регистрация / вход

Ответственность за вред причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры, суда

Аспекты развития института гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда. Основания и порядок привлечения, анализ понятия "незаконные действия". Определение субъекта ответственности.

Содержание

Введение. 3

Глава 1. Исторические аспекты развития института гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда. 9

1.1 Развитие законодательства о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда 9

1.2 Современное состояние законодательной базы о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда. 19

Глава 2. Основания и порядок привлечения к гражданско-правовой отвественности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда. 28

2.1 Анализ понятия "незаконные действия" органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. 28

2.2 Характеристика условий, являющихся основанием привлечения к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда. 35

2.3 Порядок привлечения к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда 48

Глава 3. Проблемы применения положений о гражданско-правовой отвественности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда. 61

3.1 Определение субъекта ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда. 61

3.2 Анализ правоприменительной практики применения положений законодательства РФ о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда: проблемы и пути их решения. 74

Заключение. 91

Список использованной литературы.. 97

Введение

Актуальность темы исследования.

В условиях формирования правового государства на первый план выступает проблема строгого соблюдения конституционных прав и свобод человека и гражданина, которые неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения[1] .

В этой связи актуальное значение приобретают вопросы не только реализации гражданско-правового статуса гражданина, в целях обеспечения стабильности гражданского оборота, но и обеспечение правового положения личности в уголовном судопроизводстве, где применяются меры государственного принуждения, связанные с существенными ограничениями субъективных прав и свобод граждан и возможностью причинения им вреда незаконными действиями со стороны органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Известно, что конституционной основой деятельности указанных правоохранительных органов является строгое и неуклонное соблюдение законности, поэтому в их деятельности должны быть исключены случаи незаконного осуждения невиновных, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде и другие.

Публичный характер уголовно-процессуальной деятельности и причиняемого в ее сфере вреда предполагает и публичную ответственность государства перед своими гражданами. Государство должно регулировать поведение человека только в определенной мере, так, чтобы не затронуть его свободу и обеспечить общественные интересы.

"Если наступившие отрицательные последствия явились следствием государственно-публичной деятельности уполномоченных на то органов и должностных лиц (органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда), само государство должно выступать гарантом восстановления нарушенных прав и возместить причиненный ущерб"[2] .

Российское государство приняло на себя такую ответственность, провозгласив право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти и их должностных лиц (ст.53 Конституции РФ). Возмещение вреда гражданам, которые подверглись незаконному уголовному преследованию, является не единственным случаем, когда вред возмещается государством. Незаконные действия правоохранительных органов и суда при производстве по уголовным делам, при осуществлении правосудия, к сожалению, не стали чем-то исключительным и чрезвычайным.

О значимости этого явления в наши дни свидетельствуют множество оправдательных приговоров судов и решений (постановлений и определений) различного рода компетентных органов (в том числе вышестоящих судов) о прекращении производства по уголовным делам в связи с обстоятельствами, реабилитирующими гражданина в глазах общества.

Вместе с тем, как нам представляется, именно данный правовой институт сегодня, как никогда ранее, нуждается как в дополнительной правовой регламентации, так и в более пристальном внимании со стороны теоретиков. Каждый из нас может столкнуться с нарушением его прав со стороны органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, суда.

Проблемы ответственности государства за незаконные действия указанных выше органов и их должностных лиц породила различные точки зрения среди ученых и практиков, высказанные на многочисленных научно-практических конференциях, круглых столах, семинарах. Однако единой концепции по этому вопросу ни в теории, ни в практике до настоящего времени не выработано.

Анализ литературных источников в данном аспекте показал, что исследование проблем ответственности государства в сфере гражданского права в отечественной юриспруденции предпринимались в различные периоды становления российской государственности.

Первой нормой общего характера, решившей плохо ли, хорошо ли, но в принципе проблему гражданской ответственности государства за акты власти, в российском праве стала статья 407 Гражданского кодекса РСФСР 1922 г. Не подвергавшаяся никаким изменениям в течение сорока с лишним лет своего существования эта статья первого Гражданского кодекса России во многом предопределила последующие нормы советского и российского права на ту же тему.

Законотворчество 1977-1981 гг. в том, что касается возмещения вреда гражданину, с точки зрения буквы закона решило эту проблему почти полностью: конституцией и развивающими ее актами на государство было возложено возмещение ущерба, причиненного гражданину любыми незаконными действиями любых государственных организаций. В число таких действий впервые попал ряд властных действий органов дознания, следствия, прокуратуры и суда, затрагивающих неприкосновенность личности и ограничивающих ее свободу.

В постсоветский период развития нашего государства и до настоящего времени гражданско-правовой институт возмещения вреда прошел также сложный и довольно противоречивый путь своего развития.

Достигнутый тем самым прогресс в установлении гражданской ответственности государства за акты власти трудно переоценить.

Отдельные вопросы теории гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда рассматривались в трудах ряда таких ученых-цивилистов, как Б.С. Антимонова, Д.Б. Боброва, М.И. Брагинского, К.М. Варшавского, О.С. Иоффе, О.А. Красавчикова, А.А. Собчака, Ю.К. Толстого, Е.А. Флейшиц и других. Однако целостной концепции ответственности за ущерб, причиненный гражданину органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда до настоящего времени не выработано, что обусловлено рядом обстоятельств как объективного, так и субъективного порядка.

Все изложенное выше определяет актуальность темы, ее теоретическую и практическую значимость.

Целями настоящего исследования являются изучение проблемных вопросов гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, прокуратуры, суда, анализ законодательных актов, регламентирующих отношения, связанные с возмещением вреда в современных условиях правовой реформы в России, изучение исторического опыта гражданско-правовой ответственности.

Исходя из намеченных целей, в настоящей работе поставлены следующие основные задачи:

исследовать становление и развитие института гражданско-правовой ответственности за причинение вреда гражданину органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда;

провести анализ законов и других нормативных правовых актов, предусматривающих ответственность за вред, причиненный гражданину органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда на современном этапе;

осуществить анализ понятия "незаконные действия" органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда;

охарактеризовать условия, являющиеся основанием привлечения к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда;

рассмотреть порядок привлечения к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда;

раскрыть определение субъекта ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда;

проанализировать правоприменительную практики применения положений законодательства РФ о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда, рассмотреть проблемы и пути их решения.

Объектом исследования является система правоотношений, возникающих между органами и должностными лицами, осуществляющими производство по уголовному делу, и гражданином, в связи с реализацией им права на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями указанных органов и их должностных лиц.

Предметом исследования является теоретический анализ норм гражданского и уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих деятельность должностных лиц органов дознания и предварительного следствия.

Методологическую основу работу составляют современные методы теории познания, включая: исторический, сравнительно-правовой, логико-юридический, системно-структурный, формально-логический и другие.

Нормативную базу исследования составили международные правовые акты, Конституция РФ, федеральные законы, отраслевое законодательство. В работе также использованы решения Конституционного Суда Российской Федерации, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, постановления судебных коллегий субъектов Российской Федерации, комплексные нормативные акты, регулирующие вопросы ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Научная новизна работы заключается в том, что исследование представляет собой комплексное исследование, в котором осуществлена теоретическая разработка общей правовой концепции гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания и предварительного следствия; раскрыто ее историческое становление и развитие; выявлены особенности гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц.

Структура исследования: введение, три главы, список использованной литературы, заключение, приложения.

Глава 1. Исторические аспекты развития института гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда

1.1 Развитие законодательства о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда

31 октября 1922 г. впервые в истории отечественного законодательства был принят Гражданский кодекс РСФСР (далее ГК РСФСР), в котором, обязательства из причинения вреда были выделены в отдельную главу - "Обязательства, возникающие вследствие причинения другому вреда". Из данного определения следует, что вред мог быть причинен только физическому лицу. В частности ст.403 ГК гласила: "Причинивший вред личности или имуществу другого обязан возместить причиненный вред. Он освобождается от этой обязанности, если докажет, что не мог предотвратить вреда, либо был управомочен на причинение вреда, либо что вред возник вследствие умысла или грубой неосторожности самого потерпевшего"[3] .

В ст.407 ГК РСФСР 1922 года впервые было закреплено положение о возмещении вреда, причиненного неправомерными служебными действиями должностных лиц. " Учреждение отвечает за вред, причиненный неправильными служебными действиями должностного лица, лишь в случаях, особо указанных законом, если притом неправильность действий должностного лица признана подлежащим судебным или административным органом. Учреждение освобождается от ответственности, если потерпевший своевременно не обжаловал неправильного действия. Учреждение вправе, в свою очередь, сделать начет на должностное лицо в размере уплаченного потерпевшему вознаграждения".

Как видно ст.407 ГК РСФСР устанавливала ответственность учреждений, то есть тех юридических лиц, которые не являлись объединениями физических лиц, а лишь такого рода учреждений как государственные и частные. Закон имел здесь в виду не противопоставление учреждения, как выделенного и персонифицированного имущества, объединению лиц, а противопоставление государственного учреждения, как составной части государственного аппарата, юридическим лицам негосударственным, так и государственным предприятиям.

Сужение ответственности учреждений было произведено исключительно из соображений, имевших в виду ответственность и интересы государства; все "особые законы", существовавшие в развитие ст.407 ГК РСФСР, устанавливали ответственность государства, а законов, устанавливающих ответственность каких-либо частных или общественных учреждений, не существовало, полная же их безответственность была бы совершенно непонятна.

Вместе с тем, проведенный анализ положений ГК РСФСР 1922 года показал, что Гражданский, кодекс 1922 года не содержал в себе и нормы, устанавливающей ответственность за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, что являлось существенным пробелом правового регулирования в сфере возмещения вреда.

Отрицание правовых ценностей, гарантирующих свободу и неприкосновенность человека, тем не менее, не исключало постоянных упоминаний о необходимости защиты законности и интересов граждан, содержащихся в политических и нормативных актах. В то же время не был создан действенный правовой механизм обеспечения прав личности. В условиях экономической нестабильности и финансовых затруднений государство решительно отказалось принять на себя обязательство по возмещению ущерба, причиненного незаконными актами его органов. Было признано опасным законодательное установление общего правила об ответственности государственных учреждений и власти в целом в случае несправедливой деятельности правоохранительных структур[4] .

В течение длительного периода времени советское законодательство о компенсации материальных потерь и морального урона реабилитируемым гражданам оставалось разрозненным, мозаичным, урезанным и несовершенным. Конституции СССР и республик не провозглашали принципа ответственности государства за неправильные действия должностных лиц. Ответственность государственных учреждений презюмировалась лишь при издании особых законов; компенсация ущерба производилась не в полном объеме.

Отсутствовал специальный закон, комплексно регулирующий восстановление имущественных, трудовых, жилищных, иных прав жертв несправедливого уголовного преследования. Большинство нормативных актов носило ведомственный характер; они содержали мало связанные друг с другом, отрывочные положения. Четко не разграничивались случаи возмещения ущерба в зависимости от сферы деятельности различных правоохранительных органов. Не дифференцировалась компенсация вреда, являющегося следствием необоснованного осуждения, содержания под стражей, и вреда, нанесенного действиями должностных лиц судебно-следственного аппарата, не связанными с уголовно-процессуальными актами.

Все это неизбежно порождало трудности при практическом правоприменении. Отсутствие статистических данных о практике государственной ответственности перед гражданами, неправомерно пострадавшими в сфере правосудия, затрудняет объективную оценку исследуемого правового института. Содержательный анализ, нормативных источников в сравнительно-историческом плане позволяет сделать вывод о неудовлетворительном состоянии законодательства об ответственности государства, его органов и должностных лиц. В частности, отвергалась возможность имущественной компенсации морального вреда и не предусматривалось достаточных средств заглаживания его иными способами (денежная компенсация морального урона рассматривалась как анахронизм буржуазного права, несовместимый с социализмом).

После секретной (неопубликованной) речи Н.С. Хрущева на XX Съезде КПСС в феврале 1956 г., когда началась работа по восстановлению социалистической законности, прозвучали предложения принять законодательство о компенсации ущерба, причиненного гражданину несправедливым возбуждением уголовного преследования, арестом, осуждением.

Тем не менее, это предложение не положило начала обсуждению вопроса о расширении ответственности государства в законодательных сферах. Не было принято специального закона, позволяющего производить возмещение утраченной заработной платы или другого ущерба, явившегося результатом несправедливого ареста, тюремного заключения. Гражданин, признанный невиновным, в соответствии с действующим законодательством мог претендовать лишь на восстановление своих пенсионных прав.

8 декабря 1961 года были приняты Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик (далее Основы), в котором также нашли свое отражения нормы, регулирующие обязательства, возникающие вследствие причинения вреда[5] . Детально регламентировала данные отношения глава 12 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик "Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда".

Важным шагом явилось установление ответственности за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Так, ч.2 ст.89 Основ провозглашала: "За вред, причиненный неправильными служебными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, соответствующие государственные органы несут имущественную ответственность в случаях и пределах, специально предусмотренных законом".

Несмотря на все минусы статьи 89 Основ 1961 г. и на все оговоренные в ней изъятия из общего правила об ответственности госучреждений за вред, причиненный в сфере административного управления, сам этот принцип, - по существу принцип ответственности государства за вред, причиненный актами власти, был наконец отечественным законом установлен. Потребовалось еще почти тридцать пять лет временами упорной борьбы, подчас легких побед, чтобы сделать этот принцип полнокровным и всеобъемлющим, но главное - кардинальное изменение закона - было сделано тогда, в 1961 г.

Однако в ч.2 ст.447 ГК РСФСР (1964 г) отношения по возмещению вреда, причиненного гражданину неправильными служебными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, были урегулированы иначе.

В них четко был определен субъект ответственности: нанесенный вред возмещает соответствующий орган, в котором работает должностное лицо. Но оговаривалось, что на эти органы имущественная ответственность возлагалась в " случаях и пределах, специально предусмотренных законом", но такого закона не было, и возмещение вреда в рамках гражданского законодательства не осуществлялось. Ответственность правоохранительных органов за вред, причиненный "неспецифическими" для их основных функций действиями работников этих органов, сохранилась в судебной практике в значительной мере благодаря выводам, сделанным наукой.

Вплоть до 1977 г. конституции в СССР не содержали положений об ответственности за неправомерные решения и деяния государственных органов и должностных лиц при исполнении служебных обязанностей.

Конституция 1977 г. создала правовую основу удовлетворения притязаний граждан по компенсации ущерба. В ее статье 58, третьей части была закреплена норма, что "Граждане СССР имеют право на возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей. "

Однако в ней нет ответа на главный вопрос: а кто же обязан возместить этот ущерб? Проблема гражданской ответственности государства перед гражданином за злоупотребление властью и иное неправомерное ее использование "утоплена" в статье 58 Конституции в широком и двусмысленном правиле о возмещении ущерба, причиненного организациями (в том числе, общественными!) и их должностными лицами.

Текст создает впечатление, что ответственными могут быть либо сами организации, либо их должностные лица, и в этом отношении менее точен, чем статья 89 Основ 1961 г., прямо назвавшая в качестве отвечающих за акты власти "государственные учреждения". Эти неточности, а также всеобъемлющий и потому неизбежно общий характер этого правила Конституции исключали возможность его применения в качестве нормы прямого действия и предполагали необходимость уточнения и детализации в других актах.

Закон, предусматривающий обязанность казны восстановить нарушенные права граждан, был подготовлен только через 4 года после принятия Конституции. Впервые в советском законодательстве получил признание принцип ответственности государства независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда за ущерб, причиненный гражданину незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу, незаконным наложением административного взыскания в виде исправительных работ или ареста.

Указ Президиума Верховного Совета СССР "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей" (далее Указ от 18 мая 1981г) и Положение "О порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда" от 18 мая 1981 г. (далее Положение от 18 мая 1981г) явились важными в теоретическом и практическом отношениях нормативными актами, устранившими существенный пробел правового регулирования[6] .

В 1982 г. издается Инструкция "О применении Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, прокуратуры и суда", утвержденная Министерством юстиции, Прокуратурой СССР, Министерством финансов СССР по согласованию с Верховным судом СССР, МВД СССР и КГБ СССР[7] (далее Инструкция 1982г).

С принятием Указа были внесены соответствующие изменения в Основы гражданского законодательства и ГК РСФСР (1964 г). Особенностью этого этапа развития законодательства можно считать то, что в сферу субъектов ответственности было включено государство, на которое возлагалась обязанность по возмещению вреда вне зависимости от вины должностных лиц правоохранительных органов и суда, незаконными действиями которых такой вред был причинен. К тому же не допускалась и регрессная ответственность непосредственно причинителей.

Закрепление в СССР принципа полной компенсации ущерба, нанесенного несправедливо пострадавшим в сфере уголовного преследования, свидетельствовало об усилении и расширении защиты гражданских прав, учете общечеловеческих ценностей права. Однако следует отметить, что законодательство 1981 г. принималось без широкого обсуждения научной общественностью и даже оставалось длительное время, неизвестным самим работникам правоохранительных органов.

Оно не было поднято на должную высоту ни в народном правосознании, ни в правосознании должностных лиц. Отрицательное влияние на качество и совершенство принятых правовых норм об ответственности государства за ущерб, нанесенный в области уголовного преследования и правосудия, оказала недостаточная информированность представителей юридической науки и практики о состоянии правового института восстановления прав невиновных. Бедность теории, ответственности государства явилась отчасти результатом ограниченных возможностей ученых СССР изучать и использовать опыт других стран при создании законодательных актов о реабилитации и их применении.

Тем не менее, значимость реформы нельзя недооценивать. После принятия Основ гражданского законодательства государство как таковое не было признано субъектом ответственности; органы дознания, предварительного следствия, прокуратуры, суда отвечали за причиненный их должностными лицами ущерб, как и прежде, в случаях и пределах, специально предусмотренных законом.

В 1981 г. в ч.2 ст.89 Основ гражданского законодательства были внесены соответствующие изменения: выражение "государственные органы" заменено на "государство", признаваемое непосредственным субъектом ответственности: "Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, незаконного наложения, административного взыскания в виде исправительных работ или ареста, возмещается государством в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, в порядке, установленном законом".

Теоретическое осмысление специфики государственной ответственности в случаях осуществления уголовного преследования и правосудия, наступающей независимо от вины конкретного причинителя ущерба происходило медленно, но неуклонно. Осознавалось, что именно отсутствие принципиальных теоретических исследований по проблеме восстановления имущественных, трудовых, жилищных, пенсионных прав послужило сдерживающим моментом правотворчества.

Недостаточная осознанность ценностных публичных функций правовых норм о возмещении ущерба гражданину, потерпевшему от актов власти, привела к недооценке важности института государственной ответственности. Указ и Положение от 18 мая 1981 г. стали реально действующим элементом правовой действительности лишь в 1986-1987 гг., когда они начали широко применяться на практике и "перешли" в область общественного сознания. Неправильное развитие судебной практики по этому вопросу выразилось в ограничительном, узком, буквальном толковании, законодательства о восстановлении нарушенных или ущемленных прав граждан, ошибкам правоприменения.

Появление в новых условиях юридических лиц, самостоятельных в полном смысле слова-собственников своего имущества, отвечающих по долгам всем этим имуществом и определяющих по своему усмотрению цель, область, масштабы и способы своей деятельности, - сделало насущно необходимым возмещение им вреда, причиненного незаконными актами власти. Основами гражданского законодательства 1991 г. эта задача была решена и с 3 августа 1992 г. правило о такой ответственности действует в России.

Другое изменение, введенное Основами гражданского законодательства 1991 г. в сравнении с прежним законодательством, заключалось в прямом решении законом вопроса, который до этого решался лишь путем его толкования. В пункте 2 статьи 127 Основ 1991 г., соответствующем части 2 статьи 89 Основ 1961 г., появился в конце новый текст:

"Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате иной незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, возмещается на общих основаниях. "

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, при реализации норм которого нарушаются права невиновных граждан, не содержал регламентацию порядка восстановления этих прав. Единственная норма, закрепленная в ст.58-1 УПК РСФСР (в ред. Закона РСФСР от 5 декабря 1991 г), в соответствии с которой органы дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда обязаны были принять меры к возмещению ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями, с самого введения ее в действие оказалась нерабочей.

Существенный, хотя и мало заметный шаг сделали Основы 1991 г. в решении вопроса о том, кто отвечает за вред, причиненный незаконными актами власти. Возмещение этого вреда "на общих основаниях" (то есть во всех случаях, кроме возмещения вреда государством в силу Указа от 18 мая 1981 г) означало возмещение его причинителем вреда, говоря иначе, соответствующим госорганом.

Но Основы 1991 г. впервые ввели субсидиарную ответственность собственника имущества учреждения при недостатке у последнего денежных средств (ч.2 п.1 ст.15). Для государственных учреждений это означало субсидиарную ответственность государства.

Однако эта последняя новелла для рассматриваемой проблемы значения уже не имела, ибо еще до введения в действие на территории России Основ гражданского 1991 г. в Конституцию РСФСР Законом от 21 апреля 1992 г. была включена новая статья:

"Статья 67-2. Каждый имеет право на возмещение государством всякого вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов и их должностных лиц при исполнении служебных обязанностей".

Основанием для введения в Конституцию этой и ряда других норм послужило принятие Верховным Советом РСФСР 22 ноября 1991 г. Декларации прав и свобод человека и гражданина, в которой есть статья 38 точно такого же содержания.

В действующую Конституцию Российской Федерации эта же норма вошла в качестве статьи 53 в немного измененной и тем самым улучшенной редакции. Теперь она гласит:

"Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц".

Таким образом, в 1992-1993 гг. правило о возмещении вреда, причиненного незаконными актами власти, обрело в России уже не только по смыслу, но и по форме значение конституционного принципа[8] .

1.2 Современное состояние законодательной базы о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда

Действующая Конституции РФ заложила основу для развития новых социально-экономических и правовых отношений в различных сферах общественной жизни. Так, в ст.52 Конституции РФ устанавливается: "Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняется законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба", что является предпосылкой наступления гражданско-правовой ответственности (п.2 ст.2 Гражданского Кодекса РФ – далее ГК РФ).

Более того, Россия, как участник Международного пакта о гражданских и политических правах приняла на себя обязательство обеспечить каждому эффективное средство правовой защиты экономических, социальных, культурных, а также гражданских и политических прав и свобод в случаях их нарушения.

Статья 53 Конституции России является "точкой отсчета" для анализа действующего российского права о гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда.

Право на возмещение вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, закреплено также статьей 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которой каждый, кто стал жертвой ареста или заключения под стражу в нарушение положений данной статьи, имеет право на компенсацию, и статьей 3 Протокола № 7 к Конвенции, гарантирующей получение компенсации лицом, понесшим наказание в результате осуждения за совершение уголовного преступления на основании приговора, если впоследствии было доказано, что имела место судебная ошибка.

В настоящее время правоотношения, возникающие вследствие причинения вреда незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, регулируются рядом законодательных и подзаконных актов. Создание законодателем специальных средств защиты прав лиц, пострадавших в сфере уголовно-процессуальной деятельности, определяется потребностью в быстром, экономичном порядке восстановления нарушенных прав и возмещения причиненного вреда, подчеркивает особый публично-правовой характер восстановительных правоотношений.

В действующем российском законодательстве правоотношения по возмещению вреда в такой специфической государственно-властной деятельности, как уголовно-процессуальной и о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда, регулируются целым комплексом правовых норм:

ст. 53 Конституции Российской Федерации. Это первое в российском праве прямое правило об ответственности за вред, причиненный органами государственной власти;

глава 59 ГК РФ, в которой принцип возмещения вреда, причиненного правам личности и организации закреплен в нормах, образующих институт обязательств вследствие причинения вреда;

ст.ст. 1069, 1070 Гражданского Кодекса РФ, где предусмотрена регламентация отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда;

ст. 12 Федерального закона N 15-ФЗ от 26.01. 1996 г. "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которой действие статей 1069 и 1070 ГК РФ распространяется также на случаи, когда причинение вреда потерпевшему имело место до 1 марта 1996 года, но не ранее 1 марта 1993 года, и причиненный вред остался невозмещенным;

Указ Президиума Верховного Совета СССР "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей" от 18 мая 1981 г. Утвержден Законом СССР от 24 июня 1981 года.

В настоящее время данный Указ и некоторые другие, принятые в его развитие акты применяются в части, не противоречащей ГК;

Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда", утверждено Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. (с изменениями, внесенными решением Верховного Суда Российской Федерации от 05.04. 2004 г);

Инструкция по применению Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Утверждена Министерством юстиции СССР, Прокуратурой СССР и Министерством Финансов СССР по согласованию с Верховным Судом СССР, Министерством внутренних дел СССР и Комитетом государственной безопасности СССР от 2 марта 1982 г. (с изменениями на 13 марта 2008 года);

Инструкция № 185 от 19 декабря 1984 г. "О порядке учета, оценки и реализации конфискованного, бесхозяйного имущества, имущества, перешедшего по праву наследования к государству, и кладов". Утверждена Минфином СССР 19.12.84 N 185;

Инструкция № 34/15 от 18 октября 1989 г. "О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами". Утверждена Генеральной прокуратурой СССР, МВД СССР, Минюстом СССР, Верховным Судом СССР, КГБ СССР 18 октября 1989 года N 34/15 (с изменениями и дополнениями от 9 ноября 1999 года);

гл.18 "Реабилитация" Уголовно - процессуального кодекса РФ (далее УПК РФ).

Постановление Конституционного суда РФ "По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, СИ. Кальянова и Н.В. Труханова" от 25 января 2001 г. № 1-П[9] , согласно которого положения пункта 2 статьи 1070 ГК в его конституционно-правовом смысле, выявленном в Постановлении, и во взаимосвязи со статьями 6 и 41 Конвенции по защите прав человека и основных свобод, не могут служить основанием для отказа в возмещении государством вреда, причиненного при осуществлении гражданского судопроизводства в иных случаях (а именно, когда спор не разрешается по существу) в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, - если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ №10 от 20 декабря 1994 г. "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. № 10 и от 15 января 1998 г. № 1) [10] .

Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 20 февраля 2002 года N 22-О, в соответствии с которым толкование статьи 1069 вопреки ее конституционно-правовому смыслу, служащее основанием для исключения расходов на представительство в суде и на оказание юридических услуг из состава убытков, подлежащих возмещению в порядке указанных статей, признано неправомерным.

Определение Кассационной коллегии от 24 июня 2008 г. № КАС08-259, в соответствии с которым в случае причинения вреда правоохранительными органами лицу, не имеющему дохода, этот вред подлежит возмещению в объеме заработка до увольнения либо в объеме обычного размера вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

Правила исполнения Министерством финансов Российской Федерации судебных актов по искам к казне Российской Федерации на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти либо должностных лиц органов государственной власти (утверждены Постановлением Правительства РФ от 9 сентября 2002 г. N 666). [11]

Ст.1070 ч.1 ГК РФ является отсылочной нормой, т.к в ней указано, что "вред возмещается в порядке, установленном законом". С 18 мая 1981 г таковым нормативным актом в отношении физических лиц является "Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, суда", утверждённое Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18.5. 1981 г.

С точки зрения российского законодательства, употребление в Указе Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. понятия "ущерб" неточно, поскольку в Конституции России (ст.53) неблагоприятные последствия гражданина от незаконных действий государственных органов и их должностных лиц при исполнении служебных обязанностей именуются понятием "вред".

Как Конституция России 1993г., так и Указ Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. вкладывают более широкое содержание в понятия "вред" и "ущерб", нежели обычно они употребляются в гражданском праве. Поэтому под вредом следует понимать неблагоприятные имущественные и неимущественные последствия нарушений конституционных прав граждан вследствие незаконной правоприменительной деятельности должностных лиц правоохранительных органов и судов в сфере уголовного преследования.

В п.1 Положения от 18 мая 1981 г. предусматривается возмещение имущественного вреда, восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и других прав, иного ущерба, а п.2 Положения предусматривает, какой именно имущественный ущерб подлежит возмещению:

заработок и другие доходы, являющиеся основным источником средств к существованию гражданина, которых он лишился в результате незаконных действий;

пенсия или пособие, выплата которых была приостановлена в связи с незаконным лишением свободы;

имущество (в т. ч. деньги, денежные вклады и проценты на них, облигации государственных займов и выпавшие на них выигрыши, иные ценности), конфискованное или обращенное в доход государства судом либо изъятое органами дознания или предварительного следствия, а также имущество, на которое наложен арест;

штрафы, взысканные во исполнение приговора суда; судебные издержки и иные суммы.

Пункт 2.1 Положения (п.7.1. Инструкции от 2 марта 1982 г) предусматривает возмещение заработка и других трудовых доходов, являющихся основным источником средств к существованию гражданина, которых он лишился в результате незаконных действий.

В п.9 примечания Инструкции от 2 марта 1982 г. к другим трудовым доходам, являющимся основным источником средств к существованию относит доходы лиц, занимающихся индивидуальной трудовой деятельностью в сфере кустарно-ремесленных промыслов сельского хозяйства, бытового обслуживания населения и другими видами деятельности, основанными исключительно на личном труде этих лиц, членов их семей[12] (Приложение 2).

Источники формирования трудовых доходов населения в условиях общественного производства ограничены. Основным таким источником для рабочих и служащих в советское время признавалась заработная плата, которая выплачивалась в денежной форме в соответствии с количеством и качеством затраченного труда по нормам, установленным государством.

Работа по совместительству для работников, занятых в общественном производстве, была разрешена в строго ограниченных пределах. Источником формирования трудового дохода для лиц свободных профессий были и остаются доходы, полученные от реализации их интеллектуального труда (авторский гонорар, постановочное вознаграждение и т.д.).

Современное гражданское законодательство позволяет гражданину самостоятельно определять источник формирования своих доходов. В новых экономических условиях заработная плата рабочих и служащих как вознаграждение за труд уже не является основным источником формирования доходов, а становится равнозначным наряду с другими. Понятие "заработная плата", употребляемое обычно в трудовом праве, не отвечает содержанию многообразных видов вознаграждения за труд.

Граждане в большинстве случаев предъявляют требования о возмещении утраченного заработка. Причем, если до 1988 г. утраченный заработок по заявлениям граждан составлял в основном заработную плату по одному месту работы, то после 1988 г. в составе утраченного заработка ими указывается заработная плата: по основному месту работы и - по совместительству.

Таким образом,изучение российского законодательства позволило выделить три этапа становления и развития рассматриваемого института.

Первый этап развития института ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда начался в октябре 1917 года и приходится на период существования социалистического строя на территории нашего государства, до начала 80-х годов.

Характерной особенностью данного этапа является то, что, наряду с продолжающимся нежеланием государства провозглашать себя субъектом ответственности за причиненный незаконным или необоснованным уголовным преследованием вред, принималось большое количество норм, посвященных правовому регулированию возмещения ущерба и восстановление прав реабилитируемых, содержащихся в различных правовых актах, имеющих мало связанные друг с другом, отрывочные положения, большинство которых носило ведомственный характер.

Второй этап развития института ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда имеет своим началом принятие Указа и Положения от 18 мая 1981 года с последующим внесением изменений в гражданское и уголовно-процессуальное законодательство СССР, провозгласившие государство субъектом ответственности за ущерб, причиненный незаконным уголовным преследованием. Однако, остававшееся прежним, фрагментарное состояние правового регулирования возмещения ущерба и восстановления прав реабилитируемых являлось негативным моментом на данном этапе становления рассматриваемого института.

Третий – современный этап формирования института ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда приходится на постсоветский период развития Российского государства и права. Очень важным, позитивным моментом на данном этапе явилось конституционное закрепление принципа ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (или бездействием) и решениями органов государственной власти или их должностных лиц, а также уголовно-процессуальное закрепление основных положений института реабилитации лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию. В современном российском законодательстве ответственность за вред, причинённый незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда регламентируется ст. 1069 и 1070 Гражданского Кодекса РФ. В основном ст. 1070 воспроизводит положения ст. 447 ГК 1964 г., несмотря на единодушную критику их со стороны ученых. В настоящее время она нуждается в коренном пересмотре, поскольку в значительной степени "перекрыта" правилами гл.18 "Реабилитация" УПК, с принятием которого гарантии прав законных интересов потерпевших значительно повышены.

Глава 2. Основания и порядок привлечения к гражданско-правовой отвественности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда

2.1 Анализ понятия "незаконные действия" органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда

Работа в правоохранительных органах всегда была связана с повышенным риском и с повышенной же ответственностью. Но, как и всем людям, сотрудникам правоохранительных органов свойственно ошибаться. При осуществлении уголовного преследования правоохранительные органы еще допускают нарушения законных прав граждан. Не всегда обеспечиваются объективность расследования, надежность доказательственной базы предъявляемых обвинений. Как результат - значительное увеличение количества лиц, необоснованно привлеченных к уголовной ответственности. Еще значительнее доля обвинительных приговоров, отмененных судами кассационной и надзорной инстанций, с прекращением уголовных дел, вынесением оправдательных приговоров в судах первой инстанции.

В п.1 статьи 1070 ГК РФ содержится исчерпывающий перечень незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, являющихся причиной вреда.

Действия квалифицируются как незаконное осуждение, незаконное привлечение к уголовной ответственности, незаконное применение в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконное наложение административного взыскания в виде ареста, а также незаконное привлечение юридического лица к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности.

Перечисленные случаи представляют собой нарушения конституционного права каждого гражданина на свободу и личную неприкосновенность, которые обычно влекут для граждан, как нравственные страдания, так и неблагоприятные имущественные последствия. Поэтому закон предусматривает для них особые правовые, в том числе гражданско-правовые, последствия.

Все остальные случаи причинения вреда гражданину, например, в результате его незаконного задержания в качестве подозреваемого или в результате незаконного применения к нему принудительных мер медицинского характера, или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда подлежат регулированию на основании положений ст.1069 ГК РФ, которая опирается на общий состав, устанавливающий ответственность за виновные действия (п.2 ст.1070 ГК).

Таким образом, иные незаконные акты органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда приравнены по своим гражданско-правовым последствиям к незаконным актам в сфере административного управления.

В соответствии с п.2 ст.1069 ГК РФ действия органов власти и должностных лиц имеют форму административных актов и должны осуществляться в пределах соответственно их компетенции или должностных полномочий. Действия, выходящие за указанные пределы, признаются незаконными. Под незаконным действием понимается также и бездействие, т.е. неосуществление (или отказ от осуществления) органом государственной власти или местного самоуправления, а также их должностными лицами своих обязанностей.

Какого-либо перечня незаконных действий (бездействия) государственных (муниципальных) органов и их должностных лиц в сфере административного управления закон не содержит. В силу этого ими могут быть любые акты управления при условии, что они обязательны для исполнения, и приняты соответствующим должностным лицом (органом) при исполнении служебных обязанностей (реализации органом своей компетенции).

Под понятием незаконных действий по ст.1070 ГК РФ законодатель понимает действия, наступившие в случаях постановления оправдательного приговора суда, прекращения уголовного дела за отсутствием события или состава преступления, прекращения уголовного дела за недоказанностью участия гражданина в совершении преступления, прекращения дела об административном правонарушении, однако, право на возмещение такого ущерба возникает лишь в случае полной реабилитации гражданина.

К незаконным действиям относятся также незаконные акты правосудия, не вошедшие в перечень п.1 ст.1070. В данном случае ответственность наступает, если только вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу. Конституционность этой нормы была подтверждена в целом постановлением Конституционного Суда РФ от 25 января 2001 г. N 1-П.

Со вступлением в действие новых Уголовно – процессуального кодекса и Кодекса об административных правонарушениях (далее КоАП) указанное подразделение незаконных актов правоохранительных органов и суда во многом утратило свое значение. В частности, согласно ст.133 УПК РФ правом на возмещение вреда, причем независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда, обладают любые лица, незаконно подвергнутые любым мерам процессуального принуждения, а также принудительным мерам медицинского характера в ходе производства по уголовному делу.

Нет оснований для ограничения на законодательном уровне перечня конкретных незаконных действий и решений органов и должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, в результате которых может быть причинен вред. Юридический факт реабилитации обуславливает субъективное право реабилитированного лица на возмещение вреда, причиненного любыми незаконными действиями и решениями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Вынесением незаконных уголовно-процессуальных актов гражданам причиняется вред в имущественной и неимущественных сферах: неполучение законных доходов; приостановка выплаты пенсий и пособий; конфискация или обращение в доход государства имущества; затраты, связанные с восстановлением здоровья; увольнение с работы; прерывание общего трудового стажа; причинение морального вреда и т.п.

При совершении уголовно-процессуальных действий (освидетельствование, обыск, выемка, задержание, арест имущества и др.) вред может быть причинен не только гражданам, но и юридическим лицам: убытки, понесенные вследствие приостановки выполнения договорных обязательств, неполучение запланированных доходов; повреждение имущества, утрата деловой репутации и т.д.

Первый пример: во время фактического задержания подозреваемого, который находился в стационарном лечебном учреждении, был причинен имущественный вред лечебному учреждению в виде повреждений стен, дверей, медицинского оборудования и т.п.

Второй пример: при производстве обыска в складских помещениях частного предприятия, следователь вскрывал тару с готовой продукцией. Проведенный обыск ожидаемых результатов не дал. В результате произведенного обыска предприятие потерпело убытки, не только связанные с затратами на изготовление и ремонт тары, но и с просрочкой поставки готовой продукции заказчику.

В приведенных примерах был причинен имущественный вред действиями должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, хотя они и действовали в точном соответствии с предписаниями уголовно-процессуального закона и иных правовых актов.

Тем не менее, причиненный вред подлежит возмещению, поскольку в правовом государстве при нарушении прав и законных интересов каждый гражданин должен иметь гарантированное право не только обжаловать действия органа (должностного лица), осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, деятельность органа дознания, следователя и прокуратуры, но и право на возмещение убытков.

Статья 53 Конституции России гарантирует право на возмещение вреда государством от любых незаконных действий (бездействий) органов государственной власти или их должностных лиц. Эта норма прямого действия. Таким образом, для возмещения вреда государством согласно ст.53 Конституции России необходимо наличие вреда, противоправное поведение в виде незаконных действий и причинная связь, наличие вины как субъективного основания не связано с правом на возмещение вреда.

Следовательно, основанием возникновения вреда согласно ст.53 Конституции является "усеченный" состав правонарушения. В сфере уголовного судопроизводства в конкретных ситуациях (например, в приведенных случаях) должностными лицами может причиняться вред процессуальными действиями, совершенными как с нарушением требований уголовно-процессуального закона, так и в точном соответствии с ним.

Следовательно, основанием возникновения гражданско-правовой ответственности в сфере уголовного судопроизводства следует считать гражданское правонарушение, элементами которого являются наличие вреда, противоправное действие, выразившееся в процессуальном действии, совершенным с нарушением норм уголовно-процессуального закона или без таковых; причинно-следственная связь. Вина как субъективное основание является факультативным признаком.

Как известно, противоправное поведение является объективной правовой категорией, ибо нарушение закона не зависит от сознания нарушителя, представляет собой объективный факт, констатируемый независимо от такового сознания.

Незаконность рассматриваемых уголовно-процессуальных действий выражается в нарушении норм уголовного материального и процессуального права при вынесении обвинительного приговора, постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, в применении мер пресечения и иных мер уголовно-процессуального принуждения. Для установления наличия или отсутствия противоправности в действиях должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, необходимо учесть, что причинение вреда может возникнуть вследствие правоприменительной деятельности, формально соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства, т.е. может иметь место объективно противоправное деяние.

Такое положение возможно по двум обстоятельствам. Во-первых, в силу специфики уголовно-процессуальной деятельности, заключающейся в том, что факты, достаточные для совершения процессуальных действий на начальных стадиях уголовного процесса, составляют лишь часть фактов, необходимых для вынесения приговора. Во-вторых, возможность таких ситуаций обусловлена трудностями процесса познания в целом, предположим, что для применения в отношении обвиняемого меры пресечения - заключение под стражу, были достаточные основания, предусмотренные нормами УПК, и гражданин был арестован.

Но в процессе дальнейшего расследования устанавливаются факты, свидетельствующие о его непричастности к совершенному преступлению. Следственные органы действовали правомерно. Тем не менее, совершенные уголовно-процессуальные действия являются незаконными в силу того, что ими нарушаются основные принципы уголовного процесса, меры принуждения, которые рассчитаны, в конечном итоге, лишь на лиц, виновных в совершении преступлений.

Круг незаконных процессуальных действий, причиняющих вред в сфере уголовного судопроизводства, намного шире, чем предусмотрено в п.1 ст.1070 ГК. Перечисление возможных процессуальных действий, причиняющих вред в сфере уголовного судопроизводства, лишено практического смысла, поэтому в п.2 ст.1070 ГК выражено противоправное поведение в этом составе гражданского правонарушения как "незаконная деятельность" органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры.

Представляется, что под незаконной деятельностью органов дознания, следствия следует понимать такие процессуальные действия, как освидетельствование, отстранение от должности, обыск, выемка, наложение ареста на имущество. Незаконные действия в правоохранительной сфере, причинившие вред, могут быть в случаях: неправомерности самих властных актов, издаваемых органами дознания, следствия (постановлений, определений); неправильных фактических действий во исполнение этих актов, неправомерности фактических действий, связанных с осуществлением властного акта (постановления, решения и т.д.), хотя соответствующий акт и вынесен обоснованно.

Несмотря на разнообразие ситуаций, исходя из которых, предъявляются иски к Министерству финансов РФ о возмещении ущерба, причинённого гражданину в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, такие споры, как следует из судебной практики, можно разделить на два вида:

1) по искам граждан, вред которым причинён в результате незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда: незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

2) по искам граждан, вред которым причинён в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда,

Как правило, в первом случае истцами являются лица, незаконно подвергнутые мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу и впоследствии реабилитированные.

Во втором случае – преимущественно истцами являются лица, вред которым причинён незаконной деятельностью должностных лиц органов внутренних дел, вина которых в причинении вреда здоровью потерпевшим установлена приговором суда, а также лица, вред которым причинён в результате незаконных действий сотрудников ОВД по производству обыска, изъятия имущества, незаконного задержания, помещения в медицинский вытрезвитель и в других случаях.

2.2 Характеристика условий, являющихся основанием привлечения к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда

Материальное основание ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) органами дознания, прокуратуры и суда (их должностных лиц), составляют:

1) незаконные действия (бездействие) органов (их должностных лиц);

2) материальный и (или) моральный вред;

3) наличие причинной связи между незаконными деяниями и вредом;

4) наличие вины органа (должностного лица).

Необходимым условием возникновения обязательств из причинения вреда является наличие самого вреда. Если нет вреда, т.е. нарушения или умаления какого-либо имущественного права или нематериального блага, то о возникновении указанных обязательств нельзя говорить уже потому, что вред не причинен, а, следовательно, и возмещать нечего.

Вред может выражаться в уничтожении или повреждении наличного имущества, потере прибыли, лишении или уменьшении способности потерпевшего к труду, смерти кормильца, дополнительных расходах, призванных обеспечить жизнедеятельность потерпевшего как полноценной личности (расходы по уходу, на санаторно-курортное лечение, протезирование, приобретение мотоколяски и т.д.), причинении физических или нравственных страданий. Вред - это не только потеря или уменьшение того, что есть, но и неполучение того, что могло прирасти к имуществу, духовно обогатить личность, повысить ее общеобразовательный и профессиональный уровень и т.д. Дискомфортное состояние личности, вызванное причинением физических или нравственных страданий, - это тоже вред (моральный вред), который подлежит компенсации.

Наличие вреда является, в сущности, единственным условием, которое необходимо для возникновения всех без исключения обязательств из причинения вреда. Что же касается таких условий, как вина лица, обязанного к возмещению вреда, противоправность поведения этого лица и юридически значимая причинная связь между поведением указанного лица и наступившим вредом, то они могут быть, а могут и не быть, либо быть в неполном комплекте.

В тех случаях, когда обязанность возмещения вреда является мерой ответственности, в ее основе лежит состав правонарушения (полный или усеченный). Полный состав правонарушения, помимо вреда, включает в себя такие условия, как вина, противоправность и причинная связь, причем они могут быть как сосредоточены в поведении одного лица, так и рассредоточены в поведении разных лиц. Под усеченным составом правонарушения, понимается, что в этом составе не присутствуют все элементы правонарушения, в частности, в соответствии со ст.1070 п.1 ГК РФ, отсутствует такой из элементов, как вина. Это означает, что вред подлежащий возмещению взыскивается независимо от вины должностных лиц, совершивших эти действия.

Обязательным условием ответственности при наличии как полного, так и усеченного состава правонарушения является юридически значимая причинная связь между поведением причинителя (в форме действия или бездействия) и наступившим вредом. Причинная связь может считаться юридически значимой, если поведение причинителя превратило возможность наступления вредоносного результата в действительность, либо, во всяком случае, обусловило конкретную возможность его наступления. Если же поведение причинителя обусловило лишь абстрактную возможность наступления вреда, то юридически значимая причинная связь между поведением причинителя и вредом отсутствует. Юридически значимая причинная связь обычно называется необходимой, а юридически безразличная - случайной.

Обязательным условием наступления ответственности за причинение вреда является противоправность, под которой следует понимать "нарушение чужого субъективного права без должного на то управомочия". Противоправность как один из элементов состава правонарушения нельзя отождествлять с правонарушением в целом как основанием ответственности. Если вред причинен случайно, то противоправность налицо, но ответственность, по общему правилу, не наступит ввиду отсутствия вины, которая необходима для полного состава правонарушения.

В п.1 ст.1070 ГК, в Указе Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. противоправное поведение представлено в виде строго определенного перечня противоправных уголовно-процессуальных актов. Особенностью этих актов является то, что противоправное поведение устанавливается нормами уголовно-процессуального, а не гражданского законодательства.

Юридическое значение для возникновения гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный должностными лицами следственно-судебных органов в процессе уголовного преследования, имеют значение такие уголовно-процессуальные действия, в результате которых гражданин был арестован в качестве подозреваемого, обвинен в совершении преступления, к нему применялись меры уголовно-процессуального принуждения, судом был осужден, а впоследствии оправдан за отсутствием события преступления, состава преступления или за недоказанностью участия в совершении преступления.

Другая особенность этих актов заключается в протяженности во времени незаконных уголовно-процессуальных действий, причиняющих вред. Например, при незаконном осуждении - с момента вынесения неправосудного приговора до освобождения от отбытия наказания, при незаконном заключении под стражу - с момента вынесения постановления о применении этой меры пресечения до освобождения из-под стражи.

Обязательства по возмещению вреда в порядке п.1 ст.1070 ГК возникают в случае освобождения полностью от обвинения. Если же при пересмотре уголовного дела была изменена квалификация содеянного на статью закона, предусматривающую менее тяжкое преступление с назначением по ней нового, более мягкого наказания, либо снижение меры наказания без изменения квалификации, то обязательства по возмещению вреда не возникают.

В качестве одной из особенностей гражданско-правовой ответственности надлежит отметить то, что основанием ответственности за действия одних и тех же органов в одних случаях может быть усеченный состав правонарушения (см. п.1 ст.1070 ГК), а в других - полный (см. п.2 ст.1070 ГК).

В теории гражданского права нормы, содержащиеся в статьях 1069-1071 ГК, принято называть правилами о специальном деликте - вреде, причиненном актом власти. Основаниями для выделения данного случая причинения вреда в особый деликт служат как особенности применения к нему общих условий деликтной ответственности, так и наличие ряда специальных условий, дополнительно установленных законом. Среди общих условий деликтной ответственности за вред, причиненный актом власти, наибольшей спецификой обладает противоправность[13] .

В российском гражданском праве применяется система генерального деликта, в соответствии с которой, всякое причинение вреда предполагается противоправным и влечет обязанность причинителя возместить этот вред, если только он не докажет свою управомоченность на его причинение. В рассматриваемой области действует, однако, прямо противоположное правило, а именно, что всякий акт власти предполагается законным, в том числе и тот, которым кому-либо причинен вред. Объясняется это тем, что вред в данном случае причиняется действиями, регулирование которых осуществляется не гражданским, а иными отраслями права - административного, уголовного, уголовно-процессуального и т.д.

Далее, акты власти, которыми гражданину или юридическому лицу причинен вред, должны быть противоправными прежде всего с позиций той отрасли права, нормами которой осуществляется их регулирование. Условием возмещения вреда, причиненного актом власти, является обязательная предварительная его отмена или признание его недействительным, которые производятся на основании норм соответствующей отрасли права.

Наконец, специфика противоправности в рассматриваемой области, особенно в сфере деятельности органов дознания, прокуратуры и суда, состоит еще и в том, что действие соответствующего органа или должностного лица на момент их совершения могут формально отвечать всем требованиям закона, но, в конечном счете, оказаться незаконными. Например, следователь, расследующий уголовное дело, мог иметь все основания для вынесения определения о заключении лица под стражу. Но в последующем, если лицо окажется невиновным, эти действия должны быть признаны незаконными.

Известную специфику имеет и такое общее условие ответственности, как причинная связь. В рассматриваемой сфере вред чаще, чем где бы то ни было, является нераздельным результатом действий (бездействия) нескольких органов или их должностных лиц, что объясняется существующей системой построения государственной власти и управления. Незаконные действия одних должностных лиц, попустительство этим действиям со стороны других, отсутствие должного контроля со стороны третьих - все это создает ситуацию, когда очень трудно установить, чье же конкретно поведение привело к причинению вреда.

Наконец, субъективное условие ответственности специфично тем, что в тех случаях, когда вред причиняется указанными в законе неправомерными действиями органов дознания, прокуратуры и суда, он подлежит возмещению независимо от вины конкретных должностных лиц. В основе такого подхода лежат как объективные, так и субъективные причины.

С одной стороны, деятельность органов дознания, прокуратуры и суда объективно носит вредоносный характер в том смысле, что таит в себе скрытую опасность причинения вреда невиновным лицам, например, в связи с возможностью применения мер принуждения на ранних стадиях дознания и следствия.

С другой стороны, учитывается, что в роли деликвента в данном случае выступают органов дознания, прокуратуры и судебные органы, что во многом осложняет проблему доказывания их вины, особенно в тех случаях, когда незаконные действия одновременно или последовательно совершаются должностными лицами нескольких из них.

Вред в имущественной сфере, причиненный юридическому лицу, может выражаться в утрате, порче, повреждении имущества; получении убытков от ненадлежащего исполнения договорных обязательств, в утрате приоритета в производстве и реализации продукции.

В ходе предварительного следствия могут изыматься документы юридического лица. Вопрос о проверке и изъятии документов, содержащих сведения, являющиеся коммерческой тайной, имеет практический интерес. В случае утечки коммерческой или конфиденциальной информации правомерно говорить о причинении вреда, в имущественной сфере юридического лица. Он может выразиться в убытках от неисполнения или ненадлежащего исполнения договорных обязательств, уменьшении прибыли от произведенной и нереализованной в силу утраты приоритета на рынке производства и сбыта аналогичной продукции, утрате доверия партнеров к такому предприятию, подрыве его деловой репутации, что непосредственно отразится на уставной деятельности.

Непременным условием возникновения у потерпевшего права на возмещение вреда на основании ст.1070 ГК является прекращение уголовного или административного преследования по так называемым реабилитирующим основаниям (за отсутствием события преступления или административного правонарушения, за отсутствием в деянии состава преступления или административного правонарушения и т.п.). Напротив, прекращение преследования по иным основаниям (акт амнистии, истечение срока давности, недостижение возраста, с которого наступает ответственность, и др.) не является основанием для возмещения причиненного вреда.

Вред, причиненный незаконным актом управления, возмещается за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. Это также является новеллой российского гражданского законодательства, поскольку раньше в подобных случаях ответственность возлагалась непосредственно на ту организацию, работниками которой будет принят незаконный акт управления. После принятия Конституции РФ (ст.53) и части первой ГК (ст.16) сохранение прежнего порядка стало невозможным. Возложение ответственности за вред, причиненный актами управления, непосредственно на государство (муниципальное образование) следует рассматривать как повышение гарантий прав потерпевших, так как их право на своевременное и полное возмещение вреда стало более реальным.

В соответствии со ст.1071 ГК от имени казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, как правило, выступают соответствующие финансовые органы, т.е. федеральное казначейство, финансовые управления, райфинотделы и т.п. Однако в некоторых случаях, прямо указанных законами и правовыми актами РФ, нормативными актами субъектов РФ и муниципальных образований, ответственность от имени соответствующей казны могут нести иные государственные органы. Так, если речь идет о возврате потерпевшему утраченной им жилой площади, выполнение соответствующей обязанности возлагается на жилищные органы.

Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование, возместившие потерпевшему вред, причиненный незаконным актом управления, приобретают право обратного требования (регресса) к тому должностному лицу, которым непосредственно принят незаконный акт управления. Непосредственный виновник несет регрессную ответственность в полном объеме, если иной размер не установлен законом, в частности, не вытекает из трудового законодательства.

При рассмотрении дел по искам граждан, вред которым причинён в результате незаконного осуждения (ст.296 УПК РФ), незаконного привлечения к уголовной ответственности (ст.171-172 УПК РФ), незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу (ст.108 УПК РФ) или подписки о невыезде (ст.102 УПК РФ), незаконного наложения административного взыскания в виде ареста (ст.3.9 КоАП РФ), судам следует иметь в виду, что в силу ч.2. ст.133 УПК РФ право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:

1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор (ч.2 ст.302 УПК);

2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения (п ч.7 ст.246 УПК РФ);

3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ;

4) осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой ст.27 УК РФ;

5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении, а также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

6) прекращение дела об административном правонарушении.

Как показывает практика, граждане, при подаче исковых требований в суд, часто в свой перечень исковых требований включают все расходы, понесенные ими в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ и которые, по их мнению, следует возместить за счет казны.

При этом в перечень расходов часто неправомерно включаются такие расходы, как:

оплата проезда на транспорте;

почтовые расходы;

оплата междугородних телефонных переговоров;

стоимость проживания в гостинице и т.д.

Однако возмещению подлежат только те виды имущественного вреда, которые четко прописаны в ст.135 ч.1 УПК РФ и включают в себя возмещение:

а) заработок и другие трудовые доходы, являющиеся основным источником средств к существованию гражданина, которых он лишился в результате незаконных действий;

б) пенсия или пособие, выплата которых была приостановлена в связи с незаконным лишением свободы;

в) имущество (в том числе деньги, денежные вклады и проценты на них, облигации государственных займов и выпавшие на них выигрыши, иные ценности), конфискованное или обращенное в доход государства судом либо изъятое органами дознания или предварительного следствия, а также имущество, на которое наложен арест;

г) штрафы, взысканные во исполнение приговора суда; судебные издержки и иные суммы, выплаченные гражданином в связи с незаконными действиями;

д) суммы, выплаченные гражданином юридической консультации за оказание юридической помощи.

Этот перечень отнесен к числу закрытых и не подлежащих толкованию.

Напротив, прекращение дела по нереабилитирующим основаниям (акт амнистии, истечение сроков давности привлечения к уголовной ответственности, смерть обвиняемого, отсутствие жалобы потерпевшего и др.), равно как и изменение квалификации содеянного на менее тяжкое преступление либо снижение меры наказания, не является основаниями для возмещения ущерба по ст.1070 ГК РФ.

В соответствии со ст.135 ч.5 УПК РФ требование имущественного вреда разрешается судьёй в порядке, установленном ст.399 УПК РФ для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговоров.

Согласно ст.136 УПК РФ иски вышеуказанных лиц о компенсации за причинённый моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, из анализа вышеприведённых норм права следует, что требования лиц, указанных в ч.2, 3 ст.133 УПК РФ, которым в результате незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда причинён имущественный вред, должны рассматриваться в уголовно – процессуальном порядке, за исключением случаев, указанных в ст.138 ч.1 УПК РФ, а требования о компенсации морального вреда – в порядке гражданского судопроизводства.

До введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение морального вреда, причиненного гражданину незаконными действиями государственных органов предусмотрено не было.

В соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда: вред причинён гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения его к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Компенсация морального вреда производится в порядке, определенном пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ.

Данное положение закона не было учтено Центральным районным судом г. Кемерово при рассмотрении дела по иску Балагурова Б.Н. к Министерству финансов РФ о возмещении в порядке реабилитации морального вреда.

Рассматривая спор, суд установил, что в отношении истца 04.11. 2003г. возбуждено уголовное дело по ч.2 ст.285 УК РФ, а 04.06. 2004г. прекращено по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.

Установив эти обстоятельства, суд пришёл к выводу, что прекращение уголовного дела в отношении Балагурова Б.Н. даёт ему право на реабилитацию в соответствии со ст.133 УПК РФ, ст.1070 ГК РФ, но в удовлетворении иска о компенсации морального вреда отказал по тем основаниям, что истец не предоставил доказательств причинения ему морального вреда.

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда определением от 12.01. 2005г. отменила указанное решение и указала, что незаконное привлечение к уголовной ответственности само по себе является основанием для взыскания компенсации морального вреда[14] .

Л. предъявил иск к казне Российской Федерации о взыскании 50000 руб. в качестве компенсации морального вреда, связанного с незаконным привлечением к административной ответственности по факту ДТП в форме взыскания штрафа, сославшись на то, что решением суда от 4.03. 2003 г. постановление начальника ОГИБД о его привлечении к ответственности признано незаконным. Суд привлек к участию в деле Управление федерального казначейства по МО, которое иск не признало, сославшись на то, что надлежащим ответчиком по заявленному иску является МВД РФ как главный распорядитель кредитов. Решением суда требования Л. были удовлетворен.

Решение суда неправильное, в иске должно быть отказано. Суд допустил ошибку в применении материального права, т.к в ст. ст.1070 и 1100 ГК РФ не предусмотрена возможность компенсации морального вреда за привлечение лица к дисциплинарной ответственности в виде штрафа.

При рассмотрении указанных выше споров о компенсации морального вреда судам следует учитывать, что в случае нарушения нематериальных благ незаконными действиями государственных органов, причинение морального вреда предполагается и доказыванию подлежит лишь размер денежной компенсации. [15]

Важным принципом определения размера компенсации морального вреда является принцип разумности и справедливости. Характер нравственных страданий потерпевшего должен оцениваться судом с учетом индивидуальных особенностей человека (часть вторая статьи 151, пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса) (Приложение 1). Все эти сведения также должны устанавливаться судом на основании показаний свидетелей, медицинских документов о состоянии здоровья потерпевшего и других доказательств, которые представляются заинтересованным лицом либо собираются судом по его просьбе. Такие правила предусмотрены действующим законодательством и подлежат исполнению всеми судами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 208 ГК РФ на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ.

Подводя итог вышеизложенному, можно сказать, что моральный вред, причиненный в сфере уголовного судопроизводства, подлежит возмещению гражданину или юридическому лицу. Возмещение морального вреда, причиненного гражданину, согласно п.1 ст.1070 ГК не должно строиться на принципе вины, а согласно п.2 ст.1070 ГК, напротив - на принципе вины. Такое различное построение гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда гражданину зависит от характера незаконных уголовно-процессуальных действий[16] .

Судьям необходимо помнить, что указанные выше нормы права, предусматривающие порядок возмещения вреда, причинённого незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда не применяются к возмещению вреда жертвам политических репрессий.

Вред в этих случаях возмещается на основании закона РФ от 18.10. 1991г. "О реабилитации жертв политических репрессий" (в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 года № 122-ФЗ), Положения о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъятого или вышедшего иным путём из владения в связи с политическими репрессиями имущества, возмещения его стоимости или выплаты денежной компенсации, утверждённого Постановлением Правительства РФ от 12.08. 1994г. № 926.

2.3 Порядок привлечения к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда

Отношения, возникающие в связи с причинением судебно-следственными органами вреда, регулируются различными отраслевыми нормативными актами. УПК РФ от 18 декабря 2001 г. внес существенные изменения в порядок восстановления прав граждан и организаций, пострадавших от незаконного уголовного преследования. Тот перечень имущественных потерь потерпевшего, который имеется в Положении от 18 мая 1981г. в настоящее время носит лишь примерный характер и к тому же в значительной степени "перекрыт" ст.135 УПК РФ[17] .

Пункт 12 Положения от 18 мая 1981г. предусматривает случаи обращения в суд в порядке искового производства с требованиями о возмещении ущерба, причинённого гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Это, когда требование о восстановлении трудовых, пенсионных и жилищных прав, указанных в ст.5, 7 и 8 настоящего Положения, а также о возврате указанного в п.3 ст.2 Положения имущества или его стоимости не удовлетворено или гражданин не согласен с принятым решением.

Возмещение материального ущерба от утраты заработка, других трудовых доходов, которых гражданин лишился, а также судебных издержек, штрафов, сумм, выплаченных за оказание юридической помощи и иных расходов, производится не в гражданском-правовом порядке, а по правилам уголовно-процессуального законодательства, т.е. выносится постановление, например, следователем, а затем лицо обращается в финотдел исполнительного органа местного муниципального образования, где получает чек, а затем обращается в банк.

В таком же порядке согласно ст.138 УПК РФ восстанавливаются и другие права: предоставляется прежняя работа, восстанавливаются пенсионные права, возвращается жилье или его стоимость, решается вопрос о восстановлении в звании, чине, возвращаются ордена и медали, государственные награды. Восстановление права реабилитированного производится в порядке, установленном статьей 399 УПК РФ для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора.

И только в том случае, если требование правоохранительных или судебных органов о восстановлении на работе, восстановление в пенсионных, жилищных правах, о возврате конфискованного или обращенного в доход государства имущества или его стоимости не удовлетворено или реабилитированный не согласен с принятым решением, то он вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Так, в п.15 Инструкции от 2 марта 1982г. указано, что если требование о возврате имущества или его стоимости не удовлетворено или гражданин не согласен с принятым решением, он вправе обратиться в суд в порядке искового производства. А в п. 19 Инструкции от 2 марта 1982г. содержится положение о том, что если требование о восстановлении трудовых, пенсионных и жилищных прав не удовлетворено или гражданин не согласен с принятым решением, он вправе обратиться в суд в порядке искового производства.

Все иные издержки, например, утраченный заработок, взысканные суммы штрафа, судебные издержки, суммы, выплаченные адвокату, иные суммы возмещаются, как указано ранее, по нормам уголовно-процессуального законодательства. В случае несогласия с постановлением о взыскании утраченного заработка, взысканные суммы штрафа, судебные издержки, суммы, выплаченные адвокату заинтересованное лицо вправе его обжаловать в порядке ст.123 УПК РФ.

Статья 133 УПК Российской Федерации, закрепляющая для реабилитированных лиц право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах, предусматривает, что вред, причиненный в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть первая), причем к имущественному вреду, подлежащему возмещению реабилитированному.

Статья 135 УПК Российской Федерации относит к имущественному вреду заработную плату, пенсии, пособия и другие средства, которых реабилитированный лишился в результате уголовного преследования. Иски же о компенсации в денежном выражении причиненного реабилитированному морального вреда подлежат разрешению, согласно части второй статьи 136 УПК Российской Федерации, в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором городского суда Д. был признан виновным и осужден к 4 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима[18] . Определением Верховного суда приговор в отношении Д. был отменен и дело производством прекращено за непричастностью его к совершенному преступлению. В результате необоснованного привлечения к уголовной ответственности и осуждения Д. незаконно содержался под стражей 2 года и 4 месяца. Д. обратился в суд, вынесший приговор, с заявлением о возмещении ему материального ущерба в размере утраченного заработка в сумме 147510 руб., а также затрат по оказанию юридической помощи в размере 16500 руб., просил изменить ему формулировку и дату увольнения на увольнение по собственному желанию.

Судья, руководствуясь ст.133 УПК РФ и Указом Постановлением Верховного Совета СССР от 18.05. 1981 г, вынес постановление, которым взыскал с Минфина РФ в возмещение ущерба, причиненного Д. незаконным осуждением, за счет казны РФ 272903 руб., изменил формулировку и дату увольнения, обязав ОАО "Большевик" внести соответствующие изменения в трудовую книжку Д.

В соответствии со ст.1070 ГК РФ вред, причинённый при осуществлении правосудия гражданину или юридическому лицу, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Так, рассматривая частную жалобу Цикалова А.С. на определение Гурьевского городского суда от 10.12. 2004г., которым исковое заявление Цикалова А.С. к Российской Федерации о компенсации морального вреда, причинённого бездействием Гурьевского городского суда, оставлено без движения, судебная коллегия, отменяя указанное определение, указала, что в соответствии с п.1 ч.1 ст.134 ГПК РФ Цикалову А.С. должно быть отказано в принятии заявления к Российской Федерации о компенсации морального вреда, причинённого бездействием состава Гурьевского городского суда, поскольку установленное законом необходимое условие для возмещения вреда (приговор суда) отсутствует, а так же с учётом требований ст.16 Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации" о недопустимости привлечения судьи к какой – либо ответственности за высказанное мнение по делу или принятое решение[19] .

При рассмотрении споров, связанных с возмещением вреда, причиненного сотрудником милиции, судьям необходимо выяснять, в каком подразделении системы органов внутренних дел РФ проходит службу сотрудник милиции, каким органом создано это подразделение и за счёт средств какого бюджета оно финансируется.

Неправильное определение указанных обстоятельств повлекло отмену решения Юргинского городского суда от 09.11. 2005г[20] ., которым постановлено: признать действия государственного инспектора ОГИБДД ОВД Ленинского района г. Кемерово старшего лейтенанта милиции Колесникова А.В. по составлению протокола 42 ВЕ № 201145 о совершении 6 апреля 2003г. Сидоровым А.Ю. административного правонарушения, предусмотренного ст.12.8 КоАП РФ при управлении автомобилем марки "М – 21415", по помещению указанного автомобиля на штрафную стоянку ОГИБДД незаконными.

Разрешая спор и взыскивая с Финансового управления администрации г. Кемерово в пользу Сидорова А.Ю. компенсацию морального вреда в сумме 300 руб., причинённого в результате незаконных действий государственного инспектора ОГИБДД ОВД Ленинского района г. Кемерово Колесникова А.В., суд пришёл к выводу, что данный вред подлежит возмещению Финансовым управлением администрации г. Кемерово за счёт средств казны муниципального образования г. Кемерово, поскольку должности госинспекторов ОГИБДД ОВД Ленинского района г. Кемерово финансируются за счёт средств муниципального бюджета администрации г. Кемерово.

С таким выводом судебная коллегия не согласилась и, отменяя решение суда, в определении от 25.01. 2006г. указала, что суд не учёл положений ст.1, 9 Закона РФ от 18.04. 1991г. "О милиции", Постановление Правительства РФ от 7.12. 2000г. № 926 "О подразделениях милиции общественной безопасности" (с изменениями от 26.07. 2001г., 10.08. 2005г) и доводы представителя администрации г. Кемерово о том, что государственный инспектор ОГИБДД ОВД Ленинского района г. Кемерово Колесников А.В. является должностным лицом государственного органа исполнительной власти, а не муниципального образования г. Кемерово.

Таким образом, суды по-прежнему допускают ошибки при разрешении вопроса, за счёт какой казны возмещается вред, если он причинён сотрудником милиции, ГИБДД.

Проанализируем данную ситуацию. В силу ст.40 Закона "О милиции" вред, причинённый гражданам сотрудником милиции, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

В соответствии со ст.1069 ГК РФ вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причинённый вред подлежит возмещению за счёт казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п.3 ст.125 Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Анализ приведённых выше правовых норм позволяет сделать вывод, что вред возмещается за счёт той казны, которая является основным источником финансирования должностного лица, совершившего незаконные действия.

Законом РФ от 18.04. 1991г. № 1026 – 1 "О милиции" установлено, что милиция в Российской Федерации есть система органов исполнительной власти, которая входит в систему Министерства внутренних дел РФ и подразделяется на криминальную милицию и милицию общественной безопасности. Статьёй 35 настоящего Закона предусмотрено, что финансирование милиции осуществляется за счёт средств федерального бюджета, бюджетов субъектов РФ, местных бюджетов и иных поступлений в соответствии с законодательством Российской Федерации

Согласно ст.8 Закона РФ "О милиции" криминальная милиция финансируется за счёт средств федерального бюджета. В соответствии со ст.9 Закона "О милиции" состав милиции общественной безопасности, порядок создания, реорганизации и ликвидации её подразделений, а также численность милиции общественной безопасности, финансируемой за счёт средств федерального бюджета, определяются Правительством РФ.

Постановлением Правительства РФ от 07.12. 2000г. № 926 утверждены: Структура милиции общественной безопасности, Структура милиции общественной безопасности, финансируемой за счёт средств федерального бюджета.

Следовательно, если вред причинён в результате незаконных действий сотрудника милиции общественной безопасности, финансируемой за счёт средств федерального бюджета, то он возмещается в порядке ст.1069 ГК РФ за счёт казны РФ, от имени которой выступает Министерство финансов РФ.

В соответствии с указанным выше Постановлением Правительства в милицию общественной безопасности, финансируемую за счёт средств федерального бюджета, входят:

дежурные части (дежурная часть милиции общественной безопасности одновременно является дежурной частью соответствующего органа внутренних дел);

подразделения государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД РФ, осуществляющие технический надзор, розыск автомототранспортных средств и контроль за соблюдением установленных правил безопасности дорожного движения;

изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых;

подразделения охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых.

Таким образом, действующее законодательство РФ устанавливает, что средства федерального бюджета РФ являются основным источником финансирования перечисленных составов милиции общественной безопасности[21] .

Финансирование же подразделений милиции на железнодорожном, водном и воздушном транспорте определено ч.3 ст.35 Закона РФ "О милиции", где указано, что вышеназванные подразделения милиции финансируются за счёт средств федерального бюджета.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1.07. 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"[22] даны следующие разъяснения.

В случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, необходимо иметь в виду, что ответчиком по такому делу должны признаваться Российская Федерация, соответствующий субъект Российской Федерации или муниципальное образование (статья 16 ГК) в лице соответствующего финансового или иного управомоченного органа.

Предъявление гражданином или юридическим лицом иска непосредственно к государственному органу или к органу местного самоуправления, допустившему соответствующее нарушение, не может служить основанием к отказу в принятии искового заявления либо к его возвращению без рассмотрения. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующий финансовый или иной управомоченный орган.

При удовлетворении иска взыскание денежных сумм производится за счет средств соответствующего бюджета.

Так, С. в интересах своего несовершеннолетнего сына предъявил иск к МВД РФ, и городскому УВД о возмещении ущерба, сославшись на то, что в результате ДТП был совершен наезд на его сына, который имел при себе сотовый телефон, который был приобретен им - истцом для сына незадолго до указанного события. При осмотре места происшествия, которым руководил следователь К, пропал телефон. Как показал сотрудник милиции, который также участвовал в осмотре места, он обнаружил телефон и передал его следователю К.

Как пояснил К. он положил телефон на капот машины и впоследствии телефон потерялся. По факту пропажи телефона было возбуждено уголовное дело, которое затем производством было прекращено.

Установив изложенное, суд пришел к выводу о том, что следователь К. нарушил Инструкцию "О взаимодействии подразделений и служб органов внутренних дел в раскрытии преступлений", утв. Приказом МВД РФ N 334 от 20.06. 1996 г., согласно которой следователь несет персональную ответственность за качество, полноту и результативность осмотра места происшествия, применение криминалистических средств и методов, сбор, упаковку и сохранность изъятых следов и иных вещественных доказательств.

Руководствуясь ст.1069 ГК РФ, суд указал, что причиненный материальный ущерб подлежит возмещению и поскольку в соответствии с п.10 ст.158 Бюджетного кодекса РФ обязанности по представлению в суде казны РФ возлагаются на главных распорядителей средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности, а согласно Закону N 115-ФЗ "О бюджетной классификации Российской Федерации" от 15.08. 1996 г. МВД РФ входит в число главных распорядителей средств федерального бюджета, кроме того, согласно Положению о Министерстве внутренних дел, утв.

Указом Президента РФ N 1039 от 18.07. 1996 г. МВД РФ осуществляет централизованное обеспечение органов внутренних дел финансовыми ресурсами за счет средств федерального бюджета и других источников финансирования, суд постановил решение, которым взыскал с МВД РФ в пользу истца стоимость телефона[23] .

Кроме того, судам следует обратить внимание на то, что Министерство финансов РФ как сторона в гражданском процессе, должно быть извещено судом о времени и месте судебного заседания по правилам, установленным ст.113 – 116 Гражданского процессуального кодекса РФ (ГПК РФ) независимо от того, какой государственный орган представляет его интересы в суде.

Согласно п.3 ст.1081 ГК РФ Российская федерация, субъект Российской федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда, причинённого должностным лицом органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суда (п.1 ст.1070 ГК), имеют право регресса к этому лицу, если его вина установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

На основании указанной нормы права при рассмотрении дел о возмещении вреда, причинённого незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суда, необходимо в соответствии со ст.43 ГПК РФ привлекать указанных должностных лиц, если их вина установлена приговором суда, вступившим в законную силу, к участию в деле на стороне ответчика в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, т.к решение суда может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон.

Согласно ч.6 ст.29 ГПК РФ иски о восстановлении трудовых, пенсионных и жилищных прав, возврате имущества или его стоимости, связанные с возмещением убытков, причинённых гражданину незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу, подписки о невыезде, либо незаконным наложением административного наказания в виде ареста, могут предъявляться также в суд по месту жительства истца.

В силу ст.31 ГПК РФ гражданский иск, вытекающий из уголовного дела, если он не был предъявлен или не был разрешён при производстве уголовного дела, предъявляется для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства по правилам подсудности.

При таких данных по делам указанной категории в силу ч.5 ст. 198 ГПК РФ резолютивная часть решения суда должна содержать выводы суда об удовлетворении иска за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования через соответствующие финансовые органы.

В соответствии со ст.333.36 ч.1 п.4, п.10 Налогового Кодекса РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями освобождаются: истцы – по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причинённого преступлением; истцы – по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причинённого в результате уголовного преследования, в том числе по вопросам восстановления прав и свобод.

Таким образом, ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда предусмотрена ст.1070 ГК РФ. Незаконность принятых постановлений, на основании которых лица были привлечены к уголовной ответственности, в отношении их были незаконно применены в качестве меры пресечения заключение под стражу или подписка о невыезде, незаконно осуждены, на них незаконно были наложены административные взыскания в виде ареста, должна быть подтверждена их отменой или признанием действий неправомерными. Перечень неправомерных действий указанных органов, перечисленный в ст.1070 п.1 ГК РФ, является исчерпывающим.

Ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами, регулируется ст.1069 ГК РФ. По общему правилу, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) этих органов и должностных лиц, в т. ч. в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту, акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

ГК РФ впервые предусмотрена регрессная ответственность перед казной должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, допустивших в отношении граждан незаконное привлечение к ответственности, незаконное осуждение или незаконный арест. Регрессная ответственность названных должностных лиц может наступить лишь при одном условии: их вина должна быть подтверждена вступившим в законную силу приговором суда.

Из-за допускаемых ошибок гражданам может быть причинен материальный и моральный вред.

Материальный вред может слагаться из неполучения гражданами доходов, приостановки выплаты пенсии и пособий, конфискации имущества, иных затрат, связанных с восстановлением здоровья, увольнении с работы, прерывании трудового стажа, утраты жилища.

Возмещение материального ущерба от утраты заработка, других трудовых доходов, которых гражданин лишился, а также судебных издержек и иных сумм, производится не в гражданско-правовом порядке, а по правилам уголовно-процессуального законодательства, на основании постановления следователя, дознавателя, судьи.

Моральный вред - это нравственные и физические страдания, перенесенные от случившегося.


Глава 3. Проблемы применения положений о гражданско-правовой отвественности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда

3.1 Определение субъекта ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда

В п.1 статьи 1070 содержится исчерпывающий перечень органов государственной власти, являющимися субъектами ответственности за вред, причиненный ими незаконными действиями. К ним относятся должностные лица органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, суда.

По п.1 ст.1070 ГК потерпевшим является гражданин, в отношении которого совершены перечисленные незаконные действия следственно-судебных органов, а согласно п.2 ст.1070 ГК граждане и юридические лица. Рассмотрим каждый из вышеназванных элементов субъектного состава в рассматриваемых обязательствах.

В уголовно-процессуальном законе статус следователя как должностного лица органа предварительного следствия определен довольно четко и законодатель во всех случаях придерживается этого определения "следователь", в отличие от лиц, производящих дознание. Оно может производиться органом дознания (п.1 ч.2 ст.40 УПК), а также следователями Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации (п.7 ч.3 ст.151 УПК) и органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ (п.8 ч.3 ст.151 УПК).

Таким образом, в соответствии с законом к должностным лицам, осуществляющим уголовно-процессуальную деятельность, отнесены следователь, руководитель следственного органа, лицо, производящее дознание, начальник органа дознания (подразделения дознания), прокурор и судья.

Правило о производстве следствия (дознания) в установленном законом порядке означает точное и неуклонное исполнение следователем, органом дознания, дознавателем и другими участниками процесса норм, регламентирующих данный вид расследования преступления. Обязательное соблюдение правил производства следственных и иных процессуальных действий обеспечивает достижение задач уголовного судопроизводства, служит гарантом прав и свобод человека и гражданина.

Так, К. и Б. предъявили иск к ГУВД МО и Управлению федерального казначейства по МО, МВД РФ о возмещении ущерба, указав, что в отношении их было возбуждено уголовное дело по признакам преступления. Предусмотренного ст.172 УК РФ, а постановлением следователя от 6.01. 2003 г производство по делу прекращено по основаниям ст.24 п.2 и ст.27 п 2 ч 1 УПК РФ. В ходе проведения оперативно-следственного эксперимента были изъяты деньги: у К.9400 долларов США, 330 Евро, 1700 руб., а у Б. - 88150 руб., 6820 долларов США. В нарушение ст.82 УПК РФ и Инструкции N 34/15-1989 г. "O порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами" деньги как вещественные доказательства в финотдел ГУВД. Следователь М. поместил деньги в свой сейф, позднее деньги пропали и по факту кражи было возбуждено уголовное дело. Следователь М. и начальник следственного отделения ГУВД за допущенное нарушение были привлечены к дисциплинарной ответственности. Решением суда заявленные требования были удовлетворены, суд взыскал с Управления федерального казначейства по Московской области за счет казны РФ причиненный истицам материальный ущерб в общей сумме 616726 руб[24] .

Следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной ст.38 УПК осуществлять предварительное следствие по уголовному делу.

Руководитель следственного органа уполномочен:

поручать производство предварительного следствия следователю либо нескольким следователям, а также изымать уголовное дело у следователя и передавать его другому следователю с обязательным указанием оснований такой передачи, создавать следственную группу, изменять ее состав либо принимать уголовное дело к своему производству;

проверять материалы уголовного дела, отменять незаконные или необоснованные постановления следователя;

давать следователю указания о направлении расследования, производстве отдельных следственных действий, привлечении лица в качестве обвиняемого, об избрании в отношении подозреваемого, обвиняемого меры пресечения, о квалификации преступления и об объеме обвинения;

отстранять следователя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований УПК;

отменять незаконные или необоснованные постановления нижестоящего руководителя следственного органа.

Указания руководителя следственного органа по уголовному делу даются в письменном виде и обязательны для исполнения следователем. Руководитель следственного органа рассматривает требования прокурора об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного следствия, а также письменные возражения следователя на указанные требования и дает следователю письменные указания об исполнении указанных требований либо информирует прокурора о несогласии с его требованиями.

Органы и должностные лица ОВД следует рассматривать в качестве органов дознания лишь в том случае, когда они начинают осуществлять процессуальную деятельность в сфере уголовного судопроизводства, действуют в порядке и формах, установленных уголовно-процессуальном законом.

Процессуальными полномочиями органа дознания обладают начальники криминальной милиции и милиции общественной безопасности, а также территориальных и линейных отделов (отделений) милиции и их заместители, если это должностное лицо поручило кому-либо из своих подчиненных возбудить уголовное дело и начать дознание, и само оно руководит дознанием от начала и до конца. [25]

В системе местной милиции (общественной безопасности) имеются подразделения дознания, состоящие из дознавателей и их начальников.

В соответствии со статьёй 40-1 УПК начальник подразделения дознания по отношению к находящимся в его подчинении дознавателям уполномочен:

1) поручать дознавателю проверку сообщения о преступлении, принятие по нему решения в порядке, установленном статьей 145 УПК, выполнение неотложных следственных действий либо производство дознания по уголовному делу;

2) изымать уголовное дело у дознавателя и передавать его другому дознавателю с обязательным указанием оснований такой передачи;

3) отменять необоснованные постановления дознавателя о приостановлении производства дознания по уголовному делу;

4) вносить прокурору ходатайство об отмене незаконных или необоснованных постановлений дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела.

При осуществлении полномочий, предусмотренных настоящей статьей, начальник подразделения дознания вправе:

1) проверять материалы уголовного дела;

2) давать дознавателю указания о направлении расследования, производстве отдельных следственных действий, об избрании в отношении подозреваемого меры пресечения, о квалификации преступления и об объеме обвинения.

Указания начальника подразделения дознания по уголовному делу даются в письменном виде и обязательны для исполнения дознавателем, но могут быть обжалованы им начальнику органа дознания или прокурору. Обжалование указаний не приостанавливает их исполнения. При этом дознаватель вправе представить начальнику органа дознания или прокурору материалы уголовного дела и письменные возражения на указания начальника подразделения дознания.

Большинство процессуальных актов, выносимых лицом, производящим дознание, имеют юридическую силу только с момента подписания его начальником органа дознания.

Таким образом, при причинении вреда (согласно ст.1070 ГК) непосредственными причинителями вреда должны выступать лица, производящие следствие (дознание), совместно с руководителем следственного органа (начальником органа дознания).

Однако, если процессуальный акт был вынесен лицом, производящим следствие (дознание), и утвержден руководителем следственного органа (начальником органа дознания) на законном основании, а фактическое процессуальное действие, совершенное во исполнение такого акта было незаконным, то причинителем вреда выступает только лицо, производящее дознание.

Во-первых, имеется в виду принятие таких процессуальных актов, которые имеют юридическую силу с момента его подписания руководителем следственного органа (начальником органа дознания), поэтому если следователь (дознаватель) самостоятельно принимает решение относительно, например, проведения следственного эксперимента, и во время его проведения причиняется вред, то, безусловно, только следователь (дознаватель) несет имущественную ответственность, исключая ответственность руководителя следственного органа (начальника органа дознания).

Во-вторых, под "фактическим процессуальным действием" подразумевается производство процессуального действия, порядок которого регламентируется нормами уголовно-процессуального закона и ведомственных нормативных актов МВД России.

В-третьих, под "незаконностью" практического процессуального действия, понимается производство процессуального действия, которое совершено с нарушением предписаний уголовно-процессуального закона, что повлекло за собой причинение вреда, например, при производстве наложения ареста на имущество или обыска.

Уголовно-процессуальные правоотношения, складывающиеся между этими субъектами - представителями власти, носят властный характер. Если следователю (дознавателю) упомянутые указания даются руководителем следственного органа (начальником органа дознания) в устной форме и в результате их исполнения причиняется вред, то непосредственным причинителем вреда выступает следователь (дознаватель), ибо уголовно - процессуальный закон обязательность исполнения указаний руководителем следственного органа (начальником органа дознания) подчиненным следователем (дознавателем) связывает только с письменной формой указаний, а не устной.

Если указания руководителя следственного органа (начальника органа дознания) даются в письменной форме, и в результате их выполнения причиняется вред, то непосредственными причинителями вреда выступают два должностных лица: руководителя следственного органа (начальник органа дознания) и следователь (дознаватель). Это правило действительно, когда дознаватель не воспользовался своим правом обжалования указания начальника органа дознания прокурору, а следователь не воспользовался своим правом обжалования указания руководителя следственного органа руководителю вышестоящего следственного органа.

В предусмотренных законом случаях (ч.4 ст.41 УПК РФ) дознавателю даются указания прокурором. Если в результате их выполнения причиняется вред, то непосредственным причинителем вреда выступают прокурор и дознаватель. В случае сомнений в правомерности указаний прокурора закон предоставляет дознавателю право представить дело вышестоящему прокурору с письменным изложением своих возражений.

Таким образом, у дознавателя, не согласного с указанием прокурора, есть определенные варианты поведения для освобождения его от имущественной ответственности. Правило о признании непосредственными причинителями вреда прокурора и дознавателя сохраняется, если вышестоящий прокурор не отменяет указание нижестоящего прокурора, а поручает производство дознания по этому делу другому дознавателю[26] .

УПК РФ в статье 123 содержит норму, в соответствии с которой решения и действия дознавателя, следователя, прокурора и суда могут быть обжалованы лицами, не являющимися участниками уголовного судопроизводства, в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

Под "иными лицами" понимаются, например, лица, несущие по закону материальную ответственность за действия подозреваемого, обвиняемого, на имущество которых наложен арест; поручитель подозреваемого, обвиняемого; его залогодатель; должностные лица специализированного детского учреждения, которым поручен присмотр за несовершеннолетним подозреваемым, обвиняемым; руководители предприятий, учреждений, организаций, которым направлен соответствующий запрос суда или правоохранительных органов; должностные лица, получившие для исполнения решения следственных органов, прокурора либо суда; присутствующие в зале судебного заседания лица, подвергнутые денежному взысканию за нарушение порядка в судебном заседании и т.д.

Обжаловать действия (бездействия) и решения органов предварительного следствия возможно прокурору, руководителю следственного органа в соответствии со ст.124 УПК РФ. Прокурор, руководитель следственного органа рассматривает жалобу в течение 3х суток со дня ее получения. В исключительных случаях, когда для проверки жалобы необходимо истребовать дополнительные материалы либо принять иные меры, допускается рассмотрение жалобы в срок до 10 дней, о чем извещается заявитель.

По результатам рассмотрения прокурор, руководитель следственного органа выносит постановление о полном или частичном удовлетворении жалобы либо об отказе в ее удовлетворении.

Заявитель должен быть немедленно уведомлен о решении, принятом по жалобе и дальнейшем порядке его обжалования.

Постановления дознавателя и следователя об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту производства предварительного расследования. (ст.125, 214 УПК РФ)

Судья осуществляет такую проверку не позднее чем через 5 суток со дня поступления жалобы и по результатам ее рассмотрения выносит соответствующее постановление. Копия постановления направляется заявителю, прокурору и руководителю следственного органа.

В случае вынесения необоснованного постановления об отказе и возбуждении уголовного дела должностными лицами, уполномоченными осуществлять уголовное преследование, не причиняется вред, так как он уже причинен, но не реализуются надлежащим образом гарантии по защите конституционных прав и свобод. Вынесение необоснованного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела образует состав уголовно-процессуального правонарушения.

Государство (в лице федеральной казны), либо же в предусмотренных законом случаях субъект РФ или муниципальное образование (в лице соответственно казны субъекта Федерации либо казны муниципального образования), также являются субъектом ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суда. От имени казны, как это предусмотрено ст.1071 ГК, выступают соответствующие финансовые органы.

Вместе с тем согласно п.3 ст.125 ГК в случаях, предусмотренных законом и иными правовыми актами, от имени РФ, субъекта РФ или муниципального образования могут выступать по их поручению другие органы, юридические лица и граждане. Следовательно, финансовые органы выступают всегда в силу закона, а другие органы, юридические лица и граждане - на основании поручения, содержащегося в нормативном акте, или заключенного с ними договора на представительство интересов соответствующего субъекта.

Статья 1069 ГК не содержит отсылки к каким-либо специальным основаниям (условиям) ответственности РФ, субъекта РФ или муниципального образования, что позволяет сделать вывод о действии общих правил деликтной ответственности, то есть ответственности за вину, если иное не предусмотрено законом. При этом имеются в виду виновные действия государственных и муниципальных органов и их должностных лиц.

Подтверждением такого вывода служит ст.1070, регулирующая ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. В ней установлено, что причиненный органами вред возмещается в полном объеме независимо от вины должностных лиц.

Исполнение обязанности государства возместить реабилитированному лицу ущерб, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, обусловлено наличием волеизъявления реабилитированного лица реализовать принадлежащее ему субъективное право на возмещение вреда.

Выдвижение такого утверждения исходит из следующего: объектом гражданского правонарушения в порядке ст.1070 ГК являются конституционные права граждан (право на свободу, личную неприкосновенность), гарантом которых выступает государство. На отраслевом уровне они охраняются уголовным, административным, гражданским и другими отраслями права. Санкции норм уголовного закона направлены ко всем гражданам, привлеченным к уголовной ответственности, и справедливому наказанию подлежит только лицо, виновное в совершении преступления.

Отношения между лицом, совершившим преступление и государством носят публичный характер и возникают с момента совершения преступления, публичное право государства - это право на уголовное преследование, наказание преступника, виновность которого признается по приговору суда и в соответствии с законом. Публичному юридическому праву государства соответствует юридическая обязанность субъекта - преступника отвечать за свои действия.

Следовательно, государство, применяя меры такого принуждения для быстрого и полного раскрытия преступления на основаниях и в порядке, установленных законом, действует правомерно. Если государство подвергает уголовному преследованию невиновного или с нарушением закона, то оно действует противоправно. Из неправомерной деятельности государства возникает юридическая обязанность перед потерпевшим возместить вред за счет средств государственной казны.

Выступая гарантом конституционных прав и обладая политической властью в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, государство участвует с другими участниками этих правоотношений на равных началах. Непосредственными причинителями вреда - следователь, лицо, производящее дознание, руководитель следственного органа, начальник органа дознания, прокурор являются должностными лицами государственных (правоохранительных) органов, призванных осуществлять государственно-властную функцию в сфере уголовного преследования. Реализация этой функции осуществляется ими не от своего имени, или от имени органа, где они работают, а от имени государства в целом. Должностные лица и орган (суд, следственный орган, ОВД и т.д.) в уголовно-процессуальных отношениях выступают как его представители.

Поэтому государство принимает на себя ответственность, за действия каждого должностного лица или органа. Государство возмещает вред независимо от вины следственно-судебных органов. Ошибка в принятии незаконного процессуального акта может складываться и из процессуальных действий следователя (дознавателя) при собирании и оценке доказательств, прокурора при поддержке обвинения в судебном разбирательстве, и наконец, при вынесении неправосудного приговора, поскольку обвинительная функция в уголовном процессе рассредоточена между всеми представителями органов государственной власти, осуществляющих уголовно-процессуальную деятельность (суд, судья, следователь, лицо, производящее дознание, прокурор, начальник органа дознания).

Согласно действующему уголовно-процессуальному законодательству, возмещение морального вреда в структуре уголовно-процессуальной реабилитации включает (ст.135 УПК РФ):

принесение прокурором от имени государства официального извинения реабилитируемому за причиненный ему вред;

возможность компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении;

восстановление необоснованно пострадавшей репутации путем сообщения о реабилитации в средствах массовой информации в случае, если сведения о задержании, заключении под стражу, временном отстранении от должности, применении принудительных мер медицинского характера, об осуждении реабилитируемого и иных примененных к нему незаконных действиях были опубликованы в печати, распространены в других средствах массовой информации;

направление письменных сообщений о принятых решениях, оправдывающих гражданина, по месту его работы, учебы или месту жительства.

Процедура принесения прокурором официального извинения от имени государства реабилитируемому за причиненный вред действующим законодательством не регламентирована.

Основным содержанием официального извинения является публичное признание ошибки, допущенной органами расследования и судом, объявление о том, что ранее оглашенные данные о подозрении, обвинении или объявлении о виновности человека в совершении преступления, порочащие его честь и достоинство, не соответствуют действительности.

У некоторых ученых возникает вопрос: почему во всех случаях за ошибки публичное извинение должен приносить прокурор, а не дознаватель, следователь, или судья? [27] В данном случае, вероятно, не только следует согласиться с мнением Ю. Синельщикова о том, что публичное извинение – обязанность прокурора в связи с тем, что оно должно носить официальный характер и приноситься не от имени своего ведомства, т.е. прокуратуры, а от имени государства[28] . Также необходимо учитывать, что именно прокурор уполномочен осуществлять от имени государства надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия (ст.30 Федерального закона “О прокуратуре Российской Федерации”; ч.1 ст.37 УПК РФ). Если была допущена ошибка или нарушение закона и уголовное преследование осуществлялось в отношении невиновного, а прокурор в процессе надзора не выявил этого, то кто, как не он, должен принести от имени государства извинение реабилитируемому.

Отсутствие законодательного урегулирования процедуры принесения официального извинения реабилитируемому вызывает определенные вопросы на практике. Суть проблемы состоит в том, что при направлении извещения реабилитируемому с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в порядке ч.1 ст.134 УПК РФ, в нем не разъясняется порядок принесения официального извинения прокурором от имени государства и какие действия реабилитируемому необходимо осуществить в данном случае.

В связи, с чем видится необходимым указать работникам органов правосудия, прокуратуры и предварительного расследования на важность присутствия таких разъяснений в составляемом реабилитируемому извещении. В нем, в частности, должно быть указано о том, что реабилитируемому для принятия извинений прокурора, приносимых от имени государства, необходимо явиться, например, в прокуратуру района, на территории которого находится орган, вынесший реабилитирующие решение[29] .

Так как к числу процессуальных действий, в соответствии с п.32 ст.5 УПК РФ, относятся все следственные, судебные или иные действия, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом, то принесение прокурором официального извинения также является процессуальным действием, которое предусмотрено ч.1 ст.136 УПК РФ.

Вынесение неправосудного приговора или незаконное привлечение к уголовной ответственности может произойти не только в результате нарушений требований уголовно-процессуального закона должностными лицами при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности, но и по иным причинам, например, вследствие ложных показаний свидетеля или заключения эксперта. Происходит как бы "распыление вреда". Государство же гарантирует защиту конституционных прав и свобод гражданина от любых посягательств, от кого бы они ни исходили.

Государство в лице уполномоченных органов может взыскать с причинителей вреда в регрессном порядке возмещенные потерпевшему убытки, но не свыше среднемесячного заработка, который будет складываться из должностного оклада и оклада по специальному званию без учета остальных сумм денежного довольствия; процентной надбавки за выслугу лет, стоимости продовольственного пайка, надбавки, установленной специальными правовыми актами местных органов власти.

3.2 Анализ правоприменительной практики применения положений законодательства РФ о гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда: проблемы и пути их решения

Основными нормативными актами, регламентирующими порядок возмещения в сфере уголовно-процессуальной деятельности остаются нормативные акты бывшего Союза ССР. Поскольку с момента их принятия прошло более 20 лет, и содержание их уже не соответствует новым сложившимся политическим и социально-экономическим отношениям, существует настоятельная потребность в разработке законодательного акта федерального уровня, регламентирующего порядок возмещения вреда в сфере государственно-властной деятельности (уголовное судопроизводство).

Нормы вышеупомянутого комплекса правовых актов относятся к различным отраслям права, так как незаконные действия должностных лиц органов дознания, прокуратуры и суда могут нарушить целый ряд субъективных прав граждан, регулируемых различными отраслями права (гражданским, трудовым, административным, финансовым, процессуальным).

В связи с принятием Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г., которым утверждено Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, инструкции по применению этого Положения от 2 марта 1982 г. возникла проблема отраслевой принадлежности института по возмещению вреда, причиненного в сфере уголовно-процессуальной деятельности, и прежде всего имущественного.

В юридической литературе имеют место различные суждения о правовой природе норм, содержащихся в указанном Положении, и правоотношений по возмещению вреда при совершении незаконных действий должностными лицами в сфере уголовного судопроизводства. По данному вопросу определились три точки зрения. Первая - сводится к тому, что отношения по возмещению имущественного и морального вреда гражданину, причиненного незаконными действиями в сфере уголовного судопроизводства имеют уголовно-процессуальную природу. В соответствии со второй - эти отношения имеют комплексный характер. И, наконец, согласно третьей - эти отношения имеют гражданско-правовую природу[30] .

В пользу третьей точки зрения говорит тот факт, что гражданско-правовые отношения характеризуются: товарно-денежным и иным имущественным характером; субъекты этих отношений находятся в юридическом равенстве по отношению друг к другу и обладают имущественной обособленностью.

Понятие имущественного ущерба, содержащиеся в Положении от 18 мая 1981 г., включают в себя ограниченный перечень объектов права собственности граждан и источников формирования их доходов. Это обусловлено имевшими место имущественными отношениями в социалистической системе хозяйства и социалистической собственности на средства производства.

Современное российское гражданское законодательство предусмотрело право частной собственности граждан и юридических лиц. С развитием товарно-денежных отношений в современном складывающимся рыночном хозяйстве вред, причиняемый собственнику незаконными уголовно-процессуальными действиями, значительно больше по сравнению с причинявшимся ранее.

Не оспаривая имущественного характера правоотношений по возмещению имущественного вреда гражданину в области уголовного судопроизводства, учёные советского периода (Б.Т. Безлепкин и др.) не признавали их гражданско-правовыми. Более того, они полагали, что "если же он (имущественный) вред является производным от каких-либо других нормативно урегулированных социальных связей, то имущественные отношения обособляются от сферы гражданско-правового регулирования и образуют объект других самостоятельных отраслей правовой системы".

Если исходить из уголовно-процессуальной природы, то не предметом правового регулирования, а сферой возникновения юридического факта, порождающего правоотношения, определяется правовая природа отношений. Так, если вред причинен уголовным преступлением или административным правонарушением, то возмещение такого вреда должно происходить по нормам уголовного или административного права. Однако не вызывает сомнений в гражданско-правовой природе этих отношений.

В числе аргументов в пользу уголовно-процессуальной принадлежности рассматриваемых правоотношений приводится довод о целях и задачах уголовно-процессуального законодательства. Согласно ст.6 УПК РФ назначением уголовного судопроизводства является изобличение виновных и обеспечение правильного применения закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден. Эти же задачи ставятся перед Следственным комитетом при генеральной Прокуратуре РФ и следственными подразделениями МВД Российской Федерации.

Правоотношения по возмещению вреда, предусмотренного ст.1070 ГК строятся в рамках гражданско-правовой ответственности. Субъектом ответственности этих отношений является государство, что, по мнению сторонников уголовно - процессуальной концепции, является нетипичным. Этот довод нельзя признать основательным, так как государство является субъектом гражданско-правовых отношении (ст.124 ГК) не только во внешнем, но и во внутреннем гражданском обороте в качестве казны.

Возмещение имущественного и морального вреда согласно ст.1070 ГК производится независимо от вины должностных лиц, что является типичным для наступления гражданско-правовой ответственности.

Согласно п.11 Положения от 18 марта 1981г., постановление о размере ущерба выносят органы дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суд, если гражданин не согласен с принятым постановлением, он вправе обжаловать его в административном порядке. Если требования о возврате имущества и его стоимости не удовлетворены или гражданин не согласен с принятым решением, то он вправе обратиться в суд, в порядке искового производства (п.12 Положения).

Таким образом, спор по защите своих прав гражданин может решить в административном и административно-судебном порядке. Такой подход к порядку защиты гражданских прав не противоречит общим началам защиты гражданских прав, предусмотренных действующим гражданским законодательством. Согласно п.2 ст.11 ГК защита гражданских прав в случаях, специально предусмотренных законодательными актами, осуществляется в административном порядке. В рассматриваемых отношениях имеет место административный порядок защиты гражданских прав.

На правоохранительных органах лежит обязанность разъяснить гражданину порядок восстановления его нарушенных прав, а инициатива процесса по восстановлению этих прав исходит от самого потерпевшего (п.11 Положения от18 мая 1981г), и только после получения заявления гражданина о возмещении ущерба компетентные органы принимают меры к восстановлению нарушенных прав. Согласно ст.399 УПК суд выносит определение о возмещении причиненного вреда. В случае несогласия с вынесенным определением суда или органа дознания об объеме и размере возмещения гражданин вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства.

В юридической литературе высказано суждение о том, что правоотношения, возникающие вследствие причинения вреда в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения меры пресечения в виде заключения под стражу, имеют комплексный характер. С данным утверждением частично следует согласиться.

Исследуемые правоотношения имеют гражданско-правовую природу, ибо в гражданском праве действует принцип недопустимости причинения вреда, в силу которых граждане и юридические лица обязаны воздерживаться от причинения вреда абсолютным субъективным правам (право на жизнь, здоровье; право частной собственности; право на имя и т.п.). В случае причинения вреда этим правам возникают гражданско-правовые отношения независимо от того, в какой форме совершено правонарушение: в форме уголовно-правового, административно-правового или гражданско-правового деликта.

Среди сторонников гражданско-правовой природы отношений по возмещению вреда, причиненного гражданину незаконными действиями следственно-судебных органов не сложилось единого мнения относительно квалификации рассматриваемых правоотношений. Здесь целесообразно рассматривать отношения по возмещению вреда в рамках деликтной ответственности.

Под обязательством, возникающим из причинения вреда должностными лицами в сфере уголовного судопроизводства, следует понимать гражданское правоотношение, по которому потерпевший (гражданин, юридическое лицо) вправе требовать возмещения вреда (имущественного, морального), а государство, в служебно-трудовых отношениях с которым состоят должностные лица, или обвиняемый (подозреваемый), в отношении которого совершаются уголовно-процессуальные действия, или должностные лица обязаны полностью возместить причиненный вред.

Нарушение уголовно-процессуального закона не всегда влечет за собой возникновение гражданских правоотношений по возмещению вреда. Это имеет место в случае необоснованного отказа в возбуждении уголовного дела.

Уголовные материальные правоотношения возникают между лицом, совершившим преступление и государством. Гражданские отношения по возмещению вреда, причиненного преступлением, возникают между правонарушителем (деликвентом) и потерпевшим. Как известно, уголовные материальные правоотношения реализуются через уголовно-процессуальные правоотношения. Установление наличия юридических и фактических предпосылок к расследованию или судебному рассмотрению (по делам, не требующим расследования) и принятие решения о возбуждении уголовного дела происходит в рамках уголовно-процессуальных правоотношений.

Немалую долю от всех поступивших жалоб и заявлений граждан в органы внутренних дел, прокуратуры составляют обращения, связанные с утратой или порчей имущества, изъятого у них в ходе следствия и находившиеся непосредственно на хранении у следователей, лиц, производивших дознание. Ответы на эти обращения различны, но нередко отсутствует разъяснение о том, что гражданин должен обратиться со своим заявлением о возмещении утраченного или испорченного имущества в порядке гражданского судопроизводства. В некоторых случаях ответы содержат подобное разъяснение, но только тогда, когда работник уже уволился из следственных органов.

В этом случае ответчиком по иску должен стать орган внутренних дел, где работал этот следователь. Вред, причиненный следователем при исполнении этих обязанностей, возмещается органом внутренних дел. Впоследствии орган внутренних дел вправе обратиться к своему бывшему сотруднику с регрессным требованием. Данную схему возмещения не меняет факт увольнения следователя.

В судебной практике встречаются случаи, когда граждане ошибочно предъявляют иск о возмещении утраченного или испорченного имущества вследствие ненадлежащего хранения изъятого имущества к следственным органам, судам, хотя эти действия связаны с расследованием уголовного дела, они не являются уголовно-процессуальными по своей природе[31] .

Например, следователь наложил арест на имущество в соответствии со ст.115 УПК РФ и передал имущество на хранение представителям ЖЭКа, помещение, в котором хранилось имущество, следователь опечатал. Во время аварии помещение, в котором находилось имущество, было затоплено, имуществу причинен ущерб. Собственник имущества предъявил иск о возмещении причиненных убытков к органу внутренних дел, где работает следователь.

В данном примере уголовно-процессуальные отношения имеют место между следователем и собственником имущества при вынесении постановления о наложении ареста на имущество в порядке ст.115 УПК. Следователь действовал правомерно. Субъектам правоотношения по хранению имущества в силу закона (ст.115 УПК) является ЖЭК и собственник имущества, на наш взгляд, вред, причиненный вследствие такого хранения должен возмещаться хранителем по обязательству хранения (ст. ст.901-903 ГК).

Если бы арестованное имущество было изъято и передано на хранение органам внутренних дел, и там был бы причинен ущерб имуществу, то субъектом ответственности по этому обязательству хранения выступал бы орган внутренних дел, поскольку им могла быть нарушена норма § 14 Инструкции "О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания, судами", № 34/15 от 18 октября 1989г.

Правопрекращающим юридическим фактом уголовно-процессуального правоотношения между следователем, органом дознания и обвиняемым является постановление о прекращении дела. Право на возмещение ущерба, предусмотренного Положением от 18 марта 1981 г., возникает в случае вынесения постановления о прекращении дела в отношении обвиняемого по реабилитирующим основаниям.

В судебной практике встречаются случаи, когда граждане обращаются с заявлениями о возмещении вреда в случае вынесения обвинительного приговора с освобождением осужденного от наказания по амнистии или из-за истечения сроков давности. Указанные основания не позволяют гражданину иметь статус потерпевшего в субъектном составе согласно ст.1070 ГК.

Круг потерпевших граждан в обязательствах по возмещению вреда в порядке п.2 ст.1070 ГК шире, ибо уголовно-процессуальные правоотношения складываются не только между представителями органов власти и обвиняемым, подсудимым, осужденным, но и другими субъектами, например, между следователем, лицом, производящим дознание и гражданином, руководителем учреждений и организаций, общественными организациями и их представителями, участвующими при осуществлении процессуальных действии.

До сих пор в законодательстве не решён вопрос возмещения вреда лицам, задержанным в качестве подозреваемого и к которым были применены незаконные действия органами дознания, предварительного следствия и прокуратуры. Положение лица, задержанного в качестве подозреваемого и помещенного в условия изоляции, по своему правовому режиму, степени применяемых ограничений и претерпеваемых в связи с этим ущемлений тождественно положению лица, в отношении которого содержание под стражей избрано в качестве меры пресечения.

Следовательно, и вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры, должен возмещаться государством в полном объеме независимо от вины соответствующих должностных лиц не только в прямо перечисленных в п.1 ст.1070 случаях, но и тогда, когда вред причиняется в результате незаконного применения в отношении гражданина такой меры процессуального принуждения, как задержание.

Имущественный вред может быть причинен гражданам, в отношении которых совершаются уголовно-процессуальные действия, а также гражданам, которые не имеют непосредственного отношения к конкретному уголовному делу, и в отношении них не велось уголовное дело.

Например, имущественный ущерб в виде неполученной заработной платы работников предприятия из-за ареста имущества предприятия, в т. ч. денежных средств на банковский счет вследствие возбуждения уголовного дела против коммерческого директора этого предприятия, потерпевшим может выступать само юридическое лицо в случае производства отдельных процессуальных действии: изъятие имущества и документов при выемке, обыске, осмотре места происшествия, аресте имущества, а также хранении арестованного имущества, и работники этого предприятия.

С точки зрения правовой регламентации возмещения вреда, причиненного в результате "незаконной деятельности", предусмотренной п.2 ст.1070 ГК, гражданина или юридическое лицо следует отнести к категории потерпевших, имуществу которых причинен вред в результате отдельных следственных действий (например: во время обыска или выемки), если их осуществление не дало никаких ожидаемых результатов для следствия.

Признание потерпевшими возможно при условии обжалования действий следователя, органа дознания, в установленном законом порядке, и признания их незаконными, т.е. проведенными с нарушением норм уголовно-процессуального закона. В соответствии с указанной статьей ГК гражданские правоотношения по возмещению вреда возникают на общих основаниях, т.е. при наличии полного состава гражданского правонарушения, сам факт причинения вреда в данном случае не позволяет собственнику или законному владельцу требовать возмещения причиненного вреда.

Например: в результате фактического задержания обвиняемого в одном из многоквартирных жилых домов был причинен имущественный вред собственнику квартиры (выбиты входная и внутренняя двери, оконные стекла, частично повреждена мебель), кроме того, в результате фактического задержания получила повреждение входная дверь соседней квартиры.

В упомянутом примере есть основание возникновения гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, но имущественная ответственность должностных лиц, осуществлявших фактическое задержание обвиняемого (подозреваемого), и соответственно юридического лица, с которым состоят должностные лица в служебно-трудовых отношениях, исключается.

Гражданско-правовые отношения по возмещению вреда возникают между обвиняемым, который выступает деликвентом, и собственником, имуществу которого причинен вред (потерпевший). Рассмотрим подробнее предложенную ситуацию и ее возможные варианты.

До вынесения постановления о заключении под стражу обвиняемый и следователь или орган дознания находятся в уголовно-процессуальных правоотношениях. Фактическое задержание подозреваемого во исполнение постановления следователя или органа дознания о задержании означает, что лицо становится сразу обвиняемым - участником уголовно-процессуальной деятельности, поскольку постановление о задержании может быть вынесено только по уголовному делу.

Поводом вынесения постановления о применении мер уголовно-процессуального принуждения может быть пресечение уклонения обвиняемого или подозреваемого от следствия или суда, что в юридической литературе признается как специальный объект отдельного правоотношения.

Согласно уголовно-процессуальному закону постановление следователя, органа дознания, вынесенные в соответствии с законом по находящимся в их производстве уголовным делам, обязательны для исполнения всеми гражданами. В примере исходится из того, что ни обвиняемый (подозреваемый), ни собственник квартиры не выполнили эту обязанность. Поэтому у должностных лиц возникает право о принудительном выполнении постановления о задержании, тактическими действиями должностных лиц по принудительному выполнению постановления причинен имущественный вред.

Обвиняемый (подозреваемый) мог добровольно подчиниться выполнению постановления о задержании, а собственник квартиры мог не препятствовать войти в квартиру уполномоченным должностным лицам. Безусловно, между виновными противоправным поведением (бездействием) обвиняемого (подозреваемого) и возникшим вредом есть причинная связь. Противоправное поведение (бездействие) собственника квартиры способствовало увеличению причиненного вреда.

Следовательно, в данной ситуации субъектный состав гражданских правоотношений выглядит следующим образом: непосредственный причинитель вреда - уполномоченные должностные лица, субъект ответственности - обвиняемый (подозреваемый), потерпевший - собственник квартиры.

Однако мотивы отказа собственника квартиры от выполнения обязанностей могут быть различные. Это обстоятельство существенно влияет на объем возмещения вреда. Если собственник квартиры отказался открыть квартиру по собственной инициативе, поскольку обвиняемый мог быть его родственником или близким знакомым, то в этом случае имеет место вина потерпевшего, что является основанием для уменьшения объема возмещения. Если отказ собственника квартиры открыть входную дверь явился следствием угрозы его жизни, здоровью или членам его семьи, например, в случае захвата заложников, то вина потерпевшего отсутствует, и причиненный вред должен быть возмещен обвиняемым (подозреваемым) в полном объеме.

До принятия нормативных актов, регулирующих возмещение вреда в порядке ст.447 ГК 1964 г., в юридической литературе неоднократно высказывались предложения о возмещении материального вреда при повреждении здоровья в период незаконного привлечения к уголовной ответственности и незаконного задержания.

Однако нормативного закрепления в Положении от 18 мая 1981 г. они не получили. Изучение следственно-судебной практики показало, что потерпевшие выдвигают требования о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья в основном за период пребывания в местах лишения свободы, а в некоторых случаях - за период нахождения под стражей. Граждане требуют возмещения затрат, связанных с расстройством здоровья: на стационарное лечение, на оплату путевки в санаторий для курортного лечения, на протезирование.

В подтверждение своих требований они предъявляют медицинское заключение и другие документы, свидетельствующие об ухудшении здоровья, появлении или обострении хронических заболеваний в период совершения незаконных действий. Суд, орган дознания, следователь, прокурор отказывают в возмещении этого вида вреда, так как они руководствуются нормами Положения и Инструкции по применению этого Положения, где этот вид вреда возмещению не подлежит.

В судебной практике еще нередки случаи, когда осуждается невиновный. Осуждение признается незаконным, когда гражданин полностью или частично отбыл наказание по неправосудному приговору. Впоследствии в порядке надзора или по вновь открывшийся обстоятельствам уголовное дело было пересмотрено и был вынесен оправдательный приговор. Основания к отмене приговора в порядке надзора аналогичный основаниям к отмене или изменения приговора в кассационном производстве (ст.378 УПК).

Незаконное осуждение не следует связывать только ошибочностью судейского убеждения. Важнейшей процессуальной гарантией прав обвиняемого является презумпция невиновности (ст.49 Конституции России, ст.14 УПК), действующая на всех стадиях уголовного процесса. В то же время она непосредственно связана с "бременем доказывания".

На следователе, лице, производящим дознание, лежит обязанность доказать правильность предъявленного обвинения. В этом смысле, следователь и лицо, производящее дознание, выполняют обвинительную функцию, также как и прокурор в судебном разбирательстве. При этом они должны выполнять требования уголовно-процессуального закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела.

На практике возмещения вреда вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности вызывают затруднения из-за отсутствия единого подхода к понятию "привлечение к уголовной ответственности". Большинство полагает, что привлечение к уголовной ответственности идентично привлечению в качестве обвиняемого. Привлечение к уголовной ответственности иногда рассматривается не как уголовно-процессуальное, а как уголовно-правовое понятие, связанное с осуществлением этой деятельности.

Привлечение к уголовной ответственности есть не что иное, как предъявление обвинения конкретному лицу, в связи, с чем оно привлекается в качестве обвиняемого. Значение привлечения к уголовной ответственности состоит не в признании лица виновным, а в создании для этого необходимых условий. В результате расследования устанавливаются фактические данные, необходимые для решения вопроса, имелись ли основания для возникновения уголовного правоотношения. Когда данных для предъявления обвинения достаточно, требование нормы уголовного закона применяется к действиям конкретного лица. Осуществление этого важного процессуального акта закон связывает с наличием необходимого для этого основания.

Исходя из требований ст.171 УПК, следователь выносит мотивированное постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого при наличии достаточных доказательств, дающих основание для предъявления обвинения в совершении преступления. Основанием для привлечения к уголовной ответственности являются доказательства. Привлечение к уголовной ответственности может быть признано законным тогда, когда оно отвечает требованию обоснованности. Обоснованность привлечения к уголовной ответственности как общее понятие означает соответствие вывода о совершении данным лицом преступления фактическим обстоятельствам, установленным по делу.

Анализ правоприменительной практики позволяет сделать вывод о том, что процедура возмещения вреда реабилитированным лицам далека от совершенства.

Многие вопросы и, в частности, привлечение по указанным делам в качестве ответчика Министерства финансов РФ, решаются весьма нерационально, что приводит к необоснованному затягиванию сроков рассмотрения дел, отвлечению работников для осуществления представительских функций, значительному удорожанию судебной процедуры, в целом же - к отсутствию бережливости в расходовании средств на отправление правосудия.

Если суды, руководствуясь соответствующими разъяснениями Верховного Суда РФ, по каждому гражданскому делу данной категории станут привлекать в качестве ответчика Министерство финансов РФ, то это неизбежно приведет к увеличению сроков их рассмотрения.

Кроме того, для осуществления функции представительства в судах министерству необходимо будет увеличивать штат сотрудников либо на местах осуществлять подготовку соответствующих специалистов. Целесообразно, чтобы эти функции (при необходимости) исполнял представитель третьего лица - государственного органа, должностное лицо которого выносило решение о прекращении дела по реабилитирующему основанию.

Заслуживают всяческой поддержки предложения о дополнении УПК главами об общих условиях возмещения вреда гражданину в случае его реабилитации. Такое решение, облегчив реабилитированным гражданам практическую реализацию своих прав, будет способствовать оптимизации уголовного процесса, сокращению сроков рассмотрения дел данной категории и, что немаловажно, снимет проблему определения надлежащего ответчика.

Таким образом, российское гражданское законодательство определяет само государство в качестве субъекта гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда, в лице федеральной казны, которое может в регрессном порядке обратить взыскание причиненных убытков к непосредственным причинителям вреда. В отдельных случаях субъектом ответственности может быть гражданин, в отношении которого совершаются фактические процессуальные действия.

Субъектами уголовно-процессуальных правоотношений в стадии возбуждения уголовного дела выступают потерпевший от преступления (другие заявители) и орган дознания, следователь, прокурор, судья. Субъектные составы гражданского правоотношения, по возмещению вреда, причиненного преступлением, и уголовно-процессуальные правоотношения не совпадают, ибо возникновение вреда не находится в причинно-следственной связи с процессуальными действиями должностных лиц на этой стадии. Вред причинен действиями правонарушителя, установление и наказание которого осуществляется от имени государства уполномоченными органами и должностными лицами в порядке, установленном законом.

Участники вышеупомянутых гражданских правоотношений по своему составу неоднородны. Квалифицирующим признаком для определения потерпевшего и субъекта ответственности является характер незаконных уголовно-процессуальных действий.

Порядок реализации гражданско-правовой ответственности за причиненный вред в сфере уголовного судопроизводства, предусмотренного ст.1070 ГК, регулируется не только нормами гражданского и гражданско-процессуального законодательства, но и нормами уголовно-процессуального законодательства, а также - ведомственных нормативных актов МВД.

Основанием возникновения правоотношения по возмещению вреда, причиненного должностными лицами при осуществлении уголовного судопроизводства, являются правонарушения, допущенные в этой специфической государственно-властной деятельности.

Незаконность действий правоохранительных и судебных органов в ситуациях, предусмотренных п.1 ст.1070 ГК, должна быть подтверждена оправдательным приговором суда либо прекращением уголовного дела по реабилитирующим основаниям (отсутствие события преступления, отсутствие в деянии состава преступления, недоказанность участия гражданина в его совершении), а также прекращением дела об административном правонарушении. Прекращение дела по другим основаниям (амнистия, изменение обстановки и т.д.) исключает право требовать возмещения вреда.

В соответствии со ст.1070 ГК с внесенными дополнениями, основанием возникновения вреда, причиненного гражданину, является "усеченный" состав гражданского правонарушения, включающий в качестве элементов следующие условия: наличие у потерпевшего имущественного и морального вреда; противоправность поведения причинителя (деликвента); причинную связь между этим поведением и вредоносным результатом.

Вина причинителя (деликвента) - необязательный элемент в этом составе гражданского правонарушения. Согласно ст. ст.1069 и 1070 ч.2 ГК, основанием возмещения вреда, причиненного гражданину и юридическому лицу, является полный состав гражданского правонарушения, включающий в качестве элементов перечисленные условия и вину причинителя (деликвента).

Вред, причиненный незаконными действиями в сфере уголовного судопроизводства, должен возмещаться в полном объеме. Судебно-следственные органы отступают от принципа полного возмещения вреда. Это связано с ошибками судебно-следственных органов, а также противоречиями, сложившимися между нормативными актами бывшего Союза ССР, и действующим законодательством Российской Федерации.

Заключение

Цель исследования достигнута путём реализации поставленных задач. В результате проведённого исследования по теме "Ответственность за вред причинённый незаконными действиями органами дознания, прокуратуры, суда" можно сделать ряд выводов:

Изучение российского законодательства позволило выделить три этапа становления и развития рассматриваемого института.

Первый этап развития института ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда начался в октябре 1917 года и приходится на период существования социалистического строя на территории нашего государства, до начала 80-х годов. Характерной особенностью данного этапа является то, что, наряду с продолжающимся нежеланием государства провозглашать себя субъектом ответственности за причиненный незаконным или необоснованным уголовным преследованием вред, принималось большое количество норм, посвященных правовому регулированию возмещения ущерба и восстановление прав реабилитируемых, содержащихся в различных правовых актах, имеющих мало связанные друг с другом, отрывочные положения, большинство которых носило ведомственный характер.

Второй этап развития института ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда имеет своим началом принятие Указа и Положения от 18 мая 1981 года с последующим внесением изменений в гражданское и уголовно-процессуальное законодательство СССР, провозгласившие государство субъектом ответственности за ущерб, причиненный незаконным уголовным преследованием. Однако, остававшееся прежним, фрагментарное состояние правового регулирования возмещения ущерба и восстановления прав реабилитируемых являлось негативным моментом на данном этапе становления рассматриваемого института.

Третий – современный этап формирования института ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда приходится на постсоветский период развития Российского государства и права. Очень важным, позитивным моментом на данном этапе явилось конституционное закрепление принципа ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (или бездействием) и решениями органов государственной власти или их должностных лиц, а также уголовно-процессуальное закрепление основных положений института реабилитации лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию.

В современном российском законодательстве ответственность за вред, причинённый незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда регламентируется ст.1069 и 1070 Гражданского Кодекса РФ . В основном ст.1070 воспроизводит положения ст.447 ГК 1964 г., несмотря на единодушную критику их со стороны ученых. В настоящее время она нуждается в коренном пересмотре, поскольку в значительной степени "перекрыта" правилами гл.18 "Реабилитация" УПК, с принятием которого гарантии прав законных интересов потерпевших значительно повышены.

Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда предусмотрена ст.1070 ГК РФ. Незаконность принятых постановлений, на основании которых лица были привлечены к уголовной ответственности, в отношении их были незаконно применены в качестве меры пресечения заключение под стражу или подписка о невыезде, незаконно осуждены, на них незаконно были наложены административные взыскания в виде ареста, должна быть подтверждена их отменой или признанием действий неправомерными. Перечень неправомерных действий указанных органов, перечисленный в ст.1070 п.1 ГК РФ, является исчерпывающим.

Ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами, регулируется ст.1069 ГК РФ. По общему правилу, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) этих органов и должностных лиц, в т. ч. в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту, акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

ГК РФ впервые предусмотрена регрессная ответственность перед казной должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, допустивших в отношении граждан незаконное привлечение к ответственности, незаконное осуждение или незаконный арест. Регрессная ответственность названных должностных лиц может наступить лишь при одном условии: их вина должна быть подтверждена вступившим в законную силу приговором суда.

Из-за допускаемых ошибок гражданам может быть причинен материальный и моральный вред. Материальный вред может слагаться из неполучения гражданами доходов, приостановки выплаты пенсии и пособий, конфискации имущества, иных затрат, связанных с восстановлением здоровья, увольнении с работы, прерывании трудового стажа, утраты жилища.

Возмещение материального ущерба от утраты заработка, других трудовых доходов, которых гражданин лишился, а также судебных издержек и иных сумм, производится не в гражданско-правовом порядке, а по правилам уголовно-процессуального законодательства, на основании постановления следователя, дознавателя, судьи.

Моральный вред - это нравственные и физические страдания, перенесенные от случившегося.

Российское гражданское законодательство определяет само государство в качестве субъекта гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органами дознания, прокуратуры и суда, в лице федеральной казны, которое может в регрессном порядке обратить взыскание причиненных убытков к непосредственным причинителям вреда. В отдельных случаях субъектом ответственности может быть гражданин, в отношении которого совершаются фактические процессуальные действия.

Субъектами уголовно-процессуальных правоотношений в стадии возбуждения уголовного дела выступают потерпевший от преступления (другие заявители) и орган дознания, следователь, прокурор, судья. Субъектные составы гражданского правоотношения, по возмещению вреда, причиненного преступлением, и уголовно-процессуальные правоотношения не совпадают, ибо возникновение вреда не находится в причинно-следственной связи с процессуальными действиями должностных лиц на этой стадии. Вред причинен действиями правонарушителя, установление и наказание которого осуществляется от имени государства уполномоченными органами и должностными лицами в порядке, установленном законом.

Участники вышеупомянутых гражданских правоотношений по своему составу неоднородны. Квалифицирующим признаком для определения потерпевшего и субъекта ответственности является характер незаконных уголовно-процессуальных действий. Порядок реализации гражданско-правовой ответственности за причиненный вред в сфере уголовного судопроизводства, предусмотренного ст.1070 ГК, регулируется не только нормами гражданского и гражданско-процессуального законодательства, но и нормами уголовно-процессуального законодательства, а также - ведомственных нормативных актов МВД. Основанием возникновения правоотношения по возмещению вреда, причиненного должностными лицами при осуществлении уголовного судопроизводства, являются правонарушения, допущенные в этой специфической государственно-властной деятельности.

Незаконность действий правоохранительных и судебных органов в ситуациях, предусмотренных п.1 ст.1070 ГК, должна быть подтверждена оправдательным приговором суда либо прекращением уголовного дела по реабилитирующим основаниям (отсутствие события преступления, отсутствие в деянии состава преступления, недоказанность участия гражданина в его совершении), а также прекращением дела об административном правонарушении. Прекращение дела по другим основаниям (амнистия, изменение обстановки и т.д.) исключает право требовать возмещения вреда.

В соответствии со ст.1070 ГК с внесенными дополнениями, основанием возникновения вреда, причиненного гражданину, является "усеченный" состав гражданского правонарушения, включающий в качестве элементов следующие условия: наличие у потерпевшего имущественного и морального вреда; противоправность поведения причинителя (деликвента); причинную связь между этим поведением и вредоносным результатом.

Вина причинителя (деликвента) - необязательный элемент в этом составе гражданского правонарушения. Согласно ст. ст.1069 и 1070 ч.2 ГК, основанием возмещения вреда, причиненного гражданину и юридическому лицу, является полный состав гражданского правонарушения, включающий в качестве элементов перечисленные условия и вину причинителя (деликвента).

Вред, причиненный незаконными действиями в сфере уголовного судопроизводства, должен возмещаться в полном объеме. Судебно-следственные органы отступают от принципа полного возмещения вреда. Это связано с ошибками судебно-следственных органов, а также противоречиями, сложившимися между нормативными актами бывшего Союза ССР, и действующим законодательством Российской Федерации.

Список использованной литературы

Нормативно-правовые акты

1. Конституция Российской Федерации.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Федеральный закон от 30 ноября 1994 года N 51-ФЗ (в ред. Федерального закона от 09.02. 2009 N 7-ФЗ).

3. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Федеральный закон от 26 января 1996 года N 14-Ф (в ред. Федерального закона от 09.04. 2009 N 56-ФЗ).

4. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть третья. Федеральный закон от 26 ноября 2001 года N 146-ФЗ (в ред. Федерального закона от 30.06. 2008 N 105-ФЗ).

5. Закон Российской Федерации "О милиции" от 18.04. 1991 № 1026-1 (в ред. Федерального закона от 26.12. 2008 N 293-ФЗ).

6. Закон РФ "О реабилитации жертв политических репрессий" от 18.10. 1991г. № 1761-1 (в редакции Федерального закона от 01.07. 2005 N 78-ФЗ).

7. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях. Федеральный закон от 30.12. 2001 № 195-ФЗ (в ред. Федерального закона от 09.02. 2009 N 9-ФЗ).

8. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18.12. 2001 N 174-ФЗ (в ред. Федерального закона от 14.03. 2009 N 39-ФЗ)

9. Федеральный закон N 15-ФЗ от 26.01. 1996 г. "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации"

10. Федеральный закон "О прокуратуре Российской Федерации" от 17.01. 1992 № 2202-1 (в ред. Федерального закона от 25.12. 2008 N 280-ФЗ).

11. Постановление Правительства РФ от 7.12. 2000г. № 926 "О подразделениях милиции общественной безопасности" (с изменениями от 26.07. 2001г., 10.08. 2005г)

12. Положение о порядке возврата гражданам незаконно конфискованного, изъятого или вышедшего иным путём из владения в связи с политическими репрессиями имущества, возмещения его стоимости или выплаты денежной компенсации, утверждённого Постановлением Правительства РФ от 12.08. 1994г. № 926.

13. Правила исполнения Министерством финансов РФ судебных актов по искам к казне РФ на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти либо должностных лиц органов государственной власти (утверждены Постановлением Правительства РФ от 9 сентября 2002 г. N 666) // Собрание законодательства РФ. 2002. N 37. Ст.3529.

14. Положение "О порядке возмещения ущерба, причинённого гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда", утверждённого Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981г. "О возмещении ущерба, причинённого гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей" (с изменениями, внесенными решением Верховного Суда РФ от 05.04. 2004 г).

15. Постановление Конституционного Суда РФ "По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, СИ. Кальянова и Н.В. Труханова" от 25 января 2001 г. № 1-П.

16. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 23 декабря 1988 г. № 15 “О некоторых вопросах применения в судебной практике Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года “О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей” // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1989. № 1.

17. Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1.07. 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

18. Постановление Пленума Верховного Суда РФ №10 от 20 декабря 1994 г. "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. № 10 и от 15 января 1998 г. № 1).

19. Определение Конституционного Суда от 8 февраля 2001 г. N 43-О.

20. Определение Кассационной коллегии Верховного Суда от 24 июня 2008 г. № КАС08-259.

21. Инструкция по применению Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Утверждена Министерством юстиции СССР, Прокуратурой СССР и Министерством Финансов СССР по согласованию с Верховным Судом СССР, Министерством внутренних дел СССР и Комитетом государственной безопасности СССР от 2 марта 1982 г. (с изменениями на 13 марта 2008 года).

22. Инструкция № 185 от 19 декабря 1984 г. "О порядке учета, оценки и реализации конфискованного, бесхозяйного имущества, имущества, перешедшего по праву наследования к государству, и кладов". Объявлена указанием МВД СССР № 40 от 13 апреля 1985 г.;

23. Инструкция № 34/15 от 18 октября 1989 г. "О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами". Утверждена Генеральной прокуратурой СССР, МВД СССР, Минюстом СССР, Верховным Судом СССР, КГБ СССР 18 октября 1989 года N 34/15 (с изменениями и дополнениями от 9 ноября 1999 года).

24. Инструкция "О взаимодействии подразделений и служб органов внутренних дел в раскрытии преступлений". Утверждена. Приказом МВД РФ N 334 от 20.06. 1996 г.

25. Совместное письмо Генеральной прокуратуры РФ и МВД РФ "О процессуальных полномочиях руководителей органов внутренних дел" от 9 сентября 1993 г. N 25/15-1-19-93 и N 1/3986.

26. Литература

27. Алмазова Т.А. Возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. - М., 2008.

28. Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации: учеб. для вузов. - 6-е изд. изм. и доп. – М.: Норма, 2007.

29. Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1994. - №12.

30. Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств СССР. 1984. № 3.

31. Ведерникова М.А. Проблемные вопросы механизма правового регулирования института ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями его органов и должностных лиц // Право, экономика и власть. Доклады и статьи VII Международной научно-практической конференции. – М., 2007.

32. Веретенникова Е. Компенсация морального вреда, причиненного незаконными деяниями сотрудников правоохранительных органов // Законность. - 2006. - № 11. - С.39.

33. Гирько С.И. Расследование преступлений в форме дознания в системе МВД России // Юридический консультант - М.: ЮРМИС, лд, 2006.

34. Гришаев С.П. Гражданское право в вопросах и ответах. – М.: ООО "Новая правовая культура", 2007.

35. Диков А.В. Обязательства по возмещению вреда, причиненного органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. // Журнал "Черные дыры в российском законодательстве". – 2006. - №1. С.56-78.

36. Доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за 2007 год. - М., 2008.

37. Еронин Ю.В. Ответчик – государство. // Журнал "Домашний адвокат". - 2005. - № 6. – С.34.

38. Кирчак А.П. Специфика конструкции гражданско-правовой ответствен-ности за вред, причиненный при ненадлежащем отправлении правосудия // Российский судья. - 2004. - 4. - С.56.

39. Клочков А.В. Компенсация морального вреда, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов // Современное право. - 2007. - №11. - С.51.

40. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая (постатейный) / Отв. ред.А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. - М. ТК Велби, Изд-во Проспект, 2006.

41. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред.В.И. Радченко. – М.: Юстицинформ, 2007.

42. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). / отв. ред. Петрухин И.Л. – М.: Проспект, 2007.

43. Маковский А.Л. Гражданская ответственность государства за акты власти. – М., 2006.

44. Маркова М.Г. Проблемы возмещения вреда, причиненного незаконными действиями органов дознавания, предварительного следствия, прокуратуры и суда // Юридическая мысль. Научно-практический журнал. - 2008. - №2. - С.39.

45. Некоторые особенности рассмотрения гражданских дел по искам о возмещении вреда, причинённого незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда // Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда. – Кемерово, 2006.

46. Обзор практики рассмотрения судами Московской области споров о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. - М., 2007.

47. Пантелеева А.А. Основания ответственности за вред, причиненный незаконными действиями подразделений дознания и предварительного следствия горрайорганов внутренних дел // Вестник Московского университета МВД России. - 2007. - №7. - С.48.

48. Сидоров А.С. Некоторые проблемы юридической ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда // Проблемы юридической ответственности: история и современность. 2006. - №6. - С.33.

49. Синельщиков Ю. Полномочия прокурора в досудебном производстве по новому УПК // Законность. - 2006. - № 3. - С.6.

50. Трунов И.Л. Судебная практика и проблемы законодательного регулирования компенсации вреда, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов // Российский судья. - 2005. - №11. - С.24.

51. Угрин Т.С., Яковлев И.В. Судебное толкование деятельности, представляющей повышенную опасность для окружающих, и возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда // Вестник Московского университета МВД России. - 2007. - №8. - С.61.

52. Чернов В.М. Возмещение вреда, причиненного юридическим лицам незаконными действиями (бездействием) правоохранительных органов // Цивилистические исследования. Сборник научных трудов памяти профессора И.Н. Федорова. - 2004. - Вып.1. - С.270.

53. Шумило Н.Е. Развитие института реабилитации в уголовно-процессуальном законодательстве России // Материалы международной научно-практической конференции, посвященной принятию нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. - М., 2006.


[1] См: гл. 2 Конституции Российской Федерации.

[2] Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации: учеб. для вузов.- 6-е изд. изм. и доп./ – М.: Норма, 2007.С. 101.

[3] Шумило Н.Е. Развитие института реабилитации в уголовно-процессуальном законодательстве России // Материалы международной научно-практической конференции, посвященной принятию нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. - М., 2006. С. 58.

[4] Диков А.В.Обязательства по возмещению вреда, причиненного органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. // Журнал «Черные дыры в российском законодательстве». – 2006. - №1. С.56-68.

[5] Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1961. - № 50. - Ст.525.

[6] Ведомости Верховного Совета СССР. 1981. № 21. Ст. 741.

[7] Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств СССР. - 1984. - № 3.

[8] Маковский А.Л. Гражданская ответственность государства за акты власти. – М.,2006. С. 3-16.

[9] СЗ РФ. 2001. N 7. Ст.700.

[10] Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1994. - №12.

[11] СЗ РФ. 2002. N 37. Ст. 3529.

[12] См. Определение Кассационной коллегии от 24 июня 2008 г. № КАС08-259.

[13] Диков А.В. Указ.соч.С.45-49.

[14] Некоторые особенности рассмотрения гражданских дел по искам о возмещении вреда, причинённого незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда // Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда. – Кемерово,2006.

[15] Гришаев С.П. Гражданское право в вопросах и ответах. – М.: ООО "Новая правовая культура", 2007.С.45.

[16] Клочков А.В. Компенсация морального вреда, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов // Современное право. 2007. №11. С. 51

[17] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая (постатейный) / Отв. ред. А.П.Сергеев, Ю.К.Толстой. - М. ТК Велби, Изд-во Проспект, 2006. С.345

[18] Обзор практики рассмотрения судами Московской области споров о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.- М.,2007.С.123.

[19] Некоторые особенности рассмотрения гражданских дел по искам о возмещении вреда, причинённого незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда // Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда. – Кемерово,2006. С.178.

[20] Там же.

[21] Пантелеева А.А. Основания ответственности за вред, причиненный незаконными действиями подразделений дознания и предварительного следствия горрайорганов внутренних дел // Вестник Московского университета МВД России. 2007. №7. С. 48

[22] "Российская газета".- 10.08.96.-N 152.

[23] Обзор практики рассмотрения судами Московской области споров о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. - М.,2007.С.128.

[24] Обзор практики рассмотрения судами Московской области споров о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. - М.,2007.С.130.

[25] Совместное письмо Генеральной прокуратуры РФ и МВД РФ "О процессуальных полномочиях руководителей органов внутренних дел" от 9 сентября 1993 г. N 25/15-1-19-93 и N 1/3986).

[26] Гирько С.И. Расследование преступлений в форме дознания в системе МВД России // Юридический консультант - М.: ЮРМИС, лд, 2006. С.89.

[27] Веретенникова Е. Компенсация морального вреда, причиненного незаконными деяниями сотрудников правоохранительных органов // Законность. 2006.- № 11. -С. 39.

[28] Синельщиков Ю. Полномочия прокурора в досудебном производстве по новому УПК // Законность. 2006.- № 3.- С. 6.

[29] Ведерникова М.А. Проблемные вопросы механизма правового регулирования института ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями его органов и должностных лиц // Право, экономика и власть. Доклады и статьи VII Международной научно-практической конференции. – М., 2007. С. 639

[30] Диков А.В. Указ.соч. С.70-73.

[31] Угрин Т.С., Яковлев И.В. Судебное толкование деятельности, представляющей повышенную опасность для окружающих, и возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда // Вестник Московского университета МВД России. 2007. №8. С. 61

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий