регистрация / вход

Расследование злоупотребления должностными полномочиями

Понятие и криминологическая характеристика злоупотребления должностными полномочиями. Законодательство о преступлениях против интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления. Объективные и субъективные элементы преступления.

Оглавление

Введение

Глава I. Понятие и криминологическая характеристика злоупотребления должностными полномочиями

§1. История развития законодательства о преступлениях против интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления

§2. Понятие злоупотребления должностными полномочиями

Глава II. Юридический анализ состава преступления - злоупотребления должностными полномочиями

§1. Объективные элементы преступления

§2. Субъективные элементы преступления

§3. Квалифицирующие и особо квалифицирующий признаки состава преступления

Глава III. Вопросы применения нормы о злоупотреблении должностными полномочиями

§1. Отграничение злоупотребления должностными полномочиями от превышения должностных полномочий

§2. Отграничение злоупотребления должностными полномочиями от злоупотребления полномочиями

§3. Квалификация злоупотребления должностными полномочиями при конкуренции норм

Заключение

Список источников и литературы


Введение

Актуальность темы исследования. Проблема злоупотребления должностными полномочиями должностными лицами в органах государственной власти и местного самоуправления является одной из наиболее актуальных для российского общества. Анализ криминогенной обстановки в стране в указанной области свидетельствует о том, что в прошедшие годы коррумпированность должностных лиц сдерживают социально-экономические реформы в Российской Федерации. Как правильно отмечает П.С. Яни: «...стоит ли обсуждать пути наиболее действенного применения закона, если общество буквально пронизано, а может быть, и связано прочными нитями коррупции? Разорви, думаешь порой, эти нити, и оно - наше общество - в своем нынешнем виде распадется, разрушится»[1] .

Во-первых, новое законодательство - УК РФ 1996 года. Ст. 170 УК РСФСР 1960 года в УК РФ разделена на две статьи: 285 и 201, относящиеся к разным главам уголовного законодательства. Уголовный кодекс РФ, по-новому решил проблему ответственности за злоупотребления должностными полномочиями. В нем разграничены преступления публичных служащих, посягающих на интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления и лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях, не являющихся государственными и муниципальными учреждениями. Кроме того, в УК РФ сформированы составы ряда преступлений, отсутствовавших в прежнем уголовном законодательстве. Мы согласны с точкой зрения Б.В. Волженкина о том, что законодательные новеллы требуют серьезного научного осмысления, решения подчас непростых вопросов отграничения одной группы служебных преступлений от другой и иных квалификационных проблем[2] .

Во-вторых, недостаточная разработанность указанной нормы в теории уголовного права. Даже П.С. Яни отмечает, что применение уголовно-правовых норм об ответственности за злоупотребления по службе на протяжении десятилетий вызывает споры в науке и на практике[3] .

В-третьих, необходимость криминологической характеристики злоупотребления должностными полномочиями, лиц, их совершающих, и важность предупреждения данного вида преступления. Как отмечает В.В. Прудников, «на основе криминологической характеристики определяется круг обстоятельств, имеющих значение для расследования, общие положения о предмете доказывания наполняются конкретным содержанием, обусловленным характером преступления»[4] .

Данный вид преступления характеризуется особой общественной опасностью, которая выражается в следующем:

- совершая указанное преступление, должностное лицо подрывает авторитет органов государственной власти и местного самоуправления;

- причинение социально опасных последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан и организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.

Как показывает отечественный исторический опыт борьбы с должностными преступлениями и передовой опыт зарубежных стран, уголовно-правовые меры охраны общественных отношений в рассматриваемой сфере при их должном политическом, социально-экономическом и нормативном обеспечении являются наиболее эффективными. П.С. Яни отмечает: «Никакие этические соображения не могут сравниться по силе предупредительного воздействия с опасением чиновника быть разоблаченным и наказанным. Честность чиновничества (не отдельного чиновника) должна постоянно подкрепляться страхом перед хорошо работающим прокурором. Особенно в России, где нищие служащие испытывают огромные искушения и не стеснены ни общественной, ни религиозной моралью»[5] .

При этом указанные меры должны постоянно корректироваться, совершенствоваться и соответствовать изменениям условий внешней среды. В противном случае они утрачивают свою актуальность и эффективность.

Анализ литературы, существующей нормативно-правовой базы, результатов деятельности оперативных и следственных органов, а также судебной практики показал, что уголовно-правовой и криминологический аспекты злоупотребления должностными полномочиями в полном объеме не исследованы. Имеющиеся по этой проблеме данные не упорядочены, разнородны по форме, содержанию и источникам и зачастую противоречивы.

Изложенные выше обстоятельства определили выбор темы настоящего исследования и, как представляется, могут свидетельствовать о её актуальности и важном практическом значении.

Степень разработанности темы исследования. Проблема злоупотребления должностными полномочиями исследовалась известными учеными, такими как: А.Я. Аснис, Н.А. Беляев, Д.П. Водянников, Б.В. Здравомыслов, В.В. Орехов, Г.И. Борзенков, В.С. Комиссаров, Н.И. Ветрова, Ю.И. Ляпунова, А.С. Горелик, А.Н. Игнатов, Ю.А. Красиков, П.О. Ключевский, И.Я. Козаченко, В.М. Лебедев, А.В. Наумов и другими, которые внесли определенный вклад в разработку проблемы борьбы со злоупотреблением должностными полномочиями. Однако, в силу многоаспектности проблемы и ее сложности, в работах указанных ученых разрешены далеко не все вопросы, что обусловливает необходимость дальнейшего комплексного ее исследования с целью повышения эффективности применения уголовно-правовых, общих и специальных криминологических мер, направленных на предупреждение данного негативного явления.

Цель исследования - разработка рекомендаций по совершенствованию законодательства об ответственности за злоупотребление должностными полномочиями и практики его применения.

Для достижения этих целей были поставлены следующие задачи:

- обосновать необходимость разработки рекомендаций по совершенствованию законодательства об ответственности за злоупотребление должностными полномочиями;

- провести анализ уголовных дел по ст. 285 УК РФ за период 2005 г. - 2008 г., возбужденных на территории Российской Федерации;

- провести юридический анализ состава преступления злоупотребление должностными полномочиями, и дать оценку его действующей конструкции;

- изучить криминологическую характеристику лиц, совершивших злоупотребление должностными полномочиями, и дать рекомендации правоохранительным органам по профилактике данного преступления;

- исследовать причины и условия злоупотребления должностными полномочиями;

- провести опрос работников криминальной милиции, прокуратуры и суда по проблемам правоприменительной практики ст. 285 УК РФ;

- разработать предложения по совершенствованию уголовного закона об ответственности за злоупотребление должностными полномочиями.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, связанные с уголовно-правовым противодействием злоупотреблению должностными полномочиями.

Предметом исследования являются: правовая норма, предусматривающая ответственность за злоупотребление должностными полномочиями, судебная практика, теоретические концепции ученых-правоведов по данной теме.

Методология и методы исследования. Методологической основой исследования является диалектико-материалистический метод познания. В процессе работы использовались историко-юридический, сравнительно-правовой, формально-логический, статистический и социолого-правовой методы исследования.

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что настоящая работа способствует всестороннему изучению и разработке проблем уголовно-правовой и криминологической характеристик злоупотребления должностными полномочиями, теоретическому обоснованию решения вопросов квалификации данного вида преступления и его отграничения от смежных составов преступлений.

Практическая значимость исследования заключается в том, что в нем предложены пути решения ряда вопросов, возникающих в ходе реализации рассматриваемой нормы о злоупотреблении должностными полномочиями.

Структура работы. Структура работы предопределена целями и задачами исследования и включает в себя введение, три главы, заключение, список источников и литературы.


Глава I. Понятие и криминологическая характеристика злоупотребления должностными полномочиями

§1. История развития законодательства о преступлениях против интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления

Проступки, совершаемые должностными лицами против интересов государства, были известны еще в Древнем Риме. Гай Юлий Цезарь, будучи императором, строго наказывал за должностные преступления, совершенные против интересов власти, изгоняя из сенаторского сословия виновных и лишая их половины всего имущества. Анализ правовых документов того периода позволяет, прежде всего, утверждать, что уголовные законы преследовали единственную цель – возможность максимальной уголовно – правовой защиты неограниченной власти монарха.

Период IX столетия на Руси характеризуется неограниченной властью князя над населением той местности, где он имел «княжий стол». По мере развития государственности возникли «кормленые округа», в которых правили воеводы, назначаемые князьями. Для предупреждения возможных злоупотреблений с их стороны князья выдавали им уставные грамоты. В них определялись размеры «кормов» и пошлин, взимаемых с населения. Сбор налогов сверх размеров, указанных в грамотах, считался нарушением. Данные грамоты можно назвать по своему содержанию чем – то вроде должностных полномочий воеводы, а взимание налогов сверх нормы – выходом за рамки этих полномочий. Но воеводе запрещалось только одно: превышать размеры сборов, во всем же остальном действия его не ограничивались. Вся полнота судебной и исполнительной власти была в его руках, в том числе и выполнение полицейских функций[6] . Попирая права и интересы личности самым жестоким образом, государство лишь заботилось о том, чтобы данный произвол узаконить. Русская Правда, по мнению И.А. Исаева, была «издана преимущественно для простолюдинов, то есть смердов, закупов, холопов, простых варягов. Бояре же и огнищане большей частью не подлежали суду по Русской Правде, а, вероятно, подвергались ответственности по личному усмотрению князя»[7] .

Изложенное свидетельствует о том, что на раннем этапе развития государственности Руси, в период появления уголовных законов, существовала ответственность за должностные злоупотребления: превышение власти, использование ее в корыстных целях, взяточничество. Объектом уголовно–правовой охраны являлись только интересы государства, ответственность наступала лишь при наличии вреда, причиненного правящей верхушке: воеводам, князьям и др. Объем и вид должностных полномочий определялся в основном по личному усмотрению правителя. В части, касающейся превышения власти по отношению к личности, произвол был неограничен.

Развитие общественных отношений в Российском государстве потребовало изменения судебной системы. В связи с этим в 1497 г. был принят Судебник, по которому стало вершиться правосудие на Руси. Этот законодательный акт впервые запретил получение материальных ценностей (посул) при ведении судебных дел и рассмотрении жалоб государственными чиновниками[8] . Под посулами понималось получение должностным лицом, осуществляющим правосудие или разрешающим спор гостинцев, поборов, подносов[9] .

Вопросы уголовной ответственности проявления корыстных злоупотреблений по службе нашли отражение в принятом 1649 г. Соборном уложении.

Например, ст.16 главы Х «О суде» Соборного уложения устанавливалась уголовная ответственность за вымогательство взятки должностными лицами судебных органов (дьяками и подьячими) путем волокиты при рассмотрении ими жалобы или заявления с целью получения, не предусмотренного законом вознаграждения за их разрешение в установленном законом порядке. Наказание за совершение данной формы корыстного злоупотребления по службе назначалось следующее: должностное лицо судебных органов, виновное в совершении этого преступления, обязано было заплатить лицу, обратившемуся с жалобой или заявлением на волокиту, по две гривны в день с момента подачи заявления или жалобы о рассмотрении их дела в суде до дня обращения с жалобой на должностное лицо. Кроме того, подьячие подвергались битью кнутом, а дьяки – батогами[10] .

Соборное уложение 1649 г. значительно расширило и обогатило законодательство России, но не обеспечило надлежащей дисциплины при рассмотрении в суде жалоб и заявлений со стороны судебных чиновников. Свидетельством тому могут служить примеры служебных злоупотреблений периода 1665 –1673гг., приведенные П.А. Кабановым. Ссылаясь на переписку боярина Шереметьева, он указывает на такие факты: «Гетман Иван Мартинович очень корыстолюбив, он требует пошлины 1000 рублей от грека Ивана Тамару».[11] Здесь же Шереметьев приводит и другой пример: 4 мая 1666 г. епископ Мефодий приносит ему в почесть 100 рублей, но он от этих денег отказывается, так как расценивает их как предложение взятки[12] .

Существенные изменения претерпело уголовное законодательство России об ответственности за должностные правонарушения в период правления царя Петра I, который, встав во главе государства, был очень встревожен продажностью государственных служащих.

Учитывая распространённость взяточничества как наиболее опасной формы корыстного злоупотребления по службе и его опасность для проводимых в Российском государстве реформ, Указом от 23 августа 1713 г. Пётр I ввёл наряду с получением взятки уголовную ответственность за дачу взятки[13] . Указ гласил: «Для предотвращения впредь подобных явлений: Велю, как взявших деньги, так и сдавших положить на плаху, и от плахи подняв, бить кнутом без пощады и сослать на каторги в Азов с женами и детьми и объявить во все города, села и волости: кто сделает это впредь, тому быть в смертной казни без пощады»[14] .

Так же в этот период Петром I, были созданы правоохранительные органы, обеспечивающие контроль за деятельностью должностных лиц, - фискалы, - сами были далеко не бескорыстны в своей служебной деятельности. Так, ярославский провинц-фискал Попцов в период нахождения на должности получал взятки от нижестоящих фискалов и других лиц. За совершение этих преступлений он был приговорен к смертной казни и казнен. Вслед за ним был арестован за получение от него взяток, а именно часов стоимостью 120 рублей и денег в сумме 300 рублей, обер – фискал Алексей Нестеров. В результате проведенного Сенатом расследования выяснилось, что он, кроме этого, получил от воеводы сибирского Лариона Воронцова деньги в сумме 500 рублей, стали известны и другие его корыстные злоупотребления по службе, за совершенные преступления он был приговорен к смертной казни и казнен[15] .

Рассматривая приведенные выше факты о совершенных корыстных злоупотреблениях по службе, можно сделать вывод о том, что взяточничество и другие формы корыстных злоупотреблений по службе в органах государственной власти и управления процветали, ими были пронизаны не только низовые звенья государственного аппарата, но и высшие. Ущерб от них был очень велик, несмотря на принятые меры со стороны главы Российского государства. По-видимому, процветание данной категории преступности было обусловлено объективными причинами, коренящимися в основе проведения реформ.

5 февраля 1724 г. Пётр I издаёт очередной Указ об ответственности за совершение должностных преступлений, где объектом этого преступления он указывает интересы государства и государственной службы. Наказание за совершение должностных преступлений назначалось в виде смертной казни с конфискацией всего имущества[16] .

Таким образом, уголовное законодательство эпохи Петра I значительно повысило ответственность должностных лиц. Личность, её права и свободы в объект уголовно-правовой охраны должностного преступления не входили. Но и всё сделанное было шагом вперёд.

После смерти Петра I за совершение актов коррупции в формах лихоимства, вымогательства и хищения государственной казны лица, виновные в их совершении, наказывались значительно мягче.

В период правления Екатерины II была разграничена власть одного лица, следствием которой являлась децентрализация органов различных ведомств, значительный объем властных полномочий, которых был передан в губернии, уезды, где созданы, были исполнительнее органы (губернская палата) и судебные (уездная палата). Создается Совестный суд, в задачи которого входило обеспечение охраны неприкосновенности личности, ограждение её, от всякого рода должностных злоупотреблений. Это в известной степени стало препятствовать административному и судебному произволу. В законах появились нормы, требовавшие соблюдения законности в поведении должностных лиц, во взаимоотношениях с людьми любого чина и звания[17] . Впервые были даны ясные и четкие определения понятий о преступлении, формах виновности, соучастии, необходимой обороне и т.п. В отношении должностных злоупотреблений: взяточничество было отнесено к преступлениям, посягающим на «разрушение союза между гражданином и государством хранимого»[18] . Остро поставлена задача охраны прав граждан при обязательном и строгом соблюдении их интересов и законов (ст. 224 Наказа), а также в связи с этим повышена ответственность государственных органов.

Можно утверждать, что именно с данного периода было положено начало государственной политики в развитии уголовно – правовых норм, предусматривающих уголовную ответственность должностных лиц за превышение власти или служебных полномочий.

С принятия в 1497 г. Судебника к началу XIX в. в российском законодательстве об ответственности за корыстные злоупотребления по службе произошли существенные изменения. Из преступлений, направленных против правосудия, взяточничество было признано в качестве преступления против интересов государства и интересов служебной деятельности. Наказание за совершение этого преступления претерпело существенные изменения от штрафа в размере трёхкратной стоимости принятого до смертной казни с конфискацией имущества (при Иване Грозном и Петре I). Однако в последующие годы санкции за совершение этих преступлений значительно смягчились. Во время проведения реформ на первое место ставились интересы государства, в периоды нормального развития государственности на первый план выходили интересы личности.

Систематизация российского законодательства, проведённая при Николае I, в области уголовного права завершилась изданием в 1845г. Уложения о наказаниях уголовных и исправительных. Оно было создано в результате соединения наскоро переработанных специальной комиссией актов времён правления Алексея Михайловича, Петра I, Екатерины II, включённых в Свод законов Российской империи, а также норм некоторых уголовных кодексов европейских стран[19] .

Необходимо отметить, что Уложение устанавливало льготы, которые были и в Своде законов, по освобождению от телесных наказаний должностных лиц (на время состояния на службе)[20] .

Демократические преобразования государства и всех его устоев требовали законодательного установления режима законности и обеспечения его мерами уголовно-правового характера. В свою очередь, это требовало определения четких границ полномочий должностных лиц, в том числе полицейских чиновников, и установления за возможное их превышение уголовной ответственности. Политика российского правительства, направленная на создание правовых основ и гарантий соблюдения, гражданских прав и свобод, освобождаемых от крепостного права крестьян, получила свое закрепление в вышеназванном Уложении 1845г., которое рассматривало должностное превышение власти уже в качестве самостоятельного состава преступления. Уголовно-наказуемым признавалось виновное совершение должностным лицом действий по службе, на которые оно не было уполномочено ни законом, ни распоряжением органа власти.

Правовым основанием формирования властных и служебных полномочий должностного лица являлись существующие закрепления законов, уставы, даваемые им наставления от начальства. Запрещалось совершать действия с присвоением прав, на которые нужно было разрешение высшего начальства. В качестве преступления рассматривалось и покушение на превышение власти[21] .

Принятие Уложения о наказаниях уголовных и исправительных в новой редакции 1866 г. принципиально не изменило содержания правовых норм, регулирующих ответственность за преступления против власти. Несовершенство определённых статей действовавшего законодательства давало возможность оставаться безнаказанными большому кругу должностных лиц органов государственной власти и управления. По этой проблеме на страницах периодических изданий стали высказываться критические замечания и вноситься предложения по совершенствованию законодательства. В частности, критиковалось положение ст.379 ч. 2 Уложения, где субъектами преступления могли быть только должностные лица волостного и сельского управлений за незаконный сбор денег на угощение чиновников и присвоившие их полностью или частично. Однако не привлекались по этой статье за те же действия городские головы, виновные в сборе денег для угощения сановных особ, например, губернатора или архиерея, и присвоившие часть денег[22] .

Анализируя материалы статей, опубликованных в средствах массовой информации конца XIX и начала XX вв., можно предположить, что в данный период за злоупотребления по службе в основном привлекали к уголовной ответственности представителей исполнительной власти, не имеющих ответственного должностного положения[23] .

Важным этапом в истории развития уголовного законодательства России был длительный период - с 1881 по 1903г. - (именуемый в литературе тех лет «перестройкой») подготовки нового Уголовного уложения, утверждённого 22 марта 1903г. Углубление классовых противоречий обусловило эволюцию и уголовного законодательства. Новый уголовный закон полностью не был введён в действие, поскольку при постатейном его обсуждении проявились противоречия между депутатами по некоторым нормам. Несмотря на то, что закон был принят со многими изъятиями, в нём содержится немало прогрессивного в части рассматриваемой проблемы. Так, значительно была расширена уголовная ответственность должностных лиц за различные нарушения по службе. В гл.37 «О преступных деяниях по службе государственной и общественной» сформулирован 51 состав, содержащий уголовную ответственность данной категории лиц[24] .

В Уголовном уложении 1903 г. было также дано законодательное определение понятия должностного лица, под которым понималось «всякое лицо, несущее обязанности или исполняющее временное поручение по службе государственной или общественной, в качестве должностного лица или полицейского, или иного стража, или служителя, или сельского, или мещанского управления».

В начале XX в. в период бурных экономических и государственных преобразований вновь встал вопрос об установлении ответственности высших государственных должностных лиц за злоупотребления по службе, превышение власти, её бездействие, должностной подлог, взяточничество и т.п. В проекте основного государственного закона, выработанном Союзом «Освобождение», было предложено установить ответственность за «умышленное нарушение основного государственного закона, а также за нанесение тяжкого ущерба интересам государства превышением, бездействием или злоупотреблением власти».[25] Предлагалось, чтобы для привлечения данной категории лиц был создан особый суд, действовавший на основе специального закона. Эта проблема получила широкое освещение в научной литературе того периода, но законодательного разрешения так и не нашла.

Сравнивая содержание Русской Правды с военно-уголовным законодательством Петра I, затем, анализируя уголовные законы эпохи Екатерины II, Александра I, Александра II и Николая II, следует заметить, что нормы о привлечении к уголовной ответственности за злоупотребления по службе развивались от реформы к реформе, первоначально обеспечивая охрану государственных интересов, затем, включая в этот объект деятельность государственного аппарата, общественные блага и, наконец, личность с ее правами и свободами. К 1917 г. развитие этих норм получило свое завершение, эффективность их применения зависела от государственной политики, от степени ответственности государства перед гражданином в стремлении сохранить достигнутый уровень прав и свобод.

С первых дней Советской власти действие уголовных и иных законов Российского государства было прекращено, и на смену им были предложены декреты, постановления, основным содержанием которых был призыв «арестовывать и передавать революционному суду народа всякого, кто посмеет вредить народному делу, будет ли такой вред проявляться в саботировании и вообще в каком бы то ни было сопротивлении великому делу мира, целью которого является твердая и неуклонная победа социализма, которая даст народам прочный мир и избавление от всякого гнета и от всякой эксплуатации»[26] . Для проведения государственных решений в жизнь была создана Всероссийская чрезвычайная комиссия, наделённая правом принятия нормативных актов, имеющих силу закона и обязательных для исполнения всеми учреждениям, должностными лицами и гражданами. Была введена практика административных арестов граждан, а в последующем и административных расстрелов, применять которые имели право не только органы ВЧК, но и их комиссии на местах. Правовой основой для производства таких арестов могли быть обычные указания членов ВЧК либо членов СНК. Эти указания получали форму многочисленных записок, содержание которых красноречивее всего объясняют происходящие в тот период события и состояние законности в государстве, в деятельности должностных лиц, представляющих его на местах. Должностное злоупотребление расценивалось как бездействие власти либо попустительство и превышение власти, которые приравнивались к государственной измене. Характерно высказывание Н. Бухарина, сделанное им в 1914 г., что «чуть ли не вся страна управляется такими «записками»[27] , в которых содержатся указания о массовых нарушениях прав человека: «Чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели думать»[28] . Для реализации данных целей были созданы революционные трибуналы. Их компетенция была определена Декретом о суде № 1, который определял их полномочия и систему[29] , послужившие основой массовых нарушений прав и интересов личности. Складывающаяся ситуация вызвала бурный протест со стороны видных умов русской интеллигенции, которые осуждали такую политику и тактику большевиков[30] .

Превышение власти, нарушение законности прав и интересов граждан в те годы покрывалось революционными идеями, различного рода лозунгами, «социалистической целесообразностью». Не месть, а классовая целесообразность, интересы трудящихся в целом - вот что кладется в основу борьбы с должностными преступлениями. Выработанные многовековым историческим развитием нормы уголовного права России были преданы забвению. Право было отвергнуто и заменено политическими, антинародными решениями, от которых общество получило неизгладимый вред[31] .

Между тем ради исторической объективности и справедливости необходимо проанализировать развитие советского уголовного законодательства с учетом исследуемых проблем, тем более что и в нём были позитивные аспекты борьбы с должностными злоупотреблениями. В научной литературе тех лет было принято рассматривать понятие должностного лица в широком смысле, так как по самому духу советского строя всякий служащий, занимая определенное место, выполняет задачи государственного характера, то с точки зрения современного строя всякий служащий является в то же время должностным лицом, как бы ни была незначительна его функция в общей системе управления. Должность - есть известное место по службе. Поэтому и занимающиеся чисто механическим трудом, например, перепиской бумаги, печатанием на пишущей машинке, несущие служительские обязанности в виде курьеров, рассыльных, сторожей и т.п. являются должностными лицами в широком смысле этого слова. Каждому из этих лиц отводятся известные функции, и каждое из них несёт определенные служебные обязанности и может нарушать их, сделаться субъектом преступления по службе[32] .

Подобное мнение (а оно было распространенным) объяснялось политической обстановкой и проводимой государством уголовной политики, основной целью которого было закрепление проводимого властью террора, опиравшегося на революционное правосознание и революционную совесть. Согласно ст. 27 УК РСФСР 1922 г. должностные преступления относились к деяниям, направленным против нового порядка, и содержали суровые санкции: 10 лет лишения свободы, а при отягчающих обстоятельствах - расстрел. Обязательным признаком объективной стороны превышения власти Верховный суд РСФСР рассматривал угрозы, используемое оружие, насилие либо особо мучительные и оскорбляющие достоинство потерпевших действия[33] .

Данные признаки остались неизменными и в УК РСФСР 1960 г. Уход от эпохи, в которой царило безвластие права и всевластие государства, превратившего жизнь людей в ад репрессивного тоталитаризма, уравнительной нищеты, необходим, и начавшееся движение вперед не может уже остановиться. Первый съезд народных депутатов СССР признал необходимость «решительного поворота внимания к человеку, к дальнейшей демократизации и гумманизации всех сфер общественной жизни, ее духовному обновлению, последовательному проведению принципа социальной справедливости»[34] . В этом направлении сделано немало. Ратифицирована Всеобщая декларация прав человека (от 10 декабря 1948 г.), Международный пакт о гражданских и политических правах (от 16 декабря 1966г.). На третьем съезде Верховным Советом РСФСР 22 ноября 1991 г. была принята Декларация прав и свобод человека и гражданина, которой права и свободы человека, его честь и достоинство объявлены высшей ценностью общества и государства. Всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. где принята Конституция Российской Федерации, которая закрепила основы конституционного строя, права и свободы человека и гражданина, федеративное устройство, организацию высших органов власти. В соответствии со ст.10 государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Для поддержания нормального правового режима и законности в 1994 г. принят Федеральный закон «О Конституционном суде Российской Федерации», в цели и задачи которого входит охрана суверенитета народов России, защита конституционного строя, основных прав и свобод человека, прав и законных интересов граждан и юридических лиц, поддержание верховенства и непосредственного действия Конституции Российской Федерации на всей территории России[35] . Существенным вкладом в формирование демократических начал государства является принятый 6 июля 1991 г. Закон «О местном самоуправлении в РСФСР»[36] , определивший полномочия местных органов власти и управления и их должностных лиц. Это, в свою очередь, определило роль местных органов власти и управления. Шагом вперёд в строительстве действительной правоохранительной системы явилось принятие 18 апреля 1991 г. Закона РФ «О милиции»[37] , деятельность которой строится на принципах законности, гуманизма, гласности, на уважении прав человека.

В связи с введением в действие с 1 января 1997г. Уголовного кодекса РФ 1996г. существенно изменилось законодательство о должностных преступлениях (последние, помимо всего прочего, получили новое название - преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления). Но по сей день, возникают вопросы толкования, казалось бы, давно известных понятий, допускаются ошибки в применении ст.ст. 285, 286, 290–293 УК РФ.

В соответствии со ст. 285 УК РФ злоупотребление должностными полномочиями – это «использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства».

§2. Понятие злоупотребления должностными полномочиями

История государственной власти, начиная от произвола вождей и заканчивая разделением властей в современных условиях, есть, в действительности, борьба народа с произволом и злоупотреблениями власть предержащих. С целью ограничить произвол власть имущих выдвигались идеи правления законов, но не правителей, а для пресечения злоупотреблений была разработана теория разделения властей. Ш.Л. Монтескье писал: «Известно уже по опыту веков, что всякий человек, обладающий властью, склонен злоупотреблять ею, и он идет в этом направлении, пока не достигнет положенного ему предела. А в пределе - кто бы мог подумать - нуждается и сама добродетель. Чтобы не было возможности злоупотреблять властью, необходим такой порядок вещей, при котором различные власти могли бы взаимно сдерживать друг друга»[38] .

Данный тезис является актуальным и в настоящее время. На данный момент в демократических государствах закреплен принцип взаимной ответственности государства и гражданина. В частности, в Конституции Российской Федерации 1993 года он нашел свое отражение в ст. 52: «Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняется законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба».

В целях предотвращения злоупотреблению властью порядок функционирования органов исполнительной власти детально регламентирован в действующем законодательстве в соответствии с принципом «разрешено только то, что указано в законе». Однако, правовые нормы, как известно, носят общий характер, в них невозможно предписать решение всех возникших ситуаций в сфере государственного управления. Поэтому административным органам предоставляется право на выбор вариантов действия в рамках закона. Используя дискреционные полномочия, органы государственной власти обязаны, верно, оценивать факты по конкретному делу, правильно применять к установленным фактам действующие правовые нормы, не допускать при этом злоупотреблений властью.

На данный момент развития нашего общества вопрос о злоупотреблении властью является достаточно актуальным. Как правильно заметил А.А. Малиновский: «Вопрос о злоупотреблении властью - этот вопрос не только о способах реализации властных полномочий, но и о тех целях, которые преследует власть. В идеале власть, которой наделяется государственный орган (чиновник), дается ему обществом для выполнения функций в целях достижения общего блага, а не собственной выгоды или причинения социального зла. Если государственная власть не служит обществу, причиняя вред человеку - она осуществляется в противоречии с ее назначением»[39] .

Под злоупотреблением властью понимается ее использование в корыстных интересах, а также достижение поставленной цели не соответствующими ей средствами[40] .

Так, Кировским районным судом г. Самара 2008 г. Коробцов осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ к лишению права занимать должности с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями.

Он признан виновным в том, что, работая заместителем директора по учебной части государственного унитарного предприятия «Моторостроитель» и, являясь должностным лицом, злоупотребил своими должностными полномочиями из корыстной заинтересованности. В феврале 2008 г. в здании ООО «Моторостроитель» Коробцов при наборе учебной группы по подготовке водителей, пользуясь тем, что в его обязанности входило комплектование учебных групп, получил от Голубевой и Лукьянова по 1200 руб. за обучение и по 800 руб. за использование бензина. Зная, что Голубева и Лукьянов заниматься практической ездой не будут, полученные деньги за бензин в кассу не сдал и оставил себе, чем существенно нарушил права и законные интересы граждан.

Признавая Коробцова виновным в злоупотреблении должностными полномочиями из корыстной заинтересованности, суд первой инстанции пришел к выводу, что Коробцов, как заместитель директора по учебной части государственного унитарного предприятия, осуществлял административно-хозяйственные функции и являлся должностным лицом[41] .

Уголовным кодексом Российской Федерации 1996 года установлена ответственность за злоупотребление должностными полномочиями, которая предусмотрена ст. 285.

Злоупотребление должностными полномочиями - это преступление, которое является составной частью всего комплекса служебных преступлений, содержащихся в УК РФ 1996 года. А.Я. Аснис определил служебное преступление «как совершаемое лицом, занимающим служебное положение, в связи с этим положением посредством использования предоставленных ему прав или неисполнения возложенных на него обязанностей общественно опасное предусмотренное уголовным законом под угрозой наказания виновное деяние, посягающее, за редчайшими исключениями, на два обязательных непосредственных объекта, одним из которых являются общественные отношения, обеспечивающие интересы служебной деятельности в различных сферах, основанной на соблюдении и исполнении законов и (или) иных нормативных правовых актах и им соответствующей»[42] . Таким образом, правоведы, говоря о служебном преступлении, понимают злоупотребление должностными полномочиями, а, говоря о злоупотреблении должностными полномочиями, понимают служебное преступление.

Кроме того, идентичным определением злоупотребления должностными полномочиями является понятие «коррупции». Так авторы известного аналитического диалога «Россия и коррупция: кто кого?» Г.А. Сатаров определяет коррупцию как «злоупотребление служебным положением в корыстных целях»[43] , Кроме того, понятие коррупции сформулированное 34-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 17 декабря 1979 года, определяет это явление как выполнение должностным лицом каких-либо действий или бездействие в сфере его должностных полномочий в любой форме в интересах дающего такое вознаграждение, как с нарушением должностных инструкций, так и без их нарушения[44] .

Наиболее глубоко и всесторонне понятие коррупции разрабатывалось учеными США. Например, юридический энциклопедический словарь Джеймса Бэллентайна слово «коррумпированный» толкует таким образом: «извращающий назначение органов государства в целях извлечения личной выгоды, препятствующий процессу отправления правосудия»[45] .

Другой авторитетный юридический словарь Генри Блэка определяет коррупцию так: «деяние, совершаемое с намерением предоставить некое преимущество, несовместимое с официальными обязанностями должностного лица и правами других лиц»[46] .

Уголовное законодательство Российской Федерации определяет коррупцию - злоупотребление должностными полномочиями как использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций, либо охраняемых законом интересов общества или государства.

Под злоупотреблением в буквальном смысле этого слова следует понимать «употреблять во зло», то есть причиняющие вред действие (бездействие), осуществляющие с использованием некоторого средства[47] . В данном случае средством будут должностные полномочия, которыми наделяется должностное лицо.

Уголовный кодекс Российской Федерации говорит именно об использовании должностным лицом своих полномочий, а не служебного положения, как это ранее указывалось в ст. 170 УК РСФСР 1960 года. Примером понимания словосочетания «служебное положение» в широком смысле, как указывает А.Я. Аснис, являются «случаи, когда должностное лицо, используя свои влияние и авторитет, обусловленные занимаемым им служебным положением, просит другое должностное лицо совершить в его пользу какие-либо действия...»[48] . В данном случаи, должностное лицо, хотя и не совершает действия непосредственно по службе, однако использует те фактические возможности, которые вытекают из занимаемого им служебного положения.

Полномочия должностного лица определяются его компетенцией, установленных в нормативных актах, в которых регламентируются права и обязанности лица, занимающего ту или иную должность или временно либо по специальному полномочию исполняющего обязанности по этой должности. Поэтому под использованием должностным лицом своих служебных полномочий следует понимать только деяние лица, которое вытекало из его полномочий и было связано с осуществлением вопреки интересам службы прав и обязанностей, которыми это лицо наделено в силу занимаемой должности. Следовательно, не будет состава данного преступления, когда должностное лицо, добиваясь нужного ему решения, использует не свои полномочия, а служебные либо личные связи, авторитет занимаемой им должности и т.п. При наступлении общественно опасных последствий от такого поведения можно говорить не о служебном, а обычном общеуголовном преступлении. А при отсутствии общественно опасных последствий - аморальном поведении. Таким образом, по сравнению с ранее действующей редакцией состав злоупотребления должностными полномочиями, является более конкретной нормой, где права и обязанности должностного лица закреплены в соответствующем документе и выход за эти рамки не образует указанный состав преступления.

На данный момент понятие злоупотребления должностными полномочиями, которое, казалось бы, раскрыто в диспозиции статьи 285 УК РФ, тем не менее, имеет свои недостатки в виде расплывчатости формулировок. Здесь стоит согласиться с точкой зрения Л.Д. Гаухмана: «Повышение эффективности уголовно-правовой борьбы с должностными преступлениями может быть обеспечено путем совершенствования уголовного, гражданского законодательства и Конституции РФ в разнообразных направлениях: исключение из санкций статей об ответственности за должностное преступление всех основных видов наказаний, кроме лишения свободы, причем на срок не ниже двух лет и установление за совершения этих преступлений абсолютно определенных санкций с запрещением применять ст. 64 и ст. 65 УК РФ...»[49] .

Таким образом, учитывая передовой опыт зарубежных стран и мнение специалистов, предлагается дополнить ч. 1 ст. 73 УК РФ, после слова «условным» следующим содержанием: «за исключением случаев назначения наказания по статьям Особенной части, предусмотренных главой 30 УК РФ».

В данном случае понятию злоупотребления должностными полномочиями не хватает лаконичности определения, краткости. Так, С.С. Овчинский определяет коррупцию, что коррелирует с понятием злоупотребление должностными полномочиями, как незаконное использование государственной должности для извлечения личных выгод[50] . Указанный позитивный опыт необходимо перенять для определения злоупотребления должностными полномочиями.

Состав преступления, предусмотренный ст. 285 УК РФ, является материальным, то есть содержащим в объективной стороне обязательный признак состава - общественно-опасные последствия. В данном случае, как уже указывалось, последствия выражены в существенности нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Существенность нарушения того или иного права либо законных интересов для каждого гражданина индивидуальна, так же как и для организации. При возбуждении уголовного дела по ст. 285 УК РФ существенность своих прав и законных интересов оценивает непосредственно гражданин, либо представитель организации.

Выводы по I главе

Таким образом, давая собственное определение злоупотребления должностными полномочиями, мы основываемся на понятии, заложенном в диспозиции статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в международных нормах, при этом пологая, что злоупотребление должностными полномочиями - это совершаемое лицом, занимающим должностное положение в органе государственной власти или органе местного самоуправления, деяние, вопреки интересам службы, для извлечения личных выгод, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.


Глава II. Юридический анализ состава преступления – злоупотребления должностными полномочиями

§1. Объективные элементы преступления

В теории уголовного права до недавнего времени выделялось три вида объектов преступления: общий (описан выше), родовой и непосредственный. Указанная классификация была приемлема для УК РСФСР 1960 года. УК РФ 1996 года иначе формирует Особенную часть. Она делиться помимо глав, еще и на разделы. В связи с этим, некоторые ученые наряду с родовым объектом ст. 285 УК РФ выделяют и видовой объект[51] . Так, стоит согласиться с точкой зрения А.И. Марцевой, которая под видовым объектом преступления понимает следующее: «являясь составной частью родового объекта и объединяя совокупность родственных и взаимосвязанных общественных отношений, положен в основу деления преступлений на главы Особенной части УК»[52] . Статья 285 УК РФ помещена в главу 30 «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления» раздела 10 «Преступления против государственной власти», и, таким образом, по представлению законодателя родовым объектом данного преступления является совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальное функционирование государственной власти, а, по представлению некоторых ученых, видовым объектом совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальное функционирование государственной власти, интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления. Здесь стоит отметить, что в целом и, в общем, видовой объект является разновидностью родового объекта преступления, и для характеристики преступления смысловой нагрузки не несет.

Толковый словарь определяет власть как право и возможность распоряжаться кем - чем-нибудь, подчинять своей воли; политическое господство, государственное управление и органы его[53] . Согласно ст. 132 Конституции РФ государственная власть (законодательная, исполнительная, судебная) осуществляется посредством деятельности федеральных государственных органов и органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Кроме того, закон может наделять отдельными государственными полномочиями и органы местного самоуправления. Нарушая нормальную деятельность органов государственной власти, виновное лицо тем самым совершает посягательство на саму государственную власть.

«Интересы государственной службы, - считают Н.И. Ветрова и Ю.И. Ляпунов, - состоят в безупречно точном исполнении должностными лицами положений Конституции РФ, конституции и уставов субъектов РФ, в надлежащей, соответствующей предписаниям и требованиям других российских законов, деятельности по обеспечению полномочий государственных органов. Аналогичны интересы службы в органах местного самоуправления. Нарушения должностными лицами этих интересов приводит к грубому ограничению или ущемлению конституционного правового статуса граждан, иным отрицательным последствиям»[54] .

Сущность интересов муниципальной и государственной службы можно установить, обратившись к федеральным законам - «Об основах муниципальной службы в Российской Федерации»[55] и «О государственной гражданской службе Российской Федерации»[56] , где говорится о принципах, на которых основаны данные службы, и обязанностях государственных и муниципальных служащих.

В науке уголовного права неоднократно велись дискуссии об определении понятия объекта должностного преступления.

Так, Б.В. Здравомыслов объект должностных преступлений определял как «совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальную и законную деятельность органов власти и управления»[57] .

С.Г. Келина под объектом должностных преступлений понимает «нормальную деятельность государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также нормальную деятельность соответствующих органов в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации»[58] .

П.Г. Пономарев родовым объектом должностных преступлений считает «общественные отношения, обеспечивающие нормальную деятельность органов публичной власти»[59] .

На наш взгляд, наиболее точное понятие родового объекта злоупотребления должностными полномочиями дал В.В. Прудников: «под родовым объектом преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления следует понимать совокупность общественных отношений, регулируемых действующим законодательством Российской Федерации в сфере функционирования государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации»[60] .

Так, О.В.И. признан виновным и осужден за злоупотребление должностными полномочиями; за незаконное хранение золота; за превышение должностных полномочий: за незаконную продажу промышленного золота в крупных размерах. Показания Л. свидетельствуют о том, что со слов Д. он знал, что у того имеется промышленное золото. Он об этом рассказал О.В.И., так как последний просил сообщать о торговцах золотом, а О.В.И. как начальник валютного отделения имел право скупать золото в оперативных целях. Он забрал у Д. золото, среди которого был самородок с вкраплением кварца, отдал это золото О.В.И., а О.В.И. передал ему за золото 1200 долларов США, которые им были переданы Д. Выводы суда о наличии у О.В.И. прямого умысла на совершение указанных преступлений надлежащим образом мотивированы в приговоре и подтверждается приведенными показаниями О.В.И. в ходе предварительного следствия, правильно признанными соответствующими действительности, так как соответствуют целенаправленным действиям О.В.И. при совершении преступлений[61] .

Непосредственным объектом злоупотребления должностными полномочиями является нормальная деятельность соответствующего публичного аппарата управления в лице государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений или же аппарата управления в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

Давая характеристику дополнительного объекта преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ, необходимо отметить, что дополнительный объект при злоупотреблении должностными полномочиями является необходимым.

Так, А.В. Галахова считает, что: «В тех случаях, когда преступление нарушает и иные общественные отношения (например, при злоупотреблении должностными полномочиями, превышении должностных полномочий, халатности), посягательство осуществляется на два непосредственных объекта - основной и дополнительный. Дополнительным непосредственным объектом могут быть общественные отношения, содержанием которых является здоровье, честь, достоинство, личная свобода граждан, собственность»[62] . Аналогичную точку зрения поддерживает В.В. Прудников: «Для ст. 285 УК РФ, так как материальный состав, присущ дополнительный объект - охраняемые законом права и интересы граждан»[63] .

На наш взгляд, действительно, указанные утверждения справедливы. В первую очередь, это связано с тем, что данный состав преступления является материальным и без наступления общественно опасных последствий, преступления не будет как такового. Использовав должностные полномочия вопреки интересам службы, должностное лицо совершит должностной проступок, а если данное деяние повлечет существенное нарушение прав и законных интересов граждан - преступление.

В ходе анализа уголовных дел по ст. 285 УК РФ установлено, что, как правило, необходимым дополнительным объектом данного преступления является собственность граждан, и лишь потом нарушения конституционных прав и свобод граждан; честь, здоровье и достоинство граждан, экономические и имущественные отношения организаций, общества и государства.

«Объективная сторона состава преступления - это совокупность предусмотренных законом признаков, отражающих внешнее проявление преступления, посягающего на охраняемые уголовным законом отношения»[64] .

Наряду с другими необходимыми элементами состава преступления объективная сторона занимает особое место, так как отражает внешнее проявление противоправного деяния.

Как уже указывалось, с объективной стороны злоупотребление должностными полномочиями характеризуется:

использованием должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы;

наступлением общественно опасных последствий;

наличием причинной связи между указанными в законе общественно опасными последствиями и использованием должностным лицом своих служебных полномочий.

В уголовно-правовой терминологии «использование» означает как активные действия, так и пассивное поведение лица - бездействие. Некоторые ученые считают, что «при неисполнении должностным лицом обязанностей по службе трудно говорить об использовании полномочий, скорее это будет их неиспользование вопреки интересам службы»[65] . С данной точкой зрения трудно согласиться, так как даже толковый словарь русского языка говорит, что глагол «использовать» означает «совершать и не совершать, кого - что»[66] .

В большинстве случаев преступный характер поведения должностного лица при злоупотреблении должностными полномочиями выражается в совершении активных действий. Однако рассматриваемое преступление может быть выполнено и путем бездействия.

Уголовный кодекс Российской Федерации констатирует об использовании должностным лицом своих полномочий, а не служебного положения, как это ранее указывалось в ст. 170 УК РСФСР 1960 г. Полномочия должностного лица определяются его компетенцией, установленной в соответствующих законах, уставах, положениях и нормативных актах, в которых регламентируются права и обязанности лица, занимающего ту или иную должность или временно либо по специальному полномочию исполняющего обязанности по этой должности. Поэтому, под использованием должностным лицом своих служебных полномочий следует понимать только такое деяние лица, которое вытекало из его полномочий и было связано с осуществлением вопреки интересам службы прав и обязанностей, которыми это лицо наделено в силу занимаемой должности. Следовательно, не будет состава данного преступления, когда должностное лицо, добиваясь нужного ему решения, использует не свои полномочия, а служебные либо личные связи, авторитет занимаемой должности.

Именно об этом, говорит действующий п. 10 постановления № 4 Пленума Верховного Суда СССР «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге»: «Суды должны учитывать, что в соответствии с законом должностным злоупотреблением могут быть признаны такие действия должностного лица, которые вытекали из его служебных полномочий и были связаны с осуществлением прав и обязанностей, которыми это лицо наделено в силу занимаемой должности»[67] .

Под интересами службы следует понимать деятельность органа, учреждения или предприятия, определяемую только соответствующими нормативными актами, так как деятельность государственных и муниципальных предприятий основана на законе и преследует цель исполнять закон, а не сиюминутные требования руководителей.

В связи с этим мы категорически не согласны с точкой зрения А.Н. Игнатова о том, что под интересами службы органа, предприятия и учреждения следует понимать «фактически сложившуюся обстановку»[68] .

Совершение деяния «вопреки интересам службы» состоит в том, что должностное лицо совершает действия, которые противоречат как в целом интересам службы и нормальной деятельности органов власти, государственной службы и службы в органах местного самоуправления, так и нормальной деятельности отдельных структурных звеньев этих органов, поскольку нарушается их деятельность, причиняют им существенный вред, ущемляют законные права и интересы граждан.

По мнению П.С. Яни: «указание в законе на использование полномочий вопреки интересам службы означает, что деяние лица должно противоречить законным интересам службы; законность интересов государственной и муниципальной службы здесь презюмируется»[69] .

Аналогичной точки зрения придерживается В.В. Прудников: «...эти действия, совершаемые должностным лицом, не только не вызываются служебной необходимостью, но и противоречат интересам государственной и муниципальной службы. Определения содержания этого признака в широком смысле слова должно пониматься как противоречащая основным принципам деятельности государственной и муниципальной службы. При этом в первую очередь нарушается принцип законности...»[70] .

Конечно же, говоря о важном элементе объективной стороны злоупотребления - «вопреки интересам службы», нельзя не упомянуть точку зрения Б.В. Здравомыслова: «Деяние совершается вопреки интересам службы, когда оно нарушает правильную деятельность того звена государственного аппарата, в котором работает должностное лицо, препятствует осуществлению стоящих перед ним и аппаратом в целом задач, выполняется не на основе и не во исполнение законов и других нормативных актов, а в противоречии с ними»[71] .

Нарушение субъектом должностных обязанностей по государственной или муниципальной службе, либо службе в государственных или муниципальных учреждениях следует считать деянием вопреки интересам службы. В то же время, не могут быть признаны преступными действия должностного лица, связанные с использованием служебных полномочий, если они были совершены для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости (п.1 ст. 39 УК РФ).

Данное обстоятельство очень важно, так как при чрезвычайных происшествиях для предотвращения последствий должностным лицам приходится совершать действия с нарушением правил и причинением вреда гражданам или организациям. Но, здесь должностным лицам необходимо учитывать, что превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожающей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный (п. 2 ст. 39 УК РФ).

Для конкретизации и обобщения положения крайней необходимости для должностных лиц совершивших злоупотребление должностными полномочиями в п. 6 постановления № 4 Пленума Верховного Суда СССР указано: «Судам следует иметь в виду, что в случаях, когда действия должностного лица, связанные с нарушением своих служебных полномочий, были совершены в целях предупреждения вредных последствий, более значительных, чем фактически причиненный вред, когда иного нельзя было сделать другими средствами, такие действия в соответствии с законодательством о крайней необходимости не могут быть признаны преступными»[72] .

Помимо крайней необходимости, обстоятельством, исключающим преступность деяния для должностных лиц, совершивших злоупотребление должностными полномочиями, будут:

физическое или психическое принуждение,

обоснованный риск,

исполнение приказа или распоряжения.

Обязательным элементом объективной стороны злоупотребления должностными полномочиями является существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо государственных или общественных интересов, охраняемых законом.

На практике именно данный элемент объективной стороны преступления вызывает затруднение, так как является оценочным.

Как уже указывалось, в ходе интервьюирования один из респондентов ответил, что признак «существенности» нарушение прав и законных интересов вообще необходимо исключить из диспозиции указанной статьи.

С данной точкой зрения можно согласиться, так как должностное лицо в принципе не должно нарушать закон, а уж если нарушило, и это повлекло нарушение прав и законных интересов граждан или организаций, то одно это условие можно считать существенным.

На данный момент действует п. 9 постановления № 4 Пленума Верховного Суда СССР, которое в определенной степени трактует признак «существенности»: «При решении вопроса о том, является ли причиненный вред существенным, необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу предприятия, организации, учреждения, характер и размер понесенного ими материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им морального, физического или имущественного вреда и т.п.»[73] .

В отличие от УК РСФСР 1960 г., где указывалось на причинения вреда правоохраняемым интересам, новый УК РФ 1996 г. применяет значительно менее конкретный термин «нарушение». Очевидно, что нарушение и вред - неоднозначные понятия. Формулировка ст. 285 УК РФ в этой части требует ответа на два наиболее значимых вопроса:

каково содержание названных в законе нарушений,

какие нарушения следует считать существенными.

Если исходить из судебной практики, то можно сделать вывод, что указанные нарушения могут выражаться не только в материальном ущербе, но и иным образом, как-то: в нарушении конституционных прав и свобод граждан, подрыве авторитета органов власти, государственных и муниципальных учреждений, создании помех и сбоев в их работе, нарушении общественного порядка, сокрытии крупных хищений, других тяжких последствиях. Если часть из этих нарушений носит материальных характер и их можно конкретно выявить, то другая часть носит оценочный характер, установить их практически невозможно, и принятие этих рекомендаций ведет лишь к субъективизму.

Наиболее часто нарушения при злоупотреблении служебными полномочиями имеют форму материального вреда. Проведенное Верховным Судом СССР обобщение судебной практики по делам этой категории в 1990 г. показало, что такой вред был установлен в 80% от общего числа изученных дел[74] .

Действующее законодательство материальный вред разделяет на:

имущественный (в свою очередь, разделяемый на реальный ущерб и упущенную выгоду);

личностный (в виде физического вреда);

организационный (серьезные нарушения правильной работы организации).

Для злоупотребления должностными полномочиями типичен имущественный вред.

Как правило, в отношении частной собственности имущественный вред выражается в реальном ущербе, а в отношении государственной собственности - упущенной выгоде.

Причинение физического вреда личности для данного преступления нехарактерно. Последствие может выражаться и в серьезном нарушении работы определенной властной или управленческой структуры или учреждения, в нарушении важнейших прав граждан, как правило, предусмотренных Конституцией РФ.

Изменения Уголовного законодательства России, и в частности ст. 158 УК РФ, показало, что значительный ущерб гражданину в статьях главы 21 УК РФ определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей. Вместе с тем, крупный размер в указанных статьях признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей. В связи с этим предлагается, с целью идентичной интерпретации УК РФ, имущественный вред в ст. 285 УК РФ признавать существенным, если он причинен на сумму от 2500 руб. до 250000 руб.

Физический вред будет существенным, если он заключается в причинении легкого, средней тяжести вреда здоровью потерпевшему. Нарушение работы организации признается существенным, если оно выражается в приостановке их работы хоты бы на одни сутки.

Преступлением, предусмотренным ст. 285 УК РФ, наряду с материальным вредом может причиняться и моральный вред. Определения данного вреда и порядок его компенсации предусмотрен гражданским законодательством ст. ст. 151,1099, 1100,1101 ГК РФ.

Предлагается права и свободы человека и гражданина оценивать критериями, заложенными в Конституции Российской Федерации. Данное обстоятельство связана с тем, что нарушение прав и свобод, предусмотренных именно Конституцией РФ можно считать существенными.

Преступление считается оконченным с момента наступления хотя бы одного из указанных в законе последствий.

Для квалификации должностного злоупотребления, имеющего материальный состав, особое значение имеет установление причинной связи между опасными последствиями и преступными действиями (бездействиями), которая выступает гарантом соблюдения законности.

Сложность установления наличия причинной связи состоит в том, что совершению злоупотребления должностными полномочиями сопутствует множество факторов, которые оказывают влияние на результат. Например, должностное лицо, используя служебный автотранспорт в личных целях, попадает в аварию, в результате чего автотранспорт не подлежит восстановлению. В данном случае, вроде бы, налицо объективная сторона злоупотребления, но правила дорожного движения нарушило не должностное лицо, а второй водитель. В данном случае последствия в виде искореженной автомашины не могут быть инкриминированы должностному лицу, поскольку авария была вызвана вторым водителем. Следовательно, не всякое условие, которое косвенно связано с наступлением преступного последствия, может являться его причиной.

Так, Самарским областным судом В. признан виновным в использовании своих должностных полномочий вопреки интересам службы из личной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства.

Кроме того, установлено бесспорно и наличие причинной связи между действиями (бездействием) осужденного и наступлением конкретных последствий в виде причинения морального вреда и существенного нарушения законных прав гражданки Л. В частности, как справедливо обращается внимание в надзорном представлении, в должностные обязанности В. не входила регистрация заявления о преступлении, сама потерпевшая отрицала причинение ей осужденным морального вреда в какой-либо форме.

Вызывает сомнения в своей обоснованности содержащееся в приговоре утверждение, что В. ввел потерпевшую Л. в заблуждение относительно регистрации в установленном законом порядке ее заявления о совершении противоправных действий. Так, сама потерпевшая показывала, что осужденный помог ей составить заявление о происшествии. Однако по делу не установлено, что действия осужденного препятствовали потерпевшей подать заявление в установленном порядке, а именно - в дежурную часть ОВД, куда она и обратилась первоначально[75] .

Как уже было сказано, деяние должностного лица может рассматриваться в качестве причины наступившего преступного результата в том случае, когда последствие является неизбежным.

§2. Субъективные элементы преступления

Субъектом злоупотребления должностными полномочиями является физическое вменяемое лицо, достигшее ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста и обладающее специальным признаком - должностным положением. Другими словами, как правильно указывает В.М. Лебедев: «Субъектом преступления является только должностное лицо, работающее в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, в Вооруженных Силах и других воинских формированиях РФ»[76] .

Согласно примечанию 1 к ст. 285 УК РФ, должностными лицами в статьях настоящей главы признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

Таким образом, общие признаки субъекта преступления не вызывают затруднения, а понятие должностного лица дано в примечании достаточно полно. Но, к сожалению, на практике и в теории, часто в должностных преступлениях именно определение субъекта преступления как должностного лица вызывает споры и дискуссии.

В теории определению понятия «должностное лицо» посвящено достаточно много как кандидатских, так и докторских диссертационных исследований[77] .

Определение понятия должностного лица данное в примечании к ст. 285 УК РФ позволяет выделить три блока признаков, которые лежат в основе признания лица должностным:

характер выполняемых лицом полномочий и обязанностей;

правовое основание наделения его этими функциями;

принадлежность тех органов, в которых трудится лицо. Определяющим признаком является характер выполняемых должностным лицом функций. Указание в законе на характер выполняемых функций позволяет четко очертить круг лиц, признаваемых должностными, и исключает возможность расширительного толкования субъекта этой группы преступлений. Этот признак позволяет отличить его от иных лиц, хотя и занятых на работе в государственных органах, государственных и муниципальных учреждениях, органах местного самоуправления и т.д., но выполняющих иные, технические функции.

Содержание функции власти, а, следовательно, и характер действий представителя власти, определяется задачами, стоящими перед органом, который он представляет.

Как указал О.П. Трибунов: «...не каждое должностное лицо является представителем власти и не всех представителей власти следует приравнивать к должностным лицам»[78] .

Содержание понятия представителя власти, применительно ко всем случаям использования этого понятия в статьях Уголовного кодекса РФ раскрыто в примечании к ст. 318 УК РФ: представителем власти признается должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, наделенное в установленном законном порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости.

Это определение нельзя признать удачным. При сопоставлении его с определением должностного лица обнаруживается идентичность: представитель власти является должностное лицо, а должностное лицо - это лицо, осуществляющие функции представителя власти, т.е. функции должностного лица. К тому же не всякое должностное лицо правоохранительного органа может считаться представителем власти. Например, начальник службы связи органа внутренних дел - конечно же, должностное лицо, но не представитель власти. На этот момент обращает внимание Б.В. Волженкин: «при сопоставлении этих двух определений обнаруживается очевидная тавтологичночть: представитель власти является должностное лицо, а должностное лицо - это лицо, осуществляющие функции представителя власти, то есть, иначе говоря, функции должностного лица»[79] .

Вскоре, после принятия УК РФ 1996 г., к толкованию понятия представителя власти обратился и Пленум Верховного Суда РФ. Так, п. 2, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» указано, что «к представителям власти следует относить лиц, осуществляющих законодательную, исполнительную или судебную власть, а также работников государственных, надзорных или контролирующих органов, наделенных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся о них в служебной зависимости, либо правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, а также организациями независимо от их ведомственной подчиненности»[80] .

В данном случае емкое и всеохватывающее, основываясь на постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, дает определение представителя власти Н.В. Бугаевская: «Представитель власти - это лицо, наделенное в законодательной, судебной и исполнительной (в том числе правоохранительной, контролирующей, надзорной) сферах деятельности распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости»[81] .

Некоторые ученые, давая определения представителя власти, характеризуют его по признакам. Так, О.П. Трибунов указал: «это должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа государства; выступает от имени органа государственной власти; он осуществляет полномочия общего, публичного характера, то есть ко всем гражданам, организационно не подчиненным им по службе обладает полномочиями распорядительного характера; осуществляет служебные полномочия на профессиональной или выборной должности; могут не иметь подчиненных по службе лиц»[82] .

Так, согласно Закону РСФСР «О милиции» представителями власти являются сотрудники криминальной милиции и милиции общественной безопасности[83] .

Таким образом, представителям власти присуще:

обладание властными полномочиями;

не связанность их действий и решений ведомственными рамками;

право совершать действия и принимать решения, обязательные для граждан и организаций.

Вторая группа лиц, разделяемых по характеру выполняемых полномочий и обязанностей, и являющихся субъектом злоупотребления должностными полномочиями, выполняет организационно-распорядительные функции.

Согласно, п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6 «организационно-распорядительные функции включают в себя руководство коллективом, расстановку и подбор кадров, организацию труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложения дисциплинарных взысканий»[84] .

Третья группа лиц, разделяемых по характеру выполняемых полномочий и обязанностей, и являющихся субъектом злоупотребления должностными полномочиями, выполняет административно-хозяйственные функции.

Согласно, п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6 «к административно-хозяйственным функциям отнесены полномочия по управлению и распоряжению имуществом и денежными средствами, находящимися на балансе и банковских счетах организациях и учреждений, воинских частей и подразделений, а также совершение иных действий: принятие решений о начислении заработной платы, премий, осуществление контроля за движением материальных ценностей, определение порядка их хранения и т.п.»[85] .

Суть административно-хозяйственных функций должностных лиц заключается в распоряжении и управлении имуществом государственных органов или органов местного самоуправления, имуществом государственных или муниципальных учреждений, Вооруженных Сил, других войск или воинских формирований РФ. Все работники названных структур, независимо от занимаемого ими положения в служебной иерархии, в функции которых входит распоряжение материальными ценностями, учет и контроль над их расходованием, организация отгрузки, получения и отпуска материальных ценностей, получение и выдача денежных средств с оформлением соответствующих документов, учет произведенной работы и начисления вознаграждения за труд и т.п., являются должностными лицами по признаку наличия у них административно-хозяйственных функций. Такими полномочиями, к примеру, обладает начальник финансово-экономического отдела.

Однако, для признания субъекта должностным лицом, ответственным за злоупотребление должностным положением, достаточно наличия у лица правомочий, относящихся хотя бы к одной из этих функций.

Другие признаки должностного лица, указанные в законе, не являются определяющими. Для признания лица «должностным» не имеет значения, постоянно, временно или по специальному полномочию оно выполняет возложенные на него обязанности, назначено на должность или избрано, работает за плату или бесплатно.

Как отметил в своей работе В.И. Динека: «Субъектом должностного преступления может быть лишь тот, кто обладает правосубъектностью (конкретные права, обязанности, полномочия, статус), означающей способность лица быть участником определенного круга правоотношений, иметь возможность выполнять конкретные функции, причиняя вред противоправным деяниям данным правоотношениям»[86] .

По мнению А.В. Галаховой, правовым основанием наделения лица соответствующими функциями является закон, устав, инструкция или иные нормативные правовые акты, приказ о назначении на должность, в которых сформулированы права и обязанности лица, занимающего конкретную должность[87] .

Диаметрально противоположенную точку зрения высказывает В.И. Динека: «Правовое положение должностного лица определяется законами, принятыми органами представительной власти федерального уровня, субъектами федерации. Нормативные акты, носящие подзаконный характер не могут быть источником формирования полномочий лица по должности, они определяют лишь содержание направлений конкретных действий лица по службе, отступление от требований которых влечет дисциплинарную, а не уголовную ответственность»[88] .

По мнению В.В. Прудникова, лицо становиться должностным со времени, когда оно приобретает комплекс должностных прав и обязанностей[89] . С данной точкой зрения трудно не согласиться, ведь если должностное лицо не наделено полномочиями, то оно не является таковым.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6 от 10 февраля 2000 г. «Выполнение функций по специальному полномочию означает, что лицо исполняет определенные функции, возложенные на него законом, нормативным актом, приказом или распоряжением вышестоящего должностного лица либо правомочным на то органом или должностным лицом. Такие функции могут осуществляться в течение определенного времени или одноразово либо совмещаться с основной работой»[90] .

Данное положение Пленума достаточно ясно дает определения специальных полномочий и, думается, впредь не будет двоякого толкования указанной нормы.

Самостоятельным признаком должностного лица является принадлежность тех органов и учреждений, в которых трудится лицо. По законоположению это могут быть:

государственные органы (например, Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации);

органы местного самоуправления (например, мэрия г. Самара);

государственные учреждения (например, Главное управление МВД России по Приволжскому федеральному округу);

муниципальные учреждения (например, Комитет жилищно-коммунального хозяйства мэрии г. Самара);

Вооруженные Силы РФ (например, Воздушно-десантные войска);

другие войска Российской Федерации (например, пограничные войска Федеральной службы безопасности Российской Федерации);

воинские формирования Российской Федерации.

В соответствии с примечанием 1 к ст. 285 УК РФ не могут быть отнесены к должностным лицам, занимающие должности в общественных объединениях различной ориентации, коммерческих организациях. Их ответственность наступает по ст. ст. 201 – 204 УК РФ.

Уголовный кодекс Российской Федерации также не оговаривает случаи совершения злоупотребления должностными полномочиями организованной группой, хотя теоретически это вполне возможно. В данном случае участники организованной группы несут ответственность по ст. 285 УК РФ со ссылкой на ст. 33 УК РФ.

И.Л. Козаченко и З.А. Незнамова дают следующее определение субъективной стороны преступления: «субъективная сторона - это элемент состава преступления, дающий представление о внутренних психических процессах, происходящих в сознании и воле лица, совершившего преступление, характеризующийся конкретной формой вины, мотивом, целью и эмоциями»[91] .

Злоупотребление должностными полномочиями - преступление, совершаемое с прямым или косвенным умыслом. Виновное должностное лицо сознает общественную опасность деяния, что оно действует (бездействует) вопреки интересам службы с использованием служебных полномочий, результатом чего может быть наступление последствий, существенно нарушающих охраняемые законом права и интересы граждан, организаций, государственные либо общественные интересы, желает или сознательно допускает последствия либо относится к их наступлению безразлично. В отношении последствий прямой или косвенный умысел виновного часто бывает не конкретизированным, когда лицо предвидит вредные последствия, их размер лишь в общих чертах, но желает, сознательно допускает либо относится безразлично к любым из возможных последствий.

Многие ученые придерживаются данной точки зрения, в том числе Б.В. Волженкин, П.С. Яни, В.В. Прудников и др. Но, не все. Так, Г.Н. Борзенков и В.С. Комиссаров считают, что «субъективная сторона злоупотребления должностными полномочиями совершается только с прямым умыслом. При этом должностное лицо... желает наступление одного или нескольких из указанных последствий как непосредственной цели своей деятельности»[92] . В обоснование своих доводов Г.Н. Борзенков и В.С. Комиссаров указывают, что «именно такой вывод следует из содержания ст. 285 УК РФ, которая установила для состава данного преступления наличие корыстной или иной личной заинтересованности»[93] .

Кроме того, как отметил П.С. Яни: «при легкомысленном, без достаточных к тому оснований, расчете должностного лица на предотвращение возможного вреда, деяние в силу ст. 24 и 26 УК РФ состава преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ, не образует. Такое деяние при определенных обстоятельствах может быть квалифицировано по ст. 293 УК РФ как преступная халатность»[94] .

Указанное обстоятельство важно, особенно практическим работникам, при разграничение преступлений, предусмотренных ст. 293 и ст. 285 УК РФ.

Так, довольно распространенной в период действия УК РСФСР 1960 г. была точка зрения, согласно которой в составах злоупотребления властью или служебным положением необходимо различать вину по отношению к действию (бездействию) и в отношении последствий. При должностном злоупотреблении, как считали сторонники такого решения, деяние совершается умышленно, к последствиям же такого деяния вина может быть как умышленной, так и неосторожной[95] .

Данное решение вызывало возражения со стороны других криминалистов, утверждавших, что дробление единого понятия вины в составе одного и того же преступления теоретически несостоятельно. Понятие вины не может определяться раздельно в отношении действия (бездействия) и последствия, поскольку в составе злоупотребления властью и служебным положением само по себе действие (бездействие) вне причиняемых им последствий не является преступлением[96] . М.Д. Лысов указывает: «Теоретически и практически, сложная (смешанная) форма вины возможна лишь при совершении тех умышленных материальных преступлений, где кроме основного ближайшего преступного результата предусмотрен и другой, отдаленный результат в качестве квалифицирующего преступление обстоятельства»[97] .

На наш взгляд, эта точка зрения представляется не совсем правильной, не соответствующей сегодняшнему пониманию преступления, совершаемых с двумя формами вины, которое закреплено в ст. 27 УК РФ.

Здесь стоит согласиться с точкой зрения Ю.И. Ляпунова, который критикует концепцию «двойной» вины применительно к должностным преступлениям, считая ее надуманной искусственной конструкцией. Он констатирует, что «конструкция «двойной» вины теоретически обоснована и практически необходима при установлении субъективной стороны, так называемых составных преступлений, которые по существу складываются из двух самостоятельных уголовно наказуемых деяний, специально объединенных законодателем в одно преступление злоупотребление должностными полномочиями - не является составным преступлением. Как только отпадет общественно опасное последствие этого посягательства в виде существенного нарушения указанных в законе прав и интересов, умышленное использование должностным лицом своих служебных полномочий...сразу же потеряет характер преступного поведения и автоматически превращается в обычный дисциплинарный проступок. Вина должна устанавливаться по отношению к преступлению в целом»[98] .

В качестве обязательных субъективных признаков рассматриваемого преступления закон указывает корыстную или иную личную заинтересованность. Отсутствие необходимого для данного состава преступления мотива не позволяет считать деяние преступлением и применять к виновному лицу меры уголовной ответственности. Как указал В.В. Прудников «значение установления мотива должностного преступления обусловлено тем, что мотив может по-разному характеризовать общественную опасность содеянного и лица, виновного в нем. Он учитывается судом при определении меры наказания виновному»[99] .

Согласно п. 15 постановления Пленума Верховного Суда СССР № 4 от 30 марта 1990 года «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» злоупотреблением должностными полномочиями совершенном из корыстной заинтересованности следует считать: «неправомерные действия должностного лица, которые совершены с целью получить имущественную выгоду без незаконного безвозмездного обращения государственных или общественных средств в свою собственность или собственность других лиц (например, сокрытие путем запутывания учета образовавшейся в результате недостачи с целью избежать материальной ответственности)»[100] .

Корысть в русском языке определяется как «выгода, материальная польза»[101] . Таким образом, корыстные побуждения - это побуждения, связанные со стремлением получить материальную выгоду от содеянного в результате либо обогащения, либо избавления от материальных затрат.

Как правильно указывал Б.В. Здравомыслов: «корыстная заинтересованность может проявляться также в действиях должностного лица, направленных на освобождение от платежей либо иного расходования личных средств, на незаконное получения выгод за счет личного имущества граждан (например, под видом штрафов)»[102] .

Указанные способы извлечения виновным имущественной выгоды предметно отграничивают данные преступления от хищения чужого имущества: здесь нет незаконного безвозмездного изъятия в корыстных целях чужого имущества и обращения его в свою собственность.

Согласно п. 17 постановления Пленума Верховного Суда СССР № 4 от 30 марта 1990 года «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» злоупотребление должностными полномочиями совершенное из иной личной заинтересованности может выражаться: «в стремлении извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленном такими побуждениями, как карьеризм, протекционизм, семейственность, желание приукрасить действительное положение, получить взаимную услугу, заручиться поддержкой в решении какого-либо вопроса, скрыть свою некомпетентность и т.п.»[103] . Сюда можно добавить такие мотивы, как месть, зависть, тщеславие, недостатки в работе и др.

Как отмечал Б.В. Здравомыслов, общим для всех проявлений личной заинтересованности является их антисоциальный, антиобщественный характер[104] .

При вынесении приговора должен быть конкретно указан соответствующий мотив личного характера, которым руководствуется должностное лицо, совершая злоупотребление должностными полномочиями. В свое время была распространена ссылка на узковедомственные или общественные интересы как на мотив для вынесения приговора о должностном злоупотреблении, что противоречит закону.

§3. Квалифицирующие и особо квалифицирующий признаки состава преступления

Квалифицированные виды преступления предусмотрены частью 2, а особо квалифицированный - частью 3 статьи 285 УК РФ.

По ч. 2 ст. 285 УК РФ квалифицируется злоупотребление должностными полномочиями, совершенное лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, а равно главой органа местного самоуправления. В данном случае ответственность повышается по признаку субъекта преступления.

Определение понятий лиц, занимающих государственные должности Российской Федерации и государственной должности субъекта Российской Федерации, дано в примечаниях 2 и 3 ст. 285 УК РФ. Так, под лицами, занимающими государственные должности Российской Федерации, понимаются лица, занимающие должности, устанавливаемые Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами и федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий государственных органов. Под лицами, занимающими государственные должности субъекта Российской Федерации, понимаются лица, занимающие должности, устанавливаемые конституциями и уставами субъектов Российской Федерации для непосредственного исполнения полномочий государственных органов.

Кроме того, в ст. 1 федерального закона «О государственной гражданской службе»[105] также дается определение государственной должности РФ и государственной должности субъекта РФ - это должности, устанавливаемые Конституцией РФ, федеральным законом для непосредственного исполнения полномочий федеральных государственных органов, и должности, устанавливаемые конституциями (уставами), законами субъектов РФ для непосредственного исполнения полномочий государственных органов субъектов РФ.

Казалось бы, имеются понятия и дефиниции данных понятий, и не должно быть никаких разнотолков и недопонимания. Но, к сожалению, в определении должностных лиц указанной категории ученые разделились на два лагеря. Одни, такие, как Кудрявцев В.Н., Наумов А.В., считают, что «лицами, занимающие государственные должности Российской Федерации и субъектов Российской Федерации являются – Президент РФ, Председатель Правительства РФ, председатели палат Федерального Собрания РФ, министры, руководители законодательной и исполнительной власти субъектов Федерации и другие лица...»[106] .

Другим субъектом квалифицированного злоупотребления должностными полномочиями является глава органа местного самоуправления.

Определения данного субъекта в УК РФ нет, поэтому приходится обращаться к законодательным актам, регулирующим вопросы местного самоуправления.

Так, ст. 16 Федерального закона РФ «Об общих принципах организации местного самоуправления»[107] , дает определение главы муниципального образования, которым будет являться выборное должностное лицо, возглавляющее деятельность по осуществлению местного самоуправления на территории муниципального образования. Глава муниципального образования избирается гражданами, проживающими на территории муниципального образования, на основе всеобщего равного и прямого избирательного права при тайном голосовании либо представительным органом местного самоуправления из своего состава.

Кроме того, ст. I указанного закона раскрывает понятие муниципального образования - городское, сельское поселение, несколько поселений, объединенных общей территорией, часть поселения, иная населенная территория, в пределах которых осуществляется местное самоуправление, имеются муниципальная собственность, местный бюджет и выборные органы местного самоуправления.

С.Г. Келина считает, что «к этой же категории лиц, несущих повышенную уголовную ответственность, относятся и их заместители»[108] .

Как уже отмечалось в первой главе данного исследования, ч. 2 ст. 285 УК РФ на практике применяется крайне редко, поэтому сложно дать практические советы правоприменителю в использовании указанной нормы. На данный момент указанная норма в большей степени является декларативной и профилактирующей.

Особо квалифицированным видом злоупотребления должностными полномочиями является деяние, предусмотренные частями первой или второй ст. 285 УК РФ, повлекшее тяжкие последствия.

Тяжкие последствия - оценочный признак, содержание которого закон не раскрывает. Для применения указанной нормы необходимо установить в деянии должностного лица все элементы основного состава, то есть признаки злоупотребления должностными полномочиями и аргументировать наступившие последствия как тяжкие. Данные последствия должны быть связаны с нарушением прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства. На это обращает внимание и А.В. Галахова: «При наступлении тяжких последствий с особой тщательностью надо устанавливать, что они наступили именно вследствие должностного злоупотребления»[109] .

Под тяжкими последствиями согласно разъяснению, содержащемуся в п. 10 упоминавшегося постановления Пленума Верховного Суда СССР «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге», понимается «причинение такого вреда, как крупные аварии, длительная остановка транспорта или производственного процесса, дезорганизация работы учреждения, предприятия, срыв выполнения народнохозяйственных заданий, нанесение государству материального ущерба в особо крупных размерах, причинение смерти или тяжких телесных повреждений хотя бы одному человеку и т.п.»[110] .

Целесообразно было бы предложить конкретные оценочные величины последствий - размер крупной аварии, срок остановки транспорта или производственного процесса, время дезорганизации работы учреждения и предприятия, ущерб от срыва выполнения производственных заданий, сумма нанесения ущерба государству в особо крупном размере.

В ходе анализа уголовных дел, опроса сотрудников милиции, прокуратуры и суда, учитывая принципы построения Уголовного кодекса Российской Федерации, в рамках действующего постановления Пленума Верховного Суда СССР, целесообразней под вышеуказанными формулировками понимать:

крупная авария - ущерб свыше 250000 руб. (аналогично примечанию 4 ст. 158 УК РФ);

длительная остановка транспорта или производственного процесса - свыше одной рабочей недели, по заявлению этой организации или с ее согласия (аналогично примечанию 2 ст. 201 УК РФ);

дезорганизация работы учреждения и предприятия - свыше 24 часов, по заявлению этой организации или с ее согласия (аналогично примечанию 2 ст. 201 УК РФ);

срыв выполнения производственных заданий — в рамках государственных заказов, ущерб не менее 250000 рублей (аналогично примечанию 4 ст. 158 УК РФ);

нанесение государству ущерба в особо крупном размере – ущерб свыше 1000000 руб. (аналогично примечанию 4 ст. 158 УК РФ).

Квалификация преступления – злоупотребления должностными полномочиями повлекшего тяжкие последствия - причинение смерти или тяжкого вреда здоровью на практике и в теории не вызывают затруднений.

Кроме того, целесообразно в примечании к ст. 285 УК РФ раскрыть понятие «тяжкие последствия». Физический вред предлагается выразить в причинении тяжкого вреда либо смерти по неосторожности, а имущественный вред в денежном выражении превышающим 250000 руб.

Форма вины по отношению к указанным последствиям может быть выражена прямым умыслом, когда должностное лицо предвидит и желает наступления таких последствий, или косвенным, когда виновный предвидит, не желает, но сознательно допускает наступление тяжких последствий или относится к ним безразлично. Как отмечают А.Н. Игнатов и Ю.А. Красиков, злоупотребление же должностными полномочиями - чисто умышленное преступление[111] .

Однако некоторые ученые считают, что это преступление с двумя формами вины. Так, П.С. Яни указывает, что, говоря о квалификации по ч. 3 ст. 285 УК РФ следует иметь в виду, что применительно к квалифицирующему признаку причинения деянием тяжких последствий законодатель установил правило, согласно которому, если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает только в случае, если лицо предвидело возможность их наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращения, или в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. В целом такое преступление признается совершенным умышленно. Таким образом, ст. 27 УК РФ существенно уточняет не только понятие умышленного преступления, содержащееся в ст. 25 УК РФ, но и допускает вменение ч. 3 ст. 285 УК РФ даже в тех случаях, когда тяжкие последствия причинены в результате деяния должностного лица по неосторожности[112] . А И.Я. Козаченко просто констатирует: «По отношению к этим последствиям вина субъекта выражается в форме неосторожности, т.е. данное посягательство будет преступлением с двойной формой вины»[113] .

Как уже отмечалось, уголовный закон особо не оговаривает случаи совершения злоупотребления должностными полномочиями группой должностных лиц, действующих по предварительному сговору.

Выводы по II главе

Подводя итог, на основании проведенного анализа, сформулируем собственное определение объекта преступления - злоупотребления должностными полномочиями. Итак, объектом преступления, ответственность за которое установлена ст. 285 УК РФ, является совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальную деятельность конкретного публичного аппарата управления в лице государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений или же аппарата управления в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, а также права и законные интересы граждан, организаций, общества и государства.

Подводя итог рассмотрению объективной стороны состава преступления - злоупотребления должностными полномочиями, отметим, что она имеет ряд недостатков в виде оценочных формулировок и расплывчатых дефиниций.

Однако можно сделать вывод, объективная сторона состава преступления - злоупотребление должностными полномочиями в целом в новом Уголовном кодексе Российской Федерации состоялась, но имеет свои недочеты, которые были выявлены в ходе правоприменения.

Итак, предложено понятие «существенности нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства» содержащегося в ст. 285 УК РФ, определить как существенное нарушение, причинение физического, имущественного или морального вреда, соответственно легкого или средней тяжести вреда здоровью, имущественного вреда на сумму от 2500 руб. до 250000 руб. или нарушения прав и свобод человека и гражданина закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Подводя итоги рассмотрения субъекта преступления - злоупотребления должностными полномочиями, можно сделать вывод, что в целом у практических работников на данный момент указанный признак не вызывает затруднений. Однако, для исключения в будущем двусмысленных трактовок и неопределенных формулировок, целесообразно изменить и изложить в следующей редакции примечание 1 к ст. 285 УК РФ: «Должностное лицо это лицо, постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, а также представитель законодательной или судебной власти, либо наделенный распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, представитель исполнительной власти».

На основании вышеизложенного, считаем целесообразным именно в ч. 3 ст. 285 УК РФ дополнить признак, состоящий в совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.

Кроме того, на основании вышеизложенного предлагается в примечании к ст. 285 УК РФ раскрыть понятие «тяжкие последствия» в виде физического вреда, состоящего в причинении тяжкого вреда здоровью либо смерти по неосторожности, имущественного вреда на сумму превышающею 250000 руб.


Глава III. Вопросы применения нормы о злоупотреблении должностными полномочиями

§1. Отграничение злоупотребления должностными полномочиями от превышения должностных полномочий

Экономическое процветание общества, права и свободы его членов способны обеспечить только нормально функционирующие государственные органы. Поэтому, безусловно, важна охрана деятельности государственного аппарата и органов местного самоуправления от посягательств, осуществляемых самими сотрудниками этого аппарата.

Глава 30 УК РФ содержит 11 статей, которые имеют общие признаки и определенные различия. Прежде чем характеризовать отграничение злоупотребления должностными полномочиями от превышения должностными полномочиями, определим общие признаки указанных статей. Г.Л. Новоселов отмечает, что: «преступления, предусмотренные в нормах гл. 30 УК РФ, обладают рядом общих признаков:

Они могут быть совершены специальным субъектом – должностным лицом (большинство преступлений) или государственным служащим и служащим органа местного самоуправления. Исключение составляет лишь ст. 291 УК РФ (дача взятки), где субъект - общий.

Эти преступления совершаются единственно благодаря служебному положению и не связаны со служебной необходимостью.

Данные деяния нарушают правильную, законную деятельность государственного аппарата и аппарата местного самоуправления, совершаются вопреки интересам службы.

4. Рассматриваемые преступления могут быть совершены лицами, занимающими должности в государственных органах (федеральных и субъектов Федерации), органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, Вооруженных Силах, других войсках и воинских формированиях России»[114] .

Безусловно, статьям, помещенным в главу 30 УК РФ присущи указанные признаки, но, тем не менее, каждая статья имеет свои особенности и в данном случае актуально отграничить злоупотребления должностными полномочиями от превышения должностными полномочиями.

Уголовная ответственность за превышение должностными полномочиями предусмотрена ст. 286 УК РФ и состоит из совершения должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Это деяние считается преступлением средней тяжести, однако наличие квалифицирующих или особо квалифицирующих обстоятельств (ч.2 и ч. 3) превращает его в тяжкое преступление.

Согласно п. 11 действующего постановления Пленума Верховного Суда СССР № 4 от 30.03.1990 г. «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных положений, халатности и должностном подлоге» «при отграничении злоупотребления властью или служебным положением от превышения власти или служебных полномочий судам следует исходить из того, что в первом случае должностное лицо незаконно, вопреки интересам службы использует предоставленные ему законом права и полномочия, а во втором - совершает действия, явно выходящие за пределы его служебной компетенции (которые относятся к полномочиям другого должностного лица либо могли быть совершены самим должностным лицом только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе или подзаконном акте, а также действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать)»[115] .

Как видно из действующего постановления Пленума Верховного Суда СССР разграничение злоупотребления должностными полномочиями и превышения должностными полномочиями не совсем понятно. В связи с этим достаточно трудно определить разницу между незаконным использованием предоставленных прав и полномочий и совершением действий, которые могли быть совершены должностным лицом только при наличии особых обстоятельств. На это обращает внимание и П.С. Яни: «Нетрудно заметить, что критерии, предложенные Пленумом для разграничения указанных преступлений, не очень определены. Ведь в чем, собственно, разница между незаконным использованием предоставленных законом прав и полномочий и совершением действий, которые могли быть совершены должностным лицом только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе или подзаконном акте»[116] .

Проводя анализ по отграничению злоупотребления должностными полномочиями от превышения должностных полномочий, необходимо остановиться на разграничении данных формулировок согласно внутреннему содержанию. Так, толковый словарь русского языка трактует «превышение» - как «выйти за какой-нибудь предел»[117] , а «злоупотребление» - как «употребить во зло, незаконно использовать что-нибудь во вред кому чему ни будь»[118] . Таким образом, видно, что в буквальном смысле указанные определения отличаются по направленности действий лица, его умысла на определенные поступки.

В юриспруденции важным в разграничении злоупотребления должностными полномочиями от их превышения будет являться разграничение по признакам преступления. Отметим, что субъект и непосредственный объект данных преступлений идентичен, а отличия заложены в объективной и субъективной сторонах преступлений, а также в дополнительном объекте преступления.

Во-первых, злоупотребление возможно как путем действия, так и путем бездействием, а превышение - только действия. Но, с данной точкой зрения некоторые ученые не согласны. Так, В.М. Лебедев указывает, что «объективная сторона данного состава преступления может выполняться как в виде активных действий, так и бездействия (невыполнения постановления об освобождении из-под стражи со стороны начальника следственного изолятора)»[119] . С данной точкой зрения стоит не согласиться, так как даже в диспозиции ст. 286 УК РФ указывается на «совершения должностным лицом действий», что нельзя понимать как «бездействие». Кроме того, в буквальном смысле слова «превысить», то есть выйти за какой - ни будь предел нельзя, не совершив определенных действий. И именно данной позиции придерживается большинство ученых - Б.В. Здравомыслов[120] , С.Г. Келина[121] и др.

Во-вторых, при злоупотреблении виновный действует в пределах своих должностных полномочий, а при превышении он выходит за эти пределы. На это обратил внимание и А.И. Игнатов: «От злоупотребления служебными полномочиями превышение служебных полномочий отличается тем, что в первом случае должностное лицо действует в формальных пределах своей компетенции, но вопреки интересам службы, а во втором имеет место формальный выход за пределы своих полномочий»[122] . К примеру, если сотрудник милиции в ходе допроса подозреваемого причинит телесные повреждения последнему, то он совершит превышение должностных полномочий, так как данные действия никто и никогда не вправе совершать, а если в результате опроса заявителя, сотрудник милиции не зарегистрирует заявление, в котором усматриваются признаки состава преступления, с целью не портить показатели по службе, то он совершит злоупотребление должностными полномочиями.

В-третьих, обязательным субъективным признаком злоупотребления должностными полномочиями являются корыстная или иная личная заинтересованность, а при превышении должностными полномочиями установление подобных мотивов необязательно. Они могут иметь место, а могут и отсутствовать. На это обратил внимание и П.С. Яни: «При изменении квалификации на ст. 286 УК РФ принимается во внимание, что в отличие от преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ, при превышении должностных полномочий отсутствует корыстная или иная личная заинтересованность должностного лица. Чаще всего такую заинтересованность просто не удается доказать»[123] .

В-четвертых, дополнительным объектом злоупотребления должностными полномочиями являются права и законные интересы граждан, организаций, общества или государства, а дополнительным объектом при квалифицированном виде преступления - превышения должностных полномочий является также личность (жизнь, здоровье, телесная неприкосновенность, свобода, достоинство). Таким образом, имея общие признаки непосредственного объекта, ст. 285 УК РФ имеет свои особенности по дополнительному объекту относительно ст. 286 УК РФ.

Кроме отграничения данных деяний по признакам состава преступления, имеются различия по квалифицирующим признакам, а точнее по особо квалифицирующим признакам.

Так, часть 3 ст. 286 УК РФ предусматривает ответственность за деяния, предусмотренные частями первой и второй статьи, если они совершены:

а) с применением насилия или угрозой его применения;

б) с применением оружия или специальных средств;

в) с причинением тяжких последствий.

Таким образом, отграничение злоупотребление от превышения должностными полномочиями по особо квалифицирующим признакам состоит по «применению насилия или угрозы его применения», а также по «применению оружия или специальных средств». Введя указанные признаки в диспозицию ч. 3 ст. 286 УК РФ, законодатель повысил ответственность за преступление, установив низшую планку лишения свободы «на срок от трех лет...», по сравнению с ч. 3 ст. 285 УК РФ, где указано санкция «наказываются лишением свободы на срок до десяти лет...».

В литературе достаточно часто бытует мнение, что ст. 285 УК РФ является общей нормой по отношению к ст. 286 УК РФ. К данной позиции нужно относиться настороженно, так как в данном случае имеются принципиальные различия по объективной и субъективной сторонам преступления. Как правильно заметил А.В. Шнитенков, рассматривая отграничение ст. 285 УК РФ от ст. 286 УК РФ, высказывается мнение о том, что превышение должностных полномочий не может состоять в совершении действий, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать. Специальная норма должна содержать в себе все основные структурные элементы общей нормы, только тогда между ними возникает конкуренция[124] .

Ст. 285 УК РФ ограничивается от ст. 286 УК РФ обязательным мотивом - корыстной или иной личной заинтересованностью. Для установления превышения должностными полномочиями мотив не обязателен. Как правильно отметил А.С. Горелик, при конкуренции общей и специальной норм одна из них (общая) охватывает определенный круг деяний, а другая (специальная) - часть этого круга, т.е. разновидности деяний, предусмотренных общей нормой[125] .

В следственной и судебной практике имеются проблемы в отграничении ст. 285 УК РФ от ст. 286 УК РФ по объективной стороне преступления. Указанная проблема, как правило, связана с доказательной деятельностью сотрудников правоохранительных органов. Так, в ходе проведения опроса сотрудников правоохранительных органов по проблеме злоупотребления должностными полномочиями должностными лицами в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах РФ, других войсках и воинских формированиях РФ, старший оперуполномоченный по ОВД Департамента по борьбе с организованной преступностью и терроризмом МВД России В.А. Федотов заявил, что первоначально уголовные дела в отношении коррумпированных должностных лиц органов государственной власти возбуждаются по ст. 285 УК РФ, но впоследствии, за недоказанностью корыстной или иной личной заинтересованности уголовные дела переквалифицируются на ст. 286 УК РФ»[126] .

§2. Отграничение злоупотребления должностными полномочиями от злоупотребления полномочиями

Злоупотребление полномочиями руководителями негосударственных предприятий и организаций является одним из самых распространенных и вместе с тем латентных преступлений. Как правильно отметила О.И. Цоколова, не являясь должностными лицами государственных органов и организаций, руководители коммерческих предприятий и организаций длительное время избегали ответственности за многочисленные злоупотребления, совершенные в отношении, как своей организации, так и иных организаций и граждан. Статья 201 УК РФ создает возможность привлечения к уголовной ответственности названных лиц[127] .

Диспозиция ст. 201 УК РФ состоит в использовании лицом.

Юридико-технически ст. 201 УК РФ построена по типу ст. 285 УК РФ, отличаясь главным образом по объекту - характеру защищаемых интересов и субъекту преступления. И, кроме того, имеются некоторые отличия по объективной и субъективной сторонам преступления.

Конечно же, главные отличия указанных преступлений заложены в объекте преступления. Глава 23 УК РФ «Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях» является новой для уголовного законодательства и связана с революционными изменениями в экономике государства. Как правильно отметил А.Н. Игнатов, коренные изменения в экономике страны - признание частной собственности и ее равная защита с государственной, муниципальной и иными видами собственности, обеспечение свободы экономической деятельности, конкуренции и свободного перемещения товара, услуг и финансовых средств - потребовали существенно изменить и дополнить отраслевое законодательство[128] .

Объектом преступления - злоупотребления должностными полномочиями является нормальная деятельность государственного органа, учреждения или предприятия, или органа местного самоуправления, а объектом преступления - злоупотребления полномочиями является нормальная деятельность и интересы коммерческих и иных негосударственных организаций и предприятий.

Согласно ст. 50 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).

Юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, могут создаваться в форме хозяйственных товариществ и обществ, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий.

Юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями, могут создаваться в форме потребительских кооперативов, общественных и религиозных организаций (объединений), финансируемых собственником учреждений, благотворительных и иных фондов, а также в других формах, предусмотренных законом.

Деятельность коммерческих и некоммерческих организаций осуществляется на основании законов и нормативно-правовых актов России, и не может быть направлена на причинения вреда правам и законным интересам граждан или организаций, а также охраняемым законом интересам общества и государства. Поэтому лицо, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации, должно действовать в интересах своей организации и руководствоваться нормативно-правовой базой Российской Федерации, а также учредительными договорами и уставами своей организации.

Таким образом, по основному объекту преступления, злоупотребление полномочиями отличается от злоупотребления должностными полномочиями по характеру защищаемых интересов. В первом случае это будут интересы негосударственных предприятий, учреждений и организаций, а во втором исключительно государственных и муниципальных органов и учреждений.

Дополнительный объект - права и законные интересы граждан или организаций, а также охраняемые законом интересы общества и государства, указанных преступлений - идентичен.

Субъектом преступления злоупотребления полномочиями, согласно примечанию 1 к ст. 201 УК РФ, является лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации независимо от форм собственности, а также в некоммерческой организации, не являющиеся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением.

Указанное лицо не является должностным лицом органа государственной власти или органа местного самоуправления. Оно не обладает соответствующим статусом, правами и не реализует государственное управление, то есть, не призвано обеспечивать публичные интересы, а лишь в установленных законом пределах соблюдает их. Как правильно заметили А.Э. Жалинский и А.А. Энгельгардт А.А наделение лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и некоммерческих организациях, функциями должностных лиц могло бы необоснованно расширить их полномочия, тем самым незаконно ограничив государственные монополии на осуществление властных функций[129] .

В коммерческих и иных организациях лицо наделяется управленческими функциями на основании внутренних документов данной организации, в рамках действующего законодательства, и, как правило, на основании решений общих собраний учредителей. Лицо, выполняющее управленческие функции, являясь наемным рабочим, действует в рамках инструкции или положения.

Коммерческая или иная организация самостоятельно устанавливают статус лиц, выполняющих как организационно-распорядительные, так и административно-хозяйственные функции.

Организационно-распорядительные и административно-хозяйственные обязанности лица выполняющего управленческие функции, не идентичны организационно-распорядительным и административно-хозяйственным обязанностям должностного лица в ст. 285 УК РФ, так как имеют самостоятельную правовую природу.

Организационно-распорядительные обязанностями лица, выполняющего управленческие функции, являются обязанности, также возложенные на лицо на основании внутренних документов данной организации и связанные с распоряжением деятельностью других работников организации.

Административно-хозяйственные обязанностями лица, выполняющего управленческие функции, являются обязанности, возложенные на лицо на основании устава, учредительного договора, инструкции данной организации и связанные с управлением имуществом данной организации.

По объективной стороне преступления ст. 201 УК РФ незначительно отличается от ст. 285 УК РФ. Здесь стоит обратить внимание, что в диспозицию ст. 201 УК РФ законодатель ввел термин «законным» интересам этой организации, а в ст. 285 УК РФ указано только «вопреки интересам службы». Видится, что отдельной смысловой нагрузки здесь нет. Законодатель лишь конкретизирует, что деятельность коммерческой и иной организации должна быть в рамках закона, а в ст. 285 УК РФ в деятельности органов государственной власти и местного самоуправления это презюмируется. Как правильно отметили А.Э. Жалинский и А.А. Энгельгардт, к законным интересам относится и соблюдение порядка деятельности данной организации всеми субъектами отношений с ней, включая процедуру заключения сделок, предоставления услуг, поддержание расчетной дисциплины, соблюдения различных условий и факторов, определяющих конкурентоспособность данной организации[130] .

Кроме того, в диспозиции ст. 201 УК РФ законодатель указал «существенный вред», тогда как в диспозиции ст. 285 УК РФ указано «существенное нарушение». Видится, что и здесь законодатель не заложил смысловое различие, а лишь подчеркнул, что незаконная деятельность лица, выполняющего управленческие функции, в коммерческой и иной организации может причинить именно вред, а незаконная деятельность должностного лица - нарушить права и законные интересы граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или организации. На это обратил внимание и А.Н. Игнатов: «Понятие существенного вреда идентично той характеристике, которая дана при анализе ст. 285 УК РФ, и зависит от оценки суда по конкретному делу»[131] .

Субъективная сторона указанных преступлений имеет ряд различий. Так, большинство ученых склонны утверждать, что злоупотребление полномочиями совершается только с прямым умыслом, так как в диспозиции указана цель преступления[132] . Позволим с данной точкой зрения не согласиться. Считаем, что лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой и иной организации, может совершить злоупотребление полномочиями с косвенным умыслом, то есть осознавать общественную опасность своих действий (бездействий), предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий, не желать, но сознательно допускать эти последствия либо относиться к ним безразлично. Указанная в диспозиции цель - извлечение выгод или преимуществ, говорит нам о цели деятельности лица, выполняющего управленческие функции, по обогащению, а не о цели причинения вреда данной организации, гражданам, обществу или государству. Данную точку зрения поддерживает A.M. Яковлев[133] .

Мотив преступления – корыстная или иная личная заинтересованность является обязательным признаком, состава преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ, тогда как цель преступления может быть любая. А в ст. 201 УК РФ, наоборот, цель преступления - извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, является обязательным признаком, тогда как мотив преступления может быть любой.

Указанные признаки субъективной стороны преступления являются важным звеном в отграничении злоупотребления должностными полномочиями от злоупотребления полномочиями.

Кроме того, стоит обратить внимание, что ст. 201 УК РФ не имеет особо квалифицирующего признака, а квалифицирующий признак «тяжкие последствия», по терминологии совпадает с особо квалифицирующим признаком ст. 285 УК РФ. Данные признаки имеют разную правовую природу, но идентичны по содержанию. Тяжкие последствия ст. 201 УК РФ, как и ст. 285 УК РФ, являются оценочным признаком и определяются судом с учетом всех обстоятельств дела. Это может быть серьезное нарушение деятельности организации, нарушение законных интересов большого числа граждан, причинение по неосторожности вреда здоровью граждан.

Помимо признаков составов преступлений, указанные преступления отличаются по порядку привлечения должностных лиц и лиц, выполняющих управленческие функции, к уголовной ответственности.

Так, в примечании 2 ст. 201 УК РФ указано, что если деяние причинило вред интересам исключительно коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, уголовное преследование осуществляется по заявлению этой организации или с ее согласия. А в примечании 3 ст. 201 УК РФ указано, что если деяние причинило вред интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства, уголовное преследование осуществляется на общих основаниях.

Указанная норма основана на п. 1 ст. 8 Конституции Российской Федерации, где указано, что в Российской Федерации гарантируется единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности.

Здесь необходимо рекомендовать обращать внимание на учредительные документы организации - устав, учредительный договор, статуса данной организации, вида деятельности и формы образования. Кроме того, более пристально исследовать субъективную сторону преступления - на что направлен умысел должностного лица.


§3. Квалификация злоупотребления должностными полномочиями при конкуренции норм

Ю.Р. Хисматулина, давая понятие конкуренции уголовно-правовых норм, констатирует: «При совокупности преступлений лицо несет уголовную ответственность за каждое совершенное преступление по соответствующей статье или части статьи УК РФ. Однако иногда случается, что совершенное преступление предусматривается несколькими уголовно-правовыми нормами одновременно. Это свидетельствует об имеющейся конкуренции уголовно-правовых норм»[134] .

Конкуренцию уголовно-правовых норм достаточно часто приходится преодолевать сотрудникам правоохранительных органов в процессе применения уголовного закона, как при квалификации преступления, так и при назначении наказания. Свои, особые признаки имеет ст. 285 УК РФ, так как является общей нормой по отношению ко многим нормам о служебных преступлениях. Характеризуя объективную сторону служебного преступления, А.Я. Аснис указал, что она состоит «в совершении деяния в связи со служебным положением, занимаемым лицом, его совершающим»[135] , что практически является объективной стороной злоупотребления должностными полномочиями.

В Уголовном кодексе РФ 1996 года нашло законодательное закрепление правило, выработанное теорией права - специальный закон отменяет действие общего. В ч. 3 ст. 17 УК РФ установлено: «Если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по общей норме». Как правильно заметил В.Н. Кудрявцев, общая норма шире по объему, охватывает более широкий круг деяний, а специальная - лишь частные случаи из этого круга. В то же время специальная норма богаче по содержанию, так как в ней предусматривается больше признаков, за счет которых она выделяется из общей[136] . Указанные признаки могут относиться к характеристике объекта, объективной и субъективной стороны, субъекта преступления.

Анализируя главу 30 УК РФ «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления» можно сказать, что наиболее общей нормой здесь является норма о злоупотреблении должностными полномочиями. В ней в самом общем виде дана характеристика субъекта преступления (должностное лицо), самого деяния (использование своих служебных полномочий вопреки интересам службы) и последствий (существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства). Уже в самой главе 30 УК РФ имеются специальные составы преступлений по отношению к злоупотреблению должностными полномочиями, различающиеся объективной стороной преступления:

ст. 2851 УК РФ «Нецелевое расходование бюджетных средств»,

ст. 2852 УК РФ «Нецелевое расходование средств государственных внебюджетных фондов»,

ст. 287 УК РФ «Отказ в предоставлении информации Федеральному Собранию Российской Федерации или Счетной палате Российской Федерации»,

ст. 289 УК РФ «Незаконное участие в предпринимательской деятельности»,

ст. 290 УК РФ «Получение взятки»,

ст. 292 УК РФ «Служебный подлог».

Нормы, где имеет место использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, помещенные в другие главы Уголовного кодекса РФ, предусматривают, прежде всего, иной основной объект посягательства, наряду с интересами службы, являющийся здесь дополнительным объектом.

Так, нормы, предусмотренные ч. 2 ст. 128 УК РФ «Незаконное помещение в психиатрическую больницу» с основным объектом - свобода человека, ч. 3 ст. 139 УК РФ «Нарушение неприкосновенности жилища» с основным объектом - конституционное право граждан на неприкосновенность жилища, п. «б» ч. 3 ст. 174 УК РФ «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем» с основным объектом - принцип запрета заведомо криминальных форм поведения в экономической деятельности, являются специальными по отношению к ст. 285 УК РФ и различаются по основному объекту посягательства. Согласно данным А.В. Вагина признак «использование служебного положения» содержится в 35 из 256 статьях Особенной части УК РФ и указан в качестве обязательного в 38 из 534 составах преступлений, включая квалифицированные[137] .

В указанных нормах могут быть конкретизированы субъекты преступлений, последствия, мотивы и цели, и, конечно же, абстрактное использование вопреки интересам службы должностным лицом своих служебных полномочий представлено в этих нормах конкретным описанием соответствующего действия должностного лица.

Анализируя злоупотребление должностными полномочиями при конкуренции норм, отметим точку зрения А.С. Горелика по данному вопросу на примере служебных преступлений - «конкуренция общей и специальной нормы выступает тогда, когда в действиях должностного лица имеются признаки общего преступления против интересов службы и специального его вида или же такого общеуголовного преступления, в составе которого прямо оговорена возможность его совершения должностным лицом наряду с другими субъектами либо это бесспорно вытекает из смысла нормы; если же такого указания нет, содеянное должно квалифицироваться по совокупности»[138] .

Конечно же, в УК РФ содержится описание множества преступлений, которые могут быть совершены как гражданскими, так и должностными лицами, использующими при этом свои служебные полномочия, хотя в статьях Особенной части Уголовного кодекса РФ об этом не упоминается. Такими, к примеру, являются преступления, предусмотренные:

ст. 125 УК РФ «Оставление в опасности»,

ст. 207 УК РФ «Заведомо ложное сообщение об акте терроризма»,

ст. 251 УК РФ «Загрязнение атмосферы» и др.

При совершении указанных преступлений должностными лицами, нужно констатировать идеальную их совокупность с соответствующими преступлениями против интересов службы при наличии, конечно, в содеянном всех признаков состава соответствующего служебного преступления, так как деяние причиняет вред двум самостоятельным основным объектам[139] .

Действующее постановление Пленума Верховного Суда СССР в целом следует указанному подходу. Так, в постановлении № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышением власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» указано, что если ответственность за допущенное должностным лицом нарушение служебных полномочий предусмотрена специальной уголовно-правовой нормой, содеянное подлежит квалификации по этой норме без совокупности со статьями, предусматривающими общие составы должностных преступлений[140] .

Выводы по III главе

Подводя итоги исследования по отграничению злоупотребления должностными полномочиями от превышения должностных полномочий, необходимо отметить, что данные преступления имеют серьезные отличия по объективной и субъективной сторонам преступлений, что не позволяет им в полном объеме конкурировать между собой, и, таким образом, являются самостоятельными преступлениями. Знания указанных отличий является необходимым правовым инструментом в борьбе с должностной преступностью.

По отграничению злоупотребления должностными полномочиями от злоупотребления полномочиями, необходимо отметить, что юридико-технические указанные нормы построены идентично, но имеют коренные отличия по объекту и субъекту преступления, а также незначительные отличия по объективной и субъективной сторонам преступления.

Таким образом, при конкуренции общей и специальной норм, злоупотребление должностными полномочиями квалифицируется в том случае, если указанная норма не является специальной. А при квалификации деяния совершенного должностным лицом, не содержащего признака должностного преступления, нужно констатировать идеальную совокупность.


Заключение

В процессе исследования нормы уголовного законодательства о злоупотреблении должностными полномочиями в полном объеме исследован уголовно-правовой и криминологический аспекты.

В результате анализа подготовлено и сформулировано собственное определение злоупотребления должностными полномочиями, которое основывается на понятии, заложенном в диспозиции статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также на международных нормах. Отмечено, что злоупотребление должностными полномочиями - это совершаемое лицом, занимающим должностное положение в органе государственной власти или органе местного самоуправления, деяние, вопреки интересам службы, для извлечения личных выгод, повлекшее нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.

В результате проведенного юридического анализа - злоупотребления должностными полномочиями установлено, следующее:

Объектом преступления, ответственность за которое установлена ст. 285 УК РФ, является совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальную деятельность конкретного публичного аппарата управления в лице государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений или же аппарата управления в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, а также права и законные интересы граждан, организаций, общества и государства.

Объективная сторона состава преступления – злоупотребления должностными полномочиями, имеет ряд недостатков в виде оценочных формулировок и расплывчатых дефиниций.

Так, например, признак «существенности» целесообразнее всего было бы исключить из диспозиции статьи, либо, оставив его, указать размер имущественного вреда в денежном выражении, а личностный вред - в степени тяжести вреда здоровью.

Кроме того, отмечены, обстоятельства, исключающие преступность деяния для должностных лиц, совершивших злоупотребление должностными полномочиями, которыми будут являться:

физическое или психическое принуждение;

крайняя необходимость;

обоснованный риск;

исполнение приказа или распоряжения.

3. Субъект преступления в целом у практических работников на данный момент не вызывает затруднений. Однако для исключения в будущем двусмысленных трактовок и неопределенных формулировок, целесообразно изменить и изложить в следующей редакции примечание 1 к ст. 285 УК РФ: «Должностным лицом в статьях настоящей главы признается лицо, постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации, а также представитель законодательной или судебной власти, либо наделенный распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, представитель исполнительной власти.

4. Субъективная сторона преступления характеризуется корыстным мотивом или иной личной заинтересованностью. При этом отмечено, что не установление в конкретном случае корыстной или иной личной заинтересованности со стороны должностного лица, даже если его действиями и причинен вред правоохраняемым интересам, состав злоупотребления служебными полномочиями отсутствует. Содеянное может образовать лишь дисциплинарный поступок. Кроме того, указано, что субъективная сторона состава преступления является важным звеном в квалификации преступления, способствует отграничению злоупотребления должностными полномочиями от хищения с использованием служебных полномочий и халатности.

5. Квалифицированные виды злоупотребления должностными полномочиями необходимы и востребованы правоприменителем. Если ч. 2 ст. 285 УК РФ является декларативной и профилактирующей нормой, то ч. 3 ст. 285 УК РФ является применимой и необходимой нормой в борьбе со злоупотреблениями должностными полномочиями. Тяжкие последствия являются оценочной категорией, в связи с чем, предложены конкретные оценочные величины.

Предлагается в примечании к ст. 285 УК РФ раскрыть понятие «тяжкие последствия» в виде физического вреда, состоящего в причинении тяжкого вреда здоровью либо смерти по неосторожности, имущественного вреда на сумму превышающею 250000 руб.

Кроме того, на основании проведенного исследования, считаем целесообразным именно в ч. 3 ст. 285 УК РФ дополнить признак, состоящий в совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.

6. В ходе проведенного анализа установлено, что при конкуренции общей и специальной норм, злоупотребление должностными полномочиями квалифицируется в том случае, если указанная норма не является специальной. А при квалификации деяния совершенного должностным лицом, не содержащего признака должностного преступления, нужно констатировать идеальную совокупность.


Список источников и литературы

Нормативно-правовые акты

1. Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. // Российская газета. 1993. № 237.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (с изменениями 13 февраля 2009 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. № 25. Ст. 2954

3. Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (с изменениями от 5 февраля 2007 г.) // Российская газета. 1994. № 138-139.

4. Федеральный закон РФ от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» // Собрание законодательств РФ. 2004. № 31.

5. Федеральный закон «Об основах муниципальной службы» от 8 января 1998 г. № 8-ФЗ (с изменениями на 25 декабря 2008 года) // Собрание законодательства РФ. 2004. №31. Ст. 224.

6. Федеральный закон РФ от 28 августа 1995 г. № 154-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (с изменениями на 8 декабря 2003 года) // Собрание законодательств РФ. 1995. №35.

7. Закон РФ от 6 июля 1991 г. № 1550-I «О местном самоуправлении в Российской Федерации» (с изменениями от 3 декабря 2008 г.) // Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1991. № 29.

8. Закон РФ от 18 апреля 1991 г. № 1026-I «О милиции» (с изменениями от 26 декабря 2008 г.) // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 16. Ст. 503

9. Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка (принят Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 34/169 от 17 декабря 1979 г.) // Советская юстиция. 1991. № 17.

Научная литература и материалы периодической печати

1. Британ И.А. Ибо я – большевик! Или неизвестное письмо Н. Бухарина // Наш современник. 2000. №8. С. 155.

2. Бугаевская Н.В. Должностное лицо как субъект преступления. Автореф. дис…канд. юрид. наук. Рязань, 2004. С.15.

3. Вагин А.В. Признак «использование служебного положения» в статьях Особенной части УК РФ // Юридическая техника и вопросы дифференциации ответственности в уголовном праве и процессе. 2007. №2. С. 66.

4. Гаухман Л.Д. Коррупция и коррупционное преступление // Законность. 2006. № 6. С. 76

5. Грибунов О.П. К вопросу о понятии представителя власти // Материал Всероссийской научно-практической конференции. Иркутск., Восточно-Сибирский Институт МВД России. 2005. С. 35.

6. Динека В.И. Ответственность за должностные преступления по уголовному праву России (уголовно-правовые и криминологические аспекты). Автореф. дис...докт. юрид. наук. М., 2002. С. 16.

7. Емельянов В. Понятие злоупотребления гражданскими правами // Законность. 2005. № 11. С. 28

8. Парнова А.В. Борцы с организованной преступностью освободили иностранных граждан, незаконно удерживаемых на территории Московской области // Новости. 2008. № 36. С. 4

9. Сатаров Г.А. Россия и коррупция: кто кого? // Российская газета. 2008. 13 февраля. С. 3

10. Хисматулина Ю.Р. Конкуренция уголовно-правовых норм и квалификация при совокупности преступлений // Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Иркутск, Восточно-Сибирский институт МВД России, 2005. С. 180.

11. Шнитенков А.В. Отягчающие обстоятельства в преступлениях против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Омск., 2006. С. 15.

Учебная и учебно-методическая литература

1. Аснис А.Я. Служебное преступление: понятие и субъект. М., ЮрИнфоР, 2003. 426 с.

2. Аснис А.Я. Уголовная ответственность за служебные преступления в России. Проблемы законодательного закрепления и правоприменения. М., ЮрИнфорР-Пресс, 2005. 528 с.

3. Беляев Н.А., Водянников Д.П., Орехов В.В. Уголовное право. Особенная часть. СПб., Санкт-Петербургский университет, 2005. 688 с.

4. Борзенков Г.И., Комиссаров В.С. Курс уголовного права. Особенная часть. Учебник для вузов. М., Зеркало. 2002. 532 с.

5. Валишевский К. Петр Великий. М., Квадрат. 2008. 164 с.

6. Ветрова Н.И., Ляпунова Ю.И. Уголовное право. Особенная часть. М., Юристъ. 2007. 746 с.

7. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. М., Инфра-М. 2005. 558 с.

8. Волженкин Б.В. Служебные преступления. М., Юристь, 2000. 172 с.

9. Галахова А.В. Должностные преступления. М., ВИНИТИ, 2006. 98 с.

10. Горелик А.С. Конкуренция уголовно-правовых норм. Красноярск, Красноярский государственный университет. 2005. 122 с.

11. Горький М. Несовременные мысли. М., 2002. 254 с.

12. Даль В.И. Толковый словарь. М., Дрофа. 2008. 958 с.

13. Динека В.И. Уголовная ответственность за превышение власти или служебных полномочий сотрудников органов внутренних дел. М., 2002. 376 с.

14. Жалинский А.Э., Энгельгардт А.А. Уголовное право России. М., Городец. 2008. 510 с.

15. Желудков А.В. Уголовное право. Особенная часть. М., Юрайт-М. 2008. 286 с.

16. Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. 572 с.

17. Иванов А.Ю. История Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков). СПб., Питер. 2007. 418 с.

18. Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Уголовное право России. М., Норма-Инфра-М. 2006. 554 с.

19. Исаев И.А. История государства и права России. М., Дрофа. 2008. 344с.

20. Кабанов П.А. Коррупция и взяточничество в России: исторические, криминологические и уголовно-правовые аспекты. Нижнекамск, 2005. 152 с.

21. Келина С.Г. Уголовное право России: проблемы и перспективы. М., Институт гос-ва и права. 2004. 222 с.

22. Ключевский П.О. Курс русской истории. Т.1. М., Проспект. 2002. 110с.

23. Козаченко И.Л., Незнамова З.А. Уголовное право. Общая часть. М., НОРМА-ИНФРА-М. 2007. 322 с.

24. Козаченко И.Я. Уголовное право. Общая часть. М., ИНФРА-НОРМА-М., 2008. 574 с.

25. Козырин А.Н. Административное право зарубежных стран. М., СПАРК, 2006. 454 с.

26. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 2004. 284 с.

27. Кудрявцев В.Н., Наумов А.В. Уголовное право России. Особенная часть. Учебник. М., Юристь, 2000. 568 с.

28. Кузнецов И.Н. История государства и права России. СПб., Питер. 2007. 174 с.

29. Кузнецова Н.Ф. Новое уголовное право России. Особенная часть. М., Норма-Инфра-М. 2007. 344 с.

30. Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., Норма. 2007. 868 с.

31. Лопатин В.В. Малый толковый словарь русского языка. СПб., Питер. 2008. 442 с.

32. Лысов М.Д. Частнопредпринимательская деятельность и ее формы по советскому уголовному праву. Казань, Изд-во Казан. ун-та. 2008. 466 с.

33. Ляпунов Ю.И. Уголовное право России. М., Новый юрист. 2007. 564 с.

34. Малиновский А.А. Злоупотребление правом. М., Пресс, 2005. 184 с.

35. Марцева А.И. Уголовное право Российской Федерации (Общая часть): Учебник. Омск, Юрид. инст. МВД России, 2006. 568 с.

36. Монтескье Ш. Избранные произведения. М., Госполитиздат, 1955. 234с.

37. Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. М., 2007. 266 с.

38. Негретов П.И. Летопись жизни и творчества В.Г. Короленко. 1917-1921 гг. М., 2002. 344 с.

39. Новоселов Г.Л. Уголовное право. Общая часть. М., ИНФРА-НОРМА-М., 2008. 558 с.

40. Обнинский B.C., Эминов В.Е., Яблоков Н.П. Основы борьбы с организованной преступностью. М., Инфра-М, 2006. 198 с.

41. Пономарев П.Г. Уголовное право России. М., МГЮА. 2004. 628 с.

42. Прудников В.В. Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления (уголовно-правовые аспекты). Краснодар, Кубанский государственный ун-т. 2003. 184 с.

43. Прудников В.В. Расследование злоупотребления должностными полномочиями и превышения должностных полномочий. Краснодар, 2000. 174 с.

44. Рабинович А. Большевики у власти. М., Новый хронограф. 2008. 110 с.

45. Рарог А.И., Самойлов А.С. Уголовное право. Общая часть. М., Высшее образование. 2005. 558 с.

46. Рогов В. А. История государства и права России. М., Инфра-М. 2007. 330 с.

47. Титов Ю.П. История государства и права России. М., Издательство «Проспект», М., Квадрат. 2006. 184 с.

48. Цоколова О.И. Расследование злоупотребления полномочиями и злоупотребления полномочиями частными нотариусами и аудиторами. Расследование преступлений в сфере экономики: руководство для следователей М., Спарк, 2008. 448 с.

49. Чистяков О.И. История отечественного государства и права М., 2005. 256 с.

50. Яковлев A.M. Уголовное право России (Особенная часть). Учебник М., Юристь, 2005. 298 с.

51. Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес - школа «Интел-Синтез», 2002. 88 с.

Материалы юридической практики:

1. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» (с изменениями от 10 февраля 2000 г.) // Бюллетень Верховного суда. 1991. №2.

2. Постановление Кировского районного суда г. Самара от 23 декабря 2008 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. №1.

3. Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 февраля 2008 г. № 74-О08-72 // Бюллетень Верховного суда. 2008. №2.

4. Постановление Самарского областного суда от 14 ноября 2008 г. по делу № 44у-564/08 // Бюллетень Верховного суда РФ. 2008. №4. С. 21

5. Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» № 6 от 10 февраля 2000 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. № 4.


[1] Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес - школа «Интел-Синтез», 2002. С. 4.

[2] Волженкин Б.В. Служебные преступления. М., Юристь, 2000. С. 1.

[3] Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес - школа «Интел-Синтез», 2002. С. 3.

[4] Прудников В.В. Расследование злоупотребления должностными полномочиями и превышения должностных полномочий. Краснодар, 2000. С. 5.

[5] Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес - школа «Интел-Синтез», 2002. С. 8.

[6] Рогов В.А. История государства и права России. М., Инфра-М. 2007. С.76-77.

[7] Исаев И.А. История государства и права России. М., Дрофа. 2008. С. 104

[8] Рогов В. А. История государства и права России. М., Инфра-М. 2007. С. 217

[9] Кабанов П.А. Коррупция и взяточничество в России: исторические, криминологические и уголовно-правовые аспекты. Нижнекамск, 2005. С.19

[10] Даль В.И. Толковый словарь. М., Дрофа. 2008. С. 163

[11] Кабанов П.А. Коррупция и взяточничество в России: исторические, криминологические и уголовно-правовые аспекты. Нижнекамск, 2005. С.13

[12] Там же. С.14

[13] Валишевский К. Петр Великий. М., Квадрат. 2008. С. 64

[14] Ключевский П.О. Курс русской истории. Т.1. М., Проспект. 2002. С. 72

[15] Валишевский К. Петр Великий. М., Квадрат. 2008. С. 65

[16] Там же. С. 67

[17] Титов Ю.П. История государства и права России. М., Издательство «Проспект», М., Квадрат. 2006. С. 86

[18] Динека В.И. Уголовная ответственность за превышение власти или служебных полномочий сотрудников органов внутренних дел. М., 2002. С.19

[19] Кузнецов И.Н. История государства и права России. СПб., Питер. 2007. С. 46

[20] Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. М., Инфра-М. 2005. С. 126

[21] Ключевский П.О. Курс русской истории. Т.1. М., Проспект. 2002. С. 75

[22] Титов Ю.П. История государства и права России. М., Издательство «Проспект», М., Квадрат. 2006. С. 89

[23] Кабанов П.А. Коррупция и взяточничество в России: исторические, криминологические и уголовно-правовые аспекты. Нижнекамск, 2005. С.15

[24] Рогов В.А. История государства и права России. М., Инфра-М. 2007. С.79

[25] Кабанов П.А. Коррупция и взяточничество в России: исторические, криминологические и уголовно-правовые аспекты. Нижнекамск, 2005. С.23

[26] Рогов В.А. История государства и права России. М., Инфра-М. 2007. С. 219

[27] Британ И.А. Ибо я – большевик! Или неизвестное письмо Н. Бухарина // Наш современник. 2000. №8. С. 155.

[28] Иванов А.Ю. История Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков). СПб., Питер. 2007. С. 218-219

[29] Горький М. Несовременные мысли. М., 2002. С.192

[30] Негретов П.И. Летопись жизни и творчества В.Г. Короленко. 1917-1921 гг. М., 2002. С. 285

[31] Рабинович А. Большевики у власти. М., Новый хронограф. 2008. С. 83

[32] Чистяков О.И. История отечественного государства и права М., 2005. С. 49

[33] Исаев И.А. История государства и права России. М., Дрофа. 2008. С. 112

[34] Рогов В. А. История государства и права России. М., Инфра-М. 2007. С. 218

[35] Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (с изменениями от 5 февраля 2007 г.) // Российская газета. 1994. № 138-139.

[36] Закон РФ от 6 июля 1991 г. № 1550-I «О местном самоуправлении в Российской Федерации» (с изменениями от 3 декабря 2008 г.) // Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1991. № 29. С. 10

[37] Закон РФ от 18 апреля 1991 г. № 1026-I «О милиции» (с изменениями от 26 декабря 2008 г.) // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 16. Ст. 503

[38] Монтескье Ш. Избранные произведения. М., Госполитиздат, 1955. С. 289.

[39] Малиновский А.А. Злоупотребление правом. М., Пресс, 2005. С. 72.

[40] Козырин А.Н. Административное право зарубежных стран. М., СПАРК, 2006. С. 93.

[41] Постановление Кировского районного суда г. Самара от 23 декабря 2008 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. №1. С. 17

[42] Аснис А.Я. Служебное преступление: понятие и субъект. М., ЮрИнфоР, 2003. С.48.

[43] Сатаров Г.А. Россия и коррупция: кто кого? // Российская газета. 2008. 13 февраля. С. 3

[44] Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка (принят Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 34/169 от 17 декабря 1979 г.) // Советская юстиция. 1991. № 17. С. 22

[45] Овчинский B.C., Эминов В.Е., Яблоков Н.Л. Основы борьбы с организованной преступностью. Монография. М., Инфра-М, 2003. С. 14.

[46] Там же. С. 17.

[47] Емельянов В. Понятие злоупотребления гражданскими правами // Законность. 2005. № 11. С. 17

[48] Аснис А.Я. Уголовная ответственность за служебные преступления в России. Проблемы законодательного закрепления и правоприменения. М., ЮрИнфорР-Пресс, 2005. С. 224.

[49] Гаухман Л.Д. Коррупция и коррупционное преступление // Законность. 2006. № 6. С. 23

[50] Обнинский B.C., Эминов В.Е., Яблоков Н.П. Основы борьбы с организованной преступностью. М., Инфра-М, 2006. С. 16.

[51] Козаченко И.Я., Незнамова З.А. Уголовное право. Общая часть: Учебник для вузов. М., НОРМА-ИНФРА- М. 2007. С. 128

[52] Марцева А.И. Уголовное право Российской Федерации (Общая часть). Омск, Юрид. инст. МВД России, 2006. С. 108.

[53] Лопатин В.В. Малый толковый словарь русского языка. СПб., Питер. 2008. С. 54.

[54] Ветрова Н.И., Ляпунова Ю.И. Уголовное право. Особенная часть. М., Юристъ. 2007. С. 586.

[55] Федеральный закон «Об основах муниципальной службы» от 8 января 1998 г. № 8-ФЗ (с изменениями на 25 декабря 2008 года) // Собрание законодательства РФ. 2004. №31. Ст. 224

[56] Федеральный закон РФ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» № 79-ФЗ от 27.07.2004 // Собрание законодательства РФ. 2004. № 31. Ст. 3215

[57] Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. С. 72

[58] Келина С.Г. Уголовное право России: проблемы и перспективы. М., Институт гос-ва и права. 2004. С. 121

[59] Пономарев П.Г. Уголовное право России. М., МГЮА. 2004. С. 89

[60] Прудников В.В. Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления (уголовно-правовые аспекты). Краснодар, Кубанский государственный ун-т. 2003. С. 10.

[61] Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 февраля 2008 г. № 74-О08-72 // Бюллетень Верховного суда. 2008. №2. С. 17

[62] Галахова А.В. Должностные преступления. М., ВИНИТИ, 2006. С. 3.

[63] Прудников В.В. Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления (уголовно-правовые аспекты). Краснодар, Кубанский государственный ун-т, 2003. С.11.

[64] Рарог А.И., Самойлов А.С. Уголовное право. Общая часть. М., Высшее образование. 2005. С. 217

[65] Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. С. 74

[66] Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. М., 2007. С. 211

[67] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» (с изменениями от 10 февраля 2000 г.) // Бюллетень Верховного суда. 1991. №2. С. 14

[68] Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., Норма. 2007. С. 727.

[69] Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес-школа «Интел-Синтез». 2002. С. 80.

[70] Прудников В.В. Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления (уголовно-правовые аспекты). Краснодар, Кубанский государственный ун-та, 2003. С. 14.

[71] Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. С. 75

[72] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» (с изменениями от 10 февраля 2000 г.) // Бюллетень Верховного суда. 1991. №2. С. 15

[73] Там же. С. 16

[74] Там же. С. 19.

[75] Постановление Самарского областного суда от 14 ноября 2008 г. по делу № 44у-564/08 // Бюллетень Верховного суда РФ. 2008. №4. С. 21.

[76] Лебедева В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., Норма, 2007. С. 729.

[77] Бугаевская Н.В. Должностное лицо как субъект преступления. Автореф. дис…канд. юрид. наук. Рязань, 2004. С.15.

[78] Грибунов О.П. К вопросу о понятии представителя власти // Материал Всероссийской научно-практической конференции. Иркутск., Восточно-Сибирский Институт МВД России. 2005. С. 35.

[79] Волженкин Б.В. Служебные преступления. М., Юристь, 2002. С. 100.

[80] Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» № 6 от 10 февраля 2000 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. № 4. С. 5

[81] Бугаевская Н.В. Должностное лицо как субъект преступления: Автореф. дис...канд. юрид. наук. Рязань., 2003. С. 8.

[82] Грибунов О.П. К вопросу о понятии представителя власти // Материал Всероссийской научно-практической конференции. Иркутск, Восточно-Сибирский Институт МВД России, 2005. С. 35.

[83] Закон РСФСР «О милиции» от 18 апреля 1991 года // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 16. Ст. 503.

[84] Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» № 6 от 10 февраля 2000 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. № 4. С.5.

[85] Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» № 6 от 10 февраля 2000 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. № 4. С. 6.

[86] Динека В.И. Ответственность за должностные преступления по уголовному праву России (уголовно-правовые и криминологические аспекты). Автореф. дис...докт. юрид. наук. М., 2002. С. 16.

[87] Галахова А.В. Должностные преступления. М., ВИНИТИ, 2006. С. 9.

[88] Динека В.И. Ответственность за должностные преступления по уголовному праву России (уголовно-правовые и криминологические аспекты). Автореф. дис...докт. юрид. наук. М., 2000. С. 14.

[89] Прудников В.В. Расследование злоупотребления должностными полномочиями и превышения должностных полномочий. Краснодар, Кубанский государственный ун-т. 2003. С. 16.

[90] Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» № 6 от 10 февраля 2000 года // Бюллетень Верховного суда РФ. 2000. №4. С. 10

[91] Козаченко И.Л., Незнамова З.А. Уголовное право. Общая часть. М., НОРМА-ИНФРА-М. 2007. С. 181.

[92] Борзенков Г.И., Комиссаров В.С. Курс уголовного права. Особенная часть. Учебник для вузов. М., Зеркало. 2002. С. 92-93.

[93] Там же. С. 94

[94] Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес-школа «Интел-Синтез», 2002. С. 83.

[95] Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. С. 78-79

[96] Беляев Н.А., Водянников Д.П., Орехов В.В Уголовное право. Особенная часть. СПб., Санкт-Петербургский университет, 2005. С. 19-20.

[97] Лысов М.Д. Частнопредпринимательская деятельность и ее формы по советскому уголовному праву. Казань, Изд-во Казан. ун-та. 2008. С. 45

[98] Ляпунов Ю.И. Уголовное право России. М., Новый юрист. 2007. С. 89

[99] Прудников В.В. Расследование злоупотребления должностными полномочиями и превышения должностных полномочий. Краснодар., 2000. С. 27.

[100] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» (с изменениями от 10 февраля 2000 г.) // Бюллетень Верховного суда. 1991. №2. С. 16

[101] Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. С. 78

[102] Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. С. 85

[103] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» (с изменениями от 10 февраля 2000 г.) // Бюллетень Верховного суда. 1991. №2. С. 16

[104] Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. С. 84

[105] Федеральный закон РФ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» № 79-ФЗ от 27 июля 2004 года // Российская газета. 2004. № 162. С. 173

[106] Кудрявцев В.Н., Наумов А.В. Уголовное право России. Особенная часть. Учебник. М., Юристь, 2000. С. 377.

[107] Федеральный закон РФ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (с изменениями на 8 декабря 2003 года) № 154-ФЗ от 28 августа 1995 года // Собрание законодательств РФ. 1995. № 35. С. 26

[108] Кудрявцев В.Н., Наумов А.В. Уголовное право России. Особенная часть. М., Юристь, 2000. С. 377.

[109] Галахова А.В. Должностные преступления. М., ВИНИТИ, 2006. С. 19.

[110] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» (с изменениями от 10 февраля 2000 г.) // Бюллетень Верховного суда. 1991. №2. С. 14

[111] Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Уголовное право России. М., Норма-Инфра-М. 2006. С. 372-373

[112] Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес - школа «Интел-Синтез». 2002. С. 87–88.

[113] Козаченко И.Я. Уголовное право. Общая часть. М., ИНФРА-НОРМА-М., 2008. С. 326

[114] Новоселов Г.Л. Уголовное право. Общая часть. М., ИНФРА-НОРМА-М., 2008. С. 326

[115] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» (с изменениями от 10 февраля 2000 г.) // Бюллетень Верховного суда. 1991. №2. С. 14

[116] Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес - школа «Интел-Синтез». 2002. С. 96.

[117] Даль В.И. Толковый словарь. М., Дрофа. 2008. С. 284

[118] Ветрова Н.И., Ляпунова Ю.И. Уголовное право. Особенная часть. М., Юристъ. 2007. С. 594.

[119] Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., Норма. 2007. С. 720

[120] Здравомыслов Б.В. Уголовное право (Общая и Особенная части). М., Юристъ. 2007. С. 98

[121] Келина С.Г. Уголовное право России: проблемы и перспективы. М., Институт гос-ва и права. 2004. С. 127

[122] Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Уголовное право России. М., Норма-Инфра-М. 2006. С. 378

[123] Яни П.С. Взяточничество и должностное злоупотребление. М., ЗАО «Бизнес - школа «Интел-Синтез». 2002. С. 97.

[124] Шнитенков А.В. Отягчающие обстоятельства в преступлениях против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Омск., 2006. С. 15.

[125] Горелик А.С. Конкуренция уголовно-правовых норм. Красноярск, Красноярский государственный университет. 2005. С. 14.

[126] Парнова А.В. Борцы с организованной преступностью освободили иностранных граждан, незаконно удерживаемых на территории Московской области // Новости. 2008. № 36

[127] Цоколова О.И. Расследование злоупотребления полномочиями и злоупотребления полномочиями частными нотариусами и аудиторами. Расследование преступлений в сфере экономики: руководство для следователей М., Спарк, 2008. С. 376.

[128] Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Уголовное право России. М., Норма-Инфра-М. 2006. С. 379

[129] Жалинский А.Э., Энгельгардт А.А. Уголовное право России. М., Городец. 2008. С. 274

[130] Там же. С. 183

[131] Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Уголовное право России. М., Норма-Инфра-М. 2006. С. 379

[132] Кузнецова Н.Ф. Новое уголовное право России. Особенная часть. М., Норма-Инфра-М. 2007. С. 173

[133] Яковлев A.M. Уголовное право России (Особенная часть). Учебник М., Юристь, 2005. С. 222.

[134] Хисматулина Ю.Р. Конкуренция уголовно-правовых норм и квалификация при совокупности преступлений // Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Иркутск, Восточно-Сибирский институт МВД России, 2005. С. 180.

[135] Аснис А.Я. Служебное преступление: понятие и субъект.М., ЮрИнфоР, 2003. С.43.

[136] Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 2004. С. 211.

[137] Вагин А.В. Признак «использование служебного положения» в статьях Особенной части УК РФ // Юридическая техника и вопросы дифференциации ответственности в уголовном праве и процессе. 2007. №2. С. 66.

[138] Горелик А.С. Конкуренция уголовно-правовых норм. Красноярск, Красноярский государственный университет. 2005. С. 17

[139] Желудков А.В. Уголовное право. Особенная часть. М., Юрайт-М. 2008. С. 164

[140] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4 «О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге» (с изменениями от 10 февраля 2000 г.) // Бюллетень Верховного суда. 1991. №2. С. 14

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему