регистрация / вход

Ограниченные вещные права юридических лиц

Генезис института права хозяйственного ведения и оперативного управления в России. Основные характеристики ограниченных вещных прав юридических лиц. Возникновение, осуществление и прекращение права хозяйственного ведения и оперативного управления.

Дипломная работа

Тема: Ограниченные вещные права юридических лиц


Содержание

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1 ПОНЯТИЕ И ВИДЫ ОГРАНИЧЕННХ ВЕЩНЫХ ПРАВ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

1.1 Генезис института права хозяйственного ведения и оперативного управления в российском праве

1.2 Основные характеристики ограниченных вещных прав юридических лиц

ГЛАВА 2 ВОЗНИКНОВЕНИЕ, ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ И ПРЕКРАЩЕНИЕ ОГРАНИЧЕННЫХ ВЕЩНЫХ ПРАВ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

2.1 Возникновение и прекращение права хозяйственного ведения и оперативного управления

2.2 Распоряжение имуществом унитарного предприятия

2.3 Распоряжение имуществом учреждения

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Переход к рыночной организации хозяйства заставляет по-новому взглянуть на правовые формы наиболее эффективного использования собственности, сохраняющей важное значение в современной экономике. Ситуация, когда в основе права собственности лежит публичное начало, осуществляемое с использованием рыночного механизма, наиболее сложна для исследования и для практики. Но именно в ней появились и получили объективную основу юридические конструкции прав оперативного управления и хозяйственного ведения.

Исследование юридической природы права оперативного управления и права хозяйственного ведения как вещных прав учреждения, казенного и иного унитарного предприятия на закрепленное за ними имущество является одной из актуальных и недостаточно разработанных проблем российского права. Всесторонний анализ правовой конструкции этих прав позволяет понять и оценить эффективность механизма, посредством которого государство участвует принадлежащим ему имуществом в гражданском обороте. В отличие от права хозяйственного ведения, модель права оперативного управления имеет долгую историю, но закрепленная в Гражданском кодексе модель не является повтором прежней, имеет совершенно самостоятельный режим и объективно требует глубокой научной и практической разработки.

Категория права оперативного управления, разработанная по поводу отношений государственной собственности в системе планового, социалистического хозяйства, со временем вышла за намеченные ей пределы. Уже в 80-е годы она применялась не только к государственной, но и к иным формам социалистической собственности, а в законах о собственности 1990 г. подверглась дифференциации. В последнее время наблюдаются законодательные попытки использования института хозяйственного ведения в сфере отношений собственности общественных, в том числе, профсоюзных и религиозных организаций.

Особую актуальность данная тема приобрела в связи с усилением непосредственного государственного (в том числе, нормативного) регулирования, в особенности при осуществлении вещных прав на «распределенное» публичное имущество как в ряде важнейших отраслей экономики, так и во множестве иных сфер жизни общества (жилищная, социально-культурная, образовательная). Большое значение приобрела проблема участия в обороте субъектов права оперативного управления и хозяйственного ведения, вызванная отсутствием должного финансирования со стороны государства-собственника - для первых, проблемами эффективности управления - для вторых. При этом стало очевидным, что ограничения, которые установлены в ст.295 ГК РФ для предприятий, основанных на праве хозяйственного ведения, не позволяют обеспечить надлежащий контроль за использованием и распоряжением государственной собственностью.

Степень научной разработанности исследования определяют труды российских и зарубежных дореволюционных и современных правоведов: М.М. Агаркова, С.И. Аскназия, Ю.Г. Васина, Ж.-М. Белорже, М.И. Брагинского, С.Н. Братуся, А.В. Бенедиктова, В.В. Витрянского, Ю.С. Гамбарова, Д.М. Генкина, Б.М. Гонгало, В.А. Дозорцева, Н.Д. Егорова, В.В. Ельяшевича, B.C. Ема, Л.Г. Ефимовой, О.С. Иоффе, К.Д. Кавелина, Ю.Х. Калмыкова, А.В. Карасса, С.М. Корнеева, С.О. Корытова, А.В. Костина, М.И. Кулагина, С.Н. Ландкоф, В.А. Лапач, А.А. Маковской, Д.И. Мейера, У. Маттеи, Д.В. Петрова, В.А. Плетнева, К.П. Победоносцева, И.А. Покровского, В.К. Райхера, В.А. Рахмиловича, В.И. Синайского, К.И. Скловского, А.А. Собчака, М.К. Сулейменова, Е.А. Суханова, В.А. Тархова. Ю.К. Толстого, Б.Б. Черепахина, Г.Ф. Шершеневича. В.Н. Шретера, Л. Эннекцеруса, B.C. Якушева и др.

Уровень разработки проблемы права оперативного управления и права хозяйственного ведения в отечественной правовой науке при наличии большого количества научных работ (редко монографического характера) не является достаточным в силу того, что большинство авторов либо ограничивается анализом нормативного материала, моделируя уже известные решения, либо, за редкими исключениями, исследует данные институты обособленно друг от друга. Рассматривая проблематику раздельно, нельзя добиться последовательной и критической оценки всего явления. В отличие от этого данная работа является попыткой системного и проблемного исследования прав хозяйственного ведения и оперативного управления. Только в конце 2002 года было опубликовано еще одно исследование, касающееся названной проблемы. Это работа санкт-петербургского юриста-практика Д.В.Петрова - «Право хозяйственного ведения и право оперативного управления»[1] .

Предметом исследования является правовая природа прав на хозяйствование с имуществом собственника, особенности статуса его субъектов и режима объекта, определение пределов осуществления прав юридическими лицами – несобственниками.

Цель настоящего исследования состоит в разработке критериев использования в законодательстве и в гражданском обороте права хозяйственного ведения и права оперативного управления и выявлении возможности их дальнейшего функционирования в рыночных условиях хозяйствования. Продолжение использования данных вещных прав на современном этапе влечет необходимость найти и обосновать для них границы правомочий пользования, владения, распоряжения государственным и муниципальным имуществом, обосновать пределы государственного вмешательства в деятельность государственных юридических лиц.

Исходя из указанных целей исследования, его основными задачами является раскрытие таких проблем, как: установление места прав на хозяйствование с имуществом собственника в системе вещных прав и их соотношение между собой, определение статуса субъектов этих прав, особенностей их правоспособности и роли в гражданском обороте, влияние правосубъектности на режим соответствующих прав и выявление содержания этих прав; проблемы их осуществления и ответственность их субъектов перед участниками имущественного оборота.

Методологическую основу составляют общенаучный диалектический метод познания и частно - научные методы: системно-структурный, сравнительно-правовой, сравнительно-исторический, технико-юридический, анализ действующего законодательства и судебной практики.

Структура работы. Дипломное исследование состоит из введения, двух глав, заключения и библиографического списка.


ГЛАВА 1 ПОНЯТИЕ И ВИДЫ ОГРАНИЧЕННХ ВЕЩНЫХ ПРАВ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

1.1 Генезис института права хозяйственного ведения и оперативного управления в российском праве

Фактически основанные Советским государством юридические лица представляют собой определенное подобие вассалов эпохи феодализма, приобретших такой статус благодаря государству-сюзерену и получивших от него имущество. Так, государственные предприятия в СССР получали от собственника имущество, которое впредь становилось "принадлежащим" не только собственнику, но и им самим (смотри ст. 60 ГК РСФСР 1922 г.); подчинялись государственному собственнику (в лице тех или иных органов) в процессе своей деятельности.

Идеология Советского государства требовала скрыть истинную картину государственного "феодализма" в экономике, представив его как новый, социалистический, способ хозяйствования. Для этого необходимо было создать правовую конструкцию, неизвестную до сих пор и удовлетворяющую главным требованиям: сохранить право собственности за государством и оправдать подчиненное положение в экономике всех государственных юридических лиц. "Государство как собственник основной массы имущества, будучи не в состоянии непосредственно хозяйствовать с принадлежащими ему объектами и одновременно не желая утратить на них право собственности, объективно было вынуждено выпускать в имущественный оборот "самостоятельные" юридические лица - "предприятия" и "учреждения", закрепляя за ними имущество на некоем ограниченном вещном праве"[2] .

Право оперативного управления было закреплено в ст. 21 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. и в ст. 93.1 ГК РСФСР 1964 г. В дальнейшем оно "распалось" на право полного хозяйственного ведения (для предприятий) и право оперативного управления (для бюджетных учреждений). Эта дифференциация была закреплена в ст. 5 Закона РСФСР "О собственности в РСФСР" и в ст. ст. 47, 48 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. В ГК РФ 1994 г. субъектами права оперативного управления названы учреждения и казенные предприятия.

Учреждение приобретает право оперативного управления на закрепленное за ним собственником имущество, на плоды, продукцию и доходы от использования такого имущества, а также на имущество, приобретенное по договору или на ином основании в порядке, установленном Гражданским кодексом, другими законами и иными правовыми актами для приобретения права собственности (ст. ст. 296, 299 ГК, ст. 3 Федерального закона "Об автономных учреждениях").

Законодательство начала 90-х гг. XX в. и сложившаяся судебная практика предусматривали передачу государственного и муниципального имущества на основании договоров, заключаемых между юридическими лицами и соответствующими комитетами по управлению государственным или муниципальным имуществом.

Гражданским кодексом 1994 г. такие договоры не предусмотрены, а Законы РСФСР "О собственности в РСФСР" и "О предприятиях и предпринимательской деятельности", в которых были упомянуты эти договоры, утратили силу. По мнению В.В. Витрянского, такие договоры, если они заключены, следует считать ничтожными сделками[3] .

В семидесятых годах, в период внедрения хозяйственного расчета на государственных предприятиях, в научных трудах и на страницах периодической печати появились мнения о необходимости расширения правомочий предприятий в отношении закрепленного за ними имущества. Д.Н. Сафиуллин видит основным не форму права, при которой осуществляется эффективное использование государственной собственности, а содержание такого права. По этому праву у государственного предприятия должна быть самостоятельная возможность загружать производство заказами, распоряжаться производимой продукцией и полученной прибылью, самостоятельно распоряжаться имуществом и денежными средствами[4] .

Дискуссия о правах государственных предприятий в отношении закрепленного за ними имущества приняла более спокойные формы принятием 6 марта 1990 г. Закона СССР "О собственности в СССР"[5] , а 24 декабря 1990 г. Закона РСФСР "О собственности в РСФСР"[6] . Работа по конструированию права полного хозяйственного ведения была основана на исходной посылке о том, что "следует юридически разграничить права государства как собственника на определенное имущество и права хозрасчетного предприятия как собственника" с тем, чтобы искоренить ситуацию, когда "сейчас у нас предприятие лишь "оперативно управляет" закрепленным за ним имуществом"[7] .

Скачок в сторону самостоятельности и хозяйственной независимости предприятий был значителен и достаточно резок. С 1 июля 1990 г. (вступление в силу Закона "О собственности в СССР") госпредприятия из оперативных управителей закрепленным за ними имуществом стали субъектами права полного хозяйственного ведения (ст. 24 Закона). Субъекты этого права, осуществляя его, применяли нормы о праве собственности, "если законодательными актами... не предусмотрено иное" (ч. 2 п. 1 ст. 24 Закона). Законные ограничения права полного хозяйственного ведения по сравнению с правом собственности заключались в следующих правах собственника имущества предприятия: создание предприятия; определение целей его деятельности; его реорганизация и ликвидация; контроль за использованием имущества предприятия. Право государства на часть прибыли субъекта права полного хозяйственного ведения не было предусмотрено. Прибыль в соответствии с п. 1 ст. 25 Закона "поступает в распоряжение трудового коллектива предприятия".

Закон о собственности в СССР является показательным образчиком перехода из одной крайности в другую: из чрезмерного огосударствления и закрепощения предприятий в не менее чрезмерное расширение их прав. Нормы союзного Закона получили развитие в Законе РСФСР от 24 декабря 1990 г. "О собственности в РСФСР", который внес в правовое регулирование вопроса ряд серьезных новелл. По российскому Закону госпредприятие сохраняло те же значительные права по отношению к государственному имуществу, за ним закрепленному, - право полного хозяйственного ведения, т.е. фактически собственности, если это не подпадало под приведенные выше ограничения. В российском Законе законодатель установил норму о праве собственника предприятия на часть его прибыли. Однако собственник не мог самостоятельно определить причитавшуюся ему часть прибыли. Она должна была определяться "договором между собственником и предприятием" (п. 2 ст. 5 Закона), что на практике делало эту норму безжизненной, так как никаких намерений "делиться" с собственником у субъектов права полного хозяйственного ведения, естественно, не было. Тем не менее по сравнению с одноименным союзным Законом российский Закон стал определенным шагом от чрезмерного расширения полномочий такого мифического субъекта права, как трудовой коллектив, в сторону публичного собственника.

Применение юридико-технической концепции разделенной собственности для указанной цели исключалось по политическим причинам. Объявление государственных организаций собственниками закрепленного за ними имущества подрывало бы права государства как суверена и собственника всего государственного имущества, вело бы к противопоставлению интересов государственных организаций и государства. Право полного хозяйственного ведения появилось в отечественной правовой системе с целью обосновать значительную самостоятельность государственных предприятий, которая требовалась для реформирования экономики в тот период, когда о массовой приватизации государственного имущества речь еще не шла по политическим мотивам. Право полного хозяйственного ведения создано по правовой модели права оперативного управления. По своей юридической сути право полного хозяйственного ведения является правом оперативного управления с измененным (существенно увеличенным) объемом правомочий своего носителя[8] . Отчуждение государством в начале 1990-х годов основных принадлежащих ему имуществ, в первую очередь через процесс массовой приватизации, оставило в государственной собственности преимущественно объекты (в том числе закрепленные за юридическими лицами), существенно необходимые для обеспечения исполнения функций государства. На этом этапе право полного хозяйственного ведения с его широким объемом правомочий государственного предприятия стало препятствовать рачительному и разумному управлению государственным имуществом.

Право хозяйственного ведения и право оперативного управления неизвестны, по утверждению Е.А. Суханова, развитому законодательству[9] . Надо сказать, что они неизвестны и гражданскому - законодательству некоторых государств, созданных на постсоветском пространстве (Азербайджанской Республике, Республике Армения, Грузии, Республике Молдова, Украине; вместе с тем они известны FK Республики Казахстан).

В Российской Федерации эти вещные права перешли из советского законодательства. Идеология их существования такова. Государство, являясь собственником значительной имущественной массы, не в состоянии ею эффективно управлять. В то же время оно не желает и полностью расстаться со своим имуществом. Поэтому государство, создавая предприятия и учреждения, наделяет их необходимым имуществом, продолжая в то же время оставаться его собственником, получая от него частичные приращения (плоды, продукцию и доходы). Впоследствии, правда, возник институт приватизации государственного и муниципального имущества, когда публично-правовые образования стали возмездно передавать это имущество в собственность физическим и юридическим лицам, а вырученные средства переводить в свою казну. Однако не всякое имущество подлежит приватизации, поэтому упомянутые два вещных права пока сохранились. По мнению Е.А. Суханова, сохранение в нашем имущественном обороте юридических лиц не собственников свидетельствует о его переходном характере, который в свою очередь обусловлен переходным характером самой экономики, неизбежно, но временно и в модифицированном виде сохраняющей определенные элементы прежней хозяйственной системы.

Право оперативного управления появилось в СССР в 60-е годы XX столетия, затем, в начале 90-х годов оно было разделено на «право полного хозяйственного ведения», которое предоставлялось производственным предприятиям, и «право оперативного управления», предоставляемое учреждениям. Позднее, в ГК РФ право полного хозяйственного ведения заменено на право хозяйственного ведения.

1.2 Основные характеристики ограниченных вещных прав юридических лиц

Согласно Гражданскому кодексу России (ст. 294) правом хозяйственного ведения имуществом обладают только государственные и муниципальные унитарные предприятия, а правом оперативного управления имуществом — казенные предприятия и учреждения.

Эти права возникают на основании решения собственника (т.е. Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования) и передачи соответствующего имущества указанным организациям. Прекращаются они по основаниям и в порядке, предусмотренным законами и иными правовыми актами для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества у предприятия или учреждения по решению собственника (ст. 299 ГКРФ).

Предприятие не вправе распоряжаться недвижимым имуществом (продавать, сдавать в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный или складочный капитал хозяйственных товариществ и обществ и т.п.) без согласия собственника этого имущества.

Так, учебно-опытное хозяйство Государственной сельскохозяйственной академии, имеющее статус государственного унитарного предприятия, по договору мены передало обществу с ограниченной ответственностью промышленный холодильник. Впоследствии возник вопрос: является ли этот промышленный холодильник недвижимым имуществом или нет? Если он относится к недвижимому имуществу, то договор мены следует признать недействительным в соответствии с пунктом 2 ст. 295 ГК РФ, если это движимое имущество — передача холодильника правомерна. Данный спор разрешался несколькими судебными инстанциями. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Российской Федерации установив, что спорный промышленный холодильник прочно связан с землей, а его перемещение связано с несоразмерным ущербом для его использования по назначению, признал договор мены недействительным[10] .

Что же касается остального (движимого) имущества, находящегося на праве хозяйственного ведения, то предприятие вправе распоряжаться им в полном объеме этого правомочия самостоятельно, за исключением случаев, установленных законами или иными правовыми актами[11] . При этом собственник этого имущества имеет право на получение части прибыли от его использования предприятием.

Вместе с тем и движимым, и недвижимым имуществом унитарное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом предприятия. Все сделки, совершенные им с нарушением данного требования, являются ничтожными.

Однако и собственник (или управомоченный им орган) в свою очередь не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом (и движимым, и недвижимым), находящимся в хозяйственном ведении предприятия. Акты государственных органов и органов местного самоуправления по распоряжению таким имуществом по требованиям указанных предприятий признаются недействительными[12] .

Правом оперативного управления имуществом обладают казенные предприятия, а также учреждения (ст. 296 ГК РФ). Казенное предприятие в отношении любого закрепленного за ним имущества (как движимого, так и недвижимого) вправе распоряжаться исключительно с согласия собственника. Оно осуществляет всю триаду правомочий собственника (владение, пользование и распоряжение) только в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением этого имущества. Но оно самостоятельно реализует производимую им продукцию (работы, услуги), если иное не установлено законами или иными правовыми актами. При этом порядок распределения и использования доходов определяется собственником имущества; обычно такой порядок включается в устав казенного предприятия.

Деятельность казенного предприятия осуществляется соответствии со сметой доходов и расходов, утверждаемой собственником имущества.

Учреждением признается некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера и финансируемая полностью или частично этим собственником. Особенности правового положения отдельных видов государственных и иных учреждений определяются законом и иными правовыми актами. В соответствии со статьей 298 ГК РФ учреждение не вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом, а также имуществом за счет средств, выделенных ему по смете. Однако эта норма не распространяется на те учреждения, правовой статус которых определен иными законами. Так, в соответствии с Законом РФ от 10 июля 1992 г. № 3266-1 «Об образовании»[13] образовательное учреждение вправе сдавать в аренду закрепленное за ним имущество (п. 11 ст. 39, п. 2 ст. 47 Закона).

Например, постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14 сентября 1999 г. № 2943/99 признано право Томского политехнического университета сдавать в аренду помещение, которое находилось у него на праве оперативного управления[14] .

Собственник имущества, закрепленного за казенным предприятием или учреждением, вправе изъять излишнее, неиспользуемое либо используемое не по назначению имущество и распорядиться им по своему назначению.

Само слово «унитарный» восходит к латинскому unitas. означающему единство, целостность, неделимость[15] . Прежде оно использовалось в государственном (конституционном) праве при характеристике видов государств. Ныне оно «получило гражданство» и в цивилистике; его применяют при определении коммерческой организации — юридического лица, чье имущество является неделимым и не может быть распределено по вкладам (долям, паям), в том числе между работниками предприятия, которое именуется унитарным (ч. 1 п. 1 ст. 113 ГК РФ, ч. 4 п. 1 ст. 2 Федерального закона от 14 ноября 2002 г. № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»[16] ).

Унитарные предприятия, основанные на праве хозяйственного ведения Имущество унитарные предприятия, основанные на праве оперативного управления Муниципальное казенное предприятие. Согласно законодательству в Российской Федерации создаются и действуют следующие виды унитарных предприятий.

Унитарное предприятие любого вида является коммерческой организацией. По закону оно не наделено правом собственности на то имущество, которое у него находится. Собственниками имущества являются либо Российская Федерация, либо субъект Российской Федерации, либо муниципальное образование. Они и передают унитарным предприятиям при их создании определенное имущество или на праве хозяйственного ведения, или на праве оперативного управления. От имени собственников их права как собственников осуществляют уполномоченные на это органы государственной власти или органы местного самоуправления. Компетенция этих органов устанавливается соответствующими правовыми актами, определяющими их статус. Законодательством четко не определено, как именно передается имущество вновь создаваемым унитарным предприятиям; практика же идет разными путями. В одних случаях передача имущества происходит по передаточному акту на основании решения соответствующего органа об учреждении унитарного предприятия; в других случаях имущество передается по договору, который скорее носит административный, чем гражданско-правовой характер.

В отличие от других коммерческих организаций — хозяйственных обществ и товариществ — унитарное предприятие не вправе создавать дочернее предприятие в качестве другого унитарного предприятия и передавать ему часть своего имущества[17] . Но само оно как юридическое лицо может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде, а также должно иметь самостоятельный баланс.

Таким образом, оно должно иметь обособленное и неделимое (унитарное) имущество; это имущество обособлено и от самих собственников данного имущества, т.е. от собственников, которые и учредили данное унитарное предприятие. Именно этим имуществом унитарное предприятие и отвечает по своим обязательствам, Однако, если у собственника имущества, переданного унитарному предприятию (т.е. у Российской Федерации, у ее субъектов, либо у муниципальных образований), возникают какие-то обязательства, не связанные с деятельностью унитарного предприятия, оно, это унитарное предприятие, никакой ответственности за них своим имуществом не несет. Как известно (и уже указывалось в предыдущих лекциях), государственное и муниципальное имущество частично закрепляется не только за государственными и муниципальными предприятиями, но и за соответствующими учреждениями (некоммерческими организациями), а все иное имущество и бюджетные средства составляют государственную или муниципальную казну (ч. 2 п. 4 ст. 214, ч. 2 п. 3 ст. 215 ГК РФ). Поэтому ответственность публичных собственников по указанным обязательствам производится за счет соответствующей казны, а не за счет имущества унитарного предприятия (или учреждения), хотя оно и является «собственностью собственников». В отношении такого имущества собственники обладают, применяя формулу римского права, всего лишь «nudumjus» («голым правом»).

Унитарное предприятие может иметь гражданские права, которые соответствуют предмету и целям ее деятельности; предмет и цели деятельности предусматриваются уставом унитарного предприятия. Оно также несет и связанные с такой деятельностью гражданские обязанности. В этом и состоит правоспособность унитарного предприятия. Оно вправе в установленном порядке открывать банковские счета на территории России и за ее пределами.

Правоспособность унитарного предприятия возникает с момента его создания. А созданным именно как юридическое лицо оно считается со дня внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. До момента завершения формирования собственником его имущества унитарное предприятие не вправе совершать сделки, не связанные с его учреждением.

Как и любое другое юридическое лицо, унитарное предприятие должно иметь средства своей индивидуализации. Так, оно должно иметь полное фирменное наименование на русском языке, при этом в нем обязательно должны быть слова: «федеральное государственное предприятия» или «государственное предприятие» субъекта Российской Федерации; «муниципальное предприятие» конкретного муниципального образования; «федеральное казенное предприятие»; «казенное предприятие» соответствующего субъекта Российской Федерации; «муниципальное предприятие» соответствующего муниципального образования.

Любое унитарное предприятие вправе также иметь сокращенное фирменное наименование и полное либо сокращенное фирменное наименование на языках России и (или) на иностранном языке. При этом фирменное наименование не может содержать иные отражающие его организационно-правовую форму термины, если иное не предусмотрено законодательством.

Место нахождения унитарного предприятия определяется местом его государственной регистрации. Унитарное предприятие должно иметь почтовый адрес и обязано уведомлять о его изменении орган, осуществляющий государственную регистрацию юридического лица.

Унитарное предприятие должно иметь круглую печать, на которой содержится его полное фирменное наименование на русском языке и указание на место его нахождения. На печати может быть и наименование на иных языках. Унитарное предприятие вправе также иметь собственные штампы и бланки со своим фирменным наименованием, собственную эмблему, а также зарегистрированный в установленном порядке товарный знак и другие средства индивидуализации.

Учредителем унитарного предприятия является собственник государственного либо муниципального имущества. От имени собственника выступают федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъекта Российской Федерации или органы местного самоуправления. Решение об учреждении принимается соответствующим упомянутым органом, за исключением федерального казенного предприятия. В отношении него решение принимается только Правительством Российской Федерации.

Федеральный закон от 14 ноября 2002 г. № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» устанавливает шесть случаев, когда могут быть созданы унитарные предприятия, наделенные правом хозяйственного ведения имуществом, и семь случаев, когда могут создаваться казенные предприятия, наделенные правом оперативного управления имуществом.

Государственные и муниципальные предприятия с правом хозяйственного ведения имуществом могут создаваться в случае необходимости осуществления деятельности: в целях решения социальных задач (в том числе реализации определенных товаров и услуг по минимальным ценам), а также организации и проведения закупочных и товарных интервенций для обеспечения продовольственной безопасности государства исключительно для государственных унитарных предприятии;

• в отраслях, связанных с обеспечением безопасности. Российской Федерации. Кроме того, они создаются в случае необходимости;

• разработки и изготовления отдельных видов продукции, находящейся в сфере интересов Российской Федерации и обеспечивающей безопасность Российской Федерации;

• производства отдельных видов продукции, изъятой из оборота или ограниченно оборотоспособной,

• использования имущества, приватизация которого запрещена, в том числе имущества, которое необходимо для обеспечения безопасности Российской Федерации[18] .

Казенные предприятия создаются в случае необходимости:

• использования имущества, приватизация которого запрещена, в том числе имущества, необходимого для обеспечения безопасности Российской Федерации, функционирования воздушного, железнодорожного и водного транспорта, реализации иных стратегических интересов России;

• осуществления деятельности по производству товаров, выполнению работ, оказанию услуг, реализуемых по установленным государством ценам в целях решения социальных задач;

• разработки и производства отдельных видов продукции, обеспечивающей безопасность Российской Федерации;

• производства отдельных видов продукции, изъятой из оборота или ограниченно оборотоспособной;

• осуществления отдельных дотируемых видов деятельности и ведения убыточных производств;

• осуществления деятельности, предусмотренной федеральными законами исключительно для казенных предприятий;

• предназначения значительной части производимой продукции, выполняемых работ, оказываемых услуг для федеральных государственных нужд, нужд субъекта Российской Федерации или муниципального образования[19] .

В решении об учреждении унитарного предприятия определяются его цели и предмет деятельности.

Порядок определения состава имущества, закрепляемого за унитарным предприятием, а также порядок утверждения устава и заключения трудового договора с руководителем унитарного предприятия устанавливается Правительством Российской Федерации, уполномоченными органами государственной власти субъектов Российской Федерации или органами местного самоуправления. Стоимость имущества, закрепляемого за унитарным предприятием, определяется в соответствии законодательством об оценочной деятельности. Сам-: оно формируется за счет имущества, закрепляемого за унитарным предприятием при его учреждении, а также за счет его доходов, получаемых в процессе его деятельности, и других, не противоречащих законодательству источников хозяйственного ведения и оперативного управления

По смыслу главы 19 ГК РФ правом хозяйственного ведения обладают только государственные и муниципальные унитарные предприятия, а правом оперативного управления — только казенные предприятия и учреждения. При этом учреждения могут быть как государственные и муниципальные, так и частные. Однако эти положения Гражданского кодекса иногда входят в противоречие с иными федеральными законами. Так, в соответствии с пунктом 1 ст. 24 Федерального закона от 12 января 1996 г. №. 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности»[20] профсоюзы, их объединения (ассоциации), а также первичные профсоюзные организации владеют и пользуются переданным им в установленном порядке в их хозяйственное ведение имуществом. В соответствии со статьей 48 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»[21] помещения, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другое имущество, используемое органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы для выполнения возложенных на них задач, находятся в федеральной собственности и передаются указанным органам и учреждениям в пользование на праве хозяйственного ведения или оперативного управления в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, Очевидно, что не все первичные профсоюзные организации и не все органы государственной эпидемиологической службы имеют статус унитарных предприятий. В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»[22] собственник информационных ресурсов имеет право назначать лицо, осуществляющее хозяйственное ведение информационными ресурсами или оперативное управление ими. Несомненно, что это лицо далеко не всегда имеет отношение к унитарным предприятиям и даже к учреждениям. В соответствии со статьёй 12 Федерального закона от 17 июля 1999 г. № 176-ФЗ «О почтовой связи»[23] имущество организаций федеральной почтовой связи, находящееся в федеральной собственности, принадлежит таким организациям на основании договора на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, либо договоров аренды. Вряд ли кто-либо из перечисленных организаций имеет статус унитарного предприятия, причем даже не казенного. В соответствии со статьей 25 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях»[24] любая некоммерческая организация может иметь в оперативном управлении здания, сооружения, жилищный фонд, оборудование, инвентарь, денежные средства, ценные бумаги и иное имущество. Заметим, что некоммерческой организацией помимо учреждения могут являться и другие юридические № лица (фонды, некоммерческие партнерства, автономные некоммерческие организации, государственные корпорации, саморегулируемые организации и т.д.). Согласно части 2 ст. 32 Федерального закона от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ «Об общественных объединениях»[25] структурные подразделения (отделения) общественных организаций имеют право оперативного управления имуществом, закрепленным за ним собственником, которым является общественная организация. Эти структурные подразделения не относятся к категории учреждений, поскольку об общественных учреждениях говорится в ст. 35, в которой специально подчеркивается, что они имеют имущество на титуле оперативного управления.

О недостаточной проработанности институтов прав хозяйственного ведения и оперативного управления отмечалось в юридической литературе[26] .


ГЛАВА 2 ВОЗНИКНОВЕНИЕ, ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ И ПРЕКРАЩЕНИЕ ОГРАНИЧЕННЫХ ВЕЩНЫХ ПРАВ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

2.1 Возникновение и прекращение права хозяйственного ведения и оперативного управления

Право хозяйственного ведения и оперативного управления возникает на все имущество, которое закрепляется за предприятием, передается в качестве уставного фонда. По мнению Л.А. Грось и В.Д. Ким[27] субъекты права оперативного управления обладают триадой полномочий собственника, реализовать эти полномочия они могут, лишь строго руководствуясь указаниями собственника, на котором лежит бремя содержания имущества, переданного на праве оперативного управления. Этот вывод очень важен в споре относительно правовой природы права хозяйственного ведения и оперативного управления. Прибыль, полученная унитарным предприятием, также принадлежит ему на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. Согласно п. 2 ст. 299 ГК РФ в хозяйственное ведение и оперативное управление унитарного предприятия поступают плоды продукции и доходы от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении или оперативном управлении, а также имущество, приобретенное унитарным предприятием по договорным и иным основаниям в порядке, установленном ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами для приобретения права собственности. Иными словами собственником части прибыли остается учредитель унитарного предприятия, т.е. Российская Федерация, субъекты РФ, муниципальные образования. Оставшаяся часть прибыли остается на праве хозяйственного ведения унитарного предприятия. Подобный подход к вопросу о принадлежности прибыли, полученной унитарным предприятием, проиллюстрирован в Постановлении ФАС Поволжского округа от 19.07.2007 № А55–11534/06-25[28] . Из решения следовало, что геологическая информация, полученная унитарным предприятием в результате осуществления им права пользования недрами, является собственностью государства и не может быть использована им в коммерческих целях без согласия собственника и федерального органа.

В соответствии с ч.2 ст. 11 ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», право на имущество, закрепляемое за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества, возникает с момента передачи такого имущества унитарному предприятию, если иное не предусмотрено федеральным законом или не установлено решением собственника о передаче имущества унитарному предприятию. Что понимается под передачей имущества унитарному предприятию в ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» не сказано. Существует мнение, что по своей правовой природе передача является сделкой (договором), которая может быть признана недействительной[29] .

Закрепление имущества за создаваемыми унитарными предприятиями происходит на основании решения собственника (ст.299 ГК РФ). Данная формулировка закона о способе закрепления имущества за предприятием является общей, поскольку не конкретизирует, какими документами должна оформляться передача имущества: достаточно одного решения собственника или необходимо дополнительно составлять договора, акты и т.д. о перечне передаваемого имущества. Иных норм, касающихся содержания решения собственника, на федеральном уровне в настоящее время нет. Тем не менее, вопрос является достаточно важным, поскольку документом о закреплении имущества оформляется право унитарного предприятия на передаваемое имущество.

Как отмечает Р. Любимова[30] в связи с тем, что к праву полного хозяйственного ведения применялись правила о праве собственности, собственник или уполномоченное им лицо в соответствии с Законом о собственности в РСФСР были вправе заключать с предприятием договор, в котором могли определять полномочия предприятия, но не решать вопрос о закреплении имущества. Отсутствие договора с предприятием означало, что это предприятие пользуется всеми права на закрепленное за ним имущество.

Есть также точка зрения, что закрепление имущества за предприятием путем заключения договора между собственником имущества и предприятием не противоречит действующему законодательству. И.В. Ершова[31] полагает, что в свете взятого Правительством РФ курса на полный учет и формирование реестра государственного имущества заключение таких договоров является оправданным. Кроме того, по мнению Ершовой И.В. составляемый дополнительно акт приемки-передачи имущества является основанием возникновения права на имущество у унитарного предприятия.

Действительно, исходя из действующего законодательства, можно сделать вывод, что заключение договоров между предприятием и собственником не запрещено. Кроме того, о возможности заключения договоров между собственником имущества и унитарным предприятием свидетельствует содержание п.39 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"[32] . Такой же точки зрения придерживается и некоторые юристы. Г.Б. Леонова Г.Б. считает, что подобные договоры «содействуют интересам собственника в отношении надлежащего использования и сохранения принадлежащего ему имущества и предупреждения злоупотребления правом со стороны руководителя предприятия»[33] .

Говоря о возможности заключения договоров между собственником имущества предприятия и предприятием, необходимо подчеркнуть, что речь не идет о договорах о передаче имущества в хозяйственное ведение или оперативное управление, в которых определяются правовой статус унитарного предприятия. В.В. Витрянский в свое время по этому поводу писал следующее: «Никаких договоров о передаче в хозяйственное ведение и оперативное управление по Кодексу быть не может. Разработчики документа исходили из того, что субъект имущественного оборота должен обладать статусом, известным всем кредиторам. А такой статус может быть определен только законом. Нельзя допускать ситуацию, когда кредитор сталкивается с контрагентом в договоре, и чтобы определить его возможности, его полномочия в отношении собственного имущества, кредитору необходимо знакомиться со специальным договором, заключенным между органом, управомоченным собственником и этим предприятием-должником. Такие ситуации исключаются. Имущество принадлежит только на вещном праве»[34] .

Заключая подобные договора, характер и пределы указанных в законодательстве полномочий собственника и унитарного предприятия не могут быть изменены. Такие условия договора являются ничтожными. К.И. Скловский полагает, что «тем самым не только исключается ранее существовавшая возможность определять договором объем права хозяйственного ведения, но и исключается возможность сохранения в силе сделок, совершенных с превышением этого права по мотиву добросовестности третьих лиц. Дело в том, что если объем права установлен законом, а не договором, добрая совесть третьих лиц заведомо исключена, так как извинительное заблуждение относительно содержания закона невозможно»[35] .

Представляется, что в вопросе о возможности заключения договора между унитарным предприятием и собственником необходимо исходить не только из того, что в законодательстве нет запрета на оформление отношений путем заключения договора, но и из сущности договора, который согласно ст.420 ГК РФ представляет собой соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Унитарное предприятие, несмотря на некоторую самостоятельность в осуществлении хозяйственной деятельности, не имеет правовых оснований требовать от собственника исполнения обязательств по данному договору. Поскольку унитарное предприятие создается на основании распорядительного акта, то, следовательно, только такими актами могут быть оформлены все отношения между собственником и унитарным предприятием, а также уставом унитарного предприятия и трудовым договором с руководителем предприятия.

Что касается дальнейшего оформления прав хозяйственного ведения и оперативного управления, то согласно ФЗ от 21.08.1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»[36] такие права должны быть зарегистрированы за унитарными предприятиями. Права на недвижимое имущество, возникщие до момента вступления в силу данного Закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной Законом. Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей. Однако, если в будущем планируется совершать какие-либо сделки с объектами недвижимости, закрепленными за унитарными предприятиями, то сначала необходимо зарегистрировать право хозяйственного ведения или оперативного управления.

Для регистрации прав унитарное предприятие должно подать заявление о регистрации права, оформленное на основании акта соответствующего полномочного органа, выписку об объекте регистрации из реестра федерального имущества и иные документы в соответствии с действующим законодательством[37] . При этом от имени Российской Федерации выступает Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом.

Ряд унитарных предприятий предпринимали попытки зарегистрировать право хозяйственного ведения на объекты недвижимости, переданные им, предоставляя при регистрации в качестве правоустанавливающего документа выписку из реестра федерального имущества. Регистрирующий орган в этом случае отказывал в государственной регистрации права хозяйственного ведения на объекты недвижимости, ссылаясь на то, что реестр федерального имущества ведется в целях инвентаризации и учета федерального имущества и сама но себе выписка из реестра не имеет правоустанавливающего значения. В Постановлении ФАС Поволжского округа от 08.02.2005г. № А55-3228/04-8 суд сделал противоположный вывод, сказав, что ст.299 ГК РФ не содержит указания на то, что единственным основанием подтверждения права хозяйственного ведения государственного предприятия за закрепленное за ним имущество является акт приема-передачи имущества. Закрепление имущества предприятия на праве хозяйственного ведения может быть подтверждено и выпиской из реестра федеральной собственности[38] .

Вместе с тем, в п.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 25 февраля 1998 г. № 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав"[39] сказано, что документом, нодтверждающим право собственности субъектов права федеральной, государственной и муниципальной собственности на отдельные объекты, является соответствующий реестр федеральной, государственной и муниципальной собственности. До момента внесения объектов в соответствующий реестр таким документом является перечень объектов, составленный в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 22.12.93 № 2265 "О гарантиях местного самоуправления в Российской Федерации"[40] .

Как и любое вещное право, право хозяйственного ведения и право оперативного управления сохраняется при переходе права собственности к иному лицу (право следования) (ст.300 ГК РФ). По мнению Н.В. Козловой, в данном случае речь идет не о продаже предприятия как имущественного комплекса, а полная уступка прав учредителя публично-правового образования другому публично-правовому образованию. Основания прекращения права хозяйственного ведения и оперативного управления перечислены в п.3 ст.299 ГК, в котором прекращение этих прав в связи с истечением срока не предусмотрено[41] .

В деятельности государственных органов в настоящее время актуальна проблема, связанная с определением возможных случаев, а также порядка изъятия имущества из хозяйственного ведения государственных унитарных предприятий по решению собственника данного имущества (Российской Федерации, ее субъектов). Причина этому - отсутствие в законодательстве четкой регламентации указанных правоотношений, что, в свою очередь, вызывает необходимость проработки обозначенных вопросов на практике.

Право на хозяйственное ведение имуществом является одним из вещных прав лиц (несобственников), приобретаемых в силу решения собственника данного имущества (Российской Федерации, субъектов РФ) и предполагающих владение, пользование и распоряжение имуществом в определенных ГК РФ пределах. При этом право хозяйственного ведения на имущество прекращается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества у предприятия по решению собственника (п. 3 ст. 299 ГК РФ).

В результате анализа приведенной нормы ГК РФ складывается впечатление, что основания прекращения права собственности и случаи правомерного изъятия имущества у предприятия собственником данного имущества рассматриваются как самостоятельные основания прекращения права хозяйственного ведения. Более того, прекращение права хозяйственного ведения на имущество по основаниям, предусмотренным для прекращения права собственности, исключает, по смыслу ст. 299 ГК РФ, необходимость последующего изъятия имущества у предприятия по решению собственника.

Однако в соответствии с п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при:

1) отчуждении собственником своего имущества другим лицам;

2) отказе собственника от права собственности;

3) гибели или уничтожении имущества;

4) утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

По этим основаниям в силу п. 3 ст. 299 ГК РФ прекращается и право хозяйственного ведения. Что касается случаев правомерного изъятия имущества из хозяйственного ведения унитарного предприятия по решению собственника, о которых говорится в п. 3 ст. 299 ГК РФ, то следует заметить, что действующим законодательством они не определены. Бесспорным в данной ситуации является только то, что первое, третье и четвертое из вышеуказанных оснований прекращения права собственности (права хозяйственного ведения) исключают необходимость последующего изъятия имущества из хозяйственного ведения унитарного предприятия собственником данного имущества.

В соответствии со ст. 236 ГК РФ отказ от права собственности не влечет прекращения прав и обязанностей собственника в отношении соответствующего имущества до приобретения права собственности на него другим лицом. Ввиду прекращения права хозяйственного ведения в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 299 ГК РФ, и с учетом запрета унитарным предприятиям на распоряжение имуществом, закрепленным за ними на праве хозяйственного ведения, установленного п. 2 ст. 295 ГК РФ, становится очевидным, что прекращению права хозяйственного ведения на имущество при отказе от него унитарным предприятием должно в обязательном порядке предшествовать принятие собственником имущества решения об изъятии указанного имущества из хозяйственного ведения унитарного предприятия. Это подтверждает несостоятельность исходящего из п. 3 ст. 299 ГК РФ вывода о невозможности изъятия имущества из хозяйственного ведения унитарного предприятия собственником при прекращении права хозяйственного ведения на данное имущество по основаниям, предусмотренным для прекращения права собственности. Изложенное позволяет, кроме того, сделать вывод и о том, что изъятие имущества по решению его собственника из хозяйственного ведения унитарного предприятия возможно лишь в случае отказа унитарного предприятия от хозяйственного ведения данным имуществом. Изъятие имущества собственником в иных случаях представляется неправомерным.

Из приведенных соображений, по-видимому, исходят и высшие судебные инстанции. Так, например, в соответствии с п. 40 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров необходимо учитывать, что собственник (управомоченный им орган) не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении государственного (муниципального) предприятия. Акты государственных органов и органов местного самоуправления по распоряжению имуществом, принадлежащим государственным (муниципальным) предприятиям на праве хозяйственного ведения, по требованиям этих предприятий должны признаваться недействительными.

Данная позиция судебных органов основывается, кроме того, на норме, содержащейся в п. 4 ст. 216 ГК РФ, в соответствии с которой вещные права лица, не являющегося собственником, защищаются от их нарушения любым лицом в порядке, предусмотренном ст. 305 Кодекса. Это по сути означает, что унитарные предприятия пользуются всеми правами, предоставленными законом собственнику на судебную защиту закрепленного за ними на праве хозяйственного ведения имущества, включая право на предъявление виндикационного и негаторного исков, в том числе и в отношении собственника указанного имущества.

Решение вопроса о порядке изъятия имущества собственником из хозяйственного ведения унитарного предприятия тесно связано с определением порядка отказа соответствующим предприятием от права хозяйственного ведения на данное имущество[42] .

Исходя из смысла норм ст. 236 и п. 3 ст. 299 ГК РФ, предприятие может отказаться от права хозяйственного ведения на имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

Однако практическая реализация объявления унитарным предприятием об отказе от хозяйственного ведения на имущество представляется несколько затруднительной.

Так, например, в действующем законодательстве отсутствует определенность относительно формы объявления об отказе унитарного предприятия от права хозяйственного ведения на имущество (устной либо письменной). В этой связи необходимо обратиться к практике рассмотрения указанной проблемы высшими судебными инстанциями.

Несмотря на неурегулированность в законодательстве вопроса, связанного с формой объявления об отказе унитарного предприятия от права хозяйственного ведения на имущество, следует констатировать необходимость изъятия имущества из хозяйственного ведения унитарного предприятия собственником имущества исключительно на основании письменного отказа унитарного предприятия от права хозяйственного ведения. Отсутствие такого письменного отказа может впоследствии послужить основанием для обжалования унитарным предприятием решения собственника об изъятии имущества из хозяйственного ведения данного предприятия и удовлетворения данного требования судом на основании п. 4 ст. 216 ГК РФ.

В отношении отказа унитарного предприятия от права хозяйственного ведения на имущество в результате совершения других действий, определенно свидетельствующих об устранении предприятия от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество, указанные действия, по-видимому, должны носить лишь фактический характер, после чего имущество может быть изъято собственником.

2.2 Распоряжение предприятия

Как уже неоднократно отмечалось право хозяйственного ведения и оперативного управления носит зависимый характер и проявляется это в том числе в том, что собственник определяет объем полномочий, имеет право в определенных случаях распоряжаться имуществом предприятия, в частности, путем согласования сделок, реорганизовать или ликвидировать унитарное предприятие и т.д.. Все это означает, что по своей природе такие предприятия не могут по объему правоспособность равняться с иными коммерческими организациями. В итоге было решено установить за такими предприятиями специальную правоспособность.

И.В. Елисеев считает, что сохранение специальной правоспособности за некоторыми видами юридических лиц не только оправданно, но и необходимо. Так, «создавая некоммерческую организацию (учреждение, фонд и т.п.), ее учредители преследуют, очевидно, вполне определенные социальные, культурные, иные общеполезные цели. Освобождение такой организации от любых уставных ограничений, предоставление ей полной свободы действий привело бы к игнорированию интересов учредителей. Аналогичным образом и государство, закрепляя за унитарным предприятием свое имущество, заинтересовано в его использовании по определенному назначению в соответствии с тем предметом деятельности, который определен уставом предприятия»[43] .

Нельзя не согласиться с тем, что определение конкретных прав, которые может осуществлять унитарное предприятие, способно защитить интересы собственника, поскольку он заранее будет знать, чем будет заниматься унитарное предприятие. Однако не исключено, что сделки, вынесенные за рамки разрешенных видов деятельности, способны оказаться очень выгодными для самого же собственника. Поэтому учредителям необходимо максимально внимательно подходить к выбору прав и видов деятельности, которые могли бы осуществлять предприятия. Также следует отметить, что в любой коммерческой организации учредитель заинтересован в том, чтобы учитывались его интересы. Правда это становится невозможно после передачи имущества в собственность коммерческой организации. Тем не менее, если мы презюмируем, что унитарные предприятия должны выступать как самостоятельные лица во взаимоотношениях с иными хозяйствующими субъектами, то, защищая интересы собственника, необходимо учитывать интересы унитарного предприятия. Необходимо помнить, что предприниматель должен иметь возможность без труда изменять направления вкладывания своих средств и сил, так как положение дел на рынке всегда подвижно и стремительно изменяется: сегодня выгодно заниматься одной деятельностью, завтра эта деятельность начинает приносить убыток[44] .

Продолжая развивать тему о необходимости установления в отношении унитарных предприятий специальной правоспособности, следует остановиться на целях создания унитарных предприятий.

Согласно ст.113 ГК РФ, ст.2 и п.1 ст.3 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях унитарное предприятие может обладать гражданскими правами, соответствующими предмету и целям его деятельности, предусмотренным в уставе этого унитарного предприятия, и нести связанные с этой деятельностью обязанности. Иными словами, унитарные предприятия вправе совершать сделки только в рамках предмета и целей деятельности, установленных собственником передаваемого предприятиям имущества.

Поскольку определений терминам «цель» и «предмет деятельности» нет, необходимо исходить из содержания норм законодательства. Так, в ст.50 ГК РФ сказано, что основной целью коммерческих организаций, к которым, в частности, относятся унитарные предприятия, является получение прибыли.

Цели создания унитарных предприятий и, следовательно, цели деятельности также указаны в ст.8 ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», которые в общем можно охарактеризовать как предназначенные для обеспечения общественных интересов и исполнения государственных функций. Позиция о том, что под целью в ст. 113 ГК РФ можно подразумевать не только извлечение прибыли, звучит и в других[45] . По мнению В.Е. Савченко «перед госпредприятиями помимо коммерческих ставятся многие социально-экономические задачи, связанные с решением ключевых общенациональных проблем»[46] . Д.В. Петров отмечает, что «если законодателю было бы необходимо получение максимального дохода от деятельности унитарных предприятий, то исходя из приведенных выше соображений Гражданский кодекс сделал бы носителей данной организационно-правовой формы юридических лиц субъектами общей правоспособности. Однако этого не произошло. Более того. Гражданский кодекс требует, чтобы учредительные документы содержали не только указания на цели деятельности унитарного предприятия, то есть на наиболее общее определение направлений (сфер) его деятельности, но и на предмет деятельности унитарного предприятия (п. 2 ст. 52, п. 1 ст. 113 ГК) - на конкретные виды деятельности, которые организация будет осуществлять во исполнение поставленных собственником целей (по сути, на способы достижения целей). Пункт 1 ст. 54 ГК обязывает указывать в наименовании унитарного предприятия "характер деятельности юридического лица"[47] .

Н.А. Коробкин важной особенностью института оперативного управления является наделение субъекта указанного нрава исключительно специальной правоспособностью[48] .

По мнению Н.А. Коробкина но сути основной целью унитарного предприятия является осуществление конкретной общественно полезной функции, определенной государством, а не извлечение прибыли, поскольку первое приводит к противоречию с идеей получения максимальных прибылей унитарным предприятием как коммерческой организацией[49] .

Даже если собственник изымает имущество унитарного предприятия, закрепленное за ним на праве хозяйственного ведения, на основании отказа предприятия от этого имущества, это не может приводить к невозможности осуществления предприятием целевой деятельности.

Последствия нецелевого использования имущества бывают для казенных предприятий еще более серьезными, чем признание сделки ничтожной, поскольку в соответствие с ч. 2 ст. 296 ГК РФ собственник имущества, закрепленного за казенным предприятием, вправе изъять используемое не по назначению имущество и распорядиться им по своему усмотрению.

И все же представляется, что следует обновить правовое регулирование подобных ситуаций. Необходимо, чтобы собственник имущества предприятия перед тем, как одобрить совершение планируемой сделки, проанализировал ее не только формально, с точки зрения соответствия законодательству, но и с позиций соответствия интересам своим и унитарного предприятия. После такого согласования сделка должна считаться удовлетворяющей интересам собственника и предприятия. Если же собственник сделает вывод о нежелательности сделки, он не даст согласия на ее совершение. В случаях, когда к моменту согласовании собственнику не было известно о негативных обстоятельствах, связанных с данной сделкой, и он не мог о них знать, собственник может в дальнейшем заявить о ее недействительности. Иными словами, ситуация, не позволяющая унитарным предприятиям заключать договоры в рамках установленных целей, предмета и видов деятельности, не опасаясь дальнейшего признания этих сделок недействительными, должна быть изменена.

Согласно ст.9 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях в уставе унитарного предприятия должны быть названы виды его деятельности. В.Г. Степанов пишет: «Теперь мало установить, что сделка, соответствуя общей цели деятельности предприятия, в принципе не выходит за рамки предмета деятельности, указанного в уставе. Нужно также убедиться, что ее совершение находится не только в сфере предмета уставной деятельности, но и соответствует одному определенному виду такой деятельности.... Пункт 3 статьи 9 Закона (о государственных и муниципальных унитарных предприятиях), фактически устанавливающий иное по сравнению с ГК РФ правило о пределах правоспособности унитарного предприятия, противоречит ГК РФ и не должен применяться»[50] .

Норма ст.9 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях, с одной стороны, действительно еще более сужает правоспособность унитарного предприятия. С другой стороны, такая конкретизация специальной правоспособности позволяет уточнить, чем именно вправе заниматься унитарное предприятие. Ведь названные в уставе предмет и цели деятельности унитарного предприятия могут лишь обозначить сферу, в которой оно функционирует, конкретизация же видов деятельности очерчивает круг сделок, в которые разрешено вступать унитарному предприятию. Следует отметить, что законодатель, называя соблюдение ограничений относительно предмета, цели и вида деятельности предприятия обязательными условиями специальной правоспособности, не дает определения данным категориям. Думается, эту проблему необходимо решать, поскольку при совершении сделок у сторон может возникнуть вопрос о правомерности сделок, для решения которого необходимо знать, осуществляются ли они в рамках специальной правоспособности унитарного предприятия. Пока на этом этапе появляется возможность злоупотреблений со стороны унитарного предприятия и его учредителя, а также контрагентов предприятия, которые могут воспользоваться неоднозначностью используемых в законодательстве терминов. В итоге оценивать правомерность совершенных сделок с участием унитарных предприятий нередко приходится суду.

Попытка определить правомочия унитарных предприятий была предпринята в распоряжении Минимущества РФ от 11 декабря 2003 г. № 6945-р «Об утверждении примерного устава федерального государственного унитарного предприятия»[51] . Согласно данному документу в уставе в качестве целей деятельности федерального унитарного предприятия могут быть указаны удовлетворение общественных потребностей в результатах его деятельности и получение прибыли; виды деятельности, осуществляемые унитарными предприятиями, разрешено формулировать так же обобщенно (например, деятельность, направленная на создание объектов социально-культурного назначения и строительство жилья в целях обеспечения потребностей работников предприятия).

В уставе приведен широкий список разрешенных видов деятельности, в частности, разработка и внедрение новых методов переработки и упаковки сырья и продукции, технологии ее производства и создание и эксплуатация объектов социально-культурного назначения, которые непосредственно с производством продукции, выполнением работ и оказанием услуг в области производства и оборота этилового спирта, ликероводочной и спиртосодержащей продукции, выработанной из пищевого спирта не связаны. Однако их указание в Уставе позволило предприятию осуществлять деятельность, напрямую не связанную с целями унитарного предприятия.

В связи со специальной правоспособностью унитарное предприятие в определенных случаях должно согласовывать совершение сделок. Порядок согласования и виды согласуемых действий зависит от вида унитарного предприятия.

В соответствии со ст.297 ГК РФ казенное предприятие вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом лишь с согласия собственника этого имущества. В.Ю. Романец[52] называет принцип контроля за совершаемыми сделками достаточно эффективным, а ограничения, установленные в отношении унитарных предприятий, основанных на праве хозяйственного ведения, не позволяют обеспечить надлежащего контроля за использованием и распоряжением государственной собственностью. Представляется, что порядок распоряжения имуществом унитарными предприятиями, имеющих возможность получать прибыль, только с согласия собственника (речь идет об унитарных предприятиях, основанных на праве хозяйственного ведения), может лишь им повредить, поскольку об оперативности принимаемых решений говорить будет нельзя. Это крайность. В этой связи необходимо ставить вопрос о разработке более эффективного порядка согласования, учитывающего вышесказанное.

На сегодняшний день существуют следующие проблемы, связанные с согласованием сделок.

К.П. Кряжевских предлагает разработать, согласовать с собственником и применять порядок согласования собственником совершения унитарными предприятиями сделок путем выдачи собственником «генерального согласия» по определенным видам сделок[53] .

Хотелось заметить, что дабы избежать произвола чиновников и беспредела руководителей унитарных предприятий, представляется, что дополнительное закрепление этого порядка (согласование группы сделок) в нормативном акте (хотя бы общих принципов согласования групп сделок), был бы очень полезно для унитарных предприятий.

Правда, ряд авторов негативно высказываются в отношении данной нормы, поскольку позволяют собственнику запретить совершать унитарному предприятию любые сделки. «Необходимый и достаточный контроль за эффективностью и целесообразностью использования имущества унитарного предприятия может быть осуществлен при помощи иных процедур, установленных ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях». Унитарным предприятиям следует иметь ввиду возможность квалифицировать указанные действия собственника имуществом как злоупотребление правом (п.1 ст. 10 ГК РФ), в связи с чем суд может отказать собственнику в защите его прав. Поэтому публичным образованиям следует подходить к применению данной нормы крайне осторожно и ответственно и только при возникновении действительной необходимости дополнительно ограничивать унитарное предприятие в вопросах распоряжения имуществом»[54] .

Процедура согласования, в которой участвуют не один орган власти, также имеет свои минусы, а именно удлиняет период принятия решения унитарным предприятием.

Поэтому в свое время разрабатывался порядок, при котором основная часть сделок должна согласовываться федеральными органами исполнительной власти один раз в год одновременно с рассмотрением и утверждением программы деятельности унитарного предприятия. Сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности унитарного предприятия, должны были указываться по видам. Согласование же отдельных сделок должно было осуществляться исключительно в тех случаях, когда унитарное предприятие не предусмотрело совершение таких сделок заранее, при утверждении программы деятельности на год.

В литературе постоянно подчеркивается, что под иными правовыми актами понимаются указы Президента РФ и постановления Правительства РФ[55] . Такой вывод авторы делают из анализа содержания ст.71 Конституции РФ и ст.3 ГК РФ. Кроме того, акты, содержащие нормы гражданского права, могут издаваться министерствами и иными федеральными органами исполнительной власти - в случаях и в пределах, предусмотренных ГК РФ, другими законами, указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ (ч.7 ст.3 ГК РФ).

Л.А. Грось обращает внимание, что субъекты вправе действовать на основании Ч.5 ст.76 Конституции РФ, а также на п. «д» ст.71 Конституции РФ, в которой говорится об управлении только федеральной государственной собственностью. Кроме того, она подчеркивает, что отношения по управлению собственностью предмет регулирования административного права, следовательно управление собственностью субъекта не является гражданско-правовым актом и относится к предмету совместного ведения РФ и субъектов РФ[56] .

Из данной нормы следует, что казенное предприятие вправе совершать сделки с имуществом только с согласия собственника. В связи с этим не совсем понятен абз.4 п.1 ст. 19 закона, о том, что уставом казенного предприятия могут быть предусмотрены виды и (или) размер иных сделок, совершение которых не может осуществляться без согласия собственника имущества такого предприятия. Существование подобной нормы означает, что казенное предприятие вправе все-таки совершать отдельные сделки с имуществом и без согласия собственника. Подобный вывод можно сделать, также прочитав п.2 ст. 19 закона, согласно которому казенное предприятие вправе распоряжаться принадлежащим ему имуществом, в том числе с согласия собственника такого имущества. Однако, какие сделки имел ввиду законодатель, не совсем понятно.

Что касается согласования сделок унитарными предприятиями, основанными на праве хозяйственного ведения, то необходимо согласовывать сделки по распоряжению недвижимым имуществом, крупные сделки, сделки, связанные с предоставлением займов, поручительств, получением банковских гарантий, с иными обременениями, уступкой требований (в том числе факторинг), переводом долга и т.д.

Причины, по которым необходимо согласовывать сделки, связанные с предоставлением займов, поручительств, вполне ясны: с одной стороны, они могут привести к отчуждению имущества, с другой - они не являются сделками по основной деятельности, и собственнику необходимо дать возможность решать вопрос целесообразности совершения соответствующих сделок. На практике возник вопрос, что понимать под сделками, связанными с предоставлением займов, относятся ли к ним договора, опосредующие долговые обязательства, или только договор собственно займа. По мнению Г. Хохловой к таким сделкам можно отнести товарный и коммерческий кредит[57] .

Также обязательным является получение согласия на участие руководителя в коммерческих организациях в качестве единоличного исполнительного органа или члена коллегиального исполнительного органа при выполнении руководителем должностных обязанностей, а также при совершении сделок, в которых имеется его заинтересованность.

Как уже было сказано выше, обязательно согласование сделок, связанных с иными обременениями. Причем легального определения «иных обременении» нет. На практике под обременениями понимается наличие дополнительных прав третьих лиц на имущество.

О. Есенина[58] полагает, что иные обременения - это не только классический вариант обременения имущества, например правами залогодержателя, но и обременение имущества, передаваемого по договору строительного подряда, правами владения подрядчика, и другие подобные ситуации, когда право хозяйственного ведения имуществом обременяется правами третьих лиц.

Возникает также вопрос о целесообразности согласования участия в простом товариществе. Стоит согласиться с Г. Хохловой, которая считает, что целесообразнее было бы предусмотреть согласование отчуждения имущества, определенных видов или стоимости, но не само участие в простом товариществе[59] , поскольку согласование только факта участия в простом товариществе не способствует контролю за распоряжением имуществом собственника.

Законодатель не сделал никаких исключений из правил о согласовании крупных сделок. Вместе с тем заключение сделки может быть обязательно для предприятия. Так, в соответствии с п.4 ст.3 ФЗ от 27.12.1995 № 213-ФЗ «О государственном оборонном заказе»[60] размещение оборонного заказа проводится на конкурсной основе, за исключением работ по поддержанию мобилизационных мощностей. Однако если претенденты на участие в конкурсе на размещение оборонного заказа отсутствуют, а также, если по результатам проведения указанного конкурса не определен головной исполнитель, оборонный заказ обязателен для принятия государственными унитарными предприятиями. Возникает вопрос, должно ли предприятие согласовывать принятие государственного оборонного заказа к размещению, если размер государственного заказа превышает установленный критерий крупной сделки. Как считает, Г. Хохлова нормы о согласовании сделок с собственником носят императивный характер, но эти нормы направлены на регулирование частных отношений. Нормы же об обязательности размещения гособоронзаказа не просто императивны, но приняты для обеспечения публичного (общественного), а не частного интереса. Поэтому отношения по процессу размещения гособоронзаказа регулируются в первую очередь публично-правовыми императивами, и государство-собственник (лицо, выступающее в гражданском обороте на общих основаниях) уступает место государству суверену (лицу, имеющему право применять власть и силу). По моему мнению при отсутствии согласия собственника на совершение такой сделки, в случае подачи собственником в суд иска о признании сделки недействительной унитарное предприятие вправе доказывать обязательность для нее этой сделки в силу нормы закон, установленной фактически собственником имущества предприятия. Правда это все равно не может оградить предприятия от формального подхода к согласованию сделок и следовательно инициирования судебного разбирательства о признании сделки недействительной.

Что касается согласования заимствований унитарными предприятиями, то следует обратить внимание, что необходимо согласовывать объем и направления использования привлекаемых средств, а не сами заимствования (сделки).

Помимо случаев согласования сделок, установленных в Законе о государственных и муниципальных унитарных предприятиях такие основания согласования могут быть предусмотрены в иных федеральных законах и нормативных правовых актах. Так, согласно ч.3 ст. 14 ФЗ от 21 декабря 2001 г. № 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества"[61] со дня утверждения прогнозного плана (программы) приватизации федерального имущества и до момента перехода права собственности на приватизируемое имущество к покупателю имущественного комплекса унитарного предприятия унитарное предприятие не вправе без согласия собственника совершать сделки (несколько взаимосвязанных сделок), цена которых превышает 5 процентов балансовой стоимости активов указанного унитарного предприятия на дату утверждения его последнего балансового отчета или более чем в пятьдесят тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда, а также сделки (несколько взаимосвязанных сделок), связанные с возможностью отчуждения прямо или косвенно имущества, стоимость которого превышает 5 процентов балансовой стоимости активов указанного унитарного предприятия на дату утверждения его последнего балансового отчета или более чем в пятьдесят тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда, получать кредиты, осуществлять выпуск ценных бумаг, выступать учредителем хозяйственных товариществ или обществ, а также приобретать и отчуждать акции (доли) в уставном (складочном) капитале хозяйственных товариществ или обществ.

Согласие собственника при наличии оснований, предусмотренных Законом, необходимо и в случае совершения сделок в процессе обычной хозяйственной деятельности унитарного предприятия. Применение по аналогии норм корпоративного законодательства, устанавливающих исключения из общего порядка принятия решений о заключении, например, крупных сделок, в процессе обычной хозяйственной деятельности организации, к сделкам унитарных предприятий не допускается, поскольку данные положения не учитывают специфику правового положения унитарных предприятий[62] .

Представляется, что собственник в случае обязательного согласования сделки не может уклониться от ее согласования, поскольку такое согласие собственника определяет правомерность сделок, совершаемых унитарным предприятием. При отсутствии согласия на совершение сделки унитарное предприятие не вправе ее совершать. Если исходить из того, что собственник может принять решение о необязательности согласования сделки, то подобное решение должно быть оформлено в письменной форме, чтобы на него могли ссылаться заинтересованные лица, и, кроме того, оно может быть принято только в случае необязательного согласования сделок. В противном случае такое решение будет являться недействительным как противоречащее закону.

Следует обратить внимание, как суды оценивают роль согласия собственника на совершение сделки. Они прямо указывают на то, что согласие собственника на совершение конкретной сделки не является доказательством целевого использования имущества унитарным предприятием. Иными словами, согласно изложенной позиции судов, согласие собственника нельзя рассматривать как гарантию правомерности совершаемой сделки, поскольку, давая или не давая согласие, собственник не должен оценивать предмет сделки, ее контрагентов, существенные условия, последствия, финансовую сторону вопроса и т.д. Действительно, в законодательстве ничего не сказано, что согласие собственника необходимо рассматривать как доказательство соответствия сделки целям, предмету и видам деятельности унитарного предприятия. Соответственно, у компетентных лиц, выступающих от имени собственника, от имени которого было дано согласие на совершение сделки, остается право на признание такой сделки недействительной как несоответствующей целям, предмету и видам деятельности унитарного предприятия. Схожей позиции относительно существующего права компетентных органов на признание подобной сделки недействительной придерживается В.Г. Степанов[63] , В.В. Попов, Е.В. Плехов[64] .

Иными словами, ситуация, не позволяющая унитарным предприятиям заключать договора в рамках установленных целей, предмета и видов деятельности, не опасаясь дальнейшего признания этих сделок недействительными, должна быть изменена.

Законодатель достаточно подробно регламентировал порядок совершения сделок, установив, какие сделки необходимо согласовывать, какие документы необходимо представить для подтверждения целесообразности совершения той или иной сделки.

В соответствии с постановлением Правительства РФ от 3 декабря 2004 г. № 739 "О полномочиях федеральных органов исполнительной власти по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия"[65] в отношении федеральных государственных унитарных предприятий, подлежащих сохранению в федеральной собственности или включенных в прогнозный план (программу) приватизации федерального имущества, в случае, если акции созданных посредством их преобразования акционерных обществ предполагается внести в уставный капитал других акционерных обществ или сохранить в федеральной собственности, подобные решения осуществляют федеральные органы исполнительной власти. В отношении иных предприятий согласование сделок осуществляется Федеральным агентством по управлению федеральным имуществом с учетом предложений, поступивших от федеральных органов исполнительной власти.

Что касается процедуры согласования, то она зависит от вида согласуемой сделки и унитарного предприятия.

Предельного срока согласования сделок с имуществом в Законе не предусмотрено. Тем не менее, конкретные сроки дачи согласия собственником на совершение сделок предусмотрены в подзаконных актах. Так, при согласовании сделок с недвижимым имуществом стоимостью более 150 млн. руб., а также при согласовании решения предприятия об участии в коммерческих и некоммерческих организациях срок согласования составляет более одного месяца[66] .

Перечень документов, которые должны представить унитарные предприятия для получения согласия на совершение сделок, также не является единым и зависит от вида совершаемой сделки. В соответствии с распоряжением Минимущества РФ от 15 июля 2003 г. № 3142-р "Об утверждении Перечня документов, представляемых федеральным государственным унитарным предприятием для получения согласия на совершение сделок, предусмотренных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.06.2003 № 333"[67] для совершения сделок с недвижимым имуществом унитарное предприятие представляет на согласование информацию о прогнозе влияния результатов сделки на повышение эффективности деятельности предприятия в разрезе производственных и финансовых показателей; отчет об оценке рыночной стоимости имущества, с которым предполагается совершить сделку, произведенной не ранее, чем за 3 месяца до его представления; проект договора на совершение сделки (за исключением случаев заключения договора на торгах); документ о целесообразности совершения сделки (заключения договора), представленный федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим координацию и регулирование в соответствующей отрасли (сфере управления) (при наличии).

2.3 Распоряжение имуществом учреждения

Вопрос об имущественных правах учреждения представляет большую практическую значимость. Учреждение является, пожалуй, наиболее распространенной организационно-правовой формой юридических лиц, охватывая сферы образования, здравоохранения, культуры и даже управления. Как правило, в силу конструктивных особенностей данной организации учреждения являются государственными или муниципальными в зависимости от формы собственности, на которой они основаны, хотя, конечно, могут быть и негосударственными. В настоящее время абсолютное большинство учреждений вынуждено искать дополнительные "внебюджетные" источники средств для своего существования. В результате возникают исключительно актуальные и даже злободневные теоретические и практические вопросы об имущественных правах учреждения на такие дополнительные финансовые и материальные средства. Все чаще такие вопросы встают и перед образовательными учреждениями. Анализу этих вопросов посвящено предлагаемое исследование.

Гражданский кодекс РФ (далее - ГК) в ст. 120 устанавливает, что "права учреждения на закрепленное за ним имущество определяются в соответствии со ст. 296 настоящего Кодекса".

Ст. 296 ГК называется "Право оперативного управления" и устанавливает, что "... учреждение в отношении закрепленного за ним имущества осуществляет в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением имущества права владения, пользования и распоряжения им. Собственник имущества, закрепленного за ... учреждением, вправе изъять излишнее, неиспользуемое либо используемое не по назначению имущество и распорядиться им по своему усмотрению".

При этом в соответствии с п. 1 ст. 298 ГК "учреждение не вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом и имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете".

Таким образом, право оперативного управления возникает у учреждения лишь на закрепленное за ним собственником-учредителем имущество. При этом учредитель остается собственником такого имущества, а у учреждения возникает иное вещное право - право оперативного управления.

Возникает вопрос: какое юридическое отношение или какое право имеет учреждение на имущество, которое поступило к нему не от учредителя, а из иных источников, например от собственной доходной деятельности, от спонсоров, из иных источников?

Ответ на данный вопрос мы находим в п. 2 ст. 298 ГК: "Если в соответствии с учредительными документами учреждению предоставлено право осуществлять приносящую доходы деятельность, то доходы, полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет этих доходов имущество поступают в самостоятельное распоряжение учреждения и учитываются на отдельном балансе".

Однако такой ответ не является исчерпывающим и, в свою очередь, таит в себе последующие вопросы. Главный из таких вопросов следующий: зафиксировано ли в п. 2 ст. 298 ГК самостоятельное вещное право - право самостоятельного распоряжения учреждения имуществом или речь идет о всего лишь правомочии в рамках вещного права, но тогда какого вещного права - права собственности, права оперативного управления или какого-то иного вещного права?

Обратимся к истории данного вопроса.

Правовой режим таких доходов регулировался ранее Положением о внебюджетных средствах учреждений, состоящих на государственном бюджете СССР от 26.06.1980 г. № 527[68] , которое определяло возможность получения таких средств бюджетными организациями от реализации продукции, выполнения работ, оказания услуг или осуществления иной деятельности только при наличии разрешений, выдаваемых в зависимости от источников финансирования (союзный бюджет, республиканский или местный бюджет) Министерством финансов СССР или Советами Министров союзных республик. Бюджетные учреждения были обязаны расходовать эти специальные средства в пределах утвержденных смет и фактического поступления доходов по каждому виду специальных средств.

В новом российском законодательстве впервые "право самостоятельного распоряжения" полученными учреждением доходами и приобретенным за их счет имуществом появилось в Законе РСФСР "О собственности в РСФСР" <*> 1990 г., п. 4 ст. 5 которого отнес данное право к числу особых и самостоятельных вещных прав.

В п. 2 ст. 48 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик[69] право учреждений на распоряжение доходами от разрешенной собственником деятельности прямо приравнивалось к праву полного хозяйственного ведения.

Гражданский кодекс РФ повторил положения упомянутого Закона РСФСР "О собственности в РСФСР", однако не раскрыл природу данного права. Попытке уяснения этого и посвящена настоящая статья.

Наиболее уязвимым, по нашему мнению, является подход к пониманию природы права самостоятельного распоряжения учреждения, когда оно рассматривается просто как право собственности. Тем не менее такой подход обрел легальную форму, в частности, в Законе РФ "Об образовании"[70] 1992 г. (далее - Закон об образовании).

В соответствии с п. 7 ст. 39 Закона об образовании "образовательному учреждению принадлежит право собственности на денежные средства, имущество и иные объекты собственности, переданные ему физическими и (или) юридическими лицами в форме дара, пожертвования или по завещанию; на продукты интеллектуального и творческого труда, являющиеся результатом его деятельности, а также на доходы от собственной деятельности образовательного учреждения и приобретенные на эти доходы объекты собственности". Почти идентичную формулировку содержит и ст. 27 ФЗ РФ "О высшем и послевузовском профессиональном образовании"[71] .

Не совсем понятно, почему вдруг вещное право собственности возникает в отношении иных объектов гражданских прав, нежели вещи - результатов творческой деятельности (оставляя в стороне технику изложения в самом законе)[72] . Но это к слову. Удивляться "новеллам" профильного образовательного Закона перестаешь тогда, когда читаешь авторов комментариев к данному Закону. "... Закон не дает ответа на вопрос о праве работника образовательного учреждения на часть собственности образовательного учреждения. В настоящее время этот вопрос решается по правилам ст. 244 ГК РФ. Имущество образовательного учреждения - это общая собственность без определения долей собственности. Владение, пользование и распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности работников образовательного учреждения, определяется в ст. 253 ГК РФ. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом. Правила ст. 253 ГК РФ применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности ГК РФ или иными законами не установлено иное..."[73] .

Что же касается рассматриваемого положения специального Закона, то оно явно противоречит ст. 213 ГК и не может применяться согласно ст. 3 ГК. Из содержания п. 3 ст. 213 ГК определенно следует, что учреждение в принципе не является собственником в отношении любого своего имущества. Право собственности на прибыль, полученную в результате самостоятельной хозяйственной деятельности учреждением (и предприятием), а также все приобретенное за счет этой прибыли имущество для учреждения принадлежит учредителю-собственнику. Это положение находит подтверждение в практике Высшего Арбитражного Суда РФ (далее - ВАС РФ), в частности в информационном письме ВАС РФ от 31 июля 1992 г. N С-13/ОП-171 "О разрешении споров, связанных с применением законодательства о собственности"[74] . К такому выводу подталкивает и буквальное прочтение ст. 120 ГК: "Учреждением признается организация, созданная собственником...".

Итак, право самостоятельного распоряжения учреждения нельзя рассматривать как право собственности.

Некоторые авторы склонны приравнивать данное право к праву хозяйственного ведения, которым обладают государственные и муниципальные унитарные предприятия: "Данное право приближается к праву хозяйственного ведения..."[75] или "... Другая часть, "заработанная" самим учреждением и учитываемая на отдельном балансе, находится в режиме особого вещного права, прямо не названном законодателем. Однако характер этого права не оставляет сомнений в том, что оно - право хозяйственного ведения. Ведь перечень вещных прав, в отличие от прав обязательственных, является закрытым (п. 1 ст. 216 ГК РФ) и не может включать права, прямо не предусмотренные законом"[76] . Суханов Е.А., в частности, исследуя данный вопрос, приходит к однозначному "выводу, что рассматриваемое право в действительности является правом хозяйственного ведения. Поэтому к праву учреждения на полученное им указанным образом имущество должны применяться правила ст. 295 ГК"[77] . Любопытно заметить, что несколько ранее Е.А. Суханов занимал иную, и более верную, на наш взгляд, позицию: "Имущество, полученное учреждением от разрешенной ему предпринимательской деятельности, принадлежит ему на самостоятельном вещном праве, не являющемся правом оперативного управления (и потому подлежащем отдельному бухгалтерскому учету)"[78] .

Такой подход на сегодняшний день нам представляется неверным, хотя корни его легко увидеть в Основах гражданского законодательства, где право самостоятельного распоряжения учреждения прямо квалифицировалось в качестве права полного хозяйственного ведения.

Во-первых, выше цитированные авторы, полагая, что "перечень вещных прав в отличие от прав обязательственных является закрытым"[79] , по нашему мнению, неверно сужают понятие "закона" до п. 1 ст. 216 ГК, в котором названо лишь пять разновидностей иных вещных прав (хотя их, вне сомнения, больше) и в котором прямо звучит оговорка "в частности". К примеру, в ГК РСФСР 1964 г. из всех вещных прав законодатель закрепил одно лишь право собственности, помещенное во втором разделе Кодекса, что отнюдь не служит основанием для отрицания существования иных вещных прав. Правильно отмечают комментаторы Гражданского кодекса, что "помимо права собственности и прав, перечисленных в ст. 216 ГК, к вещным относятся также... право учреждения по распоряжению доходами и имуществом, полученными в результате разрешенной хозяйственной деятельности (ст. 298 ГК)"[80] .

Согласимся, однако, в том, что общим правилом является полное вещное право, а ограниченное вещное право должно рассматриваться как изъятие, исключение из этого общего правила. Метод исключения из общего правила вообще, на наш взгляд, является общеправовым, и без понимания его невозможно разобраться, в частности, в гражданском праве. Любое исключение из общего правила должно носить нормативно-определенный (фиксированный) характер. Но право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом и зафиксировано в п. 2 ст. 298 ГК. Так что данное возражение должно быть снято.

Во-вторых, ст. 294 ГК прямо фиксирует право хозяйственного ведения за государственным или муниципальным унитарным предприятием, а ст. 295 ГК ограничивает распорядительные полномочия его правообладателя только движимым имуществом, в то время как распорядительные полномочия учреждения в отношении собственных доходов и приобретенного на них имущества не ограничены по составу такого имущества.

Не следует, по нашему мнению, рассматривать право самостоятельного распоряжения учреждения имуществом и как некое дополнительное правомочие права оперативного управления.

С одной стороны, можно назвать аргументы, располагающие к обратной точке зрения о так называемом "расширенном" праве оперативного управления. Например, ст. 120 ГК "Учреждение" устанавливает, что имущественные права учреждения устанавливаются ст. 296 ГК, в которой речь идет исключительно о праве оперативного управления имуществом. Да и формулировка п. 2 ст. 298 ГК - "... поступают в самостоятельное распоряжение учреждения" - не устанавливает твердо "право самостоятельного распоряжения", а носит как бы косвенный характер, расширяя право оперативного управления дополнительным правомочием применительно к отношениям, когда учреждение "осуществляет приносящую доходы деятельность". В конце концов, и название главы 19 ГК, в которой помещена ст. 298, носит название "Право хозяйственного ведения. Право оперативного управления". Право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом в качестве такового не обозначено. ФЗ РФ "О некоммерческих организациях"[81] 1996 г. в ст. 9, специально посвященной учреждению, говоря о праве оперативного управления, даже не упоминает о каком-либо ином правовом режиме имущества учреждения.

Можно упомянуть и такой аргумент противников признания возможности учреждения самостоятельно распоряжаться своим имуществом в качестве самостоятельного вещного права, как "нежелание законодателя искусственно создавать новые ограниченные вещные права, неизвестные обычному имущественному обороту"[82] . Впрочем, полагаем, что вряд ли законодатель имел намерение создать сложно разветвленное ограниченное вещное право, тем более ничего не конкретизировав, и тем более что само ограниченное вещное право является устанавливаемым законодателем изъятием из общего правила полного вещного права - права собственности, что не допускает, как и в отношении любого исключения, расширительного толкования его содержания.

С другой стороны, ст. 120 ГК содержит указание на то, что имущественные права учреждения, предусмотренные ст. 296 ГК, т.е. право оперативного управления, возникают "на закрепленное за ним имущество". Закрепляет же данное имущество за учреждением его учредитель, собственник имущества. Что же касается права самостоятельного распоряжения учреждения имуществом, то оно возникает в силу п. 2 ст. 298 ГК в отношении имущества, поступившего учреждению не от учредителя.

Поскольку право самостоятельного распоряжения учреждения не является правомочием права оперативного управления, то на него не может распространять свое действие п. 2 ст. 296 ГК, в соответствии с которым "собственник имущества, закрепленного за ... учреждением, вправе изъять излишнее, неиспользуемое либо используемое не по назначению имущество и распорядиться им по своему усмотрению". Прекращение данного права у учреждения помимо его воли может быть связано только с прекращением (ликвидацией) самого учреждения. Данный вывод подтверждается п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 февраля 1998 г. № 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в котором сказано, что "доходы и приобретенное на эти доходы имущество, учитываемые на отдельном балансе, не могут быть изъяты у учреждений по решениям комитетов по управлению имуществом или других государственных и муниципальных органов, в том числе и в тех случаях, когда они не используются или используются не по целевому назначению". Следовательно, разъяснением Высшего Арбитражного Суда РФ авторитетно подтверждено два различных самостоятельных правовых режима имущества, принадлежащего учреждению на праве оперативного управления и праве самостоятельного распоряжения.

Таким образом, следует согласиться с той точкой зрения, что право самостоятельного распоряжения учреждения имуществом является особым самостоятельным вещным правом ("sui generis"), которое не совпадает ни с правом оперативного управления, ни с правом хозяйственного ведения, ни тем более с правом собственности. Правообладателем данного права может быть только исключительно учреждение. Именно к такому подходу склоняется определенный круг исследователей[83] . Например, такое мнение высказано Ю.К. Толстым[84] .

Будучи вещным правом, право самостоятельного распоряжения учреждения пользуется абсолютной вещно-правовой защитой в силу ст. 305 ГК, в том числе и против собственника, а также ему присуще вещно-правовое свойство следования судьбе вещи (а не судьбе собственника).

Объектом права самостоятельного распоряжения учреждения может быть как движимое, так и недвижимое имущество. Такое право на недвижимое имущество подлежит государственной регистрации именно как право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом. Данный вопрос еще не обозначен на практике, но нет сомнений, что его появление не за горами, что дополнительно актуализирует предмет нашего исследования.

Следовательно, учреждение одновременно обладает двумя разными вещными правами на находящееся у него имущество: правом оперативного управления в отношении имущества, закрепленного за учреждением учредителем-собственником, и правом самостоятельного распоряжения имуществом на доходы от самостоятельной хозяйственной, предпринимательской деятельности, на спонсорские средства, иные доходы и приобретенное за их счет имущество.

Признание за учреждением права самостоятельного распоряжения имуществом неизбежно ставит вопрос о содержании этого права, т.е. о композиции субъективных правомочий или возможностей, которые имеет правообладатель.

Право самостоятельного распоряжения учреждения имуществом относится к категории вещных прав, но, не совпадая с правом собственности, является ограниченным вещным правом. Ограниченные вещные права, будучи вторичными по отношению к праву собственности, на котором они базируются, включают в себя отдельные правомочия права собственности в ограниченном масштабе. Понимать, где пролегают такие линии ограничения, и значит, по нашему мнению, понимать содержание конкретного ограниченного вещного права. Определение границ дает знание о его содержании.

Одним из самых "маленьких" ограниченных вещных прав является право оперативного управления. Оно исключает возможность самостоятельного распоряжения правообладателем имуществом, закрепленным на этом праве, а также имуществом, приобретенным за счет сметных ассигнований (п. 1 ст. 298 ГК). Но даже правомочия владения и пользования принадлежат правообладателю не в полной мере и ограничены необходимостью владеть и пользоваться закрепленным имуществом в соответствии с целями, ради которых конкретное учреждение создано. Это, кстати, является, на наш взгляд, одним из аргументов в пользу того, чтобы говорить не просто о специальной правоспособности учреждения, как и любой другой некоммерческой организации, а о его специально-целевой правоспособности, без чего, например, невозможно уяснить содержание права самостоятельного распоряжения учреждения имуществом.

Право самостоятельного распоряжения учреждения имуществом шире, чем право оперативного управления, что очевидно этимологически. В его состав включено такое правомочие для правообладателя, как возможность самостоятельного распоряжения таким имуществом. То есть "учреждение вправе самостоятельно совершать любые не запрещенные законом сделки с указанным имуществом"[85] .

Однако, будучи правом ограниченным и отличным от абсолютного права собственности, право самостоятельного распоряжения учреждения, хотя и включает в свой состав все три вещных правомочия - владение, пользование и распоряжение, - но они подчинены специально-целевой правоспособности учреждения и в своей реализации ограничены целями, ради которых создано учреждение. Поэтому учреждение вправе совершать с таким имуществом не "любые" сделки, а лишь те, которые направлены на достижение целей, ради которых создано данное учреждение.

Более того, по своему объему право самостоятельного распоряжения учреждения имуществом шире, чем право хозяйственного ведения предприятий. Если последние в своих имущественных возможностях ограничены в распоряжении недвижимым имуществом, то учреждения в рамках рассматриваемого права ограничены лишь целями своей деятельности, но не составом имущества. Из этого следует достаточно очевидный вывод, что учреждение имеет полное право самостоятельно, без всякого согласия собственника, распоряжаться (отчуждать) даже недвижимым имуществом, если оно приобретено "не от учредителя", при условии, что такое распоряжение служит целям, ради которых создано учреждение.

В связи с такими возможностями учреждения касательно недвижимого имущества возникает практический вопрос о легализации (формализации) права самостоятельного распоряжения учреждения недвижимым имуществом. Согласно принятым подходам законодателя такое право должно подлежать государственной регистрации. Однако ни в п. 1 ст. 131 ГК, где перечисляются конкретные виды вещных прав на недвижимое имущество, подлежащие регистрации, ни в иных законах не содержится указания на необходимость регистрации права самостоятельного распоряжения учреждения на недвижимое имущество. Это, конечно же, отнюдь не свидетельствует о каком-то более "либеральном" отношении законодателя к имущественным правам учреждения, а лишь является следствием его недостаточно четкого и последовательного подхода к их определению, что будет влечь непреодолимые трудности на практике. Признание права самостоятельного распоряжения учреждения имуществом в качестве особого ограниченного вещного права требует и законодательно закрепленного признания необходимости государственной регистрации данного права в отношении недвижимого имущества.

Для более полного исследования права самостоятельного распоряжения учреждения имуществом необходимо решить актуальный практический вопрос о том, допустимо ли обращение взыскания по обязательствам учреждения на такое имущество. Представляется, что ответ на данный вопрос должен последовать отрицательный.

В соответствии с п. 2 ст. 120 ГК "учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При их недостаточности субсидиарную ответственность по его обязательствам несет собственник соответствующего имущества". Данное положение дословно повторено в п. 2 ст. 9 ФЗ РФ от 12 января 1996 г. "О некоммерческих организациях".

Итак, речь идет только о денежных средствах. Поэтому взыскание в силу прямого ограничения Гражданским кодексом не может быть обращено на какое бы то ни было натуральное имущество, будь оно на праве оперативного управления или на праве самостоятельного распоряжения учреждения.

Е.А. Суханов занимает иную позицию: "... полученное за счет самостоятельных доходов имущество становится забронированным от взыскания кредиторов, с чем по существу вряд ли можно согласиться. К сожалению, не вполне четкая формулировка п. 2 ст. 298 ГК дает основания и для такого подхода. При его принятии учреждения получают весьма льготный режим в отношении самостоятельно приобретенного ими имущества, а субсидиарная ответственность их учредителей-собственников существенно расширяется. Такое положение можно было бы признать достаточно выгодным как для самих учреждений, так и для их кредиторов, если бы в роли учредителей в подавляющем большинстве случаев не выступали публичные собственники с бюджетными средствами как основным объектом возможного взыскания. Это положение также заставляет усомниться в обоснованности данного подхода"[86] . Вывод из этого следующий: "В таких отношениях не должны применяться ограничения, касающиеся возможности обращения взыскания по долгам учреждения, только на его денежные средства. Объектом взыскания кредиторов учреждения может быть любое имущество, полученное учреждением от участия в указанной деятельности и обособленное прежде всего для этих целей на отдельном балансе"[87] .

Данный подход, очевидно, не соответствует закону: "учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами" (п. 2 ст. 120 ГК). Кроме этого, вызывает возражения подобная аргументация. Во-первых, "публичные собственники с бюджетными средствами" являются равноправными участниками гражданского оборота. Следует наконец-то признать это хотя бы доктринально и не относить их участие в обороте к каким-то особым основаниям. Во-вторых, "весьма льготный режим в отношении самостоятельно приобретенного ими имущества" учреждения, учитывая их специально-целевую правоспособность, приобретают по воле учредителя-собственника, а не "по воле закона". Закон дает учредителю право разрешить учреждению заниматься собственной доходной деятельностью, а не управомочивает учреждение напрямую. Управомочие учреждения - прерогатива учредителя. Поэтому вопрос о допустимости собственной хозяйственной деятельности и возможные в связи с этим для самого учредителя риски находятся под его полным контролем. В-третьих, на отдельном балансе имущество, полученное от такой деятельности, обособляется не для целей взыскания, т.е. в интересах кредиторов (негативных интересов учреждения), а прежде всего для обеспечения позитивных интересов самого учреждения. В конце концов, распорядиться этим имуществом учреждение может не как заблагорассудится, а лишь в соответствии с теми целями, ради которых учреждение и было создано учредителем-собственником.

Анализ имеющейся арбитражной практики показывает, что устоявшихся единых подходов к решению данного вопроса не сложилось.

В информационном письме ВАС РФ от 14 июля 1999 г. № 45 сказано, что "в случае недостаточности денежных средств, находящихся в распоряжении учреждения, взыскание не может быть обращено на иное имущество, закрепленное за учреждением на праве оперативного управления собственником, а также на имущество, приобретенное учреждением за счет средств, выделенных по смете"[88] . Открытым в этом письме остался вопрос об имуществе "не от собственника", учитываемом на отдельном балансе. Не находим мы здесь и ответа на вопрос о том, на какие денежные средства учреждения (поступившие от собственника по смете или полученные от самостоятельной доходной деятельности) может быть обращено взыскание.

Изучение различных постановлений ВАС РФ по конкретным делам еще более усложняет картину. В Постановлении № 4013/07 от 26 сентября 2007 г. отмечено, что "при недостаточности денежных средств собственник имущества несет субсидиарную ответственность по обязательствам своего учреждения. В случае недостаточности у должника денежных средств и другого имущества, приобретенных от коммерческой деятельности, требование может быть предъявлено к субсидиарному должнику"[89] . А Постановление того же дня № 4492/07 от 26 сентября 2007 г. указывает, что "при недостаточности денежных средств собственник имущества несет субсидиарную ответственность по обязательствам своего учреждения"[90] . Полагаем, что именно последнее Постановление соответствует положениям ст. 120 ГК об ответственности учреждения только находящимися у него в распоряжении денежными средствами.

В связи со сказанным хотелось бы не согласиться с мнением тех авторов, которые полагают, что "учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а также учитываемым на отдельном балансе имуществом"[91] . Представляется, что это слишком вольное расширение нормы. Такие "безобидные" на первый взгляд доктринальные "вольности" ведут к легальной системной "разбалансировке" правового регулирования данных отношений.

В подтверждение сказанного можно привести п. 9 ст. 39 уже упоминавшегося Закона РФ "Об образовании": "Образовательное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами и принадлежащей ему собственностью". Ст. 94 ФЗ РФ от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве[92] " гласит: "В случае отсутствия у должника-организации денежных средств, достаточных для погашения задолженности, взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления (за исключением имущества, изъятого из оборота либо ограничиваемого в обороте), независимо от того, где и в чьем фактическом пользовании оно находится".

Процитированные нормы откровенно коллизируют с п. 2 ст. 120 ГК, ограничивающим ответственность учреждения "находящимися в его распоряжении денежными средствами", а также п. 1 ст. 56 ГК РФ, устанавливающим, что "юридические лица, кроме финансируемых собственником учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом". Поэтому приведенные выше нормы законов об образовании и об исполнительном производстве не должны иметь юридической силы. Однако наличие подобных абсолютно неоправданных коллизий исключительно вредоносно на практическом уровне. Справедливости ради заметим, что комментаторы к Закону об исполнительном производстве, в отличие от авторов данного Закона, признают, что "обращение взыскания на другие виды имущества учреждений, за исключением всех видов денежных средств, действующим законодательством не предусмотрено"[93] , хотя комментируемая норма устанавливает прямо противоположное.

Сложнее ситуация с вопросом о составе денежных средств, на которые может быть обращено взыскание. Например, в только что приведенной выше цитате высказано мнение, что взыскание может быть обращено на все виды денежных средств. Н.А. Каширская, судья Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа, полагает, что "субсидиарную ответственность по долгам учреждения учредитель несет только в случае недостаточности у учреждения денежных средств, как поступающих из бюджета, так и доходов, полученных им от предпринимательской деятельности"[94] . Е.А. Суханов высказывает мнение, что объект взыскания зависит от вида задолженности учреждения. Ссылаясь на сложившуюся практику толкования п. 2 ст. 298 ГК, он считает, что объектом взыскания кредиторов по обязательствам, которые должны были финансироваться бюджетом, могут быть лишь денежные средства ("доходы"), полученные учреждением от разрешенной ему предпринимательской деятельности, а по обязательствам, образовавшимся в результате указанной предпринимательской деятельности, удовлетворению требований кредиторов служит имущество, находящееся на праве самостоятельного распоряжения[95] . Думается, что это очень интересный подход, однако для своей реализации он должен иметь нормативную основу.

Законодатель же в п. 2 ст. 120 ГК говорит о денежных средствах, находящихся в распоряжении учреждения.

Учитывая, что денежные средства охватываются понятием "имущество" и по классификации объектов гражданских прав отнесены к вещам, полагаем, что применительно к ним также можно говорить о двух правовых режимах - праве оперативного управления и праве самостоятельного распоряжения учреждения.

Право оперативного управления возникает в отношении средств, поступивших по смете от собственника-учредителя, которыми учреждение может распоряжаться, но не самостоятельно, а "в соответствии с заданиями собственника" (п. 1 ст. 296 ГК). В этой связи хотелось бы отметить очередную коллизию между Гражданским кодексом и Законом РФ "Об образовании", п. 2 ст. 43 которого звучит следующим образом: "Финансовые и материальные средства образовательного учреждения, закрепленные за ним учредителем или являющиеся собственностью данного образовательного учреждения, используются им по своему усмотрению ..." Впрочем, действующий Закон об образовании вообще удачный полигон для упражнений в гражданском праве ...

Право самостоятельного распоряжения учреждения на денежные средства возникает в отношении тех из них, которые поступили "не от учредителя". Ими учреждение распоряжается в соответствии со своими уставными целями самостоятельно без согласования с учредителем-собственником.

Полагаем, что поскольку законодатель в п. 2 ст. 120 ГК говорит не о денежных средствах учреждения вообще, а о денежных средствах, находящихся "в его распоряжении", то и ответственность учреждения по своим обязательствам ограничена лишь теми денежными средствами, которые поступили к нему "не от учредителя". Остальное имущество от взысканий заблокировано.

Например, удовлетворяя протест, Президиум Высшего Арбитражного Суда установил, что Российская Федерация в лице ее соответствующих финансовых органов может быть привлечена к субсидиарной ответственности по долгам государственного учреждения, устав которого допускает занятие предпринимательской деятельностью, при условии, что данная организация не могла самостоятельно погасить задолженность за счет денежных средств, полученных от предпринимательской деятельности. В приводимом нами выше Постановлении ВАС РФ по конкретному делу № 4013/06 от 26 сентября 2006 г. выражена следующая позиция: "... В случае образования задолженности при недостаточном бюджетном финансировании на ее погашение могли быть направлены денежные средства, получаемые училищем от предпринимательской деятельности"[96] .

Таким образом, ни на натуральное имущество, будь оно на праве оперативного управления или на праве самостоятельного распоряжения, ни на денежные средства, выделенные учреждению по смете собственником, взыскание по долгам учреждения обращено быть не может. В любом случае, очевидно, что с целью унификации судебной арбитражной практики хотелось бы, чтобы Пленум ВАС РФ обобщил уже имеющуюся практику и дал соответствующие разъяснения.

В заключение сформулируем основные выводы проведенного исследования и некоторые предложения:

1. Право самостоятельного распоряжения учреждения имуществом является самостоятельным вещным правом, которое не укладывается ни в рамки права оперативного управления, ни права хозяйственного ведения, ни тем более права собственности.

2. В ГК следует четко сформулировать название данного права, например, "право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом", определив его как особое ограниченное вещное право, обладателем которого может быть только учреждение, и раскрыв его содержание с учетом целевой правоспособности учреждения.

3. Следует дополнить наименование главы 19 ГК, включив в него помимо права хозяйственного ведения и права оперативного управления также право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом.

4. Целесообразно дополнить ст. 9 «Частные учреждения» Закона о некоммерческих организациях правом учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом с определением содержания и ограничений данного права.

5. Следует законодательно закрепить необходимость государственной регистрации права учреждения на самостоятельное распоряжение в отношении недвижимого имущества.

6. Желательно принятие Пленумом Высшего Арбитражного Суда РФ разъяснений по вопросам имущественных прав учреждения и особенностям его гражданско-правовой ответственности по своим обязательствам.

7. В отношении учреждений, созданных юридическими и физическими лицами, необходимо ввести дифференцированный режим, предоставив таким учреждениям возможность владения имуществом на праве собственности. При этом состав такого имущества и порядок приобретения права собственности на имущество, полученное в результате предпринимательской и иной, приносящей доход деятельности, должен быть определен самим собственником учреждения - юридическим или физическим лицом - в уставных (учредительных) документах в пределах, установленных ГК РФ. Такое разрешение проблемы не наносит ущерба общепринятой концепции понимания юридического лица, созданного в организационно-правовой форме учреждения, т.к. собственник самостоятельно решает вопросы правового режима имущества учреждения, а имущество государственного и муниципального учреждения всецело подчинено режиму права оперативного управления.

В этой связи предлагается в п. 2 ст. 298 ГК РФ внести следующие изменения: "Если в соответствии с учредительными документами учреждению предоставлено право осуществлять приносящую доходы деятельность, то доходы, полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет таких доходов имущество подчиняются режиму, установленному п. 2 ст. 299 настоящего Кодекса".

Внести в ГК РФ ст. 298 ГК РФ части 3 и 4 следующего содержания:

"3. Негосударственное учреждение в отношении закрепленного за ним имущества осуществляет в пределах, установленных законом, подзаконным нормативным актом или учредительным (уставным) документом, в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением имущества права владения, пользования и распоряжения им.

4. Учредительными (уставными) документами может быть предусмотрено право собственности негосударственного учреждения в отношении имущества, выделенного ему учредителем, а также в отношении доходов и имущества, приобретенных в результате приносящей доходы деятельности".

Предлагаемый в настоящей работе подход представляется наиболее приемлемым в аспекте его дальнейшего практического применения.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В настоящее время вещные права находятся в центре внимания отечественной науки гражданского права. Чем ближе то или иное вещное право к стержню системы вещных прав - праву собственности - тем более велика его роль. Значение вещного права как частноправового средства регулирования общественных отношений возрастает при условии, что законодатель предназначил его не только для формирования цивилизованной рыночной экономики, но и для опосредования отношений по обеспечению и защите общественно-полезных интересов, в том числе для реализации права государственной и муниципальной собственности. Таковы право хозяйственного ведения и право оперативного управления - вещные права, призванные служить правовым механизмом управления имуществом собственника, не ставящего перед собой цель максимального извлечения прибыли в качестве единственной и первостепенной. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления неоднократно были предметом пристального внимания исследователей. Однако, специфика отношения государства к степени свободы регулирования гражданского оборота на конкретном историческом отрезке времени, объем правомочий, включенных в право хозяйственного ведения и право оперативного управления в конкретный период, часто отодвигали на второй план их предназначение, не отражали их правовую сущность и определенное единство одного и другого, а также права собственности. Названные два вещных права в результате нередко именуются «ограниченными вещными правами» и таким образом оказываются поставленными ближе к сервитутам и известным правам землепользования (право постоянного (бессрочного) пользования, право пожизненного наследуемого владения), нежели к праву собственности.

В силу ст. 18 и 48 ГК РФ недопустимо в рамках российской правовой системы любое сочетание у одного субъекта права двух и более вещных прав обособления собственного имущества. Из этого следует, в частности, невозможность наличия у любого собственника права хозяйственного ведения на какое-либо имущество, недопустимость принадлежности учреждению - субъекту права оперативного управления - вещи на праве собственности, на праве хозяйственного ведения.

Объектами права хозяйственного ведения и права оперативного управления может быть любое имущество, способное быть объектом права собственности (в той степени, в которой противоположное прямо не предусмотрено законом).

1. Доходы унитарных предприятий и учреждений, в том числе, арендная плата за имущество, находящееся в хозяйственном ведении, оперативном управлении, принадлежат указанным лицам на соответствующих вещных правах и не могут относиться к имуществу казны соответствующего публичного образования. Изъятие указанных доходов (в отличие от части прибыли унитарных предприятий, в соответствии с п. 1 ст. 295 ГК) нарушает право хозяйственного ведения (оперативного управления) унитарного предприятия (учреждения). Нормы бюджетного законодательства, устанавливающие отнесение к доходам бюджетов поступлений от использования государственного и муниципального имущества (в том числе от сдачи его в аренду), до их уточнения должны толковаться ограничительно. К названным доходам могут быть отнесены исключительно поступления от использования казенного имущества.

2. Право самостоятельного распоряжения учреждения имуществом является самостоятельным вещным правом, которое не укладывается ни в рамки права оперативного управления, ни права хозяйственного ведения, ни тем более права собственности.

3. В ГК следует четко сформулировать название данного права, например, "право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом", определив его как особое ограниченное вещное право, обладателем которого может быть только учреждение, и раскрыв его содержание с учетом целевой правоспособности учреждения.

4. Следует дополнить наименование главы 19 ГК, включив в него помимо права хозяйственного ведения и права оперативного управления также право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом.

5. Целесообразно дополнить ст. 9 «Частные учреждения» Закона о некоммерческих организациях правом учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом с определением содержания и ограничений данного права.

6. Следует законодательно закрепить необходимость государственной регистрации права учреждения на самостоятельное распоряжение в отношении недвижимого имущества.

7. Желательно принятие Пленумом Высшего Арбитражного Суда РФ разъяснений по вопросам имущественных прав учреждения и особенностям его гражданско-правовой ответственности по своим обязательствам.

8. В отношении учреждений, созданных юридическими и физическими лицами, необходимо ввести дифференцированный режим, предоставив таким учреждениям возможность владения имуществом на праве собственности. При этом состав такого имущества и порядок приобретения права собственности на имущество, полученное в результате предпринимательской и иной, приносящей доход деятельности, должен быть определен самим собственником учреждения - юридическим или физическим лицом - в уставных (учредительных) документах в пределах, установленных ГК РФ. Такое разрешение проблемы не наносит ущерба общепринятой концепции понимания юридического лица, созданного в организационно-правовой форме учреждения, т.к. собственник самостоятельно решает вопросы правового режима имущества учреждения, а имущество государственного и муниципального учреждения всецело подчинено режиму права оперативного управления.

В этой связи предлагается в п. 2 ст. 298 ГК РФ внести следующие изменения: "Если в соответствии с учредительными документами учреждению предоставлено право осуществлять приносящую доходы деятельность, то доходы, полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет таких доходов имущество подчиняются режиму, установленному п. 2 ст. 299 настоящего Кодекса".

9. Дополнить ст. 298 ГК РФ ч.2 и 3 следующего содержания:

"3. Негосударственное учреждение в отношении закрепленного за ним имущества осуществляет в пределах, установленных законом, подзаконным нормативным актом или учредительным (уставным) документом, в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением имущества права владения, пользования и распоряжения им.

4. Учредительными (уставными) документами может быть предусмотрено право собственности негосударственного учреждения в отношении имущества, выделенного ему учредителем, а также в отношении доходов и имущества, приобретенных в результате приносящей доходы деятельности".


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Нормативно-правовые акты

1. Конституция Российской Федерации [Текст]: офиц. текст. от 12.12.1993 г. // Российская газета. – 1993. – № 237.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) [Текст]: [Федеральный закон № 51-ФЗ, принят 30.11.1994 г., по состоянию на 24.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1994. – № 32. – Ст. 3301.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) [Текст]: [Федеральный закон № 14-ФЗ, принят 26.01.1996 г., по состоянию на 14.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 5. – Ст. 410.

4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) [Текст]: [Федеральный закон № 146-ФЗ, принят 26.11.2001 г., по состоянию на 30.06.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2001. – № 49. – Ст. 4552.

5. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации [Текст]: [Федеральный закон № 138-ФЗ, принят 14.11.2002 г., по состоянию на 22.11.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 46. – Ст. 4532.

6. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации [Текст]: [Федеральный закон № 95-ФЗ, принят 24.07.2002 г., по состоянию на 03.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 30. – Ст. 3012.

7. Об исполнительном производстве [Текст]: [Федеральный закон № 229-ФЗ, принят 02.10.2007 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2007. – № 41. – Ст. 4849.

8. Об информации, информационных технологиях и о защите информации [Текст]: [Федеральный закон № 149-ФЗ, принят 27.07.2006 г.] // Собрание законодательства РФ. – 2006. – № 31 (1 ч.). – Ст. 3448.

9. О государственных и муниципальных унитарных предприятиях [Текст]: [Федеральный закон № 161-ФЗ, принят 14.11.2002 г., по состоянию на 01.12.2007] // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 48. – Ст. 4746.

10. О приватизации государственного и муниципального имущества [Текст]: [Федеральный закон № 178-ФЗ, принят 21.12.2001 г., по состоянию на 24.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 4. – Ст. 251.

11. О почтовой связи [Текст]: [Федеральный закон № 176-ФЗ, принят 17.07.1999 г., по состоянию на 23.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 29. – Ст. 3697.

12. О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения [Текст]: [Федеральный закон № 52-ФЗ, принят 30.03.1999 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 14. – Ст. 1650.

13. О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним [Текст]: [Федеральный закон № 122-ФЗ, принят 21.07.1997 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1997. – № 30. – Ст. 3594.

14. О высшем и послевузовском профессиональном образовании [Текст]: [Федеральный закон № 125-ФЗ, принят 22.08.1996 г., по состоянию на 25.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 35. – Ст. 4135.

15. О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности [Текст]: [Федеральный закон № 10-ФЗ, принят 12.01.1996 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 148.

16. О некоммерческих организациях [Текст]: [Федеральный закон № 7-ФЗ, принят 12.01.1996 г., по состоянию на 24.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 145.

17. О государственном оборонном заказе [Текст]: [Федеральный закон № 213-ФЗ, принят 27.12.1995 г., по состоянию на 01.12.2007] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 1. – Ст. 6.

18. Об общественных объединениях [Текст]: [Федеральный закон № 82-ФЗ, принят 19.05.1995 г., по состоянию на 23.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 21. – Ст. 1930.

19. Об образовании [Текст]: [Закон РФ № 3266-1, принят 10.07.1992 г., по состоянию на 25.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 150.

20. О гарантиях местного самоуправления в Российской Федерации [Текст]: [Указ Президента РФ № 2265, от 22.12.1993г.] // Собрание актов Президента и Правительства РФ. – 1993. – № 52. – Ст. 5071.

21. О полномочиях федеральных органов исполнительной власти по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия [Текст]: [Постановление Правительства РФ № 739, от 03.12.2004 г., по состоянию на 29.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2004. – № 50. – Ст. 5074.

22. О реализации федеральными органами исполнительной власти полномочий по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия [Текст]: [Постановление Правительства РФ № 333 от 06.06.2003 г., по состоянию на 29.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2003. – № 24. – Ст. 2327.

23. Вопросы государственной регистрации прав на недвижимое имущество, находящееся в федеральной собственности [Текст]: [Постановление Правительства РФ № 648, от 31.08.2000 г., по состоянию на 31.10.2002] // Собрание законодательства РФ. – 2000. – № 37. – Ст. 3718.

24. Об утверждении примерного устава федерального государственного унитарного предприятия [Текст]: [Распоряжение Минимущества РФ № 6945-р, от 11.12.2003 г.] // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. – 2004. – № 8. – С. 23.

25. Об утверждении Перечня документов, представляемых федеральным государственным унитарным предприятием для получения согласия на совершение сделок, предусмотренных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.06.2003 № 333 [Текст]: [Распоряжением Минимущества РФ № 3142-р, от 15.07.2003 г.] // Российская газета. – 2003. – № 159. – С. 14.

Научная и учебная литература

26. Авилов Г.Е., Суханов Е.А. Юридические лица в современном российском гражданском праве [Текст] // Вестник гражданского права. – 2006. – № 1. – С. 26.

27. Беднов О.В. Правовые основы создания государственных унитарных предприятий в Российской Федерации [Текст] // Безопасность бизнеса. – 2006. – № 2. – С. 26.

28. Беднов О.В. Правовые проблемы реорганизации государственных унитарных предприятий в России [Текст] // Государственная власть и местное самоуправление. – 2008. – № 6. – С. 25.

29. Болдырев В.А. О юридических лицах публичного права [Текст] // Журнал российского права. – 2008. – № 11. – С. 19.

30. Витрянский В.В. Гражданский кодекс о юридических лицах [Текст] // Вестник ВАС РФ. – 1995. – № 5. – С.34.

31. Витрянский В.В. Новый гражданский кодекс и судебная практика [Текст] // Хозяйство и право. – 1995. – № 7. – С. 65.

32. Гражданское право. Учебник. Часть 1. [Текст] / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 2008. – 834 с.

33. Гражданское право: В 2 т. Том 1: Учебник [Текст] / Отв. ред. Суханов Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – 842 с.

34. Григорьева Н.С. Правовой режим имущества автономных учреждений [Текст] // Юрист. – 2008. – № 8. – С. 34.

35. Грось Л.А. Взаимоотношения публично-правовых образований – собственников и учредителей – с учреждениями или унитарными предприятиями [Текст] // Журнал российского права. – 2001. – № 12. – С. 23.

36. Грось Л.А., Ким В.Д. Проблемы правового регулирования управления публичной собственностью (анализ правовых актов Российской Федерации и Хабаровского края) [Текст] // Экономическое правосудие на Дальнем Востоке России. – 2005. – № 5. – С. 34.

37. Дворецкий И.Х. Латинско-русский словарь. [Текст] – М., Русский язык. 1976. – 1568 с.

38. Долженко А.Н., Резников В.Б., Хохлова Н.Н. Судебная практика по гражданским делам. [Текст] – М., ПБОЮЛ. 2001. – 814 с.

39. Дрыга М.А. Административная правосубъектность государственных унитарных предприятий [Текст] // Финансовое право. – 2008. – № 6. – С.25.

40. Ершова И.В. Проблемы оперативного управления имуществом государственными учреждениями [Текст] // Юрист. – 2001. – № 6. – С. 32.

41. Есенина О. Изучаем закон [Текст] // ЭЖ-Юрист. – 2008. – № 16. – С. 8.

42. Карномазов А.И. Право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом [Текст] // Юрист. – 2008. – № 7. – С. 25.

43. Кастальский В. Ограниченные вещные права [Текст] // ЭЖ-Юрист. – 2008. – № 3. – С. 7.

44. Каширская Н.А. О практике применения статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации в части привлечения к субсидиарной ответственности собственника учреждения арбитражными судами Волго-Вятского округа [Текст] // Вестник ВАС РФ. – 2007. – № 2. – С. 112.

45. Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица [Текст] – М., Статут. 2005. – 658 с.

46. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации: Часть первая [Текст] / Отв. ред. Садиков О.Н. – М., Инфра-М. 2007. – 867 с.

47. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части третьей (Постатейный) [Текст] / Под ред. Абовой Т.Е., Богуславского М.М., Светланова А.Г. – М., Юрайт. 2008. – 882 с.

48. Комментарий к Закону Российской Федерации "Об образовании". [Текст] / Отв. ред. проф. Шкатулла В.И. – М., Юристъ. 2008. – 364 с.

49. Комментарий к Федеральному закону от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» [Текст] / Под ред. Дмитриева Ю.А. – М., Деловой двор. 2008. – 262 с.

50. Коробкин Н.А. Право хозяйственного ведения, право оперативного управления и потребительская кооперация [Текст] // Юрист. – 2008. – № 2. – С. 14.

51. Кряжевских К.П. Право оперативного управления и право хозяйственного ведения государственным имуществом. [Текст] – СПб., Юридический центр Пресс. 2007. – 478 с.

52. Леонова Г.Б. Унитарное предприятие как субъект гражданского права [Текст] // Законодательство. – 2001. – № 8. – С. 14.

53. Любимова Р.Н. Нужно ли заключать договоры о закреплении имущества на праве хозяйственного ведения и оперативного управления? [Текст] // Хозяйство и право. – 1995. – № 7. – С. 32.

54. Мадьярова А.В. Порядок перераспределения и разграничения государственного и муниципального имущества [Текст] // Журнал российского права. – 2008. – № 7. – С. 34.

55. Максимов В.А. Генезис института права хозяйственного ведения в российском праве [Текст] // История государства и права. – 2007. – № 5. – С. 34.

56. Матковский С.В. Правовые коллизии при распоряжении имуществом, находящимся на праве хозяйственного ведения [Текст] // Юрист. – 2007. – № 9. – С. 28.

57. Научно-практический комментарий к гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) [Текст] / Под ред. Мозолина В.П., Малеиной М.Н. – М., Норма. 2006. – 792 с.

58. Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса РФ для предпринимателей. [Текст] / Под общ. ред. Карповича В.Д. – М., Спарк. 1999. – 768 с.

59. Некоммерческие фонды и организации. Правовые аспекты. [Текст] / Под ред. Брагинского М.И. – М., Филинъ. 2007. – 432 с.

60. Петров Д.В. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления. [Текст] – СПб., Юридический центр пресс. 2008. – 512 с.

61. Попов В.В., Плехов Е.В. Распоряжение имуществом унитарного предприятия [Текст] // Закон. – 2008. – № 3. – С. 21.

62. Романец Ю.В. Участие в гражданском договоре субъектов, основанных на государственной или муниципальной собственности [Текст] // Законодательство. – 2008. – № 1. – С. 25.

63. Савкин С.Ф. Судебно-арбитражная практика по спорам, связанным с защитой права собственности и других вещных прав [Текст] // Вестник ВАС. – 1998. – № 10. – С. 66.

64. Савченко В.Е. Государственное предпринимательство в рыночной экономике. [Текст] – М., Юнити. 2000. – 398 с.

65. Сафиуллин Д.Н. Право собственности в СССР. [Текст] – М., Юридическая литература. 1989. – 674 с.

66. Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. [Текст] – М., Статут. 2004. – 532 с.

67. Степанов В.Г. Унитарное предприятие - пережиток прошлого или жертва несовершенной законодательной базы [Текст] // Юрист. – 2003. – № 5. – С. 23.

68. Судебная практика по хозяйственным делам [Текст] / Сост. канд. юрид. наук Ершова И.В. – М., Юриспруденция. 2005. – 568 с.

69. Суханов Е.А. Об ответственности государства по гражданско-правовым обязательствам [Текст] // Вестник ВАС РФ. – 2001. – № 3. – С. 123.

70. Суханов Е.А. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления [Текст] // Экономика и жизнь. – 1995. – № 27. – С. 9.

71. Хатунцев О.А. Право оперативного управления и право хозяйственного ведения в системе органов внутренних дел. [Текст] – М., Гардарика. 2008. – 348 с.

72. Хохлова Г. Отдельные вопросы согласования сделок с движимым имуществом унитарного предприятия [Текст] // Хозяйство и право. – 2005. – № 6. – С. 21.

Материалы юридической практики

73. О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации [Текст]: [Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8, от 01.07.1996 г.] // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1996. – № 9. – С. 48.

74. О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав [Текст]: [Постановление Пленума ВАС РФ № 8, от 25.02.1998 г.] // Вестник ВАС РФ. – 1998. – № 10. – С. 47.

75. Об обращении взыскания на имущество учреждения [Текст]: [Информационное письмо Президиума ВАС РФ № 45, от 14.07.1999 г.] // Вестник ВАС РФ. – 1999. – № 11. – С. 45.

76. О разрешении споров, связанных с применением законодательства о собственности [Текст]: [Информационное письмо ВАС РФ № С-13/ОП-171, от 31.07.1992 г.] // Вестник ВАС РФ. – 1993. – № 1. – С. 98-99.

77. Постановление ВАС РФ № 4013/07 от 26 сентября 2007 г. // Вестник ВАС РФ. – 2007. – № 12. – С. 52 - 53.

78. Постановление ВАС РФ № 4492/07 от 26 сентября 2007 г. // Вестник ВАС РФ. – 2007. – № 12. – С. 21 - 23.

79. Постановление ВАС РФ № 4013/06 от 26 сентября 2006 г. // Вестник ВАС РФ. – 2006. – № 12. – С. 52 - 53.

80. Постановление ФАС Поволжского округа от 19.07.2007 г. № А55–11534/06-25 // Вестник ВАС РФ. – 2008. – № 1. – С. 23.

81. Постановление ФАС Поволжского округа от 08.02.2005 г. № А55-3228/04-8 // Вестник ВАС РФ. – 2005. – № 8. – С. 31.


[1] Петров Д.В. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления. [Текст] – СПб., Юридический Центр Пресс. 2008. – С. 23.

[2] Суханов Е.А. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления [Текст] // Экономика и жизнь. – 1995. – № 27. – С. 9.

[3] Витрянский В.В. Новый гражданский кодекс и судебная практика [Текст] // Хозяйство и право. – 1995. – № 7. – С. 65.

[4] Сафиуллин Д.Н. Право собственности в СССР. [Текст] – М., Юридическая литература. 1989. – С. 105 - 107.

[5] Ведомости СНД и ВС СССР. – 1990. – № 11. – Ст. 164.

[6] Ведомости СНД и ВС РСФСР. – 1990. – № 30. – Ст. 416.

[7] Болдырев В.А. О юридических лицах публичного права [Текст] // Журнал российского права. – 2008. – № 11. – С. 19.

[8] Максимов В.А. Генезис института права хозяйственного ведения в российском праве [Текст] // История государства и права. – 2007. – № 5. – С. 34.

[9] Авилов Г.Е., Суханов Е.А. Юридические лица в современном российском гражданском праве [Текст] // Вестник гражданского права. – 2006. – № 1. – С. 26.

[10] Судебная практика по хозяйственным делам [Текст] / Сост. канд. юрид. наук Ершова И.В. М., Юриспруденция. 2005. – С. 143-144.

[11] Матковский С.В. Правовые коллизии при распоряжении имуществом, находящимся на праве хозяйственного ведения [Текст] // Юрист. – 2007. – № 9. – С. 28.

[12] Пункт 40 О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации [Текст]: [Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8, от 01.07.1996 г.] // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1996. – № 9. – С. 48.

[13] Об образовании [Текст]: [Закон РФ № 3266-1, принят 10.07.1992 г., по состоянию на 25.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 150.

[14] Долженко А.Н., Резников В.Б., Хохлова Н.Н.Судебная практика по гражданским делам. [Текст] – М., ПБОЮЛ. 2001. – С. 614-616.

[15] Дворецкий И.Х.Латинско-русский словарь. [Текст] – М., Русский язык. 1976. – С. 1047.

[16] О государственных и муниципальных унитарных предприятиях [Текст]: [Федеральный закон № 161-ФЗ, принят 14.11.2002 г., по состоянию на 01.12.2007] // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 48. – Ст. 4746.

[17] Беднов О.В. Правовые проблемы реорганизации государственных унитарных предприятий в России [Текст] // Государственная власть и местное самоуправление. – 2008. – № 6. – С. 25.

[18] Дрыга М.А. Административная правосубъектность государственных унитарных предприятий [Текст] // Финансовое право. – 2008. – № 6. – С. 25.

[19] Беднов О.В. Правовые основы создания государственных унитарных предприятий в Российской Федерации [Текст] // Безопасность бизнеса. – 2006. – № 2. – С. 26.

[20] О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности [Текст]: [Федеральный закон № 10-ФЗ, принят 12.01.1996 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 148.

[21] О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения [Текст]: [Федеральный закон № 52-ФЗ, принят 30.03.1999 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 14. – Ст. 1650.

[22] Об информации, информационных технологиях и о защите информации [Текст]: [Федеральный закон № 149-ФЗ, принят 27.07.2006 г.] // Собрание законодательства РФ. – 2006. – № 31 (1 ч.). – Ст. 3448.

[23] О почтовой связи [Текст]: [Федеральный закон № 176-ФЗ, принят 17.07.1999 г., по состоянию на 23.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 29. – Ст. 3697.

[24] О некоммерческих организациях [Текст]: [Федеральный закон № 7-ФЗ, принят 12.01.1996 г., по состоянию на 24.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 145.

[25] Об общественных объединениях [Текст]: [Федеральный закон № 82-ФЗ, принят 19.05.1995 г., по состоянию на 23.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1995. – № 21. – Ст. 1930.

[26] Хатунцев О.А. Право оперативного управления и право хозяйственного ведения в системе органов внутренних дел. [Текст] – М., Гардарика. 2008. – С. 20.

[27] Грось Л.А., Ким В.Д. Проблемы правового регулирования управления публичной собственностью (анализ правовых актов Российской Федерации и Хабаровского края) [Текст] // Экономическое правосудие на Дальнем Востоке России. – 2005. – № 5. – С. 34.

[28] Постановление ФАС Поволжского округа от 19.07.2007 г. № А55–11534/06-25 // Вестник ВАС РФ. – 2008. – № 1. – С. 23.

[29] Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. [Текст] – М., Статут. 2004. – С. 155.

[30] Любимова Р.Н. Нужно ли заключать договоры о закреплении имущества на праве хозяйственного ведения и оперативного управления? [Текст] // Хозяйство и право. – 1995. – № 7. – С. 32.

[31] Ершова И.В. Проблемы оперативного управления имуществом государственными учреждениями [Текст] // Юрист. – 2001. – № 6. – С. 32.

[32] Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1996. – № 9. – С. 48.

[33] Леонова Г.Б. Унитарное предприятие как субъект гражданского права [Текст] // Законодательство. – 2001. – № 8. – С. 14.

[34] Витрянский В.В. Гражданский кодекс о юридических лицах [Текст] // Вестник ВАС РФ. – 1995. – № 5. – С.34.

[35] Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. [Текст] – М., Статут. 2004. – С. 329.

[36] О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним [Текст]: [Федеральный закон № 122-ФЗ, принят 21.07.1997 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1997. – № 30. – Ст. 3594.

[37] Вопросы государственной регистрации прав на недвижимое имущество, находящееся в федеральной собственности [Текст]: [Постановление Правительства РФ № 648, от 31.08.2000 г., по состоянию на 31.10.2002] // Собрание законодательства РФ. – 2000. – № 37. – Ст. 3718.

[38] Постановление ФАС Поволжского округа от 08.02.2005 г. № А55-3228/04-8 // Вестник ВАС РФ. – 2005. – № 8. – С. 31.

[39] О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав [Текст]: [Постановление Пленума ВАС РФ № 8, от 25.02.1998 г.] // Вестник ВАС РФ. – 1998. – № 10. – С. 47.

[40] О гарантиях местного самоуправления в Российской Федерации [Текст]: [Указ Президента РФ № 2265, от 22.12.1993г.] // Собрание актов Президента и Правительства РФ. – 1993. – № 52. – Ст. 5071.

[41] Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица [Текст] – М., Статут. 2005. – С. 123.

[42] Мадьярова А.В. Порядок перераспределения и разграничения государственного и муниципального имущества [Текст] // Журнал российского права. – 2008. – № 7. – С. 34.

[43] Гражданское право. Учебник Ч. 1. [Текст] / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 2008. – С256.

[44] Петров Д.В. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления. [Текст] – СПб., Юридический центр пресс. 2008. – С.56.

[45] Коробкин Н.А. Право хозяйственного ведения, право оперативного управления и потребительская кооперация [Текст] // Юрист. – 2008. – № 2. – С. 14.

[46] Савченко В.Е. Государственное предпринимательство в рыночной экономике. [Текст] – М., Юнити. 2000. – С.81.

[47] Петров Д.В. Право хозяйственного ведения и право оперативного управления. [Текст] – СПб., Юридический центр пресс. 2008. – С.23.

[48] Коробкин Н.А. Право хозяйственного ведения, право оперативного управления и потребительская кооперация [Текст] // Юрист. – 2008. – № 2. – С. 14.

[49] Там же.

[50] Степанов В.Г. Унитарное предприятие - пережиток прошлого или жертва несовершенной законодательной базы [Текст] // Юрист. – 2003. – № 5. – С. 23.

[51] Об утверждении примерного устава федерального государственного унитарного предприятия [Текст]: [Распоряжение Минимущества РФ № 6945-р, от 11.12.2003 г.] // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. – 2004. – № 8. – С. 23.

[52] Романец Ю.В. Участие в гражданском договоре субъектов, основанных на государственной или муниципальной собственности [Текст] // Законодательство. – 2008. – № 1. – С. 25.

[53] Кряжевских К.П. Право оперативного управления и право хозяйственного ведения государственным имуществом. [Текст] – СПб., Юридический центр Пресс. 2007. – С. 185.

[54] Попов В.В., Плехов Е.В. Распоряжение имуществом унитарного предприятия [Текст] // Закон. – 2008. – № 3. – С. 21.

[55] Гражданское право. Учебник. Т. 1. [Текст] / Под ред. Суханова Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – С. 211; Научно-практический комментарий к части первой Гражданского кодекса РФ для предпринимателей. [Текст] / Под общ. ред. Карповича В.Д. – М., Спарк. 1999. – С. 119.

[56] Грось Л.А. Взаимоотношения публично-правовых образований – собственников и учредителей – с учреждениями или унитарными предприятиями [Текст] // Журнал российского права. – 2001. – № 12. – С. 23.

[57] Хохлова Г. Отдельные вопросы согласования сделок с движимым имуществом унитарного предприятия [Текст] // Хозяйство и право. – 2005. – № 6. – С. 21.

[58] Есенина О. Изучаем закон [Текст] // ЭЖ-Юрист. – 2008. – № 16. – С. 8.

[59] Хохлова Г. Отдельные вопросы согласования сделок с движимым имуществом унитарного предприятия [Текст] // Хозяйство и право. – 2005. – № 6. – С. 21.

[60] О государственном оборонном заказе [Текст]: [Федеральный закон № 213-ФЗ, принят 27.12.1995 г., по состоянию на 01.12.2007] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 1. – Ст. 6.

[61] О приватизации государственного и муниципального имущества [Текст]: [Федеральный закон № 178-ФЗ, принят 21.12.2001 г., по состоянию на 24.07.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 4. – Ст. 251.

[62] Кастальский В. Ограниченные вещные права [Текст] // ЭЖ-Юрист. – 2008. – № 3. – С. 7.

[63] Степанов В.Г. Унитарное предприятие - пережиток прошлого или жертва несовершенной законодательной базы [Текст] // Юрист. – 2003. – № 5. – С. 23.

[64] Попов В.В., Плехов Е.В. Распоряжение имуществом унитарного предприятия. [Текст] // Закон. – 2008. – № 3. – С. 21.

[65] О полномочиях федеральных органов исполнительной власти по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия [Текст]: [Постановление Правительства РФ № 739, от 03.12.2004 г., по состоянию на 29.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2004. – № 50. – Ст.5074.

[66] О реализации федеральными органами исполнительной власти полномочий по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия [Текст]: [Постановление Правительства РФ № 333 от 06.06.2003 г., по состоянию на 29.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2003. – № 24. – Ст. 2327.

[67] Об утверждении Перечня документов, представляемых федеральным государственным унитарным предприятием для получения согласия на совершение сделок, предусмотренных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.06.2003 № 333 [Текст]: [Распоряжением Минимущества РФ № 3142-р, от 15.07.2003 г.] // Российская газета. – 2003. – № 159. – С. 14.

[68] Ведомости СНД СССР и ВС СССР. – 1990. – № 30. – Ст. 416.

[69] Ведомости СНД СССР и ВС СССР. – 1991. – № 26. – Ст. 733.

[70] Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 150.

[71] О высшем и послевузовском профессиональном образовании [Текст]: [Федеральный закон № 125-ФЗ, принят 22.08.1996 г., по состоянию на 25.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 35. – Ст. 4135.

[72] Карномазов А.И. Право учреждения на самостоятельное распоряжение имуществом [Текст] // Юрист. – 2008. – № 7. – С. 25.

[73] Комментарий к Закону Российской Федерации "Об образовании". [Текст] / Отв. ред. проф. Шкатулла В.И. – М., Юристъ. 2008. – С. 298 - 299.

[74] О разрешении споров, связанных с применением законодательства о собственности [Текст]: [Информационное письмо ВАС РФ № С-13/ОП-171, от 31.07.1992 г.] // Вестник ВАС РФ. – 1993. – № 1. – С. 98-99.

[75] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации: Часть первая [Текст] / Отв. ред. Садиков О.Н. – М., Инфра-М. 2007. – С. 321.

[76] Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части третьей (Постатейный) [Текст] / Под ред. Абовой Т.Е., Богуславского М.М., Светланова А.Г. – М., Юрайт. 2008. – С. 366.

[77] Гражданское право: В 2 т. Том 1: Учебник [Текст] / Отв. ред. Суханов Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – С. 609.

[78] Суханов Е.А. Об ответственности государства по гражданско-правовым обязательствам [Текст] // Вестник ВАС РФ. – 2001. – № 3. – С. 123.

[79] Гражданское право: В 2 т. Том 1: Учебник [Текст] / Отв. ред. Суханов Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – С. 608.

[80] Научно-практический комментарий к гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) [Текст] / Под ред. Мозолина В.П., Малеиной М.Н. – М., Норма. 2006. – С. 253.

[81] Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 145.

[82] Гражданское право: В 2 т. Том 1: Учебник [Текст] / Отв. ред. Суханов Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – С. 607.

[83] Некоммерческие фонды и организации. Правовые аспекты. [Текст] / Под ред. Брагинского М.И. – М., Филинъ. 2007. – С. 180.

[84] Гражданское право. Учебник. Часть 1. [Текст] / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М., Проспект. 2008. – С. 288, 357.

[85] Савкин С.Ф. Судебно-арбитражная практика по спорам, связанным с защитой права собственности и других вещных прав [Текст] // Вестник ВАС. – 1998. – № 10. – С. 66.

[86] Гражданское право: В 2 т. Том 1: Учебник [Текст] / Отв. ред. Суханов Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – С. 608.

[87] Гражданское право: В 2 т. Том 1: Учебник [Текст] / Отв. ред. Суханов Е.А. – М., Волтерс Клувер. 2008. – С. 609.

[88] Об обращении взыскания на имущество учреждения [Текст]: [Информационное письмо Президиума ВАС РФ № 45, от 14.07.1999 г.] // Вестник ВАС РФ. – 1999. – № 11. – С. 45.

[89] Постановление ВАС РФ № 4013/07 от 26 сентября 2007 г. // Вестник ВАС РФ. – 2007. – № 12. – С. 52 - 53.

[90] Постановление ВАС РФ № 4492/07 от 26 сентября 2007 г. // Вестник ВАС РФ. – 2007. – № 12. – С. 21 - 23.

[91] Григорьева Н.С. Правовой режим имущества автономных учреждений [Текст] // Юрист. – 2008. – № 8. – С. 34.

[92] Об исполнительном производстве [Текст]: [Федеральный закон № 229-ФЗ, принят 02.10.2007 г., по состоянию на 30.12.2008] // Собрание законодательства РФ. – 2007. – № 41. – Ст. 4849.

[93] Комментарий к Федеральному закону от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» [Текст] / Под ред. Дмитриева Ю.А. – М., Деловой двор. 2008. – С. 144.

[94] Каширская Н.А. О практике применения статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации в части привлечения к субсидиарной ответственности собственника учреждения арбитражными судами Волго-Вятского округа [Текст] // Вестник ВАС РФ. – 2007. – № 2. – С. 112.

[95] Суханов Е.А. Об ответственности государства по гражданско-правовым обязательствам [Текст] // Вестник ВАС РФ. – 2001. – № 3. – С. 123.

[96] Постановление ВАС РФ № 4013/06 от 26 сентября 2006 г. // Вестник ВАС РФ. – 2006. – № 12. – С. 52 - 53.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий