регистрация / вход

Криминалистические версии и планирование расследования

Понятие планирования следствия, его содержание и значение, принципы и условия составления. Роль и особенности использования версий в планировании. Исследование планирования отдельных следственных действий. Формы планов и вспомогательной документации.

Криминалистические версии и планирование расследования

Содержание

Введение

1. Понятие и значение планирования

1.1 Роль версий в планировании

1.2 Принципы и условия планирования

2. Элементы, этапы, виды планирования

2.1 Планирование отдельных следственных действий

2.2 Формы планов и вспомогательной документации

Заключение

Список литературы

Введение

Начало разработки учения о криминалистической версии и планировании судебного исследования относится к двадцатым годам и связано с работами В.И. Громова. Изданная в 1925 г. под редакцией и с предисловием Н.В. Крыленко его работа «Дознание и предварительное следствие (теория и техника расследования преступлений)» содержала первые в советской литературе рекомендации по планированию расследования и построению умозаключений при работе с доказательствами.

Подчеркивая значение планирования расследования как существенного элемента научной организации труда следователя, В.И. Громов писал, что если составление плана расследования (он именует его памяткой) «не имеет особого значения по мелким и несложным делам, то по делам с большими и неразработанными материалами дознания это представляется безусловно необходимым, так как надеяться на свою память без записей по таким делам весьма рискованно».[1]

Предложенная им форма письменного плана расследования содержала, помимо указания порядкового номера, следующие графы: «Какие действия предположены или назначены», «На какой день», «Отметки об исполнении». Кроме того, В.Г. Громов рекомендовал следователю вести календарный месячный дневник, отражающий последовательность и содержание его работы по всем делам, находящимся у него в производстве.[2]

Описывая логическую сторону процесса расследования, В.И. Громов указывал, что следователь пользуется индуктивным и дедуктивным методами суждений. По его мнению, индуктивный вывод принимается следователем за несомненную истину. Дедуктивный вывод позволяет выдвинуть предположение, «высказывая общее более или менее вероятное суждение, которое при дальнейшем исследовании, должно подтвердиться на обследуемом факте».[3]

Оценивая весьма невысоко роль вероятных умозаключений в доказывании, ставя их на одну доску с догадками, В.И. Громов писал: «Строить заключение или предпринимать те или другие меры при расследовании, исходя из вероятных предположений и догадок, возможно лишь в тех случаях, когда нет возможности построить выводы из точно установленных фактов и когда для этих предположений имеются какие-нибудь косвенные реальные данные… Но во всех этих случаях, проверяя возникшее предположение, особенно направленное к изобличению какого-либо только предполагаемого, «возможного» виновника, следователь не должен отходить и закрывать глаза на факты и моменты, которые уже точно установлены дознанием или следствием и которые не должны отрицаться новыми фактами и им противоречить».[4]

По смыслу рассуждений В.И. Громова можно сделать вывод, что он считал упоминаемые им гипотезы логической основой планирования расследования.[5]

Термин «версия» был впервые употреблен авторами учебника по криминалистике 1935 г. Они не рассматривали логическую природу версии и ограничились указаниями на то, что версии лежат в основе плана расследования и выдвигаются на втором этапе расследования – после проведения первоначальных следственных действий, если с их помощью следователь «все же не получает определенных указаний о личности и местонахождении преступника».[6]

По мнению авторов учебника, перечень следственных действий, необходимых для проверки версий, и образует собой план расследования.[7]

Разумеется, все эти положения еще не составляли частной криминалистической теории. Это была сумма практических рекомендаций, основывающихся на известном обобщении накопленного к тому времени опыта следственной работы. Относились они не ко всему судебному исследованию, а лишь к его части – следственной деятельности.

Следующий шаг на пути разработки проблематики версий и планирования расследования был сделан С.А. Голунским. В учебнике по криминалистике 1938 г. его перу принадлежал уже специальный раздел, названный «Планирование расследования», в котором он сформулировал основные цели, условия и принципы планирования расследования и изложил указания об особенностях планирования при расследовании различных категорий уголовных дел и на разных этапах расследования.
По мнению С.А. Голунского, основные цели планирования расследования заключаются в том, чтобы обеспечить правильную направленность, меткость, высокую эффективность, полноту, всесторонность и максимальную быстроту расследования. Условиями правильного планирования расследования являются правильное ориентирование в той политической обстановке, в которой было совершено преступление, правильная оценка значения самого преступления, знание того, что нужно установить по делу, какие доказательства следует искать, знание процессуальных форм, технических и тактических приемов доказывания, умение пользоваться версиями расследования. [8]

Ни в одной из упомянутых работ не содержится ни определения версии, ни определения планирования расследования. Первое определение версии было предложено Б.М. Шавером в 1940 г. и выглядело следующим образом: «Под версией понимается основанное на материалах дела предположение следователя о характере расследуемого преступления, мотивах, в силу которых оно совершено, и лицах, которые могли совершить преступление».[9]

Как и его предшественники, Б.М. Шавер рассматривал вопросы, относящиеся к основаниям и содержанию версии, в неразрывной связи с рекомендациями по планированию расследования и считал разработку версий началом оставления плана расследования.

Таково было состояние рассматриваемой проблематики на первом и в начале второго этапа развития советской криминалистической науки.

Автор главы «План следствия по конкретному делу» в «Настольной книге следователя» (1949) Т.М. Арзуманян по-своему изложил принципы планирования, к числу которых он отнес динамичность, гибкость и реальность. Он определил версию как основанное на фактах предположение следователя, исследование которого может обеспечить раскрытие преступления и изобличение преступника.[10]

В 1952 г. П.И. Тарасов-Родионов предложил иной перечень принципов планирования, включив в него индивидуальность планирования, его своевременность, динамичность и строжайшее соблюдение законности с обеспечением объективности, всесторонности, быстроты, инициативности и активности расследования.

Рассматривая версии как элемент планирования расследования, П.И. Тарасов-Родионов классифицировал их на версии по существу преступного события и характеру преступления; по способу и обстоятельствам совершения преступления; по лицам, совершившим преступление; по характеру вины и по мотивам совершения преступления.[11]

С середины 50-х гг. интерес советских криминалистов к проблеме версии заметно усилился, но по-прежнему эта проблема исследовалась преимущественно в связи и в рамках вопросов планирования предварительного расследования, хотя уже выдвигались предложения о ее самостоятельном изучении.

В 1954–55 гг. в литературе начинают фигурировать термины «судебная версия»[12] , «следственная версия»[13] . Обосновывается мнение, что версия является разновидностью гипотезы, предлагаются новые определения версии и классификации ее видов.

Актуальность темы исследования заключается в том, что Российская Федерация вступает в Европейское и мировое сообщество с осознанием необходимости усиления борьбы с преступностью. В этом направлении сделано уже немало: с учетом международных стандартов модернизировано уголовное, уголовно-процессуальное, уголовно-исполнительное законодательство; на качественно ином уровне решаются задачи межгосударственного взаимодействия по вопросам противодействия и профилактики преступности; глубокие преобразования коснулись отечественной правоохранительной и судебной системы.

Вместе с тем, учеными и практиками не всегда адекватно оценивается, казалось бы, очевидная закономерность: реализация законодательных, политических, социально-экономических и иных мер борьбы с преступностью должна поддерживаться если не опережающим, то, как минимум, синхронным развитием криминалистики. Наиболее ощутимым и наглядным свидетельством развития данной науки является внедрение эффективных планов расследования преступлений.

Криминализация отдельных видов посягательств в уголовном законе, введение в действие уголовно-процессуального кодекса РФ, иные изменения нормативно-правовой базы, новые и все более опасные проявления современной преступности – эти и другие факторы указывают на необходимость активизации процесса формирования и внедрения новейших методик расследования и совершенствования существующих. Однако этот процесс, по меньшей мере, запаздывает. В публикациях последних лет (В.П. Бахин, Р.С. Белкин, А.Н. Васильев, В.Е. Корноухов и др.) все чаще констатируется состояние упадка заключительного, синтезирующего раздела криминалистической науки, его слабая теоретическая разработанность и, как результат, – «отставание» научно-методических рекомендаций от насущных потребностей практики .[14]

Также эта проблема затронута в статье: «Планирование работы органами юстиции», опубликованной в журнале «Российская юстиция» автором Негода Г. в 1994 г., в статье Бекетова М.Ю. «Актуальные вопросы использования процессуальных форм взаимодействия следователя и органов дознания в ходе расследования преступлений», опубликованной в журнале «Российский следователь» в 2000 г.

Эти и другие аспекты сложившейся ситуации в криминалистической науке, наряду с проблемой острого дефицита качественных планов расследования в практике правоохранительных органов, обусловили выделение объекта и предмета работы.

Объектом исследования выступает деятельность по расследованию, раскрытию и доказыванию, а также процесс и научные результаты исследований криминалистов, связанные с формированием версий и планов расследования преступлений.

Предметом исследования являются теоретические и методологические закономерности и особенности, связанные с формированием, последующим анализом и экспериментальной проверкой базовой и конкретных версий и планов расследования преступлений.

Степень изученности проблемы представлена в работах ведущих отечественных криминалистов и процессуалистов: Т.В. Аверьяновой, А.И. Алексеева, О.Я. Баева, С.В. Бажанова, Р.С. Белкина, А.Р. Белкина, В.П. Божьева, В.С. Бурдановой, А.Н Васильева, А.И. Винберга, И.А. Возгрина, В.К. Гавло, И.Ф. Герасимова, Г.А. Густова, В.И. Громова, Л.Я. Драпкина, А.В. Дулова, В.А. Жбанкова, Л.А. Зашляпина, Г.Г. Зуйкова, Е.П. Ищенко, М.К. Каминского, В.Н. Карагодина, Н.М. Кипниса, В.Я. Колдина, В.И. Комисарова, Ю.В. Кореневского, В.Е. Корноухова, А.Н. Колесниченко, А.М. Ларина, А.Н. Ларькова, В.И. Лебедева, А.А. Леви, А.Ф. Лубина, И.М. Лузгина, П.А. Лупинской, Г.Ю. Маннса, И.Б. Михайловской, В.А. Образцова, А.Р. Ратинова, В.И. Рохлина, Н.А. Селиванова, А.Б. Соловьева, В.Ф. Статкуса, М.С. Строговича, А.Я. Сухарева, В.Г. Танасевича, М.Е. Токаревой, Ю.Г. Торбина, С.Н. Чурилова, С.А. Шейфера, В.И. Шиканова, А.А. Эйсмана, А.А. Эксархопуло, Н.П. Яблокова и других ученых.

Цель исследования – изучить теоретические основы для формирования криминалистических версий и планирования расследования преступлений.

При этом формирование криминалистических версий и планов расследования преступлений может быть реализовано в рамках целостной теоретико-методологической программы.

Сформулированная цель обусловила выделение и последовательное решение следующих задач :

1. Определить понятие и значение планирования.

2. Оценить роль версий в планировании.

3. Изучить принципы и условия планирования.

4. Обосновать необходимость в элементах, этапов и видов планирования.

5. Рассмотретьпланирование отдельных следственных действий.

6. Выяснить существующиеформы планов и вспомогательной документации.

Методология исследования представлена диалектическим методом познания, системным, комплексным подходом к изучению явлений, входящих в объект исследования. В работе использованы положения функционального, деятельностного подходов, методы экстраполяции, моделирования, наблюдения, сравнения и эксперимента.

Исследование проводилось, прежде всего, с опорой на положения общей и частных теорий криминалистики, достижения криминалистической методики расследования преступлений как раздела науки, с использованием целого ряда теоретических разработок, посвященных исследованию механизма преступной деятельности, криминалистической характеристики преступления, криминалистических классификаций, версий и планирования расследования, преодоления противодействия предварительному расследованию, тактических операций и др.

В качестве теоретической основы использованы также фундаментальные разработки различных наук: философии, логики, социологии, психологии, педагогики, истории, общей теории права, уголовного права, криминологии, уголовного процесса, теории оперативно-розыскной деятельности.

Таким образом, в результате сравнительно небольшой перестройки, никоим образом не затрагивающей концептуальные основы криминалистики, учебный курс приобрел необходимую стройность. Во всех разделах криминалистики в первом подразделе рассматриваются общие вопросы данного раздела, а затем следуют подразделы, раскрывающие его содержание. При этом традиционная система в основном сохраняется, а из теоретического багажа науки не теряется ничего. Из криминалистической техники в новый раздел переходит подраздел «Криминалистическая регистрация», а из криминалистической тактики – все, что не относится к следственным действиям. Теперь появилась возможность сформулировать четкое определение понятия криминалистической тактики. Это – система научных положений и разрабатываемых на их основе рекомендаций по проведению отдельных следственных и судебных действий (в учебниках в разделе тактики речь идет только о следственных действиях).

1. Понятие и значение планирования

Расследование преступлений – это сложная, разностороння деятельность, осуществляемая в определенные, установленные законом сроки. Следователь должен выявить все существенные обстоятельства имевшего место преступления и установить лиц, его совершивших.

В целях выполнения указанных задач необходимо умелое построение следственных версий, производство различных следственных действий, например допросов, обысков, осмотров, проведения экспертизы. Без организующего начала, без целенаправленности вся эта сложная деятельность не обеспечит успеха. Именно это и обеспечивается планированием следствия.

Планирование состоит в такой организации предварительного следствия, которая обеспечивает быстрое и полное раскрытие преступления. Исходными положениями планирования являются построения следственных версий и в целях проверки каждой из них – определение круга обстоятельств, подлежащих установлению.

После того, как построены возможные в каждой конкретной ситуации следственные версии, начинается планирование следствия. Оно выражается в следующем:

1. определение тех следственных действий, которые необходимо провести для установления существенных обстоятельств согласно той или иной следственной версии (допросы, обыски, осмотры, проведение экспертизы);2. определение содержание объема тех следственных действий, которые намечено провести (какие вопросы целесообразно поставить при допросе того или иного свидетеля, перед экспертами, что искать при обыске);3. установление последовательности проведения намеченных следственных действий. Исходя из характера преступления и других обстоятельств, следователь решает, какие из намеченных следственных действий следует провести раньше, какие позже. Если этот вопрос при составлении плана будет недостаточно хорошо продуман, то может быть допущена ошибка, иногда непоправимая;4. определение времени производства намеченного следственного действия, при этом, учитывая, что производство обыска в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства, не допускается, а также и то, кто по имеющимся данным и в какое время может находиться в месте производства обыска, следователь выбирает наиболее удобное время (день, час) для производства обыска;5. выбор места проведения следственных действий. Ясно, что осмотр места происшествия следует проводить на месте происшествия, воспроизведение обстоятельств и обстановки события – на месте тех событий, которые проверяются опытным путем. Однако нередко трудно решить вопрос, где провести то или иное следственное действие, в одном случае допрос целесообразно провести дома у свидетеля, в другом – в школе, в третьем – в том месте, где происходили события, по поводу которых он допрашивается;6. определение круга участников того или иного следственного действия. При планировании следствия по делу необходимо предусмотреть участие понятых, специалистов, судмедэкспертов, обвиняемых, потерпевших и других;7. выбор научно-технических средств, которые следует применять при производстве данного следственного действия;8. определение тех документов, а также предметов, которые необходимо истребовать от учреждений, должностных лиц и отдельных граждан. Следователь может запланировать истребование документов оперативного или бухгалтерского учета, справок о состоянии погоды в то или иное время в определенном месте, планов строений и другой технической документации;9. определение заданий оперативно-розыскному аппарату милиции. При расследовании преступлений координация следственных и оперативно-розыскных действий имеет важное значение. Следователь, планируя следствие по делу, должен предусмотреть, какие задания необходимо дать органам милиции для производства оперативно-розыскных действий.[15] О содержании планирования расследования указывал в своей научной статье «Содержание планирования расследования преступлений» Кузьмин С.В., который подчеркивал, что первый этап планирования это уяснение следственной ситуации. Второй этап планирования – постановка задач расследования. Третий этап планирования – определение необходимых следственных действий, оперативно-розыскных и иных мероприятий. Четвертый этап планирования – определение очередности проведения следственных действий, оперативно-розыскных и иных мероприятий. Пятый этап планирования – планирование следователем и оперативными работниками конкретных следственных действий, оперативно-розыскных и организационных мероприятий. Шестой этап планирования – определение субъектов, объектов, форм, способов времени, контроля за ходом расследования. Седьмой этап планирования – составление письменных и (или) графических планов. Автор указывает, что данную статью следует рассматривать только как упрощенную модель мышления следователя при планировании расследования.Конечно, это примерный перечень вопросов, составляющих основное содержание планирования предварительного следствия. Причем при планировании следствия указанные вопросы могут решаться не в приведенной последовательности, а в том своеобразном сочетании, которое обусловлено конкретными обстоятельствами дела.Сам процесс продумывания по несложному делу обстоятельств, подлежащих установлению, или набросок в блокноте тактических приемов производства того или иного следственного действия – это тоже своего рода формы планирования. Однако планирование путем составления письменных планов следствия в целом по делу, а также отдельных следственных действий – более совершенная форма.Расследованию преступлений, как и всему уголовному процессу, свойственно организационное, плановое начало. Планирование расследования не сводится к составлению плана, являющегося лишь внешним выражением этого процесса, завершением и в большинстве случаев письменным оформлением определенной стадии планирования.Содержание планирования значительно шире и представляет собой организационную и творческую сторону работы следователя, начинающейся с начала расследования и продолжающейся до его окончания. Она предполагает:· построение версий;· определение всех вытекающих из анализа версий обстоятельств и вопросов, подлежащих выяснению;· определение следственных действий, оперативно-розыскных и иных проверочных и профилактических мероприятий, необходимых для исследования выдвинутых версий, выяснения вытекающих из них вопросов, установления предмета доказывания по делу и решения других задач расследования;· определение конкретных исполнителей намеченных мероприятий, сроков и очередности их выполнения. Все элементы планирования находят свое конкретное выражение в плане расследования по делу.Современное состояние методологии планирования расследования преступлений было затронуто Кузьминым С.В. в научной статье аналогичного содержания, где он представил анализ методологической работы применительно к наиболее известным методам планирования
расследования преступлений.Организация расследования – понятие более широкое, чем планирование. Организовать расследование – это значит заблаговременно разработать согласованный план расследования; наладить надлежащее взаимодействие в процессе расследования между следователем, оперативными работниками, специалистами, сотрудниками контролирующих органов и представителями общественности, привлеченными к участию в расследовании; обеспечить квалифицированное руководство следственно-оперативной группой, в случае ее создания для работы по уголовному делу: четко распределить обязанности между членами группы; организовать регулярные оперативные совещания следственно-оперативной группы с обсуждением результатов и очередных задач расследования; наладить систематический обмен информацией между участниками следственно-оперативной группы; спланировать работу следователя с учетом всех уголовных дел, одновременно находящихся у него в производстве, составить календарный план его работы; обеспечить техническую оснащенность и необходимые условия работы следователя; подобрать и изучить необходимый нормативный материал (соответствующие приказы, инструкции, уставы, правила и т.д.), который потребуется в процессе расследования по делу; предпринять меры, гарантирующие недопустимость разглашения данных предварительного следствия и методов оперативно-розыскной деятельности; осуществить иные организационные мероприятия, необходимые для успешной работы по делу.Комплекс организационных мероприятий по уголовному делу должен быть строго определенным, конкретным, разработанным во всех деталях. Важным элементом организации расследования является четко налаженное взаимодействие следователя с оперативно-розыскными аппаратами, экспертно-криминалистическими службами, контролирующими органами и общественностью. Сочетание следственных действий с оперативно-розыскными мероприятиями является одним из важных условий повышения качества расследования преступлений. Для этого необходим тесный деловой контакт в работе следователя и оперативно-розыскного аппарата.Достижения криминалистики как науки оказывают всестороннее и глубочайшее влияние на практическое применение юридических норм в оперативной работе. Криминалистическая техника и следственная тактика в первую очередь используют научные достижения, разрабатываемые криминалистикой, и применяют их как в процессе расследования, так и в ходе его планирования и проверки версий.Правовой основе процесса планирования расследования следует уделять особое внимание, так согласно Дубровицкой Л.П. правовое регулирование процесса планирования расследования основывается на знание законодательных норм, необходим анализ задач следствия и предмет доказывания по уголовному делу. Необходимо обязательно проведения оперативно-розыскных работ.Таким образом, планирование на этапе предварительного расследования имеет большое значение для правильного и своевременного производства тех или иных следственных действий. Но при этом не стоит забывать, что выдвижение следственных версий и планирование расследования – творческий процесс. На протяжении всей своей практики следователь постоянно совершенствуется. Опытные следователи знают, что на первый взгляд самая абсурдная версия, противоречащая логике, на практике в ходе расследования уголовного дела становится единственно правильной моделью, объясняющей ход событий.

1.1 Роль версий в планировании

Важнейшей характеристикой предварительного расследования преступлений является его поисково-познавательная природа.

Преступление как событие, лежащее в прошлом, может быть раскрыто и расследовано лишь при познании истинной картины этого деяния и доказывании всех фактов и обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела.

С точки зрения существо процессы познания и доказывания едины, хотя одни и те же мыслительные формы их суждений, предмет и объем исследования не во всем одинаковы.

В процессе познания суждения выполняют эвристическую роль, а в доказывании демонстрационную функцию. В свою очередь предмет познания шире предмета доказывания, ибо включает в себя не только установление доказательственных фактов, но и другой информации, имеющей криминалистическое значение и позволяющей успешно решать задачи раскрытия преступлений.

При раскрытии и расследовании преступлений и судебном следствии происходит постепенное собирание доказательственной и иной информации, начиная от вероятностных предположений и заканчивая достоверными знаниями о расследуемом преступлении. То же происходит при любом исследовании. Для того чтобы быстрее осуществить переход от вероятностных к достоверным знаниям, при уголовно-процессуальном, как и любом исследовании, используется гипотетическое мышление субъекта познания. Основной формой такого познания является гипотеза как умозаключение с вытекающими из него предположениями.

В криминалистическом и уголовно-процессуальном познании события преступления, основным его инструментом соответственно является криминалистическая версия как разновидность частной гипотезы, т.е. гипотезы, примененной к нескольким фактам или отдельному социальному явлению, имевшему место в прошлом. Соответственно в уголовно-процессуальной и криминалистической деятельности построение версий и их проверка превращаются в один из собственно криминалистических методов познания события преступления.

В основе версионного мышления как метода практического уровня лежат такие логические приемы, как анализ, синтез, суждение по аналогии, индуктивное и дедуктивное умозаключение. При этом часто версия объединяет различные умозаключения, взаимно дополняющие друг друга.

Результаты анализа и синтеза имеющейся информации создают первоначальную основу для версионного мышления, в котором достаточно широко используются суждения по аналогии (на основе сопоставления однотипных фактов по нескольким явлениям), индуктивные умозаключения, обеспечивающие возможность перехода от представления об единичных фактах к общим суждениям (от частного к общему), и дедуктивные выводы, позволяющие из представления о сложившейся версии, построенного индуктивным путем, выделить частные следствия, требующие проверки.

Например, выявленная и изученная первичная информация по факту пожара в магазине указывает на наличие остатков горючих веществ в месте очага пожара; отсутствие частей товаров, якобы имевшихся в магазине до пожара, которые с учетом сложившейся обстановки полностью сгореть не могли, плохое состояние электропроводки и наличие обгоревших электропроводов, возникновение пожара за день до проведения ревизии в магазине и т.д.

Сравнение этих сведений как посылки с обобщенными данными следственной практики и криминалистики применительно к такого рода ситуациям с применением индуктивных суждений позволяет выдвинуть две версии. Одна о том, что в данном случае пожар мог возникнуть по причине нарушения правил противопожарной безопасности. Другая – здесь имеет место поджог, совершенный материально ответственным лицом, совершившим до этого хищение материальных ценностей в магазине, в целях сокрытия хищения. Дедуктивным путем определяется, какие обстоятельства, связанные с плохим состоянием электропроводки, наличием присвоения имущества и другие, следует проверить в ходе исследования обеих версий.

Для того чтобы выдвинуть криминалистическую версию (версии), следователь и другие субъекты криминалистической деятельности должны иметь определенные фактические основания. Последние могут выступать в виде собранных доказательств: как сведения, полученные непроцессуальным, например, оперативно-розыскным, путем и в виде информации из случайных источников. На основе этих данных в версии должно содержаться не только стремление объяснить имеющиеся сведения, но и выявить их взаимосвязи и взаимозависимости. Конечно, содержание версии всегда шире содержания информации, положенной в ее основу, ибо включает суждения и о фактах еще не установленных.

В результате криминалистическую версию можно определить следующим образом – это логически построенное и основанное на фактических данных обоснованное предположительное умозаключение следователя (других субъектов познавательной деятельности по уголовному делу) о сути исследуемого деяния, отдельных его обстоятельствах и деталях и их связи между собой, требующеесоответствующей проверки и направленное на выяснение истины по делу.

Версия как методический инструмент познания в криминалистической деятельности по своей сущности многоаспектна. С точки зрения логики версия – разновидность частной гипотезы, предположительного умозаключения о непосредственно не наблюдаемых явлениях и их связи между собой. С позиции психологии – версия является продуктом творческого воображения, которому не свойственны беспочвенные домыслы, оторванные от собранных данных и возникшей следственной ситуации и уводящие расследование от истины. В процессе этого воображения сложившиеся представления об обстоятельствах события преступления развиваются, превращаются в новые образы указанных обстоятельств.

С точки зрения теории моделирования криминалистическую версию можно условно представить как идеальную информационно-логическую (вероятностную) модель сути расследуемого события и его отдельных обстоятельств. Исходя из этого, становится очевидным, что версия отражает действительность не зеркально, а с той или иной степенью приближения к этому.

По уголовному делу, как правило, выдвигается несколько версий. Если есть основания только для одного вывода о сути преступления (во многих случаях расследования очевидных преступлений), необходимость разработки общих версий практически отпадает. Однако поскольку в таких случаях не всегда все обстоятельства преступления достаточно очевидны (например, не ясны мотивы преступления, лица, его совершившие, и др.), обычно возникает необходимость выдвижения иных, более частных версий.

О риске при планировании уделяется особое внимание авторами, так Овсянников И. в своей научной статье автор останавливается на планировании комплектования групп для выезда на место происшествия, принятия решения об использовании тех или иных технико-криминалистических средств, определения круга и последовательности следственных действий, организационных и иных мероприятий, которые связываются с наиболее вероятными предположениями следователя о сущности происшедшего события, что существенно влияет на раскрытие преступления по горячим следам.

Криминалистические версии классифицируются по разным основаниям. По объему (кругу объясняемых обстоятельств) чаще всего они делятся на общие и частные . При этом первые выдвигаются в отношении события преступления как главного факта, его сущности и отдельных обстоятельств, характеризующих основные элементы предмета доказывания. Вторые связаны с предположениями относительно других доказательственных фактов менее существенного характера и криминалистически значимых фактов, а также и более частных обстоятельств преступления, подтверждающих или опровергающих общую версию.

Не менее распространено и трехчленное деление версий на общие, по отдельным сторонам преступления и частные . В этом случае под общей версией понимается предположение о сущности события преступления в целом (убийство, несчастный случай, естественная смерть от случайного стечения обстоятельств, самоубийство и т.д.). Под второй группой версий – версии по обстоятельствам, характеризующим объект, субъект, объективную и субъективную стороны преступления. Версии же в отношении более мелких вспомогательных (по сравнению с предыдущими) обстоятельств, имеющих главным образом криминалистическое, не уголовно-правовое и процессуальное значение, но могущих играть определенную, а иногда и ключевую роль в раскрытии преступления и доказывании того или иного обстоятельства, называются частными. К ним относятся, например, версии о таких обстоятельствах, как о системе оружия, примененного преступником, месте и расстоянии, с которых произведен выстрел, времени пребывания свидетеля в определенном месте, о возможном месте пребывания скрывшегося преступника и др.

В процессе расследования и судебного следствия криминалистические версии могут выдвигаться следователем, работниками оперативно-розыскных органов, экспертом, судьей. В связи с этим по субъектам выдвижения различаются следственные, оперативно-розыскные, экспертные и судебные версии . Оперативно-розыскные версии выдвигаются в процессе осуществления оперативно-розыскных мер, экспертные – в ходе конкретных экспертных исследований, проводимых экспертом при производстве экспертизы. В конечном счете, эти версии носят промежуточный характер и служат проверке следственных версий, а экспертные также способствуют проверке судебных версий. Версия может быть выдвинута и прокурором, осуществляющим надзор за соблюдением законов при производстве расследования, но если следователь ее принимает к проверке, она становится следственной версией.

В свою очередь по степени определенности выделяются типовые и конкретные версии. Типовые версии – версии самой высокой степени научного обобщения, строящиеся на основе и с учетом типовых следственных ситуаций и представляющие собой некие абстракции. Типовые версии обычно имеют ориентирующее значение и базируются на незначительном объеме информации. Например, факт внезапного безмотивного исчезновения человека и безрезультатность его розыска чаще всего дают основание для выдвижения типовой версии о его убийстве. Конкретные версии выдвигаются в связи с расследованием определенного преступления и опираются на близкую типовую версию. При этом конкретные версии могут быть типичными и атипичными . В типичных версиях преобладают признаки какой-то типовой версии, а в атипичных, наоборот, преобладают индивидуальные и не характерные для соответствующей типовой версии признаки.

По степени сложности внутренней структуры версии делятся на сложные ( относящиеся к группе фактов, которые требуется объяснить, например, версия об инсценировке) и простые , направленные на выяснение единственного факта (обычно частные версии).

По времени построения – на первоначальные и последующие.

При выдвижении версий о виновности кого-либо в совершенном деянии часто различают основные и противостоящие (или контрверсии). Так, версия о виновности привлеченного к ответственности лица может противостоять версии о его невиновности. Контрверсия в данном случае служит стимулом объективности и полноты расследования. Контрверсия проверяется на равных основаниях с основной версией.[16]

Схематично данное деление представлено в приложение к дипломной работе. Также отражены логические приемы построения версий, о которых говорилось выше.

Началом процесса построения версий обычно является анализ и синтез имеющихся в распоряжении следователя данных по делу, в результате которых происходит определенное упорядочение имеющейся информации о сложившейся следственной ситуации. Анализ и синтез действия дополняются выявлением логических связей и отношений между известными обстоятельствами. Одновременно на этом этапе выясняется, что из имеющихся данных очевидно, что предположительно, неизвестно, неясно, мешает началу или продолжению расследования.

Второй этап включает в себя обращение следователя к имеющимся у него знаниям, к следственному и жизненному опыту в широком смысле слова, необходимым для объяснения отдельных вопросов в связи с построением версий. При этом используются сведения не только из личного, но и обобщенного опыта расследования сходных уголовных дел, собственная интуиция, данные из имеющихся литературных источников, справочников и информационных фондов, которые могут оказать помощь следователю в деятельности по выдвижению версий.

Реализация своих знаний (уголовно-правовой и криминалистической характеристики того вида преступления, с которым он столкнулся в данном конкретном случае, т.е. знания, которые в совокупности с вышеизложенными составляют профессиональный и информационный багаж следователя) и опыта, обобщенных, справочных и иных сведений при анализе имеющихся фактических данных составляет третий этап построения следственных версий. Это одна из важных стадий анализируемого процесса. Чем продуманнее следователь использует указанные выше знания и опыт при анализе фактических данных, тем точнее он оценит сложившуюся следственную ситуацию и правильнее определит круг версий, подлежащих проверке.

Сама же формулировка следственных версий как результат указанного выше мыслительного процесса является четвертым этапом их построения.

Заключает процесс построения версий их конкретизация (служащая целям наилучшей проверки версий) путем выведения из них выводов-следствий. Эта мысленная операция осуществляется с помощью дедукции и аналогии. Версия в данном случае рассматривается как общее положение, из которого дедуцируются выводы в виде умозаключения типа « если верна версия а, то кроме уже известных фактов «а», «б», «в», положенных в ее основу, должны существовать еще не установленные пока, но предполагаемые факты «г», «д», «е». Указанные выводы следствия могут быть частными и относительно общими. Так, следствия, выводимые из типовых версий, носят более общий характер и часто опираются на опытные положения.

Проверка версий в отличие от процесса их построения является практической деятельностью лиц, выдвинувших версии. Ее цель – подтвердить или опровергнуть содержащиеся в версиях предположения и выведенные из них выводы-следствия о каких-либо событиях или фактах и обеспечить установление истины по делу. В связи с этим проверка версий состоит в целенаправленном собирании доказательств и иной криминалистически значимой, информации в предусмотренном законом процессуальном порядке (путем следственных действий и применения криминалистических средств и методов их реализации). Осуществляться эта проверка должна в сроки, отведенные на расследование. Возникшие при этом оперативно-розыскные версии должны быть проверены оперативно-розыскными средствами. Подтвердившиеся версии могут стать следственными и проверяться вышеуказанным путем. Особенностью деятельности по проверке версий является то, что нередко она осуществляется в условиях активного противодействия со стороны лиц, заинтересованных в сокрытии истины.

В целях избежания отрицательных для расследования последствий процесс проверки версий должен отвечать ряду принципиальных требований.

Во-первых, все выдвинутые версии должны быть проверены до конца. Не соответствующей выясняемому обстоятельству может быть признана версия только в случае неподтверждения выведенных из нее следствий. Это достигается путем тщательной проверки всех следствий. Все возникающие при этом логические несоответствия и противоречия должны быть или устранены, или достоверно объяснены. Если остается хотя бы одно необъясненное противоречие или логическое несоответствие между выявленными фактами, явлениями, версия не может считаться проверенной до конца.

Во-вторых, все версии должны проверяться одновременно или параллельно. Это важно потому, что откладывание проверки каких-либо версий из-за необходимости сосредоточения усилий на проверке наиболее вероятной (по мнению следователя) версии может привести к утрате доказательств, уничтожению или сокрытию следов преступления, а заподозренный может скрыться или, что еще хуже, совершить новое преступление. Необходимость соблюдения этого правила объясняется и тем, что подтверждение какой-либо одной версии означает опровержение других версий, выдвинутых относительно одного и того же факта. Указанное обязывает при проверке иметь в виду одновременно все версии и оценивать добытые доказательства с учетом всех версий.[17]

Вместе с тем данное правило не следует применять формально без учета сложившихся следственных ситуаций. В ряде случаев с целью быстрого решения основных вопросов расследования можно сочетать энергичные усилия поиска по линии наиболее вероятной версии с принятием мер, обеспечивающих возможность быстрого и своевременного переключения на проверку остальных версий. Безотлагательной проверки требуют и версии, связанные с пресечением преступной деятельности.

В то же время следственные действия при проверке версий могут проводиться в той или иной последовательности. Так, во всех случаях при проверке версий ранее других нужно проводить неотложные и следственные действия, результаты которых имеют значение для всех или большинства выдвинутых версий (следственный осмотр, судебная экспертиза, иногда следственный эксперимент, обыск, допрос свидетелей). Не должно быть задержки с действиями, направленными на розыск, изобличение и изоляцию преступника, если его пребывание на свободе представляет опасность для общества.

Не следует откладывать действия, связанные с назначением экспертиз и иных проверок и мероприятий, требующих для своего осуществления длительного времени, и др.

Соответственно в определенной последовательности может осуществляться выяснение отдельных вопросов, отдавая предпочтение первоочередному уяснению тех из них, которые имеют важное значение для наиболее вероятной или большинства версий.

В ходе проверки одна из версий, построенных относительно одного и того же факта, должна найти полное подтверждение, а остальные отпасть. При этом версия может считаться проверенной и подтвержденной только в том случае, если для такого вывода имеется совокупность доказательств, т.е. фактических данных, полученных с помощью процессуальных средств из процессуальных источников, и если другие версии по этим же вопросам при проверке не подтвердились.

Отпадение других версий – неотъемлемая часть единого процесса доказывания, обязывающего следователя не жалеть усилий на установление всех предусмотренных законом обстоятельств, позволяющих сформулировать однозначный вывод относительно расследуемого события.[18]

Приведенная в приложении к диплому схема процесса построения и проверки версий в определенной степени условна, ибо четкие границы между выделенными этапами во времени и последовательности мыслительного процесса не всегда можно определить вследствие их фактического переплетения.

Следует отметить, чтоверсии, возникающие в процессе дознания и предварительного следствия, называются следственными версиями. Применительно к стадии судебного разбирательства выделяются судебные версии.

Версии, выдвигаемые и проверяемые в процессе оперативно-розыскных мероприятий, получили название оперативно-розыскных. В экспертной практике используются так называемые экспертные версии. [19]

В криминалистике существует также понятие типовых версий. Они характерны для типичных криминальных, следственных и оперативно-розыскных ситуаций, возникающих при совершении (криминальных) и в процессе раскрытия отдельных видов (групп) преступлений. Типовые версии, являясь результатом научного обобщения следственной, судебной, экспертной и оперативно-розыскной практики, описываются в соответствующих пособиях и руководствах по расследованию отдельных видов преступлений. Проводя же расследование по конкретному уголовному делу, следователь выдвигает не типовые, а конкретные версии, основанные на материалах данного дела, с учетом типовых версий.

В отношении каждого неясного или сомнительного обстоятельства, исследуемого по делу, должны быть выдвинуты и проверены все возможные в данный момент версии. Нельзя увлекаться одними версиями и игнорировать другие на том основании, что они кажутся маловероятными.

Каждая версия должна быть достаточно обоснованной и тщательно проверяться. Нарушение этого требования порождает обвинительный уклон в расследовании, который чаще является не столько результатом нарочитой тенденциозности следователя, сколько именно результатом его одностороннего увлечения той или иной версией.

Если же предполагаемые следствия соответствуют установленным фактам действительности, то это будет доказывать, что выдвинутая версия состоятельна (вероятна). Считать ее достоверным знанием, соответствующим действительности, пока нельзя, так как одни и те же следствия могут вытекать из различных оснований и не исключено, что установленные факты действительности обусловлены иной закономерностью (причиной), не охваченной данной версией.

Познавательная роль версии заключается не только в том, что она способна объяснить уже известные следствию обстоятельства преступления, но и в том, что с ее помощью открываются новые обстоятельства и факты, не известные следователю к моменту возникновения версии.

Способность версии не только объяснить ранее известные факты, но также обеспечивать выявление новых, является важным условием возможности проверки выдвинутого предположения, показателем высокого познавательного значения криминалистических версий.

В основе версий должны лежать определенные фактические данные, которые можно подразделить на две группы:

1. полученные из различных источников данные, относящиеся к расследуемому преступлению. Они могут содержаться в судебных доказательствах, материалах оперативно-розыскной деятельности, служебных проверок, заявлениях граждан, сообщениях печати и других источниках.

2. сведения, являющиеся результатом научных обобщений, непосредственно не относящиеся к конкретному уголовному делу. Это данные естественных, технических и других наук (криминалистики, судебной медицины, биологии, физики, химии и др.), а также сведения, почерпнутые из жизненного и профессионального опыта следователя, обобщений следственной, судебной и экспертной практики.

В частности, большое значение при выдвижении следственных версий имеют результаты криминалистического анализа и видовая криминалистическая характеристика преступлений.

Объем частной следственной версии может быть различен: она может касаться какого-то одного обстоятельства проверяемого события или охватывать два и более взаимосвязанных обстоятельств. Нередко в одной частной следственной версии объединяется несколько предположений следователя о различных обстоятельствах преступления (например, о субъекте и мотиве преступления, времени, месте и способе его совершения и т.д.).

Определение конкретных следствий, вытекающих из каждой выдвинутой версии, – основная задача анализа (разработки) версий. Важно предусмотреть все следствия из допущенного предположения, ибо этим определяется степень надежности версии, которая тем выше, чем больше следствий выводится из версии и находит подтверждение в ходе проверки. Следствия, вытекающие из выдвинутой версии, должны быть максимально детализированы, чтобы облегчить их сопоставление с фактами реальной действительности. Следствия, логически выводимые из сделанного следователем предположения относительно того или иного обстоятельства расследуемого события, находят свое выражение в сформулированных вопросах, подлежащих выяснению. Определить применительно к каждой выдвинутой версии исчерпывающую совокупность вопросов, которые необходимо выяснить в процессе проверки, практически очень важно, так как это является одним из условий всесторонности и полноты расследования.

Источники недочетов в расследовании чаще всего относятся к стадии анализа версий. Во многих случаях недостатки обусловлены поверхностным анализом содержания следственных версий и нечетким определением совокупности подлежащих выяснению вопросов.

Осуществляемая в ходе расследования проверка логически выводимых из выдвинутых предположений следствий (фактов, явлений, закономерностей) направлена на то, чтобы установить, существуют ли они в реальной действительности. Конечная цель проверки общих и частных версий – установить, какая из них выражает объективную истину и какие несостоятельны.

Средства и методы проверки криминалистических версий определяются в зависимости от того, к какой разновидности они относятся. Следственные и судебные версии проверяются в основном путем производства следственных и судебных действий, оперативно-розыскные средства и методы при этом также используются, однако носят вспомогательный характер.

При проверке же оперативно-розыскных версий используются главным образом средства и методы оперативно-розыскной деятельности, процессуальные средства здесь могут быть использованы лишь постольку, поскольку они применяются по параллельно ведущемуся уголовному делу.

Вне рамок судопроизводства применение процессуальных средств проверки оперативно-розыскных версий недопустимо. При проверке следственных и судебных версий специальные познания используются преимущественно в форме экспертизы и привлечения специалиста к участию в производстве следственных действий. Для проверки оперативно-розыскных версий характерна непроцессуальная форма применения специальных познаний (различные исследования по заданиям оперативно-розыскных органов). Проверка экспертных версий осуществляется также в условиях определенной правовой регламентации с применением общенаучных и специальных методов.

В теории криминалистики предложен принцип параллельной (одновременной) проверки версий, обеспечивающий наиболее оптимальный темп расследования, экономию рабочего времени следователя и затрачиваемых им сил и средств.

Последовательная, поочередная проверка версий не только не гарантирует получение этих преимуществ, но более того – таит угрозу утраты следов преступления, ценной доказательственной информации, вызывает необходимость повторных следственных действий, приводит к нарушению процессуальных сроков. Ни одно из вытекающих из выдвинутой версии следствий не может быть оставлено без проверки. До тех пор пока версия не опровергнута и не отпала, каждый логически выводимый из нее факт должен быть проверен с позиции соответствия (или несоответствия) его реальной действительности.

Если в ходе проверки получены противоречивые данные, когда одни из них подтверждают версию, а другие ее опровергают, прекращать проверку версии недопустимо, она должна продолжаться до полного выяснения и устранения противоречий.

Версия признается достоверной, если:

1. все возможные предположения относительно проверяемого обстоятельства преступления были выдвинуты и никакой другой версии, касающейся того же обстоятельства, в процессе всего расследования на основе новых, дополнительных данных не возникло;

2. все выдвинутые версии о данном обстоятельстве были проверены и все, за исключением одной, нашедшей объективное подтверждение, были опровергнуты и отпали

3. все следствия (обстоятельства), логически выводимые из подтвердившейся версии, были всесторонне исследованы и нашли подтверждение, т.е. обнаружены в реальной действительности

4. подтвердившаяся версия находится в полном соответствии со всеми другими обстоятельствами дела. Только при наличии совокупности указанных условий можно признать подтвердившуюся версию соответствующей действительности, выражающей объективную истину по делу.

Версии определяют направление расследования, поэтому их разработка – важнейшая и ответственейшая часть планирования. Но, признавая криминалистическую версию частной гипотезой, следует иметь в виду, что она представляет собой специфическую разновидность такой гипотезы. Ее отличия от иных частных гипотез заключаются в том, что она:

· конструируется и используется в специфической сфере общественной практики – уголовном судопроизводстве;

· выдвигается и проверяется лицами, специально уполномоченными на то законом;

· объясняет факты и обстоятельства, значимые для установления истины по делу;

· должна быть проверена в ограниченный законом срок;

· проверяется специфическими методами, обусловленными законом;

· проверяется в условиях, когда возможно активное противодействие со стороны заинтересованных в сокрытии истины лиц.

Эти отличия версии от других частных гипотез отражают отличия судебного исследования от научного.

Опираясь на исходные данные, версия должна не просто объяснить их, но и раскрыть все виды связей между ними. Содержание версии всегда шире содержания исходных данных, так как включает и предположения о фактах, еще не установленных. Однако при этом содержание исходных данных должно полностью укладываться в содержание версии. Если версия не может объяснить все известные в момент ее выдвижения фактические данные, это означает, что:

· факт, выходящий за пределы содержания версии, не имеет отношения к данному событию, не связан с ним;

· версия в целом нереальна, не отражает объективно существующей между фактами связи и не может определять направленность расследования. Версия подлежит замене;

· версия нуждается в известной корректировке, уточнении, дополнении, но не требует замены.

Практическое значение типичных версий было подтверждено последними успешными разработками на их основе типовых программ действий оперативной группы, получившей сообщение о происшествии. Такие типовые программы нередко находятся на вооружении дежурных частей органов внутренних дел. Они базируются на минимальной исходной информации, обобщенной типичной версией, и содержат:

· указания на состав оперативной группы;

· перечень средств, составляющих оснащение группы;

· обязанности каждого участника группы;

· указания на субъекта и цели связи оперативной группы с органом внутренних дел.

Версия есть не что иное, как одно из возможных объяснений расследуемого события в целом или отдельных его обстоятельств. Все они представляют суждения, которые могут быть либо ложными, либо истинными. Так как на первых порах не известно, какое из них соответствует действительности, а какое ошибочно, то на этом основывается правило, согласно которому необходимо выдвигать столько версий, сколько может быть дано удовлетворяющих задаче раскрытия преступления объяснений имеющимся обстоятельствам.Проверка только одной версии и игнорирование других версий могут повлечь также необоснованное привлечение к уголовной ответственности лиц, не виновных в совершении преступления. Ошибки подобного рода случаются, когда следователь не учитывает версии, выдвигаемые другими участниками процесса, в частности обвиняемым или потерпевшим.Версия обвиняемого – это тоже одно из объяснений расследуемого преступления, но с его позиции.

Таким образом, значимость для расследования такой конкретизации версий во многом зависит от соблюдения ряда требований для выводных следствий, заключающихся в следующем:

1. следствия должны быть необходимыми, реальными и максимально всесторонне отражать сущность каждой версии;

2. между следствиями одной версии должна быть определенная логическая связь.

Вместе с тем необходимо прослеживать вероятность других выводов возможного нетипичного хода преступного события. Например, выдвигая следствия из версии о причастности конкретного лица к расследуемому преступлению на основе имеющихся вещественных доказательств, указывающих на это лицо (следы пальцев рук, вещи, документы и др.), следователь может предположить о возможной фальсификации обнаруженных доказательств каким-либо другим причастным к преступлению лицом.

1.2 Принципы и условия планирования

Оценка оптимальности разработанного плана расследования зависит от того, насколько план отвечает основным исходным положениям, в совокупности составляющим его основополагающие начала. К ним чаще всего относят следующие положения: принципы, условия, функции и элементы планирования.

К числу принципов планирования относятся: индивидуальность, динамичность, гипотетичность и реальность.

Принцип индивидуальности обязывает при планировании исходить из учета как общих для данного вида, так и всех специфических особенностей расследуемого преступления, т.е. каждый план должен быть индивидуальным, а не шаблонным.

Этот принцип предписывает следователю составлять план расследования по каждому уголовному делу. Как нет двух одинаковых преступлений, так и невозможен и план расследования, годный для раскрытия нескольких уголовно наказуемых деяний, пусть даже однородных.

При этом принцип индивидуальности не отвергает, а, наоборот, предполагает широкое использование при планировании всех необходимых для данного случая рекомендаций криминалистики обобщенного характера, ибо рекомендации о типовых направлениях, способах и средствах расследования только тогда будут эффективными, когда они учитывают все специфические особенности конкретного преступления и все особенности сложившихся следственных ситуаций. Индивидуальность планирования предполагает и проявление в плане личностных черт следователя, его профессионального опыта и профессиональных знаний в конкретной ситуации.

Принцип динамичности означает, что план расследования как важнейший творческий рабочий инструмент следователя, который он использует в процессе всего расследования, не может не быть гибким и подвижным. Логика процесса собирания и исследования информации по делу такова, что поступление новой информации постоянно меняет сложившуюся следственную ситуацию и соответственно требует внесения изменений и дополнений в план расследования. Выполнение этого требования обеспечивает его динамичность. Этот принцип тесно связан с движением расследования по этапам, на каждом из которых, как выше уже отмечалось, характер плана меняется.

Планирование нельзя рассматривать как разовый акт, оно сопутствует расследованию на всем его протяжении. План может постоянно меняться, так как в процессе работы встают новые проблемы, возникают отдельные частные задачи, не предусмотренные ранее, но требующие разрешения. Изменения в план могут вносить не только в отношении содержания сроков их выполнения, конкретных исполнителей.

Принцип гипотетичности вытекает из объективной закономерности процесса расследования, как поисково-познавательной деятельности, проявляющейся в поступательном характере собирания и накопления информации по делу и требующей гипотетического объяснения выявленных обстоятельств. В связи с этим план расследования в его поисково-познавательной части может существовать только на основе построенных следственных версий. Соответственно версия является логической основой планирования, его организующим началом. Вместе с тем в непоисковой части план может быть нацелен на решение иных задач (тактико-технических, организационных и процессуальных).

Принцип реальности означает, что разработанный план должен обеспечивать полную возможность эффективной проверки всех выдвинутых следственных версий и решения намеченных целей расследования. При этом имеется в виду выполнение поставленных задач в установленные сроки, с учетом реальных возможностей следственных действий, с максимальным использованием всех доступных криминалистических ресурсов и возможностей современной науки и техники.

При составлении планов исходят из реальной оценки объема работы по расследованию преступления, а также из учета сил и возможностей следователя.

Схематично изложенная информация представлена в приложении к дипломной работе, где отражена структура принципов планирования расследования.

Идея целостности и учета всех взаимосвязей элементов плана, этапов и видов планирования, планирования как процесса и плана как его результата является ключевой для понимания рассматриваемых понятий (планирования и плана) с позиции системного подхода.

Вместе с тем планирование любой криминалистической деятельности реально возможно лишь при ряде необходимых условий :

1. наличии соответствующей исходной информации;

2. должной оценки сложившейся криминалистической ситуации и реальных возможностей достижения планируемых целей;

3. обеспечении четкой взаимосвязи и согласованности между отдельными планами (по каждому делу, материалу, экспертизе) и видами планирования (всего расследования, криминалистической операции, отдельного следственного и иного действия);

4. строгом учете установленного законом и иными актами времени, отводимого на данный вид криминалистической деятельности.

План любой криминалистической деятельности обычно выполняет различные функции, связанные с упорядочением планируемой деятельности.

Так, в расследовании планирование выполняет следующие функции: моделирования, организационно-управленческую и упорядочения доказательств.

Планирование предполагает соблюдение максимальной экономии сил и средств расследования, достижение цели более коротким путем и с наименьшими затратами.

Несмотря на видовые сходства преступлений, наличие общих положений методики их расследования, существование типичных тактических приемов и универсальных научно-технических методов, расследование каждого преступления характеризуется индивидуальностью, неповторимостью применяемых конкретных методов. Иными словами, как неповторимо по совокупности своих особенностей совершенное преступление, так неповторимо по своей специфике его расследование, а стало быть, неповторимо, индивидуально и планирование расследования по делу.

Несмотря на общую типовую структуру плана расследования конкретный план по уголовному делу всегда индивидуален, и любая попытка пренебречь принципом индивидуальности, подменить конкретный план расследования неким шаблоном чревата отрицательными последствиями.

Как динамичная информационная модель, следственная версия проходит в своем развитии, как уже отмечалось, определенные стадии. В процессе проверки вытекающих из нее следствий появляются новые данные о фактах, возникают новые предположения о проверяемых обстоятельствах преступления, одни версии отпадают, рождаются другие, и это происходит до окончания расследования, до установления истины по делу. Закономерная динамика расследования неизбежно вызывает динамику в планировании, постоянное уточнение и изменение плана расследования с учетом вновь полученной информации.

Реальность планирования расследования выражается прежде всего в обоснованности выдвигаемых следственных версий, реальности логически выводимых из них следствий. В противном случае процесс планирования расследования будет оторванным от конкретных обстоятельств уголовного дела.

В этих условиях неизбежны ошибки в определении единственно правильного направления расследования, отвлечение следователя на бесполезные мероприятия, потеря оптимального темпа работы по уголовному делу.

Ситуационность планирования расследования предполагает учет конкретной следственной ситуации, сложившейся к моменту планирования. Следственная ситуация предопределяет особенности разработки плана расследования по делу, влияет на содержание выдвигаемых следственных версий, в значительной мере определяет необходимый комплекс следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, а также совокупность подлежащих выяснению обстоятельств и другие компоненты плана расследования. С учетом изменений следственной ситуации корректируется, дополняется план расследования по делу. Ситуационный подход к планированию характерен на всех этапах расследования. Особенно ярко он выражен на его начальном этапе, когда в определенной типовой следственной ситуации можно эффективно использовать разработанные криминалистикой типовые программы расследования с учетом индивидуальных особенностей конкретного уголовного дела.

Следует, однако, иметь в виду, что планирование начинается с первого же момента расследования, как только поступает сообщение о совершенном преступлении. С этого момента следователь строит свои первые предположения и намечает первичные неотложные действия. И в принципе неважно, в какой форме рождается в этот момент план расследования – в устной или письменной, планирование уже началось, и таким образом нет оснований говорить о его несвоевременности или своевременности; речь может идти о своевременности корректировки намеченного плана, что входит в понятие динамичности планирования.

Непрекращающиеся споры о содержании, происхождении и количестве принципов планирования расследования заставляют расширить контекст рассмотрения проблемы и выйти за рамки криминалистики.

«Principium» переводится с латыни как «начало», «основа». На разных этапах развития науки значение этого термина менялось. Античные философы видели в нем первородную субстанцию бытия.

В современной науке «принцип» понимается очень широко – не только как основа чего-либо, но и как познанный закон, исходное начало, аксиома, основное положение, общее предположение, общее требование, норма, предписание, руководящее указание и др. Несмотря на множество толкований данного понятия, все они обладают рядом общих черт, и по своему происхождению все принципы можно отнести к одному из двух источников. В первом случае в основе принципов лежит познанный закон, и они отражают его. Во втором – принципы зависят от целей деятельности, представлений о ее эффективности, правильности и поэтому задаются априорно, руководствуясь соображениями, которые обычно лежат за пределами самой деятельности.

Независимо от различий в толкованиях все принципы обладают выраженной нормативностью. В одних определениях, трактующих принцип как закон, норму, предписание, руководящее указание, общее требование или основное правило, это свойство в явном виде присутствует как существенный признак определяемого понятия. В других трактовках нормативность содержится в скрытой форме, но от этого ее значение нисколько не уменьшается.

В социальной жизни нормативная природа принципов выражается в том, что они выполняют функцию и эталона, и инструмента для регулирования некой повторяющейся деятельности. Как только возникает потребность сделать эту деятельность более эффективной, сразу же встает задача накопления и отбора самых главных правил – принципов. В них фиксируются идеальные содержание и форма прошлой деятельности. Это позволяет человеку, приступающему к некой деятельности и имеющему перед собой соответствующие ориентиры-принципы, быстрее и на уровне лучших образцов освоить ее. Если же деятельность носит «разовый» характер, то принципы, как правило, не нужны, разве что для более эффективного решения задач, возникающих в процессе данной уникальной деятельности. В этом случае они представляют собой аксиомы, поскольку задаются априорно.

Обладая нормативно-инструментальными свойствами, принципы отличаются от методов познания или практической деятельности тем, что отражают самые общие регулятивные правила, которые обычно не увязаны между собой какой-то последовательностью. Очень часто они появляются на таком этапе развития, когда нельзя формализовать или алгоритмизировать мыслительный или какой-то другой процесс. В то же время сама деятельность требует регулирования, что и происходит путем введения общих правил (ориентиров). Именно по этой причине они имеют методологическое значение и для практиков, и для теоретиков.

Перечисленные свойства характерны не только для принципов вообще, но и для принципов планирования расследования преступлений в частности. Поэтому понимание принципов планирования именно как общих требований (основных правил), которыми следует неукоснительно руководствоваться в процессе рассматриваемой мыслительной деятельности, представляется наиболее правильным. Подобное толкование лишний раз подчеркивает обязательность названных принципов. В этом и состоит главное преимущество приведенного определения.

Поскольку планирование расследования представляет собой мыслительный процесс, его можно рассматривать как развивающуюся систему и описывать с позиций системного подхода. С этой точки зрения оно и его результаты (планы) всегда системны. Системность выражается хотя бы в том, что каждый этап и вид планирования (общее, календарное, отдельных следственных действий), каждый элемент плана является самостоятельной информационной системой и в большинстве случаев представляет собой составную часть более общей системы. Все этапы и виды планирования последовательно, а все элементы плана структурно связаны между собой. Именно это позволяет говорить о целостности планирования и плана расследования и представлять их в виде взаимосвязанных систем: динамической и статической (на определенный промежуток времени).

Такая же целостность и внутренняя организация присущи и планированию отдельных следственных действий. Нельзя провести полноценного планирования следственного действия, не соблюдая или пропуская отдельные этапы этого процесса. Так, невозможно определить нужные тактические приемы и последовательность их применения, а также технические средства и приемы выявления, фиксации и обеспечения сохранности следов без установления очередности решения тех или иных задач или выяснения обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Целостность, внутренняя организация, иерархичность видов планирования проявляются и тогда, когда речь заходит о работе по многоэпизодному делу, в отношении нескольких обвиняемых, а также группой следователей или по группе дел. Без понимания целостности планирования, учета всех его этапов и взаимосвязей между ними невозможно добиться того, чтобы основные задачи расследования были увязаны с промежуточными и частными. Нельзя точно определить очередность проведения намечаемых действий и мероприятий, а также согласовать их по исполнителям, времени и месту выполнения.

Из всего сказанного видно, что системность – одна из закономерностей планирования расследования, обусловленная самой природой данной мыслительной деятельности. Отражением этой закономерности в сознании будет принцип системности планирования, который носит обязательный, нормативный характер. Поэтому принцип системности будет распространяться не только на планирование, но на планы расследования.

В криминалистике уже заходила речь о рассматриваемом принципе. Первым кто затронул данную тему, был Л.А. Сергеев. Правда, вводя данный принцип, он писал о нем применительно не к процессу планирования, а в основном к тому, каковы должны быть результаты этой мыслительной деятельности. Так, по его мнению, план не должен содержать противоречий, все мероприятия должны быть взаимно увязаны по времени и месту выполнения, конкретным исполнителям, ожидаемым результатам и т.д.

Будучи мыслительной деятельностью, планирование расследования может быть рассмотрено с позиций деятельностного подхода. С этой точки зрения оно, как и любая управляемая человеком деятельность, всегда целенаправленно, поскольку управления и осмысленной деятельности без цели попросту не бывает. Последняя является ориентиром, указывает, в каком направлении должна осуществляться деятельность, позволяет контролировать процесс планирования и расследования в целом и в случае отклонения от нее вносить соответствующие коррективы.

Ближайшей целью планирования является составление плана, из которого было бы видно, что и как именно нужно сделать, когда, где и кто этим будет заниматься. Чтобы достичь ее, следователь должен решить целый ряд промежуточных задач – пройти последовательно все этапы планирования. При этом каждый из них имеет свои частные цели, не достигнув которые невозможно перейти к следующему этапу. Например, не уяснив конкретные задачи расследования, нельзя правильно определить необходимые следственные действия и другие мероприятия. Не сформулировав перечень действий и мероприятий, невозможно установить очередность их проведения и т.д. Все это говорит о том, что целенаправленность является одной из закономерностей планирования, вытекающей из природы данной мыслительной деятельности. Осознание этого обстоятельства позволяет выделить еще один принцип планирования расследования – принцип целенаправленности.[20]

Мысль о планировании расследования как целенаправленной деятельности, конечно же, не нова. Сравнивая содержание данного принципа в криминалистике с тем, как он представлен в экономике и психологии, надо обратить внимание на его специфику, обусловленную природой расследования, публичным характером этой деятельности. Особенность состоит в том, что, например, в отличие от экономики, где субъект волен в выборе целей, основные цели расследования в нормативном виде всегда задаются извне: законодателем, обобщенной судебной и следственной практикой. Так, одной из них является выяснение обстоятельств, подлежащих доказыванию, которые в основном определяются уголовным и уголовно-процессуальным законами и в какой-то части руководящими документами Верховного Суда РФ, а также криминалистическими рекомендациями.

Изучение следственной деятельности позволяет утверждать, что в ходе расследования нельзя создать такой план, который оставался бы неизменным в процессе всей работы по уголовному делу. Это обусловлено спецификой данной деятельности: по мере установления ранее неизвестных фактов следственная ситуация объективно меняется и следователь попросту не может не реагировать на данные изменения. С учетом новой информации и противодействия заинтересованных лиц ему приходится вносить поправки, уточнять, дополнять первоначальный план, исключать из него ненужное. Таким образом, необходимость своевременной корректировки плана расследования – также одна из закономерностей планирования.[21]

Гибкость, или подвижность, предполагает, что следователь не может быть связан теми направлениями расследования, которые он запланировал ранее, исходя из имевшихся у него данных. При необходимости он обязан изменить их. Обычно данное положение принимается всеми криминалистами и не вызывает ни вопросов, ни возражений. В то же время такое толкование нельзя назвать исчерпывающим. На эту мысль наводят рассуждения А.Р. Ратинова, который хотя и относил требования (по сути – принципы) гибкости и подвижности не к планированию, а плану расследования, но все-таки полагал, что последний может отвечать названным условиям, если он обеспечивается достаточным количеством заранее продуманных вариантов поведения в зависимости от того или иного оборота дела.

В криминалистической литературе вопрос о своевременности планирования нередко вообще обходят стороной или говорят о нем применительно к первоначальному этапу расследования. Как правило, констатируется лишь то, что корректировка планов должна проводиться максимально оперативно, без указания каких-либо сроков.

Некоторые авторы отстаивают мнение о необходимости ежедневного планирования. Так, А.Р. Ратинов писал, что следователь строит, уточняет, дополняет и изменяет свои планы постоянно и ежедневно, а не только когда составляет письменный план. При всей спорности тезиса о постоянном и ежедневном планировании в сказанном содержится рациональное зерно, поскольку специально подчеркивается, что планирование (как мыслительный процесс) может происходить в любой момент работы по уголовному делу, а не только при составлении плана расследования.

Существует точка зрения, что реальность и правильность плана должны проверяться после каждого действия, вносящего сколько-нибудь существенные изменения в ход следствия.

Анализ наиболее известных продуктов научной деятельности показывает, что типовые алгоритмы (программы), планы расследования в виде перечней следственных действий не могут быть основой для планирования. Следует уточнить, что так называемые типовые планы – это нонсенс, поскольку таковых не может быть по определению. План расследования всегда создается применительно к конкретной ситуации. Он тем и отличается от типового алгоритма (программы) расследования, что содержит, как минимум, указания на то, когда, где и кто проводит соответствующие следственные действия. Таким образом, когда говорят о типовом плане, подразумевая под ним набор следственных действий, надо понимать, что речь идет все-таки о типовом алгоритме расследования.

Таким образом, даже самый совершенный, глубокий, открывающий перспективу дела план расследования, подвергается постоянной корректировке. Из этого вовсе не следует, что при составлении первоначального плана расследования можно пренебречь требованиями всесторонности и глубины анализа поступивших материалов, детальной разработкой версий, намечаемых мероприятий и т.п. в расчете на то, что план «не стабильный» и он все равно будет изменяться и дополняться.

2. Элементы, этапы, виды планирования

С содержательной стороны процесс планирования складывается из целой системы тесно связанных между собой во временной последовательности элементов, характеризующих ход планирования, начиная от анализа исходных материалов до составления плана и осуществления контроля за его выполнением.

При планировании расследования, как наиболее сложной криминалистической деятельности, элементы планирования образуют несколько систем разного уровня. На уровне планирования расследования дела в целом она носит более общий характер. На уровнях планирования тактической операции и следственного действия эта система представляет собой детализацию элементов предшествующего уровня.

Так, на первом уровне (расследования дела в целом) система элементов планирования обычно складывается из следующего:

1. анализа исходной информации; выдвижения следственных версий и определения задач расследования;

2. решения о путях и способах выполнения поставленных задач;

3. выбора той или иной формы плана; контроля исполнения и корректировки плана расследования.

На уровне планирования отдельного следственного действия детализируются задачи, подлежащие выяснению, определяются место, время, состав участников действия и его тактика.

Криминалистическая деятельность и особенно такой ее вид, как расследование преступлений, имеющее свою специфическую структуру, является одним из видов сложнейшей многоцелевой поисково-познавательной деятельности. Вместе с тем эта деятельность распадается на несколько этапов, включает в себя значительное число следственных действий, оперативно-розыскных мероприятий, криминалистических операций, имеет несколько субъектов ее осуществления, требующих необходимого взаимодействия.

Основополагающие элементы структуры расследования отражены в уголовно-процессуальном законе. Структура же отдельного расследования конкретизируется следователем. При этом важным элементом конкретизации является определение целей расследования.

Поисково-познавательная деятельность при расследовании, в самом общем понимании направленная на установление истины по делу и создание при этом всех необходимых условий для правильного применения закона, исходя из процессуально – криминалистической сути расследования, имеет целую систему целей.

Так, в расследовании можно выделить следующие цели:

1. общие.

2. конкретные (составляющие предмет доказывания).

3. специфические (обусловленные особенностями и своеобразием этапов расследуемого преступления).

4. частные (в основном связанные с производством отдельных следственных действий и подготовкой к ним).

При этом раскрытие преступлений является первейшей целью, открывающей возможности для осуществления последующих целей расследования.

Процесс определения всего комплекса целей в основном базируется на построенных следственных версиях и соответственно сопряжен с целым рядом сложностей. Основные из них обусловлены специфичностью процессуальной формы познавательно-поисковой деятельности; разнообразием ее методов и средств; частым дефицитом информации и времени; противодействием познанию истины со стороны преступников и их сообщников.

В расследовании можно выделить несколько видов планирования в рамках которых осуществляется переход от одного состояния расследования к другому более высокому уровню по его содержанию. Чаще всего выделяются первоначальный, последующий и заключительный виды расследования. Каждый из них имеет свои конкретные цели и определенную специфику в объеме и методах криминалистической деятельности.

На первоначальном выявляются, накапливаются и изучаются данные (особенно могущие с течением времени исчезнуть) об обстоятельствах преступления и виновном лице, осуществляется его розыск и задержание (если это еще не было сделано до начала расследования).

На последующем на базе полученной к его началу и дополнительно собранной информации предъявляется обвинение, допрашивается обвиняемый и решаются вопросы раскрытия данного преступления.

На заключительном решаются оставшиеся невыполненными цели расследования, составляется обвинительное заключение и осуществляются иные действия, направленные на завершение расследования.

По некоторым, чаще всего сложным, многоэпизодным делам, преступлениям в сфере экономики, а также связанным с нарушением технических, технологических и иных правил, иногда выделяют подготовительный к расследованию . Его цель – пополнить первичные материалы дополнительными данными, недостающими для принятия решения о возбуждении уголовного дела.

Цели расследования как поисково-познавательного процесса на всех его этапах решаются его субъектами с помощью различных следственных действий, криминалистических операций, а также оперативно-розыскных мероприятий.

Следственные действия и криминалистические операции являются важными элементами поисково-познавательной деятельности. Способствуя достижению целей расследования в целом, они, как уже отмечалось, имеют собственные цели и методы их решения.

Планирование как сложная мыслительная деятельность следователя, направленная на определение наиболее оптимальных путей достижения всех отмеченных целей расследования, является условием и основным методом его рациональной организации. В этом смысле, как справедливо отмечено в криминалистической литературе, можно говорить о планировании как об организующем начале, организационной основе расследования.

В то же время планирование является и способом построения мысленной модели всего хода расследования, материальным выражением которой является письменный или графический план расследования. Именно на этой основе и базируется вся организационная деятельность следователя при расследовании.

Соответственно под организацией расследования понимается деятельность следователя, направленная на создание наиболее оптимальных условий для всего хода расследования и действий в каждой следственной ситуации в целях успешной реализации плана расследования. Организационные меры вытекают из задач и плана расследования. В то же время эти меры также планируются.

Планирование и организация неразрывно связаны с деятельностью по оптимизации процесса расследования, служат ее задачам, что делает их весьма близкими понятиями. Однако предметы их интереса не во всем совпадают. Планирование нацелено на построение самой модели-схемы начавшегося и продолжающегося расследования вплоть до его окончания. Организация же направлена на обеспечение наиболее рациональной реализации разработанного следователем плана расследования. В этом смысле, думается, правильнее их считать пересекающимися понятиями. Частью организационного процесса является организация подготовки отдельного следственного действия или иного криминалистического действия.

Для обеспечения эффективности расследования его планирование по возможности следует начинать практически сразу после возбуждения уголовного дела.

Исходными положениями планирования являются построения следственных версий и в целях проверки каждой из них – определение круга обстоятельств, подлежащих установлению. Бесспорно, что фрагментарный и проблематичный характер исходной информации о преступном событии, его субъекте, форме вины и других существенных обстоятельствах препятствует разработке подробного плана по делу в целом.

Условно можно разделить окружающий следователя поток информации на два раздела. Один – внешний – поступает при изучении обстановки и обстоятельств расследуемого преступления, а также от привлеченных к расследованию специалистов; второй – внутренний – это содержащиеся в памяти следователя знания и понятия, приобретенные в процессе обучения и практической работы.

Опираясь на оба источника в равной степени, следователь начинает планирование следствия. Оно выражается в следующем:

1. определение тех следственных действий, которые необходимо провести для установления существенных обстоятельств согласно той или иной следственной версии (допросы, обыски, осмотры, проведение экспертизы);2. определение содержания объема тех следственных действий, которые намечено провести (какие вопросы целесообразно поставить при допросе того или иного свидетеля, или перед экспертами, или что искать при обыске);3. установление последовательности проведения намеченных следственных действий;4. определение времени производства намеченного следственного действия;5. выбор места проведения следственных действий;6. определение круга участников того или иного следственного действия;7. выбор тех научно-технических средств, которые следует применять при производстве данного следственного действия или которые могут быть применены;8. определение тех документов, а также предметов, которые необходимо истребовать от учреждений, должностных лиц и отдельных граждан;9. определение заданий оперативно-розыскному аппарату милиции.Использование следственного опыта и научных рекомендаций означает, что следователь, намечая план следствия по конкретному делу, должен учитывать опыт расследования дел данной категории (как собственный, так и обобщенный опыт следственной практики). Это помогает правильно определить направления следственной работы и избежать ошибок, допущенных ранее при расследовании дел данной категории.При планировании следствия следователь должен учитывать рекомендации, разработанные наукой криминалистикой, в частности относящиеся к этапу планирования следствия.Первый этап планирования заключается в определении непосредственных целей расследования и в уточнении целей более общего уровня, сформулированных в процессе построения версий и выведения из них логических следствий.Второй этап заключается в выделении общеверсионных вопросов и обстоятельств, т.е. тех логических следствий, которые повторяются при их выведении из различных версий.Третий этап планирования состоит в выявлений вневерсионных вопросов и обстоятельств, которые, не будучи составляющими какой-либо версии, тем не менее подлежат обязательному установлению в порядке так называемого «простого информационного поиска».Четвертый этап заключается в определении и учете средств, находящихся в распоряжении следователя. При планировании расследования термин «средства» понимается в широком смысле – как человеческие, материально – технические, информационные, временные и иные факторы, которые необходимо учитывать при раскрытии и расследовании преступлений.Пятый этап можно определить как этап постановки задачи, а, как известно, задача – это цель, данная в определенных условиях. Сопряжение цели и средств, выявленных на предыдущем этапе, позволяет определить характер организационно-управленческой ситуации (упорядоченная – достаточно ресурсов или неупорядоченная – ресурсов явно недостаточно) и тем самым сформулировать стоящую перед следователем задачу.В настоящее время принята классификация задач по двум наиболее общим типам – на нахождение и на доказательство. Тип важно определить сразу, потому что он предопределяет метод ее решения. Целью задачи на нахождение является поиск определенного объекта, не известного в этой задаче, но удовлетворяющего ее условию, которое связывает неизвестное с исходными данными.Цель задачи на доказательство заключается в установлении правильности или ложности некоторого положения (высказывания), его подтверждении или опровержении. Следователь в своей деятельности нередко сталкивается и с необходимостью разрешения задач третьего типа – на нахождение и на доказательство. Правильно сформулированная задача позволяет в дальнейшем успешно спланировать как отдельные действия, так и всю деятельность субъектов расследования. Именно на этом этапе следователь выявляет конкретную организационно-управленческую ситуацию, определяет ее характер (тип), делает предварительный, общий вывод о необходимом количестве сил, времени и средств.Шестой этап заключается в разработке, анализе и оценке вариантов возможных моделей процессуальных, оперативно-розыскных и других действий, направленных на подтверждение или опровержение логических следствий и установление вневерсионных обстоятельств. Именно на данном этапе следователь принимает решение использовать определенные средства. Чем разнообразнее по характеру запланированные действия, чем шире их поисковые возможности, тем больше вероятность достижения оптимального результата. На этом этапе планирования следователь принимает не только организационные, но и процессуальные, и тактические решения.При разработке и принятии тактических решений наиболее отчетливо проявляется необходимость органического сочетания планирования и прогнозирования. Хотя прогнозирование носит вспомогательный характер по отношению к планированию, оно существенно его обогащает.Интеграция конкретных приемов планирования и прогнозирования позволяет разработать оптимальные тактические решения, прогнозирование обеспечивает непрерывный стимул и ориентир для планирования.Седьмой этап планирования состоит в определении наиболее оптимальной очередности ранее намеченных действий и мероприятий. При этом следователь должен руководствоваться не только организационными, но и тактическими соображениями, в связи с чем предпочтение в смысле неотложности и срочности отдается действиям и мероприятиям, несвоевременное проведение которых может привести к уничтожению или изменению доказательств, невозможности выявления носителей информации, усложнению установления и задержания подозреваемых, которые являются общими для проверки всех или нескольких версий (эпизодов), без осуществления которых дальнейшая реализация плана становится затруднительной или даже невозможной, поскольку они служат информационной или тактической базой для проведения последующих действий, в том числе выполняемых другими лицами (следственные поручения, розыскные, оперативные, ревизионно-проверочные задания и т.п.), которые отличаются наибольшей трудоемкостью и длительностью проведения (строительные, бухгалтерские экспертизы, документальные ревизии, судебно-биологические исследования и т.д.), с тем, чтобы «на их фоне», в процессе их производства другими исполнителями осуществлять иные действия и проводить иные мероприятия.Восьмой этап планирования заключается в определении, во-первых, непосредственных исполнителей и, во-вторых, сроков выполнения и примерной продолжительности намеченных действий.Девятый этап состоит в объединении отдельных планов, разработанных по каждому эпизоду, а также планов проведения вневерсионных и общеверсионных (общеэпизодных) мероприятий в единый сводный план расследования по делу. Это объединение происходит не механически. Несмотря на предварительную оптимизацию, проводимую на предыдущих (особенно на 2-м, 7 и 8-м) этапах планирования, следователь вновь корректирует отдельные разделы (составные части) единого плана расследования.Десятый этап заключается в учете результатов реализации сформированного плана и внесении в него соответствующих изменений, что предопределяет специфику данного этапа и рассмотрение его во многих случаях как дополнительного.Десятиэтапная динамическая структура планирования является основной схемой формирования планов на первоначальном или последующем этапе расследования, а также по уголовному делу в целом. Формированию плана будущей деятельности следователя предшествует определение типа и характера следственной ситуации и выявление процессов построения версий. Практически между всеми этапами возникают не только прямые, но и обратные связи, оптимизирующие и делающие более надежной всю систему планирования.Конечный результат процесса планирования – готовый сформулированный план расследования.В итоге, следует отметить, что основными элементами содержания планирования являются:1. Непосредственные цели, т.е. логические следствия, выведенные из принятых к проверке версий или конкретизированные в виде детальных вопросов, а также вневерсионные обстоятельства, подлежащие установлению.2. Ресурсы, находящиеся в распоряжении следователя, в том числе привлеченные на различные периоды времени для выполнения запланированных действий и мероприятий. Это, прежде всего, исполнители – работники следствия, дознания, эксперты, специалисты, общественные помощники. Сюда же следует отнести материально-технические средства – транспорт, связь, криминалистическую и иную технику.3. Следственные, оперативно-розыскные, организационно-подготовительные, прочие действия и мероприятия. При планировании учитываются возможности наиболее оптимального сочетания названных действий и мероприятий, их комплексное или раздельное выполнение.4. Тактические приемы, составляющие содержание перечисленных процессуальных и непроцессуальных действий, которые могут быть кратко обозначены в плане в качестве самостоятельного элемента. В большинстве случаев, чем выше уровень планирования, тем меньше удельный вес тактических аспектов.5. Сроки производства следственных, оперативно-розыскных и других действий. Хотя при традиционной форме плана в нем обычно не отражается продолжительность того или иного мероприятия, следователь должен это всегда учитывать.6. Результаты выполнения плана и его корректировка.Данные тезисы, можно схематично отразить в приложение к дипломной работе, где мною указана схема основных элементов планирования расследования.Что касается планов отдельных следственных действий, то они обладают определенной спецификой, отличающей их от планов других, более высоких уровней. Грамотное планирование расследования по сложным уголовным делам на основе полной отработки следственных версий является одним из важнейших условий установления объективной истины.

Таким образом,достижение намеченных целей осуществляется субъектами расследования, эффективность их деятельности в интересах общих целей в первую очередь зависит от степени налаженности их взаимодействия при расследовании.

Поэтому столь сложная, многоцелевая и многосубъектная деятельность не может быть целенаправленной, оптимизированной и эффективной, если она не будет должным образом спланирована и организационно упорядочена.

И наоборот бесплановое и неорганизованное должным образом расследование превращается в хаотическую и беспорядочную деятельность с непредсказуемым результатом.

2.1 Планирование отдельных следственных действий

Следственное действие – межотраслевой объект, имеющий нормативно-правовой, управленческий, этический, поисково-познавательный и иные аспекты.

В уголовно-процессуальной теории доказывания под следственным действием понимается способ собирания доказательств. Своеобразная трактовка данному понятию дается в криминалистике. Этой наукой исследуются организационные основы, логико-гносеологический и технологический механизмы деятельности, осуществляемой в рамках следственных действий.

При таком подходе каждое следственное действие как элемент более широкой системы, именуемой предварительным расследованием, рассматривается в качестве деятельности внутри другой деятельности. Являясь относительно самостоятельной, деятельность по подготовке и производству следственного действия направлена на решение специфических правовых и тактических задач на пути достижения цели (целей) данного действия. В одних случаях она охватывает целостный комплекс организационных мероприятий и операций поисково-познавательной направленности, начинаясь с поиска носителей доказательственной и иной информации, имеющей значение для уголовного дела, завершаясь исследованием обнаруженных объектов и использованием полученной информации. В других случаях эта деятельность носит укороченный характер в связи с выпадением какого-либо ее звена.

Подобные ситуации складываются, например, в том случае, когда следственное действие выполняется в отношении ранее обнаруженного и зафиксированного объекта тактического воздействия, имеющегося в распоряжении следователя.

Как и все иные системы и подсистемы деятельностного типа, следственное действие имеет свой элементно-компонентный состав, внутреннюю структуру и внешние связи. Субъектами этой деятельности являются руководители и оперативные работники органов дознания, следователи, надзирающие за дознанием и следствием прокуроры, судьи.

В большинстве случаев решение о производстве следственного действия принимается лицом, в производстве которого находится уголовное дело. Оно же является организатором и исполнителем следственного действия. Однако подчас возникают ситуации, когда производство следственного действия субъектом принятия решения нецелесообразно или невозможно по каким-либо причинам. В таких случаях его проведение может быть поручено другому лицу из числа работников правоохранительных органов (коллеге следователя по работе, члену оперативно-следственной группы, работнику органа дознания и т.д.).

На практике порой возникает необходимость выполнения следственного действия не на той территории, где проводится расследование, а в ином регионе, подчас находящемся на значительном удалении от места ведения следствия. Существуют два выхода из такой ситуации.

В одном случае следователь, в производстве которого находится уголовное дело, командируется на место выполнения следственного действия и проводит его там. Другой путь решения задачи предполагает дачу письменного или в иной форме поручения о производстве следственного действия (либо нескольких действий) следователю местного органа предварительного следствия либо дознания. Несовпадение субъекта принятия решения и исполнителя следственного действия может быть и тогда, когда решение принимается судьей, руководителем следственного подразделения, органа дознания, прокурором, надзирающим за расследованием. По их устному или письменному указанию следственное действие может производиться другим лицом.

К участию в следственном действии могут быть привлечены специалисты, потерпевшие, свидетели, подозреваемые, обвиняемые. Но круг участников следственного действиями ими не ограничивается. В случаях, указанных в законе, в следственных действиях участвуют и другие лица (переводчики, педагоги, защитники обвиняемых и т.д.). Некоторые следственные действия (такие, например, как обыск, осмотр места происшествия) проводятся в присутствии понятых и с санкции прокурора. В следственных действиях, которые проводятся в служебных и жилых помещениях, в иных ограниченных пространствах, затрагивающих отношения собственности, права и интересы трудовых коллективов, отдельных граждан, могут участвовать представители администрации предприятия, материально-ответственные работники, владельцы имущества и другие заинтересованные лица.

Целями данного вида деятельности может быть обнаружение носителей доказательственной и другой информации, ее собирание и использование, реализация иных криминалистических, а также правовых решений. Эти цели претворяются в жизнь путем решения самых различных задач (обнаружения следов преступления, получения исходной и промежуточной информации, устранения противоречий, изобличен)» во лжи, проверки алиби и т.д.).

При этом активность следователя, его партнеров по взаимодействию может быть направлена на различные искомые и познаваемые объекты (события, обстоятельства, факты, предметы, документы).

На «вооружении» работников органов дознания и предварительного следствия находятся всевозможные средства решения задач следственных действий. При их производстве применяются: средства криминалистической и иной техники: методы и методики поиска и исследования объектов полевых условиях; приемы и правила организации работы, получения, анализа и использования информации; мысленные и материальные модели; профессиональные знания и навыки следователей, специальные познания экспертов: правовая и криминалистическая информация и другие средства.

Цель и средства ее достижения находятся в состоянии непрерывного взаимодействия, взаимосвязи при определяющей роли цели следственного действия. Структура и содержание целей – задач следственного действия по ходу его выполнения – могут видоизменяться в силу изменения ситуации, что приводит к необходимости корректировки реализуемой программы деятельности. Коренное изменение ситуации может привести к возникновению новой цели, что ставит следователя в условия необходимости принятия решения об экстренном приостановлении выполняемого действия либо об отказе от его дальнейшего производства и начале другого следственного действия.

Так, проверка показаний на месте может перерасти в дополнительный осмотр места происшествия в случае получения данных, указывающих не неполноту первичного осмотра, а следственный осмотр – в эксперимент, если возникла необходимость в совершении опытных действий, не планируемых ранее. В следственной практике имеются примеры того, как в процессе осмотра жилого помещения подчас возникает необходимость в прекращении данного следственного действия и в срочном проведении обыска. Каждое следственное действие имеет свою динамично развивающуюся структуру (механизм, процедуру), отражающую особенности поэтапного решения, технологию исследования поставленных задач.

Результаты следственного действия – это его итоги, то, что достигнуто в ходе реализации цели. Промежуточные результаты, достигнутые в ходе следственного действия, используются для оптимизации процесса решения других задач данного действия (для формирования и постановки новых вопросов, проверки собранных ранее сведений, получения сведений о других, прежде неизвестных носителях информации и т.д.), а также для организации, проведения и оптимизации следственных действий, производимых параллельно. Анализ и оценка всего комплекса результатов завершенного следственного действия позволяют разработать либо скорректировать ранее созданную программу дальнейшего расследования.

И, наконец, следует сказать о том, что, как и любое иное событие материального мира, следственное действие протекает в тех или иных временных и пространственных границах, имеет свое начало и завершение. Где бы не выполнялось данное действие, оно всегда имеет окружающую среду, обстановку, на фоне под прямым или опосредованным воздействием которой осуществляется.

Одной из задач криминалистического исследования следственного действия является разработка оптимальной функциональной модели данного объекта, отражающей его организационно-технологическую структуру, динамичный механизм его развития.

Существуют четыре типа (уровня) такого рода типовой информационной модели:

· общая модель

· модели определенных групп криминалистически сходных видов следственных действий

· модели отдельных видов следственных действий

· модели тех или иных разновидностей следственных действий.

Информационное значение общей модели состоит в том, что она способствует формированию общего представления о криминалистической сущности следственного действия и таких сторонах, элементах, связях механизма его развития, которые повторяются во всех случаях при производстве самых различных следственных действий.

Остальные модели представляют собой соответствующие варианты интерпретации на том или ином уровне общей модели следственного действия, ее конкретизации, наполнения отдельных ее звеньев специфическим содержанием на основе учета своеобразия отдельных групп, видов и разновидностей следственных действий и ситуаций, для разрешения которых они проводятся.

Процесс развития следственного действия состоит из четырех стадий:

1. принятие решения о производстве следственного действия;

2. организационно-тактическое обеспечение следственного действия (стадия подготовки);

3. общеориентирующее и детальное исследование (операциональная, рабочая часть следственного действия);

4. заключительная стадия.

В свою очередь, каждая из указанных стадий состоит из ряда элементов (подстадий, частей). Базовым, определяющим элементом структуры следственного действия, на котором строится вся логически развивающаяся конструкция этого вида деятельности, является построение мысленной модели и осуществление многофакторного анализа сложившейся следственной ситуации.

Указанная модель строится на основе изучения и осмысления имеющихся фактических данных, а также использования знаний, почерпнутых из типовых информационных моделей аналогичных ситуаций.

Во внимание принимаются все элементы и связи ситуации как в их статичном, так и динамичном аспектах (сведения об известных обстоятельствах, неустановленные факты, время, прошедшее с момента совершения исследуемого события, допущенные упущения и ошибки в процессе получения первичных данных и т.д.). На основе анализа и оценки ситуации определяется проблема (проблемы), подлежащая разрешению, основное направление дальнейшей деятельности, формируются версии, определяются задачи, средства, пути и методы их решения в рамках производства намеченного комплекса следственных действий.

С момента принятия решения о том, с какого именного следственного действия должна начинаться работа по разрешению ситуации, начинается этап его организационно-тактического обеспечения. Задача данной стадии состоит в том, чтобы создать надлежащие организационные и тактические предпосылки, обеспечивающие целеустремленное и эффективное проведение следственного действия. Формулируются цели и задачи предполагаемой деятельности, определяются последовательность, приемы и правила решения задач, осуществляется прогноз развития ситуации и с учетом различных его вариантов составляется план производства следственного действия, определяются участники, место и время проведения. Кроме того, на данной стадии может возникнуть необходимость дополнительного (сплошного или выборочного) изучения материалов дела, проведения установочных мероприятий по линии органов дознания, привлечения соответствующих технических средств, формирования следственной или следственно-оперативной группы, изучения методической и иной литературы, привлечения специалистов нужного профиля, принятия мер по обеспечению безопасности участников следственного действия.

Следственному действию в порядке его подготовки могут предшествовать иные следственные или оперативные мероприятия. К их числу могут относиться меры, обеспечивающие прибытие участников следственного действия на место его производства, установление необходимых контактов с представителями предприятий, организаций, учреждений, общественных и иных организаций, чье содействие необходимо (например, подача заявки администрации тюрьмы на доставку для допроса обвиняемого, когда он содержится под стражей). Продолжительность стадии подготовки следственного действия, объем понесенных при этом интеллектуальных, материальных и иных затрат зависят от особенностей объекта тактического воздействия и сложившейся ситуации. Признак кратковременности, непродолжительности этой стадии обычно характерен для тех случаев, когда носитель информации персонифицирован и имеются сведения о месте его нахождения.

Однако в том случае, когда при наличии сведений о признаках объекта отсутствуют данные о месте его нахождения, а также в условиях острого дефицита сведений и об объекте-носителе информации, и о месте его нахождения, стадия подготовки может затянуться и порой на довольно значительное время. В таких случаях недостающая информация может быть собрана путем производства иных следственных действий, мероприятий оперативно-розыскного характера (допроса потерпевших, опроса местных жителей и т.д.), а также использования средств массовой информации. Оптимизации этой работы способствуют знание и применение приемов поиска людей как носителей личностной информации (свидетелей, потерпевших, преступников), а также объектов, являющихся носителями вещной информации.

Следующая (рабочая) стадия следственного действия чаще всего начинается с этапа ориентирующего исследования. Осуществляемая в его рамках деятельность рассчитана на получение информации, дающей общее представление о сфере поиска, обстановке, объектах активности субъекта следственного действия. Получение и использование такой информации позволяет сориентироваться в реальной ситуации, уточнить, конкретизировать намеченную программу деятельности, принять меры, которые не были в нее заложены на подготовительной стадии. Что касается детального исследования, то оно, в отличие от ориентирующего, исходит из последовательной предметной реализации следственного действия на основе тщательной проверки версий, других мысленных моделей в условиях непосредственного контакта с объектом (обстановкой, предметом, человеком и т.д.).

В заключительной стадии следственного действия осуществляется систематизация и оценка собранной информации, анализ хода и результатов проделанной работы, выполняются необходимые организационные и процессуально-удостоверительные действия.

Характерно, что деятельность по фиксации осуществляется на протяжении всего цикла следственного действия, начинаясь уже на стадии ориентирующего исследования. Первый шаг на этом пути делается в начале организации следственного действия на месте его производства. Прежде всего для этого применяются фото-, кино-, видеозаписывающие средства, фиксирующие обстановку до того, как следственное действие приобрело динамический характер. Фиксируются также момент начала и завершения действия, его ход, промежуточные и конечные результаты. Наряду с основной формой документальной фиксации – протокола следственного действия, – применяются вспомогательные и дополнительные средства фиксации (например, путем занесения черновых записей в блокнот, составления схем, рисунков). В тех случаях, когда следственное действие сопряжено с преодолением пешком или на транспорте каких-либо расстояний (например, в связи с исследованием направления движения преступника на место происшествия), фиксация осуществляется от исходного пункта движения (непрерывным способом или фрагментарно) до конечного пункта маршрута.

Рассмотренные положения носят довольно общий характер. И хотя они имеют важное значение для понимания смысла, содержания организационно-методической и гносеологической сущности следственных действий, ориентируют практиков на то, как и в каких направлениях и формах осуществляется подготовка и проведение следственных действий, для эффективного решения этих задач необходимо знание их специфического преломления применительно к особенностям криминалистически сходных, а также отдельных видов и разновидностей следственных действий.

Основу для получения такого знания создает криминалистическая классификация следственных действий на две группы. Действия первой группы называются в литературе вербальными, действия второй – нонвербальными. В структуру первой группы действий входят: допрос; очная ставка; проверка показаний на месте; предъявление для опознания; следственный эксперимент, проводимый с участием подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля. Во вторую группу включаются: следственный осмотр: обыск; выемка: освидетельствование: экспертиза вещей, документов, материально-фиксированных следов. В следственной практике нередко производятся следственные действия, объектами которых являются сложные, комплексные источники и носители информации. Имеются в виду действия, по ходу которых собирается и используется как ин формация людей, так и информация, носителями которой являются вещи. Подобные ситуации складываются, например, при освидетельствовании подозреваемых, судебно-медицинской экспертизе живых людей (потерпевших от преступления).

В качестве определяющей при этом в одних случаях выступает работа, связанная с получением личностной информации, что является главной целью действия. В таких случаях получение и использование вещной информации носит подчиненный, вспомогательный характер. Так, допрос свидетеля направлен на получение от него сведений, ставших ему известными в результате непосредственного восприятия какого-либо факта, обстоятельства, события, процесса, имеющего значение для дела.

В целях конкретизации показаний, стимулирования процесса воссоздания обстоятельства, о котором даются показание, свидетелю может быть предъявлена для обозрения какая-либо вещь, имеющая отношение к предмету допроса. Обозрев объект, свидетель может вспомнить какое-либо обстоятельство, о котором забыл, обратить внимание на остававшиеся до этого вне поля зрения следы. В этом случае вещная информация, процесс ее получения и использования носят вспомогательный характер по отношению к реализации главной цели данного следственного действия.

Существуют и иные ситуации, при которых вспомогательное значение имеет личностная информация, полученная по ходу целенаправленного поиска, исследований «немого свидетеля». Так, производя обыск в жилище подозреваемого а присутствии его в целях поиска орудий преступления, иных предметов, следователь для оптимизации работы по поиску объекта может использовать улики поведения подозреваемого. Его слова, действия могут навести следователя на мысль о том, в таком месте находится искомый объект.

В зависимости от того, собирание и проверка такой информации является определяющей целью следственного действия, указанные действия, в одних случаях должны включаться в качестве составной части в группу вербальных, в других – невербальных действий.

Общие и частные классификации следственных действий могут строиться и по другим основаниям (по ведомственной принадлежности субъектов поисково-познавательной деятельности, по месту проведения действий, этапам расследования, типичным ситуациям, категориям дел и т.д.).

Построение и использование криминалистических классификаций следственных действий – важное средство решения теоретических и прикладных задач. Выбор необходимой классификации зависит от того, рассчитана ли она на использование в исследованиях теоретической или прикладной направленности, от того, в каком разделе криминалистики осуществляется исследование, какая конкретно задача решается в рамках проводимого исследования.

Приемы и правила тактической природы исходят из задачи способствовать выявлению и оптимальному использованию богатого тактического потенциала следственных действий. Тактический потенциал следственного действия представляет собой массив информации, имеющей поисковое, познавательное и доказательственное значение, которая в скрытом состоянии находится в ее носителях и должна быть обнаружена, получена, зафиксирована, осмыслена и использована следователем. Чем выше и разнообразнее тактический арсенал следователя, чем лучше его вооруженность тактическими приемами и правилами, тем выше его активность, тем выше результативность следственного действия. В самом общем виде прием можно определить как средство, способ решения какой-либо задачи. При криминалистической интерпретации данного понятия в его тактическом варианте следует учитывать ряд существенных обстоятельств.

Субъектом применения тактического приема является следователь либо другое лицо, осуществляющее расследование по уголовному делу. Сфера его применения – деятельность при подготовке и производстве следственного действия. Выступая в качестве способа решения задач, возникающих в ходе этой деятельности, тактический прием представляет собой не единственный, а один из серии возможных в том или ином случае способов, вариантов решения задачи поисковой, познавательной, поисково-познавательной направленности. Выбор соответствующего варианта, пути решения задачи осуществляется с учетом особенностей объекта тактического воздействия и сложившейся поисково-познавательной ситуации. Прием должен быть адекватным ситуации и по сравнению с другими вариантами решения наиболее оптимальным с точки зрения ожидаемого результата, способствующим эффективному рациональному производству следственного действия. С учетом сказанного тактический прием может быть определен как адекватный ситуации способ речевого и неречевого воздействия на объект (фрагмент объективной деятельности, документ, предмет, человек), способствующий эффективному собиранию и использованию информации, оптимизации решения других задач при подготовке и проведении следственного действия.

Тактические приемы весьма разнообразны, поскольку в их качестве могут выступать самые разнообразные виды и формы сознательного, целеустремленного проявления активности субъекта поисково-познавательной деятельности (различные ходы, шаги, меры, поступки, действия и воздержание от них, линия поведения, жесты, произнесенные тексты и другие акты, в том числе другие следственные действия, выполняемые в по рядке подготовки к данному действию, обеспечивающие результативность решения его задач).

При подготовке и проведении следственного действия обычно используется сочетание различных тактических приемов, т.е. те или иные их комплексы (тактические комбинации). Наряду с приемами следователь реализует при подготовке и проведении следственного действия типовые, так или иначе формализованные, безальтернативные шаги, акты процедурного, методического характера. Такого рода средства решения возникающих задач называют правилами. В отличие от правил нормативного характера, исполнение которых обязательно во всех случаях, тактические правила носят рекомендательный характер. Для понимания сущности такого рода правил следует исходить из родового значения понятия «правило», т.е. положения (принципа, предписания, рекомендации), устанавливающего порядок чего-нибудь (например, осуществления какого-либо вида деятельности или части ее), служащего руководством, ориентиром в чем-нибудь. Причем речь идет не о всевозможных положениях, а только о таких из них, которые отражают определенные закономерности, с необходимостью повторяющиеся при определенных условиях, связь, соотношение каких-либо явлений, факторов, обстоятельств. Существуют различные общие и частные классификации тактических приемов и правил.

Общий и индивидуальные планы расследования по делу всегда конкретизируются, дополняются планами следственных действий. В плане следственного действия должны быть четко определены его цель, условия, место и время проведения, содержание подготовительных мероприятий, конкретные участники и их обязанности, тактические приемы и технические средства выполнения, способы фиксации результатов. Эти общие элементы плана приобретают свое конкретное содержание в зависимости от вида следственного действия и особенностей расследуемого преступления. Например, план допроса и план следственного эксперимента будут значительно отличаться друг от друга.

В плане допроса акцент делается на предмете допроса, содержании (иногда и на формулировках) исследуемых вопросов, очередности их постановки, выявлении взаимоотношений допрашиваемого с другими участниками процесса, предупреждении оговора, тактических приемах получения от допрашиваемого правдивых показаний, использовании доказательств.

В плане следственного эксперимента наряду с конкретной целью его проведения находят отражение все элементы его подготовки: выявление условий проверяемого события, определение содержания, способа, очередности, времени начала и окончания опытных действий, пределов их варьирования, определение пределов ознакомления с содержанием предстоящего эксперимента каждого из его участников, их инструктаж, подготовка научно-технических средств, транспорта, связи, средств сигнализации и охраны. В плане указываются также конкретные условия, место и время производства эксперимента, его участники и конкретные функции каждого из них, а также планируемые способы фиксации условий, хода и результатов следственного эксперимента. Содержание планов следственных действий зависит и от других факторов. Например, планы допроса сознавшегося обвиняемого и обвиняемого отрицающего свою вину, не одинаковы по своему содержанию.

Четкое выполнение планов следственных действий является важнейшим условием эффективности всего расследования. Его успех в конечном счете зависит от того, насколько квалифицированно будут спланированы следственные действия, направленные на обнаружение, фиксацию и исследование доказательств, а также оперативно-розыскные мероприятия.

Схематично, вопросы, отражаемые в плане проведения конкретного следственного действия, указаны в приложение к дипломной работе.

Наряду с планом расследования преступления в целом практикуется планирование наиболее сложных следственных действий.

Планирование подготовительного следственного действия включает:

1. собирание исходных данных, относящихся к предполагаемому следственному действию;

2. определение очередности данного следственного действия в системе других;

3. подготовку места проведения следственного действия;

4. подготовку технико-криминалистических средств, которые будут использованы в ходе следственного действия;

5. изучение специальных вопросов и литературы, если в процессе следственного действия необходимы определенные познания в науке, технике или искусстве;

6. выбор лиц, которых необходимо пригласить для участия в следственном действии.

При планировании рабочей части следственного действия, следователь определяет, какие тактические приемы и в какой последовательности будут использованы при данной следственной ситуации, решает вопрос о тактике использования в ходе проведения следственного действия оперативно – розыскной информации и данных, полученных в результате проведения других следственных действий.

Заключительный момент планирования следственного действия – составление плана его проведения и проверка готовности следователя к его выполнению. Сопоставление письменного плана диктуется обстоятельствами дела и сложностью данного следственного действия: если оно не представляет собой сложности, необходимость в составлении письменного плана отпадает. Следователь ограничивается лишь составлением перечня подлежащих выяснению вопросов и определяет последовательность их выяснения.

Так, важно составить план допроса, фиксируемого на магнитную ленту. В этом случае заранее подготавливается план – схема записи, чтобы выполнить все необходимые процессуальные положения, избежать повторений, провести допрос логически последовательно. Необходимость фиксируемого плана проведения допроса ощущается и при видеозаписи показаний.

Неотъемлемой частью аналитической следственной работы, ее основой является методика расследования отдельных видов преступлений. Она представляет собой раздел криминалистики, изучающий опыт совершения и практику расследования преступлений и разрабатывает на основе познания их закономерностей систему наиболее эффективных методов расследования и предупреждения разных видов преступлений.

Таким образом, процесс развития следственного действия в целостном, завершенном виде предполагает последовательное прохождение следующих этапов:

1. построение и оценка мысленной модели сложившейся ситуации и сопоставление ее признаков с признаками типовых моделей аналогичных ситуаций.

2. принятие решения о производстве следственного действия и построение модели объекта тактического воздействия.

3. определение цели, задач, подлежащих решению в ходе намеченного действия.

4. разработка программы предстоящей деятельности и принятие необходимых организационных и иных мер по ее обеспечению.

5. реализация программы следственного действия в ходе его проведения.

6. оценка хода и промежуточных результатов (с корректировкой программы по мере ее реализации в случае необходимости).

7. подведение и оценка итогов следственного действия.

8. завершение работы по процессуально-удостоверительному оформлению выполненного следственного действия.

2.2 Формы планов и вспомогательной документации

План расследования по формеможет быть устным и письменным. В следственной практике чаще всего используется письменная форма, как наиболее эффективная, не требующая от следователя удерживать в памяти содержание плана, перечень выясняемых обстоятельств, мероприятий, сроков и очередности их выполнения.

Устным (мысленным) планом следователь ограничивается главным образом в начале расследования, когда выполняет неотложные следственные действия на месте происшествия и у него пока нет возможности составить письменный план. В этот момент он также не может обойтись без планирования расследования и должен с самого начала действовать по определенному, пусть мысленному, но всесторонне продуманному плану, иначе его работа по делу сразу, же приобретает хаотический характер и, как правило, малоэффективна.

Выполнив все неотложные мероприятия, следователь приступает к составлению письменного плана расследования. В нем находят отражение выдвинутые им следственные версии, вопросы (обстоятельства), подлежащие выяснению по каждой из них, следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия, необходимые для проверки версий, сроки и очередность их выполнения.

Если применяется бригадный метод расследования, руководителем следственно-оперативной группы с участием всех ее членов составляется общий план расследования по делу и, кроме того, каждый следователь составляет свой, индивидуальный план расследования.

Конкретное содержание индивидуальных планов зависит от того, как распределены обязанности между членами группы и какое задание получил каждый.

На практике распределение обязанностей происходит по-разному.

В одних случаях работа группы строится по версиям, когда каждый следователь осуществляет проверку одной или нескольких намеченных версий; в других – она организуется поэпизодно, и каждому члену группы поручается исследовать тот или иной эпизод или несколько взаимосвязанных эпизодов преступления; в-третьих, – если преступления совершались в нескольких городах, регионах, члены группы распределяются по этим регионам, выезжают на места м проводят расследование.

Иногда бывает целесообразным кому-то из членов следственно-оперативной группы поручить выполнение определенных следственных действий, например, производство обысков, подготовку всех экспертных исследований и т.д. По групповому уголовному делу нередко практикуется распределение работы следственно-оперативной группы в зависимости от количества обвиняемых. При этом каждому следователю поручается исследование всех фактов преступной деятельности того или иного обвиняемого, привлеченного по делу.

Структура и содержание индивидуальных планов расследования во всех приведенных случаях будут различны. Например, при региональном и поэпизодном принципе распределения работы следственно-оперативной группы индивидуальные планы будут походить на типовой план расследования и содержать все его основные реквизиты. Если же следователю (или оперативному работнику) поручена лишь подготовка и проведение по делу каких-то определенных следственных (или оперативно-розыскных) действий, то, очевидно, его индивидуальный план расследования будет фрагментарным, ограниченным рамками следственного действия (или оперативно-розыскного мероприятия).

По групповым и многоэпизодным уголовным делам наряду с общим и индивидуальными планами расследования используются вспомогательные средства планирования (документация) :

1. схема структуры преступной группы

2. схема преступных связей соучастников

3. схемы документооборота, движения товарно-материальных ценностей, структуры предприятия (организации), технологического процесса производства (преимущественно по делам о должностных хищениях и преступных нарушениях правил охраны труда)

4. карточки на обвиняемых с указанием инкриминируемых каждому эпизодов преступления, наличия доказательств и др.

5. список связей обвиняемых

6. сетевой график расследования.

Как было уже сказано выше, любой план может иметь мысленную, письменную и графическую форму. О самостоятельной мысленной форме плана, конечно, можно говорить с определенной натяжкой. Эта форма практически может существовать как промежуточная до составления письменного или графического плана.Применительно к расследованию преступлений на практике сложилась определенная типовая письменная форма плана расследования, в которой рекомендуется предусмотреть следующие данные:1. наименование дела;2. время его возбуждения и время принятия к производству следователем;3. срок окончания расследования;4. лицо (лица), подвергнутые аресту;5. дата ареста;6. графы:· доверсионные вопросы (нуждающиеся в выяснении еще при отсутствии оснований для какой-либо версии);· версия;· подлежащие решению вопросы;· необходимые мероприятия;· срок выполнения каждого мероприятия;· исполнители;· отметка о выполнении мероприятия (что установлено в результате его проведения).

Рис. 1. Образец письменного плана расследования

При этом для каждой версии необходимо выделить отдельную горизонтальную полосу.

По многоэпизодным делам составляются общий и отдельные (по эпизодам, субъектам, местам совершения преступления и др.) планы с использованием указанной выше схемы.

Поскольку у каждого следователя в производстве находится не одно, а несколько уголовных дел, целесообразно на основе планов по каждому делу составить свободный план работы на любой период времени (неделю, декаду и т.п.).

В качестве вспомогательных средств фиксации к плану могут быть приложены различные схемы, раскрывающие следующее: связь и соподчиненность отдельных звеньев производства; связи подозреваемых и обвиняемых; движение материальных ценностей и т.д.

Графическая же форма плана чаще всего используется при так называемом сетевом планировании расследования. В таком плане отдельные виды намечаемых действий обозначаются с помощью различных геометрических фигур (круг, треугольник, квадрат, ромб, прямоугольник и т.д.). Подобная форма плана весьма наглядна, но техника его составления более сложна, требует более длительного времени и специальных навыков.

Как правило, представляется нецелесообразным составлять план следствия до конца расследования или даже на весьма длительный период. В нем обычно намечается производство тех следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, которые необходимо провести для первоначальной проверки следственных версий.

По мере выполнения части плана следователь с учетом новых обстоятельств дела и установленных доказательств дополняет его. Нередко выполнение одних следственных действий исключает производство других, намеченных тем же планов, или, напротив, диктует необходимость выяснения обстоятельств, которые ранее не предусматривались планом. Все это должен учитывать следователь, внося в план нужные коррективы. В этом обычно и находят свое выражение принципы динамичности планирования.

Особенно важное значение имеет планирование следствия по сложным делам, когда надо выяснить много эпизодов одного или нескольких преступлений и когда по делу имеется значительное количество обвиняемых. В таком случае рекомендуется наряду с планом составлять схемы по эпизодам или по участникам преступлений. Так на каждого обвиняемого по таким делам составляют карточки, на которых указываются эпизоды преступлений, время их совершения, доказательства, изобличающие данного обвиняемого, и листы дела, на которых имеются соответствующие протоколы, документы.

Таким образом, в настоящее время криминалистической наукой и оперативной практикой выработаны требования, которым должен удовлетворять план следственной работы:

1. Максимальная обоснованность плана относительно существенных компонентов будущего действия: условий предстоящей работы, участников, препятствий, способствующих факторов, ожидаемых событий.

2. Реальность, выполнимость плана. Он должен исходить не из благих пожеланий, а из точного расчета и учета реальных возможностей.

3. Индивидуальность плана, его пригодность для данной работы, для расследования определенного дела или группы дел.

4. Гибкость и подвижность плана.

5. Непрерывность плана.

6. Последовательность, согласованность и взаимосвязь отдельных его частей по месту, времени, исполнителям, ожидаемым результатам и иным показателям.

7. Эффективность, способность обеспечить решение тех задач, для которых он разрабатывается.

Заключение

Выдвижение следственных версий и планирование расследований настолько творческий процесс, что на протяжении всей своей практики следователь постоянно совершенствуется и предела в этом нет. Опытные следователи знают, что на первый взгляд самая абсурдная версия, противоречащая логике, на практике в ходе расследования уголовного дела становятся единственно правильной моделью, объясняющей ход событий.Изучение типичных следственных ситуаций крайне важно. Появляется возможность разработки программ для следователя, базирующихся на типичных следственных ситуациях. Эти программы могут быть посвящены расследованию отдельных видов преступлений. В них могут быть даны методические указания и рекомендации по организации и осуществлению расследований преступлений одного вида или группы: дана программа производства отдельных следственных действий в типичных следственных ситуациях, выработан комплекс соответствующих рекомендаций и т.д.Для этого выявляются наиболее характерные для отдельных видов (групп) преступлений типичные ситуации, складывающиеся на различных этапах. При этом учитывают новые способы совершения преступлений, характерные следы, уловки преступников, их действия по маскировке, а также последние достижения науки и техники, которые можно использовать в борьбе с преступностью.На данной основе строятся частные методики расследования с включением в них ситуационных версий, даются рекомендации по ситуационному планированию, а также определяется система необходимых следственных действий или иных мероприятий. Включение типичных следственных ситуаций в частные методики расследования позволяют разработать типовую программу расследования отдельных видов преступлений.Определение следственной ситуации, планирование расследования и составление следственных версий должно производиться по каждому уголовному делу. Так как при наблюдательном производстве прокурор или куратор контрольно-методического отдела следственного управления могут по составленным планам проследить ход мыслей следователя и направления расследования, дать указания и рекомендации, если сбор доказательств проведен не качественно и не в полном объеме.Выбирая данную тему, я ориентировался на её вчерашнюю, сегодняшнюю и очевидно завтрашнюю актуальность. Преступность была всегда и везде. Всегда и везде преступность отражала в себе какие-то социальные проблемы общества. Меняется общество – меняется преступность. Преступность постсоветского общества приобрела доселе невиданные качественные черты. Между тем методы изучения преступности, как и методы реагирования на преступность остались прежними. Это привело к тому, что мы не только не можем эффективно противодействовать преступности, но, и не знаем в должной мере саму преступность.В процессе изложения материала по данной теме мною были полностью реализованы задачи, поставленные во введении, а именно: определено понятие и значение планирования, оценена роль версий в планировании, изучены принципы и условия планирования, обоснована необходимость в элементах, этапов и видов планирования, рассмотренопланирование отдельных следственных действий, выяснены существующиеформы планов и вспомогательной документации.Криминалистика изначально была создана для того, чтобы вооружить знаниями борющихся с преступностью. Когда простого житейского опыта и здравого смысла стало недостаточно, для защиты общества от преступности оно сделало социальный заказ на отрасль знания, которая дала бы адекватный ответ на это негативное социальное явление.Криминалистика возникает как наука, вобравшая в себя достижения других наук и преломившая их в свете своих задач.Становление криминалистики как науки складывалось на протяжении многих лет, формировалось представление о ней, разрабатывались новые идеи, доказывались существующие. Весь этот процесс становления ставил перед собой одну цель – создание науки, которая воплотила бы в себе нужные элементы иных наук, накопленный опыт поколений и сформировалась для одной цели – систематизировать имеющиеся знания в одну науку – криминалистику.Результаты многолетних криминалистических исследований позволили сформировать прочные научные основы борьбы с преступностью уголовно-правовыми средствами, где важное место занимает планирование и выдвижение версий в процессе предварительного расследования.

Список литературы

1. Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г. Криминалистика. Учебник для ВУЗов. М. 2008.

2. Аксенов Р. Планирование этапа реализации оперативных материалов на стадии возбуждения уголовного дела // Российский следователь. – 2002. – №5.

3. Альжева Н.И. Краткий курс по криминалистике. Сп-б. 2002.

4. Андреев И.С. Курс криминалистики. М. 2003.

5. Балашов Д.Н., Балашов Н.М., Маликов С.В. Криминалистика. М. 2003.

6. Арзуманян Т.М. Настольная книга следователя. М., 1949.

7. Бекетов М.Ю. Актуальные вопросы использования процессуальных форм взаимодействия следователя и органов дознания в ходе расследования преступлений. // Российский следователь. – 2000. – №4.

8. Белкин Р.С. Курс криминалистики. Т.2. М. 1997

9. Белкин Р.С. Курс криминалистики. М. 2004.

10.Васильев А.Н. Следственная тактика. М., 1976.

11.Возгрин И.А., Степанов А.А. Основы методики и дидактики курса «Криминалистика». М. 2005.

12.Гаврилин Ю.В., Шурухнов Н.Г. Криминалистика: Методика расследования отдельных видов преступлений: Курс лекций. Сп.-б. 2002.

13.Голунский С.А. Криминалистика. Техника и тактика расследования преступлений. М., 1938.

14.Громов В.И. Дознание и предварительное следствие (теория и техника расследования преступлений). М., 1925.

15.Громов В.И. Методика расследования преступлений. М., 1929.

16.Гусева А.В., Рассецкая Т.А. Криминалистика. М. 2007.

17.Дубягина О.П., Дубягин Ю.П. Криминалистика: Схемы. Таблицы. Тесты. М. 2005.

18.Драпкин Л.Я., Карагодин В.Н. Криминалистика. М. 2007.

19.Дубровицкая Л.П. О правовой основе процесса планирования расследования // Вестник криминалистики. -2005. – №4 (16).

20.Железняк А.С. Криминалистика: тактико-методические основы уголовного судопроизводства (досудебная стадия). М. 2003.

21.Ищенко Е.П. Криминалистика: краткий курс. М. 2001.

22.Ищенко Е.П., Образцов В. А Криминалистика. М. 2002.

23.Ищенко Е.П., Топорков А.А. Криминалистика. М. 2004.

24.Ищенко Е.П., Филиппов А.Г. Криминалистика. 2005.

25.Колдин В.Я. Криминалистика: информационные технологии доказывания. М. 2004.

26.Крылов В.В. Современная криминалистика. Правовая информатика и кибернетика. М. 2000.

27.Криминалистика, под ред. Темнова А.А. М., 1935.

28.Криминалистика социалистических стран / под ред. В.Я. Колдина. М. 1986.

29.Кузьмин С.В. Содержание планирования расследования преступлений. // Правоведение. -2000. – №5.

30.Кузьмин С.В. Современное состояние методологии планирования расследования преступлений // Вестник криминалистики. -2005. – №4 (16).

31.Кузьмин С.В. Системность и целенаправленность как принципы планирования /С.В. Кузьмин. // Вестник криминалистики. Выпуск 1 (13). – М.: Спарк, 2005.

32.Кузьмин С.В. Принципы планирования расследования // Правоведение. -2006. – №1.

33.Мальцев О.А. Криминалистика: конспект лекций. М. 2001.

34.Негода Г. Планирование работы органами юстиции. // Российская юстиция. -1994. – №7.

35.Никренц О.В. Судебная версия как разновидность гипотезы. Автореф. канд. юрид. наук. М., 1954.

36.Овсянников И. Риск при планировании предварительного расследования. // Уголовное право. -2000. – №2.

37.Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. Учеб. пособие. М., 1967.

38.Савельева М.В., Смушкин А.Б. Криминалистика. Сп.-б. 2000.

39.Самыгин Л.Д. Графическая форма плана расследования уголовного дела. // Вопросы борьбы с преступностью. Выпуск 14. М.: Юрид. лит. 1971.

40.Сергеев Л.А., Соя-Серко Л.А., Якубович Н.А. Планирование расследования. М. 1975.

41.Тарасов – Родионов П.И. Криминалистика. Ч. 2. М., 1952.

42.Теоретические основы формирования криминалистических методик расследования преступлений, под ред. Бахина В.П. Иркутск: Изд-во Иркут. юридического ин-та Генеральной прокуратуры РФ, 2003.

43.Теребилов В.И. Разработка следственных версий и планирование следствия. В кн.: Расследование убийств. М., 1954.

44.Теребилов В.И. К вопросу о следственных версиях и планировании расследования. В кн.: Советская криминалистика на службе следствия, вып. 6. М., 1955.

45.Философская энциклопедия. В 5 т. Т. 4. М. 1967.

46.Формирование криминалистических методик расследования преступлений: постановка проблемы и основные гипотезы // Проблемы раскрытия преступлений в свете современного уголовного процессуального законодательства: Материалы Всероссийской научно-практической конференции памяти профессора И.Ф. Герасимова 6–7 февр. 2003 г. Екатеринбург, 2003. (в соавторстве).

47.Шурухнов Н.Г. Криминалистика: определения, схемы, таблицы, диаграммы, рекомендации. М. 2008.

48.Халиков А.Н. Взаимосвязь следственных ситуаций, версий и планирования при расследовании преступлений // Следователь. -2005. – №9.


[1] Громов В.И. Дознание и предварительное следствие (теория и техника расследования преступлений). М., 1925

[2] Там же

[3] Громов В.И. Дознание и предварительное следствие (теория и техника расследования преступлений). М., 1925

[4] Там же

[5] Громов В.И. Методика расследования преступлений. М., 1929

[6] Криминалистика, под ред. Темнова А.А. М., 1935

[7] Криминалистика, под ред. Темнова А.А. М., 1935

[8] Голунский С.А. Криминалистика. Техника и тактика расследования преступлений. М., 1938

[9] Шавер Б.М., Винберг А.И. Криминалистика, М., 1940

[10] Арзуманян Т.М. Настольная книга следователя. М., 1949

[11] Тарасов – Родионов П.И. Криминалистика. Ч. 2. М., 1952

[12] Никренц О.В. Судебная версия как разновидность гипотезы. Автореф. канд. юрид. наук. М., 1954.

[13] Теребилов В.И. Разработка следственных версий и планирование следствия. В кн.: Расследование убийств. М., 1954; Теребилов В.И. К вопросу о следственных версиях и планировании расследования. В кн.: Советская криминалистика на службе следствия, вып. 6. М., 1955

[14] Теоретические основы формирования криминалистических методик расследования преступлений, под ред. Бахина В.П. Иркутск: Изд-во Иркут. юридического ин-та Генеральной прокуратуры РФ, 2003.

[15] Андреев И.С. Курс криминалистики. М. 2003

[16] Ищенко Е.П., Филиппов А.Г. Криминалистика. 2005

[17] Гусева А.В., Рассецкая Т.А. Криминалистика. Роль версий в планировании. М. 2007.

[18] Ищенко Е.П., Образцов В.А Криминалистика. М. 2002

[19] Аксенов Р. Планирование этапа реализации оперативных материалов на стадии возбуждения уголовного дела // Российский следователь. - 2002. - №5

[20] Кузьмин С.В. Принципы планирования расследования //Правоведение. -2006. - №1

[21] Кузьмин С.В. Принципы планирования расследования //Правоведение. -2006. - №1

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий