Смекни!
smekni.com

Культурно-историческое значение принятия православия на Руси (стр. 1 из 6)

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ РФ ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ТОМСКИЙ ОРДЕНА ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

И ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. В.В.КУЙБЫШЕВА

КАФЕДРА ИСТОРИИ ДООКТЯБРЬСКОГО ПЕРИОДА

Культурно – историческое значение принятия православия на Руси.

Выполнил: студент 1-го курса ИФ, гр. №393

Руководитель: Ким Е.А.

Томск – 1999

План.

План...................................................................................................................................................................................................... 2

Вступление................................................................................................................................................................................... 2

1. Религиозные реформы князя Владимира...................................................................................................... 2

2. Укрепление позиций церкви.................................................................................................................................... 5

3. Культурно - историческое значение принятия христианства................................................ 6

Заключение................................................................................................................................................................................ 10

Список литературы:........................................................................................................................................................... 10

Вступление.

Христианство в Древней Руси существовало еще задолго до придания ему статуса официальной религии, но оно было слабо распространенным и, конечно, не могло конкурировать с язычеством.

Но, будучи распространено по всей Руси, языческое мировоззрение наших предков, в то же время, воспринимало посторонние религиозные влияния. Если славяне легко примешивали к своим старым суевериям суеверия диких финнов и подпадали под влияние финских шаманов - «волхвов» и «кудесников»,- то тем более должна была влиять христианская сфера на тех из славян, которые могли ее узнать. Торговые отношения с Грецией облегчали для Руси знакомство с христианской верой. Варяжские купцы и дружинники, раньше и чаще славян ходившие в Царьград, прежде славян стали там обращаться в христианство и приносили на Русь новое учение, передавая его славянам. В княжение Игоря в Киеве была уже христианская церковь святого Ильи, так как, по словам летописца, в Киеве много было варягов-христиан. В дружине самого князя Игоря было очень много христиан. Жена князя св.Ольга также была христианкою. Словом, христианская вера стала хорошо знакома киевлянам еще при первых варяжских князьях. Правда, Святослав был холоден к христианской вере; а при сыне его Владимире в Киеве еще стояли языческие идолы, и еще существовали жертвоприношения. Летописец рассказывает, как при Владимире языческая толпа киевлян однажды (983) убила двух варягов-христиан, отца и сына, за отказ отца добровольно отдать своего сына на жертву богам. Но все же, несмотря на это мучение христиан, христианство в Киеве продолжало распространяться.

1. Религиозные реформы князя Владимира.

Для раннефеодального государства язычество было непрогрессивной формой религии, поэтому князь Владимир принял ряд мер для установления соответствия между религией и политическим строем. Владимир провел две религиозные реформы: реформирование язычества и обращение к христианству. Первая сводилась к тому, что Владимир отобрал из огромного числа языческих богов несколько главных, среди которых выделялись Перун, покровитель княжеской дружины, а также божества южных восточнославянских областей. Эта реформа, однако, оказалась недостаточной, поскольку для раннефеодального государства, каким было тогда Киевское, требовалось уже утверждение монотеистической религии, лучше всего освящавшей власть великого князя. Таких религий в Киеве знали три: христианство, ислам, иудаизм. Владимиру, как и княгине Ольге, нужно было решить вопрос, какое христианство принять - западное или восточное. Этот вопрос ему пришлось решать в условиях сильного дипломатического нажима, как со стороны Рима, тик и со стороны Константинополя. Киеву выгоднее было иметь дело с Константинополем, в его руках был водный путь «из варяг в греки», с Византией существовали давнишние налаженные экономические и политические отношения, хотя и не всегда мирные. Столетиями Киев общался с Константинополем, связи с западом были слабее, поэтому предпочтение было отдано восточному христианству.

Князь Владимир принял новую веру, имея возможность познакомиться съ нею и узнать ея превосходство и внутреннюю силу. Князь и его дружина приняли христианство в 988 г. За крещением князя тотчас последовало принятие христианства всею Русью и торжественное упразднение языческого культа на Руси. Новая религия отвечала интересам знати и дружинников, а также потребностям социального строя, который утверждался в качестве господствующего в Древней Руси.

В связи с насильственным насаждением христианства в жизни народов Руси практическое значение приобрел вопрос сочетания разнородных, противоречивых вероисповеданий. Русь далеко не сразу стали православной. Во многих регионах нашей страны формальная христианизация местного населения началась значительно позднее начальной фазы «крещения Руси» и тянулась в течение нескольких веков.

Это значит, что на протяжении многих столетий язычество монолитной глыбой продолжало существование как самостоятельной явление, с которым православие не могло совладать. Сопротивление введению христианства.

Основная часть населения Руси оказывала активное или пассивное сопротивление новой религии. Именно всеобщее неприятие ее в условиях пусть даже ограниченного народовластия сорвало планы киевской знати и превратило введение христианства в многовековой процесс.

В большинстве открыто восставших против насаждения христианства городов выступила поместная светская и прежняя духовная знать. Так, известно о восстании князя Могуты, которое длилось с 988 по 1008 г. Многолетняя борьба Могуты завершилась его пленением, а затем помилованием со ссылкой в монастырь.

Восставшие повсеместно разрушали храмы, убивали священников и миссионеров. Восстания в разных регионах были сходны по своему характеру с восстаниями в Суздале, Киеве, Новгороде, в них слились воедино антихристианские и антифеодальные мотивы.

Необходимо обратить внимание на два момента. Первый заключается в том, что восстания происходили в основном в неславянских землях, где к указанным мотивам присоединилась и борьба за самостоятельность. Именно с этого времени на Руси начали проявляться одновременно три процесса: христианизация, феодализация и колонизация соседних земель. Для второго момента характерно удивительное совпадение дат восстаний со смертью князей или их отсутствием, вызванным феодальными распрями, т.е. в периоды относительного безвластия. Но причины восстаний в XI в. уже глубже. Их начало, как правило, связано с ухудшением экономического положения народных масс, периодическим недородом и многолетним голодом. Между тем, центральное киевское правительство, не обращая внимания на трудности северо-восточных земель, продолжало поборы с населения. Положение усугублялось междоусобными войнами, сопровождавшимися грабежами. В это трудное время глашатаями народного гнева выступили волхвы. По мере укрепления христианства они теряли свои права, а вместе с тем и источники существования, находили себе новые занятия, чаще всего врачевание. Чтобы уничтожить эту социальную группу - своих идейных врагов, - церковники обвинили их в «колдовстве», в применении вредной «земли» и «потвора», настраивали против них верующих и государство. Без суда и следствия были уничтожены и скоморохи, досаждавшие церкви лишь юмором, играми и песнями.

Восстание 1024 г. в Суздале происходило во время войны между киевским и тмутараканским князем, в результате которой в городе была ослаблена киевская власть. Во главе его также стояли волхвы. Не «смерды» а волхвы выбрали удачное время для восстания. Эта социальная группа была и материально заинтересованной стороной в сохранении прежней религии. Отстаивая старину, они боролись и за свои экономические интересы. Но следует обратить внимание на то, что призыв служителей культа ранненациональной религии был поддержан всем народом. Это говорит о крайне незначительном влиянии православия на горожан. Летопись сообщает: «Услыхав о волхвах, Ярослав пришел в Суздаль; захватив волхвов, одних отправил в изгнание, а других казнил». Кровавая расправа над восставшими была рядовым явлением , и летописец не считал нужным говорить о ней.

Восстания 1071г. в Ростовской земле и Новгороде было вызвано теми же причинами. Большинство народа шло за волхвами, а не за духовенством, которое защищало интересы знати.

Оба восстания имели глубокие социальные причины, носили антифеодальный характер и антицерковный характер. Безусловно, что социальной основой этой борьбы явились классовые противоречия , но они наносили удары по процессу христианизации, сдерживали ее ход, заставляли церковь приспосабливаться.

Борьба против православной идеологии неоднократно принимала форму ересей. Все исследователи, в том числе и церковные, видят причину их появления в нравственном разложении духовенства. Особо выделяется среди них стригольничество. Стригольник (цирюльник) Карп и его соратники предлагали ликвидировать монашество, церковную иерархию, отказаться от треб и таинств, отрицали догмы о воскрешении мертвых, о потустороннем мире. Поддержка движения народными массами подтверждала их негативное отношение к Русской православной церкви даже через три века после введения христианства.

Первые попытки насаждения христианства в Северо-Западной Руси натолкнулись на сопротивление народных масс и бояр, группировавшихся вокруг местных князей. Церковные историки считают, что первые христианские храмы здесь возникли уже в 988 г. Рогнеда, сначала насильственно завоеванная Владимиром, а потом отвергнутая им же после его брака с Анной, согласилась немедленно принять христианство, и была отправлена в специально построенные для нее в г. Изяславле монастырь и церковь. После выбора Владимиром новой жены она воскликнула: «Прошу, уневести меня своему Христу и да приму святой, ангельский, иноческий образ».