регистрация / вход

Принцип диспозитивности в граданском процессуальном праве

Понятие и содержание принципа диспозитивности в гражданском праве, их разновидности и характеристика. Исследование проявления принципов диспозитивности в судебной практике судов первой и надзорной инстанции, их отличительные особенности в России.

КУРСОВАЯ РАБОТА

«Принцип диспозитивности в гражданском процессе»

Введение

Принципы – основа любой отрасли права, в том числе и гражданского процесса. Являясь «каркасом» отрасли, они определяют содержание других её норм, в соответствии с принципами должно происходить развитие отраслевых норм, в соответствии с ними трактуются нормы отрасли, принципы применяются непосредственно, их изучение и понимание – это основа изучения и правильного восприятия права в целом.

Этим определяется значимость принципов для законотворческой, учебной, научной и правоприменительной деятельности.

В последние несколько десятилетий принципы гражданского процесса России подверглись серьёзным изменениям, которые повлекли за собой изменение всего гражданского процессуального законодательства. Подобные масштабные изменения в истории Российского государства имели место неоднократно: реформы Петра I, реформы 1864 г., 1917–1923 годов.

В последнее время отдельные аспекты истории развития гражданского процессуального законодательства стали чаще становиться предметом исследования учёных, однако история развития принципов отрасли до сих пор не нашла должного отражения в научных трудах. Между тем многие проблемы настоящего времени были в своё время достаточно разработаны и успешно решены.

Принципы права – стабильные, но отнюдь не застывшие в своём развитии положения, поэтому важно проследить тенденции этого развития, так как они определяют тенденции развития отрасли права в целом. Этого также нельзя сделать без исследования динамики изменения принципов на возможно большем временном отрезке.

Принцип диспозитивности (ст. 3, 4, 39, 44, 137 Гражданского процессуального кодекса РФ) (от лат. dispono – располагаю, устраиваю) – это один из основных демократических принципов гражданского процесса, предоставляющий возможность распоряжаться процессуальными средствами защиты.

Стороны и другие участвующие в деле лица могут свободно распоряжаться своими материальными и процессуальными правами. Свобода участников процесса, выраженная в возможности распоряжаться предоставленными правами и процессуальными средствами их защиты, обусловлена свободой прав личности, гарантированных Конституцией».

В рамках данной курсовой работы мы проследим развитие, эволюционирование и связь принципа диспозитивности гражданского процессуального права с другими принципами гражданского права, а так же рассмотрим проявление данного принципа в существующей судебной практике.

Актуальность темы обусловлена, кроме того, необходимостью совершенствования практики реализации принципов гражданского процессуального права судами общей юрисдикции.

Значимость темы определяется не только развитием российского процессуального законодательства, но и ратификацией Российской Федерацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признанием юрисдикции Европейского Суда по правам человека, важными, принципиальными изменениями в гражданском процессуальном законодательстве других государств, в частности, Англии, Германии.

Объектом исследования являются гражданские процессуальные отношения, определённые принципом диспозитивности гражданского процесса.

Предметом исследования являются нормы гражданского процессуального права России, в которых закрепляется и раскрывается диспозитивный принцип гражданского процесса, краткий обзор судебной практики, отражающей действие принципа.

Методологическую основу исследования составляют логические методы познания: анализ, синтез, дедукция и индукция, а также общенаучные и специально-научные приёмы и методы познания социальных явлений и процессов: исторический; сравнительно-правовой и др.

Цели и задачи исследования. Целью исследования является теоретическое рассмотрение принципа диспозитивности гражданского процесса и его действие в судебной практике.

Для достижения этой цели необходимо решение следующих задач:

· сформулировать понятие принципа диспозитивности гражданского процесса;

· определить понятие и содержание каждого принципа диспозитивности гражданского процесса;

· проанализировать развитие принципа диспозитивности гражданского процесса на протяжении всего развития процессуального права России;

· выявить недостатки в принципа диспозитивности гражданского процесса.

Научная важность исследования заключается в том, что оно представляет собой исследование развития и действие принципа диспозитивности гражданского процеса, определения оптимального соотношения между принципом и исключениями из него.

На защиту выносится основной вывод, отражающий актуальность проведённого курсового исследования: «Анализ становления и развития принципа диспозитивности показывает, что его основой является право лица, участвующего в деле, по своему усмотрению осуществлять субъективные материальные права (свободы, интересы, обязанности) и распоряжаться ими в процессе в той же мере, в какой и вне процесса, но в форме и с ограничениями, которые установлены гражданским процессуальным законодательством».

1. Содержание принципа диспозитивности гражданского процесса

1.1 Понятие принципа диспозитивности в гражданском праве

Диспозитивность является одним из основных отраслевых принципов гражданского процесса, дающих возможность и свободу участвующим в деле лицам распоряжаться предоставленными материальными правами и процессуальными средствами их защиты. Категория диспозитивности в правовой науке исследовалась преимущественно представителями науки гражданского процессуального права. Именно ими был высказан ряд идей и взглядов относительно понимания существа диспозитивности как одного из принципов гражданского процесса [1; 2, с. 77; 3, с. 81].

В науке гражданского процессуального права существовали различные мнения по поводу того, что принцип диспозитивности в гражданском процессе является продолжением диспозитивных начал в гражданском материальном праве.

Сторонники понимания принципа диспозитивности как отражения характера защищаемых в суде материальных прав отвечают на этот вопрос одинаково: принцип диспозитивности в гражданском процессе есть отражение диспозитивности субъективных материальных прав.

Так, М.А. Гурвич указывал, что принцип диспозитивности есть отражение особенностей гражданского права, и в частности, автономного характера гражданских прав [1] . Подвергая критике это положение, Н.Б. Зейдер писал, что в гражданском процессе защищаются не только гражданские, но и другие материальные права, поэтому поня-тие принципа диспозитивности исключает возможность отсылки к свойствам гражданского права.[2]

И.А. Жеруолис, напротив, отмечал, что содержание принципа дис-позитивности гражданского процессуального права обусловлено содер-жанием принципа диспозитивности гражданского права.[3]

Оспаривая обусловленность принципа диспозитивности процессуального права диспозитивностью субъективных материальных прав, А.Ф. Клейнман и Н.Б. Зейдер выводили этот принцип из всей совокупности и характерных черт общественного и политического строя и распространяли его не только на действия сторон в процессе, но и на действия прокурора, органов государственного управления и организаций по защите интересов других лиц в сочетании с активностью суда.[4]

Не связывал принцип диспозитивности с диспозитивным характером материальных субъективных прав и Р.Е. Гукасян, полагающий, что данный принцип гражданского процесса находил свое основание в обусловленности воли лица его интересами, вследствие чего личная инициатива в защите прав и интересов всемерно поощрялась государством[5]

Диспозитивность субъективных гражданских и других материальных прав предопределяет диспозитивность гражданского процесса.[6]

Под субъективным правом понимается возможность определенного поведения, обеспеченная государством управомоченному лицу, в том числе и возможность требовать определенное поведение обязанного лица[7] . Субъективному праву одного лица всегда соответствует обязанность другого лица действовать определенным образом. В ответ на нарушение субъективного права обязанным лицом управомоченное лицо может прибегнуть к содействию аппарата государственного принуждения в отношении данного лица, не выполняющего своих обязанностей. Неотъемлемым свойством любого субъективного права является свобода распоряжения этим правом, то есть диспозитивность. Гражданин свободно распоряжается принадлежащими ему субъективными правами – трудовыми, семейными, гражданскими и др.

Основной для формирования гражданского процессуального права является отрасль гражданского права. Поэтому специфика регулируемых ею общественных отношений становится фактором, определяющим принципы гражданского процесса, хотя, как справедливо отмечают некоторые авторы, не каждой отрасли материального права соответствует своя процессуальная отрасль.

1.2 Сущность принципа диспозитивности гражданского права

Принцип диспозитивности гражданского процессуального права необходимо исследовать в тесной связи с диспозитивным характером гражданских прав. Гражданское право закрепляет свободу личности в области имущественных прав и интересов. Оно регулирует имущественные отношения предприятий, учреждений, организаций и граж-дан, а также связанные с имущественными личные неимущественные отношения.[8]

Гражданское право имеет особенность, которая состоит в том, что его субъект пользуется большей свободой распоряжаться своими субъективными правами, чем это имеет место в любой другой отрасли права. Причины этой свободы распоряжения кроются в самом характере тех общественных отношений, которые регулируются нормами гражданского права. Гражданское право регулирует, главным образом, имущественно-стоимостные отношения[9] . К предмету гражданского права относится также регулирование некоторых личных не-имущественных, но связанных с имущественными отношений, а также определенных личных отношений, таких как право на имя, авторское, изобретательское право и др. Эти отношения затрагивают личные интересы прежде всего самих субъектов гражданского права и поэтому, естественно, вопрос о том, как реализовать те или иные правомочия, вытекающие из этих правоотношений, лучше всего может быть разрешен самим субъектом правомочия.

Предполагается, что субъект, которому принадлежит право собственности на известную вещь, лучше и больше, чем кто-либо иной, знает, как ему целесообразно распорядиться этим правом, что ему предпринять, чтобы извлечь из принадлежащей ему вещи наибольшую пользу.

Так, в гражданском праве провозглашено, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (ст. 1 ГК РФ). Кредитор, например, может прекратить обязательство прощением долга (ст. 415 ГК РФ).

Свобода действий сторон (но в рамках закона) в регулятивных отношениях определяет и сущность принципа диспозитивности гражданского процесса.

Определение диспозитивности в гражданско-правовой литературе было дано О.А. Красавчиковым, который понимает ее как основанную на нормах данной отрасли права юридическую свободу (возможность) субъектов гражданских правоотношений осуществлять свою правосубъектность и свои субъективные права (приобретать, реализовывать или распоряжаться ими) по своему усмотрению. Диспозитивность, по его мнению, есть правовая свобода управомоченных лиц приобретать права и осуществлять их по своему усмотрению. Определение диспози-тивности, данное О.А. Красавчиковым, дополняется указанием на воз-можность обязанных лиц исполнять свои обязанности по своему ус-мотрению в пределах, установленных законом[10] .

По мнению большинства цивилистов, для диспозитивности в гражданском праве характерны следующие черты.

• Диспозитивность основана на нормах гражданского права. Наличие и степень диспозитивности зависят от государства, которое в законе предусматривает меру самоопределения субъектов гражданского права.

• Диспозитивность представляет собой возможность совершения автономных юридических действий, влекущих возникновение, изменение и прекращение субъективных гражданских прав. Автономия означает самоопределение, возможность субъектов в гражданском праве самостоятельно, по своему усмотрению устанавливать условия своих взаимоотношений, объем прав и обязанностей.

• Диспозитивность представляет собой правовую свободу совершения по своему выбору правомерных юридических действий, поскольку свобода несовместима с действиями неправомерными.

• Субъекты гражданского права имеют возможность по своему усмотрению осуществлять правосубъектность и реализовывать субъективные права, исполнять обязанности.

Осуществление правосубъектности, реализация прав и обязанностей – две самостоятельные стадии движения, которые в гражданском праве отчетливо прослеживаются.

Суммируя изложенные положения относительно юридического со-держания диспозитивности в гражданском праве, ее можно определить как основанную на нормах данной отрасли права юридическую свободу (возможность) субъектов гражданских правоотношений осуществлять свою правосубъектность, свои субъективные права (приобретать, реализовывать или распоряжаться ими) и исполнять обязанности по своему усмотрению[11] .

Между диспозитивностью и правосубъектностью, субъективными правами субъектов гражданский правоотношений существует тесная связь.

Принцип диспозитивности гражданского процессуального права, на наш взгляд, отражает диспозитивность субъективных материальных прав, защищаемых в гражданском процессе. Диспозитивность характерна не только для гражданского, но и для всякого субъективного права. Это возможность субъекта осуществлять право по собственному усмотрению, то есть диспозитивность означает для управомоченного лица свободу в выборе варианта поведения. Поскольку субъективное право осуществляется по усмотрению субъекта, возможность обратиться за защитой также реализуется только по воле обладателя субъективного права. Отсюда следует вывод: защита субъективного права не может быть навязана материально заинтересованному лицу. Из этого и исходил законодатель, связывая возникновение гражданско-о процесса, его развитие, переход из стадии в стадию и окончание с волей материально заинтересованного лица.

На это в свое время указывал Е.В. Васьковский, который считал, что «принцип диспозитивности принадлежит к числу безусловных, непре-ложных начал гражданского процесса – не потому, впрочем, что он не может быть нарушен законодателем, а потому, что отступления от него, если бы они и были сделаны в законе, все равно не могут получить прак-тического осуществления без воли заинтересованного лица»[12] .

Противоположную позицию занимал В.А. Рязановский, который подчеркивал, что нельзя рассматривать принцип диспозитивности как безусловное начало процесса, вытекающего из сущности гражданских прав, не допускающегося без воли заинтересованных сторон. Далее он отмечал, что государство заинтересовано в организации процесса. Оно не может допустить, чтобы гражданский процесс служил только формальной истине, чтобы правосудие, этот оплот правопорядка, расходилось с его задачами и было подчинено интересам отдельных лиц. Обладателю субъективного гражданского права принадлежит автономия в распоряжении своим правом до процесса, но если он обратился к суду, то должен считаться с организацией процесса, определенной государством не только в его личных интересах, а прежде всего в интересах целого, в интересах всего государства. А интересы целого требуют, что-бы процесс служил охране правопорядка, целям раскрытия материальной истины. Таким образом, по мнению В.А. Рязановского, от усмотрения субъекта права зависит, обратиться или нет к суду; дальше уже дело государства – организовать процесс наиболее целесообразно для охраны правопорядка. Поэтому частная автономия тяжущихся в процессе не может иметь широкого применения. Распоряжение объектом процесса и средствами процессуальной борьбы должно терпеть ограничения в интересах раскрытия материальной истины. В частности, отказ от иска, признание, мировая сделка не могут носить, по мнению В.А. Рязановского, характер безусловных диспозитивных актов в гражданском процессе [13] .

Диспозитивность характеризует гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений.

Многие цивилисты относят категорию диспозитивности к методу (О.А. Красавчиков, Г.А. Свердлык, В.Ф. Яковлев, Т.Н. Молчанова и др.).

В исследовании, специально посвященном изучению гражданско-правового метода регулирования общественных отношений, В.Ф. Яковлев определяет метод как «способ воздействия на отношения, который является дозволительным, характеризуется наделением субъектов наначалах их юридического равенства способностью к правообладанию, диспозитивностью и инициативой, обеспечивает установление правоотношений на основе правовой самостоятельности сторон»[14] .

Данная проблема в правовой науке является весьма спорной.

Следует согласится с позицией С.С. Алексеева, который, устанавливая специфические черты содержания гражданских правоотношений – особенности формирования содержания прав и обязанностей, – отмечает наличие в них начал диспозитивности. Но диспозитивность понимается автором только как возможность распоряжаться своими гражданскими субъективными правами[15] .

Представляется, что диспозитивность – один из наиболее специфичных принципов гражданского судопроизводства. Он определяет механизм движения гражданского процесса.

Этот принцип является отражением автономного положения субъектов спорных гражданских правоотношений. В соответствии с ним гражданские дела, по общему правилу, возникают, развиваются, изменяются, переходят из одной стадии процесса в другую и прекращаются под влиянием, главным образом, инициативы участвующих в деле лиц. Начало диспозитивности пронизывает все гражданское судопроизводство – от возбуждения гражданского дела до исполнительного производства.

Принцип диспозитивности гражданского процессуального права является отражением и развитием принципа диспозитивности в гражданском материальном праве. В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. А на основании ч. 1 ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Это же положение (в несколько ином виде) сформулировано и в ст. 3 ГПК, где указано, что всякое заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законом, обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса. Отказ от права на обращение в суд недействителен.

Как справедливо отмечается в юридической литературе, принципы есть основания системы норм гражданского процессуального права, центральные понятия, стержневые начала всей совокупности процессуальных законов. При этом о принципе права можно говорить лишь постольку, поскольку он, как руководящая идея, получил нормативное закрепление: идея, не зафиксированная нормой права, не может стать правовым принципом. Как диспозитивность, так и законность в гражданском процессе отвечают критериям принципа права.

Принцип диспозитивности – это возможность лиц, участвующих в деле, свободно располагать, распоряжаться предоставленными им законом процессуальными правами. Реализация этого принципа определяет движение гражданского процесса. Так, например, истец вправе предъявить иск или воздержаться от этого, может изменить предмет или основание требования, отказаться от иска, согласиться на заключение мирового соглашения.

Принцип диспозитивности находит свое развитие в многочисленных нормах как процессуального, так и материального права. Содержание принципа диспозитивности заложено в ст. 9 ГК РФ, согласно которой граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им права. Включение этого положения в ГК РФ (оно заимствовано из ст. 5 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик) повлекло внесение в 1995 году значительных изменений в ГПК РСФСР 1964 года, касающихся возможности распоряжения сторонами своими правами (на отказ от иска, признание иска, заключение мирового соглашения, признание фактов и др.).

По общему правилу, возникновение гражданского процесса (возбуждение гражданского дела) возможно только по заявлению заинтересованного лица, т.е. лица, обратившегося в суд за защитой своих прав, свобод и законных интересов (ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 4 ГПК РФ).

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. №23 «О судебном решении» отмечено, что согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям.

Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

2. Принцип диспозитивности в судебной практике

2.1 Принцип диспозитивности в судебной практике судов первой инстанции

Производство по делу в суде первой инстанции, по общему мнению, является основной, центральной стадией гражданского процесса. Значение этой стадии для всего гражданского судопроизводства определяется тем, что именно здесь решаются все основные задачи правосудия по гражданским делам. Не случайно поэтому в ГПК вопросам разбирательства дела в суде первой инстанции посвящается наибольшее количество статей. В производстве судов первой инстанции наиболее полно и всеобъемлюще проявляется действие основных принципов гражданского процесса. Широк диапазон действия здесь и принципа диспозитивности. Его влияние существенным образом сказывается на регулировании уже на начальном этапе процесса определяется, по инициативе кого, при каких условиях и в каком порядке может быть начато дело в суде, по каким основаниям может быть отказано в возбуждении дела; привлечения или вступления в дело соответчиков и третьих лиц, соединения и разъединения нескольких исковых требований, принятия мер по обеспечению иска; при рассмотрении дела в судебном заседании определяются условия и порядок замены ненадлежащих сторон (возможные изменения в иске), а также отказа истца от иска и признания иска ответчиком.

Следуя принципу диспозитивности, действующее гражданско-процессуальное законодательство исходит из того, что гражданские дела в судах возбуждаются по заявлению непосредственно заинтересованных лиц, как физических, так и юридических. Отказ от права обращения в суд является недействительным. Отсюда следует, что любое соглашение, направленное на ограничение права обращения в суд, чем бы оно ни мотивировалось, должно признаваться незаконным и не приниматься судами во внимание.

Практика последних лет показывает, что судам нередко приходится сталкиваться со случаями неосновательных отказов от обращения к ним юридических и физических лиц, иногда в связи с принятием соглашений (например, по делам о взыскании алиментов, по делам о признании гражданина ограниченно дееспособным). Все эти о подобные им отступления от требований ГПК должны расцениваться как нарушения важнейшего права – права на судебную защиту. Обращение в суд с иском (жалобой или заявлением) непосредственно заинтересованного лица является основным способом возбуждения гражданских дел в судах.

Вместе с тем, стремясь сделать защиту законных прав и интересов юридических и физических лиц более действенной и своевременной, закон устанавливает, что правом процессуальной инициативы по возбуждению любого дела обладает так же прокурор. В полном соответствии с принципом диспозитивности ГПК устанавливает, что лицо, в интересах которого прокурором или органами управления начато дело, должно быть извещено о возникшем процессе и участвует в нем в качестве истца, поскольку решение, вынесенное по иску прокурора, обязательно для него; поэтому отказ прокурора от предъявления иска не лишает истца права требовать рассмотрения дела по существу. При отказе прокурора от иска дело может быть прекращено лишь при условии, если заинтересованное лицо поступит так же. В то же время, отказ истца от иска в деле, возбужденном по заявлению прокурора, может быть принят судом, если прокурор согласится с позицией истца и не будет настаивать на рассмотрении дела.

Кроме того, правом процессуальной инициативы по возбуждению дела обладают органы государственного управление, профсоюзы, предприятия, учреждения, другие организации. Возбуждая дело в защиту государственных и общественных интересов, а также прав и законных интересов граждан, эти органы действуют от своего имени; они не становятся на место истца и не занимают его положения, у них нет личной материально-правовой заинтересованности в исходе дела. Они не являются субъектами спорного правоотношения, по поводу которого начат процесс, и не могут распоряжаться предметом спора в той мере, в какой полномочен это сделать истец или ответчик. К органам и лицам, обратившимся с иском, так же как и к прокурору, нельзя предъявить встречный иск; он может быть адресован лишь к истцу.

В полном соответствии с принципом диспозитивности находится и другое важное положение гражданского процесса: суды не могут по собственной инициативе рассматривать незаявленное требование. В судебной практике последних лет малейшие отступления от этого правила расцениваются как существенные нарушения принципа диспозитивности, являются безусловным поводом к отмене принятого по делу решения. Это находится в соответствии с важнейшим постулатом, лежащим в основе диспозитивного начала – суд не рассматривает требования, не заявленного истцом. Едва ли можно рассчитывать на объективность и беспристрастность суда в случаях, когда он сам возбуждает дело, то есть знакомится с обстоятельствами дела заранее, до его возбуждения и рассмотрения в заседании. В соответствии с принципом непосредственности выводы суда относительно фактических обстоятельств дела должны быть основаны только на тех материалах, которые стали ему известны из доказательств, исследованных в судебном заседании. Суд не может принимать решение по внепроцессуальным материалам. Это требование явно нарушается при возбуждении дела самим судом, при отсутствии заявления об этом заинтересованных лиц.

Свободное распоряжение правом обращаться в суд предполагает не только свободу заинтересованного лица в выборе времени для этого, но также в определении предмета и основания иска, размера требований и назначении ответчика. При этом важно отметить, что заинтересованное лицо не только вправе, но обязано указать предмет и основание своих требований, их размер, нарушителя (нарушителей) своих субъективных прав, который привлекается к участию в деле в качестве ответчика (ответчиков).

В дальнейшем, после принятия дела к производству, истец вправе изменить предмет или основание иска, увеличить или уменьшить размер своих требований. В свою очередь, ответчик также свободен в выборе средств защиты от требований истца: он может ограничиться отрицанием иска либо возражать против него, выдвинуть свои предложения по урегулированию спора, предъявить встречное требование. При этом суд не должен ограничивать инициативу сторон в решении указанных вопросов, а обязан разъяснить им их процессуальные права, добиваясь точного и наиболее полного их осуществления. Вместе с тем суд не связан основанием и пределами требований, указанных сторонами, их оценкой сложившихся отношений, определением предмета и основания иска. Надо иметь в виду, что суд должен уяснить действительные права и взаимоотношения сторон, их намерения в возникшем конфликте и разрешить спор в полном соответствии с истиной. Поэтому, проверяя законность предъявления иска, судья в каждом конкретном случае обязан принять все необходимые меры для исправления допущенных как истцом, так и ответчиком ошибок.

Действующее законодательство предельно четко и исчерпывающе определяет основания, по которым может быть отказано в возбуждении гражданского дела в суде (ст. 143 ГПК):

1) истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории споров или предусмотренный договором сторон досудебный порядок урегулирования спора либо истец не представил документы, подтверждающие соблюдение досудебного порядка урегулирования спора с ответчиком, если это предусмотрено федеральным законом для данной категории споров или договором;

2) дело неподсудно данному суду;

3) исковое заявление подано недееспособным лицом;

4) исковое заявление не подписано или исковое заявление подписано и подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание и предъявление в суд;

5) в производстве этого или другого суда либо третейского суда имеется дело по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям;

6) до вынесения определения суда о принятии искового заявления к производству суда от истца поступило заявление о возвращении искового заявления.

Закрепление в нормативном порядке перечня основания к отказу в принятии заявления направлено на обеспечение процессуальных гарантий прав граждан и организаций при обращении в суд и, несомненно, является одним из проявлений принципа диспозитивности. Отказ в возбуждении дела в каких-либо иных случаях по мотивам, не предусмотренным законом, является недопустимым.

Вместе с тем, после устранения условий, послуживших основанием для оставления заявления без рассмотрения, заинтересованное лицо вправе обратиться в суд с заявлением в общем порядке.

Право на изменение предмета, также как и право на изменение основания иска, предоставлено только истцу; лишь с его согласия суд может осуществить такую замену Этим правом истец может воспользоваться на протяжении всего производства дела в суде первой инстанции, на любом его этапе, однако не позднее удаления суда в совещательную комнату для вынесения решения. Если изменение иска происходит в судебном заседании, то рассмотрение дела должно быть отложено, поскольку ответчику и другим участникам процесса нужно время для подготовки к защите и для предоставления необходимых доказательств.

Большое практическое значение в выяснении содержания принципа диспозитивности представляет вопрос о возможных пределах изменения иска в гражданском процессе. По буквальному смыслу ст. 39 ГПК истец по собственной инициативе может изменить либо предмет, либо основание иска, а также увеличить или уменьшить размер требований. Однако практика идет по другому пути – она допускает возможность одновременного изменения, как предмета, так и основания иска. При этом изменение правоотношения в целом, в том числе и его основания, допустимо, если охраняемый данным иском интерес постоянен.

Принято считать, что сущность принципа диспозитивности, как важнейшего начала, обеспечивающего сторонам широкую возможность свободно распоряжаться предметом спора и активно влиять на все движения процесса, наиболее полно и отчетливо проявляется в таких его институтах, как отказ истца от иска, признание иска ответчиком и в судебном мировом соглашении. Закон предоставляет истцу право отказаться от иска, а ответчику – признать иск, устанавливает, что стороны могут заключить мировое соглашение, ликвидировав таким образом возникший между ними спор. При этом они могут поступить так как при рассмотрении дела в суде первой инстанции, так и на последующих этапах процесса (при проверке решения в кассационном процессе, в стадии судебного решения). Указанные процессуальные действия сторон имеют единую правовою природу, все они представляют собой, в большей или меньшей степени акты распоряжения определенными процессуальными, в некоторых случаях и материальными правами сторон.

Отказываясь от иска, истец заявляет тем самым суду о своем безоговорочном отречении и от самого материально-правового требования к ответчику, и от права на судебную защиту этого требования, то есть права на обращение в суд. Но он может означать и только отказ от права на судебную защиту (например, если истец окажется ненадлежащим). В такой же мере распорядительным актом окажется признание иска ответчиком, который тем самым заявляет суду, что он согласен не только с размерами заявленных к нему требований, но и с данной им квалификацией отношений сторон и обстоятельствами, положенными в основание иска.

Одновременно с этим отказ от иска и признание иска ответчиком являются односторонними волеизъявлениями, адресованными суду, участников процесса, выражающих намерение прекратить дальнейшее рассмотрение дела, поскольку оно становится бесцельным. Мировое соглашение – это всегда двустороннее волеизъявление, договор об условиях прекращения гражданско-правового спора, достигнутое сторонами в ходе судебного рассмотрения дела, как правило, по новому определяющее субъективные права и обязанности участников спорного правоотношения.

Рассмотрим пример, в котором, при подаче иска истцом был использован принцип диспозитивности, и, в то же время, нарушен судьёй.

Рассмотрим определение об оставлении искового заявления без движения от 2 июня 2006 года, вынесенное судьёй Центрального районного суда города Хабаровска З.П. Михайловой. В описательно-мотивировочной части своего определения, судья Михайлова констатирует: «УСТАНОВИЛ: ИСТЕЦ обратился в суд с иском к Администрации г. Хабаровска о признании права пользования жилым помещением.

В соответствии со ст. 131 ГПК РФ в исковом заявлении должны быть указаны обстоятельства, на которых истец основывает свои требования и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства.

Истцом неправильно определены юридически значимые обстоятельства, необходимо переоформить исковое заявление, поставив вопрос о признании членом семьи нанимателя.

В связи с изложенным суд считает необходимым оставить исковое заявление ИСЦА без движения для исправления недостатков.

Руководствуясь ст. 136 ГПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛ:

Оставить исковое заявление к Администрации г. Хабаровска о признании права пользования жилым помещением без движения.

Предоставить заявителю срок до 13.06.2006 г. для исправления недостатков, а именно:

– надлежащим образом оформить исковое заявление, указав требование о признании членом семьи нанимателя.

На определение может быть подана частная жалоба в Хабаровский краевой суд через Центральный районный суд г. Хабаровска в течение 10 дней». Дата, подпись.

В сложившейся ситуации самым интересным является не то, что судья принуждает гражданина к заявлению не того иска, который он был намерен заявить. Интересно также не то, что судья тем самым нарушает исследуемый нами принцип диспозитивности (постановка собственных правовых целей и задач – неотъемлемое право гражданина).

Центральным моментом здесь является полная бессмысленность навязываемых требований с точки зрения истца и полная их ненужность с точки зрения его интересов. В случае если бы эти «новые» исковые требования были удовлетворены, истец тем самым не подтвердил бы своё право на приватизацию, поскольку доказал бы всего лишь факт родства и семейных отношений с нанимателями квартиры, которые умерли за несколько лет до судебной ситуации (истец проживает и зарегистрирован в квартире один).

2.2 Принцип диспозитивности в судебной практике судов надзорной инстанции

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в п. 4 постановления Конституционного Суда от 14 февраля 2002 г. №4 – П по делу о проверке конституционности статьи 140 Гражданского процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданки Л.Б. Фишер, присущий гражданскому судопроизводству принцип диспозитивности означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются, главным образом, по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом.

Законность, в отличие от диспозитивности, присущей в основном частному праву, – это общеправовой конституционный принцип, распространяющийся не только на частное, но и на публичное право. Согласно ч. 2 ст. 15 Конституции РФ органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы. Принцип законности, являясь межотраслевым принципом, пронизывающим все отрасли российского права, входит в число основных принципов гражданского процессуального права. Принцип законности не выделен в ГПК РФ отдельной статьей. В гражданском судопроизводстве ч. 2 ст. 15 Конституции РФ действует как закон прямого действия. Кроме того, принцип законности отдеьными гранями раскрывается во многих статьях ГПК РФ. В частности, в ст. 2 ГПК РФ в качестве одной из задач гражданского судопроизводства указано, то оно должно способствовать укреплению законности. Поэтому можно сказать, что принцип законности в гражданском процессе заключается в требовании к суду и всем участникам процесса неукоснительно руководствоваться в своей деятельности нормами материального и процессуального права в целях достижения задач гражданского судопроизводства, сформулированных в ст. 2 ГПК РФ.

ГПК РСФСР предусматривал, по сути, ревизионный порядок проверки судебных постановлений при производстве в надзорной инстанции. Надзорная жалоба выполняла функции исключительно повода для истребования дела и принесения протеста. Протест формально не был связан с доводами надзорной жалобы, а суд надзорной инстанции в интересах законности мог выйти за пределы протеста (ч. 2 ст. 327 ГПК РСФСР). Поскольку протест был мотивированным (ст. ст. 286, 324 ГПК РСФСР), суд надзорной инстанции ясно понимал правовую позицию автора протеста, что делало надзор достаточно эффективным механизмом для проверки законности вступивших в законную силу судебных постановлений. В этой правовой ретроспективе, несомненно, превалировал принцип законности, а диспозитивность была в зачаточном состоянии.

ГПК РФ кардинально изменил производство в суде надзорной инстанции. Теперь предметом рассмотрения является не протест, а надзорная жалоба или представление прокурора, которые должны содержать указание на то, нарушение какого закона допущено судами и в чем состоит существенность нарушения (ст. 378 ГПК РФ).

При решении судьей вопроса об истребовании дела (п. 1 ч. 2 ст. 381 ГПК РФ) и при вынесении определения о передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции (ч. 2 ст. 382, ст. 384 ГПК РФ) возникает вопрос о соотношении диспозитивности и законности. Судьи знают, что нередко авторы надзорных жалоб ссылаются на второстепенные нарушения материального и процессуального права, а лежащих порой на поверхности существенных нарушений закона не видят (например, рассмотрение дела незаконным составом суда, рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле, не извещенных о месте и времени судебного заседания, и т.п.). Как в этом случае поступить судье, может ли он истребовать дело или в своем определении о передаче дела по существу в суд надзорной инстанции выйти за пределы надзорной жалобы и указать выявленные при изучении дела существенные нарушения закона. Что в этом случае будет рассматривать суд надзорной инстанции – надзорную жалобу или определение судьи с доводами, выходящими за пределы надзорной жалобы.

На наш взгляд, основываясь на принципе законности, в названном случае судья обязан истребовать дело и вынести определение о передаче дела по существу в суд надзорной инстанции. К сожалению, на практике зачастую все складывается иначе. Большинство определений судей в порядке ст. 384 ГПК РФ о передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции пишутся по одному установленному в начале действия ГПК РФ стандарту, основанному на действии принципа диспозитивности. В этих определениях судьи приводят доводы надзорной жалобы со своей припиской о том, что эти доводы заслуживают внимания. Считается, что судья в определении не должен прямо высказывать свою позицию в поддержку надзорной жалобы, чтобы не повлиять на равенство сторон в суде надзорной инстанции. В юридической литературе по этому поводу высказана точка зрения авторитетных ученых – юристов и практиков, утверждающих, что суд надзорной инстанции рассматривает не определение, а дело и принимает решение по надзорной жалобе или представлению прокурора, «следовательно, все указания судьи в определении на допущенные, по его мнению, судом существенные нарушения закона лишены какого-либо практического значения».

На практике это приводит к следующему. Например, судья Верховного Суда РФ вынес подобное определение и направил дело для рассмотрения по существу в президиум областного суда, приведя только доводы надзорной жалобы и не указав выявленное им при изучении дела существенное нарушение закона, влекущее безусловную отмену состоявшихся судебных постановлений. При этом судья Верховного Суда РФ как бы надеется, что коллеги в президиуме суда субъекта поймут, что он имел в виду, направляя им дело. Если в субъекте судьи не смогут усмотреть то же, что и судья Верховного Суда РФ, то истец может пропустить годичный срок на обращение в суд надзорной инстанции.

В этом случае система надзора очевидно неэффективна по причине того, что без надобности прикрывается фиговым листком диспозитивности вместо того, чтобы во главу угла поставить законность. Для этого есть все правовые основания.

Производство в суде надзорной инстанции – самостоятельная стадия гражданского процесса, предназначенная для проверки законности вступивших в законную силу судебных постановлений. Если нарушения законности не исправлены в апелляции и кассации, то сама по себе стадия надзора – дополнительная гарантия обеспечения законности в гражданском судопроизводстве, имеющая своей целью устранение существенных нарушении закона.

Основанием для возбуждения производства в суде надзорной инстанции может быть только надзорная жалоба или представление прокурора, но как записано в п. 6 ст. 378 ГПК РФ надзорная жалоба или представление прокурора должны содержать указание на то, в чем заключается допущенное судами существенное нарушение закона. То есть надзорная жалоба направлена на устранение допущенного нарушения законности.

Судья в определении о передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции не должен ограничиваться переписыванием доводов надзорной жалобы. Как записано в пп. 7, 8 ч. 1 ст. 384 ГПК РФ, это определение должно содержать мотивированное изложение оснований для передачи дела в целях рассмотрения по существу и предложения судьи, вынесшего определения. Это значит, что судья в определении должен высказать свою однозначную мотивированную позицию по доводам надзорной жалобы и предложить суду надзорной инстанции отменить или изменить те или иные судебные постановления. При этом судья должен указать как те существенные нарушения закона, которые имеются в надзорной жалобе, так и те, которые выявлены судьей при изучении материалов дела. Такое определение судьи конечно же не отождествляется с протестом, который ранее приносили должностные лица суда и прокуратуры на вступившие в законную силу судебные постановления (ст. 324 ГПК РСФСР).

Ортодоксальные сторонники диспозитивности зачастую утверждают, что определение судьи о передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции – это всего лишь пропуск для рассмотрения дела по надзорной жалобе или представлению прокурора судом надзорной инстанции, что суд надзорной инстанции это определение вообще не рассматривает, а принимает решение по доводам надзорной жалобы.

Вряд ли с таким подходом можно согласиться. Согласно ч. 2 ст. 384 ГПК РФ судья вместе с вынесенным им определением и материалами дела направляет надзорную жалобу или представление прокурора в суд надзорной инстанции. То есть без определения судьи надзорная жалоба или представление прокурора ни при каких обстоятельствах не могут стать предметом рассмотрения суда надзорной инстанции. В этом смысле определение судьи действительно пропуск в суд надзорной инстанции. Но мы на законных основаниях можем утверждать, что названное определение судьи для суда надзорной инстанции имеет самостоятельное значение в части изложенных в нем мотивов наряду с надзорной жалобой и представлением прокурора. Об этом прямо указано в ч. 4 ст. 386 ГПК РФ – докладчик излагает обстоятельства дела, содержание судебных постановлений, принятых по делу, мотивы надзорной жалобы или представления прокурора и определения суда о возбуждении надзорного производства.

О самостоятельном значении определения о передаче дела в суд надзорной инстанции для рассмотрения по существу свидетельствует также п. 4 ч. 1 ст. 388 ГПК РФ, согласно которому в определении суда надзорной инстанции должны быть указаны фамилия и инициалы судьи, вынесшего названное определение.

Наконец, главное, ГПК РФ в отличие от ГПК РСФСР не содержит нормы о пределах рассмотрения дела судом надзорной инстанции, нигде не указано, что суд надзорной инстанции должен рассматривать дело в пределах надзорной жалобы или представления прокурора. Это означает, что исходя из принципа законности, суд надзорной инстанции может выйти за пределы надзорной жалобы или представления прокурора, в том числе учесть доводы, дополнительно приведенные в определении судьи о передаче дела в суд надзорной инстанции для рассмотрения по существу.

В этом случае суд надзорной инстанции проверяет судебные постановления в необжалованной части, в отношении лиц, не указанных в надзорной жалобе, по доводам, не указанным в надзорной жалобе, выносит иное, чем предложенное в надзорной жалобе постановление или определение (ст. 388 ГПК РФ). Таким способом суд надзорной инстанции исполняет свою публично-правовую обязанность по обеспечению правильного применения при разрешении дела положений Конституции РФ и других норм материального и процессуального права.

Применительно к делам, возникающим из публичных правоотношений, в том числе и в стадии надзорного производства, суд не связан основаниями и доводами заявленных требований (п. 3 ст. 246 ГПК РФ). То есть здесь действие принципа диспозитивности ограничено законом.

О приоритете законности над диспозитивностью в стадии надзорного производства свидетельствует также следующее обстоятельство. Как разъяснено в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ №2 от 20 января 2003 г. «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», «существенность нарушения норм процессуального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам ст. 364 ГПК РФ, в которой указаны случаи таких нарушений, которые влекут безусловную отмену судебных постановлений независимо от доводов жалобы или представления (часть 2)».

Таким образом, Пленум Верховного Суда РФ высказал четкую правовую позицию о том, что при наличии безусловных оснований для отмены судебных постановлений суд надзорной инстанции обязан принять по ним решение независимо от доводов надзорной жалобы или представления прокурора.

В стадии надзорного производства не должно быть какого-либо приоритета диспозитивности над законностью, должен обеспечиваться разумный баланс этих процессуальных принципов, основанный на строгом соблюдении Конституции РФ и ГПК РФ.

Заключение

С развитием общества принципы процессуального права развиваются и усовершенствуются с учетом потребностей политических и социально-экономических преобразований, дальнейшего обеспечения гарантий защиты субъективных прав граждан, их объединений и государственных интересов, а также повышения эффективности судебной деятельности в обеспечении законности и справедливости. На современном этапе развития строгое следование и законодательное усовершенствование полноты выражения и действия демократических принципов гражданского процессуального права является важной гарантией усиления законности как неотъемлемой части функционирования правового государства и демократического правопорядка.

Таким образом, значение принципов гражданского процессуального права состоит в том, что в них отражены наиболее характерные демократические черты и общая направленность права и его важнейших институтов, в связи с чем они предоставляют возможность понять суть этой отрасли права, ее общественный характер в целом, а также отдельных институтов.

Рассмотрев принцип диспозитивности можно сделать такой вывод, что он является основой гражданского процесса и на его основе происходит развитие и построение отраслей права современной науки. Вместе с тем, принцип диспозитивности не может существовать отдельно от остальных принципов, а только во взаимодействии с ними, и его смысл раскрывается с учетом смысла других принципов отрасли права. Принцип диспозитивности гражданского процессуального права находится в тесной связи и взаимодействии с такими важными принципами процесса, как принцип законности и объективной истины.

Составляющие принципа диспозитивности «разбросаны» по многим статьям гражданского процессуального кодекса. Можно отметить, что в целом данный принцип закреплен достаточно качественно. Однако есть свидетельства, что некоторые проблемы у сторон в отношении распоряжения своими процессуальными и материальными правами, несомненно, есть. Конечно, принцип диспозитивности не может существовать отдельно от остальных принципов гражданского процесса, а только во взаимодействии с ними. Но это взаимодействие должно быть реализовано таким образом, чтобы сущность и назначение принципа диспозитивности заключались не только в обеспечении осуществления гражданского судопроизводства, но больше всего в утверждении качества, эффективности и полноты судебной защиты прав участников гражданского процесса.

Право граждан на обращение в суд за защитой и на судебную защиту закреплено в Конституции России, поэтому принцип диспозитивности опирается на конституционную основу.

Сущность принципа диспозитивности характеризуется свободой распоряжения сторонами своими материальными правами в процессе и полнотой использования ими процессуальных средств защиты этих прав. Вместе с тем свобода распоряжения сторонами их материальными правами сочетается с инициативой и активностью других участников процесса – таких, как суд, прокуратура, государственные органы и общественные организации. Данное обстоятельство дает повод называть этот принцип двигательным началом процесса.

Содержание принципа диспозитивности раскрывается через конкретные нормы процессуального права, в которых зафиксированы в основном действия участников процесса, направленные на его возникновение, движение, изменение и прекращение. Вместе с тем, сущность и назначение принципа диспозитивности заключается не только в обеспечении движения процесса, но больше всего в утверждении реальности, гибкости и полноты судебной защиты прав заинтересованных лиц.

Проблемным вопросом является соотношение принципа диспозитивности и принципа публичности тогда, когда инициатором обращения в суд является прокурор или иной орган государства или местного самоуправления, а в то же время лицо, в интересах которого предъявляется иск и чьи права нарушены, является дееспособным и не желает обращаться в суд за защитой.

Эффективность выполнения задач гражданского судопроизводства находится в прямой зависимости от правильного применения судами в деле принципа диспозитивности, для чего необходимо понимать его смысл, место и значение в системе права.

Изучение принцип диспозитивности очень важно для дальнейшего развития гражданского процесса и для построения правового государства и гражданского общества, без которого невозможно осуществление гражданского правосудия.

Литература

Основные нормативные правовые акты

1. Конституция РФ (с изм. от 25.03.2004) (принята всенародным голосованием 12.12.1993) // Российская газета, №237, 25.12.1993.

2. Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса 1954 г.

3. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 г. Ратифицирована Федеральным законом от 30 марта 1998 г. №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней».

4. Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14.11.2002 №138-ФЗ // Собрание законодательства РФ, 18.11.2002, №46, ст. 4532.

5. Арбитражный процессуальный кодекс РФ от 24.07.2002 №95-ФЗ // Собрание законодательства РФ, 29.07.2002, №30, ст. 3012.

6. Федеральный конституционный закон от 31.12.1996 №1-ФКЗ (ред. от 05.04.2005) «О судебной системе Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ, 06.01.1997, №1, ст. 1.

7. Закон РФ от 26.06.1992 №3132–1 (ред. от 05.04.2005) «О статусе судей в Российской Федерации» // Ведомости СНД и ВС РФ, 30.07.1992, №30, ст. 1792.

8. Федеральный закон от 17.12.1998 №188-ФЗ (ред. от 05.04.2005) «О мировых судьях в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ, 21.12.1998, №51, ст. 6270.

9. Федеральный закон от 31.05.2002 №63-ФЗ (ред. от 20.12.2004) «Об адвокатуре и адвокатской деятельности в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ, 10.06.2002, №23, ст. 2102.


Основная литература

1. Гражданский процесс: учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция» / [Абушенко Д.Б. и др.]; отв. ред. – В.В. Ярков. – 5-е изд., перераб. и доп. – М.: Волтерс Клувер, 2005.

2. Гражданское процессуальное право: Учебник / С.А. Алехина, В.В. Блажеев и др.; Под ред. [М.С. Шакарян]. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2004.

3. Гражданское процессуальное право (Гражданский процесс). Практикум: Учебно-методическое пособие. – М.: Военный университет, 2007. – 6,63 п.л.

4. Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. – М.: ООО «Городец-издат», 2003.

5. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР под редакцией М.К. Треушникова, М., «Спарк», 2001 г.

6. Комментарий к постановлениям Пленума Верховного Суда РФ по гражданским делам, М. Юристъ, 1999 г.

7. В.И. Миронов «Гражданское процессуальное право России» (курс лекций), М., ЗАО «Бизнес-школа»

8. В.И. Миронов – Комментарий проектов о реформировании гражданского судопроизводства, М.Р. Валент, 2001 г.

Дополнительная литература

1. Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса. М., 1913.

2. Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., 2003.

3. Гражданский процесс: Учебник / Под ред. В. Яркова. М., 2004.

4. Советский гражданский процесс /Под ред. М.А. Гурвича М., 1967.

5. Зейдер Н.Б. Рецензия на книгу В.К. Пучинского «Признание стороны в советском гражданском процессе». // Советское государство и право. 1956. №10.

6. Жеруолис И. Сущность советского гражданского процесса. Вильнюс, 1969.

7. Клейнман А.Ф. Советский гражданский процесс. М., 1954.

8. Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуаль-ном праве. Саратов, 1970.

9. Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1950.

10. Алексеев С.С. Общая теория права: Курс в 2 т. Т. 2. М., 1981–1982.

11. Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права. М., 1963.

12. Гражданское право: Учебник /Под ред. Ю.К. Толстого и А.П. Сергеева. Ч. 1. СПб., 1999.

13. Гражданский кодекс РФ. Ч. 1 и 2. М., 2005.

14. Красавчиков О.А. Диспозитивность в гражданско-правовом регулирова-нии // Советское государство и право. 1970. №1.

15. Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений: Учеб. пособие. Свердловск, 1972.

16. Молчанова Т.Н. Диспозитивность в советском гражданском праве. Свердловск, 1972.

17. Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права. Красноярск, 1985.

18. Чечот Д.М. Проблема защиты субъективных прав и интересов в порядке неискового производства: Автореф. дис…. д-ра юр. наук. Л., 1969.

19. Рязановский В.А. Единство процесса. М., 1996.

20. Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972.

21. Алексеев С.С. Предмет советского социалистического гражданского пра-ва. Свердловск, 1959.


[1] Советский гражданский процесс /Под ред. М.А. Гурвича М., 1967., с.35

[2] Зейдер Н.Б. Рецензия на книгу В.К. Пучинского «Признание стороны в советском гражданском процессе». // Советское государство и право. 1956. № 10, с. 141

[3] Жеруолис И. Сущность советского гражданского процесса. Вильнюс, 1969, с. 42-43

[4] Зейдер Н.Б. Рецензия на книгу В.К. Пучинского «Признание стороны в советском гражданском процессе». // Советское государство и право. 1956. № 10, с. 66

[5] Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуаль-ном праве. Саратов, 1970, с. 65

[6] Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., 2003, с. 45

[7] Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1950, 11

[8] Там же.

[9] Гражданское право: Учебник /Под ред. Ю.К. Толстого и А.П. Сергеева. Ч. 1. СПб., 1999, с. 9

[10] Красавчиков О.А. Диспозитивность в гражданско-правовом регулировании // Советское государство и право. 1970. № 1, с. 33

[11] Молчанова Т.Н. Диспозитивность в советском гражданском праве. Свердловск, 1972., с. 26

[12] Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса. М., 1913, с. 386

[13] Рязановский В.А. Единство процесса. М., 1996, с. 9

[14] Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972, с. 55-56

[15] Алексеев С.С. Предмет советского социалистического гражданского пра-ва. Свердловск, 1959, с. 271

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий