Опека и попечительство по римскому праву (стр. 1 из 3)

Содержание:

Введение

1. Правоспособность и дееспособность

2. Юридическое содержание опеки и роль опекуна

3. Юридическая защита подопечного

4. Виды опеки

5. Попечительство по закону XII таблиц и по решению претора

6. Сущность попечительства. Конструкция управления имуществом (administratiobonorum)

7. Сближение институтов опеки и попечительства в постклассический период

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Необходимость оказания содействия в осуществлении и защите прав и законных интересов лиц, не обладающих дееспособностью или обладающих ею не в полном объеме, была осознана достаточно давно: так, множество источников свидетельствуют о подробной регламентации соответствующих отношений в римском частном праве[1] .

Однако, соотношение опеки над личностью и опеки над имуществом не всегда можно было четко установить. Из истории римского права «известно, что первоначально опека и попечительство имели характер власти — potestas и сводились к праву опекуна заведовать имуществом опекаемого».

В римском праве, лицо sui iuris в связи с возрастом, состоянием здоровья или некоторым особым положением могло нуждаться в помощи и охране при осуществлении своей гражданской правоспособности. Этим целям служили в римском праве опека (tutela) над несовершеннолетними, над расточителями, а также рано утратившая практическое значение опека над женщинами и попечительство (cura) над безумными, над так называемыми минорами (т.е. не достигшими 25 лет), над расточителями.

«Римский институт опеки над лицами, страждущими умственным расстройством, примиряет, насколько возможно, потребности имущественного оборота с неприкосновенностью частной деятельности граждан»[2] .

Подведомственность духовной власти дел об опеке и попечительстве логично вытекала из применения «Греко-римских законов, изложенных в памятниках Греко-римского законодательства, входящих в состав Кормчих книг, то есть Эклоге и Прохироне».[3]

Цель работы – раскрыть особенности опеки и попечительства по римскому праву.

В соответствии с целью в работе ставятся следующие задачи:

- дать понятие право- и дееспособности как качества субъекта права;

- раскрыть юридическое содержание и виды опеки;

- показать особенности юридической защиты подопечного;

- изучить особенности попечительства по закону XII таблиц и по решению претора.

1. Правоспособность и дееспособность

Институты опеки (tutela) и попечительства (сига — надзор, забота) связаны с категорией дееспособности: правоспособные лица, в отношении которых право усматривает общий дефект формирования воли, связанный с половозрастными и психическими особенностями личности, и соответствующую неспособность к распоряжению (auctoritas— способность быть auctor, субъектом юридического деяния), ставятся под опеку или под надзор дееспособного лица, которое, восполняя указанный недостаток, способствует их участию в обороте.

Из тех лиц, что ни находятся во власти домовладыки, ни во мужа, ни маницпированы другому домовладыке, некоторые пребывают под опекой или под надзором, некоторые не ограничены ни тем, ни другим правом.

Правоспособность — качество субъекта права — признается за человеком с момента рождения, который устанавливается эмпирически. Известно, что последователи Лабеона считали необходимым показателем момента рождения крик новорожденного (emitterevocem), тогда как авторы другой школы признавали любое иное проявление жизни. Рождение урода (monstrum, portentum, ostentum, prodigium, debilis) не считалось юридически значимым событием; однако если отклонение от нормы (contraformamhumanigeneris) было терпимым, уродец рассматривается как persona.

Хотя момент зачатия принимается во внимание для определения статуса новорожденного, сам зачатый (conceptus, venter, uter) не считается субъектом права. Если существование плода иногдаприравнивается к естественному бытию человека, то ему с определенностью отказывается в социальном значении («inrebushumanisesse»). Однако в некоторых отношениях — например, при установлении наличия законных наследников — плод принимается во внимание, как если бы он существовал в социальном плане («perinde ас siinrebushumanisesset»). С целью охраны наследственных прав претор — по просьбе беременной матери — назначает попечителя плода (curatorventris) с задачей осуществлять управление имуществом (administratio), которое должен унаследовать ребенок в случае рождения. Во владение наследственным имуществом от имени плода (missioinpossessionemventrisnomine) могла быть введена сама мать, если новорожденный (postumus) претендовал на наследование вопреки завещанию (bonorumpossessiocontratabulas) как непринятый во внимание наследник первой очереди.

2. Юридическое содержание опеки и роль опекуна

У малолетнего, если он являлся personasuiiuris, отсутствие дееспособности до достижения совершеннолетия компенсировалось обязательным участием в сделках на его стороне зрелого мужчины — опекуна (tutelaimpuberum). Женщина suiiuris ставилась под опеку (tutelamulierum) независимо от возраста. Объясняя этот порядок, Гай со ссылкой на республиканских юристов (veteres) говорит о присущем женщинам легкомыслии («levitasanimi»; «inhrmitasconsilii»). Эта трактовка отражает внимание к волевой основе личности.

Для совершения юридически значимого действия лицом под опекой требуется одобрение и утверждение акта со стороны опекуна — auctoritatisinterpositio. Auctor (действующим лицом) юридического акта со стороны опекаемого считается опекун. Однако взрослая женщина нуждается в auctoritas опекуна лишь для составления завещания, отчуждения resmancipi и установления узуфрукта (поскольку для этого необходима iniurecessio), а также для совершения stipulatio и acceptilatio, тогда как малолетний — при совершении любого акта, связанного с установлением обязательства[4] . Трактовка обязательства малолетнего из сделки, заключенной без auctoritas опекуна, как obligationaturalis (натурального обязательства) относится к более позднему времени и не отрицает недействительность такой сделки, хотя более и не полагает ее ничтожной.

Более того, если опекуном женщины выступает лицо, отличное от агнатического родственника (не tutorlegitimus), его роль принимает в предклассическую эпоху символический характер, поскольку он даже против своей воли может быть принужден претором дать auctoritas (auctorfieri). Сообщая об этой особенности, Гай критикует распространенное убеждение в легкомыслии женщин («vulgocreditur»), которые якобы нуждаются в защите, чтобы избежать обмана, подобно малолетним. На деле же женщина, которой оставались недоступны цивильные сделки без содействия опекуна, подчас действовала вполне прагматично. Так, в рассказе Ливия о событиях II в. до н.э. вольноотпущенница испрашивает у магистратов опекуна после смерти ее патрона (когда она вышла из-под опеки) с тем, чтобы составить завещание.

Практика, таким образом, показывает, что институт опеки нацелен именно на компенсацию дефекта дееспособности, определяемого формально, тогда как обоснования, исходящие из психических особенностей лиц, поставленных под опеку, вторичны. С таким заключением согласуется и различие функций опекуна в зависимости от возраста подопечного.

Опекун с необходимостью принимает на себя общее управление имуществом (bonorumadministratio) младенца, infans, а также в случае отсутствия подопечного, когда даже ведение дел (gestio) женщины оказывается у опекуна. В этой ситуации наблюдается функциональное деление собственности, когда статичным и абстрактным собственником имущества является опекаемый, а его распорядителем и управляющим — опекун. Реальные права опекуна определяются, однако, лишь недееспособностью подопечного. После достижения совершеннолетия он выходит из-под опеки и оказывается собственником в полном объеме без какого-либо формального акта по передаче права; после смерти опекуна его наследники не имеют на имущество опекаемого никаких прав, сохраняя лишь ответственность в объеме обогащения наследодателя-опекуна перед подопечным[5] .

3. Юридическая защита подопечного

Природа опеки, состоящая в восполнении юридически значимого дефекта личности, выражена в определении, данном в предклассический период Сервием Сульпицием Руфом: « vis ас potestas in capite libero » («сила и власть в отношении Iсвободного человека»). Юридический смысл этой формулы в том,что опекун выступает однопорядковым с опекаемым, лицом suiiuris (наделенным potestas), участником в формировании юридически полноценного субъекта. Под опекой может состоять только самовластное лицо, поэтому potestas, которой наделен опекун в отношении личности («incapite») опекаемого, не отрицает, а подтверждает его свободу, указывая на уровень согласования правомочий. Участие опекуна не ограничивается контролем за принятием решений или управлением имуществом несовершеннолетнего или женщины — опекун обеспечивает полноту статуса автономного субъекта правового общения, обогащая его способностью к юридически значимому распоряжению своим имуществом. Именно так следует понимать уподобление опекуна собственнику («dominiloco»).

Отношения опеки строятся на основе fides— личной связи, воспринимаемой в сфере оборота как единство persona участников. Поэтому опекун приобретает владение и собственность непосредственно в пользу подопечного, а также может отчуждать вещи подопечного. Опекун, который обратил приобретения, сделанные на средства подопечного, в свою пользу, отвечает перед ним по преторским искам, построенным по аналогии (actionesutiles) с исками о собственности или о возврате денег.

Нарушение fides опекуном характеризуется как «fraus» -— «коварство» и карается по закону XII таблиц о преступлении опекуна, вызывающего подозрения — crimensuspectitutoris.

Говоря об обвинении опекуна (accusatiosuspectitutoris), Уль-пиан называет в качестве основания для подозрений dolus (злой умысел), который может проявляться в бесчинствах, скряжничестве, хитрости, пагубной для опекаемого, или в присвоении вещей последнего. Понятиями, параллельными «dolus-», называют «fraus» — «коварство» и «corruptafides» — «опороченную fides». Устранение опекуна сопровождалось бесчестьем — infamia.


Copyright © MirZnanii.com 2015-2018. All rigths reserved.