регистрация / вход

Правовое положение космического пространства и космических объектов

Понятие космического пространства и его правовое регулирование. Правовой режим небесных тел и геостационарной орбиты. Понятие космических объектов. Права и обязанности государств при исследовании и использовании космического пространства и небесных тел.

Международный университет в Москве

Юридический факультет

Курсовая работа

по дисциплине

«Актуальные проблемы международного права»

Правовое положение космического пространства и космических объектов

Студентка

Дата сдачи _______________

Астрова Яна

Группа: ЮР-42

Дата защиты _____________

Научный руководитель

К.ю.н. Антонов Игорь Петрович

Оценка __________________

Москва

2008


План

Введение.

Глава 1. «Правовое положение космического пространства»

1.1 Понятие космического пространства и его правовое регулирование

1.2 Основные принципы использования космического пространства

1.3 Права и обязанности государств при исследовании и использовании космического пространства и небесных тел

1.4 Делимитация воздушного и космического пространства

1.5 Правовой режим небесных тел и геостационарной орбиты

Глава 2. «Правовой статус космических объектов»

2.1 Понятие космических объектов

2.2 Регистрация космических объектов

2.3 Спасание и возвращение космических объектов

Заключение

Библиография


Введение

В последнее время освоение космоса, космические полеты и туризм, сложнейшие технические операции в космическом пространстве стали настолько привычными и неотрывными от понятий прогресса и развития науки, что уже практически невозможно представить сегодняшнюю жизнь без этой сферы деятельности.

И, безусловно, неразрывно с научным и техническим исследованием космоса идет правовая, юридическая разработка вопросов, касающихся деятельности государств и их граждан в безграничном вселенском пространстве.

Международное космическое право – довольно молодая, но от этого не менее важная отрасль международного права. Несмотря на то, что эта отрасль появилась сравнительно недавно, темпы ее развития очень высоки, и уже давно стало ясно, что исследования и использование космического пространства ныне немыслимы без широкого и разностороннего сотрудничества государств.

Почему же необходимо законодательное регулирование деятельности по освоению космоса? Во-первых, глобальный характер подобной деятельности и ее последствий, во-вторых, чтобы обеспечить наиболее благоприятные условия делового сотрудничества государств и, в-третьих, чтобы отрегулировать конкретные отношения между государствами, возникающие при проведении ими совместной научно-технической деятельности.

Решение проблем деятельности государств в космосе возможно лишь в результате международного сотрудничества.

Специфичность норм и принципов космического права обосновывается особенностями самого космического пространства как новой сферы деятельности человека, а также особенностями космической деятельности, которая существенно отличается от деятельности в любой другой области.

Юристы различных школ и направлений согласны с тем, что космическое пространство является столь своеобразной ареной человеческой деятельности, что режим этой деятельности должен быть специальным.

Однако общепризнанные в каждую конкретную эпоху нормы международного права подлежат применению всюду, где действуют различные государства. Не будучи распространенными и на космос, эти нормы утратили бы свое значение как всеобщие и общепризнанные, и тогда перестала бы существовать та общая платформа, на основе которой возможно единое понимание и толкование специальных норм международного права и конкретных положений международных договоров. Правовой режим космического пространства и регулирование космической деятельности не могут устанавливаться в отрыве от основных принципов мирного сосуществования государств и без учета всех актуальных проблем современных международных отношений.

Следует подчеркнуть, что все отрасли международного права основываются и должны соответствовать его общим принципам и нормам. Распространение на космос общих правовых принципов имеет важное практическое значение, представляющее чисто “земной” интерес.

В космосе, так же как на Земле, в воздухе и на море, действуют люди. Следовательно, при регулировании международных отношений в любой сфере деятельности необходимо исходить, прежде всего, из интересов человечества, а не из специфики физических свойств той или иной среды или особенностей технических средств ее освоения.

Специфика космического пространства и космической деятельности требовала разработки специальных принципов и норм космического права. Поэтому одновременно с принятием Декларации правовых принципов деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства государства — члены ООН признали необходимым рассмотреть вопрос о формулировании в виде международного соглашения, в соответствующее время в будущем, правовых принципов деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства.

Необходимость международно-правового регулирования космической деятельности и режима космического пространства вытекает из того факта, что космическая деятельность затрагивает интересы многих государств даже тогда, когда она физически не затрагивает пределы территориальной юрисдикции иностранных государств. Прежде всего, само космическое пространство и небесные тела представляют интерес с точки зрения их исследования и использования для всех без исключения государств. Кроме того, результаты деятельности, осуществляемой в космическом пространстве, могут оказывать влияние на жизнь людей многих государств мира. Например, телевизионные передачи с помощью спутников непосредственно на бытовые телевизоры могут приниматься на 90% территории Земли; геодезические спутники обеспечивают обследование целых континентов; метеорологические спутники фиксируют явления природы, оказывающие влияние на погодные условия целых регионов, и т. д.

Учет всего этого привел специалистов к выводу, что космическая деятельность носит глобальный характер, не ограничиваясь национальными рамками государства, непосредственно ее осуществляющего.

В данной работе я постараюсь дать точное и полное определение космического пространства и космической деятельности, как основополагающих понятий данной отрасли права, а также рассмотреть правовой режим деятельности в космическом пространстве, использования космических тел и объектов государствами. И конечно, нельзя оставить без внимания основные принципы, которым должны подчиняться и следовать государства при осуществлении свои прав по использованию и исследованию космоса.


Глава 1. Правовое положение космического пространства

1.1 Понятие космического пространства и его правовое регулирование

Термин “космическое пространство” употребляется в одном только Договоре по космосу 1967 года 37 раз.Вместе с тем в международном космическом праве определение этого понятия отсутствует.

В резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 2222 (XXI) от 19 декабря 1966 г. Комитету ООН по космосу было поручено начать “изучение вопросов относительно определения понятия космического пространства и использования космического пространства и небесных тел”[1] .

Вопрос об определении понятия космического пространства обсуждается в неразрывной связи с деятельностью по его использованию. Это, несомненно, свидетельствует о том, что понятие космического пространства не может быть определено в отрыве от элемента деятельности.

Вопрос об определении понятия космического пространства продолжает оставаться в повестке дня Комитета ООН по космосу.

Космическое пространство (космос) — пространство за пределами земной атмосферы. Атмосфера — это газовая оболочка Земли, 99% которой сконцентрировано в слое до высоты 30—35 км от земной поверхности. Эти понятия относительно условны, поскольку молекулы воздуха обнаружены на высотах в несколько сотен тысяч километров.

С точки зрения использования надземного пространства для полетов летательных аппаратов полеты аэродинамических летательных аппаратов возможны до высоты 65 км. На высотах 65—150 км возможны полеты авиационно-космических летательных аппаратов. Высоты от 150 до 1000 км считаются ближним космосом, а свыше 1000 км дальним космосом.

Космические летательные аппараты, в отличие от воздушных судов, не рассчитаны на использование аэродинамической подъемной силы. Напротив, они предназначены для орбитального инерционного передвижения в безвоздушном пространстве (что не исключает маневры и коррекции орбит). На полеты космических аппаратов влияет также гравитация (сила притяжения) Земли и других планет.

Для осуществления инерционного космического полета необходимо при выходе объекта на околоземную орбиту достижение им космической скорости (около 8 км/с). Для выхода объекта из сферы действия тяготения Земли необходимо достижение 2-й космической скорости (около 11 км/с), а для выхода за пределы Солнечной системы — 3-й космической скорости (около 16,6 км/с).

Международная авиационная федерация (ФАИ) регистрирует полет как космический, начиная с высоты 100 км. На этой высоте космический аппарат может совершить полный орбитальный виток вокруг Земли, после чего начинается его вход в плотные слои атмосферы, торможение и падение на Землю (если объект не сгорает в плотных слоях атмосферы).

С точки зрения международного права деление надземного пространства на воздушное и космическое необходимо из-за различий в правовых режимах этих двух пространств.

Воздушное пространство по международному праву делится на национальное (находящееся над территорией государства и входящее в сферу его полного и исключительного территориального суверенитета) и международное (находящееся за пределами государственных воздушных территорий)[2] .

Не существует также и договорного определения понятия “космическая деятельность”. Деятельность человека по исследованию и использованию космического пространства (включая естественные небесные тела внеземного происхождения) получила название космической. Первое официальное упоминание понятия космической деятельности (outer space activities) в международном документе встречается в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 1721 (XVI) от 20 декабря 1961 г. В международном договоре оно впервые использовано в преамбуле Конвенции об учреждении Европейской организации по проектированию и созданию ракет-носителей (ЭЛДО) от 29 марта 1962 г.

Использование термина “космическая деятельность” дает основание считать, что государства не ограничивают его деятельностью исключительно в космическом пространстве, но относят к нему и деятельность на Земле, если она связана с деятельностью в космическом пространстве. Из этого исходит и Договор по космосу 1967 года, устанавливающий принципы деятельности государств и на Земле, если эта деятельность имеет отношение к исследованию и использованию космического пространства (например, ст. VII договора).

Встает вопрос о том, на какую деятельность распространяются нормы и принципы космического права. В настоящее время толкование понятия космической деятельности зависит от подхода к этому вопросу со стороны того или иного государства. Тем не менее, можно считать, что под космической деятельностью подразумевается размещение созданных человеком предметов на околоземных орбитах (в околоземном пространстве), в межпланетном пространстве (за пределами сферы земного тяготения), на поверхности Луны и других небесных тел. Иногда к понятию космической деятельности относят также вертикальный запуск предметов на большие высоты с помощью ракетной техники с их последующим возвращением на Землю без выхода на околоземную орбиту (суборбитальные запуски).

К понятию космической деятельности, бесспорно, относятся также действия людей (космонавтов) и работа автоматических (автономных или управляемых по радио с Земли) аппаратов и приборов на борту космических объектов, включая выход людей и вынос приборов в открытый космос или на поверхность небесных тел.

Таким образом, понятие космической деятельности связывается с деятельностью в космической среде, включая операции, осуществляемые на Земле в связи с запуском космического объекта, его управлением и возвращением на Землю.

Можно ли считать космической деятельностью операции на Земле, если они не завершились успешным помещением объекта в космическом пространстве? Иначе говоря, подлежат ли регулированию нормами и принципами международного космического права те правоотношения, которые могут сложиться в результате неудачного запуска космического объекта? Прямого ответа на эти вопросы современное международное право не дает. Соглашение «О спасании космонавтов, возвращении космонавтов и возвращении объектов, запущенных в космическое пространство» , исходит из того, что его положения относятся к объектам, запущенным в космическое пространство. С другой стороны, Конвенция «О международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами» , прямо устанавливает, что “термин “запуск” включает попытку запуска” (п. b ст. I). Следовательно, для того чтобы подпадать под действие норм конвенции, соответствующие операции должны иметь связь не обязательно с реальной космической деятельностью, но и с намерением ее осуществить. Договор по космосу 1967 года предусматривает международную ответственность за ущерб, причиненный объектами, запуск которых в космическое пространство осуществлен или только организован и производится (ст. VII). Статья IX договора регулирует даже те правоотношения, которые могут возникать в связи с планированием деятельности в космическом пространстве.

По-видимому, на настоящем этапе в вопросе определения космической деятельности следует исходить в каждом конкретном случае из соответствующих положений международных договоров, применимых к данному правоотношению.

Российская доктрина исходит из того, что космическое право призвано регулировать деятельность государств по освоению космоса независимо от места ее осуществления.

В последние годы представители ряда развивающихся стран все настойчивее выступают и в доктрине, и в международных организациях с концепцией провозглашения некоторых территорий общего пользования и их ресурсов “общим наследием человечества”. Утверждается, что основным недостатком Договора по космосу 1967 года является то, что он, хотя и интернационализировал ресурсы космического пространства и небесных тел, не устанавливает правового режима, который позволил бы достичь этой цели. Отстаивая тезис о том, что весь космос интернационализирован, отдельные авторы допускают и противоречивые высказывания. Так, по их мнению, статус космического пространства выражается формулой res extra cornmercium (вещь, изъятая из оборота) и не является res communis (общей вещью). Вместе с тем доказывается, что космос принадлежит всему “мировому сообществу”, “международному сообществу” и т. п., что, по существу, возвращает к формуле “общая вещь”.

Между тем по смыслу Договора по космосу 1967 года космическое пространство и небесные тела являются “вещью, изъятой из оборота”, то есть не подлежат присвоению. Они находятся в общем пользовании, но не являются “общей собственностью”, или “общей вещью”. Они не подлежат национальному присвоению ни путем провозглашения на них суверенитета, ни путем использования или оккупации, ни какими-либо другими средствами.Договор по космосу признает “достоянием всего человечества” исследование и использование космоса (иначе говоря, результаты деятельности по исследованию и использованию космоса), но не сам космос[3] .


1.2 Основные принципы использования космического пространства

Заинтересованность всех государств в исследовании и практическом использовании космоса, потенциальное влияние космической деятельности на все государства, опасность военного использования космоса поставили на повестку дня вопрос о его правовом режиме.

Уже через год после запуска в СССР первого искусственного спутника Земли Генеральная Ассамблея ООН признала «общий интерес человечества в космическом пространстве»[4] .

Резолюция ГА ООН 1472 (ХI V ) от 12 декабря 1959 г. содержит следующие элементы, относящиеся к режиму космического пространства и к космической деятельности:

• общая заинтересованность всего человечества в развитии использования космического пространства в мирных целях;

• исследование и использование космоса должны быть направлены на пользу государствам, независимо от уровня их экономического или научного развития;

важность международного сотрудничества в деле изучения и освоения космоса в мирных целях;

• обязанность ООН содействовать международному сотрудничеству в использовании космоса в мирных целях.

Резолюция ГА ООН 1721 (ХУI) от 20 декабря 1961 г . добавила к ним новые важные положения:

• международное право, включая Устав ООН, распространяется на космос и небесные тела;

• космос и небесные тела должны быть доступны для исследования и использования всеми государствами в соответствии с международным правом;

• космос и небесные тела не подлежат присвоению государствами.

Все упомянутые выше положения резолюций ГА ООН легли в основу Декларации правовых принципов, регулирующих деятельность государств по исследованию и использованию космического пространства, которая была единогласно принята в ООН 13 декабря 1963 г. (резолюция 1962 (ХVIII).

Данная декларация, в свою очередь, легла в основу Договора о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, принятого Генеральной Ассамблеей ООН 19 декабря 1966 г., открытого для подписания 27 января 1967 г. в Москве, Вашингтоне и Лондоне и вступившего в силу 10 октября 1967 г.[5]

Выделяют следующие общие принципы международного космического права:

- Принцип суверенного равенства.

Одним из основных принципов является принцип равноправия государств. В Уставе ООН в статье о принципах на первое место поставлен пункт, который гласит: "Организация основана на принципе суверенного равенства всех её Членов" (ст.2). Этот принцип лежит в основе не только ООН, но и системы управления международными отношениями в целом.

Основное содержание принципа состоит в следующем: государства обязаны уважать суверенное равенство и своеобразие друг друга, а также права, присущие суверенитету, уважать правосубъектность других государств. Каждое государство имеет право свободно выбирать и развивать свою политическую, социальную, экономическую и культурную систему, устанавливать свои законы и административные правила.

Применительно к космической деятельности этот принцип также означает равенство всех государств, как в осуществлении космической деятельности, так и в решении вопросов правового и политического характера, возникающих в связи с её осуществлением[6] .

Принцип равноправия нашёл отражение в Договоре по космосу 1967 года, в ст.1 которого говорится о том, что исследование и использование космического пространства должны быть направлены на благо всех народов, независимо от степени их экономического или научного развития, а также устанавливается за государствами право осуществлять исследование и использование космического пространства и небесных тел без какой бы то ни было дискриминации, на основе равенства, при свободном доступе во все районы небесных тел (а также на равных основаниях рассматривать просьбы других государств о предоставлении или возможности для наблюдения за полётом космических объектов)[7] .

- Принцип неприменения силы и угрозы силой.

Являясь одним из основных принципов международного права, принцип неприменения силы или угрозы силой в равной мере применим к любой сфере международной деятельности государств. Ко всем областям их взаимоотношений. Это справедливо и в отношении космической деятельности, которая, согласно Договору по космосу 1967 года, должна осуществляться “в соответствии с международным правом. включая Устав ООН в интересах поддержания международного мира и безопасности и развития международного сотрудничества и взаимопонимания”.

Генеральная Ассамблея ООН в резолюции 55/32 от 20 ноября 2000 г. призывает все государства, в частности те, которые обладают крупным космическим потенциалом, активно содействовать достижению цели мирного использования космического пространства и предотвращения гонки вооружений в космическом пространстве и воздерживаться от действий, противоречащих этой цели и существующим международным договорам, в интересах поддержания международного мира и безопасности и развития международного сотрудничества.

Сегодня правовой режим космического пространства и небесных тел регулируется серией резолюций ГА ООН (особое значение из которых имеет резолюция 1962 (XVIII), провозгласившая единогласно Декларацию правовых принципов, регулирующих деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства.

Договор по космосу 1967 г. устанавливает различный режим в отношении собственно космического пространства и небесных тел. В ст. IV Договора установлено, что Луна и другие небесные тела используются “исключительно в мирных целях”. Другими словами, современное международное право полностью исключает военное использование небесных тел и не запрещает военное использование собственно космоса. Однако и использование космоса должно соответствовать международному праву, включая Устав ООН.

В Договоре по космосу 1967 г., закрепившем обязательство государств -участников использовать Луну и другие небесные тела “исключительно в мирных целях” перечислены виды деятельности, которые запрещаются на Луне. а именно -“создание военных баз. сооружений и укреплений, испытание любых видов оружия и проведение военных маневров”. Очевидно, что этот перечень не является исчерпывающим.

Важную меру по ограничению военного использования космоса предусматривает подписанный в 1963 г. Московский договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой, инициатором заключения которого явился СССР. Ст.1 договора содержит обязательства государств -участников запретить, предотвращать и не производить любые испытательные взрывы ядерного оружия и любые другие ядерные взрывы в любом месте, находящемся под его юрисдикцией или контролем: а) в атмосфере; за ее пределами, включая космическое пространство; под водой, включая территориальные воды и открытое море ...” Положения этого договора стали широко признанными нормами международного права.

Серьезным шагом на пути ограничения военного использования космоса стало заключение в 1977 г. Конвенции о запрещении военного или иного другого враждебного использования средств воздействия на природную среду, в которой закрепляется обязательство государств - участников “не прибегать к военному или любому иному враждебному использованию средств воздействия на природную среду, которые имеют широкие, долгосрочные или серьезные последствия в качестве способов разрушения, нанесения ущерба или причинения вреда любому другому государству - участнику”. В понятие природной среды Конвенция включает и космическое пространство.

И всё же пока нет правовых гарантий предотвращения использования космоса в военных целях. Представляется, что сегодня необходимо прислушаться к призывам Генеральной Ассамблеи и принять необходимые меры, направленные на установление такого правового режима космического пространства, который решал бы эту задачу[8] .

- Принцип сотрудничества.

Идея всестороннего международного сотрудничества государств независимо от различий в их политическом, экономическом и социальном споре в различных сферах поддержания мира и безопасности является основным положением в системе норм, содержащихся в Уставе ООН. Как принцип она сформулирована в Декларации о принципах международного права 1970 года. Определены основные направления сотрудничества:

· поддержание мира и безопасности;

· осуществление международных отношений в различных областях в соответствии с принципами суверенного равенства;

· сотрудничество с ООН и принятия мер, предусмотренных её Уставом и так далее.

Общий принцип сотрудничества, установленный международным правом, полностью применим к межгосударственным отношениям, связанным с исследованием и использованием космического пространства. О стремлении максимально содействовать всестороннему развитию международного сотрудничества в космосе государства заявили в преамбуле Договора по космосу 1967 года, а также во многих статьях этого договора, и это дает основание отнести сотрудничество государств в исследовании и использовании космического пространства к числу основных принципов международного космического права.

Таким образом, Договор по космосу 1967 года закрепил принцип сотрудничества государств как один из общих принципов, основных начал международного космического права. Целый ряд положений Договора по космосу 1967 года вытекает из принципа сотрудничества и детализирует его. К примеру, обязанность учитывать соответствующие интересы всех других государств при осуществлении деятельности в космосе, не создавать потенциально вредных помех деятельности других государств, оказывать возможную помощь космонавтам других государств, информировать все страны о характере, ходе, месте и результатах своей деятельности в космическом пространстве и т.д.

Основным содержанием принципа сотрудничества международного космического права является обязанность государств сотрудничать друг с другом при освоении космического пространства и обязанность максимально благоприятствовать и содействовать развитию широких контактов и проведению совместных работ по изучению и использованию космоса в рамках ООН.

- Принцип охраны окружающей среды.

Международно-правовая охрана окружающей среды - это совокупность принципов и норм международного права, составляющих специфическую отрасль этой системы права и регулирующих действия его субъектов (в первую очередь государства) по предотвращению, ограничению и устранению ущерба окружающей среде из различных источников, а также по рациональному, экологически обоснованному использованию природных ресурсов.

Экологическая безопасность - это сложная, взаимосвязанная и взаимозависимая система экологических составляющих планеты, а также сохранения и поддержания существующего естественного природного баланса между ними.

Юридическое содержание принципа экологической безопасности состоит в обязанности государств осуществлять свою деятельность таким образом, чтобы исключить усиливающееся воздействие экологических стрессов на местном, национальном, региональном и глобальном уровнях. Любая деятельность должна осуществляться таким образом, чтобы исключить нанесение ущерба не только другим государствам, но и всему международному сообществу в целом.

По Соглашению о Луне 1979 года Луна и её природные ресурсы являются общим наследием человечества. Участники этого соглашения обязались установить международный режим эксплуатации природных ресурсов Луны, когда возможность такой эксплуатации станет реальностью.

Всё более активная деятельность в космосе растущего числа государств и международных организаций оказывает влияние на космическую среду. Наибольшее внимание в этой связи привлекает к себе в последние годы проблема космического мусора. Суть её заключается в том, что в результате запуска и функционирования различных объектов в космосе оказывается и накапливается большое количество бесполезных предметов:

· отработанных маневровых ступеней и двигателей;

· различных защитных оболочек;

· отслоившихся частиц краски и других.

По мнению многих учёных, космический мусор начинает представлять растущую опасность для космических объектов, включая пилотируемые. Вопрос о космическом мусоре включён в повестку дня Научно-технического подкомитета Комитета по космосу, с тем чтобы, изучив научно-технические аспекты этой проблемы, разработать соответствующие правовые меры, которые бы дополнили и конкретизировали общее обязательство избегать вредного загрязнения космического пространства, установленное Договором по космосу.

В Соглашении о деятельности государств на Луне и других небесных телах, в ст.7 сказано, что: " В исследовании использовании Луны стороны должны принимать меры к предотвращению разрушения существующего баланса окружающей среды. Стороны также принимать меры, чтобы избегать пагубного воздействия на окружающую среду Земли. Стороны должны заранее уведомлять Генерального Секретаря Организации Объединённых Наций обо всех размещённых ими радиоактивных материалах на Луне и о целях таких размещений"[9] .

- Принцип международно-правовой ответственности.

Международно-правовая ответственность - сложное, многогранное явление, что прежде всего это принцип международного права (хотя он и не закреплён в Уставе ООН), в соответствии с которым всякое противоправное деяние влечёт за собой ответственность виновного субъекта по международному праву, и который обязан ликвидировать последствия вреда, причиненного другому субъекту международного права. Комиссия международного права ООН констатировала, что ответственность "является одним из принципов, подтверждённых в наибольшем числе случаев практикой государств и судебной практикой, наиболее утвердившимся в юридической литературе"[10] .

Ответственность порождается международно-противоправным деянием, элементами которого являются:

· субъективный элемент - наличие вины данного субъекта как такового (не тех или иных лиц, а именно государства в целом);

· объективный элемент - нарушение субъектом своих международно-правовых обязательств.

Цели принципа ответственности состоят в следующем:

· сдерживать потенциального правонарушителя;

· побудить правонарушителя выполнить надлежащим образом свои обязанности;

· предоставить потерпевшему компенсацию за причинённый ему материальный или моральный ущерб;

· повлиять на будущее поведение сторон в интересах добросовестного выполнения ими своих обязательств.

По понятным причинам международное космическое право уделяет особое внимание ответственности за космическую деятельность. Договор о космосе 1967 года установил общее правило, что ответственность за нарушение норм международного космического права несут государства, независимо от того, кто осуществляет космическую деятельность - правительственные органы или неправительственные юридические лица государства. Оно должно обеспечить соответствие этой деятельности международному праву. Даже в случае осуществления деятельности в космосе международной организацией, ответственность несут совместно (солидарно) как сама организация, так и участвующие в ней государства.

Вопросам ответственности за ущерб, причинённый космическими объектами, посвящена Конвенция о международной ответственности за ущерб причиненный космическими объектами 1972 года. Она установила абсолютную ответственность запускающего государства за ущерб, причинённый его космическим объектом на поверхности Земли или воздушному судну в полёте (ст. 2)[11] . Следовательно, государство несёт ответственность за ущерб независимо от наличия его вины. Это один из примеров международной ответственности за источник повышенной опасности. Особенность этой Конвенции в том, что она предоставляет пострадавшей стороне возможность выбора: обратиться с иском в национальный суд или предъявить претензию непосредственно соответствующему государству.

Если ущерб причинен не на поверхности Земли, а в космическом или воздушном пространстве, космическому объекту одного государства таким же объектом другого, то последнее несёт ответственность лишь при наличии вины. Когда в запуске участвует несколько государств, все они несут солидарную ответственность. Конвенция не относится к случаям ответственности за ущерб гражданам запускающего государства, а также иностранцам, участвующим в запуске.

Вопросы ответственности решаются на межгосударственном уровне даже в том случае, если ущерб причинён физическим и юридическим лицам. Претензия о возмещении ущерба передаётся по дипломатическим каналам, а в случае недостижения урегулирования передаётся в Комиссию по рассмотрению претензий. Каждая из сторон назначает по одному члену, которые избирают третьего. Комиссия выносит определение рекомендательного характера, если стороны не договорились об ином.

Несмотря на сравнительно молодой возраст международного космического права, в нём уже есть правовые (отраслевые) принципы , сформировавшиеся в качестве обычая.

Принципы использования космоса обязательны не только для участников Договора по космосу, поскольку можно считать, что они стали нормами международного обычного права в процессе единогласного принятия многочисленных резолюций Генеральной Ассамблеей ООН и практики государств в полном соответствии с этими рекомендациями.

Эти принципы сформировались на основе практики космической деятельности и в результате всеобщего признания со стороны международного сообщества. То обстоятельство, что впоследствии оба эти принципа были закреплены в качестве договорных норм в Договоре по космосу, не меняет сути дела, так как они продолжаются являться юридически обязательными для всех участников международного общения в качестве международно-правового обычая.

Важнейшими из них являются:

· Свобода космоса для научных исследований.

· Использование космоса на благо всего человечества .

Согласно международному космическому праву, космическое пространство, включая Луну и другие небесные тела, открыто для исследования и использования всеми государствами без какой бы то ни было дискриминации на основе равенства и в соответствии с международным правом, при свободном доступе во все районы небесных тел.

Космос и небесные тела свободны для научных исследований. Космос и небесные тела не подлежат национальному присвоению ни путем провозглашения на них суверенитета, ни путем использования или оккупации, ни любыми другими средствами.

На космос и небесные тела распространяется международное право, включая Устав ООН.

Космос является частично демилитаризованным : запрещаются испытания в нем ядерного оружия, а также вывод на орбиту вокруг Земли любых объектов с ядерным оружием или любыми другими видами оружия массового уничтожения, а также размещение такого оружия в космическом пространстве каким-либо иным образом. По Конвенции о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду 1977 года ее участники обязались не прибегать к военному или любому иному враждебному использованию средств воздействия на космическое пространство для изменения его динамики, состава или структуры путем преднамеренного управления природными процессами в качестве способа разрушения, нанесения ущерба или причинения вреда любому другому государству — участнику Конвенции. Запрещено такое воздействие на космос, если оно имеет широкие, долгосрочные или серьезные последствия».

Луна и другие небесные тела объявлены полностью демилитаризованными и нейтрализованными: запрещается создание на небесных телах военных баз, сооружений и укреплений, испытание любых типов оружия и проведение военных маневров, а также установка на них любых объектов с ядерным оружием или любыми другими видами оружия массового уничтожения. Луна и другие небесные тела используются «исключительно в мирных целях».

Существует такой принцип, как оказание космонавтам всемерной помощи в случае аварии, бедствия, вынужденной или непреднамеренной посадки на иностранной территории либо в открытом море. В этих ситуациях космонавты должны быть в безопасности и незамедлительно возвращены государству, в регистр которого занесен их космический корабль. При осуществлении деятельности в космосе, включая небесные тела, космонавты различных государств должны оказывать друг другу возможную помощь. Государства обязаны срочно информировать об установленных ими явлениях в космическом пространстве, которые могли бы представлять опасность для жизни или здоровья космонавтов. Экипаж космического корабля во время нахождения в космическом пространстве, в том числе и на небесном теле, остается под юрисдикцией и контролем государства, в регистр которого занесен этот космический корабль.

Эти принципы обеспечивают возможность государствам использовать результаты космических исследований в области изучения физических свойств космического пространства, космической метеорологии, космической биологии и медицины, космической связи, изучение природной среды с помощью космических средств в различных отраслей народного хозяйства.

Будучи подкрепленной этими принципами, космическая деятельность вносит значительный вклад в продвижение взаимовыгодного многостороннего сотрудничества в области науки и техники, предоставляя неограниченные возможности для кооперации усилий государств путем обмена результатами исследований, проведения совместных работ в области исследования и использования космического пространства в мирных целях.

Великие перспективы, открывающиеся перед человечеством в результате проникновения человека в космос, в сочетании со всеобщей заинтересованностью в процессе исследования и использования космического пространства делает такое сотрудничество важным инструментом развития взаимопонимания и укрепления дружественных отношений между государствами.

В большинстве случаев отраслевые принципы, так же как и основные принципы международного космического права являются договорными.

В основании этих принципов в соответствии с Договором о космосе 1967 года лежат основные права и обязанности государств при исследовании и использовании космоса, которые будут рассмотрены далее.

1.3 Права и обязанности государств при исследовании и использовании космического пространства и небесных тел

Помимо того, что все государства обязаны уважать основные элементы международно-правового режима космического пространства и небесных тел, договоры и резолюции Генеральной Ассамблеи ООН определяют ряд прав и обязанностей субъектов международного права, которые также характеризуют правовой режим использования космоса и небесных тел.

К основным правам относятся:

· каждое государство, независимо от степени его экономического или научного развития, имеет право осуществлять исследование и использование космоса и небесных тел без какой-либо дискриминации на основе равенства, при свободном доступе во все районы небесных тел;

· свободно осуществлять в космическом пространстве и на небесных телах научные исследования;

· если государства осуществляют исследование и использование космоса и небесных тел, они должны делать это на благо и в интересах всех стран исходя из того, что исследование и использование космоса «являются достоянием всего человечества»;

· государства имеют право использовать для научных исследований или каких-либо иных мирных целей на Луне и других небесных телах военный персонал и любое оборудование или средства;

· сохранять юрисдикцию и контроль за запущенными космическими объектами и их экипажами, а также право собственности в отношении космических объектов вне зависимости от их местонахождения;

· запрашивать проведение консультаций с государством, планирующим деятельность или эксперимент в космосе, когда есть основания полагать, что они создадут потенциально вредные помехи деятельности других государств по мирному использованию и исследованию космоса;

· обращаться с просьбами о предоставлении возможности для наблюдения за полетом своих космических объектов (с целью заключения соглашений о размещении на территориях других государств станций слежения);

· право посещать (на основе взаимности и после заблаговременного уведомления) все станции, установки и космические корабли на небесных телах;

· государства имеют право собирать на небесных телах образцы минеральных и других веществ и вывозить их с Луны, а также использовать их для поддержания жизнедеятельности станций на Луне;

· за государствами сохраняется право собственности на запущенные космические объекты вне Зависимости от их местонахождения;

· государства имеют право создавать системы международного непосредственного телевизионного вещания с помощью спутников при соблюдении определенных Условий;

· государства имеют право осуществлять дистанционное зондирование Земли из космоса с соблюдением определенных условий;

· государства имеют право использовать на борту космических объектов ядерные источники энергии с соблюдением определенных условий;

Помимо прав государства несут определенные обязанности, а именно:

· государства должны содействовать международному сотрудничеству в научных исследованиях космоса и небесных тел и поощрять такое сотрудничество;

· государства обязаны осуществлять деятельность по исследованию и использованию космоса и небесных тел в соответствии с международным правом, включая Устав ООН, в интересах поддержания международного мира и безопасности и развития международного сотрудничества и взаимопонимания;

· государства обязаны рассматривать космонавтов как «посланцев человечества в космос» и оказывать им всемерную помощь в случае аварии, бедствия или вынужденной посадки за пределами территории запускающего государства;

· государства обязаны немедленно информировать другие государства и Генерального секретаря ООН об установленных явлениях, которые могли бы быть опасны для космонавтов;

· государства несут международную ответственность за национальную деятельность в космосе и за ущерб, причиненный запускаемыми космическими объектами;

· государства обязаны заносить данные о запущенных космических объектах в национальные регистры и сообщать Генеральному секретарю ООН данные для ведения международного реестра;

· государства обязаны возвращать обнаруженные космические объекты государству регистрации;

· при исследовании и использовании космоса государства должны избегать его вредного загрязнения и неблагоприятных изменений Земной среды вследствие доставки внеземного вещества;

· при осуществлении космической деятельности государства обязаны особо учитывать потребности развивающихся стран.

1.4 Делимитация воздушного и космического пространства

Между правовыми режимами воздушного и космического пространства имеются существенные различия.

Воздушное пространство делится на национальное и международное , а космическое пространство неделимо и на всем его протяжении находится в общем пользовании.

В космосе и на небесных телах запрещено размещать ядерное оружие и другие виды оружия массового уничтожения, а для воздушного пространства такого ограничения не установлено.

государства не обязаны исследовать и использовать воздушное пространства на благо и в интересах всех стран, как это предусмотрено в отношении космоса.

Государства не несут материальную ответственность за ущерб, причиненный воздушными судами, которые принадлежат самостоятельным, юридическим лицам, но несут материальную ответственность за всю национальную космическую деятельность.

Не учреждено единого международного реестра для воздушных судов.

Государства не имеют права осуществлять дистанционное зондирование территорий иностранных государств из их воздушного пространства без особых на то соглашений.

При осуществлении авиационной деятельности государства не обязаны особо учитывать потребности развивающихся стран.

Эти и другие различия ставят на повестку дня вопрос об установлении верхней границы воздушного пространства и нижней границы космического пространства.

Как было отмечено выше, естественной границы между воздушным пространством и космосом не существует. Отсутствие границы между воздухом и космосом затрудняет контроль государств за неприкосновенностью своих суверенных прав на национальную территорию, частью которой является воздушное пространство. Генеральная Ассамблея ООН в резолюции 2222 (ХХI) от 19 декабря 1966 г поручила Комитету ООН по космосу начать изучение вопросов относительно определения понятия космического пространства.

В процессе обсуждения этого вопроса в Комитете ООН по космосу и в доктрине преобладают в основном два подхода — высотный и функциональный.

Согласно первому, необходимо установить условную договорную границу между двумя пространствами.

Согласно второму, в этом нет необходимости, а различать авиационную и космическую деятельность можно в зависимости от назначения (функций) летательного аппарата.

Слабость второго подхода заключается в том, что научно-технический прогресс приводит к созданию гибридных летательных аппаратов, способных перемещаться и маневрировать как в воздухе, так и в космосе. И это может затруднить определение правомерности и противоправности использования соответствующего в летательного аппарата. Это уже породило концепцию об относительности принципа государственного суверенитета на воздушное пространство над его территорией, а также привело к разработке теорий о едином воздушно-космическом праве.

В 1979 году СССР внес в Комитет ООН по космосу рабочий документ, озаглавленный «Проект основных положений резолюции Генеральной Ассамблеи ООН по вопросу разграничения воздушного и космического пространства и правового статуса космического пространства, в котором проходят орбиты геостационарных спутников». Проект содержал два важных положения: космическое пространство начинается с высоты 100/110 км над уровнем океана; за космическими объектами при выводе на орбиту и возвращении на Землю сохраняется право пролета над территориями иностранных государств.

В 1983 году делегация СССР в Юридическом подкомитете Комитета ООН по космосу уточнила предложения 1979 года, указан, что при пролете через воздушное пространство иностранных государств космический объект пользуется правом «безвредного» (мирного) пролета.

Этот вопрос остается в повестке дня Комитета ООН по космосу и в настоящее время[12] .

1.5 Правовой режим небесных тел и геостационарной орбиты

Особое значение имеет часть космического пространства, известная как геостационарная орбита (ГСО). ГСО представляет собой пространственное кольцо на высоте около 36 тыс. км в плоскости земного экватора. Запущенный в это пространство спутник совершает обороты с угловой скоростью, равной угловой скорости вращения Земли вокруг своей оси. В результате этого феномена спутник постоянно находится в практически неподвижном состоянии относительно поверхности Земли, как бы зависая над определенной точкой. Это создает оптимальные условия для некоторых видов практического использования спутников (например, для осуществления непосредственного телевизионного вещания).

Это требует учета трех моментов. Во-первых, спутник, находящийся на геостационарной орбите, постоянно остается неподвижным относительно определенной точки на земном экваторе (как бы зависает над поверхностью Земли); во-вторых, это явление полезно для размещения на ГСО спутников связи и, в частности, спутников систем непосредственного телевизионного вещания (сигнал с такого спутника не требует следящей приемной антенны на Земле и может быть принят на стационарную антенну, в том числе и на бытовую); в-третьих, в геостационарном пространстве можно разместить лишь ограниченное количество спутников, поскольку при нахождении друг от друга на слишком близком расстоянии их радиоаппаратура будет создавать взаимные помехи.

Все это явилось причиной того, что в 1976 году на совещании экваториальных стран (через территории которых проходит земной экватор) в Боготе (Колумбия) была подписана декларация, в которой Колумбия, Конго, Эквадор, Индонезия, Кения, Уганда и Заир заявили свои претензии на сегменты ГСО, соответствующие их территориям по экватору.

Эти притязания были отвергнуты как противоречащие принципу неприсвоения любых частей космоса. Декларация не получила поддержки других государств, поэтому экваториальным странам позднее пришлось несколько изменить свои позиции в отношении этого вопроса. В 1984 году Кенией, Колумбией, Индонезией и Эквадором в Комитет ООН по космосу был представлен проект, в котором говорится уже не об их суверенитете над соответствующими сегментами ГСО, а о некоторых преференциальных правах, сходных с правами в исключительных экономических зонах в морском праве, об установлении для этого уникального района космического пространства режима sui generis (особого рода), обеспечивающего его рациональное использование на благо всего человечества.

Вместе с тем Международный союз электросвязи в своем Уставе от 22 декабря 1992 г. (ст. 44) зафиксировал следующее положение:

«При использовании полос частот для радиосвязи Члены Союза Должны учитывать то, что радиочастоты и орбита геостационарных спутников являются ограниченными естественными ресурсами, которые надлежит использовать рационально, эффективно и экономно, в соответствии с положениями Регламента радиосвязи, чтобы обеспечить справедливый доступ к этой орбите и к этим частотам разным странам или группам стран с учетом особых потребностей развивающихся стран и географического положения некоторых стран».

Однако вопрос о правовом режиме ГСО продолжает оставаться в повестке дня Комитета ООН по космосу.

В основе правового режима ГСО лежит Договор по космосу 1967 года. Вместе с тем деятельность по использованию ГСО неразрывно связана с применением радиочастот, необходимых для управления геостационарными спутниками, передачи на Землю полезной информации и т.д. Поэтому важную роль в правовом регулировании такой деятельности играют также правила, принимаемые Международным союзом электросвязи (МСЭ). В 1973 году на очередной конференции МСЭ орбита геостационарных спутников и частоты, выделяемые для ее использования, были объявлены ограниченным природным ресурсом, который должен применяться эффективно и экономно в соответствии с потребностями и техническими возможностями государств. С 1973 года Международный консультативный комитет по радио получил право давать консультации относительно не только рационального использования спектра радиочастот но и оптимального размещения спутников на ГСО, а Международный комитет регистрации частот получил право регистрировать частоты в орбитальных позициях геостационарных спутников. В 1979 году в рамках МСЭ был принят Регламент радиосвязи (периодически пересматриваемый) — документ, представляющий собой совокупность процедур, норм и рекомендаций, которые составляют юридическую и техническую основу использования различных средств радиосвязи.

Принятая МСЭ процедура размещения спутников на ГСО подвергается критике со стороны ряда развивающихся стран из-за опасения, что этот уникальный район космоса окажется фактически поделенным между ведущими космическими державами в ущерб интересам развивающихся стран.

Другой проблемой, связанной с ГСО и вызывающей серьезную озабоченность международного телекоммуникационного сообщества, является наметившаяся с середины 80-х годов тенденция заявления рядом стран — членов МСЭ орбитальных позиций не с целью развертывания собственных спутниковых систем, а превращения их в предмет «купли-продажи» (так называемая проблема «бумажных спутников»). Повышенное внимание к этой проблеме возникло после того, как в середине 80-х годов Королевство Тонга — государство, разбросанное на островах Тихого океана, в строгом соответствии с принятой МСЭ процедурой заявило семь орбитальных позиций с зоной покрытия Азиатско-Тихоокеанского региона. Попытки не допустить переуступку этих позиций каким-либо международным спутниковым операторам, массированно предпринятые в рамках МСЭ, в первую очередь под давлением ИНТЕЛСАТ, не увенчались успехом. С 1992 года две позиции специально созданной частной компании «Тонгасат» были переданы для использования частным американским оператором «Римсат» (после банкротства «Римсат» эти позиции с 1998 г. используются другим оператором).

В настоящее время в МСЭ идет интенсивный процесс выработки международно-правовых механизмов, не допускающих заявления позиций на ГСО для «бумажных спутников». Этот вопрос подробно дебатировался на Всемирной радиоконференции (1997 г.) и Полномочной конференции МСЭ (1998 г.) среди рекомендованных и одобренных мероприятий, направленных в сторону ужесточения процедуры заявления ГСО-позиций, можно выделить следующие: оформление заявок в МСЭ на платной основе; сокращение до 7 лет срока действия заявки до истечения ее приоритета (5 лет на координацию и 2 года на запуск; ранее действовал алгоритм 6+3 года) и др. Очевидно, что в обозримой перспективе проблема перенасыщенности ГСО ИСЗ и другими объектами потребует от международного сообщества принятия новых нормативных правил, регулирующих заявление в МСЭ и использование радиочастотного ресурса ГСО[13] .

Известно, что в состав Солнечной системы помимо Луны и ближайших планет входит несколько тысяч астероидов, комет и множество мелких метеоритных тел. И хотя физическая природа этих космических объектов различна, их всех относят к категории небесных тел .

Однако, ни один из принятых международных документов не дает определения понятия «небесное тело».

С самого начала освоения космоса в литературе по правовым аспектам осуществления космической деятельности, а в дальнейшем и в Комитете ООН по космосу значительное внимание уделялось рассмотрению проблем, касающихся будущей деятельности на небесных телах, в первую очередь на Луне.

При внесении проекта Соглашения о Луне его авторы предвидели исключительную сложность решения вопросов, связанных с будущим использованием Луны и ее недр. С тем, чтобы не допустить превращения деятельности на Луне в источник международных конфликтов и обеспечить правовую основу использования ресурсов небесных тел, представлялось более разумным оставить подробное рассмотрение проблемы природных ресурсов на более позднее время, когда их эксплуатация станет технически возможна, и ограничиться пока положениями общего характера в отношении недр Луны и других небесных тел в духе Договора по космосу 1967 года. Однако в связи с особой активностью и настойчивостью со стороны отдельных развивающихся стран проект соответствующего положения был включен в текст проекта Соглашения и в течение многих лет оставался камнем преткновения на пути его подписания многими государствами.

Принятое в 1979 году Соглашение о деятельности государств на Луне подтвердило одно из кардинальных положений Договора по космосу 1967 года — обязанность использовать Луну и другие небесные тела «исключительно в мирных целях» (п. 1 ст. Ш). Соглашение 1979 года пошло дальше Договора, установив дополнительный запрет на вывод любого оружия массового уничтожения на орбиты вокруг Луны и других небесных тел, а также на угрозу силой или применение силы или другие враждебные действия «в отношении Земли, Луны, космических кораблей, персонала космических кораблей или искусственных космических объектов»[14] (п. 2 и З ст. З).

Кроме того, последний пункт статьи подтверждает установленное Договором по космосу запрещение создавать на Луне военные базы, сооружения и укрепления, проводить испытания любых типов оружия и военные маневры.

Значение ст. З Соглашения 1979 года подкрепляется ст. 2, устанавливающей, что вся деятельность на Луне осуществляется в соответствии с международным правом, включая Устав ООН, с учетом других важных международных актов, «в интересах поддержания международного мира и безопасности и поощрения международного сотрудничества и взаимопонимания и с должным учетом соответствующих интересов всех других государств-участников». Среди основных принципов первое место, несомненно, принадлежит таким общепризнанным принципам современного международного права, как принципы мирного разрешения споров, невмешательства во внутренние дела государств, уважения международных обязательств и др. Эти принципы распространяются на любую деятельность на небесных телах и лежат в основе их правового режима.

На Луне и других небесных телах запрещена любого рода военная деятельность. Возможность использования «военного персонала для научных исследований или каких-либо иных целей» (п. 4 ст. З) не влияет на исключительно мирный характер деятельности на Луне. Военные летчики-космонавты на первом этапе развития космонавтики были наиболее подготовленными для выполнения задач по освоению космоса. В настоящее время, когда космическая деятельность приобрела достаточно регулярный, «будничный», характер, когда в ее осуществлении нередко принимают участие представители самых разнообразных гражданских профессий, специальное упоминание о «военном персонале» может потерять свое значение.

Из сказанного следует, что существенной особенностью правового режима небесных тел является полное запрещение их использования в военных целях. Такое запрещение не распространяется на космическое пространство в целом.

Особую роль в освоении космоса играет принцип международного сотрудничества , являющийся одним из основных принципов международного права. При этом под международным сотрудничеством в области исследования и использования космического пространства, Луны и других небесных тел следует понимать всю совокупность юридических, экономических, научных и научно-технических усилий государств, направленных на обеспечение интересов всего человечества. Международное сотрудничество, организованное на справедливой основе, может эффективно способствовать прогрессу в освоении космоса. Для деятельности на Луне, в особенности когда начнется ее практическое «обживание», проведение совместных проектов, максимальное благоприятствование друг другу и оказание всей возможной взаимной помощи просто необходимы.

Важнейшим элементом правового режима небесных тел является принцип свободы их исследования и использования, который может быть реализован только при условии строгого соблюдения определенных ограничений. Ограничения свободы научных исследований небесных тел содержатся в Соглашении 1979 года. Одним из них является требование, чтобы вся деятельность на небесных телах осуществлялась в соответствии с международным правом, в частности с Уставом ООН, и с учетом Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, 1970 года «в интересах поддержания международного мира и безопасности и поощрения международного сотрудничества и взаимопонимания и с должным учетом соответствующих интересов всех других государств участников» (ст. 2). Обязанность учитывать соответствующие интересы всех стран с должным учетом интересов «нынешних и будущих поколений» также является элементом ограничения свободы научных исследований небесных тел (п. 1 ст. 4).

Запрещение национального присвоения Луны и других небесных тел , непосредственно связанное с принципом свободы их исследования и использования, устанавливается ст. 11 Соглашения 1979 года в подтверждение ст. II Договора по космосу. Согласно п. 2 ст. II Соглашения, Луна не подлежит «национальному присвоению ни путем провозглашения на нее суверенитета, ни путем использования или оккупации, ни любыми другими средствами». Эта статья положила конец многочисленным теоретическим спорам о принадлежности Луны, о возможностях приобретения участков на ней, лишила смысла выдвигаемые юристами концепции относительно интернационализации деятельности на Луне, права па оккупацию небесных тел посредством передачи всех прав на них ООН, установления совместного суверенитета на них государствами, завладения районами Луны на основании концепции об «эффективной оккупации» и другими способами.

Пункт З статьи 11 Соглашения провозглашает, что «поверхность или недра Луны, а также участки ее поверхности или недр или природные ресурсы там, где они находятся, не могут быть собственностью какого-либо государства, международной, межправительственной или неправительственной организации, национальной организации или неправительственного учреждения или любого физического лица». Далее указанный пункт ст. 11 конкретизирует: «Размещение на поверхности Луны или в ее недрах персонала, космических аппаратов, оборудования, установок, станций и сооружений, включая конструкции, неразрывно связанные с ее поверхностью или недрами, не создает права собственности на поверхность или недра Луны или их участки».

Приняв в качестве руководящего принцип запрещения национального присвоения небесных тел, государства обязались не рассматривать свои достижения в освоении космоса как основу для притязания на владение Луной и другими небесными телами. Никакие успехи в их освоении не могут создать исключительных прав, которые давали бы основания для распространения суверенных прав государств на Луну или участки на ней. В ином случае привилегии или преимущества, полученные одним государством или группой государств, привели бы к нарушению интересов других государств, а значит, и к нарушению соответствующих договорных норм.

В пункте 1 статьи 11 Соглашения 1979 года появляется новая формулировка: «Луна и ее природные ресурсы являются общим наследием человечества». Она выдвинута развивающимися странами и включена в текст Соглашения по их требованию, однако вызвала горячие споры. Ввиду отсутствия определения этого понятия оно до сих пор продолжает вызывать различные толкования о последствиях его применения, что препятствует подписанию Соглашения 1979 года многими государствами (Россия и США не стали его участниками). Вместе с тем образцы минеральных и других веществ, которые в соответствии со ст. 6 Соглашения государства имеют право собирать на Луне и вывозить с Луны, остаются в распоряжении собравших их государств, которые могут использовать их для научных целей. Эти вещества могут также использоваться для поддержания жизнедеятельности лунных экспедиций «в необходимых для этой цели количествах».

Право собственности государства сохраняют лишь на свои космические корабли, оборудование, установки, станции и сооружения на Луне (п. 1 ст. 12).

Что касается эксплуатации природных ресурсов Луны, «когда будет очевидно, что такая эксплуатация станет возможной в ближайшее время», то она, согласно п. 5 ст. 11, может осуществляться только после установления международного режима, включая соответствующие процедуры. Такой международный режим в соответствии с п. 7 ст. 11 устанавливается в целях: а) упорядоченного и безопасного освоения природных ресурсов, b) рационального их регулирования, с) расширения возможностей в деле их использования, справедливого распределения между государствами участниками благ, получаемых от этих ресурсов, с особым учетом интересов и нужд развивающихся стран, а также усилий тех стран, которые прямо или косвенно внесли свой вклад в исследование Луны.

«Справедливое распределение» должно означать такое распределение, которое адекватно усилиям и вкладу — физическому и материальному — того или тех государств, которые осуществляют такую эксплуатацию. В будущем, когда индустриализация Луны станет практически и технически реальной, потребуются более детальное регламентирование этого вида деятельности и внесение корректив либо дополнений в ее правовой режим.

Соглашение устанавливает, что каждое заинтересованное государство-участник вправе осуществлять свою деятельность («В любом месте поверхности или недр Луны» (п. 1 ст. 8). Далее в статье раскрывается смысл этого общего положения: государства вправе осуществлять посадку своих космических объектов на Луне и их запуск с Луны; размещать свой персонал, аппараты, оборудование, установки, станции и сооружения в любом месте поверхности или се недр. При этом как персонал, так и все перечисленные аппараты, оборудование и станции могут там «свободно передвигаться или быть перемещены...» (п. 2).

Предоставляя государствам широкие возможности по размещению аппаратуры или станций на поверхности или в недрах Луны, Соглашение обязывает государства осуществлять свои действия так, чтобы не создавать помех для деятельности, проводимой на Луне другими государствами, а также осуществлять все другие положения Соглашения (п. З ст. 8).

Статья 9 Соглашения предусматривает право государств-участников создавать на Луне «обитаемые и необитаемые станции», однако при условии, что они будут использовать только такую площадь, которая необходима для обеспечения потребностей станции. При этом они «немедленно информируют Генерального секретаря ООН о месторасположении и целях этой станции». В дальнейшем с интервалами в один год соответствующее государство информирует Генерального секретаря также и о том, продолжается ли использование станции и изменились ли ее цели.

К государствам, создающим станции на Луне, предъявляется важное требование: располагать их таким образом, чтобы не препятствовать свободному доступу персонала, аппаратов и другого оборудования во все районы Луны. В случае, если деятельность на станции все же создаст какие-либо помехи для другого государства, вступает в действие ст. 15 (п. 2 и 3), предусматривающая проведение консультаций между двумя заинтересованными государствами, в которых может принять участие любой другой участник Соглашения.

Соглашение о Луне обязывает государства принимать «все возможные меры для охраны жизни и здоровья лиц, находящихся на Луне», рассматривая «любого человека, находящегося на Луне» как космонавта по смыслу договора по космосу и Соглашения о спасании космонавтов, возвращении космонавтов и возвращении объектов, запущенных в космическое пространство, 1968 года.

«Терпящим бедствие лицам, находящимся на Луне» государства обязаны предоставить право укрытия на своих станциях и других установках (ст. 10). В случаях, связанных с угрозой для жизни человека, государства вправе воспользоваться аппаратами, сооружениями или запасами других государств на Луне (п. З ст. 12).

В случае обнаружения государством аварийной или иной непреднамеренной посадки на Луне космического объекта, который не был им запущен, это государство обязано незамедлительно известить об этом государство, запустившее объект, а также Генерального секретаря ООН (ст. 13).

По статье 14 Соглашения государства-участники несут международную ответственность за национальную деятельность на Луне, кем бы она ни осуществлялась: правительственными органами или неправительственными Юридическими лицами. Они также несут ответственность за обеспечение того, чтобы национальная деятельность проводилась в соответствии с положениями, содержащимися в Соглашении. Здесь же подчеркивается, что деятельность находящихся под юрисдикцией государства-участника неправительственных юридических лиц может осуществляться только «под контролем и под постоянным наблюдением» соответствующего государства-участника. Эта же статья предусматривает, что в будущем «в результате активизации деятельности на Луне» может возникнуть необходимость заключения детальных соглашений об ответственности за ущерб, причиненный на Луне, в дополнение к положениям договора по космосу и Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами, 1972 года.

Статья : содержит еще одно важное положение. Речь идет о возможности создания «международных научных заповедников» в районах Луны, представляющих особый научный интерес, которые без ущерба для прав других государств можно было бы объявить такими заповедниками, в отношении которых в консультации с компетентными органами ООН должны быть согласованы «специальные защитные меры» (п. З).

Особое значение для правового режима небесных тел имеет положение относительно так называемого права посещения , предусматриваемого ст. 15 Соглашения. Его принятие связано в первую очередь с проверкой выполнения статей Соглашения 1979 года, запрещающих военную деятельность на Луне и других небесных телах.

Для того чтобы государство-участник могло убедиться в том, что деятельность на Луне не нарушает положений Соглашения, предусматривается, что «все космические аппараты, оборудование, установки, станции и сооружения на Луне открыты для других государств-участников».

В случае если у государства-участника появились основания считать, что другое государство не выполняет обязательств, возлагаемых на него Соглашением, или оно нарушает права, которыми первое государство пользуется в соответствии с Соглашением, предусматривается возможность проведения консультаций с этим государством, в которых может принять участие по его требованию и любое другое заинтересованное государство. Генеральный секретарь ООН, которому должна направляться информация о результатах консультаций, передает ее всем заинтересованным странам (п. 2 ст. 15)[15] .


Глава 2. Правовой статус космических объектов

2.1 Понятие космических объектов

В отличие от небесных тел естественного происхождения (таких как Луна, планеты, астероиды и пр.), под космическими объектами международном космическом праве подразумеваются созданные человеком искусственные спутники Земли, автоматические и пилотируемые корабли и станции, ракеты-носители и т. д.

В действующих международных соглашениях по космосу нет определения космического объекта. Попытки разработать такое определение делались как в дипломатической практике, так и в доктрине. В ходе работы над Конвенцией 1972 года о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами, с предложениями относительно такого определения выступали Бельгия, Венгрия, Индия, совместно Австралия и Канада, Польша, Аргентина. Однако общего согласия (консенсуса) по этому вопросу достигнуть не удалось, и было решено не давать такого определения. С учетом предшествующего опыта в дальнейшем подобного рода попытки не предпринимались.

Исключением из общего правила являются два ныне недействующих документа, в которых содержалось определение космического объекта. Прежде всего, это Конвенция 1962 года о создании Европейской организации по разработке ракет-носителей (ЭЛДО), в ст. 19 которой космический объект определен как «аппарат, предназначенный для вывода на орбиту в качестве спутника Земли или другого небесного тела, либо для полета по другой траектории в космическом пространстве». В 1971 году на Всемирной административной конференции радиосвязи космический объект был отождествлен с космическим кораблем и определен как «созданное человеком средство передвижения, предназначенное для запуска за пределы основной части земной атмосферы». В действующих ныне Уставе, Конвенции и Административных регламентах Международного союза электросвязи определения космического объекта не содержится.

Для юристов характерны два основных подхода к определению космического объекта: функциональный и пространственный.

Сторонники функционального пути решения правовых проблем космоса акцентируют внимание на характере тяги космических аппаратов и на их отличии в этом отношении от воздушных судов, использующих при полете свойства воздуха. Однако при этом не учитываются в должной мере перспективы создания аэрокосмвческих объектов, способных самостоятельно взлетать в космос с поверхности Земли и совершать посадку аналогично воздушным судам.

Сторонники так называемого пространственного подхода главное внимание акцентируют не на характере тяги космических объектов, а на месте их деятельности. Соответственно, основным признаком таких объектов рассматривается то, что они предназначены для полета и деятельности в космическом пространстве. В этом усматривается их отличие от воздушных аппаратов, а также от наземных средств и установок по исследованию космоса.

Для обозначения лиц, совершающих космические полеты и находящихся на борту космических объектов или на небесных телах, в соглашениях по международному космическому праву используются различные термины: “космонавты”, “экипаж”, “персонал”, “представители”, “лица на борту космического объекта”. Это не означает, однако, что международное космическое “право устанавливает различия в правовом режиме лиц, совершающих космические полеты, в зависимости от выполняемых ими функций или по каким-либо иным признакам. Независимо от того, являются такие лица военными или гражданскими, управляют они космическим кораблем или выполняют научно-исследовательские функции, а также независимо от их гражданской принадлежности, все они с точки зрения международного космического права имеют одинаковый статус космонавтов. В отличие от морского и воздушного права, где проводится различие между экипажем и пассажирами судна, в космическом праве такого различия в настоящее время не существует, хотя в будущем, в случае совершения регулярных космических путешествий, может появиться необходимость в выработке особого правового режима пассажиров космических кораблей.

Космический объект как техническое устройство (аппарат), использование которого регулируется нормами национального права, лишь при определенных условиях (запуске в космическое пространство или сооружении в нем) становится объектом международного космического права. Именно с момента запуска космического объекта или сооружения такого объекта в космическом пространстве, включая небесные тела, возникают связанные с ним международные правоотношения, которые продолжаются до его приземления на территории запустившего государства или сгорания при вхождении в плотные слои атмосферы[16] .

В соответствии с Конвенцией 1975 года о регистрации , государства направляют на имя Генерального секретаря ООН информацию не только о запущенных космических объектах, но и об объектах, которые, будучи выведенными на орбиты вокруг Земли, больше не находятся на этих орбитах. Тем самым как бы подтверждается факт прекращения международных правоотношений, связанных с полетом конкретного космического объекта.

Важное практическое значение имеет вопрос о том, относятся ли к космическим объектам и тем самым подпадают ли под сферу действия Конвенции о регистрации 1975 года, а также других международных соглашений по космосу летательные технические устройства (аппараты), которые, будучи выведены на околоземную орбиту и не совершив полного витка (так называемый частично орбитальный полет), возвращаются на Землю. Некоторые юристы утверждают, что положения международных соглашений по космосу распространяются лишь на такие летательные технические устройства (аппараты), которые совершили полный виток по околоземной орбите. Именно так ими трактуется, в частности, п. 1 ст. II Конвенции 1975 года, в котором содержится обязательство регистрации космического объекта, запускаемого на орбиту «вокруг Земли или дальше в космическое пространство». Нередко при этом частично орбитальный полет сравнивается с суборбитальным полетом межконтинентальных баллистических ракет (МБР), на которые положения Конвенции 1975 года о регистрации и других международных соглашений по космосу не распространяются.

Для такого сравнения, однако, как в юридическом, так и в техническом отношении нет серьезных оснований. В юридическом смысле пролет МБР через космос не считается запрещенным в силу отсутствия режима полной военной нейтрализации космического пространства. Что касается частичного орбитального полета космического объекта, то наличие на его борту ядерного оружия явилось бы нарушением установленного Договором 1967 года запрета размещать в космосе ядерное оружие.

В техническом плане объекту, совершающему частично орбитальный полет, в отличие от МБР, летящей по баллистической траектории, придается первая космическая скорость. Благодаря этому он выходит на околоземную орбиту, а для того, чтобы спуститься нее на Землю, им используется тормозящее устройство. Поэтому такой объект по своей конструкции предназначен для использования в космосе, и в случае его запуска он полностью подпадает под сферу действия как Конвенции 1975 года о регистрации, так и других международных соглашений по космосу.

В Конвенции 1975 года о регистрации (ст. Т) вслед за Договором 1967 года по космосу (ст. VII и VIII) и Конвенцией 1972 года о международной ответственности (ст. 1) говорится о космических объектах и их «составных частях».

Под понятием «составная часть » космического объекта в соглашениях по космосу имеются в виду аппаратура, источник энергии и все оборудование, необходимое для нормального функционирования этого объекта, отделившиеся от космического объекта части, а также осколки распавшегося космического объекта .

Кроме того, в Конвенции 1975 года, так же как и в Конвенции 1972 года, в понятие космического объекта включается «средство его доставки и его части».

В связи с созданием Международной космической станции перед государствами-участниками возникла дилемма: считать международную космическую станцию космическим объектом, а ее элементы «составными частями» этого объекта либо рассматривать ее в качестве совокупности различных космических объектов, подлежащих отдельной регистрации. Вопрос был решен в Соглашении о международной космической станции, подписанном в Вашингтоне 29 января 1998 г. правительством Канады, 11 правительствами государств — членов Европейского космического агентства, правительствами Японии, России и США. Согласно ст. 5 этого Соглашения каждый партнер «регистрирует в качестве космических объектов предоставляемые им орбитальные элементы...».

С вопросом о «составных частях» космических объектов или частях средств их доставки непосредственно связана проблема юридической природы космического мусора . Среди юристов выявились два подхода в этом вопросе. Ряд юристов полагает, что такой мусор не должен рассматриваться в качестве космических объектов или их частей. Это означает, что вышедший из строя или из-под контроля космический объект, а также распавшиеся в результате взрыва осколки не должны рассматриваться в качестве космических объектов или их частей. Тем самым любой ущерб, причиненный таким космическим мусором, окажется вне сферы действия Конвенции 1972 года о международной ответственности за ущерб, причиненный космическим объектом. Большинство юристов считают, однако, что космический мусор должен охватываться понятием космических объектов и их частей (С. Горов, Б. Ченг, И. Дидерикс-Фершоор и др.). Российские юристы придерживаются аналогичной позиции (Э.Г. Жукова).

Сложным является определение понятия «космический мусор». В ходе обсуждения этого вопроса в Научно-техническом подкомитете Комитета ООН но космосу в 1997 году было предложено определение космического мусора, в котором отмечалось, что речь должна идти о нефункционирующем искусственном космическом объекте, включая его фрагменты и части, неспособном возобновить свою деятельность . При этом не имеет значения возможность осуществить идентификацию его собственника.

Появление транспортных космических челноков многократного применения типа «Спейс Шаттл» вызвало дискуссию об их правовой природе. Все сходились на том, что при запуске такие корабли ничем не отличаются от обычных космических объектов. Но, по мнению ряда юристов, при вхождении в плотные слои атмосферы космические челноки должны рассматриваться в качестве воздушных летательных аппаратов, поскольку на этом этапе полета ими используется реакция воздуха. Руководство Национального аэрокосмического агентства США (НАСА) выступило с официальным разъяснением, что спуск с космической орбиты на Землю «Спейс Шаттла» в принципе ничем не отличается от спуска обычного космического корабля и в этом отношении «Спейс Шаттл» на всех этапах полета должен рассматриваться в качестве космического объекта; соответственно его правовой режим во время спуска и посадки определяется нормами международного космического права.

В целом все космические объекты делятся на две основные группы: автоматические и пилотируемые космические объекты. В зависимости от места деятельности обе группы космических объектов, в свою очередь, делятся на околоземные орбитальные и межпланетные космические объекты, В действующем международном космическом праве, в отличие от международного воздушного или морского права, космические объекты военного назначения не выделяются в особую правовую категорию. В этом проявляется специфическая особенность международного космического права по сравнению с международным морским и воздушным правом, в котором, соответственно, военные корабли и военные самолеты пользуются особым правовым режимом, отличным от торговых судов и гражданской авиации.

Наиболее четко разграничение автоматических и пилотируемых космических объектов проведено в Соглашении 1968 года о спасании космонавтов, возвращении космонавтов и возвращении объектов, запущенных в космическое пространство. Особенностью пилотируемых космических объектов является специфика их международно-правового статуса. При рассмотрении международно-правовых аспектов функционирования пилотируемых космических объектов в зависимости от целевого назначения и места деятельности представляется возможным различать три разновидности таких объектов: космические корабли, обитаемые орбитальные станции, обитаемые станции на небесных телах.

Развитие космонавтики потребовало выделения в особую разновидность околоземных обитаемых космических станций (ООКС) . Они отличаются от космического корабля тремя основными признаками: 1) продолжительным периодом активного функционирования; 2) наличием или возможностью наличия периодически сменяемого экипажа и транспортной системы материально-технического снабжения и обслуживания; 3) широким кругом задач, которые могут решаться экипажем с помощью аппаратуры ООКС и космических средств, входящих в состав станции. К такому виду космических объектов относятся орбитальная станция «Мир» и международная космическая станция. В зависимости от места деятельности представляется целесообразным из общей категории пилотируемых космических объектов выделить станции на Луне и других небесных телах. По своим признакам они близки к ООКС.

Таким образом, на современном этапе космонавтики можно говорить о трех основных видах пилотируемых космических объектов: пилотируемых кораблях, обитаемых орбитальных станциях, обитаемых станциях на небесных телах[17] .

2.2 Регистрация космических объектов

Разумная и упорядоченная космическая деятельность государств требует систематического учета произведенных запусков и информации о них всех государств в интересах содействия развитию международного сотрудничества в области освоения космоса. В этом — главное назначение регистрации космических объектов.

Впервые порядок международной регистрации космических объектов был установлен резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 1721 В (XV) от 20 декабря 1961 г. В соответствии с этой резолюцией государства, запускающие космические объекты, с 1962 года стали направлять в ООН на добровольной основе информацию о космических объектах, запущенных ими “на орбиту и дальше”. Отдел по вопросам космического пространства Секретариата ООН заносит получаемые от государств сведения в специальный реестр, а копии этих сведений рассылаются всем государствам — членам ООН.

Регистрация космических объектов в ООН носит характер централизованного учета космических объектов, запускаемых государствами и международными организациями, и обеспечивает, в случае необходимости, дополнительные средства идентификации таких объектов.

С вступлением в силу Конвенции о регистрации объектов, запускаемых в космическое пространство (15 сентября 1976 г.), национальная и международная регистрация космических объектов для участников этой конвенции приобрела обязательный характер.

Согласно конвенции, государство регистрации направляет Генеральному секретарю ООН сведения о каждом космическом объекте, занесенном в его регистр (название запускающего государства или государств, обозначение или регистрационный номер объекта, дату и территорию или место запуска, основные параметры орбиты, общее назначение космического объекта). Государство регистрации “в максимально возможной степени и в ближайший практически осуществимый срок” уведомляет Генерального секретаря ООН об объектах, которые больше не находятся на орбитах вокруг Земли. К информации, содержащейся в реестре ООН, обеспечивается полный и открытый доступ.

Данные сообщаются государствами в письмах на имя Генерального секретаря ООН и заносятся в централизованный реестр, который ведется Отделом по Вопросам космического пространства Секретариата ООН. Копии писем, получаемых Генеральным секретарем ООН, рассылаются всем членам ООН. Помимо этого, Секретариат ООН публикует специальную серию информации, представляемой государствами относительно учреждения ими национальных регистров запущенных Космических объектов. В РФ такой регистр ведется в настоящее время Российским космическим агентством. Этим же агентством ООН представляется информация о космических объектах, запускаемых Россией.

Конвенция исходит из того, что каждый космический объект может быть занесен в национальный регистр только одной страной. Исключается также множественная международная регистрация в ООН. В случаях, когда имеются два или более запускающих государств, они совместно определяют, которое из них зарегистрирует этот объект. Так, в соответствии с этим правилом в рамках программы “Интеркосмос” была достигнута специальная договоренность о порядке регистрации объектов серии “Интеркосмос”, согласно которой национальная и международная регистрация космических объектов, разрабатываемых и изготавливаемых в Советском Союзе (позже – в России) и запускаемых в рамках программы “Интеркосмос” с территории России с помощью русских ракет-носителей, должна осуществляться Россией. В случаях, когда по программе “Интеркосмос” запускаются космические объекты, разработанные и изготовленные в других странах—участницах программы, национальная и международная регистрация должна проводиться страной, разработавшей и изготовившей данный объект.

С регистрацией космического объекта связаны определенные юридические последствия как для самого космического объекта, так и для его экипажа.

В ст. VIII Договора по космосу сказано, что “государство— участник Договора, в регистр которого занесен объект, запущенный в космическое пространство, сохраняет юрисдикцию и контроль над таким объектом и над любым экипажем этого объекта во время их нахождения в космическом пространстве, в том числе и на небесном теле”. Государство сохраняет свои суверенные права в отношении своих космических объектов и их экипажей во время их пребывания в космическом пространстве и на небесных телах.

Договор по космосу устанавливает также, что права собственности на космические объекты “остаются незатронутыми” как во время их нахождения в космическом пространстве, так и после их возвращения на Землю. Иными словами, космические объекты и их составные части во время пребывания в космосе и после их возвращения на Землю принадлежат тем же государствам, юридическим или физическим лицам, которым они принадлежали до полета. Термины “юрисдикция”, “юрисдикция и контроль” широко применяются в современном международном праве и национальном законодательстве многих стран. Понятия суверенитета и юрисдикции не равнозначны, хотя и тесно связаны между собой. Объем властных прав и полномочий, вытекающих из юрисдикции, более узкий по сравнению с правами и полномочиями, присущими суверенитету в целом. Юрисдикция представляет собой одно из проявлений, один из аспектов суверенитета. Под юрисдикцией в международном космическом праве следует понимать установленные законами государства права и полномочия на осуществление не только судебной (которая чаще всего отождествляется с понятием юрисдикции), но также и исполнительной власти в отношении лиц и объектов, находящихся в космическом пространстве и на небесных телах.

В Договоре по космосу термин “юрисдикция” стоит рядом с другим термином — “контроль”. Оба они часто употребляются в международном космическом праве для обозначения единого понятия. Подобное применение этих терминов известно и в других отраслях международного и внутреннего права. Иногда термин “контроль” в аналогичном смысле употребляется в юридических документах и самостоятельно. В международном космическом праве термин “контроль” имеет двоякий смысл. С одной стороны, он может рассматриваться как один из элементов юрисдикции, ее составная часть. С другой стороны, право контроля в области космической деятельности может означать право на управление космическим объектом и руководство его экипажем в техническом отношении. В этом, втором смысле данный термин становится специфичным именно для космического права.

Поскольку территория и население относятся к главным компонентам государства, естественно, что среди прочих возможных оснований осуществления юрисдикции наибольшее признание в международном праве получили принципы территориальности и гражданства. В первом случае речь идет главным образом об осуществлении юрисдикции в пределах определенной территории; во втором — о юрисдикции, основой которой является гражданская принадлежность физических лиц или национальность юридических лиц. В международном морском и воздушном праве принципы территориальности и гражданства нашли отражение в определенных юридических моделях: ранее широкое распространение имели теории, приравнивавшие морское судно к “плавучей территории” государства, а воздушное судно — к его “летучей территории”; ныне в ряде международно-правовых документов говорится о “национальности” морских и воздушных судов. В действующих нормах международного космического права термин “национальность космического объекта” не используется. (Осуществление юрисдикции и контроля над космическими объектами и их экипажами, согласно ст. VIII Договора по космосу, связывается не с национальной принадлежностью космического объекта или гражданством членов его экипажа, а непосредственно с актом регистрации космического объекта в определенном государстве. Юрисдикция государства регистрации в отношении и космического объекта, и любого его экипажа во время их нахождения в космическом пространстве и на небесных телах выступает тем самым как исключительная, превалирующая над всеми другими возможными основаниями (например, по принципу гражданства).

В ст. VIII Договора по космосу говорится не об осуществлении юрисдикции и контроля, а об их “сохранении” за государством регистрации космического объекта. Это не означает, что носителем прав юрисдикции и контроля над космическим объектом и его экипажем до полета, во время полета и после его завершения обязательно должно быть одно и то же государство. Употребление выражения “сохранение” юрисдикции и контроля в данном контексте имеет целью подчеркнуть, что при нахождении в космическом пространстве объект и его экипаж не оказываются в правовом вакууме, не утрачивают автоматически правовой связи с Землей, не переходят в распоряжение какой-то надгосударственной власти. 'Обычно в качестве государства регистрации выступает то государство, где был создан и запущен космический объект и гражданами которого являются находящиеся на нем космонавты. Данное общее правило не исключает случаев, когда до полета и после его завершения космические объекты и их экипажи (или отдельные члены таких экипажей) могут находиться под юрисдикцией и контролем иных государств, чем государство регистрации. Таков, в частности, случай, когда полет совершает международный экипаж, членами которого являются граждане разных стран. В этом случае во время нахождения в космическом пространстве на всех членов международного экипажа, независимо от их гражданской принадлежности, распространяются юрисдикция и контроль государства регистрации, хотя до совершения космического полета и после его окончания члены такого экипажа в силу принципов территориальности и гражданства находятся под юрисдикцией и контролем различных государств.

Распространение юрисдикции государства регистрации на “любой экипаж” космического объекта означает исключительную компетенцию государства, в котором зарегистрирован космический объект, в отношении как своих, так и иностранных граждан, входящих в состав международного экипажа. Государства, граждане которых участвуют в совместном космическом полете, могут договориться об ином порядке осуществления юрисдикции в отношении своих граждан. Однако при отсутствии такой специальной договоренности вся полнота власти по поддержанию правопорядка на борту космического объекта принадлежит государству регистрации.

Другой важный вывод, вытекающий из ст. VIII Договора по космосу, заключается в том, что юрисдикция и контроль государства регистрации в отношении экипажа не ограничиваются только рамками самого космического объекта. Поскольку в тексте статьи говорится о юрисдикции и контроле над экипажем космического объекта (а не над экипажем, находящимся на борту космического объекта), юрисдикция и контроль государства регистрации распространяются на членов экипажа не только во время их пребывания на борту космического объекта, но и при их выходе в открытый космос, нахождении на небесном теле за пределами своего корабля или станции.

Можно предположить, что в будущем рассматриваемое положение ст. VIII Договора по космосу потребует уточнения. Так, при доставке транспортным кораблем, зарегистрированным в одной стране, экипажа для длительного пребывания на постоянно действующей космической станции, зарегистрированной в другой стране, может возникнуть вопрос о том, что доставленный экипаж должен перейти под юрисдикцию и контроль государства, в котором зарегистрирована станция, и не рассматриваться более как экипаж доставившего его туда транспортного корабля. Еще острее станет эта проблема в случае создания в будущем постоянных международных поселений в космосе, где вопросы осуществления законодательной, судебной и исполнительной власти потребуют специального регулирования.

Вопрос о том, какое государство может осуществлять юрисдикцию и контроль над космическим экипажем в случае его аварийного приземления на зарубежной территории или в открытом море, а также во время пролета космического корабля через воздушное пространство другого государства и над открытым морем, пока еще не урегулирован специальными нормами международного космического права. На практике это означает, что при аварийном приземлении на чужой территории на осуществление юрисдикции и контроля над космическим экипажем могут одновременно претендовать несколько государств. Вместе с тем очевидно, что космонавты не могут рассчитывать на иммунитет от юрисдикции государства, в пределах территории которого они находятся, если их действия представляют угрозу безопасности этого государства[18] .

2.3 Спасание и возвращение космических объектов

Договор по космосу 1967 года устанавливает, что права собственности на космические объекты остаются незатронутыми во время их нахождения в космическом пространстве или по возвращении на Землю. Такие объекты или их составные части, обнаруженные за пределами государства, в регистр которого они занесены, должны быть возвращены этому государству. При этом такое государство должно по требованию представить до возвращения опознавательные данные (ст. УIII),

В Соглашении о спасании 1968 года содержится детальное изложение прав и обязанностей сторон в случае обнаружения Космического объекта или его составных частей иностранным государством на своей территории или за ее пределами (ст. 5).

Прежде всего, обнаружившее космический объект государство обязано просто информировать об этом власти, осуществившие запуск, и Генерального секретаря ООН (п. 1 ст. 5). Проведение операций по спасанию космического объекта обнаружившим его государством обусловлено просьбой властей, осуществивших запуск, и оказанием помощи с их стороны в случае необходимости.

Что касается обнаружившего государства, то оно принимает лишь такие меры, которые сочтет «практически осуществимыми».

Просьба со стороны заинтересованного государства призвана свидетельствовать, что упавший космический объект или его составные части представляют научный интерес или ценность для запустившей стороны.

В отличие от обязательства безусловного возвращения членов экипажа космического объекта, процедура возвращения космических объектов или их составных частей, обнаруженных за пределами государств, осуществивших запуск, обусловлена: а) просьбой властей, осуществивших запуск, б) представлением опознавательных данных, доказывающих принадлежность объекта.

Обязанность возвратить космический объект будет выполнена не только тогда, когда объект практически будет передан заинтересованной стороне, но и в случае предоставления этого объекта в распоряжение представителей соответствующих властей. Некоторые юристы связывают вопрос возвращения аварийно-приземлившихся космических объектов с просьбой снять с орбиты отслуживший свой срок или вышедший из строя космический объект и вернуть его по назначению.

В Соглашении 1968 года особая процедура установлена в отношении опасных или вредных по своему характеру объектов или их составных частей, обнаруженных на территории другого государства или спасенных им в каком-либо другом месте. В подобной ситуации власти государства или международная организация, осуществившие запуск, могут быть уведомлены об этом. Затем они незамедлительно принимают эффективные меры под руководством и контролем уведомившего их государства для устранения возможной опасности причинения вреда. В 1978 году власти Канады после обнаружения на своей территории частиц распавшегося ядерного реактора советского спутника предпочли обратиться за помощью к США.

Соглашение 1968 года предусматривает возмещение расходов, понесенных государством при выполнении обязательств по обнаружению и возвращению космического объекта или его составных частей. Расходы покрываются властями, осуществившими запуск при условии, что меры по спасанию и возвращению объекта были предприняты по их просьбе (п. 5 ст. 5)[19] .


Заключение

С самого начала космической деятельности оказалось,чтолюбой из ее видов может затрагивать интересы одного или нескольких иностранных государств, а большинство видов космической деятельности затрагивают интересы всего международного сообщества.

Осуществление всякой деятельности, затрагивающей интересы других государств, неизбежно приводит к возникновению международных правоотношений. Разработка международно-правовых норм, регулирующих отношения, складывающиеся в процессе освоения, космоса, первоначально происходила на основе понятия космической деятельности как объекта правоотношений. Вместе с тем возникла необходимость в установлении правового режима космического пространства — новой среды, в которой стало возможным осуществление деятельности человека.

Договор по космосу 1967 года – один из основополагающих документов, регулирующих деятельность и сотрудничество государств при освоении космоса, - устанавливает режим космического пространства (ст. I и II) и в то же время определяет права и обязанности государств в процессе деятельности не только собственно в космосе, но и во всех других средах, если их деятельность там связана с исследованием и использованием космоса.

Космическое право имеет следующие особенности: только космическое пространство дает человечеству возможность выйти за пределы земной среды в интересах дальнейшего прогресса цивилизации; в космическом пространстве находятся небесные тела, территории которых никому не принадлежат и могут быть & перспективе использованы человеком; космос практически безграничен; в отличие от сухопутной территории, Мирового океана и воздушного пространства, космическое пространство не поддается разделению на какие-либо зоны в процессе его использования; космическое пространство представляет особую опасность для деятельности в нем человека; в космосе и на небесных телах действуют физические законы, существенно отличающиеся от земных.

К особенностям космической деятельности следует отнести то, что она осуществляется с помощью принципиально новых средств—ракетно-космической техники; использование космоса в военных целях представляет собой ни с чем не сравнимую опасность; в результатах космической деятельности заинтересованы все без исключения государства, а осуществлять ее самостоятельно могут в настоящее время лишь несколько наиболее развитых в научном и промышленном отношении государств; запуск космических аппаратов и их возвращение на Землю могут быть связаны с использованием воздушного пространства иностранных государств и пространств открытого моря; космические запуски могут причинять ущерб иностранным государствам и их гражданам.

Поэтому правовой режим космического пространства и регулирование космической деятельности не могут быть оторваны от основных принципов мира и мирного сосуществования государств. Они должны строиться с учетом актуальных проблем развития современных международных отношений.

Распространение на космос основных принципов современного международного права необходимо также потому, что они включают положения о равенстве, мирном сосуществовании, сотрудничестве государств, невмешательстве во внутренние дела друг друга и т. д. В их соблюдении заинтересованы все народы, Эти принципы применимы ко всем видам космической деятельности, несмотря на ее специфику. Только на основе этих принципов возможны организация широкого международного сотрудничества и ускоренный прогресс в области исследования и использования космоса.

Днем рождения международного космического права можно считать дату вступления в силу Договора по космосу—10 октября 1967 г.

В основе международного космического права, так же как и современного общего международного права, лежит идея мира и мирного сосуществования государств с различными социально-экономическими и политическими системами.

По прежнему оставаясь малоизученной областью человеческого познания, космос, тем не менее, являет собой грандиозное поле деятельности. Трудно переоценить исключительную важность космической деятельности для человечества, ведь даже самые смелые прогнозы и ожидания, связанные с космосом, не в состоянии даже в самой малой степени дать представление о том, какие выгоды может принести деятельность человека в космосе. Подкрепленная и обеспеченная правовыми нормами, эта деятельность будет служить обеспечению жизненно важных интересов человека, народа, государства и всего международного сообщества, способствуя укреплению культурных, политических, экономических и иных связей между странами и народа


Библиография

I. Нормативно-правовые акты:

1. Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, одобрен 21-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 19 декабря 1966, вступил в силу в 1967 г.

2. Закон РФ от 20 августа 1993 г. N 5663-I "О космической деятельности" (с изменениями от 29 ноября 1996 г., 10 января 2003 г., 5 марта, 22 августа 2004 г., 2 февраля, 18 декабря 2006 г.

3. Соглашение о деятельности государств на Луне и других небесных телах. 1979 г.

4. Соглашение о сотрудничестве в исследовании и использовании космического пространства в мирных целях. 1977 г.

5. Соглашение о спасении космонавтов, возвращении космонавтов и возвращении объектов, запущенных в космическое пространство. 1968 г.

6. Конвенция о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами. 1977 г.

7. Конвенция о регистрации объектов, запускаемых в космическое пространство. 1975 г.

8. Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 1962 г. (XVIII) "Декларация правовых принципов деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства . 1963 г.

9. Резолюция, принятая 2222 (XXI) сессией Генеральной ассамблеи ООН от 19 декабря 1966 г.

10. Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 1348 (XIII) от 13 декабря 1958 г.

II. Научные издания:

1. Верещетин В.С. Международное космическое право. Курс международного права в семи томах. – Т. 5. – М., 1990 г.

2. Колосов Ю.М., Жуков Г.П. Международное космическое право. М.: Международные отношения, 1999 г. 356 с.

3. Колосов Ю.М., Кузнецов В.И. Международное космическое право. – Учебник «Международное право» (гл. XIII). – М.: 1998. с. 364.

4. Лукашук И.И. Международное право. В 2 т. - М.,: БЕК, 1997.

5. Международное космическое право. П/р. Пирадова А.С. М. 1997. 279 с.

III. Периодика:

1. Жуков Г.П. Правовой статус международной космической станции // Международное право. – №1, - 1999.

2. Зотова О.В., Колосов Ю.М. Правовой режим космического пространства как важный элемент поддержания международного мира и безопасности. // Московский журнал международного права. № 2/2001

IV. Справочная и учебная литература:

1. Большой юридический словарь. М.: 2003 г.

2. Словарь международного космического права. - М, 1992


[1] Резолюция, принятая 2222 (XXI) сессией Генеральной ассамблеи ООН от 19 декабря 1966 г.

[2] Колосов Ю.М., Жуков Г.П. Международное космическое право. М.: Международные отношения. 1999 г. с. 54-55

[3] Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая луну и другие небесные тела 1967 г., одобрен 21-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 19 декабря 1966, ст. ст. 1-2

[4] Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 1348 (XIII) от 13 декабря 1958 г.

[5] Колосов Ю.М., Жуков Г.П. Международное космическое право. М.: Международные отношения. 1999 г. с. 55.

[6] Международное космическое право. П/р. Пирадова А.С. М. 1997. с. 29.

[7] Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела от 27 января 1967 года. Ст. 1

[8] Зотова О.В., Колосов Ю.М. Правовой режим космического пространства как важный элемент поддержания международного мира и безопасности. // Московский журнал международного права. № 2/2001

[9] Соглашение о деятельности государств на Луне и других небесных телах. Ст. 7.

[10] Ежегодник Комиссии международного права ООН. 1973. Т. 2. С. 201.

[11] Конвенция о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами.

[12] Колосов Ю.М., Жуков Г.П. Международное космическое право. М.: Международные отношения. 1999 г. с. 58-60.

[13] Колосов Ю.М., Кузнецов В.И. Международное космическое право. – Учебник «Международное право» (гл. XIII). – М.: 1998. с. 364.

[14] Соглашение о деятельности государств на Луне 1979 г.

[15] Колосов Ю.М., Жуков Г.П. Международное космическое право. М.: Международные отношения. 1999 г. с. 63-72.

[16] Колосов Ю.М., Жуков Г.П. Международное космическое право. М.: Международные отношения. 1999 г. с.73-75

[17] Жуков Г.П. Правовой статус международной космической станции // Международное право. – №1, - 1999.

[18] Международное космическое право. П/р. Пирадова А.С. М. 1997. с. 164.

[19] Колосов Ю.М., Жуков Г.П. Международное космическое право. М.: Международные отношения. 1999 г. с. 85-87.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий