регистрация / вход

Международное право

Основное предназначение международного права. Внешнеполитическое и правовое значение положений ст. 9 Конституции Украины. Формы правотворческой деятельности в международном праве. Классификация норм международного права.

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ

ОДЕССКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. И.И. МЕЧНИКОВА

Контрольная по курсу: «Международное публичное право»

Студента 3-го курса отделения международных отношений

Одесса-2004


10. Основное предназначение международного права.

Одним из основных и необходимых инструментов управления международными отношениями служит международное право. При его помощи создается и поддерживается мировой порядок. Оно делает поведение государств более предсказуемым.

Государства обладают равным правом на участие в решении международных проблем, и прежде всего тех, что непосредственно затрагивают их интересы. Необходимо обес­печить уважение законных интересов всех государств, несмот­ря на их многообразие, добиваться гармонизации этих интере­сов. Баланс силы подлежит замене балансом интересов, кото­рый способен быть основой стабильности мирового порядка.

И в этом плане важная роль принадлежит международному праву. На его основе происходит согласование интересов. До­стигнутый баланс закрепляется, находит выражение в нормах. Последние содействуют сохранению достигнутого и служат инструментом реализации вытекающих из этого задач.

Новый мировой порядок и соответствующее ему междуна­родное право призваны создать условия для широкого сотруд­ничества в области экономики, науки, здравоохранения, куль­туры, от чего в растущей мере зависит благосостояние госу­дарств. В общем благополучии заключена суть нового мирового порядка и соот­ветствующего ему международного права. Это дает основания говорить о становлении международного права общего благо­получия.

Отражая не только национальные интересы государств, но и интересы их сообщества в целом, международное право ста­новится не просто межгосударственным правом, но и правом международного сообщества в целом.

39. Основные издания по международному праву.

Фундамент современного (или, как часто говорят, нового международного) права был заложен Уставом ООН. В социальном плане Устав ООН воплотил общечелове­ческие интересы и надежды на то, что совместными усилиями государства обеспечат мир и процветание.

В политическом плане положения Устава ООН отражали новое мышление. Устав предписывал отказ от доминировавшей на протяжении веков концепции господства силы и замену ее концепцией господства права. Устав порвал с легализацией колониального угнетения, характерной для классического международного права.

Устав ООН определил общие цели и принципы междуна­родного права, которые являются главными системообразую­щими факторами. Из совокупности норм право превратилось в систему на базе единых целей и принципов. Если в прошлом те или иные принципы нередко лишь декларировались, то после принятия Устава они становятся все более реальной катего­рией. Цели и принципы, провозглашенные в этом документе, наделены высшей юридической силой. Это к ним в первую оче­редь относится ст. 103 Устава, предусматривающая, что в слу­чае противоречия обязательств государств по какому-либо со­глашению их обязательствам по Уставу преимущественную силу имеют последние. Об особой силе принципов говорит и положение Устава, согласно которому ООН обеспечивает, что­бы даже государства, не входящие в состав ООН, действовали в соответствии с ее принципами, когда это необходимо для поддержания мира.

97. Внешнеполитическое и правовое значение положений ст. 9 Конституции Украины.

Положення статті 9-ої Конституції України мають надзвичайно важливезовнішньополітичне і правове значення особливо в умовах активного входження України у світове співтовариство. По-перше, вони свідчать про вірність України своїм міжнародно-правовим зобов'язанням, які проголошуються обо­в'язковими для виконання поряд з національним законодавством, та про повагу до норм міжнародного права. По-друге, вони в певній мірі дають відповіді на питання практичного застосування положень міжнародних договорів в Україні та їх співвідно­шення з чинним законодавством України.

Положення цієї статті Конституції співзвучні з чинним законодавством України. Подані на ратифікацію міжнародні дого­вори України попередньо розглядаються Комітетом Верховної Ради України у закордонних справах і зв'язках з СНД, а в разі необхідності - іншими комі­тетами Верховної Ради.

Важливим є те, що у разі виявлення розбіжностей між договором, поданим на ратифікацію, і Конституцією України, договір має надсилатися до Конституційного Суду України для одержання ви­сновку щодо його відповідності Конституції.

У частині другій даної статті Конституції зазначено, що укладення міжнародних договорів, які суперечать Конституції, можливе лише після внесен­ня відповідних змін до неї. Тобто, іншими словами, укладення міжнародних договорів, які суперечать Конституції України, забороняється. Тут важливо наголосити на тому, що зміна положень Конституції, якщо вони суперечать міжнародним договорам Ук­раїни, тепер можлива лише при вирішенні надзви­чайно важливих питань життєдіяльності держави і суспільства і якщо при цьому не виникає загрози національним інтересам та безпеці України.

126. Источники закрепления международных прав и обязанностей международных организаций.

Международные договоры, относящиеся к источникам права меж­дународных организаций, можно разбить на три группы: договоры между государствами; договоры между государствами и международ­ными организациями и договоры между международными органи­зациями. Среди договоров первой группы особое место занимают учредительные акты международных организаций. Они определяют правовую природу международных организаций, наделяя их правами и обязанностями, составляющими их правосубъектность. При этом Устав ООН, закрепивший основные принципы международного пра­ва, является источником» имеющим важное значение для всех отрас­лей международного права, включая право международных орга­низаций. Это означает, что международные организации должны действовать в соответствии с общепризнанными принципами и нор­мами, закрепленными в Уставе ООН.

Из других договоров между государствами следует выделить меж­дународные соглашения, устанавливающие нормы общего порядка для международных организаций. Так, в ряде соглашений признается принцип ответственности международных организаций, например в Договоре о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, от 27 января 1967 г. В договорах о привилегиях и иммунитетах международных организаций, например в Конвенции о привилегиях и иммунитетах ООН от 13 февраля 1946 г., регулируется правовой статус международных организации на территории го­сударств.

К группе договоров между государствами и международными организациями относятся соглашения о месте пребывания штаб-квартиры международной организации, о ее представительстве в государствах, функциональные соглашения, направленные на реали­зацию целей организации: о технической помощи; о финансовой помощи; об опеке; о предоставлении вооруженных сил и других видов военной помощи и т.д.

184. Формы правотворческой деятельности в международном праве.

Міжнародна правотворчість — це активно творча діяль­ність суб'єктів міжнародного права щодо формування правової норми через узгодження державних інтересів, волі (позицій). Звідси випливає висновок, що головним суб'єктом правотворчого процесу є держава.

Сформована державна воля, якщо вона може бути за­доволена в національних умовах, формулює внутрішньо­державний правовий акт; якщо для її реалізації необхідні зусилля інших держав, то вказана воля формує відповідну позицію держави для досягнення результату разом з інши­ми державами.

Це відбувається в певному правовому порядку. Про­цесу міжнародно-правового нормоутворення властиві дві стадії: а) досягнення згоди інших суб'єктів міжнародного права (передусім держав) щодо змісту правил поведінки; б) досягнення згоди (на рівні волевиявлення) стосовно визнання цих правил поведінки як норм міжнародного права.

Міжнародна правотворчість починається з правотворчої (договірної) ініціативи, що може здійснюватися у формі запропонування проекту угоди. Цьому передує доправотворча стадія, коли на основі усвідомлення своїх потреб та інтересів держава формує власну позицію і ус­відомлює, що захист її без зусиль інших держав немож­ливий. Сформована позиція держави, як правило, бу­дується на трьох основних компонентах: а) власному ба­ченні механізму розв'язання проблеми; б) прогнозі пер­спективи її впорядкованого розвитку; в) можливості ви­користання потенціалу інших держав при вирішенні вка­заної проблеми.

220. Классификация норм международного права.

Міжнародне право досить жорстко підходить до форму­лювання основних принципів. Зазвичай беруться до уваги три джерела, в яких держави прямо ставили за мету сфор­мулювати основні принципи міжнародного права: Статуї ООН, Декларація про принципи міжнародного права і За­ключний акт Гельсінкі 1975 р. Статут і Декларація назива­ють тільки сім принципів: 1) незастосування сили або за­грози силою; 2) мирного вирішення міжнародних спорів; 3) невтручання; 4) співробітництва; 5) рівноправ'я і само­визначення народів; 6) суверенної рівності держав; 7) доб­росовісного виконання зобов'язань за міжнародним правом.

Гельсінський акт 1975 р. додатково назвав ще три принципи: 8) територіальної цілісності; 9) поваги прав людини; 10) непорушності кордонів. Останній принцип визнано лише щодо європейського регіону, а значить, не може вважатися універсальним. Отже, основні міжнарод­но-правові акти принципово зупиняються лише на дев'я­ти універсальних принципах міжнародного права.

Ситуація змінюється, якщо брати до уваги інші декла­рації Генеральної Асамблеї ООН, а саме Декларацію про надання незалежності колоніальним країнам і народам 1960 р., Декларацію про недопустимість інтервенції та втручання у внутрішні справи держав 1982 р. та ін.

Численні резолюції ООН називали такі принципи: справедливості, добросовісності, незловживання правом, добросусідства, спільної спадкоємності людства, охорони навколишнього середовища тощо. Окремі автори відразу ж запровадили зазначені принципи до своїх класифікацій основних принципів міжнародного права, не звернувши уваги на досить слушне застереження Інституту міжнарод­ного права про те, що резолюції Генеральної Асамблеї ООН уживають поняття «принцип» частіше в неправово­му значенні.

Як зауважує 1.1. Лукашук, це поняття використовуєть­ся в таких значеннях: 1) як правове і як неправове; 2) як норма вищого чи найвищого порядку; 3) як норма, що породжує конкретні правила; 4) як норма, важлива для цілей резолюції; 5) як ціль, якої необхідно досягнути як вимоги до правової чи іншої політики; 6) як керівна заса­да для тлумачення.

Якщо взяти до уваги окремі дослідження вчених або рішення наукових асоціацій, то кількість «основних» принципів міжнародного права сягне нескінченності. До­сить часто до принципів, визначених в основних доку­ментах ООН, науковці додають свої, збільшуючи їхню кількість, таким чином, у декілька разів. Лише в Декла­рації про прогресивний розвиток міжнародного публічно­го права, які стосуються нового економічного порядку, ухваленій на конференції Асоціації міжнародного права 1986 р., було названо такі принципи: 1) панування міжна­родного публічного права у міжнародних економічних від­носинах; 2) добросовісне виконання зобов'язань; 3) прин­цип справедливості і солідарності; 4) право на допомогу та сприяння в розвитку; 5) обов'язок співробітничати в глобальному розвитку; 6) невід'ємний суверенітет над природними ресурсами, економічною діяльністю і багат­ствами; 7) право на розвиток; 8) принцип спільної спад­коємності людства; 9) принципи рівності і недискримі­нації; 10) принцип рівноправної участі країн, що розви­ваються, в міжнародних відносинах; 11) принцип матері­альної рівності; 12) права кожної держави на блага науки і технології; 13) принцип мирного вирішення спорів.

Ясна річ, що за такої «принципотворчості» необхідна класифікація хоча б для того, щоб їх запам'ятати. Кіль­кість класифікацій на сьогодні, мабуть, не менша за кіль­кість основних принципів міжнародного права.

Не применшуючи значення решти класифікацій, роз­глянемо деякі з них (окремі автори пропонують кілька класифікацій). Так, В, П. Панов, М. Ф. Філімонова, С. В. Шульга пропонують таку класифікацію:

1) принципи забезпечення і захисту глобальних цінно­стей (а) поваги прав та основних свобод людини; б) за­хисту навколишнього середовища; в) рівності і самови­значення народів і націй);

2) принципи мирного співробітництва (а) співробіт­ництва держав; б) суверенної рівності держав; в) добро­совісного виконання міжнародних зобов'язань; г) невтру­чання у внутрішні справи держав; д) поваги державного суверенітету);

3) принципи забезпечення миру та безпеки людства (а) заборона застосування сили і загрози силою; б) мир­ного розв'язання спорів; в) непорушності кордонів; г) за гального і повного роззброєння; д) територіальної ціліс­ності);

4) спеціальні принципи (практично всі з перерахова­них вище, крім: поваги прав та основних свобод людини, співробітництва держав, суверенної рівності держав і доб­росовісного виконання міжнародних зобов'язань);

5) функціональні принципи (а) співробітництва дер­жав; б) суверенної рівності держав; в) добросовісного ви­конання міжнародних зобов'язань; г) мирного розв'язан­ня міжнародних спорів);

6) нові статутні принципи — йдеться про принципи Статуту ООН (а) поваги прав та основних свобод люди­ни; б) рівності й самовизначення народів і націй; в) забо­рони застосування сили або загрози силою; г) мирного вирішення спорів);

7) нові (післястатутні) принципи {а) захисту навко­лишнього середовища; б) загального і повного роззбро­єння).

Така класифікація, мабуть, не задовольнила М. Ф. Філімонову, і вона згодом запропонувала нову: 1) за фор­мою закріплення (а) писані принципи — принципи те­риторіальної цілісності, непорушності кордонів; б) звичаєві принципи — принцип співробітництва держав з охорони довкілля); 2) за історичною ознакою — принципи, шо ви­никли в період: а) рабовласництва; б) феодалізму; в) ста­новлення капіталістичного способу виробництва; г) доста­тутні; д) статутні; є) післястатутні. Автор не зазначає, які принципи належать до певної епохи. Починає хроноло­гічний ряд принцип добросовісного дотримання міжна­родних зобов'язань, а завершує — принцип, який зобо­в'язує суб'єктів міжнародного права співпрацювати в за­хисті навколишнього середовища. Очевидно, що така «класифікація» мало допомагає при з'ясуванні сутності основних принципів; 3) за ступенем важливості відносин, що захищаються принципами (а) такі, що забезпечують загальнолюдські цінності, знищення яких призведе до знищення самої цивілізації: поваги прав та основних сво­бод людини, співробітництва держав у сфері охорони дов­кілля; б) пов'язані з інтересами держав — невтручання у внутрішні справи, незастосування сили або загрози си­лою, загальне і повне роззброєння тощо); 4) спеціальні та функціональні принципи.

Висловлювалися й інші пропозиції щодо класифікації основних принципів, а саме: а) принципи, б) принципи-ідеї, в) принципи-цілі тощо.

Нині, коли ще не вироблені взаємовизнані критерії формулювання основних принципів, доцільніше керува­тися в їхній класифікації міжнародно-правовими актами. А вони дають підстави поділяти всі основні принципи на: 1) універсальні; 2) регіональні (наприклад, непоруш­ності державних кордонів); 3) локальні чи партикулярні (див., наприклад, Принципи співробітництва СРСР і Франції 1972 р.; Основи взаємовідносин СРСР і США 1972 р. та ін.).

Можна також виокремити: 1) загальносистемні прин­ципи; 2) галузеві принципи; 3) принципи інституту між­народного права.

241. Национальный механизм реализации норм международного права.

Нормативно-правове забезпечення розпочинається із законодавчого визначення ставлення держави до норм міжнародного права. Це може проявитись у проголошенні переваги (примату) норм міжнародного права перед нор­мами національного законодавства, визнанні міжнарод­них договорів та звичаїв частиною національного законо­давства, невизнанні можливостей дії норм міжнародного права у внутрішньодержавній сфері, а відтак виробленні спеціальних правових механізмів переведення міжнарод­них зобов'язань у національно-правові та ін.

Незалежно від того, яке ставлення до норм міжнарод­ного права проголошують держави, на практиці вони пра­гнуть розробити додаткові правові механізми національ­но-правового забезпечення ефективності реалізації міжна­родно-правових актів.

У сукупності тих засобів, до яких удаються різні дер­жави, можна вирізнити такі: а) засоби забезпечення юридичної обов'язковості міжнародно-правових актів; б) за­соби інформування про зміст міжнародно-правових актів; в) засоби узгодження національно-правових актів з міжна­родно-правовими.

Найбільш уживаними засобами державно-правового забезпечення юридичної обов'язковості міжнародно-пра­вових актів є ратифікація, затвердження, прийняття (ак­цепт), приєднання та підписання міжнародно-правового акта, а також обмін документами.

Узвичаєними засобами інформування про зміст міжна­родно-правових актів є їх опублікування (безпосередньо або через повторення у формі внутрішньодержавного пра­вового акта). Деякі держави вдаються до такого засобу інформування, як проголошення. Це дещо об'ємніше по­няття, ніж опублікування. По-перше, проголошення може бути у формі опублікування у спеціальному збірнику. По-друге, воно може не відтворювати змісту міжнародного договору, а лише давати точну його назву й повідомляти про час його набрання чинності. Заінтересовані особи мають можливість у такому разі ознайомитися зі змістом договору у спеціальному виданні. По-третє, міжнародні угоди можуть бути проголошені по радіо, телебаченню або мережі Інтернету,

В деяких країнах практикується інформування про зміст міжнародних угод через видання спеціального зако­ну. Закон у таких випадках і оголошує зміст договору, і затверджує його від імені держави. Інформація про зміст міжнародних договорів передається здебільшого через ад­міністративно-правові акти.

304. Случаи, которые исключают международно-правовую ответственность.

Комиссия международного права ООН при разработке Проекта статей об ответственности государств разработала в 1980 г статьи об обстоятельствах, исключающих ответственность госу­дарств Эта ответственность исключается, по ее мнению, при следующих определенных условиях

1. В случае достижения государствами взаимного согласия относительно действий, кото­рые противоречат ранее принятым ими обязательствам или соответствующим нормам междуна­родного права Например, ввод иностранных войск на территорию государства обычно рассматри­вается как серьезное нарушение суверенитета государства, а зачастую как акт агрессии Однако подобная акция не может быть признала таковой, если она осуществляется по просьбе или с со­гласия государства (например, ввод индийских войск на территорию Шри-Ланки в 1987 г по вза­имному договору для борьбы против боевиков ТОТИ)

Исключение ответственности государства в данном случае наступает при наличии сле­дующих условий согласие государства должно быть международно-правомерным, согласие должно быть ясно выраженным (а не подразумеваемым), согласие должно предшествовать совер­шению действий Согласие может быть использовано в качестве обстоятельства, исключающего противоправность деяния только в тех пределах, которые имеет в виду государство, дающее такое согласие (речь идет о сфере действия и сроках) Однако согласие не может быть дано на соверше­ние действий, противоречащих императивным нормам международного права (например, согла­сие на использование территории для совершения агрессии в отношении третьего государства)

2. В случае, если действия государства вызваны противоправными действиями другого го­сударства и являются правомерными с точки зрения международного права мерами в отношении государства-правонарушителя, или, иными словами, когда имеется вина самой потерпевшей сто­роны Такие меры могут быть применены также по поручению или уполномочию компетентной международной организацией (например, ООН, соответствующей региональной организацией)

3. Если деятельность государства была вызвана непреодолимой силой или неподдающими­ся контролю непредвиденными внешними событиями Причем предполагается, что оба указанных события не позволили государству действовать в соответствии с ранее принятыми на себя обяза­тельствами или понять, что его проведение не соответствует этому обязательству В частности, речь может идти о ситуациях, вызванных явлениями природы (наводнение, землетрясение, эпиде­мия и т. п. ) или деятельностью людей, и обозначаются они терминами "форс-мажор" или "непред­виденный", "непреодолимый" случай Форс-мажор как основание для освобождения государства от ответственности предусмотрен, например, в cт. 14 Конвенции о территориальном море и при­лежащей зоне 1958 г., в ст. 18 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г

4. Если субъект поведения, представляющий данное государство, в ситуации крайнего бед­ствия не имел иной возможности спасiи жизни или жизнь вверенных ему людей Например, капи­тан судна, терпящего бедствие, пытается у крыться от шторма в иностранном порту, не имея на то разрешения, или пилот летательного аппарата совершает без разрешения вынужденную посадку на иностранной территории с тем чтобы избежать неминуемой катастрофы и спасти пассажиров, или, наконец, капитан судна отказывается от спасания человека в воде, поскольку это может быть связано с реальной гибелью собственного судна и вверенных ему пассажиров. Во всех этих случа­ях формально имеет место нарушение границ другого государства и обязанности оказывать по­мощь в море всем терпящим бедствие, однако эти действия произошли в силу исключительных обстоятельств.

329. Понятие законности.

Законность — комплексное (принцип, метод, режим) соци­ально-правовое явление, характеризующее организацию и функ­ционирование общества и государства на правовых началах.

Термин «законность» является производным от термина «за­кон» и, будучи комплексным понятием, охватывает все стороны жизни права — от его роли в создании закона до реализации его норм в юридической практике. Законность отражает правовой характер организации общественно-политической жизни, орга­ническую связь права и власти, права и государства, права и общества. Требование законности в равной мере относится к высшим органам государственной власти, к иным государствен­ным органам, которые принимают в рамках своей компетенции подзаконные акты (сфера правотворчества), к непосредствен­ным исполнителям законов — должностным лицам, а также к общественным организациям, коммерческим корпорациям, граж­данам (сфера правореализации).

358. Принципы международного правопорядка.

Міжнародний правопорядок розвивається на загально-соціологічних засадах, загальних юридичних принципах, на яких формуються і функціонують міжнародно-правова надбудова, правова система, всі інститути міжнародного права — і безпосередньо на принципах міжнародного пра­вопорядку як цілісного утворення.

До загальносоціологічних засад міжнародного право­порядку належать: принцип наукової обгрунтованості; по-літико-правова основа — демократичні міжнародно-пра­вові відносини; економічна основа — справедливий між­народний економічний порядок; духовна основа — куль­тура світового співтовариства; цільова основа — зміцнен­ня миру й безпеки між народами.

До загальних юридичних принципів міжнародного правопорядку належать: принципи сучасного міжнарод­ного права; загальні принципи права; міжнародна закон­ність; верховенство міжнародного права над політикою; рівність усіх суб'єктів міжнародного права перед норма­ми міжнародного права; рівне і справедливе надання між­народно-правових можливостей (прав, свобод і законних інтересів) та вимоги шодо виконання обов'язків і реалі­зації міжнародно-правової відповідальності; об'єктив­ність, справедливість та істинність правових заходів; пе­реконаність суб'єктів у правильності і справедливості правових заходів; справедливість і невідворотність впливу на правопорушника, можливість застосування до нього заходів впливу; просторово-часові параметри застосуван­ня правових заходів та ін.

До принципів функціонування міжнародного право­порядку як системи належать: принцип законності, прин­цип цілісності і структурності, принцип субординації і співпідлеглості (підлеглість усіх норм міжнародного пра­ва функціям міжнародного правопорядку), принцип упо­рядкованості, узгодженості елементів і компонентів, прин­цип зв'язку та відповідності системі міжнародно-право­вого регулювання, принцип стабільності, принцип до­цільності, принцип простоти та ін.

387. Форма международного договора и ее значение.

Международный договор может быть заключен как в пись­менной, так и в устной форме. Устная форма международного договора именуется «джентльменским соглашением». К примеру, джентльменские соглашения практикуют спецслужбы США и России с аналогичными структурами в других государствах. В це­лом же данная форма международного договора используется довольно редко. Наиболее распространенной формой междуна­родного договора является письменная, позволяющая четко и определенно закрепить права и обязанности сторон по дого­вору.

Международной практике известны такие наиме­нования договоров, как конвенция, пакт, соглашение, договор, протокол, устав, статут, хартия и др. Международный договор может быть вообще безымянным. Например, обмен дипломати­ческими нотами может представлять собой разновидность международного договора. В соответствии с нормами обычного договорного нрава наименование международного договора не имеет какого-либо юридического значения. Важно, чтобы этот документ содержал правила поведения сторон, признаваемые ими в качестве юридических норм. Поэтому широко используемый в доктрине международного права термин «договор» должен рас­сматриваться в качестве родового понятия.

416. Действие договора в пространстве.

Каждый договор имеет территориальную или пространственную сферу действия. Общее правило, которое нашло свое закрепление в ст. 29 Венских конвенций 1969 и 1986 годов, заключается в том, что договор обязателен для каждого из его участников в отношении всей его территории, если иное не установлено этим договором. Ряд много­сторонних договоров предусматривает пространственную сферу дей­ствия иную, чем территорий государств. В качестве примера можно назвать Договор об Антарктике 1959 года, Договор о принципах дея­тельности государств по исследованию и использованию космическо­го пространства, включая Луну и другие небесные тела, 1967 года. Сложная территориальная сфера действия предусмотрена в Конвен­ции ООН по морскому праву 1982 года, которая охватывает прост­ранства, начиная от внутренних морских вод н кончая воздушным пространством за пределами государственной территории. Террито­риальная сфера действия Конвенции по охране и использованию трансграничных водотоков 1992 года имеет специфический харак­тер: она распространяет свое действие на трансграничные воды, под которыми понимаются любые поверхностные или подземные воды, пересекающие границы между двумя или более государствами или расположенные на таких границах.

445. Кодификационная работа Комиссии международного права.

Кодификация международного права буквально озна­чает приведение в единую систему действующих междуна­родно-правовых норм, их формулирование и устранение противоречий между ними. Однако, как показала практи­ка, работа по кодификации любой отрасли между народно­го права неизбежно включает уточнение и развитие дейст­вующих и создание новых норм, что относится уже к прогрессивному развитию международного права.

Кодификация и прогрессивное развитие международно­го права в настоящее время протекают в основном в рамках универсальных международных организаций, прежде всего ООН, а также в рамках различных локальных меж­дународных организаций.

Основным органом по кодификации и прогрессивному развитию международного публичного права является Ко­миссия международного права ООН. Это — вспомогатель­ный орган Генеральной Ассамблеи ООН, состоящий из 25 независимых экспертов, избираемых Генеральной Ас­самблеей. Комиссия начала свою деятельность в 1949 го­ду. С того времени она подготовила ряд проектов конвен­ций по различным вопросам международного права, боль­шинство из которых позднее легли в основу конвенций, принятых Генеральной Ассамблеей ООН или специальны­ми международными конференциями, созываемыми по ре­шению ООН.

533. Начало и окончание консульской миссии.

Назначение консулов. Консульский патент и экзекватура

Консулы назначаются направляющим государством и допускаются к исполнению обязанностей принимающим государством. В большинстве государств (в том числе в СССР) назначение консульских представителей, а также

прием иностранных консулов относятся к компетенции ве­домства иностранных дел.

Консулу выдается консульский патент (удостоверение, подтверждающее его полномочия). В нем указываются полное имя и класс, к которому принадлежит консул, кон­сульский округ и местопребывание консульства. Класс консула и консульский округ заранее согласовываются с государством, в которое назначается консул.

Консульский патент направляется обычно через дипло­матические каналы властям государства, в которое назна­чается консул, для получения экзекватуры (согласия на исполнение консулом его обязанности).

Консульские экзекватуры выдаются как в виде отдель­ного документа, так и в виде надписи на самом консуль­ском патенте. Какой орган уполномочен выдавать экзеква­туру, определяет внутреннее законодательство каждого го­сударства. В большинстве государств экзекватура выдается ведомством иностранных дел (в СССР — Министерством иностранных дел).

С момента получения экзекватуры консул считается приступившим к исполнению своих обязанностей. С этой же даты определяется его старшинство по отношению к другим консулам в данном консульском корпусе.

Обычно власти страны пребывания (ведомство иност­ранных дел) выдают консулам консульские карточки, ко­торые удостоверяют, что данное лицо является консулом определенной страны и имеет право на льготы и привиле­гии, согласно международному праву.

Прекращение функций консульского представителя

Деятельность консульского представителя прекращает­ся в случаях: 1) отозвания его назначившим государством; 2) объявления консула personanongrata (нежелатель­ным лицом); 3) если территория, на которой расположен консульский округ, выходит из-под суверенитета государ­ства пребывания; 4) закрытия консульского учреждения; 5) войны между государством, направившим консула, и государством, принявшим его. В этом случае консул по указанию своего правительства может поручить охрану прав своих соотечественников консулу третьего государ­ства.

584. Функции торговых представительств и способы их осуществления. Компетенция торговых представительств.

Торгпредство является составной частью дипломатического представительства в соответствующем государстве. Осуществляя свою деятельность под общим руководством посла (посланни­ка), торговое представительство подчиняется Министерст­ву внешней торговли. Во главе торгового представи­тельства стоит торговый представитель.

Функции торговых представительств состоят в следующем:

а) представительство интересов в области внеш­ней торговли и содействие развитию торговых и иных хо­зяйственных отношений со страной пребывания торгпредства;

б) регулирование внешней торговли со страной пребывания;

в) осуществление внешней торговли со страной пребывания.

В настоящее время внешнеторговые операции осу­ществляются главным образом государственными всесоюз­ными объединениями (экспортными, импортными и эк­спортно-импортными). Подавляющее большинство госу­дарственных внешнеторговых объединений подведомствен­но Министерству внешней торговли.

Торговое представительство (следовательно, государство) несет ответственность по сделкам, заключенным или гарантированным торгпредством.

Торгпредство может выступать в иностранных судах в качестве истца. В качестве же ответчика оно может высту­пать в этих судах лишь по спорам, вытекающим из сделок, заключенных или гарантированных торгпредством, и толь­ко в тех государствах, в отношении которых государство выразило согласие на подчинение торгового представительства местному суду по таким спорам.

618. Нерушимость государственных границ и международная безопасность.

Государственная граница — это линия, устанавливаю­щая пределы сухопутной или водной территории государ­ства.

Воздушной границей государства является воображае­мая криволинейная поверхность, восстановленная верти­кально к поверхности земли, воды вверх от линии сухо­путной либо водной границы. Верхний предел воздушной границы (отделяющий воздушную территорию от космо­са) международным правом не установлен.

Граница недр государства есть воображаемая криволи­нейная замкнутая поверхность, имеющая своим основани­ем сухопутный и водные границы, восстановленная вниз от них.

Государственная граница отделяет территорию данного государства от других государственных территории либо от международной территории (открытого моря, воздуш­ного пространства над ним).

Государственная территория и, следовательно, государ­ственная граница неприкосновенны. Государство имеет право применять меры, чтобы не допустить их нарушений: Если граница нарушена иностранным военным кораб­лем, пограничным отрядом другого государства и т. д., данное государство может предпринять действенные меры для прекращения нарушений, вплоть до применения воо­руженной силы против нарушителей.

Лица, виновные в нарушениях государственной грани­цы и пограничного режима, могут быть наказаны в уголов­но-правовом либо административно-правовом порядке в соответствии с внутренним законодательством государства, границы которого нарушены.

Границы между соседними государствами устанавлива­ются, как правило, в договорном порядке. Морская грани­ца, представляющая собой линию внешнего предела терри­ториальных вод, устанавливается в соответствии с норма­ми международного права. Ширина территориальных вод, как показывает практика, колеблется от 3 до 12 морских миль. Если воды, разделяющие государства, близко сопри­касаются, эти государства заключают соглашения о линии прохождения государственной границы между ними.

648. Полярные секторы: международно-правовая и национально-правовая регламентация деятельности государств в арктических районах. Границы секторов.

Арктика — район земного шара, расположенный вокруг Север­ного полюса, общей площадью около 27 млн. кв. км. если проводить ее южную границу по южной границе зоны тундр. Если же исходить из линии прохождения Северного полярного круга (66°31` с.ш.), то площадь Арктики составит примерно 21 млн. кв. км.

К Арктическому бассейну выходят Россия, Канада, Норвегия, Дания, США, Швеция, Финляндия, Исландия (последние три — незначительными частями сухопутной территории).

В мае 1925 года правительство Канады официально объявило канадский арктический сектор как составляющий пространство в пределах 60° вл. — 141° з.д., вплоть до Северного полюса. Сувере­нитет Канады на земли и острова в рамках данного сектора был закреплен дополнением к Закону о северо-западных территориях от 10 июня 192S г., запретившим иностранным государствам и их граж­данам заниматься какой-либо деятельностью «без разрешения канадских властей в пределах Канадской Арктики между 141° и 60° зл.». (В качестве примера более позднего законодательства подобного

рода можно указать на канадский закон от 2 августа 1972 г., преду­сматривающий обязательные правила по предотвращению загрязне­ния морской среды в границах Канадской Арктики.)

Официальные российские притязания на арктический сектор датируются нотой-депешей российского правительства от 20 сентяб­ря 1916 г. «Правительствам союзных и дружественных держав». Дан­ной нотой сообщалось о включении в состав территории России Земли Императора Николая II, острова Цесаревича Алексея, острова Старокадомского и острова Новопашенного, открытых экспедиция­ми Вилькицкого в 1913 и 1914 годах, а также подтверждалось, что неразрывной частью России являются острова Генриетты, Жаннетты, Беннетты, Геральд, Уединения, Новосибирские, Врангеля и др., «рас­положенные близ азиатского побережья Империи» и составляющие «продолжение к северу континентального пространства Сибири». В ноте напоминалось также о том, что острова Новая Земля, Колгуев, Вайгач и иные меньших размеров, расположенные близ европейско­го побережья России, составляют территорию России «ввиду того, что их принадлежность к территориям Империи является общеприз­нанной в течение столетий».

Ни от одного из государств не поступило заявления о несогласии с данной нотой. Были отмечены, после установления советской власти в России, отдельные попытки проверить «на прочность» суверенитет России в отношении указанных территорий. Так, в 1923 году судно под командованием английского капитана Нойса без разрешения посетило остров Врангеля, а в 1924 году американская шхуна «Hermen» — остров Геральда. Это заставило правительство СССР выступить 4 ноября 1924 г. с заявлением о том, что все земли и острова, составляющие «продолжение к северу Сибирского ма­терикового плоскогорья», принадлежат по праву правопреемства РСФСР.

Официальным актом, подтвердившим принадлежность Советско­му Союзу всех земель и островов в Северном Ледовитом океане, перечисленных в ноте от 20 сентября 1916 г. правительством Рос­сийской империи, стало Постановление Президиума Центрального исполнительного комитета СССР «Об объявлении территорией Сою­за ССР земель и островов, расположенных в Северном Ледовитом океане», от 15 апреля 1926 г. ^

Географическое арктическое пространство, в пределах которого все ранее открытые земли и острова, а также земли и острова, ко­торые могут быть открыты, объявлялись территорией Советского Союза, за исключением земель и островов, признанных ранее прави­тельством СССР принадлежащими другим государствам, было объяв­лено к северу от побережья СССР (в настоящее время — Российской Федерации) с боковыми границами по меридиану 32°04'35" в.д. и меридиану 168°49'30" зд. Постановление рт 15 апреля 1926 г. не за-

трагавало вопросов правового статуса и правового режима морских пространств в указанных границах.

Таким образом, сами по себе границы полярных секторов не считались государственными границами, а установление тем или иным государством полярного сектора не предрешало вопроса о правовом режиме входящих в этот сектор морских (водных) прост­ранств. Считается, что правовой режим каждого отдельного района арктического моря следует оценивать отдельно, исходя из фактиче­ски сложившегося и имеющего многолетнее признание правопоряд­ка, основанного на учете Оборонных, политических, экономических и иных интересов, в первую очередь прибрежных государств.

В соответствии с таким подходом и Россия вправе рассматривать морские пространства Арктики в пределах «российского полярного сектора» (в том числе Северо-Восточный проход) в качестве зоны своих особых интересов. !->го влечет за собой признание за Россией права принимать в указанной зоне любые необходимые меры для обеспечения своей безопасности, вплоть до запрещения появления в пространстве зоны военных кораблей и самолетов других го­сударств.

Дания в течение ряда столетий оккупировала юго-западную часть острова Гренландия. Между 1916 и 1920 годами ее суверенитет над всем островом был признан многими государствами. Однако Норве­гия создала в 1922 году на северо-востоке Гренландии свою станцию и провозгласила в 1931 году норвежский суверенитет над этой частью острова, оправдывая свой действия тем, что Дания не осуществля­ла эффективной оккупации северо-восточной части Гренландии. Постоянная палата международного правосудия своим решением от 5 апреля 1933 г. признала суверенитет Дании над всем островом Грен­ландия, приведя в обоснование своего решения довод о том, что на северные полярные области в силу их природных особенностей не должны распространяться обычные требования об эффективной оккупации в качестве основания для признания прав суверенитета над ними и что в отношении таких областей достаточно осущест­влять простой контроль после их открытия и нотификации об этом.

Обладателями земель в Арктике являются также Норвегия и США. Положение Норвегии как арктического государства связано, прежде всего, со Шпицбергенским архипелагом.

Правовое положение Шпицбергена было определено на Париж­ской конференции 1920 года с участием США, Великобритании и ее доминионов, Франции, Италии, Японии, Нидерландов, Дании, Норвегии и Швеции. Советская Россия не была приглашена на конференцию. Договор о Шпицбергене был подписан 9 февраля 1920 г. В 1935 году к нему присоединился Советский Союз. Кроме того, к Договору в разное время присоединились более 20 других стран Европы, Латинской Америки и Азии.

Участники Договора согласились «признать на условиях, установ­ленных настоящим Договором, полный и абсолютный суверенитет Норвегии над архипелагом Шпицберген с Медвежьим островом» (ст. 1). Согласно ст. 2, суда и граждане всех договаривающихся сторон «допущены на одинаковых основаниях к осуществлению права на рыбную ловлю и охоту в местностях, указанных в ст. 1, и в их территориальных водах». Договор обязывает Норвегию не со­здавать и не допускать создания «в местностях, указанных в ст. 1», какой-либо морской базы, не строить никаких укреплений в тех же местностях, которые «никогда не должны быть использованы в воен­ных целях» (ст. 9). В ст. 10 Договора было оговорено: «В ожидании того, что признание Высокими Договаривающимися Державами Рус­ского Правительства позволит России присоединиться к настоящему Договору, русские граждане и общества будут пользоваться теми же правами, что и граждане Высоких Договаривающихся Сторон».

Права, предоставленные Договором о Шпицбергене России, осу­ществлял Советский Союз, а после его распада соответствующие права перешли к России.

Норвегия, получив по Договору права суверенитета над Шпицбер­геном, не установила своего арктического сектора.

В пределах Северного полярного круга Норвегия владеет, кроме того, небольшим островом Ян-Майен.

678. Внутренние моря.

Внутренние морские воды — это прибрежные морские воды государства, на которые распространяется его суверенитет и юрисдикция в полном объеме. К ним относятся воды морских портов, заливов, бухт, губ, лиманов, исторические воды, а также воды, расположенные в сторону берега от исходных линий, от которых отсчитывается ширина территориального моря.

Внешней границей внутренних морских вод портов являет­ся прямая линия, соединяющая наиболее удаленные в сторону моря точки портовых сооружений. Залив представляет собой хорошо очерченное углубление берега, вдающееся в сушу и включающее замкнутые сушей воды; при этом данное углубление образует нечто большее, чем простую извилину берега. При ширине входа в залив во время наибольшего отлива менее 24 миль весь залив относится к внутренним водам прибрежного государ­ства. Данное правило не применяется в отношении заливов, имеющих ширину входа более 24 миль, но считающихся историческими водами.

708. Принцип исключительной юрисдикции государства флага судна в открытом море. Общепризнанные и такие, которые исходят из международного права, исключения из этого принципа.

В странах «удобных флагов» специально создаются условия для привлечения так называемых клиентов: упрощенная процедура регист­рации, отсутствие или низкий уровень налогов, либеральное законода­тельство относительно условий труда, технических требований к судам и др.

Все это в значительной степени способствует широкому распро­странению практики «удобных флагов».

Регистрация американских, английских, немецких, греческих, норвежских судов и судов других стран под «удобными флагами» Либерии, Панамы, Бермудских островов, Багамских островов и дру­гих стран обеспечивает существенные прибыли этим странам за счет большего количества регистрируемых судов. Поэтому страны «удоб­ного флага»д стремясь привлечь под свой флаг иностранный тоннаж. вводят для него различные льготы.

Исходя из изложенного выше вопроса о праве морского судна на флаг, можно сделать некоторые выводы:

1. Вопрос о праве морского судна на флаг является одним из важ­нейших вопросов правовой регламентации торгового судоходства.

2. Современное международное морское право не определяет ус­ловий предоставления государствами права морскому судну на флаг.

3. При отсутствии четкой международно-правовой регламента­ции предоставления морскому судну права на флаг каждое государ­ство стремится решить этот вопрос исходя из своих национальных, экономических и иных интересов.

4. Оптимальное решение вопроса об условиях предоставления права судам на флаг призвано способствовать успешному развитию национального судоходства.

Стратегия развития принципа свободы судоходства и укрепления правопорядка в водах Мирового океана требует четких единых ус­ловий предоставления государствами своим судам права на флаг, за­крепленных многосторонним международно-правовым соглашением. Основополагающей во всех этих условиях должна стать реальная связь национальности и флага судна, т. е. государства. По нашему мнению, такими условиями могли бы быть:

1. Принадлежность судна, по меньшей мере, более чем наполовину государству, или организации, или гражданам государства флага.

Z «Оседлость» юридического лица — собственника судна в стране флага судна.

3t Сосредоточение руководства в руках граждан государства флага.

4. Регистрация судна в одном из портов государства флага.

5. Ограниченное участие иностранцев в составе экипажа судна и особенно в занятии должностей капитана судна и его ближайших помощников.

Большое значение для формирования законодательной базы на-

ционального торгового судоходства имеют положения ст. 94 Конвен­ции ООН по морскому праву 1982 г. В соответствии с этими положе­ниями, государство несет ответственность за осуществление своей юрисдикции и контроля над суднами, плавающими под его флагом, в административных, технических и социальных вопросах.

Государство обеспечивает регистр судов с указанием названий су­дов, плавающих под его флагом, принимает на себя обязательства по осуществлению юрисдикции над своими судами, их капитанами и

экипажами.

Государство принимает необходимые меры для обеспечения без­опасности плавания своих судов в морс. Особенно это касается воп­росов конструкции, оборудования и годности судов к плаванию, комплектования, условий труда и обучения экипажей судов, а также пользования сигналами, поддержания связи и предупреждения стол­кновения.

Каждое судно перед регистрацией, а в дальнейшем через соответ­ствующие промежутки времени должно инспектироваться квалифи­цированным судовым инспектором и иметь на борту карты, мореходные издания, навигационное оборудование и приборы, необ­ходимые для безопасного плавания судна.

Капитан, офицеры и в необходимой степени экипаж должны быть полностью ознакомлены с международными правилами охра­ны человеческой жизни на морс, предупреждения столкновений, предотвращения, сокращения и контроля загрязнений морской сре­ды, поддержания связи по радио.

Каждое государство организует расследование достаточно квали­фицированным лицом каждого несчастного случая на судах или на­вигационного инцидента в открытом море с участием плавающего под его флагом судна, приведших к гибели граждан другого госу­дарства или нанесших им серьезные увечия, или причинивших серь­езный ущерб судоходству, или установкам другого государства, или

морской среде.

» В порядке уточнения содержания исключительной юрисдикции государства над судами своего флага в открытом море необходимо подчеркнуть, что эту юрисдикцию государство осуществляет через капитана судна. Капитан является представителем власти государ­ства флага на судне. На него, кроме вопросов судовождения, возла­гается обязанность принятия всех мер, необходимых для обеспечения безопасности плавания» поддержания порядка на судне.

Распоряжения капитана в пределах его полномочий подлежат беспрекословному исполнению всеми находящимися на судне лица­ми, включая и иностранцев.

Юрисдикция государства над судами своего флага в открытом море означает, что осмотру или другим актам власти торговые и другие невоенные суда в открытом море могут подвергнуть только военные или специально на то уполномоченные суда государства флага ,

Правило исключительной юрисдикции государства флага над своими судами в открытом море предполагает, что уголовное, адми­нистративное или дисциплинарное преследование капитана или другого члена экипажа, необходимость в котором возникает в случае столкновения или иного происшествия с судном в открытом море, возможно только при участии судебных или административных вла­стей государства флага. Ни арест, ни задержание этого судна не мо­гут быть произведены даже в качестве меры расследования по распоряжению каких-либо иных властей, кроме государства флага. Эффективное осуществление Украиной юрисдикции над судами, плавающими под ее флагом, должно быть детально регламентиро­вано и закреплено в соответствующем правовом акте. В связи с этим важным правовым аспектом мореплавания представляется определе­ние понятия «судно», которое является ключевым для морского пра­ва, имеет особое, основополагающее значение для решения вопроса о сфере взаимодействия международного морского права и нацио­нального морского законодательства.

^ Нормы морского права применяются к отношениям торгового мо­реплавания. Законодательство ряда государств, в том числе и быв­шего СССР, торговое мореплавание определяет как деятельность, связанную с использованием судов для перевозки грузов, пассажи­ров, багажа и почты, для рыбных и иных морских промыслов, добы­чи полезных ископаемых, производства буксирных, ледокольных и спасательных операций, а также для других хозяйственных, науч­ных и культурных целей (см. ст. 1 КТМ СССР). Иными словами, под торговым мореплаванием обычно понимается использование судов для любых законных невоенных целей. Разумеется, суда, к которым применяются нормы морского права, являются морскими судами с юридической точки зрения, хотя по техническим характеристикам они могут быть отнесены и к другим категориям судов.

Однако можно констатировать, что в законодательствах различ­ных государств, многочисленных международно-правовых актах, морских конвенциях и соглашениях термин «судно* не определяется как нечто само собой разумеющееся, либо определяется только в це­лях того или иного нормативного акта.

Например, в английском Акте о судоходстве 1894 г. указано: «ко­рабль обнимает суда всех описаний, приводимые в движение не вес­лами». Почти так же это понятие определено и в действующем сейчас английском Акте о торговом судоходстве 1898 г., ст. 8: «Корабль» даб-нимает суда всех родов, употребляемые или предназначенные- к употреблению для плавания, приводимые в движение не веслами, оконченные» или находящиеся в периоде окончания или постройки». Современные морские законы разных стран тоже не содержат чет­кого определения понятия «судно». Кодекс торгового мореплавания Болгарии, например, устанавливает: «Торговым морским судном в смысле настоящего Кодекса является всякое самоходное или несамо­ходное судно либо плавучее средство, предназначенное для плавания в море или водах, связанных с морем, и используемое для деятельности, предусмотренной в ст. 3» (т. е. для целей торгового мореплавания, ко­торые КТМ Болгарии определяет также, как и КТМ СССР).

Согласно § 2 ст. 3 Польского морского Кодекса, морским судном является всякое сооружение, предназначенное либо используемое для плавания на море и в соединенных с ним водах, посещаемых морскими судами. Еще более краток югославский закон 1959 г. «О договорах эксплуатации морских судов», ч. 1 ст. 8 которого гласит. «Судно» означает любое судно, годное к плаванию.

Нет единства в определении понятия «судно» и в международном морском праве. В Международной конвенции по предотвращению за­грязнения с судов 1973 г„ например, термин «судно» означает эксплу­атируемое в морской среде судно любого типа и включает суда на подводных крыльях, суда на воздушной подушке, подводные суда, плавучие средства, а также стационарные и плавучие платформы. Иначе этот термин трактуется в Международных правилах предот­вращения столкновения судов в море 1972 г. «Слово «судно», — ука­зано в них, — означает все виды плавучих средств, включая неводоизмещающие суда и гидросамолеты, используемые или могу­щие быть используемыми в качестве средств передвижения по воде» (правило 3). Как видим, определения термина «судно» отличаются не только текстуально, но и показывают принципиально различный подход к пониманию круга объектов, охватываемых, этим понятием. В теории и практике морского и речного права, на наш взгляд, проблема определения понятия «судно» окончательно не решена. КТМ СССР 1929 г. такого определения не содержал. Его ст. 1 позво­ляла по-разному толковать понятие морского торгового судна. Она классифицировала морские суда в зависимости от целей их исполь­зования и гласила: «Судном в смысле настоящего Кодекса считается: а) морское судно, занимающееся перевозкой грузов или пассажиров, эксплуатацией морских рыбных и иных богатств, оказанием помощи судам, терпящим бедствие на море, поднятием затонувшего в море имущества или буксировкой других судов (торговое судно); б) мор­ское судно, несущее специальную правительственную службу (ледо­колы, портовые буксиры и иные портовые плавучие средства, суда, предназначенные исключительно для спасания человеческих жиз­ней, охраны промыслов, суда таможенные, карантинные, служащие форумах.

737. Основные принципы международного воздушного права.

Принцип исключительного и полного суверенитета государств над их воздушным пространством. Указанный принцип закреп­лен в нормах международного права, например в Чикагской конвенции 1944 г. и в национальном законодательстве государств, например в Воздушном кодексе Украины 1993 г. Так, в ст. 1 Чикагской конвенции установлено; «Договаривающиеся госу­дарства признают, что каждое государство имеет полный и ис­ключительный суверенитет в отношении воздушного простран­ства над его территорией». Аналогичное положение закреплено и в ст. 1 Воздушного кодекса Украины.

Суть принципа суверенитета над воздушным пространством заключается в том, что государства самостоятельно определяют правовой режим своего воздушного пространства. Согласно Чикагской конвенции 1944 г. законы и правила государства от­носительно допуска на его территорию или убытия с его терри­тории воздушных судов, занятых в международной аэронавига­ции, либо эксплуатации и навигации таких воздушных судов во время их пребывания в пределах его территории применяются к воздушным судам всех договаривающихся государств без различия их национальности. Иными словами, иностранное воздушное судно, совершающее международный полет, при нахождении в пределах территории другого государства подчиняется его юрисдикции.

Основой правового режима воздушного пространства госу­дарств является разрешительный порядок полетов иностранных воздушных судов над их сухопутной и водной территорией. Международные полеты над государственной территорией осу­ществляются на основании международного договора или спе­циального разрешения на совершение разового полета или се­рии полетов. При этом данные полеты производятся только по установленным воздушным коридорам, с посадкой в аэропор­тах, открытых для иностранных воздушных судов.

Принцип свободы полетов в международном воздушном про­странстве. Современное международное право относит к про­странству данного вида воздушное пространство над открытым морем и Антарктикой, т.е. над международной территорией об­щего пользования.

Поскольку суверенитет ни одного государства не распрост­раняется на международное воздушное пространство, то воздуш­ные суда, находящиеся в нем, подчиняются юрисдикции госу­дарства регистрации судна. Вместе с тем, осуществляя свободу полетов в международном воздушном пространстве, воздушные суда не свободны от соблюдения международных правил и тре­бований, закрепленных в международных договорах или регла­ментах ИКАО. Так, по положениям Чикагской конвенции 1944-г. над открытым морем действующими являются правила полетов, установленные этой Конвенцией (Приложение 2). Все государ­ства обязаны придерживаться данных правил и принимать меры к тому, чтобы они строго соблюдались их воздушными судами во время полетов над открытым морем.

Принцип обеспечения безопасности международной гражданс­кой авиации. Данный принцип включает в себя два аспекта: I) меры по обеспечению технической безопасности летательных аппаратов, аэропортов, вспомогательных служб и воздушных трасс; 2) борьбу с актами незаконного вмешательства в деятель­ность гражданской авиации.

795. Правовая природа международных организаций. Международные организации и государственный суверенитет. Международная правосубъектность международных организаций. Правовая основа создания и функционирования международных организаций. Проблема кодификации права международных организаций.

В основе правовой природы международных организаций лежит наличие общих целей и интересов государств-членов.

Принцип суверенного равенства государств является руководя­щим в построении международных организаций. Его проявление характеризуется следующими чертами: договорная основа междуна­родной организации; добровольность членства; в основном рекомен­дательный характер решений организации; ее межгосударственный характер; сохранение суверенности и равноправия государств как внутри организации, так и вне ее.

Дня правовой природы международной организации существен­ным является то, что ее цели и принципы, компетенция, структура и т.п. имеют согласованную договорную основу.

Проблема соотношения государственного суверенитета и общих целей и интересов организации находит разрешение в ее учредитель­ном акте. Между ними не возникает противоречий, если государство добросовестно выполняет взятые на себя по уставу организации обя­зательства и следует установленным принципам.

В настоящее время широко признается следующее положение: государства, создавая международные организации, наделяют их оп­ределенной право- и дееспособностью, признавая за ними способ­ность иметь права и обязанности, участвовать в создании и приме­нении норм международного права, стоять на страже соблюдения норм международного права. Этим признанием государства создают новый субъект международного права, который наряду с ними осу­ществляет правотворческие, правоприменительные и правоохрани­тельные функции в сфере международного сотрудничества.

Способность международных организаций совершать юридичес­ки действительные действия от своего имени предполагает наличие у них относительно обособленной правовой воли. Такая воля качест­венно отличается от каждой индивидуальной воли государств-членов. Индивидуальные волевые акты членов организации не поддаются ни слиянию, ни простому сложению. Они согласуются, и эта согласо­ванная воля международной организации носит межгосударственный характер. Именно это волевое обособление международных органи­заций лежит в основе их международной правосубъектности и при­знанной за ними способности делать волеизъявления, принимать на себя права и обязанности по международному праву.

Источником этой относительно обособленной воли, ее правовой основой является учредительный акт. Это означает, что ни сами меж­дународные организации, ни их органы не могут совершать действия, выходящие за рамки учредительного акта.

Конечно, наделение международных организаций правами и обя­занностями не означает их приравнивания к государствам — основ-

ным субъектам международного права. Объем их правосубъектности значительно меньше и носит целевой и функциональный характер.

Чтобы выполнять свои функции, международные организации должны обладать необходимыми юридическими средствами. В ст. 104 Устава ООН предусмотрено в этих целях, что «Организация Объеди­ненных Наций пользуется на территории каждого из своих Членов такой правоспособностью, которая может оказаться необходимой для выполнения ее функций и достижения ее целей». Аналогичные поло­жения содержатся в большинстве учредительных актов.

Международные организации наделяются договорной правоспо­собностью, то есть вправе заключать самые разнообразные соглаше­ния в рамках своей компетенции. Как устанавливает ст. 6 Венской конвенции о праве договоров между государствами и международ­ными организациями или между международными организациями, «правоспособность международной организации заключать догово­ры регулируется правилами этой Организации».

Пункт 1 статьи 2 Конвенции разъясняет, что «правила Организа­ции» означают, в частности, учредительные акты, принятые в соот­ветствии с ними решения и резолюции, а также установившуюся практику Организации.

Анализ учредительных актов международных организаций свиде­тельствует, что договорная правоспособность закрепляется в них, как правило, двумя способами: либо в общем положении, предусматри­вающем право заключать любые договоры, способствующие выпол­нению задач организации (например, ст. 65 Чикагской конвенции о международной гражданской авиации 1944 г.), либо в специальном положении или положениях, определяющих возможность заключе­ния организацией определенных категорий соглашений (например, ст. 43 и 63 Устава ООН) и с определенными сторонами <с любыми государствами или только с государствами-членами, с любыми меж­дународными организациями или только с некоторыми из них).

Международные организации обладают способностью участвовать в дипломатических сношениях. При них аккредитуются представи­тельства государств, они сами имеют представительства в государст­вах и обмениваются представителями между собой. В Москве име­ются Информационный центр ООН и представительства ЮНЕСКО, МОТ. 6 октября 1992 г. было заключено Соглашение между Прави­тельством Российской Федерации и Управлением Верховного комис­сара ООН по делам беженцев об открытии представительства УВКБ.

15 июня 1993 г. было заключено Соглашение между Правитель­ством РФ и ООН об учреждении в Российской Федерации Объеди­ненного представительства ООН и ее органов, программ и фондов в целях поддержки и дополнения национальных усилий по решению наиболее важных проблем экономического развития, содействия социальному прогрессу и повышению уровня жизни. Объединен-

ное представительство включает ООН, Программу развития ООН (ПРООН), Детский фонд ООН (ЮНИСЕФ), Управление Верховного комиссара по делам беженцев (УВКБ), Программу ООН по окружаю­щей среде (ЮНЕП), фонд ООН по народонаселению (ЮНФПА), Мировую продовольственную программу (МПП), Программу ООН по контролю над наркотическими средствами (ЮНДКП),

Правительством РФ были заключены соглашения об учреждении постоянных представительств в Российской Федерации и с рядом других международных организаций, например с Международным валютным фондом (24 сентября 1997 г.), с Международной финансо­вой корпорацией (24 сентября 1997 г.).

Международные организации и их должностные лица пользуются привилегиями и иммунитетами (например, Конвенция о привилегиях и иммунитетах Объединенных Няций 1946 г., Конвенция о привиле­гиях и иммунитетах специализированных учреждений ООН 1947 г., Конвенция о правовом статусе, привилегиях и иммунитетах межго­сударственных организаций, действующих в определенных областях сотрудничества, 1980 г. и др.).

Как субъекты международного права международные организации несут ответственность за правонарушения и нанесение ущерба своей деятельностью и могут выступать с претензиями об ответственности.

Международные организации наделяются также правом набирать персонал на контрактной основе. Это не представители государств, а международные должностные лица, подчиняющиеся исключитель­но международной организации и действующие от ее имени и в ее интересах. Как отмечено в ст. 100 Устава ООН, Генеральный секре­тарь и персонал Секретариата «не должны запрашивать или получать указания от какого бы то ни было правительства или власти, посто­ронней для Организации. Они должны воздерживаться от любых действий, которые могли бы отразиться на их положении как меж­дународных должностных лиц, ответственных только перед Орга­низацией».

Каждая международная организация располагает финансовыми средствами, которые складываются в большей части из взносов го­сударств-членов и расходуются исключительно в общих интересах организации.

Международные организации действуют также со всеми правами юридического лица по внутреннему праву государств. Так, ст. 39 Устава Международной организации труда устанавливает, что МОТ имеет все права юридического лица, в частности право заключать договоры, право приобретать движимое и недвижимое имущество и распоряжаться им, право возбуждать судебные дела.

Такие же права предоставлены ООН и ее органам, программам и фондам, а также их Объединенному представительству Соглашением между Правительством РФ и ООН от 15 июня 1993 г.

882. Особенности решения международных споров в рамках международных организаций.

В ООН проблемой мирного разрешения споров занимаются прежде всего три главных органа: Генеральная Ассамблея, Со­вет Безопасности и Международный Суд.

Согласно ст.ст. 11, 12, 14 и 35 Устава ООН Генеральная Ас­самблея может принимать резолюции по мирному разрешению международных споров, если они не переданы на рассмотрение Совета Безопасности ООН.

Как уже отмечалось, главную ответственность за поддержа­ние международного мира и безопасности в рамках ООН несет Совет Безопасности (п. I ст. 24 Устава). В связи с этим данный орган обладает наиболее широкими полномочиями по мирному урегулированию международных споров в соответствии с поло­жениями Главы VI Устава ООН (см. § 3 наст. т.). Необходимо отметить, что резолюции Совета Безопасности ООН по мирно­му разрешению международных споров носят рекомендательный характер для спорящих сторон.

Генеральный секретарь ООН также имеет определенные полномочия в рассматриваемой области. Так, в соответствии со ст. 99 Устава ООН Генеральный секретарь имеет право дово­дить до сведения Совета Безопасности информацию по любым вопросам, которые, по его мнению, могут представлять угрозу миру и безопасности, т.е. о международных спорах соответству­ющего характера. Генеральный секретарь ООН и его специаль­ные представители неоднократно участвовали с миссией доб­рых услуг и посредничества в процессе мирного разрешения международных споров и конфликтных ситуаций, угрожавших международному миру и безопасности. Например, в 1962 г. Ге­неральный секретарь ООН У Тан оказал добрые услуги и по­средничество с целью мирного разрешения Карибского кризи­са, грозившего перерасти в ядерный конфликт.

Согласно Уставу ООН Совет Безопасности должен поощ­рять мирное разрешение международных споров посредством региональных соглашений и региональных организаций (п. 1 ст. 52).

Учредительные документы региональных организаций со­держат положения по мирному разрешению споров между госу­дарствами-членами.

Так, одним из принципов деятельности Лиги арабских госу­дарств (ЛАГ) является принцип мирного урегулирования меж­дународных споров, которому посвящены ст.ст. 5, 6, 7 и 19 Пак­та ЛАГ. В соответствии с Пактом функции по мирному разре­шению споров возлагаются на Совет Лиги — высший орган данной региональной организации. Совет может выступить с предложением оказания добрых услуг спорящим сторонам, а также осуществлять функции арбитража. Однако Совет не мо­жет принимать «обязательных и окончательных решений по та­ким важным спорам, которые затрагивают независимость, суве­ренитет и территориальную целостность государств», т.е. в этих случаях можно обращаться к иным, помимо Совета Лиги, мир­ным средствам.

В Уставе Организации американских государств-(ОАГ) и Боготском договоре 1948 г. предусмотрены такие средства мир­ного разрешения споров, как добрые услуги, посредничество, расследование, примирение и арбитражное разбирательство, а также подробно регламентирована процедура их осуществления (ст.ст. 84 — 89 Устава ОАГ). Основные полномочия в данной области принадлежат двум главным органам ОАГ: Постоянному совету и Консультативному совещанию министров иностран­ных дел. Постоянный совет правомочен создавать арбитражный суд без участия стороны в споре. В рамках ОАГ действует Меж­американская комиссия по урегулированию споров мирными средствами в качестве вспомогательного органа Постоянного совета.

В ст. 3 Хартии Организации африканского единства (ОАЕ) зафиксированы принципы этой региональной организации, в частности принцип мирного урегулирования споров между го­сударствами-членами. Средствами реализации данного принципа должны служить переговоры, посредничество, примирение и арбитраж. Проблемой мирного разрешения споров занимается высший орган ОАЕ — Ассамблея глав государств и правительств, а также Совет министров и Комиссия по посредничеству, при­мирению и арбитражу.

Комиссия является одним из основных уставных органов ОАЕ. В соответствии со ст. 19 Хартии ОАЕ Протокол, регламен­тирующий деятельность Комиссии, составляет неотъемлемую часть Хартии. Комиссия правомочна решать любые споры меж­ду государствами — членами ОАЕ при условии, что спор пере­дан на ее рассмотрение совместно спорящими сторонами или Ассамблеей либо Сонетом министров. Комиссия также может выступать в качестве посредника, примирительной комиссии и арбитража.

Африканские государства используют возможности Ассамб­леи и Совета министров для разрешения пограничных споров и территориальных конфликтов. Так, Совет министров выносил резолюции по мирному разрешению пограничных споров меж­ду Алжиром и Марокко, Сомали и Кенией, Эфиопией и Со­мали.

В уставных документах СНГ, ОБСЕ, Совета Европы и Евро­пейского Союза также содержатся положения по мирному разрешению международных споров;

912. Международный уголовная ответственность индивида за военные преступления и преступления против человечества.

Преступления, совершаемые государством как таковым, считают­ся международными преступлениями.

Преступления, совершаемые отдельными лицами или группами лиц не от имени государства, но имеющие международные послед­ствия, считаются преступлениями международного характера.

С преступлениями международного характера государства борют­ся путем заключения специальных договоров, по которым соответ­ствующие лица подлежат уголовному наказанию либо в суде государ­ства пребывания, либо в суде государства, которому их выдают для целей уголовного преследования. Иначе говоря, в отношении пре­ступлений международного характера действует национальная уго­ловная юрисдикция.

Что касается международных преступлений, совершаемых госу­дарствами, то ответственность государства-делинквента возникает, в частности, в форме ограничения его юрисдикции в отношении соб­ственных граждан — непосредственных участников совершения международного преступления. Для этого учреждаются суды, осуще­ствляющие международную уголовную юрисдикцию.

Впервые такие Международные трибуналы были созданы,

1945 году для суда над главными нацистскими преступниками,

1946 году — над японскими милитаристами.

Тенденция к расширению сферы международной уголовной юрис­дикции наблюдается в конце XX столетия. 3 декабря 1973 г. Гене­ральная Ассамблея ООН приняла резолюцию 3074 (XXVIII), содер­жащую Принципы международного сотрудничества в отношении обнаружения и наказания лиц, виновных в военных преступлениях и преступлениях против человечества. В них установлено, что каж­дое государство имеет право осуществлять правосудие в отношении

своих граждан, виновных в совершении военных преступлений и преступлений против человечества. Однако наказанию такие лица подлежат, как общее правило, в тех странах, где они совершили пре­ступления.

Следующий шаг на этом пути был сделан Советом Безопасности ООН, который резолюцией № 808 в 1993 году учредил Международ­ный трибунал для судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права, совер­шенные на территории бывшей Югославии, а в 1994 году резолюцией № 955 учредил Международный трибунал по Руанде.

Согласно этим уставам, личную уголовную ответственность несут как конкретные исполнители преступных деяний, так и должност­ные лица, отдававшие соответствующие приказы, включая главу го­сударства или правительства.

Международная уголовная юрисдикция распространяется на лиц, совершивших акты геноцида, серьезные нарушения Женевских кон­венций 1949 года, нарушения законов или обычаев войны и преступ­ления против человечности.

Наконец, 17 июля 1998 г. дипломатическая конференция в Риме приняла Статут Международного уголовного суда, по которому к международной уголовной юрисдикции отнесены следующие соста­вы преступлений: преступление геноцида, преступления против че­ловечности (убийство, истребление, порабощение, депортация или насильственное перемещение, заключение в тюрьму, пытки, изнаси­лование и т.п., совершаемые в отношении гражданского населения); военные преступления (серьезные нарушения Женевских конвенций 1949 г.), преступление агрессии.

Можно, таким образом, сказать, что наблюдается тенденция к признанию международной уголовной юрисдикции как в отношении физических лиц, государства гражданства которых совершили меж­дународные преступления, так и в отношении лиц, совершающих преступления международного характера в своем личном качестве, не действуя от имени государства.

В отношении военных преступлений и преступлений против человечества действует принцип неприменимости срока давности. Он нашел закрепление в Конвенции о неприменимости срока дав­ности к военным преступлениям и преступлениям против человече­ства 1968 года.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий