регистрация / вход

Современные теории происхождения права

Исследование в области современного происхождения права. Анализ нормативного понимания права, естественно-правовой концепции и социологической школы права. Упорядочение общественных отношений. Баланс всех интересов как общесоциальная справедливость.

Содержание

Введение

1. Юридический позитивизм и нормативное понимание права

2. Естественно-правовая концепция (нравственная школа права)

3. Социологическая школа права

Заключение

Список использованных источников


Введение

Право – одно из самых сложных общественных явлений. Право вызывает к себе необычайно широкий интерес, поскольку, так или иначе, затрагивает интересы каждого человека, различных социальных групп населения. Именно поэтому право является предметом изучения многих общественных наук – философии, общей теории государства и права, и рассматривается ими как важнейшая научная категория. Вместе с тем наполненное конкретным нормативным содержанием право выполняет инструментальную, регулятивную роль в государственно-организованном обществе и в силу этого выступает предметом изучения отраслевых юридических наук.

Поиск научного правопонимания ведется тысячелетия, со времен перехода человечества к цивилизации, к регулированию общественных отношений политическими, государственными средствами. Поскольку общество, складывающиеся в нем условия жизни людей постоянно развиваются, то изменяются и представления людей о праве.

Для того чтобы познать сущность права, его социальную природу, универсальное назначение, лучшие умы человечества затрачивают огромные интеллектуальные усилия. Каждый исторический этап, развития общества и соответствующий этап познания права приводят к состоянию, когда возникает необходимость оценить новые стороны правовой действительности, формулировать новые определения понятия права.

В современных исторических условиях становиться все яснее, что право перестанет выполнять свою регулятивную и стабилизирующую роль, то есть утратит свою значимость, социальную ценность, если будет пониматься всеми, особенно в государственных структурах, по-разному. Новый импульс к поиску того, что представляет собой право или чем оно должно быть, дает закрепленная в Конституции страны ориентация на построение правового государства.

Вышесказанным, на наш взгляд, и обусловлена актуальность исследование настоящей курсовой работы.

Исходя, из актуальности темы и степени ее разработанности в настоящем исследовании была поставлена следующая цель: изучить и осуществить анализ современных теорий происхождения права.

Исходя, из поставленной цели задачаминастоящейкурсовой работы являются исследование:

1. Юридического позитивизма и нормативного понимания права.

2. Естественно-правовой концепции права.

3. Социологической школы права.

Структура настоящей курсовой работы определена поставленными задачами и включает в себя введение, три главы, заключение, список использованных источников.

При проведении исследования настоящей темы использовались в качестве основных методов сравнительный и исторический методы исследования, метод анализа документов. В работе были использованы и другие н аучны е методы анализа и синтеза, логический, системно-структурный.

При написании работы были использованы работы философов и юристов-правоведов: М. Вебера, О. Конта, Э. Дюркгейма, Р. Иеринга, Г. Кельзена, В.С. Нерсесянца. Также были использованы работы таких исследователей как А.Ф. Вишневский, С.Г. Дробязко, В.Г. Графский, Н.М. Золотухин, М.В. Сильченка.

1. Юридический позитивизм и нормативное понимание права

Учение юридического позитивизма сложилось во второй половине XIX в. и заняло господствующее направление в юриспруденции. Философской основой юридического позитивизма является учение Иммануила Канта о категорическом императиве и французского мыслителя Огюста Конта о позитивной философии и позитивной политике, обеспечивающих солидаризм в обществе [4, с. 36].

О. Конт считал, что солидарность и гармония является законом Вселенной. Эту идею наиболее обстоятельно обосновывали французские юристы Л. Дюги и Э. Дюркгейм.

Согласно Л. Дюги, нормы права выражают солидарность между людьми и непосредственно обусловлены высшей нормой – нормой социальной солидарности. Э. Дюркгейм утверждал: «… мы можем быть уверенными, что найдем отраженными в праве все сущностные разновидности социальной солидарности», «…право воспроизводит основные формы социальной солидарности» [6, с. 71-72; 75].

Немецкий профессор римского права Р. Иеринг на основании гегелевского учения о праве как закона создал реалистическую теорию права . Согласно Рудольфу фон Иерингу (1818-1892 г. г.), право возникает, развивается, осуществляется в борьбе, и поэтому оно неразрывно связано с насилием, с государственным принуждением. Р. Иеринг определяет право: как совокупность действующих в государстве принудительных норм, применяемых им правовых принципов, и как совокупность жизненных условий общества, обеспечиваемых государственным принуждением, и как защищенный государством интерес, и как законный порядок жизни [7, с. 270-271].

Цель права Р. Иеринг считал, в уравновешивание интересов в обществе и нахождение баланса между ними. «Богиня правосудия держит в одной руке весы, на которых она взвешивает право, в другой – меч, которым она его защищает. Меч без весов есть голое насилие, весы без меча – бессилие права» [10, с. 186].

В России, позиции правопонимания Р. Иеринга разделял Петр Иванович Стучко (1865-1932 г.г.). П.И. Стучко под правом понимает, систему (порядок) общественных отношений, соответствующую интересам господствующего класса и охраняемую организованной силой этого класса.

Нормативная концепция права основана на признании того, что право – это нормы (правила поведения), изложенные в официальных государственных актах. Через общие, абстрактные и равные для всех правила государство применяет единые в различных сферах общественных отношений масштабы к разным людям. Эти правила, правовые нормы, выраженные в специфической (юридической) языковой форме и составляют содержание права.

Родоначальником и наиболее видным представителем нормативистской школы был австрийский ученый-юрист Ганс Кельзен (1881-1973 г. г.).

Самая известная работа Г. Кельзена – «Чистая теория права». Под данным названием строилась теория позитивного (то есть существующего и действующего) права, которая в обеспечение своей «чистоты» отказывается заранее от познавательных усилий в отношении всех элементов, которые являются чуждыми позитивному праву. Пределы подобного ограничения предмета научного обсуждения должны быть, по авторскому замыслу, отчетливо зафиксированными. И эта фиксация должна охватить следующие два направления: специфическая и специальная наука права (то есть та дисциплина, которую обычно именуют юриспруденцией) должна различаться и обособляться от философии справедливости, с одной стороны, и от социологии (познания социальной реальности), с другой стороны [3, с. 522-523].

Таким образом, источником единства национальной правовой системы Г. Кельзен считал основную норму – чисто мыслительное допущение, которое должно восприниматься как постулат в целях обоснования существующего государственного правопорядка.

Будучи в онтологическом плане прямым продолжением, развитием юридического позитивизма, нормативистское учение, тем не менее, существенно отличалось от предшествующей формально-догматической юриспруденции. Ганс Кельзен фактически модифицировал юридический позитивизм, включив в него теоретические положения, выдвигаемые представителями социологического правоведения, и закамуфлировав их под «индивидуальные нормы». В теории Г. Кельзена право стало охватывать не только общеобязательные нормы, установленные государством, но и формы их реализации [18, с. 19].

Более последовательна нормативная трактовка права, даваемая с диалектико-материалистической позиций – социалистические учения права .

Марксистское учение о праве сложилось во второй половине XIX в. и исходило из материалистического понимания истории общества, классовой природы государства и права.

В отличие от кальзеновского нормативизм марксистский признавал обусловленность права материальными условиями жизни, интересами господствующих в обществе классов, проводимой государственной политикой, господствующей в обществе моралью. Марксистское учение о праве отражало резко обострившиеся классовые противоречия, которые послужили основанием для вывода, сделанного К. Марксом, Ф.Энгельсом и В.И. Ленином о классовой сущности государства и права [2, с. 159].

Классовая трактовка сущности права соответствует условиям промышленного капитализма, противостоянию буржуазии и пролетариата. Право – трактуясь классово, превратилось в орудие тоталитарного государства. История доказала, что начетническое, догматическое истолкование марксистского учения о праве как орудии классовой диктатуры во все времена и для всех народов ошибочно. Не смотря свою ошибочность, марксистское учение о праве соответствовало закономерностям развития человечества на определенных исторических этапах [11, с. 134].

В заключение данного вопроса следует повторить, что утверждение юридического позитивизма как господствующего направления во второй половине XIX в. было обусловлено стабилизацией капиталистических отношений в мире, активной кодификацией, укреплением буржуазной законности. Данное направление сохранилось и в XX в., особенно в так называемом «чистом учении о праве» Г. Кельзена, его нормативистской теории права.

Юридический позитивизм включает в себя ряд теорий о праве, которые сводят право с законом. К таким теориям относится реалистическая теория Р. Иеринга.

Согласно Д. Остину, право – это установленные государством законы, в которых оно определяет юридические права и накладывает соответствующие обязанности. По А. Эсмену закон, есть поведение суверена, и получает свою обязательную силу в авторитете, от которого исходит. Понятие права, с точки зрения К. Бергбома, всегда и по всюду было и есть чисто формальное, а юридическая наука – это формальная наука о позитивном праве, юриспруденция понятий. Сугубо формальный подход к праву характерен для всех сторонников юридического позитивизма.

Г. Кельзен, своей нормативистской теорией права, формальное понимание права довел до абсолюта, согласно которому право, как таковое, необходимо рассматривать вне связи его с политикой, экономикой, нравственностью, усматривая в нем лишь устанавливаемые предписания.

2. Естественно-правовая концепция (нравственная школа права)

Одним из наиболее распространенных направлений в современной юриспруденции является и такое, которое важнейшим элементом правовой материи признает не нормы права, а его духовное, идейное, нравственное начало или, точнее говоря, правовые идеи, правовое сознание.

Естественно-правовая теория зародилась в глубокой древности, но своей кульминации достигла в эпоху буржуазных революций (XVII-XVIII в. в.). Ее виднейшие представители – Г. Гроций, Дж. Локк, Ж.Ж. Руссо, Ш. Монтескье. Теория естественного права говорит, что каждый человек наделен неотъемлемыми правами и свободой, которыми он наделен природой или Богом точно так же, как наделен разумом, страстями, устремлениями [2, с. 162].

Немецкий правовед Г. Радбрух в своей книге «Обновление права» подчеркнул: «Юридическая наука должна вновь вспомнить о тысячелетней мудрости античности, христианского средневековья и эпохи Просвещения о том, что есть более высокой право, чем закон, - естественное право, божественное право, разумное право, короче говоря, надзаконное право, согласно которому неправо остается неправом, даже если его отличить в форму закона» [10, с. 768].

В XIX в. в связи со стабилизацией капиталистических отношений, усилением эксплуатации трудящихся естественно-правовая концепция была вытеснена нормативной трактовкой права. Однако после Второй мировой войны началось бурное возрождение естественно-правовых идей, явившееся реакцией на фашистскую и коммунистическую тоталитарные системы.

Современное понимание естественного права существенно отличается от предшествующих его трактовок. По сравнению с эпохой антифеодальных революций изменились представления о человеке как носителе естественных прав. В противоположность прежним оценкам, характеризующим человека как изолированного, обособленного индивида, философия и естественно-правовая юриспруденция XX в. рассматривает его с точки зрения присущих ему социальных качеств как субъекта многообразных общественных связей. Поэтому в перечень естественных прав человека включаются не только права, отражающие его личную свободу, независимость от государственной власти, но и социально-экономические права, политические свободы.

Французский философ Жак Маритэн (1882-1973 г. г.) – один из авторитетных современных истолкователей проблематики естественного права и прав человека в традиции, заложенной Фомой Аквинским. Признанный классик философии неотомизма и экзистенциализма Ж. Маритэн вывел неотомистскую теорию права . Среди его трудов особенный интерес представляют «Права человека и естественный закон», «Человек и государство». Ж. Маритэн утверждал, что идея естественное право унаследована от христианской и классической идеи. Ж. Маритэн утверждал, что великие философы античности знали, а христианские мыслители знают еще лучше, что природа отклоняется от Бога и что не писанный закон тоже отклоняется от вечного закона, который и есть сама созидательная Мудрость. Вот почему идея естественного или неписанного закона была связана у них с глубоким и священным уважением. Вера в естественный закон – самая твердая и неколебимая, особенно тех, кто верит в Бога [8, с. 456].

В начале XX в. крупным научным событием не только в русской, но и европейской литературе стало опубликование «Теории права и государства в связи с теорией нравственности» Льва Иосифовича Петражицкого (1867-1931 г.г.). Л. И. Петражинский в своей работе вывел психологическую теорию права . В исследованиях Петражицкого право определяется как явление нашей индивидуальной психики. Социальный момент в праве не игнорируется, но воспринимается под углом зрения психологически-правовых переживаний постольку, поскольку социальный элемент в этих переживаниях отражается. Л. И. Петражицнский признает различия между правом и нравственностью, но главное различие между ними он видит и воспринимает как различие между чисто императивным характером нравственных импульсов (и соответствующих им норм) и императивно-атрибутивным характером права [3, с. 467].

Императивность в данном случае предстает в толковании Петражицкого индивидуально-личностным сознанием долга, обязанности, в то время как атрибутивность – это сознание «своего права», выступающее вовне как притязание. Для нравственности важен императив и момент добровольности в исполнении обязанностей, тогда как для права основное сосредоточено в моменте атрибутивности, то есть в непременном исполнении обязанности и в связанном с этим удовлетворении. Если в нравственном общении психика участников довольно мирно реагирует на неисполнение обязанностей, то в правовом общении неисполнение обязанностей (в том числе правовых требований, подтвержденных судебным решением) вызывает гнев, влечет оправданные требования принудительного исполнения.

Так, Петражицкий истолковал право как разновидность субъективных переживаний и провел различение права позитивного и права интуитивного. Позитивное право для него шаблонно и догматично, оно не поддается ситуативному совершенствованию. Интуитивное право легко может приспособиться к конкретной ситуации и образует основу и побудительную силу для корректировки права позитивного. При этом отношения между ними могут складываться в трех вариантах: интуитивное согласуется с позитивным; интуитивное право опережает позитивное; позитивное право опережает интуитивное [7, с. 308-312].

Используя конструкцию Л. И. Петражицкого, Михаил Александрович Рейснер развил оригинальную концепцию нового правопонимания. М. А. Рейснер объявил о существовании интуитивного классического права , которое на практике бывает в буржуазным, и пролетарским, и крестьянским.

Новы подход к теме естественного права был развит неокантианцами , которые абсолютным естественным правом объявили начало справедливости. Это начало стало восприниматься источником и масштабом в оценке исторического движения права к недостижимому идеалу. Толкование права, таким образом, стало включать в свой предмет внутренне присущее (имплицитное) норме требование справедливости и соответствующее приспособление права к ценностям существующего общества. Так возникла концепция естественного права с исторически меняющимся содержанием [3, с. 547].

Современный английский правовед Лон Фуллер считает, что правовая норма должна содержать в себе умопостигаемую цель и указывать на средства ее достижения. В этом смысле каждая норма права субстанциональна, имеет сущностное содержание, несет значение должного и, таким образом, является ценностью. Одновременно с этим каждая норма инструментальна; в этом своем измерении она определяет средства для достижения цели. Ценностью нагруженной, с учетом сказанного является и вся правовая система [10, с. 689]. Проясняя свою позицию, Фуллер вводит различение права имплицитного (подразумеваемого) и эксплицитного (внешнего, оформленного, сделанного).

Имплицитное право – это обычаи и сходные типы нормативного упорядочения человеческого общения, которые часто лишены словесного и символического обозначения и фиксирования. Сделанное право – это внешне выраженные точные правила, заключенные в нормах и требованиях договора, статуса. Эксплицитное и имплицитное право суть целеположенное право, поскольку совмещает и сущее и должное. Правовая норма как некое сочетание должной цели и должных средств, представляет собой моральную ценность. Так, мораль приобретает в естественно-правовой концепции Фуллера конкретный характер.

В 1950-х годах Артур Кауфман выступил против возведения в абсолют элемента исторической изменчивости в содержании права и подчеркнул в этой связи, что естественно-правовое восприятие права основано на признании и допущении постоянного наличия и действия внепозитивных правовых принципов. В 1970-х годах Кауфман откажется от этих позиций и объявит о «бесплодности естественно-правовых учений» [3, с. 548]. В этот период, онтологическая основа естественного права перенесена Кауфманом из области «закономерностей бытия» в область «языкового выражения бытия» и речь ведется о видоизмененном естественном праве – герменевтическом (по происхождению и толкованию) естественном праве [3, с. 549].

Академик Владик Сумбатович Нерсесянц отмечает, что традиционное и возрожденное естественное право «трактуется как преданное (богом, разумом, природой вещей, природой человека), предпозитивное (допозитивное, надпозитивное)» [14, с. 150].

История и теория права и государства, воспринятые как история процессов их универсализация, свидетельствуют, что в основе той или иной формы официально-властной регуляции и упорядочения социальных отношений, в том числе и глобального характера, лежит определенный тип правопонимания и тип соответствующего понятийно-правового истолкования юридической характеристики государства. Традиционно проблемы государственно-правовой унификации и универсализации теоретически разрабатывались и практически решались с позиций двух противоположных, во многом антагонистических, типов правопонимания – юснатурализма (естественно-правового подхода) и позитивизма (легизма). В современных международных и внутригосударственных правовых актах внешний, прагматический компромисс этих двух соответствия норм позитивного права общепризнанным естественным и неотчуждаемым правам и свободам человека.

В.С. Нерсесянц предлагает принципиально новый, третий тип правопознания, удерживающий познавательно-ценные моменты двух других типов и вместе с тем преодолевающий их существенные недостатки, антагонизм и односторонности – либертарно-юридическая общая теория права и государства [3, с. 541].

По мнению В.С. Нерсесянца, именно эта теория позволяет более адекватно и последовательно трактовать содержание, формы и перспективы процессов юридической универсализации и унификации, смысл, направления и особенности этих процессов. Эта новая методологическая и концептуальная ориентация наиболее обстоятельно изложена им в работах «Наш путь к праву», «От социализма к цивилизму», «Философия права», «Общая теория права и государства».

В рамках либертарно-юридического подхода различаются сущность права (принцип формального равенства), то есть то, что объективно присуще праву и не зависит от воли и произвола официальной правоустанавливающей власти, и внешнее явление, претендующее (не всегда, правда, правомерно) на правовое значение – общеобязательные официально-властные нормативные установления (различные акты и источники действующего внутригосударственного и международного права, обобщенно говоря, закон) [3, с. 542].

В последней трети XXв. с новыми толкованиями естественно-правовой традиции выступили Дж. Ролз (Теория справедливости) и Дж. Финнис (Естественный закон и естественное право).

Дж. Ролз основывает теорию справедливости на аристотелевской концепции распределяющей справедливости, взятой в несколько упрощенном виде, «блага, существующие в обществе, должны распределяться на основании взаимных требований людей и на основании максимально возможного равенства» [10, с. 789]. Ролз использует конструкцию-понятие «первичные блага», которые подлежат распределению. В их число он включает свободу, равные возможности, определенный уровень материального достатка. Все эти «первичные блага» обеспечивают человеку самоуважение; они в то же самое время суть условий, которые обеспечивают человеку его автономию, его самостоятельность, в том числе и самостоятельное распоряжение такими благами.

Концепция Дж. Финниса, естественный закон и естественное право , построена на толковании идей Августина, в частности идеи телеологизма. Смысл человеческого существования Финнис определяет как достижение человеком определенного блага или совокупности благ, которые он постигает, оценивает и обеспечивает с помощью разума. Все блага должны распределяться справедливо, на основе уравнивающей либо распределяющей справедливости. Эти блага должны распределяться в обстановке единодушия, координации и в определенных случаях также при содействии власти. Таким властным и результативным инструментом может быть только позитивное право, соответствующее справедливости. Авторитет позитивного права, по одному из основополагающих разъяснений Финниса, зависит от его справедливости или, по крайней мере, от его способности обеспечить справедливость [3, с. 550].

Подводя промежуточный итог, повторим, что естественно-правовые идеи всегда активизировались на переломных этапах развития общества, когда обострялась борьба с отжившими реакционными социальными системами.

Теория естественного права в отличие от нормативного позитивизма исходит из возможности несоответствия права как категории изначально заданной (идеологически предопределенной) и закона как результата нормотворческой деятельности государства.

Естественно-правовая концепция права (нравственная школа права) представлена такими направлениями как естественно-правовое, психологическое, солидаристское, неотомистское. У каждой из этих теорий своя особая идейная основа. У теории естественного права – неотъемлемые права человека, у психологической концепции – эмоциональные переживания людей, у солидаризма – общественное согласие, солидарность представителей различных слоев населения, у неотомизма – божественное происхождение государства и права. Но у всех теорий есть общая черта. Она заключается в признании приоритета в праве именно идейного начала перед нормативным.

Современная естественно-правовая концепция тесно смыкается с теориями социального государства и плюралистической демократии.

3. Социологическая школа права

Формирование социологического направления в теории права началось на стыке XIX-XX в. в., когда социология выделилась в самостоятельную науку, а ее методы стали активно использоваться другими общественными науками. Социологические теории права формировались двумя путями. Первоначально их исходные положения складывались в рамках самой социологии, а затем социологические представления и методы познания стали проникать непосредственно в юриспруденцию. Поэтому в социологической трактовке права тесно переплетаются концептуальные положения, выдвинутые как социологами, так и юристами.

Социологическая юриспруденция наибольшее распространение получила в США в середине XX в. В ней выделяются два направления: умеренное (так называемая гарвардская школа права во главе с Р. Паундом) и более радикальное, отрицающее нормативный характер права – реалистическое (К. Ллевеллин, Д. Фрэнк, О. Холмс, Л. Брендейс, Б. Кардозо) [4, с. 39].

В 1930-х годах на базе традиции институционального правового плюрализма была сформулирована концепция «социального права» , автором которой стал Г.Гурвич. Воплощением социального права Гурвич считал социальное законодательство. Социальное право в более поздних толкованиях Гурвича – это право, зафиксированное в высших формах общественного взаимодействия людей, это «социабельное право», которое содействует объективной интеграции в межличностных отношениях. В отличие от индивидуалистического права оно основано на партнерстве, и потому оно является правом, нацеленным на взаимопомощь, на решение общих задач, на установление мира, в то время как индивидуалистическое право в прошлом и настоящем – это право войны, конфликтов, разобщенности [3, с. 531]. Поскольку социальное право установлено на доверии, оно не может быть установлено извне. Социальное право действует как бы изнутри данной социальной среды и в этом смысле оно есть автономное право.

Еще одна разновидность юридического институционализма была выдвинута и обоснована П.А. Сорокиным. Своеобразие ее заключалось в том, что данная институция в рамках плюрализма права не сама выступает главным и конституирующим элементом группы людей и права этой группы, а правовая норма образует ядро, скелет, сердце и душу всякой организованной группы или института. Таким образом, семья, государство, церковь, партия или профсоюз, а также школа, университет, даже организованная группа преступников представляют на практике всего лишь «объективацию и олицетворение правовых норм и правовых убеждений всех или решающего большинства группы» [10, с. 754].

Исследователи обнаруживают у Гурвича и П.А. Сорокина стремление сочетать институционализм с психологической теорий права Петражицкого, в особенности с его трактовкой множественности источников права, которая во много совпадает с идеями «правового плюрализма».

Основатель гарвардской школы права профессор Гарвардского университета Роско Паунд (1870-1964 г.г.) наиболее полно отразил учение о праве в опубликованном им в 1959 г. пятитомном труде «Юриспруденция». Суть нового подхода в социологии права была охарактеризована самим Паундом как «инструмент социального контроля» [3, с. 532]. Поскольку дело контроля связано так или иначе с урегулированием и координацией поведения и социального взаимодействия законопослушных граждан, то для самой юриспруденции наиболее подходящим названием стало название «юридическая социальная инженерия», авторство которого приписывается Р. Паунду.

Под правом в действии Паунд понимает три взаимосвязанных его проявления в социальной жизни, доступные эмпирическому наблюдению и изучению: правопорядок, совокупность предписаний и правоприменительная деятельность в суде или администрации. Цель права состоит в примирении и гармонизации сталкивающихся и перекрещивающихся интересов и требований. Р. Паунд составил весьма пространную таблицу этих интересов и увязал их с набором ценностей и постулатов современной цивилизации. Взятые все вместе, эти интересы и требования обеспечивают, должны обеспечивать «Защиту интересов» с помощью права [3, с. 532-533].

Своеобразие позиции Р. Паунда состояло в оценке роли важнейших из традиционных средств социального контроля (обычай, мораль, религия и право), которые на начальных стадиях не были дифференцированы, со временем сильно обособились и стали по-разному совместимыми с общественным и политическим бытом.

Скандинавский социолог Э. Росс разработал основную концепцию социологического права, которая и стала структурным компонентом множества социологических концепций права, общества и политики.

Макс Вебер (1864-1920г.г.) – крупнейший социолог XX в., высказавший ряд фундаментальных, но все еще недооцененных положений относительно социологических характеристик права и относительно природы современной политической власти, в особенности ее легитимности и законности. М. Вебер считал, что движущей силой современности следует считать не капитализм как таковой, а растущую рационализацию социального мира, причем капитализм следует воспринимать лишь одной из театральных сцен рационализации, поскольку рационализация имманентна любым вариантам управления и вполне сосуществует с идеей господства права [8, с. 434].

Социологическое понимания права, по М. Веберу, предполагает сосредоточение внимания на модели поведения участников правового общения и на оценке субъективных восприятий акторов (участников), вовлекаемых в это общение. Здесь, существенно, одновременно внешнее и внутреннее восприятие происходящего. Вебер следует гегелевскому пониманию того, что социальное отношения данной эпохи обеспечивают и внутренний критерий для моральных императивов, и аргументацию для того или иного контекста принимаемых моральных решений, и что оба эти аспекта в наибольшей мере проявляются в контексте детерминированной социально-исторической ситуации [8, с. 435-436].

Другая важная сторона социологического истолкования права связана с учетом некой односторонности и недостаточности одного лишь профессионального юридического истолкования правовых конструкций. Здесь преобладает чисто профессиональная логика, родственная все тому же юридическому конструированию.

Второе направление в социологической юриспруденции – реалистическое . Реалистическое течение в праве исходит из того, что право – это не нормы, не правила, а решения, принятые в каждом отдельном случае судом.

Реалисты в правоведении были восприняты настоящими возмутителями академического спокойствия, когда во всеоружии методов современной психологии и социологии стали фиксировать внимание на том, что суды и представители юридической профессии делают в действительности. Наиболее известной в этом плане стала книга Джерома Фрэнка «Право и современный разум», которая, по отзыву члена Верховного суда США Ф. Франкфуртера, не столько дала прибавку к существующему фонду научных знаний, сколько призвала к радикальному пересмотру того, что в наше время предстает пред нами как знание или как истина [3, с. 537].

Книга Дж. Фрэнка вынуждала пересмотреть сложившиеся представления о праве. Так как автор бросил вызов так называемым конвенциональным суждениям (условным суждениям, юридическим фикциям) и поставил под сомнение то, «как мы думаем и что мы думаем о праве» [10, с. 757]. При этом автор опирался на опыт и суждения юристов-практиков. Так, он нашел себе союзника в лице судьи и теоретика права Оливера Венделя Холмса (1841-1935 г.г.). О. Холмс утверждал: «Общие пропозиции (предложения) не решают конкретных случаев» [7, с. 201-203].

Говоря об особенностях нового правопонимания, Дж. Фрэнк акцентировал внимание на том, что право предстоит в своей реальности в виде специального судебного решения, в виде реального делания, а не говорения только. Это решение лишь в малой степени, возможно, предсказать или унифицировать; это решение представляет собой также некий процесс, с помощью которого такое решение вырабатывается. Существенным для нового подхода к праву явились обсуждение вопроса о той мере, в какой судебный процесс может и должен применяться в интересах обеспечения справедливости по отношению к согражданам.

С точки зрения Б. Кардозо, известная стабильность в праве нужна в смысле «здоровой определенности». Опасность заключается как в постоянном покое, так и в постоянном движении, и компромисс должен быть найден в принципе становления, понимаемого им как наделение судьи полномочиями решать, когда следует применять закон или прецедент, а когда надо от них отказаться. Если требование общественной пользы достаточно постоянно, если применение действующего правила приводит к тяжелым последствиям или к неприемлемым выводам, должна восторжествовать полезность [4, с. 41].

По К. Ллевеллину, профессор Колумбийского университета, судьи обычно не могут руководствоваться юридическими нормами, так как они в подавляющей массе либо не так ясны, либо не являются слишком мудрыми, либо не дают ясного ответа на вопрос, когда их следует применить. К. Ллевеллин противопоставляет нормы, «бумажные нормы», содержащиеся в законах и прецедентах, «реальному праву», праву жизни. Сферой права является действия, относящиеся к решению споров, и людей, осуществляющие эти действия, будь то судьи, шерифы, клерки, тюремщики или адвокаты, являются официальными выразителями права; то, что эти официальные лица решают в отношении споров, и есть само право [10, с. 760].

В 1970-1980-е годы идеи Дж. Фрэнка и других правоведов-реалистов (О. Холмс, К. Ллевеллин) неожиданно обрели новое дыхание в движении за критическое исследование права под англо-американским направлением школы критических правовых исследований , возникшей в США и получившей признание и поддержку в других странах. Сторонники школы усомнились в некоторых фундаментальных положениях либеральной традиции, таких, как правовое равенство и господство права.

Акцентируя внимание на сопряженности права и общественной практики, их взаимообусловленности и взаимозависимости, сторонники движения критической школы права считают, что существующее право (законодательство) нередко оказывается в числе тех барьеров, которые сдерживают реализацию творческих способностей индивидов и тем самым подавляют их свободу. С этих позиций они критически оценивают уголовно-правовую доктрину, доктрину собственности, идею альтернативного разрешения правовых конфликтов, отдельных проблем юридического образования.

Исходя из новых представлений о социальной реальности в современном потребительском обществе, сторонники критической правовой школы стремятся доказать, что право в таком обществе отстаивает одни интересы и неизбежно ущемляет другие. И это происходит в обществе, в котором преобладают либеральные ценности и навязываются представления о господстве права [3, с. 551].

Таким образом, из выше сказанного делаем вывод , что социология рассматривает общественные явления с точки зрения закономерностей развития общества в целом, то и в праве ею вычленяются и даже преувеличиваются социальные черты в ущерб признакам специфическим, то есть юридическим, формально-догматическим.

Социологические теории права формировались двумя путями. Первоначально их исходные положения складывались в рамках самой социологии, а затем социологические представления и методы познания стали проникать непосредственно в юриспруденцию. Поэтому в социологической трактовке права тесно переплетаются концептуальные положения, выдвинутые как социологами, так и юристами. Это позволило некоторым ученым настаивать на признании такой правовой науки и учебной дисциплины, как социология права.

Приведенные рассуждения сторонников социологической трактовки права позволяют охарактеризовать ее как прагматическое направление в правоведении. Социологическая концепция права не только переводит понимание права из сферы должного в сферу сущего, но и уходит от выявления его природы (сущности). Р. Паунд утверждал: «Мы хотим изучить правопорядок вместо того, чтобы вести споры о природе права» [2, с. 169].

Социологическая концепция права фактически отвергает активное вмешательство государства в сферу частных интересов. Социологическая концепция права не только против социалистических идеалов плановой экономики, но и против неолиберализма, предполагающего регулятивное влияние государства на хозяйственную деятельность в оптимальных пределах.

Заключение

Общая теория права связана со всеми юридическими науками в силу исследования ими одного и того же объекта – права. Но особенно близка общая теория права с общетеоретическими юридическими науками – теория государства и права, социология права, философия права, энциклопедии права.

Рассматриваемая нами тема курсовой работы «Современные теории происхождения права», по логике вещей, близка к философии права. Профессор Н. М. Коркунов говорит, что философия права близка к общей теории права, поскольку и та и другая ставят своей задачей извлечение общих начал права из накопленного специальными юридическими науками эмпирического материала [4, с. 14].

Современные теории происхождения права подходят к сущности права по-разному. У некоторых авторов происхождение права представляется запутанным, чуть ли не взаимоисключающим, поскольку в двух или многих утверждениях об одном и том же истиной может быть только одно. Но это правило логики относится только к конкретному, однозначному факту. Происхождение права является многосторонним явлением, сложным социальным феноменом. Нельзя рассматривать происхождение права, отождествляя его с происхождением государства, законов или только с волей законодателя.

При поверхностном подходе, различных авторов, к происхождению права их позиции могут показаться противоречивыми, поскольку одни теоретики ставят акцент на государственную волю, другие – на общую волю (народа), третьи – на свободу воли, четвертые – на обязательную нормативность, на защиту государственных интересов, пятые – на особые психические переживания.

Есть другие варианты постановки акцента. Многие правоведы усматривают происхождении и сущности права несколько добродетелей, взятых вместе. В частности, римские юристы сводили право к воплощению в нем разума, добра и справедливости. Да и современные правоведы в сущностной характеристике права называют ряд его качеств.

Сторонники марксистского подхода к праву его происхождение считают возведенную в закон материально обусловленную волю господствующего класса.

Подавляющее большинство ученых правоведов отходят от классово-волевой интерпретации происхождения и сущности права. По их мнению, право является обусловленная материальными и социально-культурными условиями жизнедеятельности общества, характером классов, социальных групп населения, отдельных индивидов общая воля как результат согласования, сочетания частных и специфических интересов, выраженная в законе либо иным способом признаваемая государством и выступающая вследствие этого общим масштабом, мерой поведения и деятельности людей [4, с. 43].

Целями курсовой работы были изучить исследования в области современного происхождения права. Изучив и проведя анализ: нормативного понимания права, естественно-правовой концепции права и социологической школы права, мы пришли к выводу. Для того чтобы приблизится к истинному пониманию происхождения права, необходимо исходить из того, что по природе своей право очень сложное, многостороннее, уникальное по специфике социальное явление. В силу того что посредством государства, его волеизъявления право должно универсально упорядочивать общественные отношения всех жизненно важных сфер путем закрепления, охраны и развития их устоев через носителей этих отношений – людей – их сознание, психику, волю, потребности, интересы, в нем неизбежно все это отражается, интегрируется.

В праве воплощается разум, воля законодателя; сознание людей и их свобода, интересы. Право является закреплением баланса интересов всех без исключения социальных слоев, отдельных личностей и общества в целом в русле обеспечения его прогрессивного развития.

Обеспечение баланса интересов всех и является общесоциальной справедливостью. Выразить общесоциальную справедливость может только большинство народа через избираемые им представительные органы, наделенные законодательными полномочиями, посредством политической справедливости. Политическая справедливость должна исходить от политических организаций государства, вырабатывающего и осуществляющего надлежащую внутреннюю и внешнюю политику, осуществляемую с помощью права.


Список использованных источников

1. Аннерс Э. История европейского права (пер. со швед.) / Ин-т Европы. – М.: Наука. 1999. – 395 с.

2. Вишневский А.Ф. Общая теория государства и права: Учеб. пособие. 2-е изд., дополненное. Мн.: Амалфея. 2004. – 688 с.

3. Графский В.Г. История политических и правовых учений: Учеб. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект. 2005. – 600 с.

4. Дробязко С.Г., Козлов В.С. Общая теория права: Учеб. пособие для вузов. – Мн.: Амалфея.2005. – 464 с.

5. Даниленко Г.М. Обычай в современном международном праве: Учеб. пособие. – М.: Наука. 1988. – 345 с.

6. Дюргейм Э. О разделении общественного труда. – М.: Волтерс Клувер. 1996. – 234 с.

7. История политических и правовых учений / Под общ. ред. академика РАН, доктора юр. наук проф. В.С. Нерсесянца. – М.: НОРМА. 2004. – 352 с.

8. Исаев И.А., Золотухина Н.М. История политических и правовых учений России: Хрестоматия. – М.: Юристъ. 2003. – 876 с.

9. История политических и правовых учений. Зарубежная политико-правовая мысль: Хрестоматия. В двух частях. Ч 1. / Состав. В.В. Ячевский. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета. 2000. – 1000 с.

10. История политических и правовых учений. Зарубежная политико-правовая мысль: Хрестоматия. В двух частях. Ч. 2. / Состав. В.В. Ячевский. – Воронеж: Изд-во Воронежского университета. 2000. – 1047 с.

11. Кашанина Т.В. Происхождение государства и права: Современные трактовки и новые подходы: Учеб. пособие. – М.: Норма. 1999. – 245 с.

12. Новгородцев П.И. Введение в философию права. Кризис современного правосознания. – Серия «Мир культуры, истории и философии». – СПБ.: Изд-во «Лань», Санкт-Петербургский университет МВД России.2000. – 352 с.

13. Нерсесянц В.С. Наш путь к праву. От социализма к цивилизму. – М.: Юристъ. 1992. – 354 с.

14. Нерсесянц В.С. Философия права: Учеб. пособие. – М.: НОРМА. 1997. – 678 с.

15. Общая теория права: Учебное пособие. / Под. ред. А.С. Пиголкина. – М.: Изд-во МГТУ им. Н.Э. Баумана. 1996. – 383 с.

16. Общая теория государства и права: Учеб. пособие для вузов. / Под. ред. В.А. Кучинского. – Мн.: Амалфея. 2004. – 688 с.

17. Сiчанка М.У. Паходжание державы i права: Вучэб. дапам. – Мн.: Тэсей. 2005. – 144 с.

18. Сiчанка М.У. Агульная тэория права: Вучэб. дапам. У чатэрех частках. Ч. 1. Паходжаньне, сутнасьць, норма ды крынiцы права. – Гародня. 1998. – 112 с.

19. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество: Серия: Мыслители XX в. Пер. с анг. / Сост. и пер. Т.В. Васильевой. – М.: Юристъ. 1992. – 256 с.

20. Хёффе О. Политика. Право, Справедливость. Основоположения критической философии права и государства. Пер. с нем. В.С. Малахова. – М.: НОРМА. 1994. – 568 с.

21. Шебанов А.Ф. Форма советского права: Науч. изд. – М.: Юридическая литература. 1968. – 345 с.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий