регистрация / вход

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью

Характеристика общества с ограниченной ответственностью в российском праве. Правовой режим уставного капитала общества. Специфика прав участников общества. Обжалование решений органов управления обществом. Косвенный иск и ответственность руководства ООО.

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И ХАРАКТЕРИСТИКА ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕСТВЕННОСТЬЮ

1.1 Общества с ограниченной ответственностью в российском праве

1.2 Правовой режим уставного капитала общества

1.3 Специфика прав участников общества

ГЛАВА 2. ЗАЩИТА ПРАВ УЧАСТНИКА

2.1 Обжалование решений органов управления обществом

2.2 Косвенный иск и ответственность руководства ООО

2.3 Иск об обязании общества предоставить документы

2.4 Иск об исключении другого участника из состава участников общества с ограниченной ответственностью

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы дипломного исследования. Общество с ограниченной ответственностью - это юридическое лицо торгового права с разделенным на доли уставным капиталом.

В России ООО - это учрежденное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли определенных учредительными документами размеров; участники ООО не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости внесенных ими вкладов.

В настоящее время общество с ограниченной ответственностью является широко распространенной и наиболее популярной организационно-правовой формой предпринимательства в отечественной правовой системе.

В форме обществ с ограниченной ответственностью в РФ действуют различные юридические лица, функционирующие в самых разнообразных сферах. Это, например, производственные, строительные, торговые, посреднические предприятия , некоторые кредитные и страховые организации, сельскохозяйственные предприятия , иные коммерческие организации.

В связи с этим изучение и анализ отдельных юридических проблем, связанных с правовым регулированием создания и функционирования подобных обществ, представляет большой практический и теоретический интерес.

ООО по российскому законодательству имеет черты договорно-уставного объединения лиц и капиталов, что, как будет показано далее, осложняет практику деятельности ООО. Действительно, учредительными документами ООО являются и учредительный договор, и устав. Возможность исключения участника из общества также свидетельствует в пользу характеристики ООО как персонального объединения. Правила об исключении участника из общества, на наш взгляд, противоречат природе общества как объединения капиталов. ГК таких правил не предусматривает.

На практике часто возникают вопросы по поводу реализации правомочий, вытекающих из общей собственности на долю участия в хозяйственном обществе. Отсутствие однозначного решения этих вопросов в законодательстве способно породить непреодолимые препятствия в осуществлении нормальной деятельности общества.

Степень научной разработанности темы. Правовое положение обществ с ограниченной ответственностью освещена в трудах таких авторов как Борякова С.А., Горлов В.А., Горяинова Е.И., Гутников О.В., Игнатова Е.А., Каминка А.И., Камышанский В.П., Кротов А.В., Ломакин Д.В., Лытнева Н.А., Макаров С.А., Меленчук И.А., Могилевский С.Д., Опыхтина Е.Г., Пахомова Н.Н., Петникова О.В., Петрухина Т.Г., Попондопуло В.Ф., Рогожин Н.А., Саяпина И.А., Серова О.А., Степанов А.Н., Сумской Д.А., Суханов Е.А., Тарасенко Ю.А., Тузов Н.А., Урюжникова А.В., Файзутдинов И.Ш., Филиппова С.Ю., Фоломина Л.В., Юкша Я.А., Ярков В.В. и других авторов.

Целями дипломного исследования является изучение и анализ вопросов связанных с функционированием такой организационно-правовой формы юридических лиц как общество с ограниченной ответственностью. Целевая направленность исследования обусловила необходимость решения следующих задач :

· Изучение понятия общества с ограниченной ответственностью;

· Рассмотрение вопросов правоспособности общества с ограниченной ответственностью;

· Рассмотрение вопросов формирования уставного капитала общества и управления в обществе;

· Рассмотрение вопросов формирования уставного капитала и права на него;

· Оценка осуществления участниками общества своих прав;

· Исследование вопросов защиты прав участников обществ с ограниченной ответственностью.

Объектом исследования дипломной работы являются общественные отношения, возникающие в области обеспечения функционирования обществ с ограниченной ответственностью, а также вопросы обеспечения и реализации прав участников обществ.

В зависимости от объекта находится предмет исследования , который составляют:

· нормы Гражданского кодекса РФ и федеральных законов;

· литература применительно к теме исследования;

· материалы судебной практики.

Методологическую основу исследования составляет диалектико-материалистический метод. В работе использованы общие и частные методы научного исследования, в том числе: социологический, статистический, логико-юридический, структурно-системный, сравнительно-правовой и др. Сделанные выводы и предложения базируются на положениях Конституции РФ, положениях действующего гражданского законодательства и федеральных законах.

Структура работы . Дипломная работа состоит из введения, двух глав, включающих в себя семь параграфов, заключения и библиографического списка.

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И ХАРАКТЕРИСТИКА ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕСТВЕННОСТЬЮ

1.1 Общества с ограниченной ответственностью в российском праве

В отечественном праве общества с ограниченной ответственностью имеют довольно противоречивую историю. В первом российском Гражданском кодексе 1922 года "товарищества с ограниченной ответственностью" рассматривались как товарищества, по обязательствам которых их участники отвечают "личным имуществом в одинаковом для всех товарищей кратном (напр., трехкратном, пятикратном, десятикратном) отношении к сумме вклада каждого товарища" (ст. 318). В новейшем законодательстве такая конструкция была возрождена п. 5 ст. 19 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 года, а затем ст. 95 ГК РФ под названием "общества с дополнительной ответственностью". Закон и сейчас предполагает распространение на такие общества правил об обществах с ограниченной ответственностью (п. 3 ст. 95 ГК), по сути рассматривая их в качестве разновидности последних. В связи с этим в первоначальных вариантах Закона об обществах с ограниченной ответственностью предполагалось наличие нескольких специальных правил и о таких обществах, однако после первого чтения законопроекта в Государственной Думе они были исключены как не относящиеся к предмету данного закона[1] .

В своем традиционном виде общества с ограниченной ответственностью впервые упоминаются в Положении об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью, утвержденном Постановлением Совета Министров СССР от 19 июня 1990 года N 590. Однако действие названного союзного подзаконного акта вскоре было парализовано принятым 25 декабря 1990 года российским Законом "О предприятиях и предпринимательской деятельности", который отождествил общества ("товарищества") с ограниченной ответственностью и акционерные общества закрытого типа (ст. 11).

В Гражданском кодексе РФ обществам с ограниченной ответственностью как самостоятельной разновидности юридических лиц - коммерческих организаций посвящен ряд специальных правил (ст. 87 - 94), а также общие нормы о статусе хозяйственных обществ и товариществ (ст. 66 - 68). Однако их явно недостаточно для четкой регламентации всех сторон деятельности таких обществ (Кодекс и не ставил перед собой этой задачи, ограничившись лишь общими нормами о статусе данных обществ), поэтому принятие специального закона стало насущно необходимым. Но в течение более чем трех лет (с 8 декабря 1994 года по 1 марта 1998 года) перечисленные правила оставались единственной законодательной основой деятельности обществ с ограниченной ответственностью.

Таким образом, Закон об обществах с ограниченной ответственностью, по сути, впервые в российском праве дал развернутую, отвечающую современным потребностям регламентацию правового статуса этих хозяйственных обществ. Вместе с тем следует иметь в виду, что сфера действия данного Закона в соответствии с п. 2 ст. 1 ограничена: из нее в значительной мере изъяты общества с ограниченной ответственностью, занимающиеся банковской, страховой и инвестиционной деятельностью (поскольку на них в первую очередь распространяется действие специального законодательства - законов о банках и банковской деятельности, о страховании и т.д.), а также общества, осуществляющие производство сельскохозяйственной продукции[2] .

Кроме того, Закон дает возможность участникам "товариществ с ограниченной ответственностью", созданных до введения в действие части первой Гражданского кодекса, то есть чаще всего по Закону о предприятиях (в том числе в форме "акционерных обществ закрытого типа", никогда не предполагавших выпускать какие-либо акции), выбрать организационно - правовую форму продолжения своей деятельности. Многие из таких обществ ("товариществ") создавались на базе приватизированных государственных предприятий в начале 90-х годов (еще до принятия специальных законодательных актов о приватизации), в том числе, например, в сфере торговли и бытового обслуживания населения, и имеют количество участников, превышающее установленный п. 3 ст. 7 Закона лимит, поскольку ранее действовавшее законодательство не содержало таких ограничений[3] .

Согласно п. 3 ст. 59 Закона общества с ограниченной ответственностью, имеющие на 1 марта 1998 года более 50 участников, должны до 1 июля 1998 года либо преобразоваться в акционерные общества или производственные кооперативы либо уменьшить число участников до установленного Законом предела. При этом они вправе преобразоваться в закрытые акционерные общества без ограничения предельной численности участников, установленной п. 3 ст. 7 Федерального закона "Об акционерных обществах" (поскольку последний разрешает сохранять закрытые акционерные общества с числом участников более 50, если они были созданы до введения в действие этого закона, - п. 4 ст. 94). Тем самым разрешен довольно острый практический вопрос, связанный с нежеланием ранее созданных в основном на базе государственных предприятий крупных "акционерных обществ закрытого типа" и "товариществ с ограниченной ответственностью" преобразовываться в открытые акционерные общества или сокращать количество своих участников, то есть допускать в свои ряды новых членов, не являвшихся работниками данных предприятий.

Важно отметить и повышенное внимание нового Закона к процедуре реорганизации (преобразования) таких обществ в связи с необходимостью приведения их правового статуса в соответствие с требованиями законодательства. Поскольку она носит вынужденный характер и продиктована новым Законом, о требованиях которого учредители общества ранее, разумеется, не могли знать, они не только освобождаются от уплаты регистрационного сбора при государственной регистрации необходимых изменений их правового статуса[4] . В соответствии с абз. 3 п. 3 ст. 59 к ним не применяются требования об извещении всех кредиторов о предстоящей реорганизации (п. п. 1 и 2 ст. 60 ГК, п. 5 ст. 51 Закона).

Юридическая конструкция общества с ограниченной ответственностью в рассматриваемом Законе в целом построена на базе правил Гражданского кодекса об этих хозяйственных обществах и соответствует им в гораздо большей мере, чем аналогичные правила Закона об акционерных обществах (как известно, в ряде случаев принципиально расходящиеся с нормами ГК). Тем самым законодательная "модель" такого общества в значительной мере приближена к европейскому континентальному (германскому) образцу и почти не содержит свойственных Закону об акционерных обществах заимствований из англо-американского правопорядка (делающих последний Закон довольно странным "симбиозом" континентального и американского подхода).

По смыслу определения, содержащегося в п. 1 ст. 2 Закона об ООО (и текстуально воспроизводящего аналогичное определение, данное в п. 1 ст. 87 ГК), общество с ограниченной ответственностью является разновидностью коммерческой организации - объединения капиталов, характеризующейся, во-первых, делением уставного капитала на доли и, во-вторых, отсутствием ответственности участников по долгам общества личным имуществом[5] .

В обществе с ограниченной ответственностью не должно быть более 50 участников, однако допускается создание и (или) функционирование такого общества и с одним участником - в качестве "компании одного лица" (если только речь не идет о другом обществе, состоящем из одного лица). При этом в роли учредителей и участников хозяйственных обществ по общему правилу не могут выступать государственные органы и органы местного самоуправления (п. 4 ст. 66 ГК, п. 2 ст. 7 Закона). Ведь в гражданско - правовом смысле они являются финансируемыми собственником учреждениями с ограниченным вещным правом оперативного управления на свое имущество, исключающим возможности свободного распоряжения им (ст. 120 и 296 ГК), не говоря уже о специальном характере их правоспособности (п. 1 ст. 49 ГК), обычно не предусматривающем для этих некоммерческих организаций возможности такого рода деятельности[6] .

Общество с ограниченной ответственностью, как правило, имеет двухзвенную структуру управления: общее собрание как высший орган с исключительной компетенцией (ни при каких условиях не передаваемой исполнительному органу) и исполнительный орган (единоличный - генеральный директор, президент и др., либо также и коллегиальный - правление, дирекция и т.п.) (ст. 91 ГК, ст. 32 Закона). Согласно п. 2 ст. 32 Закона уставом общества может быть предусмотрено образование в нем наблюдательного совета (по традиции называемого у нас также советом директоров) как постоянно действующего органа его участников.

В целом традиционно сформулированы основные права и обязанности участников общества (ср. п. 1 ст. 8, п. 1 ст. 9 Закона и ст. 67, 93, 94 ГК). Участники общества вправе: участвовать в управлении его делами; получать информацию о его деятельности, в том числе путем знакомства с бухгалтерскими книгами и иной документацией общества (в отличие от незаконно лишенных этой возможности участников акционерных обществ); принимать участие в распределении прибыли; отчуждать принадлежащую им долю в уставном капитале общества; выходить из числа участников общества; получать ликвидационную квоту (часть имущества или его стоимость, оставшуюся после расчетов с кредиторами общества при его ликвидации). Они обязаны вносить вклады в имущество общества и не разглашать конфиденциальную информацию о его деятельности[7] .

Уставный капитал общества по-прежнему не может составлять менее 100 минимальных размеров оплаты труда и рассматривается как минимальный размер имущества общества, гарантирующий интересы его кредиторов (п. 1 ст. 14 Закона и п. 1 ст. 90 ГК).

Закон об обществах с ограниченной ответственностью не только закрепил развернутое регулирование их статуса, но и ввел ряд принципиальных для российского права новшеств. Основные из них касаются прав и обязанностей участников обществ; организации управления обществом с ограниченной ответственностью; режима его имущества, включая уставный капитал; совершения крупных и некоторых других сделок от имени общества[8] .

Согласно п. 2 ст. 8 и п. 2 ст. 9 Закона у участников общества с ограниченной ответственностью могут появляться дополнительные права и обязанности. Такие права и обязанности могут предоставляться как всем без исключения участникам общества, так и определенным (отдельным) участникам. В обоих случаях они предусматриваются либо уставом конкретного общества, либо единогласным решением общего собрания. Речь, например, может идти о праве участника (независимо от размера его доли) назначать одного из членов правления или совета директоров общества или о его обязанности периодически оказывать обществу какие-либо услуги. Возложение дополнительных обязанностей на конкретного участника общества либо прекращение или ограничение принадлежащих ему дополнительных прав возможны только по решению общего собрания, принятому большинством не менее двух третей голосов участников общества, и при обязательном согласии с этим самого участника.

Идея таких дополнительных прав и обязанностей заимствована нашим Законом из германского права. Однако здесь дополнительные права или обязанности участника общества с ограниченной ответственностью обычно оформляются дополнительным соглашением (договором) общества с участником и, как правило, привязываются к его доле. Следовательно, при отчуждении доли они могут переходить к новым участникам общества. В отличие от этого российский Закон считает такие права и обязанности принадлежащими исключительно участнику общества и потому не переходящими при отчуждении его доли (абз. 2 п. 2 ст. 8, абз. 2 п. 2 ст. 9 Закона)[9] .

С целью защиты интересов мелких участников общества Закон допускает кумулятивное голосование при избрании членов наблюдательного совета и коллегиального исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью (если это предусмотрено в уставе общества) (п. 9 ст. 37). При кумулятивном голосовании даже меньшинство участников способно провести свою кандидатуру в выборные органы. Эта прогрессивная идея заимствована из акционерного законодательства (ср. ст. 59, п. 4 ст. 66 Закона об акционерных обществах), где, впрочем, ее применение ограничено выборами членов наблюдательного совета (совета директоров) и не распространяется на выборы коллегиального исполнительного органа общества.

Отсюда же заимствована и идея проведения "заочного голосования" (ст. 38 Закона, ср. ст. 50 Закона об акционерных обществах), которое не может проводиться лишь по вопросам утверждения годовых отчетов и балансов общества. Для крупных акционерных обществ с тысячами акционеров проведение голосования опросным путем во многих случаях неизбежно, однако для обществ с ограниченной ответственностью, число участников которых не может быть более 50 (а в ряде случаев составляет величину на порядок меньшую), оно представляется по меньшей мере небесспорным, особенно по вопросам реорганизации и ликвидации общества, исключения из него участника и т.п. Тем не менее такое решение закреплено и в модельном законе СНГ об обществах с ограниченной ответственностью.

В структуре управления обществом допускается появление наблюдательного совета (совета директоров), контролирующего прежде всего деятельность исполнительных органов общества. Ведь по Закону к компетенции наблюдательного совета относится формирование исполнительных органов общества, досрочное прекращение их полномочий, а также дача согласия на совершение от имени общества крупных сделок или сделок, в совершении которых имеется заинтересованность лиц, входящих в состав исполнительных органов или наблюдательного совета общества. Однако эта основная функция ослаблена возможностью участия в его деятельности членов коллегиального исполнительного органа (число которых в соответствии с абз. 5 п. 2 ст. 32 не должно, впрочем, превышать одной четвертой состава совета директоров).

Вместе с тем Закон устанавливает полную имущественную ответственность членов наблюдательного совета и коллегиального исполнительного органа общества за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (п. 2 ст. 44). Аналогичную ответственность перед обществом несет также единоличный исполнительный орган или управляющая компания (либо наемный управляющий). При этом с иском о ее применении вправе обращаться не только само общество (через свои органы), но и любой из его участников, что существенно повышает ее эффективность. При несостоятельности (банкротстве) общества по вине его органов (их членов) либо также участников общества возникает их субсидиарная ответственность перед кредиторами общества (п. 3 ст. 3 Закона, абз. 2 п. 3 ст. 56 ГК).

Единоличным исполнительным органом общества, либо членом его коллегиального исполнительного органа теперь может быть лишь физическое лицо (п. 2 ст. 40, п. 1 ст. 41 Закона) (если только речь не идет об управляющей компании). В этой роли, следовательно, не может выступать представитель юридического лица или публично - правового образования, действующий на основании доверенности. Более того, такое физическое лицо выступает здесь в личном качестве (а не как должностное лицо одного из участников) и потому не может быть автоматически (без решения общего собрания или наблюдательного совета) заменено, например, в случае его отстранения от должности другим должностным лицом соответствующей организации. С одной стороны, это обстоятельство укрепляет статус такого лица и снимает ряд практических затруднений, связанных с участием в обществах других юридических лиц или публично - правовых образований. С одной стороны, оно должно усилить его осмотрительность, ибо за неблагоприятные результаты своих действий по отношению к обществу он может ответить личным имуществом.

Весьма важными гарантиями соблюдения имущественных интересов общества, представляющими собой в целом удачные заимствования из акционерного законодательства, стали правила, ограничивающие возможности совершения исполнительными органами общества от его имени крупных сделок или сделок, интерес в совершении которых имеют члены этих органов или другие участники общества. Так, согласно правилам ст. 45 Закона сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не может быть совершена без согласия общего собрания, принятого простым большинством голосов участников общества, не заинтересованных в ее совершении. Иначе говоря, при определении такого большинства из подсчета исключаются голоса заинтересованных участников. Более того, заинтересованные участники, круг которых определен п. 1 ст. 45 Закона по аналогии со ст. 81 Закона об акционерных обществах, обязаны информировать общее собрание о юридических лицах, в которых они или связанные с ними лица имеют 20 и более процентов участия, либо занимают должности в органах управления (поскольку сделки общества с такими субъектами подлежат одобрению общим собранием), а также о других известных им сделках с обществом, в которых они могут быть признаны заинтересованными.

Крупными сделками п. 1 ст. 46 Закона (в полном соответствии с п. 1 ст. 78 Закона об акционерных обществах) признает сделки на сумму, превышающую 25 процентов стоимости имущества общества (если только речь не идет о сделках, "совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности общества"). При этом сделки на сумму от 25 до 50 процентов стоимости имущества общества могут совершаться с согласия его наблюдательного совета (если это прямо предусмотрено уставом общества) (ср. п. 4 ст. 46 Закона и п. 1 ст. 79 Закона об акционерных обществах). Принципиальной новеллой здесь стало правило п. 6 ст. 46, разрешающее конкретному обществу в соответствии с его уставом совершать любые крупные сделки и при отсутствии согласия общего собрания или наблюдательного совета. Это правило полностью развязывает руки исполнительным органам общества и в современных отечественных условиях может повлечь новые злоупотребления с их стороны.

Совершение обществом сделок с нарушением правил ст. 45 и 46 Закона создает возможность предъявления требований о признании их недействительными со стороны не только самого общества, но и любого его участника. Следует, однако, иметь в виду, что речь идет об оспоримых сделках, действительность которых зависит от доказанности того, что контрагент по сделке знал или заведомо должен был знать о таких ограничениях (ст. 174 ГК). Арбитражно - судебная практика склонна ужесточать требования к таким сделкам, ссылаясь на то, что ограничения полномочий на их совершение содержатся в законе, а не только в учредительных документах общества, и потому контрагент всегда должен знать о них и соблюдать требования закона под страхом признания соответствующей сделки ничтожной (ст. 168 ГК)[10] .

В действительности же обычный контрагент общества вряд ли в состоянии сам всякий раз сопоставить размер совершаемой сделки с размером имущества общества на основании данных его последнего утвержденного баланса либо выявить участников общества или членов его органов, заинтересованных в совершении сделки. Предъявление к нему таких требований представляется чрезмерным и без нужды осложняющим нормальный имущественный оборот (не говоря уже о том, что теперь само общество вправе решать, требуют ли крупные сделки, совершенные от его имени, предварительного согласия его общего собрания или наблюдательного совета).

1.2 Правовой режим уставного капитала общества

Обществу с ограниченной ответственностью, как и любой другой организации, имеющей статус юридического лица, свойствен признак имущественной обособленности. Имущество общества, сформированное за счет вкладов его участников при создании, а также приобретенное в процессе деятельности, принадлежит обществу на праве собственности[11] .

Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 08.02.1998 № 14-ФЗ императивно не предусматривает обязанность общества заниматься предпринимательской деятельностью, а указывает его возможность иметь любые гражданские права и нести обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных федеральными законами, т.е. определяет общую правоспособность общества. Принцип общей правоспособности является основополагающим при определении правового статуса коммерческих юридических лиц, среди которых самой популярной организационно-правовой формой выступает именно общество с ограниченной ответственностью[12] .

Отечественный законодатель пошел по пути германской концепции общества с ограниченной ответственностью, согласно которой ООО - это общество, созданное для любой допустимой цели, а потому его деятельность не ограничивается только целью получения прибыли[13] . В любом случае общество с ограниченной ответственностью является "коммерсантом по форме" и его предпринимательская деятельность презюмируется. Основываясь на данной презумпции должны строиться правила (как законодательные, так и локальные, выраженные в положениях устава и учредительного договора ООО), связанные с созданием имущественной базы, приращением имущества общества с ограниченной ответственностью, а также разрешаться споры в области имущественных отношений общества во внесудебном и в судебном порядке. Это могут быть споры, связанные с формированием уставного капитала общества, передачей в качестве вклада в уставный капитал вещей, имущественных прав либо иных прав, имеющих денежную оценку, с увеличением либо уменьшением уставного капитала, перераспределением долей в уставном капитале, внесением участниками вкладов в имущество общества, не являющихся вкладами в уставный капитал и другие категории споров[14] .

Исходя из традиционного понимания предпринимательской деятельности как самостоятельной деятельности, осуществляемой на свой риск, направленной на систематическое получение прибыли, а также учитывая основополагающий принцип ответственности при осуществлении предпринимательской деятельности - "ответственность без вины" всем своим собственным имуществом, вопрос формирования имущественной базы субъекта предпринимательской деятельности (в рассматриваемом случае - ООО) представляется ключевым[15] .

Учреждение общества с ограниченной ответственностью предполагает многоступенчатый процесс, стадиями которого являются: заключение учредительного договора и утверждение устава общества, формирование уставного капитала (который и выступает "первоначальной имущественной базой") путем внесения вкладов участниками, определение состава и компетенции органов управления обществом, государственная регистрация создания общества в органе, осуществляющем государственную регистрацию юридических лиц.

Проблематика уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, безусловно, разнопланова, она охватывает не только формирование уставного капитала на стадии создания общества, но и вопросы, возникающие в процессе функционирования общества, - в случае увеличения либо уменьшения уставного капитала общества, перехода доли в уставном капитале к другим участникам общества и третьим лицам, выхода участника из общества, обращения взыскания на долю участника общества в уставном капитале и др.

Правовая конструкция общества с ограниченной ответственностью предполагает, что уставный капитал общества разделен на доли определенных учредительными документами размеров. Участники (либо единственный участник) общества несут риск убытков, связанных с деятельностью общества только в пределах внесенных ими вкладов в уставный капитал. Именно уставный капитал является "минимальной имущественной гарантией" исполнения обществом своих обязательств перед кредиторами в силу исключения личной имущественной ответственности участников по обязательствам общества.

По нашему мнению, сложившаяся в российской и зарубежной цивилистике концепция[16] , по которой общество с ограниченной ответственностью характеризуется двойственной правовой природой (оно одновременно выступает и "объединением капиталов", и "объединением лиц") наиболее полно и всесторонне отражает сущность общества с ограниченной ответственностью и, соответственно, специфику структуры и функций его уставного капитала. Необходимо принимать во внимание наличие элементов личного отношения учредителя (участника) к хозяйственному обществу. Внутренним правоотношениям (т.е. правоотношениям между участниками) в ООО присущи отдельные свойства товариществ, которые могут быть усилены либо, напротив, ослаблены, в уставе. Одновременно ряд признаков сближают его с акционерным обществом - наличие уставного капитала, ограниченная ответственность участников и др., но, в отличие от акционерного законодательства, законодательство об обществах с ограниченной ответственностью позволяет его участниками максимально приспособить структуру общества к своим индивидуальным потребностям. Как подчеркивает Д. Степанов, "в гражданском обороте подобное общество выступает в виде капиталистического предприятия, где очень силен личностный элемент его участников"[17] .

На первый взгляд при всей кажущейся ясности и однозначности смысла понятия "уставный капитал хозяйственного общества" его содержание должно толковаться в науке единообразно. Однако это далеко не так. Причин, на наш взгляд, существует несколько.

Возможность для различного толкования понятия "уставный капитал" открывается в связи с тем, что в российском законодательстве о хозяйственных обществах отсутствует легальное его определение. Законодатель как будто умышленно не раскрывает содержания данного понятия. В главе III Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", регулирование процедуры формирования имущественной базы общества начинается с вопроса о структуре уставного капитала и определения его минимального размера на момент создания общества; далее законодатель устанавливает порядок внесения вкладов участников в уставный капитал ООО (размещения акций - в акционерном обществе), регламентирует порядок увеличения, уменьшения уставного капитала и т.п.

Представляется, что тем самым нарушается логическая схема регулирования законодательного процесса учреждения общества: как бы "выпадает" первоначальное звено - законодательное определение понятия "уставный капитал".

Необходимо учитывать также тот факт, что до принятия части первой Гражданского кодекса РФ и появления такой организационно-правовой формы юридических лиц, как хозяйственные общества, понятие "уставный капитал" активно не использовалось. Советская правовая и экономическая литература для обозначения имущественной базы предприятия применяла понятие "уставной фонд", которое имело в большей степени учетно-бухгалтерское, нежели правовое значение. Под уставным фондом понималась "денежная оценка закрепленных за предприятием основных фондов и оборотных средств, зафиксированных на балансе предприятия"[18] .

В доктрине гражданского права получила распространение концепция, согласно которой уставный капитал рассматривается с разных позиций: с гражданско-правовой и с экономической точки зрения. С позиции экономиста, уставный капитал служит олицетворением экономических ресурсов предприятия на момент его создания. С гражданско-правовой точки зрения уставный капитал представляет собой минимальный размер имущества юридического лица, гарантирующего интересы его кредиторов[19] .

По нашему мнению, данная концепция вполне обоснована, поскольку применение комплексного подхода в изучении того или иного правового явления дает возможность учесть его различные аспекты и тем самым избежать односторонности в его понимании. Поэтому считаем возможным критично относиться к позиции О.А. Серовой, согласно которой рассмотрение правовой природы уставного капитала общества с ограниченной ответственностью с экономической и гражданско-правовой позиции является однобоким и "нет смысла проводить различие в понятии уставного капитала в зависимости от того, кто занимается его исследованием: юрист или экономист"[20] . Различий в понятии при комплексном подходе не проводится, одно и то же понятие как бы "освещается" под разными углами зрения, что позволяет наиболее полно выявить его содержание.

Согласно п. 1 ст. 90 Гражданского кодекса РФ уставный капитал общества с ограниченной ответственностью составляется "из стоимости вкладов его участников", а в интерпретации принятого позднее Федерального закона от 08.02.1998 "Об обществах с ограниченной ответственностью" - "из номинальной стоимости долей его участников" (п. 1 ст. 14).

На наш взгляд, формулировка Гражданского кодекса носит более обобщенный характер по сравнению с Законом об ООО, который сразу же подразумевает дифференциацию номинальной и действительной (или, как ее еще называют, реальной) доли участника в уставном капитале общества.

Номинальная стоимость доли участника - это условная величина, ее размер (в процентном или числовом дробном выражении) определяется в соотношении с первоначальным размером уставного капитала, формируемого при создании общества, а действительная стоимость доли соответствует части стоимости чистых активов общества на определенный момент времени пропорционально размеру этой доли.

Употребляемое Гражданским кодексом РФ понятие "вклад участника" в вышеупомянутом контексте можно толковать как процесс реальной передачи участником имущественных благ в денежном или неденежном выражении в уставный капитал общества. Поэтому, как многократно подчеркивается в литературе[21] , более корректно говорить об уставном капитале общества как номинальной стоимости долей, а не стоимости вкладов участников.

Номинальная стоимость доли определяется ее первоначальной оценкой (т.е. оценкой, указанной в учредительных документах на момент регистрации общества), а ее действительная стоимость - реальной оценкой, которая при нормально работающем обществе должна, естественно, быть выше номинала за счет приращения имущественной массы общества в процессе хозяйственной деятельности[22] .

Разграничивая номинальную и реальную долю участника в уставном капитале ООО, необходимо остановиться на толковании самой правовой природы такого, безусловно, значимого юридического понятия, как доля участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью.

В специальной литературе о хозяйственных обществах можно обнаружить следующие точки зрения по данному вопросу.

Рассуждения касательно правовой природы доли участника в уставном капитале ООО Д. Степанова строятся с использованием метода "от противного". Автор начинает с указания, чем, собственно, доля в уставном капитале не является: "...доля в уставном капитале ООО, как она понимается в ФЗ об ООО, не является ни денежной суммой, ни отдельным правом или совокупностью прав, ни ценной бумагой или суррогатом ценной бумаги. Доля в уставном капитале российского ООО есть особый юридический инструмент, сущность и назначение которого раскрываются в той роли, которую он играет на протяжении всего периода существования ООО"[23] . Однако обращает на себя внимание, что в позитивном плане правовая природа доли в уставном капитале как "юридического инструмента" осталась как бы "в теневой части" поля рассуждений автора.

В. Залесский констатирует, что "доля участника ООО в уставном капитале общества определяет размер обязательственного требования, принадлежащего участнику по отношению к обществу"[24] . Тем самым автор акцентирует внимание на обязательственно-правовом характере доли в уставном капитале.

Данный обязательственно-правовой аспект всячески подчеркивается и, в сущности, выводится на первый план в специальной литературе. Комментаторы Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" констатируют, что "доля участника в уставном капитале общества, по существу, является обязательственным правом требования"[25] .

В. Камышанский также формулирует, что доля участника (учредителя) в уставном капитале ООО представляет собой "пучок субъективных гражданских прав обязательственно-правового характера"[26] . Они приобретаются участниками от ООО взамен на внесенный вклад в уставный капитал[27] .

С.Д. Могилевский определяет, что "доля (часть доли) участника в уставном капитале, будучи объектом гражданских прав, есть не что иное, как разновидность объектов имущественных прав"[28] . Данный вывод вытекает из следующих положений: во-первых, автор указывает, что доля в уставном капитале является условной величиной и определяет объем обязательственных прав участника (п. 2 ст. 48 ГК РФ); во-вторых, "обязательственные права есть не что иное, как разновидность имущественных прав, поскольку к последним относятся субъективные права участников правоотношений, связанные с владением, пользованием и распоряжением имуществом, а также теми материальными (имущественными) требованиями, которые возникают между участниками гражданского оборота по поводу распределения этого имущества и обмена"[29] .

Данная позиция, с нашей точки зрения, не учитывает то обстоятельство, что далеко не все права владельца доли в уставном капитале общества имеют имущественное содержание. Это справедливо только для случаев, когда объектом обязательственного правоотношения, возникающего между участником и обществом, выступают имущество или имущественные права. При этом не учитываются другие объекты гражданских прав, указанные в ст. 128 ГК РФ, например такие объекты, как информация. За рамками имущественного содержания находятся права информационного, организационного характера (право участвовать в управлении делами общества, получать информацию о деятельности общества и другие)[30] .

Понимание "вещных прав" в цивилистике (в самом обобщенном виде, как совокупности юридических правомочий лица в отношении вещи) не вполне согласуется с законодательно установленными принципами имущественных отношений между участником общества (владельцем доли в уставном капитале) и обществом. Поэтому обоснованность "вещности" доли участника в уставном капитале ООО, на наш взгляд, вызывает сомнение[31] .

Доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью предполагает наделение его участника целым комплексом прав и обязанностей как имущественного, так и неимущественного характера. К основным имущественным правам участников, предусмотренным Законом, относятся: право принимать участие в распределении прибыли, продавать, иным образом уступить свою долю в уставном капитале либо ее часть одному или нескольким участникам общества, право на получение ликвидационного остатка после расчетов с кредиторами. Основной имущественной обязанностью участников является обязанность по внесению вклада в уставный капитал в порядке, размерах, в составе и в сроки, предусмотренные Законом и учредительными документами общества. Основными правами неимущественного характера выступают: право на участие в управлении делами общества, на получение информации о деятельности общества, право знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией, право в любое время выйти из общества. К неимущественным следует отнести и обязанность не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности общества. Необходимо принимать во внимание, что ФЗ "Об ООО" (п. 2 ст. 8, п. 2 ст. 9) разрешает наделение участников дополнительными правами и обязанностями, не предусмотренными Законом (которые, поскольку это не противоречит Закону, могут быть как имущественного, так и неимущественного характера).

Так, Федеральный арбитражный суд Поволжского округа, рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу по иску Григорьева Владимира Владимировича, г. Самара, к Обществу с ограниченной ответственностью "ТПФ Магазин N 36 "Овощи", г. Самара, Кирсанову Г.П., г. Самара, Сапожковой Л.П., г. Самара, Честных В.С., г. Самара, Кудряшовой Т.Г., г. Самара, о признании сделки недействительной,

Как видно из материалов дела, истец решением собрания участников ООО ТПФ "Магазин N 35 "Овощи" от 18.11.96 был принят в состав участников Общества.

Впоследствии, 20.11.96 в состав участников были приняты граждане Кирсанов Г.П. и Честных В.С., последний - по уступке доли от участника Общества Кудряшовой Т.Г.

Истец, считая, что уступкой доли и принятием сторонних лиц в состав участников Общества нарушены его преимущественные права, предусмотренные Уставом Общества, обратился в арбитражный суд с требованием о признании сделки уступки долей недействительными и применении последствий недействительности сделки.

Кирсанов Г.П. был принят в состав участников самостоятельно при увеличении уставного капитала Общества в соответствии с решением собрания участников от 20.11.96, на котором также присутствовал истец, согласно протоколу № 12, и голосовал за это решение. Протокол № 12 также подписан истцом.

В протоколе № 12 решения собрания от 20.11.96, подписанном участниками Общества, включая истца, перечислены все участники, включая новых: Кирсанова Г.П. и Честных В.С., с указанием их долей в уставном капитале Общества. При этом за состав участников с определением их долей голосовали единогласно.

Таким образом, в деле имеются доказательства прямого согласия истца на принятие в состав участников Общества Кирсанова Г.П. и Честных В.С. в соответствии с Уставом Общества, в частности его п. 3.3.1, положения которого истец необоснованно считает нарушенными[32] .

Резюмируя вышеизложенное, считаем, что доля участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью является отдельным, самостоятельным объектом гражданских прав, не входящим целиком ни в группу вещей, денег или ценных бумаг, иного имущества или имущественных прав, ни в группу нематериальных благ. Однако доля в уставном капитале ООО, несомненно, обладает качеством, общим для всех объектов гражданских прав, - это способность удовлетворять материальные и нематериальные потребности субъектов, носителей соответствующего права (участников общества).

Сущность уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, как и любого иного явления правовой реальности, находит свое отражение в его функциях.

В качестве первой функции уставного капитала обозначим "формирующую", которая состоит в определении минимального размера имущества общества, в формировании его материальной основы, прежде всего на этапе его создания, также в процессе его дальнейшей деятельности - в случае увеличения или уменьшения размера уставного капитала общества. В литературе данную функцию именуют также "стартовой", поскольку она дает первичный импульс к деятельности общества, как бы создает материальный "задел" на будущее.

К сожалению, приходится констатировать, что значение данной функции уставного капитала в разрезе практики не столь велико, как предполагает теоретическая конструкция. Это связано прежде всего с тем, что российский законодатель установил неоправданно низкий минимальный уровень уставного капитала ООО при его создании. Размер уставного капитала общества должен быть не менее 100 минимальных размеров оплаты труда (п. 1. ст. 14 ФЗ РФ "Об ООО"), что составляет в денежном выражении 10 тысяч рублей или приблизительно 279 евро.

На эту проблему обращают внимание такие ученые, как Е.А. Суханов[33] , Г. Киперман[34] , и многие другие юристы. А если еще учесть то, что к моменту государственной регистрации общества с ограниченной ответственностью при его создании закон требует только 50%-ной оплаты уставного капитала, заявленного в учредительных документах, то можно с уверенностью констатировать, что уставный капитал является фиктивным обеспечением. Так, Е.И. Горяинова подчеркивает, что "указанная в Законе величина уставного капитала... является слишком незначительной в современном гражданском обороте, никоим образом не способна гарантировать интересы кредиторов"[35] .

Как полагает Ю. Ершов, "идея с уставным капиталом не была работающей с момента ее введения и остается одной из фикций гражданского правопорядка"[36] .

При этом все упомянутые авторы предлагают увеличить минимальный размер уставного капитала до такого размера, который позволил бы говорить о гарантийной функции уставного капитала в российской экономике. В качестве такой суммы С.А. Макаров, например, называет 300 - 500 МРОТ[37] , а Ю. Ершов - 1000 МРОТ[38] .

На наш взгляд, для решения данной проблемы необходимо увеличить величину минимального уставного капитала до 1000 МРОТ и возложить на налоговые органы специальные функции по контролю за реальным наличием у юридических лиц уставного капитала в необходимом размере. Кроме того, необходимо отметить, что современное законодательство не заявляет никаких дополнительных требований к минимальному размеру уставного капитала обществ с ограниченной ответственностью с долевым участием иностранных инвесторов.

Формирующая функция уставного капитала реализуется не только путем законодательного определения минимального размера уставного капитала ООО при его создании, но и посредством недопущения освобождения учредителей общества от обязанности внесения вкладов в уставный капитал общества (абз. 2 п. 1 ст. 16 ФЗ РФ об ООО).

На наш взгляд, следует в законодательном порядке повысить, причем не менее чем в несколько раз, минимально допустимую величину уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в РФ. Это позволит решить целый ряд задач, связанных с:

- созданием более прочной материально-финансовой базы общества уже на стадии его учреждения,

- повышением степени обеспеченности интересов потенциальных кредиторов общества,

- стимулированием активности в деятельности участников общества в избранном ими направлении предпринимательской деятельности,

- обеспечением более высокой дисциплинированности участников общества (выражением которой будет уменьшение числа "фиктивно создаваемых" либо "мертвых" обществ).

Кроме того, на наш взгляд, не вполне оправданно прежде всего с экономической точки зрения в плане реализации "формирующей" функции уставного капитала установление единой минимальной ставки размера уставного капитала для всех обществ с ограниченной ответственностью независимо от характера, объема деятельности, числа участников.

Второй функцией уставного капитала следует назвать гарантирующую функцию, или иначе ее можно именовать обеспечительной. Уставный капитал призван, как уже отмечалось выше, гарантировать удовлетворение интересов кредиторов общества. В этом состоит задача гарантирующей функции уставного капитала. По нашему мнению, именно в гарантирующе-обеспечительной функции проявляется сущность и назначение уставного капитала ООО.

Следует согласиться с мнением многих авторов[39] и признать, что в настоящее время данная функция уставного капитала не стала основной и не вполне эффективно решает поставленные перед ней задачи.

Обозначим основные проблемы российского права хозяйственных обществ, которые возникают на пути реализации гарантирующей функции уставного капитала:

а) неоправданно низкий минимальный размер уставного капитала, установленный для ООО российским законодательством. (Данная проблематика, как уже отмечалось, тесно связана с реализацией другой функции уставного капитала - формирующей.);

б) отсутствие в законодательстве ограничений в расходовании уставного капитала со стороны учредителей. "Не неприкосновенность" уставного капитала может свести к минимуму возможность реального удовлетворения требований кредиторов общества. Законодательство не предусматривает обязанность участников производить дополнительные выплаты - это противоречило бы сущности такого общества;

в) ненадлежащее состояние правовой базы, регламентирующей порядок определения стоимости чистых активов общества с ограниченной ответственностью. Стоимость чистых активов выступает как условная величина, характеризующая состояние реального имущества общества, свободного от обязательств, и свидетельствующая о фактической способности общества исполнять свои обязательства. В контексте реализации гарантирующей функции уставного капитала чистые активы ООО необходимо принимать во внимание, поскольку их стоимость не должна быть меньше размера уставного капитала (п. 3 ст. 20 ФЗ РФ "Об ООО").

Согласно абз. 3, п. 3 ст. 20 Закона об ООО порядок определения стоимости чистых активов общества должен устанавливаться федеральными законами РФ и издаваемыми в соответствии с ними нормативными актами, однако требуемый федеральный закон до сих пор не принят. В связи с этим следует констатировать наличие пробела в правовом регулировании данной области имущественных отношений ООО.

Для устранения существующего пробела в праве необходимо, безусловно, принятие специального федерального закона, определяющего порядок оценки стоимости чистых активов хозяйственных обществ. На наш взгляд, данный федеральный закон в целях законодательной экономии должен распространить свое действие не только на общества с ограниченной ответственностью, но и на другие хозяйственные общества (акционерное общество, общество с дополнительной ответственностью).

До тех пор пока требуемый федеральный закон не будет принят, учитывая ранее сложившуюся практику, общества с ограниченной ответственностью при определении стоимости чистых активов должны руководствоваться правилами, установленными для акционерных обществ, а именно Приказом Минфина РФ и Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 29.01.2003 № 10н/03-пз "Об утверждении порядка оценки стоимости чистых активов акционерных обществ"[40] . Согласно данному Приказу под стоимостью чистых активов акционерного общества понимается величина, определяемая путем вычитания из суммы активов акционерного общества, принимаемых к расчету, суммы его пассивов, принимаемых к расчету;

г) отсутствие четких законодательных критериев, касающихся формы внесения так называемых неденежных вкладов участников в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью на стадии его создания. Закон определяет лишь примерный перечень видов неденежных вкладов, которые могут быть внесены в уставный капитал ООО, при этом не содержит общих критериев или признаков неденежного вклада. Это дает возможность формирования уставного капитала из неликвидного имущества или имущественных прав либо вообще "фиктивного" уставного капитала. Особенно важно иметь в виду, что "в уставный капитал должно входить реальное имущество, которое может удовлетворить претензии потенциальных кредиторов"[41] .

Следует отметить еще одну функцию уставного капитала - "удостоверяющую", или, как иначе ее можно обозначить, "функцию участия". Она позволяет установить степень заинтересованности каждого участника общества в деятельности общества, поскольку в зависимости от размера доли участника в уставном капитале определяется структура голосования участников при принятии решений на общем собрании участников общества, а также осуществляется распределение прибыли, полученной обществом.

По общему правилу каждый участник общества имеет на общем собрании участников общества число голосов пропорционально его доле в уставном капитале общества (абз. 3 п. 1 ст. 32 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Однако в результате анализа норм законодательства об ООО можно прийти к выводу, что не только размер доли в уставном капитале предопределяет степень заинтересованности участника в делах общества. Об этом свидетельствуют следующие правила, которые, на наш взгляд, несколько ослабляют значение функции "участия":

- Уставом общества, по решению общего собрания участников, может быть установлен иной, нежели пропорционально доли в уставном капитале, порядок определения числа голосов участников общества (абз. 5 п. 1 ст. 32 ФЗ РФ "Об ООО");

- участники общества могут быть наделены дополнительными правами, помимо прав, предусмотренных законодательством. Дополнительные права предоставляются по решению общего собрания участников общества и напрямую не зависят от размера доли участника в уставном капитале. Более того, в случае отчуждения доли участника, наделенного дополнительными правами, к приобретателю доли эти дополнительные права не переходят (п. 2 ст. 8 ФЗ РФ "Об ООО").

Необходимо отметить, что роль "удостоверяющей" функции уставного капитала проявляется значительнее в такой конструкции общества с ограниченной ответственностью, как ООО, созданное одним участником. В отличие от ООО, образованных двумя и более лицами, в обществе с единственным участником "объединение лиц" и "объединение капиталов" не происходит. Поскольку деление уставного капитала на доли отсутствует, все 100% долей уставного капитала удостоверяют имущественный интерес одного лица - единственного учредителя общества.

Резюмируя сказанное относительно функциональной составляющей категории "уставный капитал ООО", следует констатировать, что действующие в РФ правовые механизмы не в полной мере обеспечивают реализацию функций уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, что неизбежно "подрывает" их эффективность. А это, в свою очередь, негативным образом отражается на обеспеченности интересов кредиторов общества и не может не сказаться на имущественных интересах самих участников общества.

В целом следует отметить, что многие вопросы, связанные с уставным капиталом обществ с ограниченной ответственностью, получили разъяснение в практике арбитражных судов. Однако проблемы, требуют законодательного решения. Для того чтобы обеспечительная функция уставного капитала общества с ограниченной ответственностью существовала не только в теории, но и работала на практике, требуется коренной пересмотр значительного числа законодательных норм.

В случаях, предусмотренных Законом от 8 февраля 1998 г., общество обязано уменьшить свой уставный капитал. Уменьшение производится при неполной оплате уставного капитала в течение года с момента государственной регистрации общества, а также если по окончании второго и последующего года стоимость чистых активов общества окажется меньше его уставного капитала.

Во втором случае никаких вопросов по проведению процедур уменьшения уставного капитала у общества не может возникнуть. В первом же случае на практике возникают сложности.

Согласно ч.3 ст.23 Закона доля участника общества, который при учреждении общества не внес в срок вклад в уставный капитал общества, в полном размере переходит к самому обществу. (Имеется в виду доля, которая должна быть оплачена в течение года после государственной регистрации общества.)

Неполная оплата уставного капитала может происходить, если участником не внесен в срок свой вклад в этот капитал.

При возникновении ситуации, когда по прошествии установленного учредительными документами срока участниками не "сформирован" объявленный при учреждении общества уставный капитал, общество, с одной стороны, в соответствии с ч.2 ст.20 Закона обязано уменьшить свой уставный капитал, а с другой стороны - в соответствии со ст.24 обязано в течение года со дня перехода доли к обществу распределить ее между всеми участниками пропорционально их долям в уставном капитале либо продать всем или некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, продать третьим лицам.

Таким образом, налицо противоречия в Законе. В соответствии со ст.24 обязанность уменьшить уставный капитал возникает только тогда, когда обществом погашается нераспределенная и непроданная часть доли. В остальных же случаях при распределении и продаже обществом принадлежащей ему доли уставный капитал остается в неизменном виде, изменяются лишь размеры долей участников или появляются новые участники общества со своими долями в уставном капитале общества.

Думается, форму распределения обществом доли между участниками необходимо использовать в случае, если стоимость чистых активов общества окажется не меньше размера уставного капитала, определенного при учреждении общества и, наоборот, форму продажи доли участникам либо третьим лицам применять в случае, если стоимость чистых активов общества окажется меньше размера уставного капитала, определенного при учреждении общества.

Поэтому ч.2 ст.20 Закона от 8 февраля 1998 г. целесообразно сформулировать так:

"2. В случае неполной оплаты уставного капитала общества в течение года с момента его государственной регистрации общество в течение одного года со дня перехода к нему доли участника общества, который при учреждении общества не внес в срок свой вклад в уставный капитал общества в полном размере, должно либо осуществить действия, предусмотренные ст.24 настоящего Закона, либо уменьшить уставный капитал или принять решение о ликвидации общества".

1.3 Специфика прав участников общества

Корпоративные отношения представляют собой весьма актуальный предмет исследования. Их характер, перечень, специфика и другие свойства неоднократно рассматривались в литературе по правовым вопросам. Немаловажной является и проблема защиты прав участников таких отношений.

Теория гражданского права рассматривает право на защиту как необходимый компонент любого субъективного гражданского права[42] . Именно возможность защиты делает право реальным и осуществимым. В настоящей статье будут рассмотрены различные варианты защиты корпоративных прав на примере такой организации, как общество с ограниченной ответственностью (ООО).

Защита прав, в том числе и прав участников ООО, осуществляется судом в соответствии со ст. 11 ГК РФ. Подведомственность данной категории дел зависит от их субъектного состава. Если участником общества является другое юридическое лицо, то спор рассматривается арбитражным судом, в остальных случаях - судом общей юрисдикции.

Варианты реализации участником ООО своего права на защиту могут быть классифицированы в зависимости от того, кто является нарушителем защищаемого права и соответственно ответчиком в суде. Правам участника общества в ряде случаев корреспондируют обязанности самого общества, к которому и предъявляется иск в такой ситуации. К таким случаям относятся, например, невыплата участнику общества распределенной прибыли при отсутствии обстоятельств, перечисленных в п. 2 ст. 29 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО), неисполнение или недолжное исполнение обязанности по уплате действительной стоимости доли в случае выхода из общества и т.д., когда налицо прямая обязанность общества по осуществлению тех или иных действий. В такой ситуации участник общества имеет право обратиться в суд с иском к ООО в целях защиты нарушенного права. В случае вынесения решения в пользу участника общества его нарушенное право будет восстановлено или защищено одним из способов, предусмотренных ст. 12 ГК РФ.

В последнее время было опубликовано немало работ, посвященных изучению правовой формы ООО, однако лишь некоторые из них затрагивали вопрос взаимосвязи общества и его участников, многие же ограничивались лишь простым перечислением их прав. Права участников ООО представляют собой весьма интересный предмет исследования не только с научной, но и с практической точки зрения. Правоотношения, возникающие между обществом и его участником, составляют основу внутренней структуры любого юридического лица, отличают одну правовую форму от другой и наряду с другими характеристиками определяют выбор учредителей при создании организации[43] .

Рассмотрим специфику прав участника ООО исходя из функционального назначения и характерных особенностей этой правовой формы, а также подвергнем анализу права, характерные лишь для конструкции ООО и делающие ее уникальной. Кроме того, разберем особенности тех прав, которыми обладают участники других объединений. (Однако автор не ставил перед собой задачу исследовать всю совокупность прав участников ООО.)

Правовая форма ООО характерна прежде всего тем, что представляет собой синтез капиталистических и личных объединений. Эта черта и обусловливает как специфику набора, так и специфику содержания прав ее участников. Объединяя лишь капиталы, участники ООО наделяются целым рядом правомочий, позволяющих значительно усилить личный элемент в конструкции данного вида обществ.

Дополнительные права - наиболее наглядный пример категории прав, присущих лишь ООО. В любой организационно - правовой форме юридического лица, в том числе и ООО, конкретный перечень прав участников определяется учредительными документами. Он может быть расширен и дополнен по сравнению с законодательно закрепленным минимумом. Специфика же дополнительных прав участников именно общества с ограниченной ответственностью состоит в следующем.

Во-первых, согласно Закону они могут быть предусмотрены не только учредительными документами, но и единогласным решением общего собрания. Тем самым участники получают возможность регулировать объем своих прав в ходе деятельности общества, не прибегая к внесению изменений в учредительные документы и связанной с этим процедуре перерегистрации.

Во-вторых, дополнительные права носят персональный характер. Если права, которые предоставляет закон, принадлежат всем участникам без исключения, то дополнительные права, по мысли законодателя, могут предоставляться либо всем участникам, либо только определенной группе участников (например, обладающим долями предусмотренного размера), либо персонально одному или нескольким участникам. И в том, и в другом случае эти права связаны с личностью их обладателя, а наделение ими обусловлено персональным решением общего собрания относительно нескольких или одного участника[44] .

Права эти составляют собственную привилегию их обладателя, поскольку в случае отчуждения им своей доли не переходят к ее приобретателю, как обычные права участника. Такого рода права предоставляют участникам возможность не только расширить их перечень, но и регулировать объем и принадлежность прав тому или иному участнику.

Наделение определенного лица каким-либо особым правом за персональные качества характерно именно для личных объединений. Следовательно, здесь налицо специфическая особенность ООО, свидетельствующая о том, что данная правовая форма есть не что иное, как синтез объединения лиц и капиталов[45] .

Надо заметить, что в соответствии с Законом к приобретателю доли не переходят лишь права, предоставленные определенному участнику общества. Иными словами, если тот, кто наделяется тем или иным дополнительным правом, определен индивидуально, то право это принадлежит лично ему и имеет персональный характер. Если же участники, которые получают какую-либо привилегию в виде дополнительного права, определены родовыми признаками (как в приведенном выше примере - размером доли), то такое право не приобретает персонального характера. (Подобные привилегии безусловно могут специально оговариваться в уставе или решении общего собрания.) Мнение же некоторых исследователей[46] о том, что персональный характер носят все дополнительные права, представляется несколько спорным. Если следовать этой точке зрения, тогда любое право, предусмотренное уставом (помимо законодательно закрепленного минимума), станет персональным. И значит, каждому новому участнику, приобретающему долю в обществе, нужно будет особым решением общего собрания, принятым 2/3 голосов, утверждать принадлежность этого персонального права, что абсурдно.

Право требовать исключения из общества одного из его участников - другое уникальное право участников ООО. Наличие такого рода прав характерно для личных объединений. Поэтому совершенно очевидно, что данное право имеет своей целью предоставить участникам ООО возможность контролировать свой персональный состав, что чрезвычайно важно в условиях небольшого коллектива, совместно ведущего дела[47] .

Однако реализация этого права таит в себе опасность ущемления прав исключаемого и произвола со стороны остальных участников. Учитывая, что состав общества немногочислен, вполне реальна такая ситуация, когда один из участников, обладающий достаточной долей в уставном капитале, может осложнить работу общества или даже блокировать тот или иной его шаг. Но не меньше и вероятность того, что исключение может быть использовано с целью избавления от нежелательного коллеги.

Во избежание злоупотреблений Закон определяет те условия, при которых возможно исключение. Прежде всего, согласно ст. 10 Закона основанием для применения к участнику столь жестких мер является грубое нарушение им своих обязанностей либо совершение действий, делающих невозможной работу общества или существенно ее затрудняющих. Перечень этот исчерпывающий - он не может быть ни дополнен, ни изменен учредительными документами, что также препятствует проявлению произвола.

Ни ГК РФ, ни Закон РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 445-1 "О предприятиях и предпринимательской деятельности", последовательно служившие нормативной базой существования ООО до принятия Закона 1998 г., не знают этого права. И тем не менее его наличие в конструкции данной организационно - правовой формы не ново для нашего законодателя. В соответствии с Положением "Об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью", утвержденным Постановлением Совета Министров СССР от 19 июня 1990 г. № 590, участник ООО мог быть исключен по единогласному решению остальных. Согласно же Закону 1998 г. исключение возможно только на основании судебного решения. Иными словами, у участников ООО есть не право исключения одного из них, а право обратиться в суд с соответствующим иском. Однако следует заметить, что основания для исключения, перечисленные в Законе, носят неопределенный и оценочный характер.

Так, право обратиться в суд с иском об исключении Закон предоставляет тем участникам, доля которых в совокупности составляет не менее 10% уставного капитала. Данная норма, как представляется, направлена на защиту интересов меньшинства - участники, обладающие незначительной долей, вправе обратиться в суд с просьбой об исключении того, чья максимальная доля может достигать 90% (если устав общества не предусматривает никаких ограничений, то и размер доли, принадлежащей одному участнику, может быть сколь угодно велик или мал). Но с другой стороны, закрепление за участником доли, размер которой превышает 90% уставного капитала, делает невозможным его исключение.

Констатация и определение судом признаков основания для исключения в конкретной ситуации и в отношении поведения конкретного лица служит дополнительной и весьма существенной гарантией от злоупотреблений данным правом, особенно в противовес требованию единогласного решения по Положению N 590.

Право преимущественной покупки доли в случае ее уступки одним из участников служит интересам сохранения состава участников ООО неизменным путем недопущения в него третьих лиц. Наличие этого права характерно не только для ООО, но и для формы закрытого акционерного общества (ЗАО), что с экономической точки зрения объясняется идентичностью функционального назначения этих двух правовых форм. В конструкции ЗАО, так же как и ООО, персональный состав имеет немаловажное значение, поэтому его бесконтрольное изменение нежелательно.

Право преимущественной покупки может принадлежать как участникам, так и самому обществу. Таким образом, законодатель в императивном порядке предоставляет участникам ООО возможность при определенных обстоятельствах не допустить вхождения в их ряды нежелательного лица, даже тогда, когда они сами не предусмотрели средств защиты. Интересно отметить, что в случае реализации преимущественного права покупки самим обществом происходит, по существу, принуждение участника к осуществлению им права выхода (при этом доля выходящего переходит к обществу). Отличие состоит лишь в том, что в этом случае участнику выплачивается действительная стоимость его доли (равная части стоимости чистых активов пропорционально размеру доли). Если же при реализации обществом права преимущественной покупки к обществу переходит доля, то выходящему участнику выплачивается цена, по которой эта доля была предложена для продажи третьему лицу. Эта цена может быть как больше, так и меньше.

Право принимать участие в распределении прибыли принадлежит участнику любого коммерческого объединения, и правовая форма ООО здесь не исключение.

Особенность этого права состоит в том, что его наличие не позволяет управомоченному лицу (участнику) требовать выплаты причитающейся ему части прибыли. Ни одна организационно - правовая форма, в том числе и ООО, не предусматривает обязанности организации осуществлять распределение полученной ею прибыли, это не зависит ни от сроков деятельности, ни от размера этой прибыли. Статья 28 Закона гласит, что "общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества". Право на получение части прибыли нельзя однозначно причислить к категории обязательственных прав и с уверенностью охарактеризовать его как относительное.

Как ни парадоксально, но управомоченному лицу в данном случае соответствует право обязанного лица принять решение, после чего оно станет обязанным в полном смысле этого слова. Однако и абсолютным это право не является, так как не может быть реализовано собственными действиями его носителя, что характерно для этого вида прав.

Размер части прибыли, выплачиваемой каждому участнику, по общему правилу определяется пропорционально размеру его доли. Однако Закон предусматривает для участников возможность установить иной принцип ее распределения между собой. Он может быть определен либо в уставе общества при его учреждении, либо позднее единогласным решением общего собрания. Требование единогласия служит гарантией от нарушений данного права. Возможность распределения прибыли по усмотрению самих участников обеспечивает им дополнительную свободу в регулировании собственных взаимоотношений, что присуще именно правовой форме ООО. При определении размера выплаты пропорционально размеру доли выплата ставится в прямую зависимость от первоначального вклада и его размера, что характерно для капиталистических объединений. Вместе с тем распределение прибыли иным образом позволяет усилить личный элемент в обществе.

Право на ликвидационную квоту имеет ряд общих черт с правом на дивиденды. Поскольку ликвидация означает прекращение юридического лица без перехода прав и обязанностей к другим лицам, то данное право является последним из реализуемых участником прав, ибо после (но не вследствие) его применения само правоотношение, которое основано на участии в юридическом лице, прекращается, так как ликвидируется само общество.

Как и в случае с правом на получение части прибыли, право участника на ликвидационную квоту нельзя понимать как обязанность общества - лица, которое в конечном итоге станет обязанным. Возможность реализации этого права зависит от определенных условий, в данном случае это ликвидация общества. Процесс этот может привести к выплате участникам части имущества. Решение о ликвидации общества, в результате которой происходит выплата, так же как и решение о распределении дивидендов, принимается общим собранием. И в том, и в другом случае размер получаемого каждым участником имущества по общему правилу определяется пропорционально его доле. Имущество, полученное в результате ликвидации, так же как и дивиденды, не является формой возврата участнику его первоначального вклада. Если объявить ликвидационную квоту возвращаемым вкладом, это будет означать не что иное, как то, что у участников сохранились какие-то права на имущество. А это не соответствует действительности. В случае ликвидации "лицо получает не свой первоначальный взнос, но часть имущества пропорционально размеру его участия в компании"[48] .

Несмотря на ряд сходных черт, получение дивидендов и ликвидационной квоты - два разных правомочия участника, которые возникают при различных условиях и имеют принципиально разные источники выплаты. В первом случае - это исключительно чистая прибыль, а во втором - все имущество, оставшееся после расчетов с кредиторами.

Участники ликвидированного общества могут претендовать только на то имущество, которое осталось после расчета с кредиторами общества. Тем самым гарантируются права последних как контрагентов ликвидируемого общества, имеющих к нему права требования, которые удовлетворяются в первую очередь. Только после полного их удовлетворения наступает очередь участников. Первоочередными здесь считаются требования по выплате распределенной, но не выплаченной прибыли. Это обязательственные права участников, возникшие до начала процесса ликвидации общества, а потому они приоритетны. И только потом все оставшееся имущество распределяется между участниками. Таким образом, право на ликвидационную квоту становится обязательственным лишь после выполнения всех перечисленных условий[49] .

Право выхода - одно из наиболее специфичных прав, принадлежащих участникам ООО, которое императивно закреплено за ними ГК РФ (ст. 94) и Законом (ст. 26). Оно представляет собой, пожалуй, главный отличительный признак ООО и является одним из самых спорных моментов в конструкции данной правовой формы. Это право достаточно широко исследовано в литературе, а потому в настоящей статье не будет рассматриваться.

Итак, специфика общества с ограниченной ответственностью заключается в том, что, сочетая в себе черты объединений лиц и капиталов, оно предоставляет своим участникам целый спектр возможностей по самостоятельному регулированию внутрифирменных отношений, что недостижимо ни в одной другой форме организации.

ГЛАВА 2. ЗАЩИТА ПРАВ УЧАСТНИКА

2.1 Обжалование решений органов управления обществом

Любые действия общества, в том числе и ущемляющие те или иные права его участников, осуществляются соответствующими органами управления. Их действия или бездействие считаются произведенными самим обществом. Именно оно будет выступать ответчиком по иску во всех случаях, когда нарушенному праву участника общества противостоит обязанность ООО. Это объясняет и то, почему право участника общества обратиться с иском к обществу конкретизируется в предоставлении ему права обратиться в суд с требованием о признании недействительным решения общего собрания (ст. 43 Закона об ООО).

Принятие решения - один из вариантов действий, предпринимаемых органами управления, которыми может быть нарушено право участника. Его можно считать частным случаем нарушения права самим обществом, которое также в данном случае будет выступать ответчиком, но суть требования будет состоять в признании недействительным конкретного решения конкретного органа управления[50] .

Праву участника общества в этом случае не корреспондирует конкретная обязанность общества. Представляется, что признание указанных актов недействительными является специфическим способом защиты прав участника ООО в соответствии с абз. 13 ст. 12 ГК РФ. В случае, если иск участника общества будет удовлетворен, его нарушенное право подлежит восстановлению или защите одним или несколькими способами, предусмотренными ст. 12 ГК РФ, по аналогии с признанием недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления согласно ч. 2 ст. 13 ГК РФ.

Анализ ст. 43 Закона об ООО показывает, что, в сущности, право участника общества обжаловать в суд решение общего собрания в значительной мере ограничено законом. Прежде всего закон не обязывает суд, а лишь предоставляет ему возможность отменить обжалуемое решение. Такое право возникает у суда при наличии целого ряда условий:

- если решение принято с нарушением закона или устава общества. Здесь, очевидно, возможно нарушение закона как с материальной, так и с процессуальной точки зрения. Иными словами, решение может быть неправомерным по содержанию либо принятым без соблюдения существующих процедур (неуправомоченным органом, в отсутствие кворума, ненадлежащим числом голосов, в отсутствие лица, чье присутствие обязательно) и других правил, установленных законом или уставом;

- если принятое решение нарушает права и законные интересы участника общества. Как представляется, такое решение не может быть соответствующим закону, а, следовательно, с точки зрения юридической техники было бы логичнее закрепить в законе только это условие, без предыдущего;

- если участник общества, обжалующий его решение, не принимал участия в голосовании либо голосовал против. Интересно, что буквальное толкование ст. 43 не дает оснований распространить это требование на участника, чьи права и интересы нарушены обжалуемым решением. Из этой статьи вообще с необходимостью не следует, что этот участник общества и участник, обжалующий решение в суд, есть одно лицо. Соответственно, возникает вопрос о допустимости предъявления такого иска одним участником в защиту интересов другого;

- если такое требование должно быть предъявлено в течение двух месяцев со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении, либо со дня принятия решения при условии, что он участвовал в общем собрании, принявшем такое решение. Если допустить вышеуказанную возможность, когда обжалующий решение и тот, чьи права нарушены, разные лица, то уместен вопрос, к кому из них относится это требование о двухмесячном сроке.

Таким образом, при наличии всей совокупности перечисленных условий суд может признать решение общего собрания недействительным. Однако суд вправе и оставить его в силе при следующих обстоятельствах:

- если голосование участника общества, подавшего заявление, не могло повлиять на результаты голосования. Представляется, что это условие может быть принято во внимание только в ситуации, когда обжалующий не участвовал в собрании, принявшем пресловутое решение, либо вовсе не голосовал, так как если он участвовал и проголосовал против, то совершенно очевидно, что его голос не повлиял на результаты голосования, и это есть свершившийся факт, а не условие, которое может быть положено в основу судебного решения;

- если допущенные нарушения не являются существенными. Не вполне ясно, относится ли настоящее требование к нарушению закона и устава общества либо же к правам и законным интересам участника общества, так как нарушено может быть и то и другое, но степень может быть разной. Данное требование представляется достаточно странным, так как оно фактически допускает несущественное нарушение как закона, так и охраняемых им интересов. Критерий же существенности законом вообще не определен и, следовательно, отдан на усмотрение судей. Закрепление такого рода условий в законе, как представляется, весьма нежелательно, так как оно чревато произволом судей и ущемлением прав участников ООО. Сама допустимость нарушения закона при условии его несущественности немыслима в правовом государстве, а тем более она не должна быть закреплена в законе;

- если решение не повлекло за собой причинения убытков данному участнику общества. Это положение закона также не вполне ясно. Под убытками, как они определены в ст. 15 ГК РФ, подразумеваются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, и упущенная выгода. Даже если допустить, что в результате нарушения прав участника ООО последнему не были причинены убытки, возникают вопросы о правомерности констатации нарушения права при отсутствии убытков и законности критерия наличия или отсутствия убытков для защиты нарушенного права (ч. 2 ст. 43 Закона об ООО).

Рассматривая данную возможность защиты права участника ООО, необходимо заметить, что она абсолютно неприменима к участнику общества, состоящего из одного лица. В таком обществе, как уже отмечалось выше, общее собрание отсутствует как орган, а решения принимает сам этот участник[51] .

Часть 3 ст. 43 предоставляет участнику общества право обжаловать решения остальных органов управления ООО: совета директоров, единоличного исполнительного органа, коллегиального исполнительного органа или управляющего. Так же как и решение общего собрания, решения перечисленных органов управления могут быть обжалованы только в случае, если они нарушают:

- требования закона или устава;

- права и законные интересы участника общества.

Однако в отличие от решений общего собрания решения остальных органов управления обжалуются только тем участником общества, права которого нарушены, что недвусмысленно следует из ч. 3 ст. 43 Закона об ООО. Эта возможность вполне может быть использована в обществе, состоящем из единственного участника, если, разумеется, должности в органах управления занимает не то же лицо, которое является участником общества.

Интересно отметить, что обжаловать решения общего собрания и других органов управления может только участник общества. Иными словами, лицо, вышедшее из общества тем или иным образом, уже не может защитить права, которые были нарушены в результате незаконного решения в то время, когда данное лицо еще было участником общества.

В подтверждение можно привести пример, имевший место на практике применительно к участнику акционерного общества (АО). В данном случае нормы законов об АО и ООО практически идентичны, и нет никаких оснований полагать, что если бы речь шла об ООО, то суд принял бы иное решение. Суть дела сводилась к следующему. Лицо, вышедшее из состава общества, обратилось в суд с иском о защите своих прав, нарушенных решением общего собрания, происходившего за год до его выхода. Решением суда данное лицо было признано ненадлежащим истцом[52] , что следует признать правильным, так как в противном случае, если права действительно были нарушены и их надлежало восстановить, складывается парадоксальная ситуация. Как восстановить нарушенные права участника общества, если он таковым уже не является? Субъектом этих прав может быть исключительно участник общества, лицо же, вышедшее из общества, безусловно их утрачивает, а следовательно, утрачивает и право их защищать.

Очевидно, что все многообразие возможных требований участника к обществу не сводится к признанию недействительным решения органа его управления. Это лишь частный случай, предусмотренный в Законе об ООО. Соответственно возникает вопрос о целесообразности включения в Закон об ООО общей нормы, предусматривающей для участника общества возможность обратиться в суд с иском к обществу с целью защиты своих прав, связанных с участием в ООО. Требования же к обществу помимо признания недействительным решения органов управления могут включать в себя принуждение общества к принятию тех или иных действий либо решений и их исполнению, возмещение убытков, причиненных тем же решением либо, например, его отсутствием, бездействием органов управления, неисполнением решения, которое должно быть исполнено, и т.д.

Закон об обществах с ограниченной ответственностью содержит важную (прогрессивную) норму о том, что протоколы подшиваются в книгу протоколов, которая "в любое время предоставляется любому участнику общества для ознакомления" (ст. 37). Такая норма в Законе об акционерных обществах отсутствует.

Статьей 37 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусматривается обязательная регистрация всех участников собрания. При этом участник, не прошедший регистрацию, принимать участие в собрании не вправе. Это положение в Законе об акционерных обществах отсутствует, однако указывается, что принявшими участие в собрании акционеров считаются акционеры, зарегистрировавшиеся для участия в нем (ст. 58). Счетная комиссия в соответствии со статьей 56 Закона об акционерных обществах проверяет полномочия и регистрирует лиц, участвующих в общем собрании. Согласно этой же статье названного Закона счетная комиссия создается в обществе с числом акционеров более ста. Она выполняет такие важные функции, как регистрация акционеров, обеспечение порядка голосования, подсчет голосов, подведение итогов голосования, составление протокола об итогах голосования и т.п. Кто и в каком порядке выполняет данные функции в обществе с числом акционеров менее ста (например, 99), законодателем не указано.

Из вышеизложенного можно сделать вывод о том, что процедура регистрации для определения арбитражным судом круга лиц, реально принявших участие в собрании, имеет крайне важное значение. Представляется, что при проведении собрания целесообразно составлять регистрационный журнал (книгу, лист) с наличием граф для личной подписи участника собрания, для указания документа, подтверждающего его полномочия и удостоверяющего личность. При участии в собрании представителя юридического лица или представителя физического лица целесообразно требовать, чтобы эти лица предъявили и оставили в распоряжении общества подлинник или надлежащим образом заверенную копию соответствующей доверенности, а при участии непосредственно руководителя - решение об избрании генерального директора. Обязанность представителя отдать обществу документ, подтверждающий его полномочия, законодательством не установлена. Не предусмотрено в законодательстве и нотариальное удостоверение подписи лица в регистрационном журнале. Однако данное удостоверение может служить дополнительным доказательством законности проведения собрания и принятых на нем решений.

Именно вследствие того, что при проведении собрания регистрационный журнал зачастую не ведется и отсутствуют подписи лиц, участвовавших в его проведении, и (или) отсутствуют документы, которые предъявлялись представителем участника при регистрации, у суда возникает проблема в установлении действительного состава лиц, принимавших участие в собрании. В этом случае при отсутствии регистрационной подписи участника судом исследуется совокупность доказательств, например показания свидетелей, справки о нахождении на стационарном лечении, отметки в заграничных паспортах о пересечении границы Российской Федерации, свидетельства о смерти. Так, в судебной практике встречаются случаи, когда акционер хотя и указан в числе лиц, принимавших участие в собрании, однако на самом деле он в собрании не участвовал ввиду нахождения в больнице, за границей или даже в связи со смертью.

При отсутствии нотариального удостоверения подписи участника в регистрационном листе акционеры (истцы) заявляют о фальсификации доказательства - соответствующей подписи в регистрационном листе. В случае если подпись акционера не представляет сложности в исполнении (например, состоит из одной буквы), результативность судебной экспертизы сомнительна. Доводы истца о его неучастии в собрании можно подтвердить или опровергнуть при наличии регистрационного журнала и документов, подтверждающих полномочия лица на участие в собрании. Идеальной можно считать ситуацию, когда на собрании присутствует нотариус, удостоверяющий личности и полномочия всех лиц, расписавшихся в регистрационном листе, а также лиц, подписавших протокол общего собрания.

Другая распространенная проблема данной категории дел состоит в том, что законодательство Российской Федерации не предусматривает обязанности лица, созывающего и проводящего собрание, удостовериться перед собранием в том, что все участники надлежащим образом извещены о проведении собрания.

В связи с изложенным представляется целесообразным законодательно закрепить правило, согласно которому общее собрание акционеров не может быть проведено, если к моменту его проведения отсутствуют акционеры, в отношении которых общество не располагает доказательствами того, что данные лица получили (или по каким-либо известным причинам не смогли или отказались получить) сообщение о проведении собрания и доля участия данных лиц в капитале общества составляет, например, не менее 10 процентов.

Было бы целесообразно предусмотреть направление участникам сообщения о проведении собрания заказным письмом с уведомлением о вручении, с указанием почтовым отделением связи наименования документа в почтовой квитанции.

В судебной практике встречаются случаи, когда, например, один участник (51 процент), направивший другому (49 процентов) сообщение о дате проведения собрания заказным письмом без уведомления о вручении, провел собрание в отсутствие второго участника. При этом оба участника находились в одном городе и у участника, проводившего собрание, отсутствовали доказательства получения вторым участником сообщения о проведении собрания. Первый участник единолично принял решение об увольнении генерального директора и другие важные решения. О проведенном собрании второй участник узнал много позже, когда уже не представлялось возможным проверить, отправлялось ли с почтового отделения заказное письмо и поступило ли данное письмо (сообщение о собрании) в почтовое отделение, обслуживающее этого участника.

Возможностью такого "уведомления" зачастую пользуются недобросовестные лица в целях проведения так называемых повторных собраний акционерных обществ.

Дело в том, что в Законе об обществах с ограниченной ответственностью такое понятие, как кворум, необходимый для проведения собрания, отсутствует, в то время как согласно статье 58 Закона об акционерных обществах общее собрание акционеров правомочно, если на нем присутствуют акционеры, обладающие более 50 процентов голосов размещенных голосующих акций. В обществе с ограниченной ответственностью все решения принимаются участниками, владеющими не менее чем 50 процентами долей в уставном капитале общества. Для принятия ряда решений необходимо не менее 2/3 голосов или единогласное решение. Таким образом, в обществе с ограниченной ответственностью нет никакого смысла проводить собрание в отсутствие участников, владеющих более 50 процентов долей, так как решения ни при каких обстоятельствах не могут быть приняты, а принятые решения ничтожны и не имеют юридической силы с момента принятия.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 декабря 1999 г. № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" содержится указание на то, что при разрешении споров суд вправе с учетом всех обстоятельств дела оставить в силе обжалуемое решение при наличии одновременно трех условий: 1) голосование данного участника не могло повлиять на результаты голосования; 2) допущенные нарушения не являются существенными; 3) решение не повлекло причинения убытков данному участнику.

В вышеназванных Постановлениях определен подход к проблеме оценки законности решений собрания акционеров (участников) в случае, если стороны, участвующие в споре, ссылаются в обоснование своих требований или возражений по иску на решение общего собрания участников общества, однако судом установлено, что данное решение принято с существенными нарушениями закона и иных правовых актов (с нарушением компетенции этого органа, при отсутствии кворума). В этом случае суд должен исходить из того, что такое решение не имеет юридической силы (в целом или в соответствующей части) независимо от того, было оно оспорено кем-либо из участников общества или нет, и разрешить спор в соответствии с требованиями закона.

Таким образом, основным обстоятельством, которое должен установить суд при оценке решения собрания, является вопрос о том, можно ли считать допущенные нарушения существенными. Для этого следует выяснить, могло ли голосование конкретного акционера повлиять на результат голосования; причинены ли акционеру убытки.

Установив объективный факт нарушения, суд должен дать ему субъективную оценку на предмет существенности, определение которой в законодательстве отсутствует. Поэтому во многих случаях такая оценка дается судом, исходя из внутреннего убеждения и правосознания. При этом внутреннее убеждение судьи одной инстанции с внутренним убеждением судей других инстанций в отсутствие устоявшейся судебной практики по вполне понятным субъективным причинам может не совпадать. В этом, как представляется, и заключается основная проблема существования противоречивой судебной практики в вопросе оценки существенности того или иного нарушения, связанного с порядком созыва и проведения собрания.

Таким образом, даже при наличии совокупности соответствующих обстоятельств суд может признать решение собрания недействительным (поскольку, как отмечено выше, не обязан оставить его в силе). Представляется целесообразным законодательно закрепить, что при наличии совокупности вышеуказанных трех обстоятельств решение собрания не может быть признано незаконным. Это в значительной мере снизит степень субъективности в оценке законности того или иного решения.

При признании недействительным решения собрания акционеров о выпуске акций, о внесении изменений в учредительные документы выпуск акций аннулируется, а государственная регистрация изменений в учредительные документы признается судом недействительной. По данному вопросу судебная практика является последовательной.

В то же время, как полагает автор, нет достаточной ясности в следующих вопросах: с какого момента следует считать не имеющими юридической силы решения собрания акционеров - с момента их принятия или с момента вступления в силу решения арбитражного суда? Являются ли законными сделки, совершенные генеральным директором общества, который был избран на основании решения собрания, признанного недействительным арбитражным судом? От правильных ответов на эти вопросы зависит в первую очередь стабильность экономического оборота, а также количество споров, связанных с обжалованием решений собраний (заинтересованность акционеров в их обжаловании).

Решение собрания - это акт органа управления общества, порождающий правовые последствия: он определяет, кому надлежит управлять обществом, какие сделки общества могут быть заключены только при условии, что на их совершение имеется согласие акционеров, а также затрагивает многие другие вопросы деятельности общества. Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная). Законодательство Российской Федерации понятий оспоримости или ничтожности решения собрания акционеров (участников) не содержит, а лишь указывает на право акционера (участника) обжаловать принятые решения. Таким образом, возникает вопрос: можно ли решения общего собрания, если они приняты с нарушением закона, считать ничтожными, не имеющими юридической силы с момента их принятия или же все решения собрания являются лишь оспоримыми и становятся недействительными (утрачивают юридическую силу) с момента вступления в законную силу решения арбитражного суда?

Представляется, что необходимо законодательно урегулировать этот вопрос, а именно указать в законе конкретный перечень нарушений закона, при которых решения собрания являются ничтожными с момента их принятия независимо от признания их таковыми судом (например: отсутствие кворума для принятия решений; принятие решения в отсутствие акционера, не извещенного надлежащим образом о собрании, если голосование этого акционера могло повлиять на результаты голосования). В случае если имеют место нарушения, не указанные в перечне, решения собрания являются оспоримыми и утрачивают юридическую силу с момента вступления в силу судебного решения.

Такой подход приведет к тому, что для определения полномочий генерального директора, действовавшего при заключении сделки на основании недействительного решения собрания акционеров, суду достаточно будет установить, каким является данное решение - ничтожным или оспоримым. При ничтожности решения сделка, совершенная таким директором, должна рассматриваться как сделка, совершенная лицом, не имеющим полномочий. Оспоримое же решение свидетельствует о том, что на момент заключения сделки директор действовал на основании решения о своем избрании, которое утратило юридическую силу только после признания его недействительным судом.

Если считать все без исключения решения собрания оспоримыми и утрачивающими юридическую силу только с момента вступления в силу решения арбитражного суда, то очевидно, что это было бы только на руку недобросовестным акционерам, которые, используя грязные технологии, вопреки воле обладателя контрольного пакета акций назначают необходимого им генерального директора с целью распродажи имущества общества в пользу дружественных им третьих лиц по заниженным ценам или в обмен на неликвидные активы. Если исходить из того, что полномочия такого "директора" прекращаются только после судебного решения о недействительности решения собрания, то все сделки, заключенные им, по распродаже активов общества должны считаться заключенными уполномоченным лицом и не подлежат признанию недействительными. Между тем арбитражный суд располагает всеми необходимыми правовыми инструментами для того, чтобы противостоять такому подходу и защитить интересы добросовестных акционеров. При этом судом защищаются интересы и самого общества - ведь после распродажи его активов, даже если суд признает незаконными решения собрания, у общества отсутствует возможность истребовать отчужденное имущество, и оно, как правило, прекращает свое существование, неся убытки и имея задолженность перед бюджетом и другими кредиторами.

В этой ситуации на первый план выходит вопрос о наличии воли общества, от имени которого лицо, незаконно назначенное генеральным директором, осуществило продажу имущества (как правило, недвижимости или ценных бумаг).

2.2 Косвенный иск и ответственность руководства ООО

Особый способ защиты прав участников ООО предусмотрен ст. 44 Закона об ООО. Согласно этой статье участник общества вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета), единоличным исполнительным органом, членом коллегиального исполнительного органа или управляющим. В отличие от описанных выше случаев в этой ситуации участник общества защищает не свои права, а интересы общества в целом. Суть искового требования сводится к возмещению понесенных убытков самому юридическому лицу - ООО. Это единственный случай, когда любому из участников общества, как и членам полного товарищества, предоставляется право представлять, а точнее защищать, интересы общества[53] .

Однако необходимо иметь в виду, что в данном случае участник будет выступать от своего собственного имени, а не от имени общества, хотя и защищая интересы последнего. В акционерном праве эта конструкция получила название косвенного, или производного, иска. Защищая интересы общества, его участник тем самым косвенным образом защищает и свои интересы. Интересы общества считаются производными от интересов его участников[54] .

Весьма интересно процессуальное воплощение данной правовой нормы. Истцом в этом случае будет конкретный участник общества, предъявляющий требование о защите интересов последнего. Как уже неоднократно подчеркивалось, общество является искусственным субъектом права и выступает в деловом обороте через свои органы. Иными словами, от его имени действуют лица, занимающие руководящие должности. В ситуации, когда имеют место злоупотребления именно со стороны этих лиц, общество не может само защитить свои интересы, так как, в сущности, это означает, что управляющие должны обжаловать свои собственные действия. Разумеется, участники на общем собрании могут снять неугодных им управляющих, чьи действия причинили обществу убытки, и назначить новых лиц, а последние, в свою очередь, - предъявить требования к своим предшественникам от имени общества. Но это процесс длительный и трудоемкий. Предоставление любому участнику общества возможности предъявить иск и защитить интересы общества в такой ситуации значительно повышает оперативность данной меры и усиливает ответственность управляющих[55] .

Так возникает весьма любопытная с точки зрения процессуального права ситуация, когда одно лицо - субъект права предъявляет иск от своего имени, но в интересах другого субъекта права. С точки зрения делового оборота совершенно очевидно, что участник общества, предъявляющий такой иск, защищает свои интересы, но косвенным образом. Однако ни в материальном, ни в процессуальном праве понятия косвенного интереса нет. Статья 44 Закона об ООО, которая предоставляет участнику возможность обратиться в суд с иском о возмещении убытков обществу, понятия косвенного интереса также не содержит. Понятие это выработано в теории[56] , а сама конструкция такого иска заимствована из англо - американского права и аналогов в отечественном законодательстве не имеет.

В гражданском процессе истцом считается лицо, обладающее материально - правовым и процессуально - правовым интересом. Наличие материально - правового интереса подразумевает прежде всего то, что лицо, выступающее в качестве истца, презюмируется стороной спорного материального правоотношения и субъектом спорного материального права. В статье 34 Арбитражного процессуального кодекса РФ прямо закреплено положение о том, что истцами являются организации и граждане, которые предъявили иск в своих интересах или в интересах которых предъявлен иск. Гражданское процессуальное право допускает предъявление определенными лицами иска в защиту не своих интересов. Такими правомочиями обладают, например, прокурор, некоторые государственные органы, общественные организации. Однако в ГПК РФ прямо говорится, что "лицо, в интересах которого дело начато по заявлению прокурора, органов государственного управления, профсоюзов, государственных предприятий, учреждений, организаций, колхозов, иных кооперативных организаций, их объединений, других общественных организаций или отдельных граждан, в случаях, когда по закону они могут обращаться в суд за защитой прав и интересов других лиц, извещается о возникшем процессе и участвует в нем в качестве истца".

Статья 44 Закона об ООО не дает оснований предположить, что общество, в интересах которого и о возмещении убытков которому предъявлен иск одним из его участников, может участвовать в процессе в качестве истца. Причина уже указывалась выше: фактически при определенных условиях это может означать, что от имени общества будет выступать то же лицо, которое является ответчиком.

В литературе предпринимались попытки объяснить позицию истца - участника общества при предъявлении такого иска с точки зрения института представительства и соучастия. Участник общества не может быть признан представителем общества, так как он самостоятельно выступает в процессе в качестве истца, действуя от своего имени и защищая интересы общества и косвенным образом - свои интересы. По той же причине нет здесь и соучастия[57] .

Таким образом, данная конструкция, получившая в литературе название косвенного иска, представляет собой уникальное явление. Ее введение в российское корпоративное право представляется целесообразным, так как значительно усиливает ответственность управляющих и предоставляет участникам ООО реальные рычаги воздействия на их деятельность и контроля за нею. Однако процессуальное воплощение данной правовой нормы остается не вполне ясным. Вопрос этот, вероятно, должен быть так или иначе решен судебной практикой, хотя на настоящий момент, судя по всему, такая практика еще не сложилась. По мнению некоторых исследователей, указанная правовая норма представляет собой важное профилактическое средство, способное удерживать управляющих от совершения неправомерных действий[58] .

Важно иметь в виду, что по такому иску участники общества вправе требовать возмещения убытков, уже причиненных обществу. Если же то или иное действие либо решение исполнительных органов убытков обществу не принесло, то оно не может быть предметом обжалования по косвенному иску.

Ответчиком по такому иску будет выступать конкретное должностное лицо, чьи действия предположительно причинили обществу убытки. Закрепление в корпоративном праве понятия косвенного иска предоставит каждому участнику ООО реальную возможность контролировать деятельность управляющих. В институте косвенного иска находит свое выражение ответственность лиц, занимающих руководящие должности в ООО, за недобросовестное исполнение своих обязанностей.

В предмет доказывания по этому иску входит, во-первых, факт наличия убытков у общества и их размер, во-вторых, факт действий (бездействия) ответчика, т.е. органа или лица, к которым предъявляется такой иск, в-третьих, их виновность и противоправность их действий и, наконец, причинная связь между их действиями и убытками общества. Несмотря на то что доказать все эти факты весьма непросто, наличие у участников общества права на подачу косвенного иска дает им определенную гарантию от возможных злоупотреблений управляющих.

Интересно, что бремя доказывания виновности и противоправности совершенных управляющими действий лежит на подавших иск, поскольку добросовестность и разумность участников гражданских правоотношений нашим законодательством предполагаются. По германскому же законодательству в аналогичной ситуации свою невиновность должен доказывать ответчик.

2.3 Иск об обязании общества предоставить документы

Согласно статье 8 Закона Российской Федерации "Об обществах с ограниченной ответственностью" участники общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его учредительными документами порядке. Расплывчатые формулировки "информация о деятельности", "иная документация" не позволяют участнику потребовать от общества доступа к конкретному документу в конкретный срок в случае, если порядок получения информации и ознакомления с документами учредительными документами не определен.

Последнее время развитие России характеризуется бурным экономическим ростом, в определенной степени способствуют ему существующие юридические лица, многообразие форм которых стало правовой реальностью после вступления в силу ст. 34 Конституции РФ. Все чаще в судебных инстанциях разбираются споры между участниками (акционерами) таких юридических лиц, связанные с распределением полученной организацией прибыли. Самой распространенной формой юридического лица в РФ является общество с ограниченной ответственностью, из 1700000 юридических лиц, действующих на территории России, 80% функционируют в форме обществ с ограниченной ответственностью. В то же время правовая база, регламентирующая деятельность обществ с ограниченной ответственностью, имеет существенные правовые пробелы[59] .

Актуальным является вопрос о получении информации о деятельности Общества его участником. Информацию, получаемую участником Общества, можно разделить на несколько видов:

- информация относительно учредительных документов Общества. Она должна быть предоставлена по требованию участника в разумные сроки, в том числе должны быть изготовлены и предоставлены копии учредительных документов;

- информация о бухгалтерской отчетности Общества за год (или за отчетный период). Такая информация предоставляется участнику в случае его выхода из Общества, в случае приобретения Обществом доли (части доли) участника;

- информация относительно очередных или внеочередных собраний участников Общества (сведения о повестке дня, заключение ревизора, годовой отчет и пр.);

- информация о годовых отчетах и бухгалтерском балансе Общества, о состоянии текущих дел Общества, полученная участником вследствие аудиторской проверки деятельности Общества, проведенной по требованию участника;

- информация о годовой бухгалтерской отчетности, предоставляемая участнику в соответствии с Федеральным законом "О бухгалтерском учете";

- информация о текущей деятельности Общества, о его финансовом положении.

В практике вполне реальна ситуация, когда участник Общества не имеет фактической возможности получить информацию о текущей деятельности Общества, о его финансовом состоянии. В основном такая ситуация возможна в случае, если участник владеет долей небольшого размера в уставном капитале Общества, не может оказать существенное влияние на его функционирование. ГК РФ в ст. 67 предоставляет право участнику Общества получать информацию о деятельности Общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном учредительными документами порядке. Развивает данное положение Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью", который в ст. 8 буквально воспроизводит положения ст. 67 ГК РФ. Казалось бы, de jure право на получение информации у участника есть. Но часто в учредительных документах процесс получения участником информации о функционировании Общества не определен. Создается правовой вакуум, который ведет к нарушению прав участника, ведь каждый участник имеет право на участие в управлении делами Общества, получение прибыли и пр., а все это невозможно без получения объективной и достоверной информации. Необходимо заметить, что в учредительных документах Общества должны содержаться сведения о порядке предоставления информации участникам Общества, это следует из взаимосвязи ст. 52, 89 ГК РФ и ст. 12 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", в которой порядок предоставления Обществом информации назван одним из существенных условий устава Общества. Соответственно участник Общества может, руководствуясь АПК РФ, обратиться в арбитражный суд с иском о внесении в устав Общества сведений (в качестве изменений или дополнений устава), регламентирующих порядок предоставления информации участникам Общества, другими словами - участник может принудительно изменить устав Общества, определив в нем порядок предоставления информации о деятельности Общества. В этом случае ответчиками в арбитражном суде будут все участники данного Общества (в соответствии со ст. 12 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"). Следует заметить, что участник не может в своих действиях руководствоваться общими нормами, предоставляющими ему как физическому лицу право на получение информации в соответствии со ст. 29 Конституции России и Федеральным законом "Об информации, информатизации и защите информации", так как основная масса информации о хозяйственной деятельности Общества защищена в силу Федерального закона "О коммерческой тайне" и относится к категории информации с ограниченным доступом.

Но что должен представлять собой порядок предоставления информации? В Федеральном законе "Об обществах с ограниченной ответственностью" указаний на данный счет нет. В данном случае представляется необходимым использование ст. 6 ГК РФ, предусматривающей, в случае если отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон, применять к таким отношениям аналогию закона. Законом, регламентирующим сходные правоотношения, является Федеральный закон "Об акционерных обществах", где в ст. 91 указано, что "документы должны быть предоставлены в течение семи дней со дня предъявления соответствующего требования для ознакомления в помещении исполнительного органа общества. Общество обязано по требованию лиц, имеющих право доступа к документам, предоставить им копии указанных документов. Плата, взимаемая обществом за предоставление данных копий, не может превышать затраты на их изготовление".

Следовательно, участник Общества с ограниченной ответственностью имеет право посредством арбитражного суда добиться внесения в устав Общества изменений или дополнений, регламентирующих процесс получения информации от Общества, причем данный процесс должен быть аналогичен с существующим в отношении акционерных обществ. В вышеуказанном случае путем обращения в арбитражный суд регулируется ситуация, когда процесс получения участником информации в уставе Общества не закреплен.

Но возможно, когда в уставе описаны отдельные принципы получения информации. В таком случае необходимо через арбитражный суд добиваться полного и ясного закрепления в уставе всех стадий информационного процесса, одновременно с этим следует учитывать, что не должны быть нарушены императивные нормы предоставления информации (относительно учредительных документов, вследствие аудиторской проверки и пр.). В данном случае не стоит полностью имплементировать положения ст. 91 Федерального закона "Об акционерных обществах" в устав Общества, так как договорные условия имеют прерогативу перед аналогией закона, т.е. ссылкой на Федеральный закон "Об акционерных обществах" можно лишь восполнять пробелы существующего информационного процесса, но не полностью заменять те принципы получения информации, соглашение о которых между участниками уже имеется в уставе Общества (естественно, если данные принципы соответствуют императивным правовым нормам).

Гражданка Кузнецова Т.С. обратилась в суд с заявлением к обществу об обязании последнего представить ей для ознакомления ряд документов, составленных в период с 01.01.2003 по 24.12.2003, то есть в период, когда она была участником общества.

Суды исходили из положений статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Федеральный закон) и устава общества, в соответствии с которыми участники общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его учредительными документами порядке.

На основании этих положений суды пришли к выводу о наличии у Кузнецовой Т.С., являвшейся участником общества до 24.12.2003, права доступа к информации и требуемым документам, изданным обществом до 24.12.2003.

В заявлении, поданном в Высший Арбитражный Суд Российской Федерации о пересмотре в порядке надзора названных судебных актов, общество указывает на то, что после выхода из общества гражданка Кузнецова Т.С. была ознакомлена со всеми бухгалтерскими документами, на основании которых сделан расчет действительной стоимости ее доли. Требование о представлении Кузнецовой Т.С. документов, раскрывающих суть хозяйственной деятельности общества и его ценовую политику (сметы, акты выполненных работ, договоры подряда и субподряда), не основано на законе и его выполнение может негативно повлиять на конкурентоспособность общества.

Проверив обоснованность доводов, содержащихся в заявлении, Президиум считает, что оспариваемые судебные акты подлежат отмене с принятием нового решения об отказе гражданке Кузнецовой Т.С. в удовлетворении ее требования по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона участник общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его учредительными документами порядке.

Между тем судом установлен и сторонами не оспаривается тот факт, что на момент обращения с требованием о представлении для ознакомления документов, принятых до 24.12.2003, Кузнецова Т.С. участником общества не являлась, так как 24.12.2003 уведомила общество о выходе из состава его участников.

Последствия выхода участника из общества, предусмотренные в пункте 2 статьи 26 Федерального закона, не дают оснований для вывода о сохранении за бывшим участником всех его прав, которыми он обладал до выхода из общества.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (пункт 16) разъяснено, что подача заявления участником общества порождает правовые последствия, предусмотренные названной нормой Федерального закона, то есть участник считается выбывшим из общества со дня передачи заявления совету директоров либо исполнительному органу.

Положения статьи 8 Федерального закона, устанавливающие права участников общества, в том числе право на получение информации о деятельности общества и на ознакомление с его бухгалтерскими книгами и иной документацией, не могут толковаться таким образом, что они распространяются и на бывших участников общества, если только их требование о представлении соответствующей информации не связано со спором об определении стоимости их доли, выплачиваемой при выходе из общества[60] .

Вместе с тем необходимо разграничивать получение информации участником Общества и получение информации участником, который одновременно является работником Общества. Работник Общества в любом случае имеет право на получение определенной информации от Общества, причем основанием служит Трудовой кодекс РФ, предоставляющий работникам целый ряд правовых гарантий, статус участника Общества в данном случае не имеет решающего значения.

В целом представляется необходимым внесение изменений в Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью", которые по аналогии с Федеральным законом "Об акционерных обществах" послужат упорядочению получения информации участником от Общества.

Таким образом, в отличие от Закона об акционерных обществах Закон об обществах с ограниченной ответственностью не содержит императивной обязанности общества предоставить участнику документы в случае, если это не определено в его уставе. Данное обстоятельство создает миноритарному участнику общества препятствия в ознакомлении с той или иной документацией общества, а во многих случаях делает его невозможным. При этом очевидно, что мажоритарные участники (держатели контрольного пакета долей), как правило, не заинтересованы в том, чтобы в учредительные документы, касающиеся прав участника на ознакомление с документацией общества, были внесены изменения.

2.4 Иск об исключении другого участника из состава участников общества с ограниченной ответственностью

Согласно статье 10 Закона об обществах с ограниченной ответственностью участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее 10 процентов уставного капитала общества, вправе потребовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

При разрешении этой категории споров необходимо установить, в чем именно заключаются действия (бездействие) участника и действительно ли деятельность общества будет существенно затруднена или невозможна, если не принять решение об исключении из общества данного участника. Соответствующие иски зачастую предъявляются со ссылкой на то, что генеральным директором общества ведется деятельность, приводящая к убыткам для общества (например, все помещения общества сданы в аренду за плату, заведомо заниженную в несколько раз по сравнению с рыночной; договоры с третьими лицами заключены на невыгодных для общества условиях; поручительства выданы, а имущество общества сдано в залог под заведомо невыполнимые обязательства, выданы ничем не обеспеченные векселя; налоговая отчетность не сдается, налоги не уплачиваются; общество неоднократно привлекалось к налоговой, административной ответственности; полученные для общества заемные средства используются не по целевому назначению; в результате увольнения сотрудников создана угроза прекращения деятельности общества и т.п.)[61] .

Кроме того, иск обосновывается ссылкой на то, что участник, в результате действий которого деятельность общества затруднена, является генеральным директором и участником общества в одном лице (гражданином) или же данный участник (имея большинство голосов) отказывается переизбрать генерального директора, который совершает вышеуказанные действия[62] .

Возражения ответчика против заявленных требований, как правило, сводятся к тому, что согласно статье 33 АПК РФ арбитражные суды рассматривают споры между участником и другими участниками общества за исключением трудовых споров, а в данном случае требования истца основаны на трудовых правоотношениях, то есть связаны с исполнением участником (или лицом, им назначенным, которое не может быть уволено без его ведома) обязанностей генерального директора[63] .

Представляется, что такая позиция ответчика является спорной. Ведь именно вследствие того, что участники общества выразили доверие другому участнику, назначив его генеральным директором, данное лицо получило возможность управлять обществом. В этом случае имеет место идеальная совокупность прав и обязанностей участника с правами и обязанностями генерального директора и разделить волеизъявление участника и генерального директора на совершение действий (бездействия) нельзя. Действия, затрудняющие деятельность общества, можно расценивать непосредственно как действия участника, так как они производятся при его непосредственном участии, с его ведома и по его воле.

Участники общества с ограниченной ответственностью "Русская торгово-промышленная компания "Русагрокомплекс" У., М. и С. обратились с иском об исключении из общества К. Кроме того, в исковом заявлении поставлен вопрос о передаче обществу с ограниченной ответственностью "РТПК "Русагрокомплекс" принадлежащей К. доли в размере 11,8%, а также об обязании ООО "РТПК "Русагрокомплекс" по результатам 2003 финансового года определить действительную стоимость доли К., выплачиваемой как исключенному участнику, и произвести выплаты не позднее декабря 2004 года.

Возможность исключения участника ООО из общества предусмотрена статьей 10 Федерального закона N 14-ФЗ от 8 февраля 1998 года "Об обществах с ограниченной ответственностью". Согласно этой норме исключение участника из ООО может быть осуществлено только в судебном порядке. При этом с иском об исключении могут обратиться только участники (или участник) общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества.

В соответствии со статьей 10 Закона участник может быть исключен только при наличии хотя бы одного из следующих условий: во-первых, если участник грубо нарушает свои обязанности, во-вторых, если он своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

Таким образом, из смысла статьи 10 Закона следует, что участник ООО может быть исключен за совершение правонарушения (невыполнение возложенных на него обязанностей) либо за действия, которые хотя и не являются нарушением конкретных юридических обязанностей, тем не менее носят такой характер, что препятствуют нормальной деятельности общества (делая ее невозможной в принципе либо существенно ее затрудняя). То есть критерии, на основании которых должно оцениваться поведение участника, подлежащего исключению, даются в законе в самом общем виде. Это означает, что решающее значение для наполнения указанной юридической нормы конкретным содержанием имеет судебная практика. Первый шаг на пути формирования такой практики был сделан высшими судебными инстанциями в совместном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ N 90/14 от 9 декабря 1999 года (пункт 17). В этом Постановлении, в частности, указывается, что основанием для исключения участника из общества может служить "систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать решения по вопросам, требующим единогласия всех его участников". Введены и дополнительные критерии оценки поведения участника: Пленум указал на то, что "при решении вопроса о том, является ли допущенное участником общества нарушение грубым, необходимо, в частности, принимать во внимание степень его вины, наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий".

Следует, однако, признать, что разъяснения по вопросу исключения участника из ООО, данные в Постановлении N 90/14, лишь в некоторой (весьма небольшой) степени устранили неопределенность в вопросе об исключении участников из ООО. Поэтому по-прежнему основным ориентиром, позволяющим оценивать ситуацию с точки зрения возможности исключения того или иного участника из общества, остаются вступившие в законную силу судебные решения по конкретным делам.

Требования об исключении из общества участников за ненадлежащее исполнение ими обязанностей в качестве руководителей общества встречаются в судебной практике достаточно часто. Комментируемое дело из их числа.

По существу все претензии, которые были предъявлены К. другими участниками, сводились к тому, что деятельность общества была затруднена вследствие неисполнения (или ненадлежащего исполнения) ответчиком обязанностей в качестве генерального директора общества. Суть этих претензий свелась к следующему: 1) К. не предоставляла другим участникам общества информацию об обществе (нарушая тем самым права других участников, закрепленные статьей 8 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью"), в том числе не сообщала участникам о местонахождении общества; 2) К. как генеральный директор, действующий от имени общества, не исполняла решения судов, обязавших ее предоставить другим участникам предусмотренную законом информацию о деятельности общества; 3) К. в течение длительного времени не сдавала предусмотренную законом отчетность о деятельности общества в налоговые органы, что могло повлечь для общества дополнительные расходы в виде финансовых санкций.

Таким образом, суды сочли возможным исключить К. из общества, по сути, только за те нарушения, которые ею были допущены как генеральным директором. При этом, обосновывая свое решение, суды сослались на статью 8 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", указав, что "именно находясь в должности генерального директора, участник общества, реализовавший свое право в соответствии со статьей 8 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" на участие в управлении делами общества путем избрания его в органы управления обществом, совершал указанные нарушения, которые существенно затрудняют деятельность общества, делая невозможным осуществление нормальной хозяйственной деятельности ООО "РТПК "Русагрокомплекс"[64] .

Участник общества, являющийся генеральным директором, наделен всей полнотой властных полномочий и вполне может затруднить или сделать невозможной деятельность общества. Никакой другой участник общества не наделен такими правами, как генеральный директор. Именно генеральный директор общества в силу статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью действует без доверенности от имени общества, совершает сделки и представляет его интересы.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Завершая данную работу, представляется необходимо сделать выводы по изложенному выше.

1. Согласно абз. 3, п. 3 ст. 20 Закона об ООО порядок определения стоимости чистых активов общества должен устанавливаться федеральными законами РФ и издаваемыми в соответствии с ними нормативными актами, однако требуемый федеральный закон до сих пор не принят. В связи с этим следует констатировать наличие пробела в правовом регулировании данной области имущественных отношений ООО.

Для устранения существующего пробела в праве необходимо, безусловно, принятие специального федерального закона, определяющего порядок оценки стоимости чистых активов хозяйственных обществ. На наш взгляд, данный федеральный закон в целях законодательной экономии должен распространить свое действие не только на общества с ограниченной ответственностью, но и на другие хозяйственные общества (акционерное общество, общество с дополнительной ответственностью).

2. При возникновении ситуации, когда по прошествии установленного учредительными документами срока участниками не "сформирован" объявленный при учреждении общества уставный капитал, общество, с одной стороны, в соответствии с ч.2 ст.20 Закона обязано уменьшить свой уставный капитал, а с другой стороны - в соответствии со ст.24 обязано в течение года со дня перехода доли к обществу распределить ее между всеми участниками пропорционально их долям в уставном капитале либо продать всем или некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, продать третьим лицам. Налицо противоречия в Законе.

Поэтому ч.2 ст.20 Закона об ООО целесообразно сформулировать так:

"2. В случае неполной оплаты уставного капитала общества в течение года с момента его государственной регистрации общество в течение одного года со дня перехода к нему доли участника общества, который при учреждении общества не внес в срок свой вклад в уставный капитал общества в полном размере, должно либо осуществить действия, предусмотренные ст.24 настоящего Закона, либо уменьшить уставный капитал или принять решение о ликвидации общества".

3. Минимальный уставный капитал в ООО должен быть принципиально увеличен. Необходимость этого сегодня признают все заинтересованные стороны. При этом материальные средства должны быть внесены наличными на счета вновь создаваемого субъекта предпринимательских отношений с обязательной проверкой деклараций учредителей и фактом действительного их внесения. При этом отсекается целый пласт возможных недобросовестных участников.

3. Закон сохранил ничем не ограниченную возможность выхода участника из общества в любой момент без согласия общества или других участников (ст. 94 ГК, п. 1 ст. 8, п. 1 ст. 26 Закона). Реализация такой возможности связана с необходимостью выплаты уходящему участнику действительной стоимости его доли (либо выдачи с его согласия соответствующего имущества в натуре), что может поставить общество в нелегкое положение. Согласно абз. 2 п. 3 ст. 26 Закона такая выплата должна осуществляться за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером его уставного капитала (а при недостатке этого имущества - за счет уменьшения уставного капитала, что само по себе влечет крайне неблагоприятные для общества последствия). Из этого ясно, что выходящий участник в принципе может забрать лишь часть чистых активов общества, но не часть всего его имущества. При этом с момента подачи заявления о выходе доля участника переходит к обществу (с последствиями, определенными ст. 24 Закона), а сам он вследствие этого лишается права голоса. Хозяйственная практика также свидетельствует о неудачности такого законодательного решения, однако отказ от него требует изменения соответствующей нормы Гражданского кодекса. Вместе с тем своим выходом участник может поставить общество в тяжелое положение, что влечет нарушение прав других участников, следует п. 1 ст. 26 Закона об ООО изложить в следующей редакции: «Участник вправе выйти из общества в течении 6 месяце после полной оплаты доли в уставном капитале».

4. Право на выход в настоящее время принадлежит любому участнику, в том числе и последнему. На практике это приводит к большому числу "брошенных" обществ, т.е. обществ, из которых вышли все участники. При отсутствии в обществе участников оно формально перестает отвечать требованиям, предъявляемым законом к обществу с ограниченной ответственностью: у него больше нет высшего органа - общего собрания участников. Нет у такого общества и имущества, ведь после выхода из общества все чистые активы должны быть распределены между вышедшими участниками. Такое общество числится в реестре, но фактически уже не существует. Представляется ст. 26 закона об ООО дополнить частью 5: «Следующего содержания выход последнего участника из общества не допускается».

5. Пробел в законодательстве относительно реализации прав сособственника доли участия в ООО должен быть устранен посредством внесения дополнений в Закон об ООО. Необходимо прямо указать на возможность самостоятельной реализации прав участника ООО на информацию и на обжалование решений органов управления обществом для каждого из сособственников доли участия, а также дополнить Закон нормой, аналогичной ч. 3 ст. 57 Закона об АО, о необходимости назначения общего представителя сособственников доли для голосования на общих собраниях участников общества. Ст. 8 ч.1 п.2 Закона об ООО следует дополнить предложением: «Документы должны быть предоставлены в течение семи дней со дня предъявления соответствующего требования для ознакомления в помещении исполнительного органа общества. Общество обязано по требованию лиц, имеющих право доступа к документам, предоставить им копии указанных документов. Плата, взимаемая обществом за предоставление данных копий, не может превышать затраты на их изготовление».

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Нормативно-правовые акты

1. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. // Российская газета. – 1993. – № 237.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) № 51-ФЗ от 30 ноября 1994 г. (с изм. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1994. – № 32. – Ст. 3301.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) № 14-ФЗ от 26 января 1996 г. (в ред. от 26.01.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 5. – Ст. 410.

4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) № 146-ФЗ от 26 ноября 2001 г. (с изм. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. –2001. – № 49. – Ст. 4552.

5. Федеральный закон РФ от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (ред. от 27.07.2006, с изм. от 18.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 7. – Ст. 785.

6. Федеральный закон РФ от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (ред. от 05.02.2007) // Собрание законодательства РФ. – 2001. – № 33 (ч. I). – Ст. 3431.

7. Федеральный закон РФ от 21 ноября 1996 г. № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (ред. от 03.11.2006)// Собрание законодательства РФ.-1996.- № 48.-ст. 5369.

8. Закон РФ от 23 сентября 1992 г. № 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» (ред. от 11.12.2002, с изм. от 24.12.2002) //Ведомости СНД РФ и ВС РФ.-1992.-№ 42.- ст. 2322.

9. Приказ Минфина РФ и Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 29.01.2003 № 10н/03-пз "Об утверждении порядка оценки стоимости чистых активов акционерных обществ"// Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. - 2003. - № 18.

Научная и учебная литература

10. Аушев И. Уменьшение уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Российская юстиция.- 2001.- № 1.- С.56.

11. Балабуев И. Неудобный участник // ЭЖ-Юрист.- 2006.- № 39.- С.11.

12. Борякова С.А., Сергеева Е.В. Вопросы уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в практике арбитражных судов//Законодательство и экономика.-2006.-№ 7.- С.44-45.

13. Гальперин М. Реализация прав собственников доли ООО//ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 23.- С.7.

14. Гецьман М. Действовать по закону?//ЭЖ-Юрист.- 2006.- № 14.- С.7.

15. Глуховская Э. Оценка вклада в неденежной форме//ЭЖ-Юрист.-2006.-№ 30. - С.5.

16. Горлов В.А. Правовые вопросы создания уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Журнал российского права. - 2000. - № 4. - С. 49.

17. Горяинова Е.И. Уставный капитал - номинальная величина или реальное имущество: проблемы правового регулирования // Юрист. - 2004. - № 2. - С. 5.

18. Гражданское и торговое право зарубежных государств. Том I. Издание 4-е, переработанное и дополненное/ Отв. ред. Васильев Е.А., проф. Комаров А.С. М.: Международные отношения, 2004. – 678 с.

19. Гутников О.В. Состояние и развитие корпоративного законодательства в Российской Федерации//Журнал российского права.- 2007.- № 2.- С.61.

20. Ершов Ю. Зачем нужен уставный капитал // ЭЖ-Юрист. - 2005. - № 31. - С. 4.

21. Залесский В. Общество с ограниченной ответственностью в системе хозяйственных товариществ и обществ // Право и экономика. - 1998. - № 3. - С. 19.

22. Игнатова Е.А. Комментарий к Федеральному закону "Об обществах с ограниченной ответственностью": Постатейный. М.: ОСЬ-89, 2004. – 144 с.

23. Каминка А.И. Очерки торгового права. По изд. 1912 .М., Статут, 2002. – 678 с.

24. Камышанский В.П. Некоторые особенности формирования уставного капитала ООО // Актуальные проблемы частноправового регулирования. Материалы Всероссийской IV научной конференции молодых ученых. Самара, 23 - 24 апреля 2004 г. / Отв. ред. Пивоваров Ю.С., Рузанова В.Д. Самара: Изд-во "Самарский Университет", 2004. - С. 79.

25. Карсетская Е. Основания исключения участника из общества//ЭЖ-Юрист.- 2006.-№ 30.- С.7.

26. Киперман Г. Уставный капитал хозяйственного общества // Право и экономика. -2005. - № 3.- С.45.

27. Комментарий к ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" / Под ред. Игнатенко А.А., Мовчана С.Н. М.: Информационно-издательский дом "Филинъ", 1999. – 166 с.

28. Кочергин П. Защита доли приобретателя//ЭЖ-Юрист.- 2005.- № 1.- С.11.

29. Кротов А.В. Некоторые вопросы информирования участника общества с ограниченной ответственностью //Юрист.-2006.-№ 8.-С.14.

30. Лапач В. Доля в уставном капитале как имущество //ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 28.- С.9.

31. Ломакин Д.В. Акционерное правоотношение. - М., Статут, 2004. - 220 с.

32. Лысихин И. Как защитить свои права? Корпоративная борьба // Рынок ценных бумаг. 1999. № 4 (139).-С.6.

33. Лытнева Н.А. Учет операций по формированию уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Библиотечка Российской газеты. Выпуск № 13. - 2000. - С. 110.

34. Макаров С.А. Общество с ограниченной ответственностью как субъект гражданского права: Дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2004. – 128 с.

35. Меленчук И.А. Оспаривание сделок хозяйственных обществ//ЭЖ-Юрист.- 2004.-№ 17.- С.11.

36. Могилевский С.Д. Органы управления хозяйственными обществами: Правовой аспект: Монография. М.: Дело, 2001. – 140 с.

37. Могилевский С.Д. Общество с ограниченной ответственностью. - М.: Дело. 1999. – 195 с.

38. Оксюк Т. Участь общества - в руках безучастного участника?//Бизнес-адвокат.- 2006.-№ 24.-С. 5.

39. Опыхтина Е.Г. Коммерческие юридические лица с особым правовым статусом, понятие и виды//Юридический мир.-2006.- № 1.- С.55.

40. Отнюкова Г. Внесение в уставной (складочный) капитал права пользования имуществом//Законность.- № 2.- 2003.- С.45.

41. Пахомова Н.Н. О правовом статусе совета директоров (наблюдательного совета) и их членов в хозяйственных обществах//Современное право.- 2005.- № 1.- С.13.

42. Петникова О.В. Защита прав участников общества с ограниченной ответственностью// Право и экономика.- 2000.- № 11.- С.13.

43. Петникова О.В. Специфика прав участников общества с ограниченной ответственностью// Право и экономика. – 2000. -№ 3.- С.12.

44. Петрухина Т.Г. Выход участника из общества с ограниченной ответственностью //Право и экономика.- 2007.- № 1.- С.17.

45. Попондопуло В.Ф. Формы осуществления предпринимательской деятельности на территории России // Предпринимательское право.- 2005-№ 4.- С.30.

46. Проничев К. Устав общества с ограниченной ответственностью на защите интересов его участников // Гражданское право.-2006.-№ 1.- С.23.

47. Рогожин Н.А. Применение обеспечительных мер при обращении взыскания на долю участника общества с ограниченной ответственностью // Право и экономика.- 2005.- № 1.- С.12.

48. Саяпина И.А. Функции и структура уставного капитала в обществе с ограниченной отвественностью//Право и политика.-2005.-№ 6.-С.13.

49. Серова О.А. Право собственности общества с ограниченной ответственностью. Дис... на соискание ученой степени канд. юрид. наук. Коломенский педагогический институт. Коломна, 2001. – 234 с.

50. Степанов Д. Общества с ограниченной ответственностью: законодательство и практика // Хозяйство и право. - 2000. - № 12. - С. 56.

51. Сумской Д.А. Статус юридических лиц: учебное пособие для ВУЗов М., ЗАО Юстицинформ, 2006.- 112 с.

52. Суханов Е.А. Закон об обществах с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. - № 5. - 1998. - С. 43 – 44.

53. Суханов Е.А. Хозяйственные общества и товарищества, производственные и потребительские кооперативы // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. - 1998. - № 6. - С. 100 - 109.

54. Тарасенко Ю.А. Кредиторы: защита их имущественных прав. М.: Юркнига, 2004. – 234 с.

55. Тузов Н.А. Основания исключения участника из общества с ограниченной ответственностью//Законодательство и экономика.- № 8.- 2004.- С.34.

56. Урюжникова А.В. К вопросу об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью// Юрист.-2006.-№ 8.-С.11.

57. Урюжникова А.В. Правовая природа доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью//Гражданское право.-2006.-№ 1.- С.33.

58. Файзутдинов И.Ш. Применение федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в судебной практике//Вестник ВАС РФ.- 2000.- № 5.- С.19.

59. Филиппова С.Ю. Прекращение участия в обществе с ограниченной ответственностью путем выхода из общества: теоретические и практические проблемы//Российский судья.-2006.-№ 6.- С.34.

60. Фоломина Л.В. Уступка доли в ООО//Нотариус.-2006.-№ 1.- С.15.

61. Чернышов Г. Оборот долей в уставной капитале//ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 38.- С.7.

62. Юкша Я.А. Проблемы развития ООО в российской правовой системе//Налоги.- 2006.-№ 25.- С. 5.

63. Юкша Я.А. Хозяйственные общества в российской правовой системе: проблемы развития законодательства// Юрист.-2006.-№ 6.- С.17-18.

64. Ярков В.В. Особенности рассмотрения дел по косвенным искам// Юрист.- 2000.- № 11. - С.16.

65. Ярков В. Корпоративное право: Косвенные иски // Рынок ценных бумаг. - 1997. - № 18 (105). - С. 80.

Материалы юридической практики

66. Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 2 апреля 1997 года № 4/8 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах" // Вестник ВАС РФ.- 1997.- № 6.- С. 17 - 18.

67. Постановление Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 9.12.1999 г.№90/14 «О некоторых вопросах связанных с применением Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью»// Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации.-2000.-№1. - С.48.

68. Постановление Президиума ВАС РФ от 1.09.2005 № 1960/05//Вестник ВАС РФ.-2006.- №1.- С.45.

69. Постановление ФАС Поволжского округа от 22.08.2006 по делу № А55-6931/05-13//Вестник ВАС РФ.- 2006.- № 4.- С.44.

70. Постановление ФАС Поволжского округа от 27.05.2004 по делу № КГ-А55/4028-04// Вестник ВАС РФ.- 2005.-№ 2.-С.34.


[1] Юкша Я.А. Проблемы развития ООО в российской правовой системе//Налоги.- 2006.-№ 25.- С. 5.

[2] Юкша Я.А. Хозяйственные общества в российской правовой системе: проблемы развития законодательства// Юрист.-2006.-№ 6.- С.17-18.

[3] Опыхтина Е.Г. Коммерческие юридические лица с особым правовым статусом, понятие и виды//Юридический мир.-2006.- № 1.- С.55.

[4] Проничев К. Устав общества с ограниченной ответственностью на защите интересов его участников // Гражданское право.-2006.-№ 1.- С.23.

[5] Отнюкова Г. Внесение в уставной (складочный) капитал права пользования имуществом//Законность.- № 2.- 2003.- С.45; Глуховская Э. Оценка вклада в неденежной форме//ЭЖ-Юрист.-2006.-№ 30. - С.5.

[6] Сумской Д.А. Статус юридических лиц: учебное пособие для ВУЗов М., ЗАО Юстицинформ, 2006.- С.45.

[7] Попондопуло В.Ф. Формы осуществления предпринимательской деятельности на территории России // Предпринимательское право.- 2005-№ 4.- С.30.

[8] Саяпина И.А. Функции и структура уставного капитала в обществе с ограниченной отвественностью//Право и политика.-2005.-№ 6.-С.13;Лапач В. Доля в уставном капитале как имущество //ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 28.- С.9.

[9] Гутников О.В. Состояние и развитие корпоративного законодательства в Российской Федерации//Журнал российского права.- 2007.- № 2.- С.61.

[10] п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 2 апреля 1997 года № 4/8 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах" // Вестник ВАС РФ.- 1997.- № 6.- С. 17 - 18.

[11] Борякова С.А., Сергеева Е.В. Вопросы уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в практике арбитражных судов//Законодательство и экономика.-2006.-№ 7.- С.44-45.

[12] Саяпина И.А. Функции и структура уставного капитала в обществе с ограниченной отвественностью//Право и политика.-2005.-№ 6.-С.13.

[13] Гражданское и торговое право зарубежных государств. Том I. Издание 4-е, переработанное и дополненное/ Отв. ред. Васильев Е.А., проф. Комаров А.С. М.: Международные отношения, 2004. - С. 241.

[14] Урюжникова А.В. Правовая природа доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью//Гражданское право.-2006.-№ 1.- С.33.

[15] Борякова С.А., Сергеева Е.В. Вопросы уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в практике арбитражных судов//Законодательство и экономика.-2006.-№ 7.- С.44-45.

[16] Серова О.А. Право собственности общества с ограниченной ответственностью. Дис... на соискание ученой степени канд. юрид. наук. Коломенский педагогический институт. Коломна, 2001. - С. 70.

[17] Степанов Д. Общества с ограниченной ответственностью: законодательство и практика // Хозяйство и право. - 2000. - № 12. - С. 56.

[18] Тарасенко Ю.А. Кредиторы: защита их имущественных прав. М.: Юркнига, 2004. - С. 38.

[19] Лытнева Н.А. Учет операций по формированию уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Библиотечка Российской газеты. Выпуск № 13. - 2000. - С. 110.

[20] Серова О.А. Право собственности общества с ограниченной ответственностью. Дис... на соискание ученой степени канд. юрид. наук. Коломенский педагогический институт. Коломна, 2001. - С. 64.

[21] Суханов Е.А. Закон об обществах с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. - № 5. - 1998. - С. 43 - 44; Игнатова Е.А. Комментарий к Федеральному закону "Об обществах с ограниченной ответственностью": Постатейный. М.: ОСЬ-89, 2004. - С. 60.

[22] Глуховская Э. Оценка вклада в неденежной форме//ЭЖ-Юрист.-2006.-№ 30. - С.5.

[23] Степанов Д.А. Общества с ограниченной ответственностью: законодательство и практика // Хозяйство и право. - № 12. - 2000. - С. 62.

[24] Залесский В. Общество с ограниченной ответственностью в системе хозяйственных товариществ и обществ // Право и экономика. - 1998. - № 3. - С. 19.

[25] Комментарий к ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" / Под ред. Игнатенко А.А., Мовчана С.Н. М.: Информационно-издательский дом "Филинъ", 1999. - С. 136.

[26] Камышанский В.П. Некоторые особенности формирования уставного капитала ООО // Актуальные проблемы частноправового регулирования. Материалы Всероссийской IV научной конференции молодых ученых. Самара, 23 - 24 апреля 2004 г. / Отв. ред. Пивоваров Ю.С., Рузанова В.Д. Самара: Изд-во "Самарский Университет", 2004. - С. 79.

[27] Лапач В. Доля в уставном капитале как имущество //ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 28.- С.9.

[28] Могилевский С.Д. Органы управления хозяйственными обществами: Правовой аспект: Монография. М.: Дело, 2001. - С. 79.

[29] Фоломина Л.В. Уступка доли в ООО//Нотариус.-2006.-№ 1.- С.15.

[30] Кротов А.В. Некоторые вопросы информирования участника общества с ограниченной ответственностью //Юрист.-2006.-№ 8.-С.14.

[31] Чернышов Г. Оборот долей в уставной капитале//ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 38.- С.7.

[32] Постановление ФАС Поволжского округа от 22 августа 2006 года по делу № А55-6931/05-13//Вестник ВАС РФ.- 2006.- № 4.- С.44.

[33] Суханов Е. Закон об обществах с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. - 1998. - № 5.- С.42.

[34] Киперман Г. Уставный капитал хозяйственного общества // Право и экономика. -2005. - № 3.- С.45.

[35] Горяинова Е.И. Уставный капитал - номинальная величина или реальное имущество: проблемы правового регулирования // Юрист. - 2004. - № 2. - С. 5.

[36] Ершов Ю. Зачем нужен уставный капитал // ЭЖ-Юрист. - 2005. - № 31. - С. 4.

[37] Макаров С.А. Общество с ограниченной ответственностью как субъект гражданского права: Дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2004. - С. 8.

[38] Ершов Ю. Зачем нужен уставный капитал // ЭЖ-Юрист. - 2005. - № 31. - С. 4.

[39] Горлов В.А. Правовые вопросы создания уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Журнал российского права. - 2000. - № 4. - С. 49; Серова О.А. Право собственности общества с ограниченной ответственностью. Дис... на соискание ученой степени канд. юрид. наук. Коломенский педагогический институт. Коломна, 2001. - С. 82.

[40] Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. - 2003. - № 18.

[41] Суханов Е.А. Хозяйственные общества и товарищества, производственные и потребительские кооперативы // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. - 1998. - № 6. - С. 100 - 109.

[42] Ломакин Д.В. Акционерное правоотношение. - М., Статут, 2004. - С. 73.

[43] Кочергин П. Защита доли приобретателя//ЭЖ-Юрист.- 2005.- № 1.- С.11.

[44] Фоломина Л.В. Уступка доли в ООО//Нотариус.-2006.-№ 1.- С.15; Чернышов Г. Оборот долей в уставной капитале//ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 38.- С.7; Гальперин М. Реализация прав собственников доли ООО//ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 23.- С.7.

[45] Филиппова С.Ю. Прекращение участия в обществе с ограниченной ответственностью путем выхода из общества: теоретические и практические проблемы//Российский судья.-2006.-№ 6.- С.34.

[46] Могилевский С.Д. Общество с ограниченной ответственностью. - М.: Дело. 1999. - С. 81.

[47] Петрухина Т.Г. Выход участника из общества с ограниченной ответственностью //Право и экономика.- 2007.- № 1.- С.17.

[48] Каминка А.И. Очерки торгового права. По изд. 1912 .М., Статут, 2002. - С. 316.

[49] Аушев И. Уменьшение уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Российская юстиция.- 2001.- № 1.- С.56; Рогожин Н.А. Применение обеспечительных мер при обращении взыскания на долю участника общества с ограниченной ответственностью // Право и экономика.- 2005.- № 1.- С.12.

[50] Пахомова Н.Н. О правовом статусе совета директоров (наблюдательного совета) и их членов в хозяйственных обществах//Современное право.- 2005.- № 1.- С.13.

[51] Файзутдинов И.Ш. Применение федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в судебной практике//Вестник ВАС РФ.- 2000.- № 5.- С.19.

[52] Лысихин И. Как защитить свои права? Корпоративная борьба // Рынок ценных бумаг. 1999. № 4 (139).-С.6.

[53] Петникова О.В. Защита прав участников общества с ограниченной ответственностью// Право и экономика.- 2000.- № 11.- С.13.

[54] Ярков В.В. Особенности рассмотрения дел по косвенным искам// Юрист.- 2000.- № 11. - С.16.

[55] Петникова О.В. Специфика прав участников общества с ограниченной ответственностью// Право и экономика. – 2000. -№ 3.- С.12.

[56] Меленчук И.А. Оспаривание сделок хозяйственных обществ//ЭЖ-Юрист.- 2004.-№ 17.- С.11.

[57] Гецьман М. Действовать по закону?//ЭЖ-Юрист.- 2006.- № 14.- С.7.

[58] Ярков В. Корпоративное право: Косвенные иски // Рынок ценных бумаг. - 1997. - № 18 (105). - С. 80.

[59] Кротов А.В. Некоторые вопросы информирования участника общества с ограниченной ответственностью// Юрист.-2006.-№ 8.-С.14.

[60] Постановление Президиума ВАС РФ от 1.09.2005 № 1960/05//Вестник ВАС РФ.-2006.- №1.- С.45.

[61] Карсетская Е. Основания исключения участника из общества//ЭЖ-Юрист.- 2006.-№ 30.- С.7.

[62] Урюжникова А.В. К вопросу об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью// Юрист.-2006.-№ 8.-С.11; Тузов Н.А. Основания исключения участника из общества с ограниченной ответственностью//Законодательство и экономика.- № 8.- 2004.- С.34.

[63] Оксюк Т. Участь общества - в руках безучастного участника?//Бизнес-адвокат.- 2006.-№ 24.-С. 5; Балабуев И. Неудобный участник // ЭЖ-Юрист.- 2006.- № 39.- С.11.

[64] Постановление ФАС Поволжского округа от 27.05.2004 по делу № КГ-А55/4028-04// Вестник ВАС РФ.- 2005.-№ 2.-С.34.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий