Развитие уголовного права в Новейшее время (стр. 1 из 5)

Введение

В последнее десятилетие история в целом и, в частности, история уголовного права стали предметом острейших дискуссий. К сожалению, споры обусловлены нередко не объективным анализом законодательства, а политизированным комментированием уголовно-правовой политики не по законам, а по суждениям о ней того или иного автора. Многие учебники различаются не только разницей в объеме исторических глав, но и оценкой законов. Несмотря на то, что закон – это политика, что уголовный закон всегда и везде охраняет господствующий режим власти, экономические, социальные отношения данного государства, историческая истина требует отказа от политизированности, субъективных пристрастий комментатора к тому или иному историческому периоду.

Помимо бескупюрного цитирования текста закона для уяснения его смысла значимы законопроектные материалы. Действенность уголовного закона характеризуют также правоприменительная практика и уголовная статистика, официальная и научно-исследовательская. Последняя показывает, насколько эффективен закон в противостоянии преступности.

Значение историко-сравнительного анализа уголовного законодательства состоит в выявлении стабильных тенденций его эволюции. Такие тенденции позволяют относительно достоверно прогнозировать дальнейшее развитие уголовного законодательства. Такой анализ весьма продуктивен и в совершенствовании уголовного законодательства. Известно, что процесс усовершенствования закона постоянен. Исторический опыт позволит «не изобретать велосипед», а в полной мере использовать его.

Периодизация истории российского законодательства в XX в. неоднозначно излагается в учебниках по истории государства и права. Различия не только во временных параметрах дифференциации, но и в их оценке, нагляднее всего выраженной в озаглавливании этапов. Так, в курсе лекций «История государства и права России» периодизация рубрицируется по шести этапам: I – период перехода к буржуазной монархии; II – период буржуазно-демократической республики; III – период социалистической революции и создания Советского государства; IV – период перехода от капитализма к социализму; V – период государственно-партийного социализма (1930 – начало 60-х гг.); VI – период кризиса социализма[1] .

Авторы учебника «История отечественного государства и права» выделяют семь периодов развития Советского государства и права: I – создание советского права (окт. 1917–1918); II – право в период гражданской войны и интервенции (1918–1920); III – советское право в период нэпа (1921–1929); IV – советское право в период коренной ломки общественных отношений (1930–1941); V – советское право в период Великой отечественной войны (1941–1945); VI – советское право в период послевоенного восстановления и развития народного хозяйства (1945–1965); VII – советское право в период либерализации общественных отношений (середина 60-х гг.); VIII – советское право в период замедления темпов роста общественного развития (70–80-е гг.); IX – право в период реставрации капитализма (1991 г. – по настоящее время)[2] .

Любая периодизация имеет право на существование. Однако, думается, что наиболее точно было бы историю ХХ века любого государства периодизировать по годам правления тех лиц, которые стояли у власти. Тем более это справедливо в тех государствах, где власть таких лиц огромна. Прежде всего это относится к монархическими и командным странам. Кроме того, надо учитывать и то, что первая и вторая половина ХХ века существенно отличались друг от друга по очень многим параметрам, поэтому более масштабно следует разделять историю развития того или иного государства в ХХ веке на две половины.

В данной работе рассматриваются особенности развития уголовного права в России в ХХ века с учетом изложенных оснований по периодизации этого исторического отрезка.

1 . Развитие уголовного права России в первой половине ХХ века

1.1 Становление советского уголовного законодательства

В период проведения вооруженного переворота (1917–1919 гг.) источниками уголовного права служили обращения к населению правительства, постановления съезда Советов, декреты, наказы местных Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, инструкции Наркомюста, а также судебная практика. В первую очередь правовыми актами регламентировалась ответственность за наиболее тяжкие и распространенные преступления – спекуляцию, взяточничество, контрреволюционные преступления. В декретах о суде и революционных трибуналах также определялись наказания за целый ряд преступлений. Однако находилось место и для норм Общей части уголовного законодательства. Например, нормы о соучастии, покушении на преступление содержались в декретах 1918 г. о взяточничестве, о спекуляции, о набатном звоне.

Первый же уголовно-правовой акт, содержащийся в Декрете о земле, принятый II Всероссийским съездом Советов 26 октября 1917 г., раскрывал социальное понятие преступления: «Какая бы то ни было порча конфискованного имущества, принадлежащего отныне всему народу, объявляется тяжким преступлением, караемым революционным судом». Была осуществлена и первая классификация преступлений на две категории: контрреволюционные, особо тяжкие и все иные. За первую группу преступлений устанавливалась санкция не ниже соответствующего срока лишения свободы, за вторую – до определенного срока.

В течение нескольких месяцев после революции Декретами о суде №1 от 24 ноября 1917 г. и №2 от 7 марта 1918 г. разрешалось применение судами дореволюционного уголовного законодательства, если оно не отменялось революцией и не противоречило революционной совести. Фактически же местные народные суды дореволюционное законодательство, как правило, не применяли. Чаще на него ссылались вышестоящие окружные суды, где работали профессиональные юристы.

Декрет о суде №3 от 3 ноября 1918 г. уже не содержал положения об использовании законов свергнутых правительств. Советское уголовное законодательство исторически складывалось путем слома царского законодательства и создания новой системы права. Такого рода законодательство невозможно было механически инкорпорировать в советское уголовное законодательство. 19 декабря 1917 г. инструкцией Наркомюста, обобщившего первый месячный опыт судебной практики, судам был предложен циркуляр «О революционном трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаниях и о порядке ведения его заседаний». В нем рекомендовалось восемь видов наказаний за тяжкие преступления, дела о которых были подсудны трибуналам: денежный штраф; лишение свободы; удаление из столицы, из отдельных местностей, из пределов Российской республики; объявление общественного порицания; объявление врагом народа; лишение всех или некоторых политических прав; секвестр или конфискация имущества; присуждение к обязательным общественным работам.

Важным этапом развития советского уголовного законодательство встало событием явилось принятие в марте 1919 г. Программы РКП(б), а в декабре 1919 г. – Руководящих начал по уголовному праву РСФСР. Уголовная политика в программе определялась как коренное изменение наказания: широкое применение условного осуждения, введение такой меры наказания, как общественное порицание, замена лишения свободы обязательным трудом с сохранением свободы (исправительно-трудовые работы), замена тюрем воспитательными учреждениями и введение товарищеских судов. Руководящие начала по уголовному праву РСФСР, изданные Наркомюстом, имели нормативную силу как своего рода прототип Общей части будущего УК РСФСР. Они состояли из восьми разделов и преамбулы. I раздел – об уголовном праве и его задачах; II– о правосудии, III– о преступлении и наказании; IV– о стадиях осуществления преступления; V– о соучастии; VI– виды наказания; VII– об условном осуждении; VIII– о пространстве действия уголовного права.

В Руководящих началах давалось социальное (материальное) понятие преступления, которое сочеталось с юридическим признаком. Пункт 5 гласил: «Преступление есть нарушение порядка общественных отношений, охраняемого уголовным законом», пункт 6 развивал дефиницию преступления: «Преступление как действие или бездействие, опасное для данной системы общественных отношений, вызывает необходимость борьбы государства с совершившими такие действия или допустившими такое бездействие лицами (преступниками)». Как видим, уже в первом обобщении определения преступления были названы его необходимые признаки: общественная опасность (для данной системы общественных отношений), противозаконность действия (бездействия). Преступниками назывались лишь лица, совершившие такие действия или допустившие такое бездействие.

В Руководящих началах отсутствовала норма, прямо определявшая вину и ее формы. Произошло это потому, что при составлении Руководящих начал возобладала точка зрения разработчиков, отождествлявших принцип вины с теорией возмездия и воздаяния за вину классической школы уголовного права. Однако в п. 3 ст. 12 о смягчающих и отягчающих наказание обстоятельствах указание на неосторожную форму вины имелось. Правда, в статье о покушении неверно связывалась наказуемость лица не с опасностью содеянного, а с опасностью покушавшегося лица. Такая позиция входила в явное противоречие с понятием преступления, а также с интересной и верной нормой об индивидуализации наказания. Пункт 11 гл. III Руководящих начал предлагал суду при назначении наказания оценивать «степень и характер» (свойство) опасности для общежития как самого преступника, так и совершенного им деяния. В этих целях суд, не ограничиваясь изучением всей обстановки совершения преступления, должен был определять опасность преступника, поскольку таковая выявлялась в совершенном им деянии и его мотивах и поскольку возможно уяснить ее на основании его образа жизни и прошлого. Столь обстоятельное определение личности преступника, к сожалению, было впоследствии законодателем утрачено.


Copyright © MirZnanii.com 2015-2018. All rigths reserved.