регистрация / вход

Наследование по закону

История развития института наследования по закону. Современное состояние института наследования по закону. Очереди наследников по действующему законодательству. Наследование нетрудоспособными иждивенцами наследодателя. Права супруга.

Содержание

Введение. 3

Глава 1. История развития института наследования по закону. 4

Глава 2. Современное состояние института наследования по закону. 13

2.1. Очереди наследников по действующему законодательству. 13

2.2. Наследование нетрудоспособными иждивенцами наследодателя. Восьмая очередь. 15

2.3. Права супруга при наследовании. 29

Заключение. 32

Список используемой литературы.. 33


Введение

Традиционно под наследованием или наследственным правопреемством понимался (и в этом нет серьезных различий с современным определением) переход имущественных прав и обязанностей от умершего его наследникам. Видов наследования также всегда было два: по завещанию и по закону. Другое дело, что на разных этапах развития общества в эти понятия вкладывался различный юридический смысл.

Наследование по закону осуществляется главным образом при отсутствии завещания. Поскольку наследодатель не выразил свою волю в завещании, задача закона – определить с наибольшей степенью вероятности, кому наследодатель оставил бы имущество, если б составил завещание. Очевидно, что чаще всего это близкие родственники, а при их отсутствии – родственники более дальние. Поэтому сейчас установлен достаточно широкий круг лиц, являющихся наследниками по закону.

Итак, в подавляющем большинстве случаев наследование по закону осуществляется, если завещания наследодатель не составил либо о нем ничего не известно. Такая же ситуация складывается, если завещание есть, но оно (полностью или частично) признано недействительным, либо наследник (наследники) оказался недостойным; либо наследники не приняли или отказались принять наследство; либо наследодатель в завещании ограничился только указанием на лишение всех (или части) наследников права наследования; либо если завещательными распоряжениями охвачено не все имущество.

Тема данной курсовой работы – «наследование по закону: история и современность». Соответственно объектом исследования являются нормы главы 63 ГК РФ, а также ранее действовавшего законодательства. Автор постарается выявить общие закономерности развития данного института в российском праве, опираясь на работы отечественных ученых в данной области. Цель и задача исследования – сравнение старых норм с действующим законодательством, и выявление как достоинств, так и недостатков указанных норм.


Глава 1. История развития института наследования по закону

Попытаемся проследить течение наследственного права, начиная с XIX века, не претендуя на исчерпывающий анализ законодательства и теоретических разработок разного времени.

Гражданское законодательство Российской империи предусматривало получение права собственности на имущество в порядке наследования по завещанию (ст. ст. 1010 – 1103 Свода законов гражданских)[1] и по закону (ст. ст. 1104 – 1221 Свода законов гражданских).[2]

Анализируя данные нормы, Д.И. Мейер указывал, что «лицо делается наследником двумя путями – или по завещанию, или по закону, – но как скоро достигает пункта, на котором делается наследником, то идет уже одним путем».[3]

Завещание, а точнее духовное завещание,[4] могло быть составлено гражданином, достигшим двадцатилетнего возраста (совершеннолетним).

Духовные завещания могли быть крепостными или домашними, они различались по месту составления и заверения. Первые составлялись на гербовой бумаге в судах, магистратах или гражданской палате либо в местах, к ним приравненных, а вторые – на простой бумаге, как правило, дома, и заверялись в гражданской палате.

Недействительными признавались завещания, составленные безумными, сумасшедшими и самоубийцами (ст. 1017 Свода законов гражданских).

В тех случаях, когда в завещании указывались лица, не имеющие права наследовать либо лишенные права обладать некоторыми видами имущества (например, недвижимыми дворянскими имениями), завещание признавалось недействительным (полностью либо частично).

Отечественное гражданское законодательство до 1917 г. характеризовалось детальной проработкой регулируемых отношений. Не была исключением и регламентация наследования по закону. Данной проблеме было посвящено более 100 статей.

Попытаемся рассмотреть только общие положения наследования по закону. Право наследования распространялось «на всех членов рода, однокровное родство составляющих, до совершенного его прекращения не только в мужском, но и в женском поколении» (ст. 1111 Свода законов гражданских). Близость родства определялась линиями (связь степеней) и степенями (связь одного лица с другим посредством рождения). Отношения свойства не давали права наследовать по закону.

Не имели права наследовать по закону:

- лица, лишенные всех прав состояния;

- монашествующие лица – отрекшиеся от мирской жизни;

- лица, лишенные дворянства и разжалованные (до восстановления).

Специальные нормы были посвящены наследованию по нисходящей линии (ст. ст. 1127 – 1133), по боковой линии (ст. ст. 1134 – 1140), по восходящей линии (ст. ст. 1141 – 1147 Свода законов гражданских).

Полагаем необходимым обратить внимание на нормы, регулирующие наследование по закону супругов. Если в отношении законной жены или мужа не было завещания, то она(он) получала(л) из недвижимого имения седьмую часть, а из движимого – четвертую. При этом ее собственное имущество, а также приданое в состав наследственной массы не включались. В некоторых губерниях и уездах Закавказского края были предусмотрены исключения для призвания к наследованию супругов.

В тех случаях, когда наследников по закону и по завещанию не было или если они были, но в течение 10 лет не выразили желания принять наследство, имущество признавалось выморочным и обращалось в казну.

Вместе с тем предусматривались случаи, когда выморочное имущество переходило к другим лицам. Например, от служащих университетов – университетам, от духовных служителей – духовным учреждениям и т.д.

Достаточно много специальных норм было предусмотрено для наследования отдельных специфических объектов (например, заповедных имений) или от некоторых граждан (например, после военных чинов).

Следует особо отметить (можно сказать, выделить красной чертой) акт, принятый в апреле 1918 г. и сыгравший большую роль не только в наследственном праве (и соответственно в гражданском), но и в жизни всего общества. Название этого акта говорит само за себя: «Об отмене наследования»![5]

На основании данного документа наследование как по закону, так и по духовному завещанию отменялось. После смерти владельца имущество, ему принадлежавшее (как движимое, так и недвижимое), становилось государственным достоянием Российской Советской Федеративной Социалистической Республики. При этом нетрудоспособные родственники по прямой нисходящей линии, по восходящей линии, полнородные и неполнородные братья и сестры, супруг умершего получали содержание из оставшегося после него имущества.

Имущество умершего поступало местному Совету, который передавал его в управление учреждений, ведающих на местах соответствующими имуществами Российской Республики, по последнему месту жительства умершего или по месту нахождения оставшегося имущества.

Характерно и то, что вышеназванный акт имел обратную силу по отношению ко всем наследствам, открывшимся до его издания, если они еще не приобретены наследниками или, хотя и приобретены, но еще не поступили в их владение.

Рассмотренный документ появился не сам по себе, а во исполнение «Манифеста коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса,[6] где прямо указывалось на необходимость отмены наследования. Представляется, что не всегда те или иные теоретические разработки необходимо воплощать в жизнь, особенно если разработки от нее (жизни) оторваны. Декрет действовал недолго, но нанес колоссальный ущерб интересам граждан, юридически поддерживая тезис «после меня хоть потоп». Кроме того, наличие имущества, оставшегося после умершего, но еще не переданного и не учтенного соответствующими органами РСФСР, давало благоприятную почву для расхищения этого имущества.

Подводя анализ одной из лучших работ по советскому наследственному праву В.И. Серебровского «Очерки советского наследственного права»,[7] С.М. Корнеев указывал на то, что из содержания книги видно следующее: советская власть скоро забыла об отмене права наследования и достаточно полно урегулировала отношения наследования, предусмотрев почти все институты, которые свойственны наследственному праву буржуазных стран (хотя и в урезанном виде, например, регулирование наследования по завещанию).[8]

22 мая 1922 г. Декретом ВЦИК «Об основных частных имущественных правах, признаваемых РСФСР, охраняемых ее законами и защищаемых судами РСФСР» наследственное право было восстановлено. Декретом восстанавливалось наследование по завещанию и по закону.[9] Гражданский кодекс РСФСР, принятый 31 октября 1922 г.[10] и введенный в действие с 1 января 1923 г., законодательно закрепил существенное изменение подхода к наследственному праву. В его нормах уже говорится о возможности наследования, но оно ограничивается 10 тыс. рублей. В частности, ст. 416 указывала на то, что допускается наследование по закону и по завещанию в пределах общей стоимости наследственного имущества не свыше 10 тыс. рублей, за вычетом всех долгов умершего. При этом если стоимость наследства превышала указанную сумму, производился раздел, и часть имущества, превышающая предельную сумму, переходила государству.

Гражданский кодекс 1922 г. ограничивал круг наследников только близкими родственниками (супруг умершего, его дети, внуки, правнуки), а также нетрудоспособными иждивенцами. Причем такое ограничение распространялось на наследников как по закону, так и по завещанию. При наследовании по закону имущество делилось между названными лицами.

Завещанием признавалось сделанное лицом распоряжение на случай смерти о предоставлении имущества одному или нескольким лицам. Завещание представлялось в нотариальный орган для внесения в актовую книгу. При этом выписка из актовой книги могла заменить завещание.

И еще один вопрос, без которого характеристика наследственного права того времени была бы неполной. Это – непризнание обязательств, возникших до 7 ноября 1917 г., т.е. до государственного переворота (иногда его называют Великой Октябрьской Социалистической Революцией). Официальная позиция была следующей: «погашаются не только обязательства, срок которых наступил до 7 ноября 1917 г., но, главным образом, те обязательства, которые возникли до 7 ноября 1917 г. и срок исполнения по которым наступает после 7 ноября 1917 г.».[11]

Гражданский кодекс РСФСР, принятый 11 июня 1964 г., вступивший в силу с 1 октября 1964 г. и действовавший в части наследственного права с некоторыми изменениями и дополнениями более 35 лет (до 1 марта 2001 г.), расширил круг возможностей наследования по закону и по завещанию, установленный ГК 1922 г. Вместе с тем в нем законодатель продолжал исходить из потребительского назначения имущества, находящегося в личной собственности граждан.

Здесь, наверное, уместно отметить, что советское законодательство прямо запрещало извлекать доходы, не относящиеся к трудовым (ст. 13 Конституции Союза ССР 1977 г., ст. 13 Конституции РСФСР 1978 г., ст. 111 ГК РСФСР 1964 г.). Земля принадлежала только государству. Исключительность права государственной собственности на землю была закреплена в Основных законах как Союза ССР, так и всех его республик (например: ст. 10 Конституции Союза ССР и ст. 11 Конституции РСФСР).[12]

Законодательство не допускало «использование имущества для частной хозяйственной деятельности, систематического извлечения нетрудовых доходов». Для примера можно привести только название Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 26 июля 1962 г. «О безвозмездном изъятии домов, дач и других строений, возведенных или приобретенных гражданами на нетрудовые доходы».[13]

Одним из самых последних нормативных актов, касающихся данного вопроса, было Постановление Совета Министров РСФСР от 22 июля 1986 г. «О мерах по усилению борьбы с нетрудовыми доходами», которым перед органами государственного управления прямо ставилась задача усиления контроля за использованием гражданами жилых домов и помещений, исходя из того, что они не могут использоваться для личной наживы и в других корыстных целях.[14]

К примеру, Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. предусматривал ответственность за использование жилого дома для получения нетрудовых доходов: такой жилой дом подлежал безвозмездному изъятию в фонд местного Совета народных депутатов.

Помимо запрета на извлечение «нетрудовых доходов» советское законодательство устанавливало пределы количества и размеров объектов, находящихся в собственности одного гражданина. Так, ст. 106 ГК РСФСР указывала на то, что у гражданина или совместно проживающих супругов на праве собственности мог находиться только один жилой дом (или его часть). Кроме того, названная статья устанавливала предельный размер жилого дома (или его части), принадлежащего гражданину на праве личной собственности: жилая площадь дома не должна была превышать 60 квадратных метров (исключение могло быть сделано только для некоторых категорий граждан с разрешения исполнительного комитета городского Совета народных депутатов). В тех случаях, когда гражданин, например, по наследству получал второй жилой дом, то «собственник вправе по своему выбору оставить в своей собственности любой из этих домов. Другой дом (дома) должен быть собственником в течение одного года продан, подарен или отчужден иным способом» (ст. 107 ГК РСФСР). Указанные ограничения не имели под собой никаких, кроме идеологических, оснований и, по выражению Е.А. Суханова, «были крайне не эффективны и даже вредны для общества».[15]

С началом экономических преобразований в стране законодательство, регулирующее отношения собственности, предусмотрело значительное сокращение экономически необоснованных пределов осуществления права собственности. Законы «О собственности в СССР», «О собственности в РСФСР» раздвинули возможности осуществления права собственности. Новый Гражданский кодекс Российской Федерации, развивая и упорядочивая нормы, содержащиеся в названных законах, установил право собственника по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые интересы других лиц действия, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 ст. 209 ГК РФ[16] ).

Современное гражданское законодательство предоставляет гражданам право иметь в собственности любое имущество, за исключением отдельных объектов, которые в соответствии с федеральными законами не могут принадлежать гражданам (например, нельзя иметь атомную бомбу). При этом в отличие от законодательства, действовавшего до начала 90-х гг., количество и стоимость имущества, находящегося в собственности граждан, не ограничиваются.

Одним из самых распространенных оснований возникновения права собственности граждан является наследование. Конституция РФ[17] в гл. 2, посвященной правам и свободам человека и гражданина, указывает на то, что «право наследования гарантируется» (ч. 4 ст. 35). В свою очередь Гражданский кодекс РФ в п. 2 ст. 218 устанавливает, что в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в статью 532 Гражданского кодекса РСФСР», принятый Государственной Думой 11 апреля 2001 г. и вступивший в силу 17 мая 2001 г., расширил круг наследников по закону с двух до четырех очередей (третья очередь – братья и сестры родителей умершего (дяди и тети наследодателя) и четвертая – прадеды и прабабки умершего как со стороны деда, так и со стороны бабки) и тем самым, с одной стороны, восстановил справедливость, с другой – ускорил решение вопроса о системном изменении норм наследственного права – принятие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации.[18]

В настоящее время наследование движимого и недвижимого имущества, а также имущественных прав и обязанностей граждан осуществляется на основании норм, содержащихся в части третьей нового Гражданского кодекса Российской Федерации, который был принят Государственной Думой 1 ноября 2001 г., одобрен Советом Федерации 14 ноября 2001 г., подписан Президентом Российской Федерации 26 ноября 2001 г., опубликован 28 ноября 2001 г. и вступил в силу 1 марта 2002 г.

Некоторые положения, касающиеся наследования, имеются в подзаконных актах Министерства юстиции РФ, а также в постановлениях Пленумов Верховных Судов Союза ССР, РСФСР и Российской Федерации.

Кроме того, при рассмотрении вопросов, связанных с наследованием, следует руководствоваться положениями частей первой и второй Гражданского кодекса РФ[19] и Семейного кодекса РФ,[20] в ряде случаев – нормами Земельного кодекса РФ[21] и Гражданского процессуального кодекса РФ.[22]


Глава 2. Современное состояние института наследования по закону

2.1. Очереди наследников по действующему законодательству

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя (ст. 1142 ГК РФ). Традиционно более существенную, чем в странах Западной Европы, близость отношений между детьми и родителями отражает включение родителей в круг наследников по закону первой очереди, в то время как в большинстве стран континентальной Европы родители относятся к наследникам второй очереди (ст. 746 Гражданского кодекса Франции, ст. 1925 Германского гражданского уложения). Это, несомненно, является одной из отличительных черт российского наследственного права.[23]

Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.

В случае отсутствия наследников первой очереди к наследованию на основании ст. 1143 ГК РФ призываются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны матери, так и со стороны отца. Дети полнородных и неполнородных братьев и сестер наследуют по праву представления.

В соответствии со ст. 1144 ГК РФ, если нет наследников первой и второй очереди, наследниками третьей очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры родителей наследодателя (его дяди и тети). По праву представления в данном случае наследуют двоюродные братья и сестры.

Наследниками четвертой очереди по закону выступают родственники третьей степени родства – прадедушки и прабабушки наследодателя; пятой очереди – родственники четвертой степени родства, т.е. дети родных племянников и племянниц наследодателя (двоюродные внуки и внучки) и родные братья и сестры его дедушек и бабушек (двоюродные дедушки и бабушки); в качестве наследников шестой очереди – родственники пятой степени родства, т.е. дети двоюродных внуков и внучек наследодателя (двоюродные правнуки и правнучки), дети его двоюродных братьев и сестер (двоюродные племянники и племянницы) и дети его двоюродных дедушек и бабушек (двоюродные дяди и тети). В то же время по французскому законодательству в очередь наследников по закону попадают родственники вплоть до шестой степени родства, а у немцев количество очередей, призываемых к наследованию, вообще не ограничено.[24]

Если же наследники предшествующих очередей отсутствуют, к наследованию в качестве наследников седьмой очереди призываются пасынки, падчерицы, отчим и мачеха наследодателя (ст. 1145 ГК РФ).

Граждане, относящиеся к наследникам по закону второй – седьмой очередей, нетрудоспособные ко дню открытия наследства, но не входящие в круг наследников той очереди, которая призывается к наследованию, согласно ст. 1148 ГК РФ наследуют по закону вместе и наравне с наследниками этой очереди, если не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении, независимо от того, проживали они совместно с наследодателем или нет.

К наследникам по закону относятся граждане, не входившие в круг наследников первой – седьмой очередей, но ко дню открытия наследства являвшиеся нетрудоспособными и не менее года до смерти наследодателя находившиеся на его иждивении и проживавшие совместно с ним.

При наличии других наследников по закону данные лица наследуют вместе и наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию, в случае же отсутствия других наследников такие нетрудоспособные иждивенцы наследодателя наследуют самостоятельно в качестве наследников восьмой очереди.

Необходимо помнить положения ст. 1141 ГК РФ о том, что наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, т.е. если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования, либо лишены наследства, либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства. Наследники одной очереди наследуют, как правило, в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления.

2.2. Наследование нетрудоспособными иждивенцами наследодателя. Восьмая очередь

Одним из самых трудных вопросов наследственного права являются условия призвания к наследованию нетрудоспособных иждивенцев наследодателя и определение их доли. В соответствии со ст. 535 ГК РСФСР несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя (в т.ч. усыновленные), а также нетрудоспособные супруг, родители (усыновители) и иждивенцы умершего наследуют независимо от содержания завещания не менее двух третей доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля). Причем при определении размера обязательной доли учитывается и стоимость наследственного имущества, состоящего из предметов домашней обстановки и обихода. Поэтому наследнику, имеющему право на обязательную долю, может быть выгодно, если его наследственные права в завещании ущемлены, так как при определении размера обязательной доли учитывается стоимость предметов обычной домашней обстановки и обихода, тогда как при определении размера законной доли в случае, когда наследник с наследодателем совместно не проживал, стоимость данных предметов учету не подлежит. Верховный Суд РФ следующим образом разрешал указанную проблему: «При определении размера обязательной доли в наследстве следует принимать всех наследников по закону, которые были бы призваны к наследованию... и исходить из стоимости всего наследственного имущества (как в завещанной, так и в незавещанной части), включая предметы обычной домашней обстановки и обихода, независимо от того, проживал ли кто-либо из наследников совместно с наследодателем. Поэтому при определении размера выделяемой истцу обязательной доли в наследстве суду необходимо учитывать стоимость имущества, полученного им в порядке наследования по закону (или по другому завещанию этого же наследодателя), в том числе и стоимость имущества, состоящего из предметов обычной домашней обстановки и обихода». (Подп. «д» п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 1991 г. № 2 «О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании»).[25]

К нетрудоспособным традиционно относят: женщин, достигших 55 лет, мужчин – 60 лет, инвалидов I, II, III групп, а также лиц, не достигших 16 лет, и учащихся – 18 лет. Некоторые авторы, учитывая крайне тяжелое положение молодежи в настоящее время, а также высокий процент безработных среди молодых, предлагают относить к нетрудоспособным лиц, не достигших 18 лет, а учащихся и старше 18 лет – до окончания учебы при очной форме обучения, но не более чем до 23 лет.[26]

Состоящими на иждивении наследодателя являются нетрудоспособные лица, находившиеся на полном содержании наследодателя или получавшие от них такую помощь, которая была для них основным и постоянным источником средств к существованию.

Отсюда следует вывод о том, что необязательно полное иждивение нетрудоспособного. Последний мог иметь и иные, менее значительные по сравнению с помощью наследодателя, средства материального обеспечения. При этом не имеет значения сам по себе факт раздельного проживания иждивенца и наследодателя. Главное – установить, что помощь последнего была постоянной и являлась основным источником существования нетрудоспособного.

Правила о наследовании нетрудоспособными иждивенцами подверглись в ГК существенным изменениям, коснувшимся прежде всего и больше всего условий призвания этих лиц к наследованию по закону и в какой-то степени порядка наследования, которые рассматриваются в настоящей статье.

Давая общую оценку новелл ГК по рассматриваемому вопросу, следует сказать, что законодатель, дополнив существовавшие ранее условия призвания иждивенцев к наследованию новыми условиями, тем самым ограничил круг этих лиц как потенциальных наследников по закону. При этом следует подчеркнуть, что ограничения наследования нетрудоспособными иждивенцами теперь распространяются и на наследование ими в порядке ст. 1149 ГК РФ в качестве необходимых наследников, имеющих право на обязательную долю. Нетрудоспособные иждивенцы, входящие в круг наследников любой из семи очередей, призываются к наследованию в соответствии со ст. 1149 ГК РФ, если не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении. Другие нетрудоспособные иждивенцы наследуют, если не менее года до смерти наследодателя не только находились на его иждивении, но и проживали совместно с ним. Кодекс 1964 года (ст. 535) не предусматривал ни одного из этих двух условий.

Теперь рассмотрим порядок наследования по закону нетрудоспособными иждивенцами, имея в виду, что именно порядок призвания их к наследованию является главной особенностью наследования этой категории граждан.

Нетрудоспособные иждивенцы не относятся к определенной очереди наследников по закону. Они наследуют вместе и наравне с законными наследниками любой очереди из семи предусмотренных очередей, призванной к наследованию, однако они не приобретают статуса наследников этой очереди. Действует лишь определенный порядок призвания их к наследованию, неравнозначный установлению очередности наследования. Не случайно в законе говорится о наследовании иждивенцами наравне с наследниками любой очереди.

Правильное, соответствующее букве и смыслу закона определение статуса иждивенцев как наследников по закону имеет важное практическое значение, что видно из приводимого ниже примера. После смерти А. остались его жена, сын (наследники первой очереди), два брата (наследники второй очереди) и нетрудоспособный иждивенец, имеющий право наследования в соответствии с п. 2 ст. 1148 ГК РФ. Переживший супруг и сын от наследства отказались. Кто в данном случае наследует? Если признать иждивенца наследником первой очереди, то, поскольку жена и сын отказались от наследства, имущество умершего будет наследовать только он, как единственный наследник первой очереди. При такой трактовке положения иждивенца как наследника первой очереди два брата наследодателя – наследники второй очереди – не наследуют. Однако подобное толкование п. п. 1, 2 ст. 1148 ГК представляется ошибочным, не опирающимся на содержание ст. 1141 ГК, в соответствии с которой, если нет наследников опережающей очереди, наследуют наследники последующей очереди. В приведенном примере нетрудоспособный иждивенец наследует вместе и наравне с двумя братьями умершего, призываемыми к наследованию в качестве наследников второй очереди.

Такой порядок наследования нетрудоспособными иждивенцами обеспечивает оптимальное решение двуединой задачи. Во-первых, гарантируется повышенная защита интересов указанных лиц, призвание их к наследованию независимо от наличия близких родственников умершего. Во-вторых, наследуя вместе и наравне с родственниками наследодателя, иждивенцы не отстраняют их от наследования.

Обратимся теперь к рассмотрению условий, при наличии которых нетрудоспособные иждивенцы могут наследовать по закону. Как известно, по ГК РСФСР 1964 года необходимыми и достаточными были два условия: нетрудоспособность и состояние на иждивении умершего не менее одного года до его смерти (ч. 3 ст. 532). Теперь ГК РФ выделяет две группы нетрудоспособных иждивенцев в качестве законных наследников, для каждой из которых, кроме общих условий, устанавливает дополнительное условие призвания к наследованию. В основание разграничения этих групп законодателем положен признак принадлежности нетрудоспособного иждивенца к одной из очередей наследников (ст. ст. 1142 – 1145 ГК). Из самого факта выделения по указанному признаку двух групп иждивенцев-наследников очевидно, что условия призвания к наследованию каждой из них различаются: для одной условия более мягкие, для другой – более жесткие при том, что статус граждан одной и другой группы ничем не отличается – нетрудоспособность и состояние на иждивении умершего, вследствие смерти которого они лишились средств к существованию. Это позволяет а priori усомниться в обоснованности выделения двух групп наследников и установления дополнительного условия призвания к наследованию одной из них, а именно необходимости совместного проживания с наследодателем до его смерти. Этот вопрос будет рассмотрен в дальнейшем, а сейчас обратимся к признакам выделения этих групп.

В первую группу включены граждане, относящиеся к наследникам по закону, указанным в ст. ст. 1143 – 1145 ГК, т.е. к любой из шести очередей законных наследников начиная со второй (п. 1 ст. 1148 ГК). При анализе правила п. 1 ст. 1148 ГК обращает на себя внимание отсутствие указания на ст. 1142 ГК, определяющую наследников по закону первой очереди. Объясняется это тем, что иждивенец-наследник первой очереди наследует на общих основаниях независимо от наличия условий призвания к наследованию нетрудоспособных иждивенцев. На таких же основаниях наследуют нетрудоспособные иждивенцы-наследники любой из последующих шести очередей, если к наследованию призываются наследники той очереди, к которой относится и нетрудоспособный иждивенец.

Так, если после смерти А. остались его брат и нетрудоспособный дедушка, то, поскольку оба относятся ко второй очереди наследников по закону, дедушка наследует вместе с братом умершего, но именно как наследник второй очереди (ст. 1143 ГК), а не как нетрудоспособный иждивенец. Это важно особо подчеркнуть, имея в виду практическое значение определения основания призвания нетрудоспособного иждивенца к наследованию. Допустим, что брат отказался от наследства. Возникнет вопрос: должен ли наследовать только нетрудоспособный иждивенец-дедушка в качестве наследника второй очереди или он наследует вместе с наследниками третьей очереди? Правильным представляется признание в этом случае нетрудоспособного иждивенца единственным наследником, даже если имеются наследники третьей очереди.

Из сказанного можно сделать следующий вывод. Как нетрудоспособные иждивенцы граждане наследуют по закону, если не призываются к наследованию по иным основаниям, в частности не относятся к той очереди, которая призывается к наследованию, и не имеют права наследовать по праву представления (ст. 1146 ГК). Другое дело, если нетрудоспособный иждивенец назначен наследником по завещанию. В этом случае он будет наследовать сразу по двум основаниям (подп. 2 п. 2 ст. 1152 ГК).

Нетрудоспособные иждивенцы первой группы наследуют вместе и наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию. Преимущество, признаваемое за ними законом и объясняемое их статусом, состоит в том, что, не будучи наследниками этой очереди, они наследуют вместе и наравне с входящими в нее наследниками, хотя и относятся к более дальней очереди. Иными словами, эти лица наследуют вне своей очереди, т.е. вне очереди.

Вторая группа представлена нетрудоспособными иждивенцами, которые не являются наследниками, названными в ст. ст. 1142 – 1145 ГК. Призвание их к наследованию возможно при наличии не только общих условий – нетрудоспособности и состояния на иждивении, – но также и дополнительного условия – совместного проживания с умершими не менее года до его смерти (п. 2 ст. 1148 ГК). Условием наследования здесь является не только состояние на иждивении наследодателя не менее года, но и совместное проживание с ним в течение этого же периода. Гипотеза данной нормы предусматривает два условия: иждивение и совместное проживание; требование «не менее одного года до смерти» в равной степени относятся к каждому из них. Если, например, иждивенец, проживавший отдельно, некоторое время в связи с болезнью наследодателя жил у него, осуществляя уход за ним, его нельзя признать наследником по основаниям, указанным в п. 2 ст. 1148 ГК, ввиду отсутствия одного из необходимых условий – совместного проживания с наследодателем в течение не менее одного года до его смерти.

Нетрудоспособные иждивенцы, которые не входят в круг наследников, перечисленных в ст. ст. 1142 – 1145 ГК, проживавшие совместно с наследодателем не менее года до его смерти, наследуют самостоятельно в восьмой очереди, если отсутствуют другие наследники по закону любой из семи очередей (п. 3 ст. 1148 ГК). Как видно, указанные граждане призываются к наследованию при тех же условиях, что и другие иждивенцы второй группы. Однако специфика наследования этими лицами состоит в том, что они наследуют при отсутствии других законных наследников самостоятельно, т.е. не делят наследство с другими наследниками ввиду их отсутствия.

Установление различных условий призвания нетрудоспособных иждивенцев к наследованию в зависимости от того, относятся ли они к наследникам, указанным в ст. ст. 1142 – 1145 ГК, а именно введение дополнительного условия наследования для тех, кто не указан в этих статьях (совместное проживание с умершим не менее года до его смерти), трудно объяснить и признать обоснованным. Практически этим, как уже отмечалось, вводится ограничение круга потенциальных наследников по закону по основанию нетрудоспособности, против которого могут быть выдвинуты следующие возражения.

Гражданский кодекс РФ существенно расширил круг наследников по закону, включив в него не только родственников вплоть до пятой степени родства, но и пасынков и падчериц, отчима и мачеху. Кроме того, наследуют по закону, как и прежде, переживший супруг, усыновители и усыновленные, нетрудоспособные иждивенцы наследодателя. В установлении восьми очередей наследников по закону, а также провозглашении завещательной свободы нашло выражение стремление законодателя свести к минимуму случаи перехода имущества как выморочного в порядке наследования в собственность Российской Федерации.

Нетрудоспособный иждивенец, не входящий в круг наследников, указанных в ст. ст. 1142 – 1145 ГК, и не проживавший совместно с наследодателем до его смерти, не будет наследовать ни как наследник – нетрудоспособный иждивенец, ни как необходимый наследник, имеющий право на обязательную долю (п. 1 ст. 1149 ГК). В связи с этим встает вопрос: насколько справедлив, оправдан и соответствует воле наследодателя, если бы он хотел и мог ее выразить, отказ в праве наследования нетрудоспособному иждивенцу на том основании, что он не входит ни в одну из очередей наследников по закону и не проживал совместно с умершим до его смерти? Не менее законный вопрос – обоснованно ли с нравственных позиций предпочтение, отдаваемое законом при указанных обстоятельствах весьма отдаленному родственнику умершего, например пятой степени родства, который и ведать не ведал о существовании наследодателя, но будет призван к наследованию, и отказ в праве наследования нетрудоспособному, хотя и не проживавшему совместно с умершим, но состоявшему на его иждивении и в связи со смертью «кормильца» лишившемуся средств к существованию?

При обсуждении обоснованности и целесообразности требования о совместном проживании с умершим как необходимом условии наследования (п. п. 2, 3 ст. 1148 ГК) следует иметь в виду и то, что непроживание совместно с наследодателем нередко может объясняться неблагополучными жилищными условиями умершего, не позволявшими предоставить иждивенцу крышу над головой (нельзя забывать, что миллионы людей в России продолжают проживать в стесненных условиях и стоят на очереди как нуждающиеся в улучшении жилищных условий). Поэтому трудно обосновать установление дополнительного требования о совместном проживании иждивенца с наследодателем. В связи с этим представляется желательным исключить это условие из п. 2 ст. 1148 ГК.

Наследование по закону на основании нетрудоспособности и иждивенства обусловлено установлением юридических фактов, с которыми закон связывает право наследования. Если между наследниками и иждивенцами не возникает споров о наследовании последними, проблема доказывания может и не возникать. Но даже при их отсутствии, если будет необходимо получить свидетельство о праве на наследство (ст. 1162 ГК), потребуется представить нотариусу доказательства в подтверждение права наследования, т.е. каждого элемента юридического состава как основания права наследования.

Начнем с нетрудоспособности лица. Единого легального определения круга нетрудоспособных, используемого во всех случаях, когда с фактом нетрудоспособности связываются правовые последствия, нет. В различных законах с оговоркой «для целей» соответствующего закона приводимые перечни нетрудоспособных лиц не совпадают.

Раздел V ГК РФ «Наследственное право» не содержит специального перечня нетрудоспособных лиц, в связи с чем, если законом не установлено иное, следует исходить из общепринятого на практике положения, согласно которому к нетрудоспособным лицам относятся женщины, достигшие 55, и мужчины 60 лет (независимо от назначения им пенсии в соответствующих случаях в более раннем возрасте), инвалиды I, II и III групп, в том числе инвалиды с детства, лица, не достигшие возраста 16 лет (ст. 63 Трудового кодекса РФ), учащиеся до 18 лет, а обучающиеся по очной форме обучения – до окончания обучения, но не дольше чем до достижения ими 23 лет. Имеются все основания относить этих лиц к нетрудоспособным, поскольку при наследовании иждивенцами по закону ситуация – смерть кормильца – аналогична той, которая предусмотрена ст. 1088 ГК, п. п. 1, 2 ст. 9 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».[27] Для признания лица нетрудоспособным по возрасту или по инвалидности не имеет значения факт продолжения трудовой деятельности данным лицом, но может возникнуть вопрос о состоянии на иждивении умершего. Однако прежде чем обратиться к нему, следует сказать о том, к какому времени относится определение нетрудоспособности.

Согласно ст. 1148 ГК нетрудоспособность определяется на день открытия наследства. В ГК 1964 года содержалась несколько иная формулировка: к числу наследников по закону относились нетрудоспособные лица, состоящие на иждивении умершего не менее одного года до его смерти (ст. 532). Это позволяло толковать данную норму таким образом, что лицо признавалось законным наследником, если находилось на иждивении умершего, будучи нетрудоспособным. Иначе говоря, требование «не менее года» относилось в равной мере к состоянию на иждивении и к продолжительности нетрудоспособности. ГК РФ разъединил эти требования во времени. Отсюда следует, что ст. 1148 ГК не исключает такого положения, когда лицо, будучи трудоспособным, находилось на иждивении умершего; решающее значение имеет нетрудоспособность «ко дню открытия наследства». Это не должно вызывать недоумения, принимая во внимание, что если лицо, не являясь нетрудоспособным, находилось на иждивении, то тем более, став нетрудоспособным ко дню открытия наследства, должно иметь право наследования.

В действующем законодательстве понятие иждивения определено в Законе «О трудовых пенсиях в Российской Федерации». В соответствии с подп. 3 п. 2 ст. 9 названного Закона состоявшими на иждивении наследодателя должны признаваться лица, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (определение иждивения в ст. 9 дано применительно к условиям назначения трудовой пенсии по случаю потери кормильца и, как представляется, с полным основанием должно быть использовано и при определении права наследования нетрудоспособного иждивенца). При отсутствии соответствующих документов этот факт может быть установлен в судебном порядке (п. 2 ст. 264 ГПК РФ) при помощи, в частности, свидетельских показаний. Состояние на иждивении наследодателя является юридически значимым, если оно имело место в течение не менее года до его смерти. «До его смерти» следует понимать в смысле «непосредственно перед смертью», т.е. состояние на иждивении должно продолжаться непрерывно в течение года до дня смерти наследодателя.

Заслуживает внимания вопрос об исчислении периода «не менее года» в случаях объявления безвестно отсутствующего лица умершим и открытия наследства в день вступления в законную силу решения суда. Этот вопрос приобретает в настоящее время практическое значение в связи с непрекращающимися вооруженными столкновениями в так называемых «горячих точках» и террористическими актами на территории России, когда граждане оказываются безвестно пропавшими, а впоследствии объявляются умершими. Полвека назад В. Серебровский, ссылаясь на Постановление Президиума Верховного Суда РСФСР от 16 – 17 сентября 1935 г., считал необходимым, чтобы нетрудоспособный находился на иждивении объявленного умершим не менее года до момента получения от него последних известий.[28] Такой порядок исчисления годичного срока в указанных случаях представляется правильным. Исходя из ст. 45 ГК, годичный срок следует исчислять со дня начала течения пятилетнего или соответственно шестимесячного срока, по истечении которых наследодатель может быть объявлен в судебном порядке умершим.

В ст. 1148 ГК имеется в виду фактическое нахождение на иждивении наследодателя, а не право на получение средств на содержание. В связи с этим возникает, по крайней мере, два вопроса: 1) наследует ли нетрудоспособный, который по закону имел право на содержание, но фактически его не получал и не обращался с соответствующим требованием; 2) можно ли признать наследником нетрудоспособного, если имеется вступившее в законную силу решение суда о взыскании с наследодателя алиментов или соглашение об уплате алиментов (ст. ст. 99 – 105 Семейного кодекса РФ), которые не исполнялись. Буквальное толкование фразы ст. 1148 ГК «находились на его иждивении» не позволяет положительно ответить ни на один из них.

Однако признать такое положение справедливым едва ли возможно. Нельзя забывать, что иждивение – необходимое условие наследования наряду с нетрудоспособностью во всех случаях, указанных в ст. 1148 ГК. Признание неисполнения наследодателем при жизни своих обязанностей по предоставлению средств на содержание нетрудоспособного лица основанием отказа в праве наследования означало бы тем самым, что неисполнение обязанностей как бы получает одобрение законодателя. Думается, что неправильно и несправедливо было бы ссылаться в обоснование отказа на то, что при жизни наследодателя нетрудоспособный, не получая материальной помощи от него, сам находил средства к существованию.

Такое «обоснование» в особенности неуместно, если неисполнение наследодателем обязанности по содержанию обрекало нетрудоспособного на жалкое существование. Но дело не только в этом. Отсутствие в законе требования нуждаемости в средствах наряду с нетрудоспособностью и состоянием на иждивении наследодателя основано на разумном предположении, что нетрудоспособность и состояние на иждивении сами по себе, как правило, свидетельствуют о нуждаемости. Однако получение небольшой пенсии или случайных незначительных доходов не основание для отрицания факта иждивения, если помощь наследодателя была постоянным и основным источником средств к существованию. Нет также оснований исключать нетрудоспособного из числа наследников в связи с получением, например, крупного выигрыша по лотерее после открытия наследства. Вместе с тем нельзя рассматривать в качестве предоставления иждивения как одного из условий наследования нетрудоспособным систематическое получение платежей от наследодателя в порядке возмещения причиненного им вреда.

Мнение, что содержание кого-либо во исполнение обязанности по договору – договору ренты (глава 33 ГК) или брачному договору (глава 8 СК) – даже при условии, что лицо является нетрудоспособным, не может служить основанием наследования после другой стороны, нуждается в уточнении. Следует согласиться с этим мнением в части, относящейся к содержанию на основании рентного договора. Однако получение супругом содержания в соответствии с брачным договором едва ли справедливо во всех случаях не признавать состоянием на иждивении в целях наследования по ст. 1148 ГК.

Согласно ч. 3 ст. 42 СК супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию. Трудно найти возражения против признания одного из супругов состоящим на иждивении другого, если средства на содержание хотя и предоставляются во исполнение брачного договора, но при наличии условий, предусмотренных в ст. ст. 89, 90 СК. Само по себе включение в брачный договор обязанности по предоставлению содержания при наличии этих условий, как представляется, не должно влиять на определение природы отношений по содержанию. Это есть отношения иждивенства, и поэтому при наличии других условий, указанных в ст. 1148 ГК, нетрудоспособное лицо – наследник по закону.

Для призвания к наследованию по закону лица, которое не относится ни к одной из семи очередей наследников по закону, необходимо установление не только фактов нетрудоспособности и состояния на иждивении умершего, но и факта совместного проживания с ним не менее одного года до открытия наследства. При этом закон не требует также совместного ведения общего хозяйства, предполагающего наличие общего бюджета, взаимную заботу, хотя находясь на иждивении наследодателя и проживая совместно с ним, можно презюмировать и совместное ведение общего домашнего хозяйства. Однако законом подобное требование не установлено.

Совместное проживание в течение не менее одного года не подпадает под понятие временного проживания, ограниченного максимальным шестимесячным сроком (ст. 680 ГК), а соединенное с совместным ведением общего домашнего хозяйства является достаточным основанием для признания нетрудоспособного иждивенца членом семьи наследодателя, хотя последнее для наследования нетрудоспособным не имеет юридического значения. Совместное проживание не менее одного года ближе к понятию постоянного проживания, о котором говорится в п. 2 ст. 672 ГК, однако условия признания лица постоянно проживающим с наследодателем также не должны учитываться при установлении факта совместного проживания с наследодателем. Достаточно установления фактического проживания с последним в одной квартире, в одном доме или ином жилом помещении. Что касается прописки или регистрации, то необходимо руководствоваться следующим совершенно четким и определенным разъяснением Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»[29] : «...следует иметь в виду, что отсутствие прописки либо регистрации, заменившей институт прописки, само по себе не может служить основанием для ограничения прав и свобод человека, включая и право на жилище... Необходимо учитывать, что данные, свидетельствующие о наличии или отсутствии прописки (регистрации), являются лишь одним из доказательств того, состоялось ли между нанимателем (собственником) жилого помещения, членами его семьи соглашение о вселении лица в занимаемое жилое помещение и на каких условиях» (п. 13). Проживание нетрудоспособного иждивенца совместно с наследодателем не менее года имеет значение для наследования независимо от приобретения им права пользования жилым помещением в соответствии с действующим законодательством. Отсутствие такого права не препятствие для признания лица законным наследником на основании его статуса нетрудоспособного иждивенца, совместно проживавшего с наследодателем не менее одного года до открытия наследства.

2.3. Права супруга при наследовании

Согласно ст. 1150 ГК РФ принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. При этом доля умершего супруга в этом имуществе входит в состав наследства и переходит к наследникам.

Следует отметить, что сложившаяся нотариальная практика, связанная с оформлением наследственных прав на имущество, приобретенное супругами в период брака, не всегда отвечает требованиям законодательства. Так, например, свидетельство о праве собственности пережившему супругу на долю в совместно нажитом имуществе выдается лишь по требованию этого супруга. Если переживший супруг не изъявил желания получить свидетельство о праве собственности, то доля его в совместно нажитом имуществе включается в наследственную массу. Таким образом, предметом наследования становится не доля в праве общей собственности на имущество, как это должно быть, а все имущество, что, безусловно, нарушает права и законные интересы пережившего супруга.

Зачастую нотариусы полагают, что получение свидетельства о праве собственности – это право, а не обязанность пережившего супруга. Действительно, получение документа, свидетельствующего о праве супруга на долю в имуществе, приобретенном в период брака, является правом пережившего супруга. Но при этом неправомерно производить подмену двух понятий: существования самого права и документального оформления этого права.

На основании ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Из приведенной нормы следует, что совместная собственность супругов возникает в силу прямого указания закона. Если супруги при жизни не заключили брачный договор, то имущество, приобретенное ими в период брака на совместные средства, поступает в их совместную собственность, при этом доли супругов признаются равными. Таким образом, собственность пережившего супруга объективно существует, и эту презумпцию нотариус не вправе подвергать сомнению.

Включение доли в праве общей собственности на имущество, принадлежащей пережившему супругу, в наследственную массу после смерти другого супруга, хотя бы и с согласия пережившего супруга, не может быть признано законным. В данном случае возникает полная аналогия с отказом от права собственности. Вместе с тем отказ от права собственности регламентирован нормами гражданского законодательства. В соответствии с п. 1 ст. 225 ГК РФ вещь, от права собственности на которую собственник отказался, является бесхозяйной. Судьба бесхозяйной вещи решается в судебном порядке.

Имеется и еще один аргумент, подтверждающий приведенную позицию. Отказ от права собственности в пользу кого-либо (в данном случае переживший супруг отказывается от своего права собственности в пользу наследников) по сути представляет собой дарение имущества. Для удостоверения же договора дарения доли в праве общей собственности эта доля должна быть определена, а в установленных законом случаях соответствующее право должно быть, к тому же, зарегистрировано.

Из изложенного можно сделать вывод, что оформлению наследственных прав на долю умершего супруга в совместно нажитом имуществе супругов должно предшествовать определение этой доли. Не случайно в ст. 1150 ГК РФ подчеркнуто, что в состав наследства входит только доля умершего супруга в этом имуществе.

Выдача нотариусами свидетельств о праве собственности на долю в общем имуществе супругов в случае смерти одного из них производится в соответствии со ст. 75 Основ законодательства РФ о нотариате с соблюдением положений ст. 256 ГК РФ и ст. ст. 34 – 37 СК РФ.

Выдача свидетельств о праве собственности в случае смерти обоих супругов не допускается. В этом случае вопрос об определении долей супругов может быть решен в судебном порядке.

Для выдачи свидетельства о праве собственности необходимо наличие сочетания трех условий:

во-первых, наличие брачных отношений;

во-вторых, факт приобретения имущества в период зарегистрированного брака;

и как следствие, в-третьих, имущество должно являться общим – принадлежать на праве общей совместной собственности супругам.


Заключение

Отечественное наследственное право развивалось достаточно сложно и на некоторых этапах весьма противоречиво. Если попытаться сделать сравнение с каким-нибудь природным явлением, то на ум приходит горная извилистая река, которая проходит свой путь, первоначально огибая скалы, затем приостанавливая свое течение, чтобы упасть сверху вниз и продолжить свой путь уже в обширном, более предсказуемом и стабильном русле. Хочется верить в то, что в ближайшее время (хотя бы лет 100 – 200) российское наследственное право не претерпит революционных преобразований.

Исходя из вышеизложенного, нужно сделать следующие выводы.

Во-первых, принятие долгожданной части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации очень своевременно. Указанный нормативный правовой акт должен заложить основу развития наследственных правовых отношений в нашей стране на новом, более качественном уровне. Ведь не секрет, что традиции наследования, сложившиеся в нашей стране, весьма резко отличаются от общемировых.

Во-вторых, необходим тщательный анализ положений новой «наследственной конституции России», включающий как теоретические исследования, так и судебную, нотариальную и адвокатскую практику.

В-третьих, в связи с тем, что граждане России «недостаточно подкованы» в правовых вопросах, целесообразно введение в качестве общеобязательной учебной дисциплины «Основы наследственных правоотношений» в программу преподавания всех, а не только юридических средних специальных и высших учебных заведений.

В-четвертых, только применение на практике положений части третьей ГК РФ, посвященных регулированию вопросов наследственного права, покажет, насколько оправданна некоторая усложненность ряда правовых конструкций, использованных в данном нормативном правовом акте (например, обязательной доли, наследования нетрудоспособными иждивенцами и др.).


Список используемой литературы

1. Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.

2. Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 05.12.1994, № 32, ст. 3301, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (2 ч.), ст. 3120.

3. Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ (ред. от 18.07.2005) // СЗ РФ от 29.01.1996, № 5, ст. 410, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (1 ч.), ст. 3100.

4. Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть третья) от 26.11.2001 № 146-ФЗ (ред. от 02.12.2004) // СЗ РФ от 03.12.2001, № 49, ст. 4552, СЗ РФ от 06.12.2004, № 49, ст. 4855.

5. Семейный Кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 28.12.2004) // СЗ РФ от 01.01.1996, № 1, ст. 16, СЗ РФ от 03.01.2005, № 1 (часть 1), ст. 11.

6. Земельный Кодекс Российской Федерации от 25.10.2001 № 136-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 29.10.2001, № 44, ст. 4147, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (2 ч.), ст. 3122.

7. Гражданский процессуальный Кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 18.11.2002, № 46, ст. 4532, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (ч. 1), ст. 3104.

8. Федеральный закон «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» от 17.12.2001 № 173-ФЗ (ред. от 14.02.2005, с изм. от 27.06.2005) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (1 ч.), ст. 4920, СЗ РФ от 18.07.2005, № 29, ст. 3097.

9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» от 31.10.1995 № 8 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1996. – № 1.

10. Гражданские законы (Свод законов, том X, часть 1) с разъяснением их по решениям Правительствующего Сената. Пятнадцатое исправленное и дополненное издание. – С.-Петербург, 1884.

11. Данилов Е.П. Наследование. Нотариат. Похороны: Комментарий законодательства. Справочные материалы. Адвокатская и судебная практика. Образцы документов. 2-е дополненное издание. – М.: Право и Закон, 2001.

12. Декрет ВЦИК от 27/14 апреля 1918 г. // Собрание узаконений. 1918. № 34. Ст. 456.

13. Маркс К. и Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии. – М.: Госполитиздат, 1952.

14. Мейер Д.И. Русское гражданское право, изданное по запискам слушателей под редакцией А.И. Вицина. Издание восьмое, с исправлениями и дополнениями А.Х. Гольмстена. – СПб., 1902.

15. Разъяснение III отдела НКЮ НКФину РСФСР № 1053 от 29 (VIII-24) // Гражданский кодекс РСФСР с постатейно-систематизированными материалами. Юридическое издательство НКЮ, 1925.

16. Сегалова Е. Перспективы развития наследования членов семьи // Хозяйство и право. – 1999. – № 3.

17. Серебровский В.И. Очерки советского наследственного права // Серебровский В.И. Избранные труды. – М.: Статут, 1997.

18. Серебровский В.И. Очерки советского наследственного права. – М., 1953.

19. Советское земельное право / Под ред. В.П. Белезина и Н.И. Краснова. – М., 1986.

20. Сборник постановлений Конституционного Суда РФ, Верховных Судов СССР и РФ (РСФСР) по гражданским делам / Сост. А.П. Рыжаков. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2001.

21. Суханов Е.А. Лекции о праве собственности. – М.: Юрид. лит., 1991.

22. Толстой Ю.К. Наследственное право. – М.: Проспект, 2000.


[1] Гражданские законы (Свод законов, том X, часть 1) с разъяснением их по решениям Правительствующего Сената. Пятнадцатое исправленное и дополненное издание. – С.-Петербург, 1884. – С. 287 – 328.

[2] Там же. С. 332 – 365.

[3] Мейер Д.И. Русское гражданское право, изданное по запискам слушателей под редакцией А.И. Вицина. Издание восьмое, с исправлениями и дополнениями А.Х. Гольмстена. – СПб., 1902. – С. 640.

[4] Лаконичное и составленное в соответствии с законодательством XIX века духовное завещание приведено в романе Б. Акунина «Азазель». См.: Акунин Б. Азазель. – М., 2002. – С. 22.

[5] Декрет ВЦИК от 27/14 апреля 1918 г. // Собрание узаконений. 1918. № 34. Ст. 456.

[6] Маркс К. и Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии. – М.: Госполитиздат, 1952. – С. 55.

[7] См.: Серебровский В.И. Очерки советского наследственного права // Серебровский В.И. Избранные труды. – М.: Статут, 1997. – С. 32 – 249.

[8] См.: Корнеев С.М. В.И. Серебровский: Очерк жизни, научной и педагогической деятельности // Серебровский В.И. Избранные труды. С. 15.

[9] Свод узаконений РСФСР. 1922. № 36. Ст. 423.

[10] Свод узаконений РСФСР. 1922. № 71. Ст. 904.

[11] См.: Разъяснение III отдела НКЮ НКФину РСФСР № 1053 от 29 (VIII-24) // Гражданский кодекс РСФСР с постатейно-систематизированными материалами. Юридическое издательство НКЮ, 1925. С. 913.

[12] По своему вещественному составу земля оценивалась только в натуральных измерениях и не имела стоимости и цены. См.: Советское земельное право / Под ред. В.П. Белезина и Н.И. Краснова. – М., 1986. – С. 38 – 45.

[13] Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1962. № 30. Ст. 464.

[14] СП РСФСР. 1986. № 20. Ст. 154.

[15] Суханов Е.А. Лекции о праве собственности. – М.: Юрид. лит., 1991. – С. 145.

[16] Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 05.12.1994, № 32, ст. 3301, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (2 ч.), ст. 3120.

[17] Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.

[18] Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть третья) от 26.11.2001 № 146-ФЗ (ред. от 02.12.2004) // СЗ РФ от 03.12.2001, № 49, ст. 4552, СЗ РФ от 06.12.2004, № 49, ст. 4855.

[19] Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ (ред. от 18.07.2005) // СЗ РФ от 29.01.1996, № 5, ст. 410, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (1 ч.), ст. 3100.

[20] Семейный Кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 28.12.2004) // СЗ РФ от 01.01.1996, № 1, ст. 16, СЗ РФ от 03.01.2005, № 1 (часть 1), ст. 11.

[21] Земельный Кодекс Российской Федерации от 25.10.2001 № 136-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 29.10.2001, № 44, ст. 4147, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (2 ч.), ст. 3122.

[22] Гражданский процессуальный Кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 18.11.2002, № 46, ст. 4532, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (ч. 1), ст. 3104.

[23] Сегалова Е. Перспективы развития наследования членов семьи // Хозяйство и право. – 1999. – № 3. – С. 55.

[24] См.: Данилов Е.П. Наследование. Нотариат. Похороны: Комментарий законодательства. Справочные материалы. Адвокатская и судебная практика. Образцы документов. 2-е дополненное издание. – М.: Право и Закон, 2001. – С. 18.

[25] Сборник постановлений Конституционного Суда РФ, Верховных Судов СССР и РФ (РСФСР) по гражданским делам / Сост. А.П. Рыжаков. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М), 2001. – С. 562.

[26] См., например: Толстой Ю.К. Наследственное право. – М.: Проспект, 2000. – С. 53.

[27] Федеральный закон «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» от 17.12.2001 № 173-ФЗ (ред. от 14.02.2005, с изм. от 27.06.2005) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (1 ч.), ст. 4920, СЗ РФ от 18.07.2005, № 29, ст. 3097.

[28] Серебровский В.И. Очерки советского наследственного права. – М., 1953. – С. 71.

[29] Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» от 31.10.1995 № 8 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1996. – № 1.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий