражается в тяжести физических ощущений и силе переживаний: 1) слабая; 2) терпимая; 3) сильная; 4) нестерпимая боль. При этом должен учитываться средний показатель, т.е. что должен испытывать (не может не испытывать) человек с нормальной психикой. А.М. Эрделевский называет такой показатель «презюмируемый моральный вред».

Причинитель вреда может добровольно, не дожидаясь предъявления иска, совершить действия, направленные на сглаживание перенесенных потерпевшим страданий (уход за потерпевшим, оказание иной помощи, передача какого-либо имущества). Такого рода действия должны быть учтены судом при определении размера компенсации, если потерпевший все-таки предъявит соответствующий иск. Важно отметить, что добровольная компенсация морального вреда отнесена Уголовным кодексом РФ к числу обстоятельств, смягчающих наказания.

Моральный вред компенсируется независимо от возмещенияимущественного вреда, то есть как наряду с ним, так и самостоятельно. Причем делается это на основании представленных истцом доказательств.

При обращении в суд с исковым заявлением о компенсации морального вреда, предоставляются документы, подтверждающие причинение вреда и уплачивается государственная пошлина.

При рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании п.п. 3 п. 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера.

При этом следует также иметь в виду, что в предусмотренных законом случаях истцы освобождаются от уплаты государственной пошлины.

Например, в соответствии со ст. 333.36 части второй Налогового кодекса РФ освобождаются от уплаты государственной пошлины истцы - по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий (п. 1 ч.1 ст. 336.36 НК РФ); истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца (п.3 ч.1 ст. 336.36 НК РФ); истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением (п.4 ч.1 ст. 333.36 НК РФ); истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, в том числе по вопросам восстановления прав и свобод (п.10 ч.1 ст.333.36 НК РФ).

Также, освобождаются от уплаты государственной пошлины потребители по искам, связанным с нарушением их прав, в соответствии с п. 3 статьи 17 № 2300-1 от 7 февраля 1992г. "О защите прав потребителей".

Анализируя судебную практику, можно сделать вывод, что городские и районные и городские суды компенсируют моральный вред в случаях, когда в результате неоказания услуг или непринятия своевременных мер (а предоставление этих услуг, либо принятие мер являются обязанностью этих предприятий, учреждений и организаций) гражданам причиняются нравственные или физические страдания.

Следует отметить, что компенсация морального вреда, не полученная при жизни потерпевшим, не входит в состав наследственного имущества, если она не была взыскана вступившем в законную силу решением суда.

Рассмотрим следующий пример: наследник гражданина К. обратился с заявлением о компенсации морального вреда, не полученной умершим в связи со смертью. Решение суда о взыскании в пользу К. компенсации морального вреда вступило в законную силу, но не исполнено не было в связи со смертью истца. Наследник получил свидетельство о праве на наследство по закону, согласно которому в состав наследственного имущества включена сумма компенсации морального вреда.

Определением суда наследник признана правопреемником К. и ему выдан исполнительный лист о взыскании в его пользу неполученной наследодателем суммы компенсации морального вреда.

Президиум областного суда отменил определение и в удовлетворении заявления наследника о признании его правопреемником и выдаче исполнительного листа отказал.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановление президиума областного суда, указав следующее.

Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявления о признании наследника правопреемником и выдаче исполнительного листа, суд надзорной инстанции исходил из того, что право требования компенсации морального вреда неразрывно связано с личностью потерпевшего и в соответствии со ст. 383 ГК РФ переход к другому лицу таких прав не допускается даже на стадии исполнения решения.

Нельзя согласиться с данным выводом суда.

В силу ст.151 ГК РФ компенсация морального вреда взыскивается в случае причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях, предусмотренных законом.

Действительно, право требовать взыскания компенсации морального вреда связано с личностью потерпевшего и носит личный характер. Поэтому данное право не входит в состав наследственного имущества и не может переходить по наследству.

Однако в том случае, когда истцу присуждена компенсация морального вреда, но он умер, не успев получить ее, взысканная сумма компенсации входит в состав наследственного имущества и может быть получена его наследниками.

Судебная практика свидетельствует о сложностях, возникающих при определении оснований и размера компенсации морального вреда ввиду отсутствия четких критериев и методов оценки размера компенсации, в связи с чем, предлагается в качестве приоритетного направления научного поиска, обозначить разработку критериев морального вреда и механизм его определения в материальном выражении.

1.3 Моральный вред и уголовно-процессуальный закон

Не смотря на то, что уголовно-процессуальное законодательство РФ новейшего периода, слабо «реагировало» и «реагирует» на изменения в гражданском законодательстве, связанные с расширением перечня видов вреда, подлежащего материальной компенсации, ряд норм Уголовно-процессуального кодекса РФ позволяют взыскивать в уголовном процессе наряду с материальным ущербом, моральный вред.

Начиная с 90-х годов, суды при постановлении приговоров, принимали решения об удовлетворении предъявленных потерпевшими исков о возмещении морального вреда. Отмечу, что суды, постанавливающие такие приговоры, идут по пути целесообразности, но отнюдь не законности. Практика эта, не подкрепленная законодательно, создавала неразбериху; судьи не знали, чем им руководствоваться - складывающейся судебной практикой или устаревшими положениями ст. ст. 29, 54 и 137 УПК РСФСР, допускающих компенсацию только материального ущерба. От этого страдали и потерпевшие, которые не знали, в каком порядке им могут возместить причиненный моральный вред, а зачастую и не догадываются о наличии у них такой возможности, поскольку действовавшее в то время уголовно-процессуальное законодательство не обязывало никого из должностных лиц правоохранительных органов разъяснять потерпевшим наличие у них соответствующего права.

Нормы, касающиеся причинения потерпевшему морального вреда и его компенсации, в частности, содержатся в ст. ст. 42, 44, 133, 136 УПК РФ. Согласно ст. 42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред. По иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Следует также отметить, что лицо, привлеченное к уголовной ответственности, вправе требовать взыскания компенсации морального вреда, причиненного несвоевременным исполнением постановления о его освобождении из мест лишения свободы.

Согласно ст.44 УПК РФ гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением. Гражданский истец может предъявить гражданский иск и для имущественной компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

Статья 133 УПК РФ не ограничивает возможность получения лицом возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, только случаями реабилитации подозреваемого или обвиняемого, а предусматривает и то, что вопросы, связанные с возмещением морального вреда в иных случаях, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства.

Соответственно, пункт 1 статьи 1070 и абзац третий статьи 1100 ГК РФ, закрепляя, что возмещение материального вреда и компенсация морального вреда, причиненного гражданину в результате, в частности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, производятся независимо от вины соответствующих должностных лиц, не связывают принятие решения об этом только с наличием вынесенного в отношении этого гражданина оправдательного приговора или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям.

Таким образом, действующее законодательство не исключает принятие судом решения о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к уголовной ответственности, в том числе в случаях, когда органами предварительного расследования, прокурором или судом не принято решение о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого.

Однако в статье 133 УПК РФ, как и в других законодательных нормах, регламентирующих возмещение ущерба, причиненного гражданину незаконным уголовным преследованием, не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию, не указанному в пунктах 2 и 3 части 2 ст. 133 УПК РФ, - в таких ситуациях с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и в соответствии с принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина суд вправе принять решение о частичном возмещении реабилитированному лицу вреда, если таковой был причинен в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Установленный ст.133, 136 УПК РФ порядок реабилитации, предполагающий возмещение морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, при условии принятия в конкретном уголовном деле решения (оправдательного приговора, постановления или определения о прекращении уголовного преследования в связи с отсутствием события или состава преступления др.), снимающего с лица выдвинутые против него обвинения, не распространяется на случаи прекращения уголовного преследования и отмены применимых в отношении лица принудительных мер по так называемым нереабилитирующим основаниям, в частности, в связи с таким основанием как истечение сроков давности (ч. 4 ст. 133 УПК РФ).

Пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 №10 применительно к ст. 44 УПК РФ оговорил следующее, потерпевший, то есть лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред (статья 42 УПК РФ), вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда при производстве по уголовному делу.

Данное положение не решает проблемы, но еще больше ее запутывает. Данная формулировка не обязывает суд при предъявлении гражданского иска признавать потерпевшего гражданским истцом, что противоречило бы УПК, не говоря уже о том, что из нее вовсе не следует обязанность суда удовлетворять иски о компенсации морального вреда.

Попытки легализации, таким образом, возмещения морального ущерба в уголовном процессе лишь создают новый круг вопросов требующих разрешения. Так, судья, руководствуясь указанным постановлением Пленума, должен соответственно решать и такие вопросы, как: можно ли компенсировать причиненный моральный вред потерпевшему по инициативе суда в случае, если иск не предъявлен; можно ли налагать арест на имущество виновного лица в целях обеспечения заявленного иска о возмещении морального вреда. О последнем случае хотелось бы сказать особо, поскольку ст. 115 УПК РФ обязывает следователя наложить арест на имущество в целях обеспечения гражданского иска, не уточняя при этом, какого именно. При складывающейся судебной практике это дает возможность трактовать термин «гражданский иск» и как иск, заявленный в связи с возмещением морального вреда. В то же время в среде специалистов не прекращается спор о возможности имущественного ареста по неимущественному иску в целях его обеспечения применительно к гражданскому судопроизводству.

В уголовно-процессуальном законодательстве одновременно следовало бы дать четкое определение термина «моральный вред». Дело в том, что из ст. 151 ГК РФ вытекает, что правом на компенсацию морального вреда пользуются только лица, понесшие физические или нравственные страдания в связи с посягательством на их неимущественные права или нематериальные блага. Таким образом, потерпевшие почти по всем видам преступлений корыстной направленности, составляющих более половины всех совершаемых преступлений, лишаются возможности компенсировать причиненные им психические страдания. По всей видимости, мало кто будет отрицать огромный психологический стресс, испытываемый людьми, у которых похитили из квартиры ценные вещи или угнали автотранспортное средство.

Например, Тихомиров В.Г. с целью похищения человека совместно и по предварительному сговору с другими лицами, осужденными по данному делу, пришел в квартиру потерпевшего. Трое лиц избили потерпевшего. После этого Тихомиров и другой соучастник посадили потерпевшего в автомобиль и привези в ар, где в присутствии Тихомирова В.Г. потерпевший был избит двумя лицами, от чего тот скончался на месте происшествия.

По приговору суда Тихомиров В.Г. осужден по п. «а» ч.2 ст.126 УК РФ, постановлено с него взыскать в пользу потерпевшего 50 тыс. руб. в счет компенсации морального вреда.

В надзорной жалобе осужденный Тихомиров просил снизить размер компенсации морального вреда и ссылался на следующее.

Суд при определении суммы, подлежащей компенсации, исходил из того, что он (Тихомиров) не только похитил потерпевшего, но и применил к нему насилие, повлекшее по неосторожности его смерть, однако эти квалифицирующие признаки кассационной инстанцией исключены, а размер компенсации не снижен; по мнению Тихомирова, это несправедливо и противоречит требованиям ст. 151 ГК РФ.

Президиум Верховного суда РФ оставил надзорную жалобу без удовлетворения, указав, что при решении вопроса о размере компенсации морального вреда суд учел все обстоятельства, указанные в ст. 151 ГК РФ, а также степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание данные, так как моральный вред – это в том числе нравственные и физические страдания, причиненные действиями, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения нематериальные блага (жизнь, здоровье).

На мой взгляд, целесообразнее указать, что под моральным вредом в уголовном судопроизводстве, подлежащем материальной компенсации, понимаются физические и нравственные страдания, испытываемые гражданами в связи с совершением противоправных деяний, преследуемых уголовным законом. Следовало бы отметить, что такого рода моральный вред подлежит компенсации, как в рамках уголовного судопроизводства, так и в гражданско-процессуальном порядке. Это будет согласовываться и с гражданским законодательством: в ч. 1 ст. 151 ГК РФ указано, что помимо случаев нарушения личных неимущественных прав и нематериальных благ суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда и в других случаях, предусмотренных законом.

Также следует отметить, что при решении вопроса о порядке (долевом или солидарном) компенсации причиненного морального вреда, причиненного группой лиц, следует отметить следующее. По общему правилу ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) возникает, если солидарность обязанности предусмотрена договором или установлена законом.

Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие своими преступными действиями вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах.

Исходя из положений ст. 34 УК РФ, лица, совместно совершившие преступления, т.е. соисполнители должны нести солидарную ответственность за причиненный моральный вред. Решение суда о компенсации морального вреда в долевом или солидарном порядке в любом случае должно быть мотивировано в приговоре или ином судебном документе.

Таким образом, несмотря на специфический характер института компенсации морального вреда и законодательные ограничения его применения, он охватывает широкий круг правоотношений, возникающих не только в гражданско-правовой, но и в других сферах. Однако данный институт, выступающий прежде всего как гражданско-правовой, еще не нашел должного выражения в уголовной и уголовно-процессуальной сферах правового регулирования.


Глава 2. Порядок компенсации морального вреда в российском праве

2.1 Определение размера компенсации морального вреда

Одним из спорных вопросов, возникающих в судебной практике, является вопрос определения размера компенсации морального вреда. Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда, передавая решение данного вопроса всецело на усмотрение суда. Моральный вред признается законом вредом неимущественным. Стоимость человеческих страданий не высчитывается, поэтому у иска о компенсации морального вреда нет цены. Суммы, фигурирующие в исковых заявлениях (они нередко «заооблачны» и мотивированы единственным стремлением «получить побольше»), никакого юридического значения не имеют и не могут, в частности, обеспечиваться имущественным арестом. Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, и ее размер, определяемый судом, по самой природе не может быть высчитанным, эквивалентным.

В ст. 151 ГК РФ приведен перечень критериев, учитывающихся судом при определении размера компенсации морального вреда:

1. вина нарушителя;

2. степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред;

3. иные, заслуживающие внимания обстоятельства.

После введения в действие части 2 ГК РФ вышеуказанные критерии были дополнены критериями, установленными в ст. 1101 ГК РФ: характер физических и нравственных страданий, который должен оцениваться судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред; индивидуальные особенностей потерпевшего; требования разумности и справедливости.

Из содержания ст. 1099 ГК РФ следует, что размер компенсации морального вреда должен определяться в соответствии со ст.151, 1101 ГК РФ, рассмотрим существующие критерии оценки размера компенсации, определяемые применением этих норм.

Одним из критериев является степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Перечни случаев, когда вина не является основанием ответственности, указаны в ст. 1100 ГК РФ. Здесь, прежде всего, следует отметить, что при так называемой смешанной вине, т.е. при наличии вины потерпевшего в причинении ему морального вреда, должны применяться нормы ст. 1083 ГК РФ. В таких ситуациях должна учитываться и степень вины причинителя вреда (т.е. умысел или грубая неосторожность), а также отсутствие вины причинителя вреда - если он обязан возмещать его независимо от вины.

При этом ст. 151 ГК РФ обязывает суд при определении размера компенсации принимать во внимание «степень вины нарушителя» всегда, а ст. 1101 ГК РФ - учитывать «степень вины причинителя вреда», но лишь в тех случаях, «когда вина является основанием возмещения вреда». Это приводит к тому, что если, например, вред причинен распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, то размер взыскиваемой компенсации не зависит от того, действовал ли причинитель вреда умышленно, допустив легкую неосторожность, или даже невиновно. Предполагается, что такая норма необоснованна. Более логичной будет норма, содержащаяся в ст. 151 ГК РФ: суд всегда должен учитывать наличие или отсутствие вины причинителя вреда, а при наличии вины - учитывать ее степень.

Отмечу, что при смешанной вине, т.е. при наличии вины потерпевшего в причинении ему морального вреда должны применяться нормы ст. 1083 ГК РФ. В таких ситуациях должна учитываться и степень вины причинителя вреда (т.е. умысел или грубая неосторожность), а также отсутствие вины причинителя вреда – если он обязан возмещать его независимо от своей вины.

Когда лицо, потерпевшее имущественный вред, не было виновным ни в возникновении вреда, ни в увеличении его размеров, вина причинителя вреда не имеет значения при определении размера возмещаемых убытков. Но при компенсации морального вреда вина причинителя вреда учитывается и в таких ситуациях (в ст. ст. 151, 1101 ГК РФ). При этом ст. 151 ГК РФ обязывает суд при определении размера компенсации принимать во внимание «степень вины нарушителя» всегда, а ст. 1101 ГК РФ – учитывать «степень вины причинителя вреда», но лишь в тех случаях «когда вина является основанием возмещения вреда». Эта оговорка приводит к тому, что если, например, вред причинен распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, то размер взыскиваемой компенсации не зависит от того, действовал ли причинитель вреда умышленно, допустив легкую неосторожность, или даже невиновно. Думается, такая норма неоправданна. Здесь более логичной представляется норма, содержащаяся в ст. 151 ГК РФ: суд всегда должен учитывать наличие или отсутствие вины причинителя вреда, а при наличии вины – учитывать ее степень. Целесообразно, чтобы Верховный Суд РФ в соответствующем постановлении Пленума установил доли (проценты), в пределах которых может быть взыскана компенсация (например, при умышленной вине – 100%, при грубой неосторожности – 20%, при отсутствии вины – 10%).

Следующими критериями являются степень и характер физических и нравственных страданий потерпевшего (ст. 151 ГК РФ). Под степенью страданий следует понимать глубину страданий («глубина страданий» - возможно не очень хорошее сочетание, но именно так мы говорим, испытывая, например, боль - «сильная боль», «терпимая боль», «слабая боль», «нетерпимая боль», это определяет, насколько глубоко страдание). При этом для «среднего» человека глубина страданий зависит в основном от вида того неимущественного блага, которому причиняется вред, а индивидуальные особенности потерпевшего могут повышать или понижать эту глубину (степень). Упоминание законодателем степени страданий, связанной с индивидуальными особенностями потерпевшего, предполагает наличие некой средней глубины страданий, но об ее учете нет специального указания, так как наличие морального вреда - это необходимое условие возникновения самого права на его компенсацию, и законодатель делает акцент на критерии, позволяющем определить этот размер применительно к конкретному делу. Поэтому во внимание должны приниматься как «средняя» глубина (презюмируемый моральный вред), так и обусловленные индивидуальными особенностями потерпевшего отклонения от нее, что даст возможность суду учесть действительный моральный вред и определить соответствующий ему размер компенсации.

Таким образом, необходимым критерием размера компенсации во всех случаях будет средняя глубина страданий, или презюмируемый моральный вред, для определенного вида правонарушения.

Презюмируемый моральный вред - это страдания, которые должен испытывать т.е. не может не испытывать) «средний», «нормально» реагирующий на совершение, в отношении него противоправного деяния, человек.

Для целей компенсации морального вреда законодатель подразделил страдания как общее понятие нравственные и физические страдания. Исходя из требования оценивать при определении размера компенсации характер физических и нравственных страданий, можно предположить, что законодатель поставил размер компенсации в зависимость от их видов. Под видами физических страданий можно понимать негативные ощущения (боль, удушье, тошноту, головокружение и т.п.); под видами нравственных страданий - страх, горе, стыд; беспокойство, унижение и другие негативные эмоции. Характер физических и нравственных страданий в таком понимании можно было бы учитывать и оценивать, если бы можно было установить некую количественную соотносительность между вышеперечисленными разновидностями таких страданий. Однако не представляется возможным и целесообразным ни теоретически, ни практически ввести какое-либо объективное соотношение между, например тошнотой и удушьем, страхом и горем, стыдом и унижением. Думается, что «учитывать» характер физических страданий, а характер и значимость тех нематериальных благ, которым причинен вред, поскольку именно они и определяют величину причиненного морального вреда.

Практика применения норм о компенсации морального вреда выработала ряд дополнительных рекомендаций для определения размера компенсации. Так, в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 29 сентября 1994 г. указано, что размер компенсации не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки, а должен основываться на характере и объеме причиненных потребителю нравственных и физических страданий в каждом конкретном случае.

Рассмотрим указанные в ст. 1101 ГК РФ такие критерии как требование разумности и справедливости. Данные требования имеют юридическую неопределенность. Нельзя измерить нематериальные блага в денежном эквиваленте, соответственно невозможно говорить о какой-либо эквивалентности степени и характера страданий размеру компенсации.

Анализ ст. 1101 ГК РФ в части требований разумности и справедливости целесообразно проводить с учетом ст. 6 ГК РФ, устанавливающей правила применения аналогии права. Согласно этой норме, при невозможности использования аналогии закона, права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости. Эти понятия дают большой простор судейскому усмотрению при решении конкретного дела. Не случайно компенсация морального вреда оказалась единственным гражданско-правовым институтом (понятие разумности содержится также в ст. 10 ГК, но имеет там иное содержание), где законодатель специально предписал учитывать требования разумности и справедливости при определении размера компенсации морального вреда. В данном случае, прежде всего, принимается во внимание то, глубина страданий не поддается точному измерению и в деньгах неизмерима в принципе. Поэтому нельзя говорить о какой-либо эквивалентности ее размеру компенсации. Однако разумно и справедливо предположить, что размер компенсации должен быть адекватен перенесенным страданием.

Неразумно и несправедливо было бы присудить при прочих равных обстоятельствах (равной степени вины причинителя вреда, отсутствии существенных индивидуальных особенностей потерпевшего и других заслуживающих внимания обстоятельств) компенсацию лицу, перенесшему страдания в связи с нарушением его личного неимущественного права на неприкосновенность произведения, в размере, равном или большем, компенсации, присужденной лицу, перенесшему страдания в связи с нарушением его личного неимущественного права на здоровье, выразившееся в утрате зрения или слуха (обобщение судебной практике позволяет сделать вывод о том, что подобные случаи нередки). Поэтому требование разумности и справедливости следует рассматривать как обращенное к суду требование о соблюдении разумных и справедливых соотношений присуждаемых по разным делам размеров компенсации морального вреда. Если бы на территории РФ действовал один судебный состав, рассматривающий все иски, связанные с компенсацией морального вреда, требование разумности и справедливости могло бы быть достаточно легко выполнимо. Вынося свое первое решение о компенсации морального вреда, такой судебный состав тем самым установил бы для себя определенный не писанный базисный уровень размера компенсации, опираясь на который выполнял бы требование разумности и справедливости при вынесении всех последующих решений. Однако, как известно, такая гипотетическая ситуация в действительности невозможна, т.к. в России действует большое количество судов. Поэтому должен существовать писаный, единый для всех судов базисный уровень компенсации и методика определения ее окончательного размера.

Рассмотрим следующий пример № 1. Решением Минусинского городского суда Красноярского края с Министерства финансов Российской Федерации в пользу гражданки А.А. Веретенниковой были взысканы денежные средства в возмещение вреда, причиненного ей в результате незаконных действий органов предварительного расследования, прокуратуры и суда; суд, учитывая фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности и характеристику личности А.А. Веретенниковой, тяжесть нравственных страданий, понесенных ею, а также исходя из положений статьи 1101 ГК Российской Федерации о необходимости учета требований разумности и справедливости, компенсировал А.А. Веретенниковой причиненный моральный вред в сумме 10000 руб.

Потерпевшая обратилась в Конституционный Суд Российской Федерации о соответствии положения пункта 2 статьи 1101 ГК РФ Конституции РФ, согласно которому при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. По мнению заявительницы, данным положением, как неопределенным по своему содержанию, а потому не обеспечивающим равенство прав граждан в отношениях с государством, в частности при определении судом размера компенсации морального вреда, причиненного гражданам незаконными действиями государственных органов, перечисленными в статье 1100 Гражданского кодекса РФ, были нарушены ее права и свободы, гарантированные статьями 2, 19 и 45 Конституции Российской Федерации.

Конституционный Суд РФ, изучив представленные гражданкой А.А. Веретенниковой материалы, не нашел оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.

Пример №2. Истица обратилась в суд с иском к организации о компенсации морального вреда. В обоснование заявленного требования она ссылалась на то, что её дочь, работавшая у ответчика бригадиром колесного парка ходовых частей, во внеурочное время пришла для передачи ключей Ф. Возвращаясь, дочь упала в цех отстойника для обмывки деталей тележек, содержащих раствор каустической соды, и от полученных химических ожогов скончалась. В связи с гибелью единственной дочери, 1978 г.р., истица просила взыскать с ответчика в качестве компенсации морального вреда 100 000 рублей.

Решением районного суда требования истицы удовлетворены частично, в ее пользу с ответчика взыскано в качестве компенсации морального вреда 15000 рублей.

С выводом суда о взыскании в пользу истицы в качестве компенсации морального вреда в связи со смертью дочери 15000 рублей согласиться нельзя.

Судом первой инстанции правильно признано, что использование ответчиком в процессе осуществления своей деятельности установки для обмывки деталей требует неукоснительного соблюдения инструкции по применению этой установки, поскольку данный объект производственного назначения обладает свойствами повышенной опасности причинения вреда и жизни и здоровью. В нарушении инструкции на отстойнике канала перелива отсутствовала крышка, проход в зону отстойника не был оборудован защитным ограждением и предупреждающими знаками. Постановлением о прекращении уголовного дела (прекращено в связи с амнистией) в отношении начальника цеха ходовых частей установлено, что последний не контролировал выполнение мастерами инструкции по применению установки, чем совершил деяние, предусмотренное ч. 2 ст.109 УК РФ. Указанные выше причины привели к несчастному случаю с дочерью истицы со смертельным исходом.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как указано в решении, суд «полагает, что истица пережила огромные нравственные страдания в связи с потерей единственной дочери; неизгладимая боль утраты близкого человека; для матери потерять дочь в любом возрасте является огромным горем».

Между тем определенная судом к взысканию в пользу истицы в качестве компенсации морального вреда сумма в 15000 рублей явно несоразмерна тем нравственным страданиям, которые испытывает истица в связи со смертью единственной дочери.

Более того, суд не учел, что ответчик – это юридическое лицо, которое должно обеспечить безопасность людей при проходе по территории предприятия.

По изложенным основаниям Президиум краевого суда удовлетворил протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ и вынес новое решение, которым исковые требования заявительницы удовлетворены в полном объеме.

В практике зачастую встречаются случаи необоснованного занижения судами размера компенсации за моральный вред, невыполнения требований разумности и справедливости.

Так, решением от 17 мая 2006г. Останкинским судом г. Москвы взыскана с ЗАО «Проф-Медиа-Пресс» в пользу А. сумма в чет компенсации морального вреда. Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 17 октября 2006г. данное решение отменено. При новом рассмотрении дела решением Останкинского районного суда г. Москвы от 22 декабря 2006г. взысканная с ответчика в пользу истца сумма в счет денежной компенсации морального вреда удвоена. При определении размера этой суммы суд учел, что следствием вмешательства ответчика в частную жизнь истца последний помимо нравственных испытал и физические страдания. После публикации у истца настолько ухудшилось самочувствие, что он вынужден был прервать работу и обратиться в лечебное учреждение.

Вместе с тем заявленная истцом к взысканию сумма в размере 30 млн. руб. судом признана не соответствующей требованиям разумности и справедливости и направленной на прекращение деятельности средства массовой информации.

Согласно статье 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда, возмещаемого гражданину, определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, оцениваемого с учетом индивидуальных особенностей лица, которому причинен вред, исходя из требований разумности и справедливости. Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" было разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Таким образом, гражданское законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации (статьи 151 и 1101 ГК РФ). Поэтому суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в статье 1100 ГК Российской Федерации, в совокупности оценивает конкретные незаконные действия органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, соотнося их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности.

Следовательно, разрешение вопроса о том, является ли обоснованным тот или иной размер компенсации вреда, взыскиваемый в пользу заявительницы, требует установления и исследования фактических обстоятельств конкретного дела.

Само по себе использование в оспариваемой норме таких оценочных понятий, как "разумность" и "справедливость" в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера компенсации морального вреда, не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы и не приводит к какому-либо неравенству при ее применении, поскольку названное правовое предписание не препятствует возмещению морального вреда гражданину в случаях, предусмотренных законодательством.

Если суд, применяя общую правовую норму к конкретным обстоятельствам дела, принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, это не может рассматриваться как нарушение конституционных прав и свобод гражданина.

Законодатель не уставил общее правовое предписание, касающееся методики определения размера компенсации и базисного уровня, отнеся данный вопрос полностью на усмотрение суда. В данном случае Верховный Суд РФ, должен, в порядке обеспечения единообразного применения законов при осуществлении правосудия, предложить судам общий базис и подход к определению размера компенсации морального вреда, оставляя при этом достаточный простор усмотрению суда при решении конкретных дел.

Главным критерием, выступает учет индивидуальных особенностей потерпевшего. Э. Гаврилов считает, что размер компенсации морального вреда не должен зависеть от личностных особенностей потерпевшего, степени его эмоциональности, ранимости, уровня самооценки, физического развития, пола и т.д. Таким образом, не учитывается специфика морального вреда и он фактически идентифицируется с материальным вредом, это вытекает из того, что у людей различная выносливость, разный болевой порог и различная способность терпеть физическую боль. Нельзя предполагать, что удар одинаковой силы по лицу боксера и ребенка причинит им одинаковую физическую боль, и одинаковой моральный вред, который компенсируется одинаковой денежной суммой.

Закон не даёт четких оснований о том, какие именно индивидуальные особенности потерпевшего могут влиять на размер денежных сумм, взыскиваемых при компенсации морального вреда. Неразрешённым остается вопрос - нужно ли учитывать материальное положение потерпевшего при определении размера компенсации морального вреда?

Э. Гаврилов обоснованно указывает на возможность применения положений гл. 59 ГК («Обязательства вследствие причинения вреда») к обязательствам из причинения морального вреда. Законодатель предписывает учитывать доходы (ст. 1085 ГК РФ). Применительно же к определению размера компенсации морального вреда необходимо во всех случаях учитывать материальное положение лица, которому причинен вред. При этом, чем выше доходы потерпевшего, тем большая сумма должна взыскаться. На первый взгляд, такая постановка вопроса грубо нарушает принципы равноправия граждан. Однако необходимость учета материального положения потерпевшего в данном случае продиктована спецификой компенсируемого вреда. Когда лицу причинен материальный ущерб, затруднения при определении суммы возмещения могут возникнуть лишь в связи с установлением денежной стоимости. Моральный же вред, как категория нематериальная, не может быть оценен денежный суммой. Компенсация морального вреда есть предоставление потерпевшему возможности испытать за счет взысканной суммы положительные эмоции, соразмерные испытанным им физическим или нравственным страданиям. Предположим, что двум лицам причинены нравственные страдания одинаковой степени тяжести, т.е. потерпевшие испытали одинаковое количество отрицательных эмоций. При этом один потерпевший имеет очень высокий доход, а другой является безработным, уровень его доходов крайне низок. Естественно, что состоятельному человеку для того, чтобы испытать положительные эмоции, соразмерные причиненному моральному вреду, необходима горазда большая сумма денег, чем человеку малообеспеченному. Безработный человек может испытать точно такие же положительные эмоции от покупки предметов одежды на взысканные деньги, как и обеспеченный человек - от приобретения нового автомобиля.Представляется, что в обоих случаях обоим лицам в равной степени компенсирован причиненный моральный вред, хотя взысканные суммы неодинаковы.

Например, воспользовавшись своим правом на судебную защиту, Б. Обратился в Таганский районный суд г. Москвы с иском к ООО «Арбат энд Ко», редакции журнала «Арбат Престиж ТелеГид» о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, указав, что в рубрике журнала «Холостяки под прицелом» была опубликована статья, в которой распространены оскорбительные сведения, которые, по мнению автора статьи, якобы имели место и которыми истец публично гордился. Между тем распространенные сведения не соответствуют действительности, порочат его честь, достоинство, деловую репутацию и причиняют ему нравственные страдания.

В решении от 31 октября 2005г. Таганский районный суд г. Москвы правильно указал, что Б. Является публичным лицом, поэтому любая информация, касающаяся истца, тут же подхватывается средствами массовой информации и обсуждается миллионами граждан. Общеизвестным фактом является его профессиональная и благотворительная деятельность, в связи с чем распространение сведений, не соответствующих действительности, влечет негативное последствие для его деловой репутации.

Признав требования обоснованными, суд обязал ООО «Арбат энд Ко» опровергнуть сведения, не соответствующие действительности, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, в течении десяти дней со дня вступления в законную силу и взыскал сумму в возмещении морального вреда.

Таким образом, при определении размера взыскиваемой в счет компенсации морального вреда денежной суммы, судам необходимо учитывать личность истца, его общественное положение, занимаемую должность; его материальное положение; содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании; в определенных случаях количество экземпляров печатного издания и его влияние на формирование негативного мнения об истце у жителей региона или населенного пункта; нравственные и физические страдания истца; конкретные негативные последствия, наступившие для истца в результате распространения сведений, порочащих честь, достоинство, деловую репутацию; требования разумности и справедливости и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В то же время размер компенсации морального вреда нельзя автоматически ставить в зависимость от высокой должности потерпевшего. Важнейший критерий при определении размера компенсации – требования разумности и справедливости. Они включают в себя учет имущественного положения причинителя вреда и виновного поведения самого потерпевшего. В равной мере неприемлемы как точка зрения, считающая, что размер компенсации морального вреда должен определяться, как правило, символической суммой, так и позиция, согласно которой всегда должны взыскиваться значительные суммы. Всё определяется совокупностью обстоятельств данного конкретного дела. Несомненно, что при серьезности нарушения и высокой степени вины причинителя вреда, размер компенсации должен быть для него чувствительным.

Также встречаются противоречия при определении размера компенсации морального вреда, причиненного действиями медицинских работников.

Достаточно распространенным заблуждением руководителей медицинских организаций является мнение о том, что если уголовное дело против конкретного работника прекращено за не доказанностью его вины, в частности при невозможности установить прямую причинную связь между его действиями и наступившим вредом, то это должно иметь преюдициальное значение для суда, рассматривающего гражданского дело по иску пациента, а следовательно, медицинское учреждение также должно быть освобождено от ответственности за отсутствием его вины. Однако гражданское и уголовное правонарушения не тождественны.

Установление причинной связи между деятельностью и вредным результатом при оказании медицинской помощи вообще устанавливать очень трудно:

Во–первых, потому, что вредный результат проявляется не сразу;

Во-вторых, потому, что он не является чаще всего следствием нескольких вредоносных действий, каждое из которых само по себе и в совокупности с другими может привести к вредным последствиям.

Ю.Д. Сергеев и С.В. Ерофеев предлагают внедрить мониторинг судебно-медицинских экспертиз неблагоприятных исходов медицинской помощи. В случае таких исходов проводится комиссионная судебно-медицинская экспертиза, главной задачей которой состоит в профессиональной оценке ущерба и осложнений здоровья пациента, в определении размера компенсации нанесенного морального вреда.

Возникает необходимость определить следующее:

- насколько осложнение находится в причинно-следственной связи с причинением ущерба здоровью или даже смертью пациента;

- вызваны ли осложнения врачебными ошибками;

- находятся ли осложнения, ущерб здоровью ил наступление смерти гражданина в прямой причинно-следственной связи с халатностью, преступной небрежностью, заведомо неправильными врачебными действиями, в основе которых лежит профессиональное, преступное невежество.

Особенности оценки качества медицинской помощи, а также взаимоотношений лечебно-профилактического учреждения и пациента, проблемы ответственности медицинского персонала будут содержаться и фиксироваться в материалах комиссионных экспертиз «медицинских происшествий».

Также для быстрого и справедливого разрешения судами гражданских дел о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской услуги необходимо закрепить в ГК РФ обязательное назначение психологической экспертизы.

2.2 Методика и критерии определения размера компенсации морального вреда

Одним из дискуссионных вопросов в российском праве является определение размера компенсации морального вреда.

Задача юристов в данной области – выработать критерии определения размера компенсации за причинение морального вреда. К сожалению, современное законодательство России не содержит универсальных норм, регулирующих случаи возмещения морального вреда. Приведенных же, например, в Гражданском кодексе РФ положений, которыми должны руководствоваться суды при определении размера компенсации морального вреда, явно недостаточно, так как они отличаются неопределенностью и неконкретностью. В связи с этим не выработана единообразная практика решения данного вопроса: судьи вынуждены самостоятельно – исходя из своего понимания права, убеждений и жизненного опыта – определять размер денежной компенсации морального вреда. Результат такого положения в российском праве – беспорядочность судебных решений и чрезмерное количество предъявляемых исков о возмещении морального вреда. Ярким примером несогласованности в вопросе определения судьями размера компенсации морального вреда могут служить два приговора Гатчинского городского федерального суда Ленинградской области. Так, согласно одному из них (от 11 сентября 1997г.) с Кабак В.С., осужденного по ч. ст.264 ГК РФ, в полу потерпевшего Серикова С.В. в качестве компенсации причиненного преступлением морального вреда взыскан 1 млн. неденоминированных рублей. А в соответствии с другим приговором этого же суда (от 19 февраля 1997г.) с Григорьева А.Н., осужденного по той же ч. 1 ст.264 УК РФ, в пользу потерпевшего Милюкова С.Н. взыскано 30 млн. неденомированных рублей.

Можно выделить два подхода при определении величины денежной компенсации морального вреда: прецедентный и нормативный. Рассматривая первый – прецедентный подход, следует отметить, что в России право не имеет такого явно выраженного прецедентного характера, как в Великобритании, где принимается ссылка на случай, имевший место в прошлом. В РФ ссылка на имевший место прецедент по аналогичному делу, отличающемуся только фамилиями его участников, не применима.

При реализации второго подхода – нормативного – может быть использована достаточно простая схема расчета: например, денежная компенсация за моральный вред не превышает определенного процента от суммы имущественного иска, требуемой от ответчика. Причем для разных величин исковых сумм этот процент – разный (например, при сумме иска до 10 000 руб. денежная компенсация за моральный вред не превышает 30% этой суммы).

При рассмотрении этих подходов следует иметь ввиду, что используемые в них количественные соотношения отражают субъективные мнения конкретных личностей, в том числе и облеченных определенным влиянием и властными функциями. В этих соотношениях отражаются субъективные взгляды личности, которым можно противопоставить другие, тоже аргументированные, поскольку в решении этого вопроса отсутствуют объективные оценки – количественные средства измерения рассматриваемого явления - морального вреда.

Одним из способов разрешения проблемы определения размера морального вреда может служить разработанная А.М. Эрделевским формула, которая была отрицательно воспринята судейским корпусом и не применяется в практической деятельности судов. Однако главная функция судей – это осуществление правосудия: суд должен выносить решения, основываясь на полном, объективном и всестороннем исследовании имеющихся доказательств (ст. 67 ГПК РФ).

Правовой основой предлагаемой теории является положение ст. 11 ГПК РФ, согласно которой предусмотрено право суда при разрешении дел исходить из общих начал и смысла законодательства, если отсутствует материальный закон, регулирующий спорное или сходное с ним правоотношение. При возмещении имущественного вреда гражданское законодательство применяет принцип эквивалентности (равенства) размера возмещения размеру причиненного вреда. Однако, в силу специфики морального вреда, в случае компенсации морального вреда принцип эквивалентности неприменим. Из смысла гражданского законодательства следует вывод, что к компенсации морального вреда и должен применяться принцип адекватности (соответствия), это связано с тем, что в случае, когда размер компенсации не может быть равен размеру причиненного вреда, то должен отчасти соответствовать ему.

В настоящее время в гражданско-правовом обороте наиболее полно отработаны количественные показатели, характеризующие соотношение значимости охраняемых (общечеловеческих, общепризнанных) благ и санкций норм Уголовного Кодекса РФ. Эти сравнительные соотношения максимальных санкций за различные по тяжести противоправные действия предлагается использовать для определения размеров возмещения морального вреда различного уровня. За основу определения денежной компенсации морального вреда принимается некоторый базовый (или максимальный) размер такой компенсации, который затем умножается на несколько коэффициентов, отражающих конкретные обстоятельства рассматриваемого дела. В целом эти коэффициенты отражают в обобщенном виде особенности конкретных ситуаций. К числу таких коэффициентов относятся: степень вины потерпевшего, степень вины причинителя вреда, коэффициент учета заслуживающих внимания обстоятельств, коэффициент индивидуальных особенностей потерпевшего.

В работе Эрделевского А.М. приведена таблица значений этих коэффициентов, составленных для широкого диапазона изменения внешних условий. Эта таблица позволяет достаточно оперативно от словесного описания обстоятельств перейти к цифровому значению коэффициента. Например, степень вины причинителя вреда: простая (0,25) и грубая (0,5) неосторожность; косвенный (0,75) прямой (1,0) умысел. Автор предлагает базисный уровень размера компенсации, который определяется применительно к страданиям, испытываемым потерпевшим при причинении тяжкого вреда здоровью, и составляет 720 минимальных размеров оплаты труда (МРОТ). Установление именно такого среднемесячного заработка физического лица в наибольшей степени стимулировалось налоговым законодательством, по мнению А.М. Эрдилевского. Используя данный базисный уровень и, используя, вышеуказанные соотношения максимальных санкций норм уголовного кодекса автор разработал таблицу размеров компенсации морального вреда применительно к различным видам нарушений прав личности, которая может подвергаться корректировке при соответствующих изменениях законодательства. Данная корректировка также касается и базисного размера компенсации, но если изменения законодательства дадут все основания полагать, что предлагаемый размер компенсации будет более обоснован.

Указание законодателем степени страданий, связанной с индивидуальными особенностями потерпевшего, предполагает наличие некой средней глубины страданий, но об ее учете нет специального указания, так как наличие морального вреда - это необходимое условие возникновения самого права на его компенсацию, и законодатель делает акцент на критерии, позволяющем определить этот размер применительно к конкретному делу.

В связи с этим, во внимание должны приниматься как «средняя» глубина (презюмируемый моральный вред), так и обусловленные индивидуальными особенностями потерпевшего отклонения от нее, что даст, по мнению А.М. Эрдилевского, возможность суду учесть действительный моральный вред и определить соответствующий ему размер компенсации.

Из вышесказанного следует, что необходимым критерием размера компенсации во всех случаях будет средняя глубина страданий, или презюмируемый моральный вред, для определенного вида правонарушения.

Следовательно, презюмируемый моральный вред - это те страдания, которые должен испытывать (не может не испытывать) «средний», «нормально» гражданин, реагирующий на совершение, в отношении него противоправного деяния.

Конечный размер компенсации может, как уменьшиться, так и увеличится по сравнению с размером компенсации презюмируемого морального вреда, образуя, таким образом, размер компенсации действительного морального вреда. При этом размер компенсации действительного морального вреда не должен превышать размер компенсации презюмируемого морального вреда более чем в четыре раза, что позволяет зафиксировать применительно к отдельным видам правонарушений максимальный уровень ее размера. Размер компенсации действительного морального вреда может отклоняться в сторону уменьшения от размера компенсации презюмируемого морального вреда неограниченно, вплоть до полного отказа в его компенсации. Такой подход, по мнению автора, представляется оправданным: с одной стороны, он устанавливает определенные ориентиры и пределы для правоприменителя, оставляя вместе с тем достаточную свободу для судебного усмотрения и учета особенностей конкретного дела в установленных пределах; с другой стороны, позволяет учитывать, что человеческая психика имеет определенный «пороговый» уровень реагирования страданиями на негативные внешние воздействия при превышении которого, дальнейшего увеличения степени страданий не происходит.

При определении размера компенсации действительного морального вреда А.М. Эрделевский рекомендует для учета степени вины потерпевшего и имущественного положения причинителя вреда применять следующую формулу:

D= d×fv×j×c×(1-fs).

D - размер компенсации действительного морального вреда;

fv - степень вины причинителя вреда; при этом 0 < fv < 1;

j – коэффициент индивидуальных особенностей потерпевшего, при этом 0 < j < 2;

с - коэффициент учета заслуживающих внимания фактических обстоятельств, при этом 0 < с < 2;

fs - степень вины потерпевшего, при этом 0 < fs < 1.

Из приведенной формулы, видно, что максимальный размер компенсации действительного морального вреда равен четырехкратному размеру компенсации презюмируемого морального вреда.

Использование формулы предполагает следующие допущения относительно степени вины причинителя вреда:

1) fv = 0,25 при наличии грубой неосторожности;

2) fv = 0,75 при наличии косвенного умысла;

3) fv = 0,5 при наличии прямого умысла.

В связи с тем, что вина потерпевшего в целях снижения размера компенсации учитывается только при наличии в его действиях грубой неосторожности, ее значение можно принимать равным 0,5 (fs = 0,5). Эти допущения могут быть использованы, если суд не найдет оснований для применения иных значений этих критериев в установленных пределах. Степень вины потерпевшего fs при наличии любого вида умысла потерпевшего должна приниматься равной 1, что тождественно отказу в компенсации морального вреда (п. 1 ст. 1083 ГК РФ).

Критерии учета индивидуальных особенностей потерпевшего и обстоятельств причинения морального вреда проявляют наибольшую зависимость от вида правонарушения. Некоторые из этих особенностей и обстоятельств являются общими для всех видов правонарушений (так, добровольная компенсация правонарушителем причиненного морального вреда или совершение им иных действий, направленных на сглаживание причиненных страданий, всегда должно повлечь существенное снижение коэффициента учета фактических обстоятельств «с» и, соответственно, размера компенсации действительного морального вреда); но, как правило, каждому виду правонарушений свойственны характерные именно для этого вида особенности и обстоятельства.

Например, при причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, одним из заслуживающих внимания обстоятельств является характер телесного повреждения (повреждение крупного кровеносного сосуда при своевременно оказанной медицинской помощи может не повлечь существенных болевых ощущений, а нравственные страдания могут выразиться в кратковременных переживаниях в виде страха за свою жизнь, испытанных до устранения непосредственной угрозы жизни).

Данные обстоятельства должны учитываться судом путем установления коэффициента «с» меньшим единицы. В редких случаях может устанавливаться у потерпевшего был низкий или высокий по сравнению с нормальным, уровень болевых реакций, что является для суда основанием для соответствующей корректировки размера компенсации действительного морального вреда путем установления коэффициента учета индивидуальных особенностей «j» соответственно меньшим или большем единицы.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного правонарушениями, умаляющими честь и достоинство личности, обстоятельствами, влияющими на величину коэффициента «с», являются: характер распространенных сведений, определяющий ту степень, в какой они могут признаваться позорящими; последствия, наступившее для потерпевшего в результате распространения таких сведений.

Данная позиция А.М. Эрдилевского достаточна обоснованна и отражает основные критерии, основываясь на которых, можно с достаточной точностью определить размер компенсации морального вреда. В итоге, положительно оценивая данную методику, необходимо отметить, что не совсем корректно определять размер компенсации морального вреда в случае привлечения невиновного к уголовной ответственности в 360 минимальных размеров оплаты труда, а, допустим, осуждения невиновного - в 288. Ведь, лицо, являющееся жертвой следственной (привлечение невиновного к уголовной ответственности), и судебной (осуждения невиновного) ошибок, испытывает более длительные и глубокие нравственные переживания и страдания. Даже на этом примере, по всей видимости, необходима корректировка предлагаемых А.М. Эрдилевским размеров компенсации морального вреда.

Существуют и иные точки зрения на порядок определения размера компенсации морального вреда, в основном, однако, дополняющие методику А.М. Эрдилевского.

М.Н. Малеина, например, к числу критериев определения размера компенсации за причинения морального вреда (помимо степени вины нарушителя, степени и характера нравственных и физических страданий, требований справедливости и разумности) предлагает отнести общественную оценку фактического обстоятельства, причинившего вред, и зону распространения информации о происшедшем событии. При причинении физического вреда – вид и степень тяжести повреждения здоровья, длительность или кратковременность расстройства здоровья, степень стойкости утраты трудоспособности и т.д.

К критериям определения размера компенсации морального вреда А.В. Шичанин относит силу причиненного вреда, материальное и социальное положение сторон, а также местные условия и нравы.

Интересен взгляд на вопрос определения размера компенсации морального вреда В.Я. Понаринова, специализирующегося в сфере углового судопроизводства. Он предложил два метода оценки морального вреда: «поденный» и «посанкционный».

Посанкционный метод основывается на соотношении размера компенсации морального вреда со степенью меры наказания преступника, что соответствует методу А.М. Эрдилевского. Суть же поденного метода сводится к принятию судом во внимание количества дней в году и к учету доли ежемесячного заработка (дохода) виновного, приходящегося на один день. Если суд придёт к выводу о необходимости взыскания с ответчика суммы денег в размере семнадцатидневного дохода, то, зная его доход, приходящийся на один день, легко определить и общую сумму денег, подлежащую взысканию с виннового в качестве компенсации морального вреда. Однако уязвимость этого метода состоит в том, что он не связан тесно с самим деянием, его правовой оценкой и вызванными им последствиями.

Таким образом, мы видим, что при всей логичности разработанной А.М. Эрделевским методики (формулы), касающейся определения размера компенсации морального вреда, вряд ли стоит утверждать, что она является идеальной и не требует дальнейшей научной разработки и уточнения.

Кроме того, наряду с вышеприведенными критериями определения размера морального вреда следует принимать во внимание, что, как отмечала К.Б. Ярошенко, «компенсация морального вреда – это одна из форм гражданско-правовой ответственности, и поэтому к ней применимы не только специальные нормы, но и общие нормы, посвященные деликтным обязательствам. Здесь совершенно справедливо затрагивается тема возможности компенсации морального вреда в зависимости от действий и вины самого потерпевшего, т.е. имеются в виду нормы, установленные в п.1 и 2 ст. 1083 ГК РФ. Такое уточнение очень важно, ибо, рассматривая характеристики причинившего вред, не следует оставлять без внимания действия и степень вины самого потерпевшего (например, если он был инициатором конфликта).

Как показывает судебная практика, суды, принимая решении о компенсации морального вреда, самоустранились от определения критериев оценки размера компенсации морального вреда. В большинстве случаев решения суда в нарушение норм ГПК РФ не мотивированы, в них нет указаний на то, как определялся размер компенсации морального вреда и какими доводами руководствовался суд при удовлетворении иска.

Бесспорно, разработка критериев определения размера компенсации морального вреда, более чем необходима. Такие критерии позволят российскому судопроизводству продуктивнее разрешать вопросы о компенсации морального вреда. Следует заметить, что не во всех странах мира выработана универсальная методика определения размера компенсации морального вреда. Нет ее, например, и в таких странах континентальной правовой системы, как Германия и Франция, в отличие от стран англо-американского права, основанного на применении прецедентного права, определившего предельные экономические уровни компенсации морального вреда. В связи с этим Россия не может воспользоваться в полном объеме международным опытом, чему сопутствуют и отличие правовой системы, и отсутствие достаточной судебной практики, и нестабильное экономическое и политическое положение нашей страны.

Но мой взгляд, попытки специалистов выработать единый основополагающий базис размера компенсации морального вреда и методику определения ее размера для судов заслуживают одобрения и поддержки. Это связано с тем, что размер компенсации морального вреда должен быть четко определен. Единицей измерения данного размера должна быть не конкретная денежная сумма (как, например, в США или Великобритании), а минимальный уровень жизнеобеспечения человека на единицу времени.

Методика, предложенная А.М. Эрделевским представляет значительный шаг вперед в исследовании такого трудно формализуемого явления, как оценка морального вреда. Однако в ней труднообъяснимый процесс определения денежной компенсации морального вреда, выполняемый судьей, переносится в другую область – в область эмпирических коэффициентов. Выбор конкретных значений этих коэффициентов осуществляется лицом, производящим расчет, но уровень объективности при этом выше, чем при интуитивном принятии решения.

К сожалению, МРОТ не отражает объективное экономическое положение в стране. В связи с тем, что экономическая ситуация в России неоднородна, следует определять максимальный уровень компенсации морального вреда в зависимости от экономической обстановки в конкретном регионе России для защиты имущественных интересов причинителя вреда и соблюдения принципа справедливости. В отличии от максимального уровня компенсации минимальный уровень ограничению не подлежит.

Помимо указанных в законодательстве критериев определения размера компенсации морального вреда должны учитываться также:

Индивидуальные (психологические, физические и социальные) особенности причинителя вреда и потерпевшего;

Длительность отрицательного воздействия на потерпевшего;

Культурные, религиозные и прочие нравственные особенности причинителя вреда и потерпевшего.

2.3 Компенсация морального вреда юридическому лицу в российском праве

На практике положения о возможности компенсации морального вреда юридическому лицу вызывает различные сложности и проблемы.

Если проанализировать определение морального вреда, изложенного в ст. 151 ГК РФ, и условия его возмещения можно сделать вывод, что, моральный вред причиняется лишь физическим лицам. Юридическому лицу не могут быть причинены нравственные или физические страдания. В соответствии с п.7 ст. 152 ГК РФ правила о защите деловой репутации применяются и к защите деловой репутации юридического лица. В числе этих правил предусмотрены не только возмещение убытков, но и компенсация морального вреда. Опираясь на эту законодательную норму, Пленум Верховного Суда РФ в постановлении №10 от 20 декабря 1994 года в п. 5 указал: «Правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица (п.7 ст. 152 первой части Гражданского кодекса Российской Федерации по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995г.)».

Анализируя вышеуказанный положение постановления Пленума, В. Жуйков указал следующее: «разъяснение дано в связи с тем, что на практике возникли сомнения в возможности возмещения морального вреда юридическому лицу, поскольку оно не может испытывать физических или нравственных страданий».

Рассмотрим следующий пример:

Решением от 17 января 2002 года Свердловский районный суд города Иркутска удовлетворил иск муниципального унитарного предприятия "Водоканал" о взыскании с гражданина В.А. Шлафмана 2000 рублей в качестве компенсации морального вреда, признав, что ответчик распространил в отношении сотрудников МУП "Водоканал" сведения, порочащие деловую репутацию предприятия.

Ответчик обратился в Конституционный суд РФ о проверки положений п.7 ст. 152 ГК РФ на соответствие Конституции РФ. Однако, Конституционный Суд РФ, изучив жалобу, с приложенными материалам, указал что доводы В.А. Шлафмана не имеет под собой достаточных оснований. Судом было установлено, что положение пункта 7 статьи 152 Гражданского кодекса РФ в значении, придаваемом ему правоприменительной практикой, нарушаются его права, закрепленные статьями 4, 15, 17, 18, 19, 46 и 55 Конституции РФ соответствует действующему законодательству.

В соответствии со ст. 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением (п.5 ст. 152 ГК РФ). В части, касающейся защиты деловой репутации гражданина, данное право применяется к защите деловой репутации юридических лиц (пункт 7 статьи 152 ГК РФ).

Возможность применения того или иного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц сначала вытекать из правовой сущности юридического лица. Если в законе нет прямого указания на способ защиты деловой репутации юридических лиц, это не лишает права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), следующее из существа нарушенного нематериального права и характера последствий данного нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ). Данное положение основано на части второй статьи 45 Конституции РФ, в соответствии с которой каждый гражданин защищает, принадлежащие ему права и свободы способами, не запрещенными законом.

Однако арбитражная практика придерживается иного мнения.

Крестьянско-фермерское хозяйство «Остриково» (далее – КФХ «Остриково») обратилось в арбитражный суд с иском к главе Администрации Краснодарского края о взыскании 95 564 700 руб., из которых 1 929 700 руб. причиненный наводнением материальный ущерб, 93 635 тыс. руб. упущенная выгода, 5 млн. руб. моральный вред. Требования обоснованы ненадлежащим исполнением ответчиком обязанности по своевременному предупреждению населения о наводнении, в результате чего КФХ «Остриково» причинен материальный ущерб.

Решением от 19.05.2005г. в удовлетворении исковых требований отказано на том основании, что отсутствует причинно-следственная связь между допущенным нарушением и возникшими у КФХ «Остриково» убытками, недосказанностью размера убытков. Суд также указал, что КФХ «Остриково» являясь юридическим лицом, не может испытывать нравственные и физические страдания, поэтому требование о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению, так как в соответствии со ст. 151 ГК РФ моральный вред подлежит возмещению гражданину. Причинение морального вреда членам хозяйства не может служить основанием для возмещения морального вреда самому юридическому лицу.

В связи с тем, что Пленум Верховного Суда указывает но то, что в случаях распространения сведений, порочащих деловую репутацию юридического лица, моральный вред, подлежащий компенсации, может быть причинен и юридическому лицу. Однако моральный вред исходя из самой категории морального вреда как причинение физических и нравственных страданий юридическому лицу причинен быть не может, так как компенсация морального вреда установлена для защиты нематериальных благ (личных неимущественных прав) граждан (ст. 151-152, 1099-1101 ГК РФ). Юридическое лицо вправе только воспользоваться данным способом для опровержения сведений, порочащих его деловую репутацию (п.7 ст. 152 ГК РФ).

Таким образом, в законе необходимо предусмотреть возможность возмещения вреда, причиненного деловой репутации юридических лиц., при этом такой вред не следует относить к компенсации морального вреда.


Заключение

Анализ основных вопросов и положений, касающихся института компенсации морального вреда в российском праве, в данной работе, позволяет выделить следующее:

Во-первых, компенсация морального вреда играет ключевую роль в области защиты, прав и благ, носящих личный не имущественный характер. Личные неимущественные блага (права) содержатся в Конституции РФ и ст. 150 ГК РФ: право выбора места пребывания и жительства; личная и семейная тайна честь и доброе имя, жизнь и здоровье, достоинство и деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, право на имя, право авторства и другие аналогичные права и блага. Данные права и блага не имеют имущественного содержания, неотчуждаемы и непередаваемы любым способом. Перечень личных неимущественных благ не является исчерпывающим, однако в случае нарушения других нематериальных благ не порождает право на компенсацию морального вреда. При нарушении других субъективных гражданских прав возможность компенсации морального вреда должна быть прямо указанна в законе. Следовательно, закон ограничивает круг случаев, при которых моральный вред подлежит возмещению. Однако, не подлежит сомнению, что при нарушении имущественных прав у человека почти всегда могут возникать страдания как нравственные, так и физические.

Во-вторых, выделяются следующие основания компенсации морального вреда:

1. подтверждение факта причинения потерпевшему нравственных или физических страданий;

2. соблюдение сроков предъявления требования и сроков действия соответствующих законодательных актов. Что касается сроков исковой давности, то в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется. Действующий закон предусматривает единственную форму, в которой суд может взыскать компенсацию с причинителя вреда - денежную (по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995г.).

3. наличие вины причинителя вреда (исключение составляют случаи прямо предусмотренные в законе, в частности в ст. 1100 ГК РФ);

В-третьих, сложным вопросом, связанный с компенсацией морального вреда, является вопрос о размере компенсации. Этого размера не существует до того, пока суд не определит размер компенсации, что связано с тем, что законодатель не установил денежного эквивалента «единицы страданий», что оставляет вопрос о размере компенсации на усмотрение суда. На законодательном уровне указаны лишь некоторые качественные критерии, которые суд обязан учитывать при определении размера компенсации: степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием ответственности за причинение вреда; характер и степень нравственных и физических страданий; индивидуальные особенности потерпевшего; фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред и иные, заслуживающие внимания обстоятельства; требования разумности и справедливости. По мнению законодателя, эти критерии должны помочь суду определить размер компенсации. Однако, если бы был определен некий средний уровень, «отправная точка», придерживаясь которого суд мог бы определять окончательный размер компенсации в каждом конкретном деле. Отмечу, что разработанная А.М. Эрделевским методика определения размера компенсации так называемого «презюмируемого» морального вреда представляет определенную практическую ценность. Например, потерпевший, предъявляя иск о компенсации морального вреда, может выразить в исковом заявлении свое мнение о предполагаемом размере компенсации.

В-четвертых, судебная практика склонна считать, что моральный вред не может быть причинен юридическому лицу. Юридическое лицо только вправе воспользоваться способом возмещения вреда, установленного для граждан в ст. ст. 151-152, 1099-1101 ГК РФ для опровержения сведений, порочащих его деловую репутацию (п.7 ст. 152 ГК РФ).

В итоге, следует отметить, что проблемы связанные, с компенсацией морального вреда возникают не только в гражданско-процессуальной, но и в уголовно-процессуальной сфере.

Очевидно, что УПК РФ должен определять моральный вред, как вред, подлежащий материальной компенсации, при нанесении физических и нравственных страданий, испытываемых гражданами в связи с совершением деяний, преследуемых уголовным законом. Если, компенсирование такого морального вреда, не только в рамках уголовного судопроизводства, но и в гражданско-процессуальном порядке, то, это будет согласовываться с гражданским законодательством.

На основании вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что институт компенсации морального вреда в российском прав необходимо совершенствовать в дальнейшем. В первую очередь необходимо закрепить точные правила определения размера компенсации морального вреда, определить круг лиц, имеющих право на компенсацию, выработать механизм компенсации в уголовно-процессуальной сфере, а в специальных законах, предусматривающих компенсацию морального вреда, следует отразить специфику этой компенсации применительно к характеру регулируемых отношений.


Библиография

1. Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993. - М.: Проект, 1999. – 87с.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 21.10.1994г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. - 1994, 05 дек.- № 32. - Ст. 3301.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 22.12.1995) // Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996, 29 янв. - № 5. - Ст. 410.

4. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 24.05.1996г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 1996, 17 июня. - № 25. - Ст. 2954.

5. Налоговый кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 05.08.2000 № 117-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 19.07.2000) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2000, 07 авг. - № 32. - Ст. 3340.

6. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 22.11.2001) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2001, 24 дек. - № 52 (ч. I). - Ст. 4921.

7. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 21.12.2001) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2002, 07 янв. - № 1 (ч. I). - Ст. 3.

8. Закон РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 (принят Верховным советом РФ 07.02.1992г.) // Собрания законодательства Российской Федерации. 1996, 15 янв. - №3. - Ст. 140.

9. Федеральный закон «О введении в действие части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» от 30.11.1994 № 52-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 21.10.1994) //Собрание законодательства Российской Федерации. – 1994, 05 дек. - №32. - Ст. 3302

10. Федеральный Закон РФ «О статусе военнослужащих» от 27.05.1998 № 76-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 06.03.1998г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 1998, 01 июня. - № 22. - Ст. 2331.

11. Федеральный закон РФ «О рекламе» от 13.03.2006г. № 38-ФЗ (принят Государственной Думой Федерального Собрания РФ 22.02.2006) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2006, 20 мар. - № 12. - Ст. 1232.

12. Определение Конституционного суда РФ «Об отказе в принятии в рассмотрении жалобы гражданина Шлафмана В.А. на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 152 ГК РФ» от 04.12.2003 № 508-О // Вестник Конституционного Суда РФ. –2004. - № 34. – С. 17-20.

13. Определение Конституционного суда РФ «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Веретенниковой А.А. н нарушение ее конституционных прав п.2 ст. 1101 ГК РФ» от 15.07.2004 N 276-О // Вестник Конституционного Суда РФ. –2004. - № 8. – С. 11-13.

14. Определение Конституционного суда РФ «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Рысевой Н.Н. на нарушении ее конституционных прав статьей 133 УПК РФ» № 279-О от 18.07.2006 //Вестник Конституционного Суда РФ. – 2006. - № 8. – С. 15-18.

15. Постановление Пленума Верховного суда РФ «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» от 29.09.1994 №7 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. - №1. – с. 10-19.

16. Постановление Пленума Верховного суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994. № 10 // Российская газета. –1995. - № 29. – 08 февраля.

17. Постановление Пленума Верховного суда РФ «О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» от 14.02.2000 N 9 (ред. от 06.02.2007) //Российская газета. –2000. - № 39 – 24 февраля.

18. Постановление Пленума Верховного суда РФ «О применении судами Российской Федерации трудового Кодекса Российской Федерации» от 17.03.2004 № 2 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2007. – № 3. – С. 12-20.

19. Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации и юридических лиц» от 24.02.2005 № 3 //Российская газета. – 2005. -№50. – 15 марта.

20. «Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации за четвертый квартал 2002 года» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 12.03.2003) // Журнал руководителя и главного бухгалтера ЖКХ. – 2003. - № 4 (ч. II). - Ст. 68-78.

21. «Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации за третий квартал 2005 года» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 23.11.2005) // Журнал руководителя и главного бухгалтера ЖКХ. – 2005. - № 12 (ч. II). - Ст. 61-72.

22. «Обзор законодательства и судебной практики Верховного суда Российской Федерации за первый квартал 2006 года» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 07.06.2006) // Журнал руководителя и главного бухгалтера ЖКХ. – 2006. - № 5 (ч. II). - Ст. 41-68.

23. «Ответы на вопросы о практике применения судами кодекса РФ об административных правонарушениях, жилищного и земельного законодательства, иных федеральных законов» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 23.11.2005) // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2006. – №3. – С. 20-41.

24. «Обзор законодательства и судебной практики Верховного суда Российской Федерации за третий квартал 2007 года» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 07.11.2007) // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2008. - № 2. - С. 51-78.

25. «Обзор законодательства и судебной практики Верховного суда Российской Федерации за второй квартал 2007 года» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 01.08.2007) // Журнал руководителя и главного бухгалтера ЖКХ. –2007. - № 08(ч. II). - С 50-71.

26. Обзор практики рассмотрения судами Российской Федерации дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, а также неприкосновенности частной жизни публичных лиц в области политики, искусства, спорта// Бюллетень Верховного суда РФ. –2007. - № 12. – С.31-42.

27. Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик (утв. ВС СССР 31.05.1991 N 2211-1) //Ведомости СНД и ВС СССР. –1991, 26 июня. - № 26.– 733с.

28. Афанасьева И.В. Компенсация морального вреда юридическим лицам//Юрист. - 2002. - №8. – С. 28-29.

29. Гаврилов Э. Как определить размер компенсации морального вреда//Российская юстиция. – 2000.- №6. - С. 21-22.

30. Егизарова С.В. Проблемные вопросы компенсации морального вреда в случаях ненадлежащей медицинской помощи// Медицинское право. - 1 квартал 2007. - №1. – С.17-20.

31. Жуйков В.М. Возмещение морального вреда. Комментарий российского законодательства. – М: Наука, 1995 г. – 97 с.

32. Казанцев В. Возмещение морального вреда // Российская юстиция. -1996.- №5.- С. 48-49.

33. Климович Е.С. Размер денежной компенсации морального вреда в случае нарушения прав гражданина// Закон. – 2007. - №8. - С. 10-15.

34. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ/ под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. - т.1. 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Юрайт-Издат, 2006. – 256 с.

35. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ /под ред. Т.Е. Абовой, М.М. Богуславского, А.Ю. Кабалкина, А.Г. Лисицына-Светланова. – М.: Юрайт-Издат, 2005. – 311 с.

36. Котов Д.В. Критерии определения размера морального вреда//Адвокат. – 2004. - № 8. - С. 11-13.

37. Левинова Т. Возмещение морального вреда незаконно привлеченным к уголовной ответственности // Российская юстиция. – 2000. - №9. - С. 39-40.

38. Малеина М.Н. Личные неимущественные права граждан: осуществление и защита. – М.: НОРМА, 2000. – 56 с.

39. Мейер Д.И. Русское гражданское право: по изд. 1902г. в 2 ч. - М.: ПРОЦЕСС, 1997г. – 521 с.

40. Нарижний С., Голубев К. Компенсация морального вреда при нарушении имущественных прав гражданина //Российская юстиция. - 2001. - №4. - С. 20-21.

41. Неблагоприятный исход оказания медицинской помощи. Сергеев Ю.Д., Ерофеев С.В. – М.: Федеральный фонд ОМС, 1998. - 227 с.

42. Ожегов С.И. Словарь Русского языка. - М.: НАУКА, 1998. – 891 с.

43. Покровский И.А. Основные пробелы гражданского права. - М.: НОРМА, 1998. – 139 с.

44. Понаринов В.Я. Защита имущественных прав личности в уголовном процессе России. – Воронеж.: Регион, 1994. – 77 с.

45. Постатейный научно-практический комментарий части первой Гражданского кодекса РФ /под ред. А.М. Эрделевского. - М.: Библиотечка Российской газеты, 2001. – 719 с.

46. Сильверстова Т. Компенсация морального вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей// Учреждения физической культуры и спорта: бухгалтерский учет и налогообложение. –2008. - № 4. – С.41-45.

47. Тактаев И.А. Компенсация гражданам морального вреда, причиненного органами власти и должностными лицами //Законодательство. - 2001. - № 7. – С. 15-17.

48. Усков В. Как компенсировать моральный вред богатому и бедному //Российская юстиция. - 2000. - №12. - С. 25-26.

49. Фатеев К.В. О некоторых правовых проблемах оценки размера компенсации морального вреда, причиненного военнослужащим по уголовным и гражданским делам// Право в Вооруженных силах. – 2003. - № 7. - С. 20-39

50. Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и неосновательного обогащения: М.: самиздат, 1951. – 517с.

51. Чутов С.А. Проблемы компенсации морального вреда/ Законы России: опыт, анализ, практика. – 2008.- № 1. - С. 15-16.

52. Шичанин А.В. Проблемы становления и перспективы развития института возмещения морального вреда: Автореф. Дис. канд. юрид. наук. – М., 1995. – 18с.

53. Эрделевский А.М. Критерии и метод оценки размера компенсации морального вреда// Государство и право. – 1997. - №4. - С. 5-12.

54. Эрделевский А.М. Моральный вред и компенсация за страдания// Российская юстиция. – 1997. - №2. - С. 37-40.

55. Эрделевский А.М. Моральный вред: соотношение с другими видами вреда // Российская юстиция. - 1996. - №6. - С. 19-21.

56. Архив Апатитского городского суда Мурманской области. - Дело № 2-155/07 по иску К. к Управлению жилищно-коммунального хозяева г. Апатиты Мурманской области о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда.

Приложение

Образец искового заявления о компенсации морального вреда

Мировому судье судебного участка № 1 г. Апатиты
Мурманской области
184209, г. Апатиты, ул. Козлова 6а

ИСТЕЦ: Иванов Иван Иванович

184209, г. Апатиты, ул. Строителей д. 40 кв. 50 д.т. 6-08-07

ОТВЕТЧИК: Индивидуальный предприниматель Ромах А.Г.

184209, г. Апатиты, ул. Ферсмана 46 кв. 46 ИНН 51011005411

ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ

О ВОЗМЕЩЕНИИ УБЫТКОВ И КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА

13 июня 2008г. истец совершил покупку пары мужских ботинок черного цвета, 42 размера, за 1700 рублей в магазине ответчика «Салон обуви», расположенном по адресу: г.Апатиты, ул. Северная д.15а (что подтверждается товарным чеком № 11 от 13.06.2008г. и кассовым, к исковому заявлению прилагаются).

На ботинках была этикетка, указывающая на то, что они изготовлены в Италии. Истец спросил у консультанта торгового зала Петрова В.В. о материале, из которого были изготовлены ботинки, и месте производства. На что консультант пояснил, что они сделаны в Италии из настоящей кожи.

20 июня 2008г., накануне ночью прошел дождь, истец утром направился на работу в данных ботинках. Очень быстро истец почувствовал, что его ног намокли. На работе ближе к 12 часам дня истец увидел, что его ботинки «вздулись», а к вееру того же дня материал правого ботинка возле шва на подошве лопнул. Истец увидел, что материал, из которого изготовлены его ботинки, совсем не похож на кожу, а скорее напоминает дерматин.

Вечером того же дня, после работы, истец обратился в магазин ответчика с просьбой обменять его ботинки на ботинки из натуральной кожи того же цвета, модели и размера, однако продавцы данного магазина ответили, что не могут принять у него никаких заявлений, предложили истцу обратиться через месяц, когда в магазин будет новый завоз обуви.

21 июня 2008г. истец направил в адрес ответчика письмо с требованием заменить его ботинки на изготовленные из натуральной кожи, того же цвета, модели и размера (что подтверждается копией письма, почтовой квитанцией от 21.06.2008 и уведомлением, к исковому заявлению прилагаются).

По настоящее время никакого ответа от ответчика не последовало.

В соответствии со ст. 4 ФЗ «О защите прав потребителей» при продаже товара по образцу или описанию продавец обязан передать товар, соответствующий образцу ил описанию. Истец, как видно из материалов дела, хотел приобрести обувь именно из натуральной кожи, продавец ложно проинформировал и продал ему товар в нарушение положений данной статьи.

Согласно ч.2 ст. 12 указанного закона продавец, не представивший покупателю достоверной и полной информации о товаре, несет ответственность, предусмотренную п. п. 1-4 ст. 18 Закона «О защите прав потребителей». Данные статьи предусматривают право истца на замену обуви или расторжение договора купли-продажи с полным возмещением истцу покупной цены.

Кроме того, бездействием со стороны ответчика истцу были причины нравственные страдания. Истец все дни 20,21,22 июня ходил на работу в лопнувших, рваных ботинках, он постоянно испытывал неудобства, поскольку это замечали его сотрудники. По роду своей работы истец постоянно общается с клиентами, вид его обуви постоянно стеснял его в действиях.

На основании ст. 15 ФЗ «О защите прав потребителей» истец имеет право на компенсацию морального вреда.

Руководствуясь ст. ст. 3,4,90 ГПК РФ, ст. ст. 4,12,15,18 Закона «О защите прав потребителей»

ПРОШУ:

вынести решение о взыскании с ответчика покупной цены, оплаченной за ботинки в размере 1700 рублей, компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 1500 рублей.

ПРИЛОЖЕНИЕ:

1. Копия искового заявления

2. Копия товарного и кассового чеков

3. Копия почтового уведомления

Дата Подпись

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему