Уголовная ответственность за убийство при отягчающих обстоятельствах

Понятие, признаки, виды и уголовно-правовая характеристика убийств по российскому уголовному законодательству, исторический аспект ответственности за убийство. Отягчающие обстоятельства, относящиеся к объективной и субъективной сторонам потерпевшего.

Содержание

Введение

Глава I. Понятие и виды убийств по российскому уголовному законодательству

§ 1. Исторический аспект ответственности за убийство

§ 2. Понятие убийства, его признаки и виды

§ 3. Уголовно-правовая характеристика убийства (ч.1 ст.105 УК РФ)

Глава II. Уголовно-правовая характеристика убийства при отягчающих обстоятельствах

§ 1. Виды отягчающих обстоятельств и их характеристика

§ 2. Отягчающие обстоятельства, относящиеся к объективной стороне и личности потерпевшего

§ 3. Отягчающие обстоятельства, относящиеся к субъективной стороне и личности виновного

Заключение

Список литературы

Приложения


Введение

Уголовно-правовая защита личности предполагает в первую очередь защиту жизни. Право на жизнь - первое фундаментальное естественное право человека, без которого все другие права теряют смысл. Жизнь человека представляет собой важнейшее, от природы ему данное благо, основополагающую социальную ценность. При совершении преступлений против жизни наступают последствия, которые не поддаются восстановлению или возмещению: утрата жизни необратима.

Убийство издревле считалось преступлением против человека и осуждалось как моралью, так и системой норм и правил, имеющих силу закона. Запрет на убийство был одним из первых табу в человеческой культуре. Убийство трактуется как преступление практически во всех законодательных системах — древних и современных. Посягательство на чужую жизнь может быть оправдано моралью и законом лишь в исключительных случаях.

Актуальность темы ответственности за убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах обусловлена тем, что в уголовно-правовой статистике простые убийства совершаются крайне редко, в то время как преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса РФ[1] имеют сложную и неоднозначную оценку, совершаются в совокупности с другими преступлениями.

Проблемы квалификации убийств совершенных при отягчающих обстоятельствах довольно широко изучались и обсуждались в отечественной науке. Данной проблеме уделяли внимание такие ученые в области уголовного права как: Бородин С.В., Плаксина Т.А., Семернева Н.К., Здрамослыв Б.В., Журавлев М.П., Наумов А.В., Рарог А.И., Козаченко И.Я. и другие. Научные труды данных авторов я использовал в своей дипломной работе.

Особенная часть УК РФ начинается разделом VII - «Преступления против личности», состоящим из пяти глав (гл.16-20). Глава 16 «Преступления против жизни и здоровья» начинается со ст.105 УК РФ - «Убийство». По смыслу ч. 5 ст.15 УК РФ убийство является особо тяжким преступлением, за совершение которого возможно наказание не только в виде лишения свободы на определенный срок, но и пожизненное лишение свободы или смертная казнь.

С введением УК РФ естественно возникли противоречия и проблемы квалификации отдельных преступлений. Касается это также и квалифицированных видов убийств. Такая ситуация вызвала бурную дискуссию среди практиков и теоретиков науки уголовного права. Свое воплощение она нашла в авторских монографиях, научно-практических комментариях к УК РФ, учебниках, на станицах журналов «Российская юстиция», «Законность», «Российский следователь», «Уголовное право» и др.

Полемика относительно правил квалификации отдельных видов убийств в литературе не ослабевает и в настоящее время. Объясняется это по крайней мере тремя обстоятельствами. Во-первых, динамично изменяются законодательные формулы составов убийств и соответствующих смежных составов. В частности изменилось понятие совокупности преступлений и в связи с этим утратил силу квалифицирующий признак, касающийся убийства совершенного неоднократно - п. «н» ч.2 ст.105 УК РФ. Во- вторых, некоторые проблемы уголовно-правовой оценки преступных посягательств обуславливаются динамичным развитием науки и техники. Ряд научно-технических достижений позволяет совершенствовать приемы и способы совершения преступления. В частности, в последнее время стали возможны убийства с использованием радиоизотопов, радиоуправляемых взрывных устройств и т.д. И наконец, не всегда однообразным разрешением дел судебными органами России. Здесь особая роль принадлежит Верховному Суду РФ[2] . В постановлении Пленума ВС РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)» раскрыто содержание отягчающих признаков убийства, что существенно облегчает работу правоприменителей. Однако не все вопросы, связанные с квалификацией убийства, в частности убийство по мотиву кровной мести, разъяснены в названном постановлении, что в свою очередь приводит к трудностям при квалификации совершенного преступления.

В следственной и судебной практике постоянно возникают проблемы, связанные с квалификацией убийств, совершаемых с особой жестокостью. Их правильная квалификация невозможна без исследования субъективной стороны преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Специфика данной проблемы проявляется также в отсутствии единого научного подхода к содержанию субъективной стороны рассматриваемого преступления. В доктрине российского уголовного права существуют различные подходы в раскрытии понятия субъективной стороны убийства с особой жестокостью.

Объект исследования — ответственность за убийство, совершенное с отягчающими обстоятельствами.

Предмет исследования — уголовно-правовые отношения реализации принципов уголовного права в ответственности за совершение убийства с отягчающими обстоятельствами.

Цель дипломной работы — рассмотреть связь проблем уголовно-правовой оценки и квалификации убийств с отягчающими обстоятельствами с ответственностью за их совершение.

Задачи дипломной работы:

· рассмотреть уголовно-правовую характеристику убийства, его признаки и виды;

· рассмотреть квалификацию убийств, совершенных с целями и способами, отягчающими вину, в исторической ретроспективе;

· рассмотреть квалифицированные убийства в УК РФ, трудности возникающие при их квалификации;

Методы исследования: Раскрытие предмета исследования дипломной работы, достижение ее цели и поставленных задач основывается на применении диалектического метода познания, относимого в юридической науке к категории всеобщего. Использование всеобщего метода позволило исследовать становление и развитие института квалификации убийства с отягчающими обстоятельствами в сопоставлении теории права и правоприменительной практики. Ретроспективный исторический анализ теоретических положений уголовного права об убийстве с отягчающими обстоятельствами, неразрывно связанный с диалектическим методом познания, также составил методологическую базу дипломной работы. Общенаучный метод также был использован и включает в себя анализ, синтез, комплексный и другие подходы.

Теоретическое значение: Тема дипломной работы имеет большое теоретическое значение, так как проблематика квалификации квалифицированных убийств оставляет много спорных и неоднозначных вопросов для теоретиков уголовного права. Решение проблем квалификации убийств с отягчающими обстоятельствами во многом связана с принципами уголовного права.

Практическое значение дипломной работы обусловлено тем, что даже не смотря на детальную регламентацию ответственности и квалификации убийств с отягчающими обстоятельствами в действующем УК РФ, несмотря на разъяснения и постановления ВС РФ, в практике правоприменения многие убийства нельзя квалифицировать однозначно, а проблемы квалификации обусловлены субъектом, мотивом, причинностью и многими другими проблемными категориями уголовного права.

Структура работы: дипломная работа включает введение, две главы, 6 параграфов, заключение, список литературы и приложения.


Глава I. Понятие и виды убийств по российскому уголовному законодательству

§ 1. Исторический аспект ответственности за убийство

Впервые в памятниках русского права упоминается об убийстве как о преступлении, подлежащем наказанию, в договоре великого князя Олега (911 год). В нем говорилось о том, что если русин убьет христианина или христианин убьет русина, он умрет на месте, где совершил убийство.

Некоторую особенность в рассматриваемом аспекте представляли положения Русской Правды - правового акта отечественного права. Русская Правда Ярослава (1016 г.) дает более полную картину ответственности за убийство. В ней признается право кровной мести, но ограничивается перечень кровных мстителей: брат мстит за брата, сын - за отца, отец - за сына, брат сестры - за ее сына. Из кровных мстителей исключались женщины.

Если не касаться законотворческой деятельности до XVII в. (в частности, Уставных грамот, Судебников 1497 и 1550 гг.), приоритетными направлениями которой было решение уголовно-процессуальных вопросов и вопросов ответственности за иные, не связанные с посягательством на жизнь преступления, то, очевидно, следующим важным этапом развития интересующей нас группы норм было принятие Соборного Уложения 1649 г.. В нем получили развитие нормы, имеющие прямое отношение к убийству. Следует прежде всего отметить то, что в данном документе признаки субъективной, внутренней стороны в посягательствах на жизнь стали играть далеко не второстепенную, хотя и ограниченную роль: «различая «смертное убийство» с умышлением и без умышления, Соборное Уложение к последнему относило в сущности в принятом ныне понимании не только невиновное (казус), но и неосторожное лишение жизни, и, характеризуя и то и другое деяние делом, совершенным «без хитрости», «без умышления», объявляло их ненаказуемыми»[3] .Существенные изменения претерпели и представления законодателя об обстоятельствах, обусловливающих меру ответственности виновного. В немалой степени она стала обусловливаться тем, кто из членов семьи и в отношении какого именно члена семьи совершил посягательство: жена, лишившая жизни мужа, подлежала казни в виде закапывания в землю по плечи и нахождению в ней, пока не умрет; "смертию без всякой пощады" также предписывалось казнить сына или дочь, лишивших жизни отца своего или мать; такое наказание предусматривалось за убийство брата или сестры; аналогичные же действия со стороны отца или матери в отношении сына или дочери влекли за собой один год тюрьмы[4] . Как и раньше, суровость наказания существенно дифференцировалась в зависимости от социального положения виновного и потерпевшего: если действия подневольных в отношении лиц, находящихся на более высокой ступеньке социального положения карались смертью, то лишение жизни господином своего крестьянина хотя и влекло наказание, но гораздо более мягкое. Ненаказуемым признавалось лишение жизни другого лица при защите своих личных интересов, имущественных и неимущественных интересов своего господина, вне зависимости от соразмерности и своевременности такой защиты.

Определенные дополнения в правовом решении вопросов наказуемости преступлений против жизни внесло законодательство Петра I, в особенности его Артикулы воинские. Действуя с первой четверти XVIII в. параллельно с Уложением 1649 г., они содержали специальную главу «О смертном убийстве». Одна из ее новелл — положение о виновности преступника, что обусловило наличие требования о разграничении умышленного, неосторожного и случайного убийства. Последнее определялось как «весьма неумышленное и ненарочное убийство, у которого никакой вины не находится»[5] . При этом наказуемым стало признаваться не только лишение жизни другого человека, но и самоубийство, а также попытка совершения самоубийства. Что же касается квалифицированных видов, то в их числе особо называлось убийство за вознаграждение, лишение жизни путем отравления и посягательство на жизнь «отца своего, мать, дитя во младенчестве, офицера»[6] . Лиц, приказавших совершить убийство либо оказывающих помощь убийству советом или делом, предписывалось наказывать как убийцу.

Во времена правления Екатерины II дважды создавались комиссии- в 1754 и 1766 гг.- для подготовки Уголовного уложения. В основе работы этих комиссий лежали положения Наказа для руководства при составлении нового Уложения, который считался одним из наиболее популярных законодательных памятников. В эти годы комиссиями был подготовлен проект Уголовного уложения, которое, однако, не было введено в действие. В Уголовном уложении была предпринята попытка сформулировать понятие умышленного убийства, убийства по неосторожности, а также случайного убийства.

Предпринятое в России в конце XIX — начале XX в. правовое регулирование вопросов уголовной ответственности за рассматриваемый вид преступлений и по сути дела сформировавшее основы их системного описания, несомненно, учитывало опыт не только предшествующий российской нормотворческой деятельности, но и зарубежного законодательства (Австрии, Франции, Германии и.т.д.). Этот период охватывает действие двух кодифицированных уголовных законов: Уложения о наказаниях уголовных и исправительных (в редакции 1885 г.) и Уголовного уложения (1903 г.). В Уложениях о наказаниях убийства (смертоубийства) располагались по убывающей степени тяжести - от наиболее тяжких преступлений до деяний, хотя и направленных против жизни, но считавшихся невиновными и ненаказуемыми. Наиболее тяжким признавалось умышленное убийство отца или матери, которое наказывалось лишением всех прав состояния и пожизненной каторгой. Общим признаком ряда тяжких убийств являлся предумышленный - заранее задуманный - характер преступления. Причем для квалификации убийства отца или матери предумышленность не требовалась, достаточно было умысла на убийство. Например, к тяжкому предумышленному преступлению относилось убийство совершенное повторно, жены или мужа, беременной женщины, с целью ограбления или получения наследства и.т.д.

Многие из перечисленных вопросов нашли свое решение в Уголовном Уложении, которое выгодно отличалось от ранее действующего как по уровню используемой юридической техники, так и в части существа решаемых проблем ответственности за преступления против жизни. Наиболее общим было подразделение деяний на лишение жизни другого человека и умерщвление плода. Последние различались в зависимости от субъекта преступления: совершенное матерью, с одной стороны, и врачом или повивального бабкою — с другой стороны. Что же касается лишения жизни человека, то Уголовное Уложение, отказавшись от наказуемости самоубийства, предусматривало ответственность лишь за действия, так или иначе связанные с лишением жизни другого человека. В основу их классификации был положен признак, относящийся к форме вины, в связи с чем выделялись составы убийства (умышленного лишения жизни) и неосторожного причинения смерти. Убийства, в свою очередь, предполагали их оценку в качестве «основного, квалифицированного (восходящего или нисходящего родственника, мужа или жены, брата или сестры; священнослужителя и т. д.) или привилегированного состава (приготовление к убийству, задуманному и выполненному под влиянием сильного душевного волнения, при превышении пределов необходимой обороны и т. д.)»[7] . В Уголовном уложении фактически были повторены квалифицирующие признаки убийства, «только был исключен общий квалифицирующий признак о предумышленности убийства и включены дополнительно два квалифицирующих признака: убийство священнослужителя во время службы, а также члена караула, охраняющего императора, либо часового военного караула»[8] .

Те же самые принципы построения системы преступлений против жизни использованы в главе «Убийство» в УК РСФСР 1922 г.: включение в эти преступления искусственного прерывания беременности; наказуемость не самоубийства как такового, а содействия или подговора к нему; дифференциация ответственности в зависимости от формы вины; выделение основного, квалифицированных и привилегированных составов убийств. Вместе, с тем в отличие от ранее действующего сформулированная первым советским уголовным законом система преступлений против жизни стала охватывать термином «убийство» как умышленное, так и неосторожное лишение жизни; исключала уголовную ответственность за «убийство, совершенное по настоянию убитого из чувства сострадания»; сузила сферу наказуемости действий в виде содействия или подговора к самоубийству, связав их лишь с направленностью в отношении несовершеннолетних или лиц, не способных понимать свойства или значение ими совершаемого или руководить своими поступками[9] . Не претерпели существенных изменений принципы построения системы преступлений против жизни и в УК РСФСР 1926 г., за исключением того, что законодатель в рамках одной главы объединил преступления против жизни с преступлениями против здоровья, свободы и достоинства личности; предусмотрел признаки убийства по неосторожности и убийства при превышении пределов необходимой обороны в одной статье особенной части; расширил основания наказуемости действий, способствующих самоубийству, признав таковыми дополнительно «доведение лица, находящегося в материальной или иной зависимости от другого лица, жестоким обращением последнего или иным подобным путем до самоубийства или покушения на него»[10] .

Ряд этих новелл (идеи объединения преступлений против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности в рамках одной главы Особенной части; установление наказуемости доведения зависимого от виновного лица до самоубийства) нашел поддержку и у разработчиков УК РСФСР 1960 г.

Многие из ранее существовавших положений, касающихся вопросов уголовной ответственности за преступления против жизни, так или иначе были восприняты УК РФ 1996 г. Как и в УК РСФСР 1960 г., все эти преступления подразделены в первую очередь на причинение смерти другому лицу и доведение его до самоубийства или покушения на самоубийство. Причинение смерти другому лицу, в свою очередь, традиционно классифицируется на умышленное и неосторожное лишение жизни. При этом в отношении причинения смерти по неосторожности восстанавливается деление признаков состава на основные и квалифицированные, а применительно к умышленному причинению смерти — на основные, квалифицированные и привилегированные.В отличие от УК РСФСР (ст. 106) УК РФ отказался от термина «неосторожное убийство», ибо в общественном сознании «убийство» ассоциируется лишь с умышленным причинением смерти. Такой подход соответствует и традициям русского дореволюционного уголовного права. Причинение смерти по неосторожности – самостоятельный состав преступления (ст. 109 УК РФ).

Таким образом, российское законодательство прошло большой путь в своем становлении. Однако и на сегодняшний день остаются многие спорные моменты которые вызывают оживленные дискуссии среди исследователей науки уголовного права. Тем более когда речь идет о таком неотъемлемом праве человека, как жизнь.

§ 2. Понятие убийства, его признаки и виды

В последние годы в России, несмотря на достигнутые успехи в борьбе с преступностью, складывается сложная криминогенная ситуация. За январь-декабрь 2007 г. в стране выявлено и зарегистрировано 3 582 541преступлений. Из них 22 227 убийств, включая покушения на них.В сравнении с 2006 г. число убийств снизилось на 19,1 %[11] . В принципе есть повод для оптимизма. В этих условиях государство должно только усиливать меры, направленные на охрану прав и интересов личности, общечеловеческих ценностей, приоритет которых является постулатом цивилизованной системы права. И в первую очередь это касается такого неприкосновенного блага, как жизнь человека, в защиту которого выступают гл.2 Конституции РФ и гл. 16 УК РФ.

Убийство — причинение смерти другому человеку. По данному признаку проводится отличие убийства от самоубийства, которое по отечественному уголовному праву не является преступлением, а также от несчастного случая. В прежних уголовных кодексах советского периода, равно как и в Уголовном уложении 1903 г., убийство не определялось. По-видимому, законодатели исходили из того, что понятие «убийство» в уголовном праве не отличается от общепринятого. Это, в общем, так и есть. Однако в правоприменительной практике нередко возникала потребность в точном установлении границ данного понятия. Поэтому в доктрине уголовного права предлагались различные определения убийства, в основных чертах сходные между собой. Так, по определению С. В. Бородина, «убийство — это предусмотренное Особенной частью УК виновное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть»[12] . Данное определение, естественно не отвечает современным реалиям, поскольку нуждается в доработке, связанной с толкованием понятия «виновное», которое включает в себя как умысел, так и неосторожность, что влечет за собой сложности при отграничении убийства от других составов преступлений, предусматривающих в качестве последствий смерть человека. Современное законодательное определение убийства основано на обобщении выработанных юристами формулировок. УК РФ впервые в истории нашего уголовного законодательствадает определение понятия убийства. Убийством признается умышленное причинение смерти другому человеку (ч.1 ст. 105 УК РФ)[13] .

В теории уголовного права для всесторонности определения понятия убийства указывается на его противоправность (неправомерность). В формулировке ч. 1 ст. 105 УК РФ такого указания нет. Однако признак противоправности в характеристике убийства является необходимым. Лишение жизни признается преступлением тогда, когда деяния лица, причинившие смерть, были противоправны. Не будет противоправным причинение смерти посягающему на преступление в состоянии необходимой обороны, когда не были превышены ее пределы, или вынужденное причинение смерти при задержании опасного преступника, когда иным путем нельзя было его обезвредить; приведение приговора суда в исполнение в отношении лица, приговоренного к смертной казни.

Причинение смерти — необходимое последствие преступлений, предусмотренных ст.ст. 105-108 УК РФ. Естественная смерть не может быть квалифицирована как убийство. Но насильственная смерть может носить и правомерный характер (например, приведение в исполнение приговора смертной казни). Кроме того, насильственная смерть может свидетельствовать не только об убийстве, но и о несчастном случае и самоубийстве. В связи с этим возникает вопрос о разграничении.

Смысловая нагрузка употребляемого в уголовном законе слова «смерть» обозначает то состояние, которое в медицине именуется биологической смертью. От биологической смерти следует отграничивать понятие клинической смерти, которая проявляется в прекращении дыхания и остановке сердечной деятельности, нарастании кислородного голодания всех органов и тканей. Медицине как науке известны и другие виды смерти. Для уголовного права значим вывод, согласно которому лишь при наступлении биологической смерти деяние, направленное на умышленное лишение жизни другого человека, является оконченным преступлением. Об этом подробнее при рассмотрении объекта посягательства данного преступления.

Уголовный закон в равной степени считает убийством не только случаи лишения жизни помимо воли потерпевшего, но и с его согласия. В мировой социальной практике сегодняшнего дня нередки случаи, когда безнадежно больные люди, испытывающие непереносимые муки, либо инвалиды, престарелые больные, лишенные возможности заботиться о себе, обращаются с просьбами к врачам или частным лицам ускорить их уход из жизни путем дачи соответствующих препаратов. Проблема эвтаназии — оказания помощи названным лицам по уходу из жизни — на протяжении многих веков обсуждается врачами, служителями различных религиозных конфессий, юристами, общественностью. Законодательство России считает абсолютно недопустимым осуществление эвтаназии любыми действиями или средствами, в том числе прекращением искусственных мер по поддержанию жизни. По уголовному закону России эвтаназия приравнивается к убийству.

УК РФ выделяет три вида убийств: простое (ч. 1 ст. 105 УК РФ), квалифицированное, т.е. совершенное при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ) и привилегированное, т.е. при смягчающих обстоятельствах (ст.ст. 106- 108 УК РФ). Все они отличаются разной степенью общественной опасности и, соответственно, строгостью уголовно-правовых санкций, установленных за их совершение. Вместе с тем, несмотря на эти принципиальные различия, существующие разновидности убийства характеризуются рядом общих признаков, относящихся к объекту, объективной стороне, субъекту и субъективной стороне того или иного вида убийства. В связи с этим можно определить содержание родовых признаков состава любого убийства.

Объект убийства образуют общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни граждан. Для всех видов убийств этот элемент состава преступления одинаков. Уголовно-правовой охране подлежит жизнь любого человека независимо от его возраста, физических и моральных качеств, социального положения и национальности. Человеческая жизнь имеет определенную продолжительность, ограниченную рождением и смертью. В связи с анализом понятия убийства важно обратить внимание на моменты начала жизни и наступления смерти. Причинить смерть возможно лишь уже родившемуся и не умершему в указанном выше понимании человеку.

Первый вопрос, который здесь возникает: с какого момента начинается жизнь? В уголовном праве этот вопрос является сложным и дискуссионным.

Дело в том, что как отмечает Караулов В.Ф. «нередко смешиваются понятия «жизнь как биологический процесс» и «жизнь как объект уголовно-правовой охраны»»[14] . Необходимо же их различать. О начале жизни как биологического процесса можно говорить с момента зачатия или с несколько позднего периода, когда у человеческого зародыша сформировались полностью его органы. Несомненно, посягательство на жизнь плода с биологической позиции является посягательством на жизнь человека. А что касается жизни как объекта уголовно-правовой охраны, то здесь вопрос гораздо сложнее. Одни авторы считают, что начальным моментом жизни как объекта посягательства при убийстве является начало физиологических родов[15] . При этом сторонники такой позиции ссылаются на ст. 106 УК РФ, где, в частности, предусмотрено убийство ребенка во время родов. Естественно, что роды начинаются до рождения ребенка и рождением ребенка еще не заканчиваются. Так как роды являются сложным завершающим беременность физиологическим процессом, то их начало еще не свидетельствует о рождении ребенка. Как только плод начинает выходить наружу (достаточно появления любой его части) и налицо признаки его жизнедеятельности: дыхание, сердцебиение, движения мускулатуры, с этого момента можно говорить о рождении ребенка[16] .

Противники подобного мнения утверждают, например М.М. Гродзинский, что нередко при рождении отсутствует первый вдох и крик ребенка в силу задержки легочного дыхания и связывают начало жизни именно с началом дыхания или полным отделением от утробы матери. Данное утверждение отмечено в работе Андрюхиной М.В[17] . Но подобное утверждение не меняет наше мнение, ибо указанный признак является характерным, но не единственным признаком жизнедеятельности новорожденного. Наряду с этим о нем свидетельствует и сердцебиение, и движения мускулатуры, и другие признаки.

Что касается насильственного прекращения биологической деятельности плода до рождения ребенка, то ответственность в этих случаях может наступать за причинение тяжкого вреда здоровью матери. Посягательство же на человеческий плод (зародыш) или на труп, ошибочно принятый за живого человека, следует рассматривать как покушение на негодный объект или иной состав преступления, но не убийство.

Также спорным, до сих пор вызывающим дискуссию, является вопрос о моменте смерти. Различают клиническую и биологическую смерть. Клиническая смерть наступает с момента остановки сердца. Биологическая смерть характеризуется возникновением необратимого процесса распада клеток коры головного мозга. В юридической литературе, в частности у Бородина С.В., Караулова В.Ф. высказано мнение, что таким моментом является биологическая смерть[18] . Соглашусь с таким утверждением, поскольку согласно Закону РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека», заключение о смерти дается на основе констатации необратимой гибели всего головного мозга[19] .Поэтому клиническая смерть человека в момент остановки сердца не может рассматриваться как смерть человека в уголовно-правовом смысле этого слова, ибо в это время еще не исключается реанимация человека и его возвращение к жизни.

Приведенные различия имеют принципиальное значение, т.к. в настоящее время все большее развитие получает трансплантология. При этом успешность пересадки органов и тканей зависит от своевременности изъятия этих органов и тканей. Чем быстрее после наступления смерти они изымаются, тем вероятнее положительный исход операции. Отсюда ясно, что возможны злоупотребления - изъятие органов и тканей у еще живого человека. При этом в ряде случаев таким донором может быть безнадежно больной человек, когда орган изымается незадолго до неминуемой смерти (например, в результате дорожно-транспортного происшествия), а в других - возможно и убийство здорового человека для того, чтобы воспользоваться его органами.

Исходя из сказанного под началом жизничеловека следует понимать тот момент начала физиологических родов, когда плод стал виден из утробы матери и налицо признаки го жизнедеятельности, таким образом, сам по себе он доступен посягательствам. Уничтожение плода ребенка до начала родового процесса не образует состава убийства. Моментом завершения жизниследует считать биологическую смерть, при которой прекращается деятельность центральной нервной системы и в коре головного мозга наступает необратимый распад белковых тел, в результате чего восстановить жизнедеятельность организма уже невозможно.

Объективная сторона убийства состоит в противоправном лишении жизни другого человека. Указание на противоправность имеет важное значение. Не является, например, преступлением лишение жизни другого человека в состоянии необходимой обороны (ст. 37 УК РФ), при правомерном задержании лица, совершившего преступление (ст. 38 УК РФ) и т. п.

Убийство может быть совершено путем как действия, так и бездействия. Действия виновного могут принимать форму как физического воздействия на потерпевшего, так и психического воздействия. В литературе в качестве примера обычно приводят лишение жизни путем причинения психической травмы лицу, страдающему заболеванием сердечнососудистой системы[20] . Чаще всего это физическое действие, нарушающее функции или анатомическую целостность жизненно важных органов человека. Человек лишается жизни путем применения виновным огнестрельного и холодного оружия, иных предметов, путем отравления, производства взрыва и другими способами. Убийство путем бездействия может быть тогда, когда виновный с целью лишения жизни путем бездействия сам создает опасность наступления смерти и не предотвращает ее наступление, хотя мог и обязан был это сделать. Например, мать не кормит ребенка, и последний умирает от голода.

Убийство, независимо от его вида, относится к преступлениям с так называемым материальным составом. Оконченное убийство имеет место в тех случаях, когда в результате деяния виновного последовала смерть. При этом не имеет значения, наступила ли смерть сразу или спустя какое-то время после этого. Обязательным признаком объективной стороны убийства является наличие причинной связи между действием (бездействием) виновного и наступившим последствием, смертью потерпевшего. Ненаступление смерти в результате действия (бездействия) виновного исключает признание преступления оконченным и при наличии приготовления к убийству или покушения на него влечет квалификацию со ссылкой на ст. 33 УК РФ. Причинная связь между действием (бездействием) виновного и наступившей смертью потерпевшего является объективной, существующей вне зависимости от нашего сознания категорией, в силу которой действие (бездействие) порождает возникновение последствия. Отсутствие причинной связи между деянием и наступившей смертью потерпевшего либо исключает уголовную ответственность за лишение жизни, либо влечет иную квалификацию содеянного.

Субъективная сторона убийства характеризуется психическим отношением субъекта к своим действиям и наступившей смерти потерпевшего, и может быть только в форме умысла. Умысел при этом может быть как прямым, так и косвенным. Лицо осознает, что совершает деяние (действие или бездействие), опасное для жизни другого человека, предвидит возможность или неизбежность наступления смерти и желает (при прямом умысле) либо сознательно допускает наступление смерти или безразлично относится к ней (при косвенном умысле).

Особую сложность для правоприменительной практики представляет выявление направленности умысла в момент нанесения потерпевшему тех или иных ранений. Практические работники не всегда четко знают, по каким признакам можно судить о такой направленности, а это, прежде всего, объективные признаки, способ причинения вреда жизни или здоровью, особенности используемых при этом орудий и средств, количество и локализация ранений, обстановка совершения преступления, характер взаимоотношений между обвиняемым и потерпевшим, наличие и содержание предшествующих угроз, поведение обвиняемого во время и после криминального акта и др. В зависимости от сочетания указанных признаков и решаются вопросы о направленности умысла и его видах, разграничиваются убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего, покушение на убийство и причинение вреда здоровью той или иной степени тяжести, убийство и неосторожное причинение смерти и др.[21]

В соответствии с ч. 2 ст. 20 УК РФ субъектом убийства без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 105 УК РФ) и при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ) является физическое вменяемое лицо, достигшее возраста четырнадцати лет. Субъект убийства при смягчающих обстоятельствах (ст.ст. 106-108 УК) - лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста.

Таким образом, убийство- это самое тяжкое преступление предусмотренное УК РФ, поскольку результатом его совершения является необратимое последствие – смерть человека, являющегося в соответствии с действующей Конституцией РФ высшей ценностью, защита которой - непосредственная обязанностьгосударства. Поэтому за наиболее опасные виды убийства закон устанавливает строгое наказание вплоть до смертной казни.

§ 3 Уголовно-правовая характеристика убийства (ч. 1 ст. 105 УК РФ)

Под «простым» убийством теория и практика подразумевает убийство из ревности, мести, на почве личных неприязненных отношений, убийство в ссоре или драке (при отсутствии хулиганских мотивов), из трусости, зависти, сострадания к безнадежно больному или с его согласия. Иначе говоря, по ч. 1 ст. 105 УК РФ квалифицируются убийства без смягчающих и отягчающих обстоятельств, указанных в УК РФ.Следует иметь в виду, что простое убийство может быть совершено и при отягчающих обстоятельствах, если они не упомянуты в ч. 2 ст. 105 УК. Например, использование оружия при совершении убийства как отягчающее обстоятельство названо в ст. 63 УК РФ, но не включено в ч. 2 ст. 105 УК РФ. Поэтому оно не влияет на квалификацию убийства, но учитывается при назначении наказания в рамках санкции ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Объектом простого убийства является жизнь человека. Уголовно-правовой охране, по российскому законодательству, в равной мере подлежит жизнь любого человека от рождения и до смерти независимо от его национальной и расовой принадлежности, происхождения и возраста, социального положения, рода занятий, состояния здоровья, физических и моральных качеств. Как подчеркивает С.В. Бородин жизнь человека неотделима от общественных отношений, поэтому объектом преступного посягательства являются помимо жизни человека и общественные отношения, обеспечивающие охрану этого блага[22] . С данным утверждением по-моему нельзя не согласиться. Объект посягательства при убийстве указывает на особую общественную опасность этого преступления. Опасность состоит в том, что человек лишается жизни. Смерть потерпевшего исключает возможность загладить причиненный ущерб. Как правило, при совершении убийства наносится и тяжкий моральный вред. Неожиданная насильственная смерть близкого человека, члена семьи, родственника, знакомого причиняет окружающим глубокую душевную травму. Вопрос начала жизни и ее окончания я рассмотрел в предыдущем параграфе, поэтому подробно на этом останавливаться не буду.

Объективная сторона убийства как типичного преступления с материальным составом представляет собой единство трех элементов: 1) действие (бездействие), направленное на лишение жизни другого лица; 2) смерть потерпевшего как обязательный преступный результат; 3) причинная связь между действием (бездействием) виновного и наступившей смертью потерпевшего. Обязательное условие ответственности за убийство - наличие причинной связи между действием (бездействием) виновного и смертью потерпевшего. Как я уже упоминал выше, чаще убийство совершается путем активных действий, как посредством использования каких-либо орудий преступления, так и непосредственного физического воздействия на организм потерпевшего, но и не исключено и психическое воздействие на потерпевшего. Возможно также и убийство путем бездействия. Оно предполагает, что на виновном лежала обязанность предотвратить наступление смертельного исхода. Эта обязанность может вытекать из договора, трудовых отношений, предшествующего поведения виновного и других фактических обстоятельств. Этот момент я также упомянул выше в своей работе. Способ причинения смерти в принципе не имеет значения, за исключением случаев, когда со способом убийства связан какой-либо из квалифицирующих признаков в ч. 2 ст. 105 УК РФ. Например, совершение убийства общеопасным способом или с особой жестокостью.

Для убийства типична прямая (непосредственная, короткая) причинная связь. Например, выстрел в потерпевшего влечет за собой его смерть. Как отмечено в учебнике[23] , значительно сложнее установить причинную связь, когда она носит непрямой, опосредованный характер. Причинная связь при убийстве может быть опосредована: 1) действием автоматических устройств (часовой механизм, различные замедлители при взрыве); 2) ожидаемыми действиями потерпевшего, которые могут быть как правомерными (например, вскрытие адресатом посылки, содержащей взрывное устройство, либо приведение в действие двигателя заминированной автомашины потерпевшего), так и неправомерными (например, сознательное оставление в салоне автомобиля бутылки с отравленной водкой в расчете на то, что угонщик ее выпьет); 3) действием малолетнего или психически больного, не осознающих характера содеянного; 4) действием природных сил (например, оставление на морозе избитого до потери сознания потерпевшего); 5) действием третьих лиц (например, запоздалое или неквалифицированное оказание медицинской помощи потерпевшему). Определяющим для установления причинной связи является вывод о том, что смертельный результат - необходимое последствие действия (бездействия) виновного в конкретных условиях места и времени.

Убийство признается оконченным с момента наступления смерти потерпевшего. Не имеет значения, когда наступила смерть: немедленно или спустя какое-то время. УК РФ в традициях российского законодательства не устанавливает никаких "критических сроков" наступления смерти, если у виновного был умысел на убийство. Действия лица, непосредственно направленные на причинение смерти другому человеку, если они по обстоятельствам, не зависящим от воли виновного, не привели к этому результату, квалифицируются как покушение на убийство.

С субъективной стороны убийство предполагает наличие прямого или косвенного умысла на причинение смерти. Убийство совершается с прямым умыслом не только в том случае, когда причинение смерти является конечной целью действий виновного, но и когда цель лежит за пределами состава убийства. Например, убийство случайного очевидца преступления (цель - избежать разоблачения) или убийство кассира, отказавшегося передать преступнику деньги (цель - завладение деньгами). Желание как волевой момент умысла имеется и в этих случаях.

При косвенном умысле виновный не направляет свою волю на причинение смерти, но своими действиями сознательно допускает ее наступление. Косвенный умысел на убийство встречается, например, при поджоге помещения, в котором находятся люди; при использовании кляпа или пластыря, чтобы не дать потерпевшему возможности позвать на помощь, если в результате этого наступила смерть; при убийстве посторонних людей в случае применения взрывного устройства или иного общеопасного и слабо управляемого способа преступления.

Если мотив или цель убийства реализуются только в случае смерти потерпевшего (получение наследства, избавление от нежелательного свидетеля, осуществление акта кровной мести), умысел всегда будет прямым. Следует заметить, что убийство с косвенным умыслом российский законодатель и судебная практика не рассматривают как менее опасный вид. Смерть человека - настолько тяжкое последствие, что и безразличное отношение виновного к ее наступлению свидетельствует о высокой степени общественной опасности содеянного. Закон (ст. 25 УК РФ) вообще не противопоставляет косвенный умысел прямому, а объединяет их. Разграничение этих видов умысла приобретает решающее значение только при ненаступлении смертельного результата. Пленум ВС РФ в п. 2 постановления указал: «Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.)»[24] .

Субъектом убийства может быть лицо, вменяемое, достигшее к моменту совершения преступления 14 лет. Интересная точка зрения представлена в работах С.В. Бородина и Г.П. Афонькина, Н.В.Куркина[25] . Данные авторы утверждают что, возраст и вменяемость не относятся к числу признаков состава преступления, а являются лишь условиями наступления уголовной ответственности, мотивирую это тем,что уголовный закон наказывает преступника не за то, что он достиг определенного возраста и вменяем, а за совершение преступления при условии, что он достиг определенного возраста и является вменяемым. Между тем Бородин С.В. подчеркивает, что это вовсе не означает, что «субъект находится за рамками состава преступления. Ведь без субъекта не может быть преступления. Наличие лица, вследствие виновных действий которого причинена смерть другому человеку, является необходимым условием признания данного причинения смерти убийством»[26] .

В заключении данного параграфа, хочется сказать, что ч. 1 ст. 105 УК РФ подлежит применению в тех случаях, когда в действиях виновного отсутствуют указанные в законе отягчающие или смягчающие ответственность обстоятельства. При недоказанности мотивов, целей и иных обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 105 УК РФ, действия виновного квалифицируются по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Для простого убийства характерны такие мотивы, как месть за какое-либо действие потерпевшего, независимо от его правомерности, в том числе за совершенное преступление; ревность; зависть, неприязнь или ненависть, возникшие на почве личных отношений. К простому убийству относится также умышленное причинение смерти в обоюдной драке или ссоре, ярости, страха за свою жизнь при отсутствии признаков сильного душевного волнения.


Глава II. Уголовно-правовая характеристика убийства при отягчающих обстоятельствах

§1. Виды отягчающих обстоятельств и их характеристика

Убийство при отягчающих обстоятельствах, или так называемое квалифицированное убийство имеет место в тех случаях, когда в действиях виновного содержатся признаки, предусмотренные п.п.”а-м” ч.2 ст.105 УК РФ. Перечень предусмотренных этими пунктами отягчающих обстоятельств является исчерпывающим.

Выявление отягчающих обстоятельств убийств по действующему УК РФ имеет важное значение для правильной квалификации, а затем и для наказания виновного. Российскому уголовному законодательству в настоящее время известны два вида обстоятельств, отягчающих ответственность. Одни из них имеют значение для определения наказания лицу, совершившему преступление (ст. 63 УК РФ), другие — выступают как признаки конкретного состава преступления, влияющие на его квалификацию. Сравнение отягчающих ответственность обстоятельств, названных в ст. 63 УК РФ, с обстоятельствами, влияющими на квалификацию отдельных преступлений, показывает, что первые служат как бы юридической базой, определяющей направленность вторых. Иными словами, отягчающие обстоятельства, названные в Общей части УК РФ, конкретизируются в отдельных составах Особенной части. Это относится в полной мере и к обстоятельствам, отягчающим ответственность за убийство, при отягчающих обстоятельствах. Например, такие обстоятельства из числа названных в ст. 63 УК РФ, как совершение преступления из корыстных или иных низменных побуждений, совершение преступления с особой жестокостью или издевательством над потерпевшим, совершение преступления общеопасным способом сформулированы в ст. 105 УК РФ с необходимой детализацией применительно к убийствам, с учетом специфики этих преступлений.

Помимо этого законодатель установил, что «если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания»[27] , то есть без ссылки на ст.63 УК РФ.

Для общей характеристики обстоятельств, отягчающих убийство, а также для уяснения их сущности, определенное значение имеет их классификация. Большинство авторов, Бородин С.В., Семернева Н.К. классифицирует отягчающие обстоятельства по элементам состава преступления. Другие с такой классификацией в принципе согласны (Караулов В.Ф.) Этим делается попытка дать систематическое изложение отягчающих обстоятельств и подчеркнуть, что они тесно связаны с составом преступления. Вначале перечисляются обстоятельства, относящиеся к объекту и объективной стороне, а затем – к субъекту и субъективной стороне. Несколько выбивается из этой стройной классификации п. «е.1» ч. 2 ст. 105 УК РФ - убийство по мотиву кровной мести,- внесенный недавно законодателем. Связано это с тем, что правильнее было бы разместить его после п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ, откуда он и был вынесен. Тогда структура признаков относящихся к субъективной стороне была бы законченной, а не расчленной п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, - убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, относящийся как мы знаем к объективной стороне преступления, поскольку связан со способом совершения преступления. Многие авторы правда по-разному соотносят конкретные квалифицирующие признаки, с элементами состава преступления. Так Семернева Н.К. отягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, - убийство, совершенное с особой жестокостью,- вообще выделяет в отдельную группу, поскольку полагает, что оно одновременно относится как к объективной, так и субъективной сторонам преступления[28] . Большинство же авторов (Бородин С.В., Афонькина Г.П.) данный пункт относят к объективной стороне преступления, полагая, что особая жестокость соотносится со способом действий виновного[29] . На мой взгляд, отягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «д» ч.2 ст. 105 УК РФ относится более к объективным признакам состава преступления, так как вменение данного квалифицированного состава, возможно лишь при доказанности особой жестокости в действиях преступника. Вообще же любая классификация в известной мере условна. Ведь любой объективный признак находит отражение и в субъективной стороне преступления, и наоборот.

Поскольку в большинстве случаев квалифицирующие признаки относящиеся к субъекту и субъективной стороне, а также объекту и объективной стороне тесно переплетены, то логичнее придерживаться классификации данной Бородиным С.В. Согласно его позиции обстоятельства, отягчающие убийство, правильнее объединить в две группы[30] :

· обстоятельства, характеризующие объективные свойства убийства и личность потерпевшего (совершение убийства: двух или более лиц, лица или его близких в связи с выполнением своего служебного или общественного долга; лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника; женщины, заведомо для виновного находившейся в состоянии беременности; с особой жестокостью; совершенное общеопасным способом; совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой).

· обстоятельства, характеризующие субъективные свойства убийства и личность виновного (совершение убийства: по мотиву кровной мести; из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом; из хулиганских побуждений; с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера; по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы; в целях использования органов или тканей потерпевшего);

Таким образом, квалифицированным принято считать убийство, совершенное при наличии хотя бы одного из отягчающих обстоятельств (квалифицирующих признаков), перечисленных в ч. 2 ст. 105 УК РФ, при условии присутствия всех остальных признаков основного состава убийства.

В прежних уголовных кодексах расположение квалифицирующих признаков убийства не отвечало какой-либо системе. Но в теории права не раз подчеркивалась необходимость их систематизации. Большинство авторов классифицировали отягчающие обстоятельства применительно к элементам состава преступления. Такая классификация, как, впрочем, и другие, в известной мере условна. Однако расположение квалифицирующих признаков применительно к элементам состава имеет практический смысл, так как способствует объективной квалификации конкретного убийства и облегчает этот процесс. Хотя этот порядок не всегда соблюдается, тем не менее, данный критерий в основном выдерживается.

§2. Отягчающие обстоятельства, относящиеся к объективной стороне и личности потерпевшего

Убийство при отягчающих обстоятельствах,или так называемое квалифицированное убийство, имеет место в тех случаях, когда в действиях виновного содержатся признаки, предусмотренные ч. 2 ст. 105 УК РФ. Перечень предусмотренных пунктами этой части статьи обстоятельств является исчерпывающим.Проведем уголовно-правовую квалификацию вышеперечисленных составов убийств при отягчающих обстоятельствах согласно той классификации, которая мною была рассмотрена выше. Вначале проанализируем отягчающие обстоятельства, относящиеся к объективной стороне и личности потерпевшего.

· Убийство двух или более лиц(п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Впервые указанное отягчающее обстоятельство было предусмотрено УК РСФСР 1960г. Дореволюционное уголовное законодательство России не знало такого состава. До выхода Постановления Пленума ВС РФ от 3 апреля 2008 г. N 4 г.[31] в юридической литературе убийство двух или более лиц характеризовалось как совокупность нескольких убийств, совершенных одновременно или с незначительным временным разрывом и охватывающихся единым преступным намерением виновного. Из этого выводилось два правила квалификации убийства по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ: 1) единство умысла — как обязательное условие и 2) одновременное причинение смерти — как факультативное условие. Под влиянием разъяснений Пленума ВС РФ [32] п. 5, которого в старой редакции гласил что «по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ следует квалифицировать убийство двух или более лиц, если действия виновного охватывались единым умыслом и были совершены, как правило, одновременно», а также сложившейся на основании этого судебной практики абсолютное большинство исследователей придерживалось, а возможно и придерживается точки зрения, согласно которой единства времени и наступления последствий не требуется, а важно, чтобы было единство преступного намерения виновного.

С принятием нового постановления новая редакция п. 5 постановления Пленума ВС РФ звучит следующим образом - « Всоответствии с положениями ч. 1 ст. 17 УК РФ убийство двух или более лиц, совершенное одновременно или в разное время, не образует совокупности преступлений и подлежит квалификации по пункту «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а при наличии к тому оснований также и по другим пунктам части 2 данной статьи, при условии, что ни за одно из этих убийств виновный ранее не был осужден»[33] . По сути дела отменяется необходимость доказывания единого умысла на причинение смерти двум и более лицам. Более того отпадает необходимость выяснения момента одновременности совершения преступления, поскольку преступное посягательство может быть совершено как одновременно, так и в другое время. Но, безусловно, что это должно быть именно убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, а не иное посягательство на жизнь и здоровье. Связаны такие изменения с принятием новой редакции ст.17 УК РФ, касающейся совокупности преступлений. Исходя из трактовки вышеназванных положений, не имеет значения и мотив, цели совершения данного преступления. Возможны случаи квалификации по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, когда два лица убиты, но по разным мотивам.Например, смерть одному причинена из хулиганских побуждений, а другому — в связи с выполнением им общественного долга. Важны они только для квалификации по другим пунктам ч.2 ст. 105 УК РФ.

В п. 2 постановления Пленума ВС РФ сказано: «Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.)»[34] . Поэтому если в ходе расследования будет установлено, что прямого умысла на убийство нескольких лиц не было, а кто-либо из предполагаемых жертв остался жив, то квалифицировать содеянное как покушение на убийство двух или более лиц нельзя.

Таким образом, для квалификаций деяния по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ необходимо установить его последствия, а именно смерть двух или более лиц. Хотя, несомненно, данное обстоятельство еще будет вызывать горячие споры среди специалистов и мы сможем ознакомиться со многими работами, касающимися данного вопроса. Впрочем, еще в 2005 г. предпринимались попытки проанализировать изменения и их последствия, внесенные в уголовное законодательство, касающиеся совокупности преступлений. В частности П. Яни пришел к выводу, что два убийства, не охваченные единым умыслом, также должны квалифицироваться по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ[35] .

· Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Впервые обозначенное отягчающее убийство обстоятельство было предусмотрено УКРСФСР 1960 г. Федеральным законом от 22.03.1995г. редакция п. «в» ст. 102 УК РСФСР была изменена следующим образом: «Убийство лица в связи с выполнением им своего служебного либо общественного долга или его близких родственников, а также иных лиц, убийство которых совершено с целью воспрепятствовать законной деятельности указанного должностного лица»[36] .

В УК РФ 1996 г. пункт статьи, предусматривающий ответственность за убийство в связи с выполнением потерпевшим служебного или общественного долга был представлен в новой редакции. Фактически была воспроизведена первоначальная редакция ст. 102 УК РСФСР. Единственным дополнением стало признание в качестве потерпевшего и близких лица, исполнявшего или исполняющего свой служебный (общественный) долг. Это представляется вполне обоснованным, поскольку причинение вреда близким или их потеря - очень серьезный устрашающий фактор.

В п. 6 постановления Пленума ВС РФ говорится: «По п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицируется убийство лица или его близких, совершенное с целью воспрепятствования правомерному осуществлению данным лицом своей служебной деятельности или выполнению общественного долга либо по мотивам мести за такую деятельность»[37] .

Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга представляет повышенную общественную опасность. Это деяние совершается с целью воспрепятствовать данной правомерной деятельности потерпевшего, т. е. не допустить соответствующее правомерное поведение потерпевшего или пресечь его, а также по мотивам мести за такую деятельность. Для квалификации убийства по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ вовсе не обязательно, чтобы оно совершалось непосредственно при осуществлении потерпевшим служебных обязанностей или выполнении им общественного долга. Мотивом данного преступления может быть месть спустя какой-то определенный промежуток времени [38] . В ряде случаев наблюдается конкуренция мотивов, побуждающих виновного к конкретным действиям, поэтому для квалификации по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ крайне важно установить доминирующий (главный) мотив преступления, поскольку именно он будет определяющим в процессе квалификации совершенного общественно опасного деяния.

Под осуществлением служебной деятельностиследует понимать действия лица, входящие в круг его обязанностей, вытекающих из трудового договора (контракта) с государственными, муниципальными, частными и иными зарегистрированными в установленном порядке предприятиями и организациями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству. Потерпевшим от преступления при этом может оказаться любое лицо - от руководителя до сторожа или охранника.

Под выполнением общественного долгаследует понимать осуществление гражданином как специально возложенных на него обязанностей в интересах общества или законных интересах отдельных лиц, так и совершение других общественно полезных действий (пресечение правонарушений, сообщение органам власти о совершенном или готовящемся преступлении либо о местонахождении лица, разыскиваемого в связи с совершением им правонарушений, дача свидетелем или потерпевшим показаний, изобличающих лицо в совершении преступления и др.).

Таким образом, это может быть как выполнение специально возложенных обязанностей на общественных началах, так и совершение иных общественно полезных действий по личной инициативе потерпевшего (например, участие в общественной комиссии).

Представляется целесообразным различать убийство при исполнении служебного долга и убийство, совершенное в связи с выполнением служебного долга. Поскольку первое может быть совершено по любому мотиву и, следовательно, подпадать под иную квалификацию, а второе исключительно по мотиву воспрепятствования служебной деятельности потерпевшего либо по мотиву мести за таковую, подлежащее квалификации по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Обязательным признаком, который подлежит установлению, является правомерность действий потерпевшего лица или его близких. По п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ следует квалифицировать лишь убийство такого лица, которое действовало правомерно, на законных основаниях. Если действия потерпевшего были неправомерными, т.е. содержали в себе признаки какого-либо правонарушения или преступления (связанные, например, с превышением служебных полномочий), содеянное не может быть квалифицировано по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Уголовный закон обеспечивает повышенную охрану не только лиц, осуществляющих служебную деятельность или выполняющих общественный долг, но и их близких. Вместе с тем УК РФ не раскрывает круга лиц, входящих в понятие «близкие». В п. 6 постановления Пленума ВС РФ «к близким потерпевшему лицам, наряду с близкими родственниками, могут относиться иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений»[39] . Понятие близких родственников дано в п. 4 ст. 5 УПК РФ[40] . Ими могут быть родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дед,бабушка, внуки, супруг. К иным близким могут относиться любые лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений (иные родственники, свояки, жених, невеста, любовник, любовница, друзья и т. д.). Однако следует иметь в виду, что их убийство в данном случае совершается именно в связи со служебной или общественной деятельностью потерпевшего. При этом, с моей точки зрения, для квалификации по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ важно, чтобы виновный осознавал степень заинтересованности потерпевшего в судьбе близких ему людей.

· Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ),— новый квалифицированный вид рассматриваемого преступления. УК РСФСР его не предусматривал. Хотя, справедливости ради надо отметить, что в УК РСФСР 1922 г. и 1926 г. предусматривалась повышенная уголовная ответственность за убийство, совершенное с использованием беспомощного положения убитого[41] . Поэтому в этой части УК РФ 1996 г. повторил ранее действовавшее положение. Включение же убийства лица, сопряженного с похищением человека либо захватом заложника в качестве самостоятельного отягчающего обстоятельства в УК РФ, объясняется рядом обстоятельств. Во-первых, особой тяжестью причиняемых в результате их совершения общественно опасных последствий и, во-вторых, большим количеством случаев похищения людей и захвата их в заложники.

Применительно к составу преступления, предусмотренному п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, беспомощное состояние - это положение потерпевшего лица, при котором он лишен возможности оказать преступнику эффективное сопротивление или уклониться от посягательства, т. е. самостоятельно защитить себя в момент посягательства. Это осознается и используется убийцей. Как отмечается в постановлении Пленума ВС РФ, по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ «надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство»[42] .К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, увечные, слепые, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

На мой взгляд, данный признак назван квалифицирующим именно в силу того, что преступник сознательно выбирает жертву, не способную оказать эффективное сопротивление. Обязательной субъективной характеристикой, закрепленной законодательно, является ясное осознание виновным беспомощного состояния жертвы как неотъемлемой особенности ее физического или психического здоровья, а не временного состояния (например, сон, обморок, алкогольное опьянение и т.д.). Более того, в подобных случаях следует разграничивать признаки беспомощности и бессознательности как проявления неодинаковых физиологических процессов, происходящих в организме человека. На это обращает особое внимание С.И. Дементьев: сон, обморок, различные виды опьянения высокой степени (алкогольного, наркотического, лекарственного) он рассматривает как бессознательное состояние человека[43] . Он считает неправильным квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ убийство спящего или находящегося в обмороке человека, так как подобные случаи умышленного лишения жизни человека не повышают общественной опасности виновного. В этом случае, по мнению С. Дементьева, действия виновного охватываются ч. 1 ст. 105 УК РФ. По п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, приходит к выводу С.И. Дементьев, следует «квалифицировать только убийство человека, когда тот заведомо для виновного находился в беспомощном состоянии, то есть сознавал характер происходящего, однако в силу своего физического состояния не мог оказать сопротивления: позвать на помощь или уклониться от действий убийцы»[44] .

Стоит сказать, что подавляющее большинство авторов традиционно придерживается мнения о том, что сон, обморок, алкогольное опьянение являются беспомощными состояниями человека (Караулов В.Ф., Семернева Н.К., Оганян Р.Э., Марогулова И.Л.). Данные авторы полагают, что при квалификации преступных действий по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ неважно сознавал потерпевший или не сознавал характер происходящего. Состояние беспомощности, по их мнению, предполагает, что потерпевший лишен возможности оказывать убийце эффективное сопротивление, что осознается в первую очередь самим преступником. Убийца только пользуется беспомощностью потерпевшего как обстоятельством, облегчающим совершение убийства. Такая точка зрения мне представляется наиболее убедительной.

В постановлении Пленума ВС РФ [45] не указан определенный путь разрешения столь сложной проблемы, в результате чего правоприменители подходят к данной коллизии по-разному.В одних случаях убийство спящего и лица, находящегося в обморочном состоянии или в состоянии тяжелого опьянения, квалифицируется как убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, в других — это состояние не рассматривается в качестве квалифицирующего признака. Так, в Бюллетене ВС РФ было опубликовано извлечение из уголовного дела по факту убийства потерпевших, которые спали и при этом находились в состоянии сильного алкогольного опьянения[46] . Московским городским судом подсудимый Быченков был осужден за преступления, предусмотренные п. «в» ч.2 ст.105, ч.3 ст.30, п.п. «а», «в» ч.2 ст.105 УК РФ. Однако суд дал неверную правовую оценку преступным действиям, так как по смыслу закона факт сильного алкогольного опьянения или сна потерпевших не может рассматриваться как заведомо беспомощное состояние. В связи с этим приговор был изменен: действия, квалифицированные судом по п. «в» ч.2 ст.105 УК РФ, переквалифицированы судебной коллегией по уголовным делам ВС РФ на ч.1 ст.105 УК РФ. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Следует иметь в виду, что по смыслу закона содеянное может квалифицироваться по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ только тогда, когда беспомощное состояние потерпевшего не связано с насильственными действиями виновного, который лишь пользуется им как обстоятельством, облегчающим совершение убийства. При определенных условиях действия виновного, лишившего потерпевшего возможности защитить себя, оказать сопротивление, могут быть квалифицированы как убийство с особой жестокостью, особенно если потерпевший испытывал особые страдания.

Близким к данному признаку является убийство похищенного человека либо взятого в качестве заложника. По существу эти лица также находятся в беспомощном состоянии. Отличительным признаком является лишь то, что в первом случае потерпевший беспомощен объективно помимо воли и усилий виновного. Это состояние только используется им при убийстве. Во втором – виновный сам лишает жертву свободы выбора действий, похищая ее или захватывая в качестве заложника. Убийство признается сопряженным с похищением человека либо захватом заложника в трех случаях: а) если оно совершено до похищения либо захвата заложника (с целью облегчить его совершение); б) если оно совершено в процессе похищения либо захвата заложника (с целью устранения препятствий); в) если оно совершено после похищения человека либо захвата заложника (с целью скрыть содеянное). Похищение человека - это изъятие любым способом человека из мест его обычного местопребывания и определение местонахождения потерпевшего, помимо или вопреки его воле. Захват заложника - это установление контроля над местонахождением потерпевшего, осуществленное с целью оказания воздействия на волю третьих лиц под угрозой расправы над заложниками.

Убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника, следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ и, соответственно, ст. 126 УК РФ либо ст. 206 УК РФ, поскольку составом убийства похищение человека и захват заложника не охватываются. Пункт «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ при этом распространяется не только на убийство похищенного или заложника, но и на убийство других лиц в связи с похищением человека или захватом заложника.

· Повышенная общественная опасность убийства женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ) обусловлена тем, что лишается жизни не только женщина, но и плод человека — будущая человеческая жизнь. В постановлении Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам об убийстве» отсутствует разъяснение относительно применения данного пункта ст. 105 УК РФ.

В качестве обязательного условия для применения п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ закон устанавливает обязательную осведомленность виновного о беременности потерпевшей. Вопрос, касающийся степени достоверности знания виновного о беременности потерпевшей, в юридической литературе относится к числу дискуссионных. Так, некоторые полагают, что виновный должен точно знать о данном обстоятельстве[47] , другие считают, что достаточно предположительного мнению о наличии беременности потерпевшей[48] . Представляется, что данная норма должна применяться лишь в тех случаях, когда виновному в момент совершения убийства достоверно известно, что женщина находилась в состоянии беременности. Позиция законодателя (выражающаяся в термине «заведомо») - лишнее тому подтверждение. О таком знании могут свидетельствовать наличие внешних признаков беременности (при большом сроке беременности) и другие фактические данные (ознакомление с официальным документом, выданным соответствующим лечебным учреждением, либо вытекать из сообщения самой потерпевшей). На мой взгляд, лицо, достоверно не знавшее о беременности потерпевшей, не может нести ответственности по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Продолжительность беременности, а также источник осведомленности о ней не имеют значения для квалификации содеянного по данной норме.

Ошибка виновного касательно состояния беременности потерпевшей относится к одному из самых обсуждаемых в сфере уголовного права. Анализ различных точек зрения по этому поводу позволяет выделить следующие варианты квалификации действий виновного в случае, когда им была допущена ошибка относительно состояния беременности потерпевшей:

· ч.1 ст. 105 УК РФ;

· п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ;

· ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 1 ст. 105;

· ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

На мой взгляд, в случае ошибки виновного в действительном состоянии потерпевшей (отсутствие беременности) содеянное надлежит квалифицировать по совокупности двух преступлений — покушения на убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, и оконченного убийства (ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 105 и ч. 1 ст. 105 либо ч. 2 ст. 105 УК РФ с другим пунктом), так как действия виновного должны квалифицироваться по направленности умысла, поскольку преступного результата виновный не достиг по причинам, от него не зависящим. Этой же логике следует придерживаться, если виновный ошибочно полагал, что потерпевшая не беременна, а погибшая оказалась беременной. В этом случае содеянное надлежит квалифицировать по направленности умысла, т. е. как простое убийство. Нельзя вменять в вину субъекту преступления то, что не охватывалось его умыслом, тем более в этом пункте содержится обязательный признак «заведомости».

Данное преступление совершается как с прямым, так и с косвенным умыслом. То обстоятельство, погиб в результате убийства беременной женщины ее плод или нет, на правовую оценку не влияет. Точно также не имеют значения для квалификации по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ мотивы убийства беременной женщины. Они могут быть различными, даже и теми, которые не признаются в законе отягчающим (например, ревность, бытовая месть). Квалификация по данному пункту обусловлена посягательством на особо важный объект уголовно-правовой охраны – жизнь беременной женщины и развитие плода.

· Ответственность за убийство, совершенное с особой жестокостью (п. « д» ч. 2 ст. 105 УК РФ), российское уголовное законодательство предусматривает только с 1960 г.В свете же действующей Конституции РФ оно особенно актуально. Поскольку Конституция РФ в ст. 21 предусматривает, что «достоинство личности охраняется государством, никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию»[49] . Любое убийство свидетельствует о жестокости преступника. Однако для квалификации убийства, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, требуется установление наличия особой жестокости. В силу того, что это понятие относится к категории оценочных, возникают трудности при его практическом применении. С моей точки зрения, особая жестокость — это сопровождающееся или следующее за насильственным преступлением умышленное действие (бездействие), заключающееся в причинении потерпевшему невыносимого физического или психического страдания.

Так, в обзоре законодательства и судебной практики ВС РФ за третий квартал 2007 года[50] приведены обстоятельства дела в ходе которого установлено, что Перевалов в результате ссоры избил потерпевших - супругов Н. Когда потерпевшие легли спать на полу, Перевалов связал их и с целью убийства облил бензином и поджёг. После того как одежда потерпевших и предметы, которыми они были связаны, сгорели, потерпевшая Н. пыталась покинуть квартиру, но Перевалов воспрепятствовал ей. Убедившись, что потерпевшие получили сильные ожоги, Перевалов скрылся. В результате полученных термических ожогов потерпевшие скончались.

Действия Перевалова квалифицированы судом по п.п. «а», «д» ч.2 ст. 105, ст. 116 и ч.1 ст. 167 УК РФ. Осуждённый в своей надзорной жалобе оспаривал обоснованность осуждения за убийство, указав, что он допустил неосторожное обращение с огнём и смерть потерпевшим причинил по неосторожности. На предварительном следствии Перевалов в своих собственных показаниях с участием адвоката пояснил, что, когда потерпевшие легли спать, он облил их жидкостью из бутылки, затем закурил и бросил спичку, отчего потерпевшие загорелись. Из показаний свидетелей - работников аварийной и пожарной службы видно, что на месте происшествия они обнаружили на лестничной площадке обгоревшую женщину, а в квартире - обгоревшего мужчину, со слов которого узнали, что племянник связал их, облил бензином, поджёг и ушёл. Таким образом, все эти и другие приведённые в приговоре доказательства свидетельствуют об обоснованном осуждении Перевалова по п.«д» ч.2 ст. 105 УК РФ.

Необходимо иметь в виду, что согласно закону особая жестокость связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. Об этом сказано в п. 8 постановления Пленума ВС РФ [51] .К особой жестокости могут быть отнесены, в частности, случаи, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему умышленно применялись пытки, истязания или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение или закапывание человека заживо, длительное лишение пищи, воды, тепла и т. п.). Особая жестокость может выражаться также в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что причиняет им этим особые страдания. Осознание виновным причинения страдания близким потерпевшего складывается из следующих моментов: а) знание виновного о том, что близкие видят происходящее; б) знание виновного о том, что они осознают характер происходящего и вследствие этого испытывают тяжелые душевные муки; в) виновный желает причинить им особые страдания именно таким характером своих действий. По моему мнению, к близким потерпевшему лицам могут относиться не только близкие родственники, но и иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве, а также лица, благополучие которых заведомо для виновного дорого потерпевшему ведь вполне возможна ситуация, когда преступник по мотивам, например, ревности на глазах у девушки, которая отвергла его ухаживания, убивает ее жениха с целью причинить ей страдания.

Таким образом, не каждое убийство, совершенное путем нанесения потерпевшему большого количества ранений, может квалифицироваться по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Иначе говоря, при совершении убийства с особой жестокостью виновный должен осознавать особую жестокость своего деяния, предвидеть возможность причинения потерпевшему смерти путем особой жестокости и желать либо сознательно допускать или безразлично относиться к проявлению им особой жестокости при совершении убийства.

Здесь стоит отметить, что в отношении определения субъективной стороны данного состава преступления в научной литературе существует много точек зрения. Например, Семернева Н.К. утверждает о прямом умысле при совершении убийства с особой жестокостью, в учебнике под редакцией Л.В. Иногамовой – Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева говорится как о прямом, так и косвенном умысле. А допустим П. Константинов вообще предполагает, что «при анализе отношения убийцы к проявлению особой жестокости не следует использовать понятия прямого и косвенного умысла»[52] , хотя в целом соглашается, что убийство с особой жестокостью может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. Соглашаясь с позицией П.Константинова стоит признать, что факт причинения потерпевшему особых мучений, страданий при совершении такого убийства охватывается умыслом виновного, и отдельно рассматривать при анализе отношения убийцы к проявлению особой жестокости понятия прямого и косвенного умысла не стоит. В целом же данное преступление может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. Мотивы при этом могут быть различными: корысть, месть, злоба, ревность и.т.п. Они не меняют квалификации, так как п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ учитывает лишь способ убийства.

Следующий вопрос, с которым необходимо разобраться при применении п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, касается действий, совершенных после наступления смерти человека. В связи с этим хотелось бы отметить, что само по себе глумление над трупом не может расцениваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего о совершении убийства с особой жестокостью. Содеянное в таких случаях следует квалифицировать по совокупности соответствующей части ст. 105 и по ст. 244 УК РФ, предусматривающей ответственность за надругательство над телами умерших. Данная позиция прописана и в постановлении Пленума ВС РФ от 27.01.1999 г.[53] .

· Убийство, совершенное общеопасным способом (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Данный квалифицирующий убийство признак известен всем Уголовным кодексам нашей страны периода XX в. Исходя из этого вопросу квалификации убийства, совершенного общеопасным способом в теории и практике уголовного права, было уделено достаточное внимание. Вместе с тем нерешенные вопросы остались и по сей день. До принятия действующего УК РФ законодатель использовал термин «способ, опасный для жизни многих людей»[54] . С момента принятия УК РФ 1996 г. ответственность предусматривается за убийство, совершенное общеопасным способом. Однако справедливости ради следует заметить, что корректировка редакционной формулировки на практику не оказала никакого существенного влияния[55] .

В п.9 постановления Пленума ВС РФ установлено, что «под общеопасным способом убийства (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ) следует понимать такой способ умышленного причинения смерти, который заведомо для виновного представляет опасность для жизни не только потерпевшего, но хотя бы еще одного лица»[56] . Таким образом, суть указания закона об опасности для жизни многих людей понимается как опасность причинения смерти не только потерпевшему, а еще хотя бы одному человеку. Квалифицирующим обстоятельством в данном случае является сам по себе способ совершения преступления. Поэтому «если в результате примененного виновным общеопасного способа убийства наступила смерть не только определенного лица, но и других лиц, содеянное надлежит квалифицировать, помимо п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а в случае причинения другим лицам вреда здоровью - по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ и по статьям УК, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью»[57] .

К числу таких способов следует отнести убийство путем взрыва, поджога, затопления, обвала, разрушения строений и сооружений в местах, где помимо потерпевшего находятся другие лица, путем выстрелов в толпу, организации аварии автомашины, на которой ехало несколько лиц, отравления воды и пищи, которыми помимо потерпевшего пользуются другие лица, удушения газом многих людей, применения иных источников повышенной опасности. Об общеопасном способе убийства могут свидетельствовать: 1) средства, используемые виновным при совершении преступления; 2) обстановка совершения преступления; 3) присутствие на месте преступления, как минимум, двух человек.

В науке уголовного права приводятся различные классификации средств, используемых виновным при совершении убийства общеопасным способом. Так, с точки зрения А. Н. Попова, все используемые виновным средства в зависимости от поражающих свойств этих средств и обстоятельств их применения, им подразделены на три вида[58] :

· ситуативно опасные (средства, использование которых опасно как для жизни потерпевшего, так и для иных лиц в момент их применения);

· долговременно опасные (средства, использование которых опасно для жизни неопределенного круга лиц длительное время с момента их применения);

· ограниченно опасные (средства, использование которых создает опасность только для жизни одного из многих людей в момент применения).

Вид выбранного средства играет существенную роль при квалификации действий виновного. В то же самое, если в процессе убийства высокие поражающие свойства орудия преступления не используются либо используются в ситуации, исключающей причинение вреда другим лицам, то нет оснований считать способ преступления общеопасным. Например, применение пистолета-пулемета для нанесения смертельных ударов по голове жертвы или производство выстрелов в закрытом помещении, где, кроме потерпевшего, нет других людей, которым угрожала бы опасность.

Опасность лишения жизни других лиц должна быть реальной, а не мнимой. На это обстоятельство указывает Семернева Н.К.[59] Наличие реальной опасности для жизни иных лиц устанавливается в каждом конкретном случае с учетом всех обстоятельств дела.Субъективная сторона рассматриваемого преступления может выражаться как в прямом, так и в косвенном умысле. Виновный должен осознавать, что избранный им способ убийства опасен для жизни не только одного человека. Считаю неправильной точку зрения, высказанную некоторыми авторами в своих работах касающейся квалификации действий виновного в случае причинения смерти или вреда здоровью в результате убийства общеопасным способом помимо намеченной жертвы другим лицам, если в отношении этих последствий имеется неосторожная форма вины. Данные авторы содеянное предлагают квалифицировать по совокупности п. «е» ч. 2 ст. 105 и ст. 109 УК РФ либо п. «е» ч. 2 ст. 105 и ст. 118 УК РФ[60] . Считаю, что поскольку убийство, совершенное общеопасным способом, является умышленным преступлением, то и отношение к смерти или причинению вреда здоровью другим лицам в рассматриваемой ситуации неосторожным быть не может. Отношения к последствиям (любым) может выражаться в косвенном умысле. Учитывая способ совершения убийства, преступник осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий (трудно не предвидеть, используя взрывное устройство, отравляя воду или пищу и. т. д.), в том числе и тех которые не входили в его планы, возможно и не желало наступления этих последствий, но сознательно их допускало либо относилось безразлично к их наступлению.

В тех случаях, когда убийство путем взрыва, поджога или иным общеопасным способом сопряжено с уничтожением или повреждением чужого имущества либо с уничтожением или повреждением лесов, а равно насаждений, не входящих в лесной фонд, содеянное, наряду с п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, следует квалифицировать также по ч. 2 ст. 167 или ч. 2 ст. 261 УК РФ.

· Убийство, совершенное группой, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ). В уголовном законодательстве России впервые ответственность за убийство,совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой, была установлена в 1996 г. До момента принятия действующего УК РФ уголовный закон не предусматривал повышенной ответственности за убийство, совершенное группой лиц. Между тем выделение данного состава в квалифицированный весьма обоснованно, поскольку это преступление представляет повышенную общественную опасность уже потому, что осуществляется в условиях, когда потерпевший лишен возможности защитить свою жизнь, что, в свою очередь, облегчает виновным доведение до конца преступного замысла.

Убийство, совершенное группой лиц, — представляет собой преступление, совершенное двумя или более лицами, каждый из которых выступает в качестве соисполнителя. Под убийством, совершенным группой лиц по предварительному сговору, понимается преступление, совершенное по предварительному сговору двумя или более лицами, каждый их которых выступает в качестве соисполнителя. Таким образом, основное отличие убийства, совершенного группой лиц от убийства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, заключается во времени достижения соглашения на совершение преступления между его соисполнителями. В первом случае соглашение возникает после начала реализации объективной стороны общественно опасного деяния, а во втором — до выполнения действий, составляющих объективную сторону указанного состава.

Лица, не выполняющие объективную сторону убийства, но способствующие совершению преступления путем предоставления информации, орудий (оружия), устранением препятствий, обещанием скрыть преступника, привлекаются к уголовной ответственности как пособники в убийстве со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ. Между действиями каждогоиз соисполнителей и наступившим общим для всех последствием — смертью потерпевшего — должна быть установлена причинная связь. При этом необходимо иметь в виду, что все соучастники должны обладать признаками субъекта преступления, т.е. быть способными нести уголовную ответственность. Для этого они должны достичь определенного возраста и быть вменяемыми. В соответствии со ст. 20 УК РФ законодатель установил два возрастных предела уголовной ответственности. С 16 лет уголовная ответственность наступает за большинство преступлений. За ряд деяний, перечисленных в ч. 2 ст. 20,в том числе и за убийство, ответственность наступает с 14 лет. Если в преступлении принимают участие лица разного возраста, как достигшие необходимого минимума, так и не достигшие, то соучастие возможно, лишь при наличии не менее двух субъектов. Совершение преступления совместно с малолетним или невменяемым не рассматривается как групповое. Такая ситуация в теории уголовного права называется посредственным причинением (посредственным исполнением), которое представляет собой умышленное использование одним лицом другого лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств.

Ранее действовало постановление Пленума ВС РФ от 22.04.1992 г. № 15 «О судебной практике по делам об умышленных убийствах»[61] , которое признано утратившим силу постановлением Пленума ВС РФ от 27 января 1999 г. № 1. Оно рекомендовало судам признавать групповым преступление в тех случаях, когда из двух лиц, участвующих в преступлении, лишь одно отвечает признакам субъекта преступления, а другое является невменяемым или не достигшим возраста уголовной ответственности. В действующем постановлении не дано однозначных указаний на этот счет. Поэтому многие ученые придерживаются точки зрения, согласно которой для квалификации содеянного как преступления, совершенного группой лиц, не обязательно, чтобы все участники обладали признаками субъекта преступления. В частности, А. Рарог и Г. Есаков пишут: «Поскольку при определении соучастия в ст. 32 УК РФ не указаны такие признаки соучастников, как вменяемость и достижение возраста, с которого наступает уголовная ответственность, текст закона, строго говоря, допускает возможность под упомянутыми в нем лицами понимать и фактических участников, не способных нести уголовную ответственность. Поэтому совершение всякого умышленного преступления лицом, способным нести уголовную ответственность, совместно с одним или несколькими лицами, не обладающими признаками субъекта преступления, следует квалифицировать как преступление, совершенное группой лиц, если это обстоятельство предусмотрено в соответствующей части УК как квалифицирующий признак»[62] . Сторонники противоположной позиции, в частности Ю.А. Красиков[63] ,считают, что наличие двух или более лиц предполагает, что все соучастники достигли установленного законом возраста, позволяющего привлечь лицо к уголовной ответственности, и что все соучастники были вменяемы во время совершения преступления. Полагаю более правильным придерживаться второго мнения, так как первое прямо противоречит уголовно-правовому понятию соучастия.

Умысел на убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, может быть только прямым. Убийство, совершенное группой лиц без предварительного на то сговора, возможно как с прямым, так и с косвенным умыслом. Это может быть, например, при групповом избиении потерпевшего, когда сознанием каждого из соисполнителей охватывались предвидение в числе различных возможных последствий и смерть потерпевшего, наступления которой каждый соисполнитель желал либо безразлично относился к возможности ее наступления. Судить об истинных намерениях каждого из виновных следует по активному нанесению ударов потерпевшему, избранным для этой цели орудиям, локализации ранений и другим объективным признакам.

Убийство, совершенное организованной группой,означает совершение преступления устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Признак устойчивости предполагает, как правило, намерение соучастников совершить не одно, а несколько преступлений (например, заказных убийств). Вместе с тем группа соисполнителей может быть признана устойчивой и тогда, когда ими задумано совершение одного убийства, но это убийство тщательно готовится: распределяются роли, группа оснащается техникой или оружием, уточняется место жительства, распорядок дня жертвы и т. д. Как отмечено у Бессонова А., по мнению Незнамовой З.А., «именно устойчивость позволяет отграничить организованную группу от группы лиц, совершившей преступление по предварительному сговору»[64] .

Как я уже сказал, организованная группа тщательно планирует преступление, заранее подготавливает орудия убийства, распределяет роли между участниками группы. Здесь может иметь место фактическое разделение ролей, однако все участники организованной группы независимо от выполняемой каждым из них в процессе осуществления убийства роли признаются его соисполнителями. Поэтому ссылка на ст. 33 УК РФ здесь при квалификации не нужна. Данная позиция находит подтверждение в п. 10 Постановления Пленума ВС РФ[65] .

Таким образом, я рассмотрел квалифицирующие обстоятельства, условно относящиеся к объективной стороне убийства и личности потерпевшего. Классифицированы вместе они потому, что связаны в основном, через усиление ответственности законодателя за их совершение, с жертвой преступления, а также способом действия преступника.

§ 3. Отягчающие обстоятельства, относящиеся к субъективной стороне и личности виновного

· Убийство по мотиву кровной мести (п.«е.1» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Кровная месть появилась в первобытном обществе, где отсутствовали иные средства правового регулирования. В такой ситуации за убийство семья жертвы наказывает семью преступника, чтобы восстановить «семейную честь». В качестве семьи могут выступать, в зависимости от обычаев, не только биологические родственники, но и весь семейный клан.

Кровная месть отражает принцип равного воздаяния за преступление, который в Ветхом завете сформулирован как «око за око, зуб за зуб». Основание возникновения кровной мести - различные обиды, содержание которых обусловлено исторически сложившимися традициями. Кровная месть может возникнуть на почве убийства, насилия, оскорбления и других действий, с которыми, согласно местным обычаям, связано представление о чести и достоинстве личности. Так, кровная обида является следствием, например, убийства, похищения женщины или сексуального надругательства над ней. Возложение же ответственности на семью (род), с одной стороны, делает месть легче осуществимой с другой — ставит убийцу в положение ответственного перед своей собственной семьёй, ведь если он избежит мести, она просто будет осуществлена по отношению к кому-то другому в семье. Кровная месть чревата опасными последствиями — месть нередко становится ещё более жестокой, чем предшествовавшее ей преступление, влечёт за собой ответную «месть за месть», и в итоге выливается в долгие кровавые конфликты, нередко приводящие к обескровливанию обеих враждующих групп или полному уничтожению одной из них. С одной стороны, это служит определённым фактором сдерживания, но с другой, как было понято уже очень давно, негативные последствия слишком значительны.

При обсуждении проекта настоящего УК РФ высказывалось мнение, что кровную месть необходимо исключить из числа отягчающих обстоятельств при убийстве в связи с тем, что это месть на почве личных отношений[66] . Но данное предложение не получило поддержки в связи с тем, что кровная месть ведет в ряде случаев к совершению «цепи» убийств. Более того в 2007 г. мотив кровной мести был выделен в самостоятельный пункт ч.2 ст.105 УК РФ (п. «е.1»)[67] . В настоящее время кровная месть сохранилась только у отдельных народов Закавказья и Северного Кавказа (например, в Дагестане, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Чеченской республике), а также в рамках СНГ - в Средней Азии и Казахстане.

При квалификации преступления по признаку кровной мести в каждом конкретном случае подлежат обязательному установлению основания ее возникновения по адату и их выражение в совершенном преступлении. Вместе с тем для квалификации убийства по п. «е.1» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо установить, что убийство совершено по мотиву кровной мести, а не в связи с кровной местью.

Кровная месть — это не только личный мотив совершения преступления. Это явление, имеющее более широкую сферу действия. Посягая на личность, виновный стремится не столько получить удовлетворение, сколько исполнить обычай. По мнению отдельных авторов, несмотря на то, что по внешним признакам это все-таки месть, она не может оцениваться в качестве мотива соответствующих действий, так как им выступает стремление утвердиться, сохраниться на социально-психологическом уровне; неподчинение способно вызвать утрату всего наиболее ценного, социального положения, авторитета, уважения окружающих, иногда имущества и даже жизни, изгнание из общности, а значит, небытие, несуществование, чаще всего социальное. Таким образом, здесь мотив подчинения культуре как бы защищает личность, и он главным образом отражает отношения не с жертвой мести, а со своей средой и с самим собой[68] . Поэтому для признания убийства совершенным по мотиву кровной мести должно быть установлено, что виновный принадлежит к числу тех лиц, которые, согласно адатам, наделены «правом» исполнить обычай кровной мести. Таким образом, субъектом рассматриваемого преступления может быть только лицо той национальности, на территории которой существует обычай кровной мести, и то лицо, которое наделено правом исполнить этот обычай. Применение п. «е.1» ч. 2 ст. 105 УК РФ не исключается и тогда, когда убийство совершено по мотиву кровной мести за пределами местности, где постоянно проживают коренные жители, признающие этот обычай.

Но, несмотря на сравнительно небольшой процент убийств, совершаемых по мотиву кровной мести на территории РФ, этот обычай представляет значительную общественную опасность, так как, во-первых, убийство из кровной мести может быть совершено спустя многие годы после возникновения непосредственного повода к нему; во-вторых, как я уже отмечал выше, а также, по мнению С.В.Бородина «особая опасность убийства на почве кровной мести состоит не только в самом факте убийства, но и в том, что второе убийство, совершенное на почве кровной мести, как правило, не изменяет его характера и не снимает «обязанности» с родственников второго потерпевшего мстить за убийство»[69] .

· Убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ). В истории нашего общества отношение к корысти, да и вообще к материальным ценностям, было весьма неоднозначным. Впервые корысть вводится в число обстоятельств, отягчающих ответственность в УК РСФСР 1922 г. С момента вступления в силу первого уголовного закона советской власти и до прекращения ее существования корысть фигурирует в Общей части УК, в качестве отягчающего вину обстоятельства. Согласно ст. 39 УК РСФСР 1960 г. совершение преступления из корыстных или иных низменных побуждений относилось к обстоятельствам, отягчающим ответственность[70] .

Такое негативное отношение было вполне объяснимым для строя, экономическая и социальная структура которого делали закономерным то, что корысть в уголовном законодательстве выступала в качестве отягчающего вину обстоятельства. Переход к рыночной экономике, повлекший изменения в экономическом строе, вследствие интенсивного развития рыночных отношений и передачи государственной собственности в частную, посредством приватизации отразился и на законодательной оценке корысти: уголовное законодательство РФ было приведено в соответствие с современной иерархией социальных ценностей. В действующем УК РФ корысть уже не включена в число обстоятельств, отягчающих наказание (ст. 63 УК РФ). Таким образом, корыстные побуждения теперь расцениваются как отягчающие ответственность обстоятельства не «вообще», т.е. применительно ко всем составам, а строго в случаях, прямо предусмотренных конкретными статьями Особенной части УК РФ.

Не случайно УК РФ расценивает корыстное убийство как тягчайшее преступление против личности, связывая это, видимо, с высокой степенью общественной опасности убийства по корыстным мотивам, которая заключается в том, что значимость материальных благ для убийцы выше человеческой жизни. Хотя действующее уголовное законодательство России, не считает корысть обстоятельством, отягчающим ответственность, а учитывает ее только в качестве конструктивного признака отдельных составов преступлений, корыстный мотив по-прежнему остается одним из самых распространенных мотивов, который в действующем УК выполняет функцию как обязательного, так и квалифицирующего признака. Однако УК РФ не раскрывает его понятие и признаки (содержание). Российский законодатель, видимо, счел достаточным, что определение «корыстных побуждений» дано в постановлениях Пленума ВС РФ применительно к отдельным категориям дел. Так, в п. 11 постановления Пленума ВС РФ разъясняется, что как совершенное из корыстных побуждений следует «квалифицировать убийство в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение, прав на жилплощадь и т. п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.)»[71] . Этим разъяснением суды и руководствуются при рассмотрении дел об убийстве.

Важно отметить, что поскольку корысть выражает собой стремление к незаконному обогащению, а это обогащение осуществляется за счет чужих благ и интересов, постольку она всегда связана с нарушением права собственности других лиц. Однако для признания преступления совершенным из корысти не обязательно, чтобы имущество, за счет которого виновный стремится удовлетворить свои корыстные интересы, принадлежало потерпевшему. Точно также не имеет значения, получена ли фактическая материальная выгода. Важно, чтобы в основе совершения преступления лежал именно корыстный мотив. Например, убийство потерпевшего для беспрепятственного завладения имуществом третьих лиц должно рассматриваться как совершенное из корысти.

Сказанное не означает, что при корыстном убийстве категорически исключаются иные мотивы. В этом преступлении, как и в других, вполне может проявиться конкуренция либо сочетание различных мотивов (бытовой мести, злобы, зависти и т. п.). Однако в этом случае среди мотивов, вызывающих у лица решимость совершить преступление, следует различать основные (главные), придающие конкретную направленность действиям субъекта, и неглавные (дополнительные). Определив соотношение всех мотивов, можно установить тот из них, который решающим образом воздействовал на волю субъекта преступления, и в соответствии с этим выяснить целевую направленность его деятельности.

Убийство считается корыстным, если этот мотив возник у преступника до начала выполнения объективной стороны убийства. Если убийство совершено по другим мотивам, а затем виновный по внезапно возникшему умыслу завладеет имуществом потерпевшего, возможность вменения убийства из корыстных побуждений исключается. Мотив, как известно, должен предшествовать, вызывать преступление, а не следовать за ним. В частности Рарог А. И. отмечает, что «завладение имуществом убитого после лишения его жизни образует состава убийства без корыстных побуждений и состав кражи»[72] .

Имея один общий мотив, корыстные убийства различаются между собой по цели, то есть тому мысленному результату, к достижению которого стремится преступник. В зависимости от этого и следует делить все корыстные убийства на три вида: а) с целью завладеть имуществом или правом на него; б) с целью освобождения от обязанностей имущественного характера (уплаты долга, алиментов, несения иных расходов, удерживаемых с лица как на законном основании, так и в ситуациях, законом не регулируемых: например, с целью избавиться от уплаты долга, образовавшегося в результате азартных игр, участия в кражах и т. д.); в) убийство за вознаграждение, по найму. Этот последний вид убийства в настоящее время хоть и снизился количественно по сравнению с прошлым, но такое явление как «заказное убийство» все еще остается злободневным для нашего общества. К тому же корысть — не единственный мотив, по которому совершаются такие убийства. Специальные исследования свидетельствуют, что убийства по найму совершаются и по мотиву мести - на почве конкуренции при предпринимательстве, при разделе сферы влияния между преступными группировками, при распределении доходов[73] .

Убийство по найму является сложным по составу участников преступлением. Его отличительной чертой и обязательным признаком является соучастие в убийстве с распределением между соучастниками юридических ролей. «Заказчик» выступает в качестве подстрекателя либо организатора убийства, исполнителем является лицо, реализующее его замысел за определенное вознаграждение.При этом чтобы квалифицировать убийство, именно как убийство по найму, необходимо установить наличие у исполнителя корыстного мотива, отсутствие такового у других субъектов преступления на квалификацию не влияет. Вместе с тем следует заметить, что, несмотря на мотивы, характеризующие поведение организатора или подстрекателя «заказного» убийства, последние несут ответственность за соучастие именно в корыстном преступлении.

Убийство, сопряженное с разбоем, вымогательством, бандитизмом, понимается как совершение виновным двух самостоятельных преступлений: разбоя и убийства; вымогательства и убийства; бандитизма и убийства. Два последних преступления резко отличаются от убийства и потому затруднений при квалификации вызвать не могут — действия виновного должны квалифицироваться по совокупности преступлений. На это указывает и Пленум ВС РФ в своем постановлении (п.11)[74] . Существует точка зрения, она представлена в учебнике по уголовному праву[75] , согласно которой дополнительной квалификации по ст.162,163,209 УК РФ не требуется. Авторы связывают ее с новой редакцией ст. 17 УК РФ, по которой совокупность исключается, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части УК РФ в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. Однако с такой позицией сложно согласиться, поскольку разбой, вымогательство и бандитизм не охватываются понятием «убийство». К тому же у убийства и этих преступлений разные объекты посягательства, субъективные стороны[76] .

Убийство же, сопряженное с разбоем, и корыстное убийство в "чистом виде" не имеют четких разграничительных признаков, в связи с чем судебной практике известны ошибки в квалификации таких деяний[77] .Разграничение между корыстным убийством и убийством, сопряженным с разбоем, надо проводить по объективной и субъективной сторонам состава преступления. С объективной стороны критериями разграничения следует считать способ, место и время совершения убийства. С субъективной стороны — мотив и цель. Взятые в совокупности, названные признаки позволяют разграничить анализируемые виды преступлений. Так, для квалификации убийства, сопряженного с разбоем, необходимо, чтобы обязательно было нападение (способ). Цель убийства — завладение имуществом, находящимся при потерпевшем, либо удержание только что изъятого имущества. Мотив — корысть, то есть желание получить материальную выгоду от завладения имуществом потерпевшего в момент нападения или сразу после смерти потерпевшего. Корыстное убийство «в чистом виде» по способу обычно не связано с нападением. Оно может осуществиться, например, путем дачи отравляющего вещества либо вообще путем бездействия (лишение пищи, питья парализованного или по другим причинам беспомощного человека). Хотя, в принципе, нападение тоже не исключается полностью. Кроме того, корыстное убийство может преследовать цель завладения имущественными правами, что исключено при разбое. Если же целью убийства выступает, как и при разбое, завладение имуществом, то желаемый момент достижения этой цели переносится на значительно отстоящий по времени от убийства период времени. Например, завладение личными вещами, квартирой убитого родственника через какой-то промежуток времени.

Разграничивая корыстное убийство в «чистом виде» и умышленное лишение жизни при разбойном нападении, следует обратить внимание на содержание умысла виновного по отношению к смерти потерпевшего. При разбойном нападении умысел может быть как прямым, так и косвенным, заранее обдуманным или внезапно возникшим.Субъективная сторона убийства из корыстных побуждений, по моему мнению, характеризуется только прямым умыслом. Убийство рассматривается субъектом преступления как единственный способ достижения цели завладения имуществом, имущественными правами либо освобождения от несения обязанностей материального характера.

Таким образом, критериями разграничения убийства по чисто корыстным побуждениям и убийства, сопряженного с разбоем, следует считать способ совершения преступления, цель, желаемый момент достижения цели. Взятые в совокупности, эти критерии позволят достаточно точно квалифицировать действия виновного. Так, нападение с целью завладения имуществом, находившимся при потерпевшем, соединенное с убийством, которое облегчает совершение преступления, представляет совокупность двух самостоятельных преступлений и должно квалифицироваться по ст. 162 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Что касается убийства, сопряженного с бандитизмом, то замечу, что оно может быть совершено и без корыстного мотива. В этом случае ссылка на бандитизм является, по существу, дополнительным отягчающим убийство обстоятельством, которое, как совершенно справедливо отмечает Л. Д. Гаухман, «дублирует п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ об убийстве с целью сокрытия или облегчения совершения другого преступления»[78] .

· Убийство из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Квалифицирующие убийство хулиганские побуждения известны только УК РФ и кодексам государств - участников СНГ[79] . Установление этого мотива вызывает особенные затруднения в практике следственных и судебных органов. В первую очередь это связано с самим содержанием хулиганского мотива.

В УК РСФСР 1926 г. хулиганские побуждения, наряду с корыстью, ревностью, были отнесены к общей рубрике «иные низменные побуждения» (п. «а» ст. 136 УК РСФСР). УК РСФСР 1960 г. в целях усиления ответственности определяет этот состав в качестве самостоятельного. Действующий УК РФ также выделяет хулиганские побуждения, как это было и в прежнем уголовном законодательстве, ставя их, наряду с корыстными побуждениями, в общий перечень обстоятельств, отягчающих наказание за убийство (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Ни прежний, ни действующий уголовный закон не содержат определения хулиганских побуждений. Пленум ВС РФ в п. 12 постановления дал разъяснение убийства, совершенного из хулиганских побуждений применительно к убийству, указав, что по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК следует квалифицировать убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение[80] .

В российской уголовно-правовой доктрине вопрос определения хулиганских побуждений по-прежнему относится к числу спорных. В юридической литературе высказано мнение, что под хулиганскими побуждениями следует понимать «низменные мотивы, под влиянием которых у лица возникает намерение проявить явное неуважение обществу, пренебрежение к общественному порядку, путем бесчинства, буйства выразить свой эгоизм, надругаться над людьми, продемонстрировать свое бесстыдство, жестокость»[81] . Существует также точка зрения, что никаких хулиганских побуждений или хулиганских мотивов вообще не существует, а есть истероидное стремление защитить, обеспечить свое бытие, подтвердить себя в качестве социального и биологического существа, т. е. тот же мотив утверждения[82] . На мой взгляд, с такой позицией согласиться вряд ли возможно. Совершая убийство по хулиганским мотивам, виновный не стремится себя защитить, а получает удовлетворение от самого факта умышленного лишения жизни другого человека.

Опираясь на выводы, сделанные различными авторами, представляется возможным дать следующее определение хулиганского мотива. Хулиганский мотив - обусловленные определенными потребностями осознанные внутренние побуждения, выражающие стремление виновного лица продемонстрировать явное неуважение к обществу и продемонстрировать пренебрежение к общепринятым правилам общежития. Некоторые исследователи [83] делают вывод, что решающее значение в определении содержания хулиганских мотивов имеют личностные особенности. Однако проявляются эти мотивы под влиянием определенной жизненной ситуации, обстоятельств, сопровождающих совершение преступления.

Думается, что особенность хулиганских побуждений и совершенных на их основе действий заключается в том, что хулиганские побуждения формируются под влиянием непосредственной ситуации, это можно объяснить доминированием в психологической структуре личности определенных заложенных природой качеств и свойств, так как у двух людей, воспитанных в одинаковых условиях может быть различающаяся реакция на возникшую тождественную ситуацию. И дело не в том, что хулиганские мотивы формируются под влиянием конкретной ситуации, а в том, что человек зачастую использует ту или иную ситуацию для проявления своих внутренних, подсознательных особенностей, а иногда и создает ее.

Именно незначительный характер хулиганских побуждений делает их особенно низменными и эгоистичными, а совершенное убийство особенно тяжким. Незначительный характер хулиганских побуждений убийства нагляднее всего раскрывается через повод, с которым виновный связывает свое поведение. В убийстве из хулиганских побуждений внешне видимым основанием к совершению преступления выступает какое-либо само по себе малозначительное обстоятельство, которое находится в полном несоответствии с совершенным действием и наступившими последствиями.

Бесспорно, хулиганский мотив многолик, при этом надежный механизм «распознавания» мотивов при совершении хулиганских действий отсутствует. Все это придает названному побуждению особую сложность, в связи с чем в следственной и судебной практике допускается немало ошибок. Убийству из хулиганских побуждений часто предшествует совершение других хулиганских действий, каждое из которых разжигает и укрепляет у виновного необузданное желание показать себя, выразить свое неуважение к обществу, законам и правилам общежития. В этом смысле можно утверждать, что хулиганские действия сами по себе могут выступать как непосредственная причина совершения убийства. Однако проявление хулиганских побуждений может быть и внезапным, когда виновный до убийства не совершал хулиганских действий.

Можно отметить, что основная часть затруднений в квалификации умышленных убийств обнаруживается при решении вопроса о разграничении хулиганских убийств и убийств, совершенных по другим мотивам. В связи с этим важное значение имеют характер действий потерпевшего, находящийся в непосредственной связи с совершаемым преступлением, свойства личности виновного, в частности особенности его темперамента, характера, а также качества человеческой личности, обусловленные воспитанием, возрастом и другими обстоятельствами.

На мой взгляд, в случаях убийства даже при наличии незначительного повода присутствует в какой-то степени элемент мести: не удовлетворил желание хулигана выпить с ним, не уступил место, не дал прикурить и т. п. Но месть в таких случаях не является основным, определяющим мотивом, она по существу является проявлением хулиганских побуждений, при которых преступник готов мстить по любому, даже самому незначительному поводу, ставя свой интерес превыше всего. Поэтому для признания убийства совершенным из хулиганских побуждений необходимо полностью исключить иные мотивы, влияющие на определение поведения виновного в момент совершения преступления.

Для применения п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ важное значение имеют изучение и анализ характера действий виновного перед убийством, в момент убийства, а также после его совершения. Если убийство из хулиганских побуждений является продолжением целого ряда ранее совершенных хулиганских действий, т.е. включает два самостоятельных состава преступления - хулиганство (ст. 213 УК РФ) и убийство (ч. 2 п. «и» ст. 105 УК РФ), то налицо совокупность преступлений.

· Убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ). В п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ по существу предусматриваются четыре различных вида убийства. Несмотря на определенное сходство, отдельные виды убийства, предусмотренные п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, существенно отличаются между собой. В связи с этим, на мой взгляд, представляется целесообразным разделить этот пункт на два самостоятельных: «с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение», и «сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера».

Обстоятельством, повышающим общественную опасность убийства, в данном случае служит не сам факт совершения второго преступления, а главным образом наличие особо низменной, антиобщественной цели, ради осуществления которой виновный приносит в жертву жизнь другого человека. При совершении убийства с целью скрыть другое преступление виновный ставит задачу скрыть либо уже совершенное, либо подготавливаемое преступление. Однако для признания убийства совершенным с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение не требуется ее достижения. Достаточно установить наличие такой цели на момент совершения преступления, даже если скрываемое преступление было выявлено.

Значительное число ошибок допускается судами именно при квалификации действий виновных по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ — по признаку совершения убийства с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение. Нередки случаи, когда, признавая лицо виновным в убийстве, сопряженном с разбоем, суды одновременно ошибочно квалифицируют содеянное по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Таким образом, суд как бы устанавливает, что один и тот же потерпевший дважды лишается жизни: один раз в процессе совершения разбойного нападения, и второй раз - с целью облегчения или сокрытия разбоя. Нелогичность такого подхода к правовой оценке совершенного преступления очевидна. Поэтому не случайно Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ в подобных случаях исключает, как правило, из приговоров осуждение виновных либо п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, либо п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Например, Судебная коллегия изменила приговор Астраханского областного суда в отношении Рамазанова, осужденного за совершение преступлений, предусмотренных п. п. «з», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. « в» ч. 3 ст. 162 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к пятнадцати годам лишения свободы. Рамазанов признан виновным в разбойном нападении на Стрельцову с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, а также в ее умышленном убийстве, сопряженном с разбоем, из корыстных побуждений, с целью скрыть другое преступление. Из описания преступного деяния, признанного доказанным, видно, что убийство Стрельцовой совершено осужденным в ходе разбойного нападения. Квалификация по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ совершенного виновным убийства определенного лица с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства, помимо указанного пункта, по какому-либо другому пункту ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив убийства. Так как судом установлено, что убийство потерпевшей совершено при разбойном нападении, оно не может одновременно квалифицироваться по п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ. Поэтому этот квалифицирующий признак также подлежит исключению из приговора[84] .

Убийство, квалифицирующееся по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, может быть совершено только с прямым умыслом. Об этом свидетельствует непосредственное указание уголовного закона на специальную цель совершения такого преступления. Как отмечает С. В. Бородин, «в данном случае цель сокрытия или облегчения совершения другого преступления определяет и характер умысла самого убийства»[85] .

По смыслу закона умышленное причинение смерти другому человеку надлежит квалифицировать по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ в случаях, когда квалифицирующий признак убийства — с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение — является основным мотивом убийства. Такое разъяснение дано Пленумом ВС РФ в его постановлении[86] . Следовательно, и я отмечал это выше на примере обзора надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ, убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого убийства помимо п. «к» по каким-либо другим пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ, где в качестве квалифицирующих обстоятельств указаны иные цели и мотивы. Мотив и цель преступления, как мы знаем, относятся к факультативным признакам субъективной стороны. Следовательно, обстоятельства, содержащие в себе квалифицирующие признаки, предусмотренные ч.2 ст.105 УК РФ и относящиеся к личности потерпевшего, объекту, объективной стороне преступления не исключают дополнительной квалификации помимо этих пунктов и по п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Хабаровского краевого суда правильно квалифицировала действия Баштового Д.А. по п.п. «а, к» ч.2 ст. 105 УК РФ. Обстоятельства дела таковы. 15.06.2001 г. примерно в 07 часов Баштовой находясь в квартире 60 дома 25 по улице Панфиловцев г. Хабаровска, взял на кухне нож, а на балконе молоток, подошел к спящей Овчинниковой и умышленно с целью убийства на почве сложившихся между ним и Овчинниковой неприязненных отношений, нанес ей 7 ударов ножом в область лица и шеи, а также один удар молотком по голове и убил ее. Он же 15.06.2001 г. примерно в 07 часов, находясь в той же квартире, с целью сокрытия убийства Овчинниковой СП., решил убить проживающих в указанной квартире сына Овчинниковой СП. - Симахина И.О. и мать Овчинниковой - Мусиец В.И. С указанной целью Баштовой зашел в комнату, где спал Симахин и тем же ножом, которым убил Овчинникову, нанес спящему Симахину И.О. 11 ударов в область грудной клетки и убил его. Продолжая свои действия, направленные на убийство двух человек, с целью сокрытия преступления, Баштовой подошел к проснувшейся Мусиец В.И. и нанес ей два удара молотком по голове, и множественные колото-резаные ранения и убил ее[87] . Таким образом, решение суда правильное и не противоречит принятым правилам квалификации подобных преступлений.

Представляется важным отметить, что, имея цель скрыть другое преступление, виновный в ряде случаев совершает более тяжкое преступление, чем скрываемое. Например, застигнутый на месте кражи совершает убийство. Это обстоятельство не имеет существенного значения. Если виновный идет на причинение смерти человеку, чтобы скрыть преступление меньшей тяжести, опасность такого убийства не снижается.

По п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицируются убийства, сопряженные с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера.

Пленум ВС РФ в п.13 постановления разъяснил, что под убийством, сопряженным с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, следует понимать «убийство в процессе совершения указанных преступлений или с целью их сокрытия, а также совершенное, например, по мотивам мести за оказанное сопротивление при совершении этих преступлений»[88] .

Вопрос о том, надлежит ли квалифицировать убийство, сопряженное с изнасилованием, только по п. «к» ч. 2 ст. 105 или по совокупности со ст. 131 УК РФ, в теории уголовного права относится к числу дискуссионных. Ряд авторов полагает, что «особая опасность преступления, предусмотренного п. «к» ч. 2 ст. 105, состоит в «синтезе» убийства и изнасилования и поэтому изнасилование не образует самостоятельного состава»[89] . Другие полагают, что «в соответствии с новой редакцией ст. 17 УК РФ убийство, сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, должно квалифицироваться только по п. «к» ч.2 ст. 105 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 131 или ст. 132 УК РФ не требуется»[90] . По моему мнению, с такими утверждениями вряд ли можно согласиться. Если в каждом содеянном преступлении установлен его состав, то деяние должно быть квалифицировано по двум самостоятельным нормам, предусмотренным отдельными статьями Особенной части УК РФ. В данном случае обстоятельством, отягчающим ответственность за убийство, является не сам факт изнасилования, а обусловленное им побуждение совершить убийство. Хотя изнасилование и сопряженное с ним убийство и соединяются между собой по времени и месту, тем не менее, как по своему внешнему выражению, так и по внутреннему содержанию — это разные преступления, и поэтому каждое из этих преступлений должно получить самостоятельную оценку в квалификации. Поэтому целесообразно присоединиться к позиции, высказанной Пленумом ВС РФ, который в п. 13 постановления определил, что убийство, сопряженное с изнасилованием, должно быть квалифицировано по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 п. «к» ст. 105 УК РФ и ст. 131,132 УК РФ[91] .

Точно также трактуется убийство, совершенное после окончания насильственного полового акта или покушения на него, в целях сокрытия совершенного преступления либо по мотивам мести за сопротивление, оказанное потерпевшей при изнасиловании. Действия виновного следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 105 УК РФ и соответствующей частью ст. 131 УК РФ. Стоит отметить, что потерпевшим при этом виде убийства могут быть не только жертва насилия, но и другие лица, которые пытались предотвратить преступление либо оказать помощь в изобличении виновного.

· Убийство по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (п. «л» ч.2 ст. 105 УК РФ). Повышенная опасность этого вида убийства обусловлена посягательством не только на жизнь человека, но и на гарантированное ст.19 Конституции РФ[92] равенство прав и свобод человека и гражданина, независимо от его национальной, расовой или религиозной принадлежности. В связи с этим законодатель при определении ответственности за убийство относит мотив политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, а также мотив ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы к обстоятельствам, отягчающим данный состав преступления.Помимо этого действия, направленные на возбуждение национальной, расовой и религиозной вражды сами по себе содержат состав преступления и влекут ответственность по ст.282 УК РФ. Стоит отметить, что официального разъяснения убийств, совершаемых по этому мотиву, Пленум ВС РФ до сих пор не дал. Хотя в последнее время в УК РФ и другие законодательные акты был внесен ряд изменений, направленных на усиление борьбы с экстремизмом. Текст п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ в старой редакции гласил - убийство совершенное « по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести»[93] . Законодателем мотив кровной мести был выделен в самостоятельный пункт ч. 2 ст.105 УК РФ (п. «е.1»), а п. «л» дополнен мотивом политической ненависти или вражды, а также мотивом ненависти или вражды в отношении любой социальной группы[94] . На мой взгляд, такие изменения вызваны растущей активностью экстремистских организаций, разнообразием их идей и платформ, на основе которых они осуществляют свою деятельность, как доморощенных российских, так и международных, действующих на территории России. Поэтому полагаю, что разъяснения Пленума ВС РФ необходимы, для более точной и правильной квалификации совершаемых преступлений.

Для квалификации по указанным основаниям важно установить наличие мотива преступления, содержанием которого выступает стремление виновного показать ущербность потерпевшего в силу его принадлежности к определенной национальности, расе, этнической группе и религии, его приверженности определенным политическим и идеологическим взглядам. В некоторых случаях виновный, совершая такое убийство, пытается продемонстрировать исключительность своей национальной, расовой и религиозной принадлежности. Доминирующим побуждением здесь выступает стремление виновного учинить физическую расправу с потерпевшим в связи с его национальной или расовой принадлежностью или вероисповеданием и тем самым унизить честь и достоинство определенной нации, расы конфессии или социальной группы. Сюда также относится желание возбудить, спровоцировать национальную, расовую или религиозную вражду или рознь (например, вызвать путем убийства обострение межнациональных отношений, массовые беспорядки и т.п.). Это может быть также отмщение потерпевшему за несогласие поддержать националистическую или религиозную дискриминацию.

Для применения п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо установить конкретный специальный мотив из числа названных в УК РФ (побуждения политической, идеологической, национальной, расовой или религиозной ненависти или вражды, либо таковой в отношении какой-либо социальной группы). Этот мотив может сочетаться с другими побуждениями (месть, корысть, хулиганские мотивы), в то же время он должен среди них доминировать, либо необходимо проводить разграничение в квалификации. Так по направленности умысла и мотиву убийство, предусмотренное п. «л» ч.2 ст. 105 УК РФ, отличается от убийства из хулиганских побуждений, при котором потерпевший – лицо иной национальности, чем убийца – может быть подвергнут оскорблениям с употреблением кличек, присвоенных на блатном жаргоне лицам той или иной национальности. В этом виде убийства отсутствует национальная вражда или ненависть. «Умысел направлен на нарушение общественного порядка, бытовое унижение или оскорбление потерпевшего»[95] .

Подытоживая сказанное, хочется отметить, что для правильной квалификации необходимым условием является установление факта возбуждения вражды или демонстрация ненависти по указанным мотивам, причем это могут быть «любые подобные действия до, в процессе или после совершения убийства»[96] . Убийство по данному мотиву приводит к последствиям, которые трудно предсказать. Поэтому важна профилактика данных преступлений. Если рассматривать УК РФ как один из элементов такой профилактики, то важнейшим условием реальной гарантированности равенства прав и свобод человека и гражданина независимо от национальности, расы, отношения к религии, политических и идеологических взглядов является усиление уголовной ответственности за преступления, совершенные по мотиву политической, национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

· Убийство в целях использования органов или тканей потерпевшего (п. «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Убийство с целью использования органов или тканей потерпевшего - новый квалифицирующий признак, не известный ранее отечественному законодательству. Ни в одном из ранее действовавших уголовных кодексов (РСФСР) аналогичного обстоятельства убийства предусмотрено не было. Впервые он появился в УК РФ 1996 года. В последние годы научный прогресс в области медицины и здравоохранения обусловил возможность пересадки органов и тканей из организма одного человека к другому. Однако изъятие органов и тканей человека для трансплантации допускается только в соответствии с законодательством РФ. Органы и ткани человека не в коем случае не могут быть предметом купли, продажи и коммерческих сделок. В связи с этим действующее уголовное законодательство при определении ответственности за убийство относит цель использования органов или тканей потерпевшего к обстоятельствам, отягчающим данный состав преступления. Однако официального разъяснения этого признака Пленум ВС РФ до сих пор не дал.

В теории уголовного права цель использования органов или тканей потерпевшего, как правило, сводится к их трансплантации. Между тем это не единственная цель, с которой может быть связано подобное убийство[97] . Если бы названная цель была единственной, ради достижения которой совершается такое убийство, то законодатель, оговорил бы это в тексте самой уголовно-правовой нормы, аналогично ст. 120 УК РФ «Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации». Поэтому стоит согласиться с выводом, сделанным другими исследователями[98] , о том, что цель использования органов или тканей потерпевшего при убийстве носит более широкий характер и охватывает, как трансплантацию,которая представляет собой медицинскую операцию по пересадке отдельных органов или тканей от одного человека (донора) другому, нуждающемуся в них, так и иные цели (проведение экспериментов, употребления в пищу и.т.д.).

Трансплантация может быть осуществлена только с согласия донора. Вследствие того, что донорский материал дефицитен, потребность в нем велика. Последнее обстоятельство обусловливает совершение убийства как с целью использования органов и тканей потерпевшего для пересадки нуждающемуся лицу либо для продажи донорского материала заинтересованным лицам и организациям, так и с иными целями.

Что касается других целей, то наиболее распространенной является каннибализм,который как социальное явление имеет глубокие исторические корни и основывается на мифологических и ритуальных механизмах. Каннибализм представляет собой криминальное людоедство, связанное с совершением убийства и выраженное в последующем поеданием частей тела жертвы, выпиванием ее крови и т. д. В юридической литературе существует точка зрения, согласно которой «криминальный каннибализм чаще всего связан с сексуальными преступлениями, т. е. совершается на сексуальной почве и в связи с сексуальными переживаниями»[99] . В современной истории нашего государства на каннибализм впервые было обращено внимание в связи с делами Чикатило и Спесивцева. Их преступная деятельность в полной мере подтверждает вышеназванное утверждение.

Некоторые исследователи полагают, что данный вид убийства может быть связан с особой жестокостью. Так, следует согласиться с М. Феоктистовым и Е. Бочаровым, отмечающими, что «если же перед убийством людоед сообщил своей жертве о намерении «полакомиться» ею, то, вероятнее всего, следует говорить о наличии в его действиях особой жестокости»[100] . То есть требуется дополнительная квалификация по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Субъектом данного вида убийства могут быть как медицинские работники, так и иные лица, преследующие указанные цели. Например, жертва убийства может быть выдана заинтересованным в операции лицом за потерпевшего от дорожно-транспортного происшествия. Это преступление может быть совершено только с прямым умыслом. Мотивы преступления, как правило, следующие: корысть, спасение своей жизни или жизни близкого человека путем лишения жизни другого лица, карьеризм.

То, каким образом планируется использовать эти органы (ткани), на квалификацию преступления влияния не оказывает, за исключением случаев, когда виновный намерен использовать органы или ткани для получения наживы, т. е. если тело человека становится объектом коммерческих сделок, следовательно, у преступника присутствует корыстный мотив. Тогда убийство должно квалифицироваться дополнительно по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. На это обстоятельство обращают внимание многие авторы[101] .

Суммируя сказанное, убийство в целяхиспользования органов итканей потерпевшегоможно определить как действия виновного, направленные на умышленное лишение потерпевшего жизни для того, чтобы изъять у него органы или ткани для последующего использования.

Таким образом, я рассмотрел квалифицирующие обстоятельства, относящиеся к субъективной стороне убийства и личности преступника. Классифицированы вместе они потому, что связаны в первую очередь, с такими элементами субъективной стороны преступления как мотив и цель, что позволяет нам проанализировать их, как относящихся к определенной группе объединенной общими признаками.


Заключение

Рассмотрев уголовно-правовую характеристику убийства при отягчающих обстоятельствах можно сделать определенные выводы. Жизнь человека представляет собой важнейшее, от природы данное ему благо, основополагающую социальную ценность. При совершении преступлений против жизни наступают последствия, которые не поддаются восстановлению или возмещению: утрата жизни необратима. Жизненно важные интересы личности определяются основными ценностями человека — жизнь, свобода, здоровье, семья, безопасность, которые подлежат социальной защите. На сегодняшний день обеспечение безопасности личности в России, в полной мере, не отвечает продекларированному в ее Конституции тезису: личность — высшая ценность общества в государстве. Количество убийств, конечно же, не такое как в начале 90-х, но все же убийства становятся все более изощренными. В последнее время в России прокатилась волна насильственных преступлений в отношении детей. Поэтому безопасность личности – вопрос все еще актуальный для современной России.

Для того чтобы правильно квалифицировать убийство необходимо выяснить все обстоятельства совершения преступления, цель и мотив, наличие прямого или косвенного умысла, установить причинную связь между действиями виновного и смертью потерпевшего. Иногда в действиях виновного имеются разнородные квалифицирующие обстоятельства, из которых одно, допустим, относится к мотиву, а другое - к способу совершения преступления. Например, убийство из корыстных побуждений и общеопасным способом, убийство, совершенное с особой жестокостью и из хулиганских побуждений. В таких случаях при квалификации убийства учитываются все квалифицирующие признаки. Возможна ситуация, когда одно квалифицирующее обстоятельство является разновидностью другого или его элементом. К примеру, при убийстве двух или более близких лиц, совершенном последовательно, убийство каждого происходит на глазах у других. Естественно, что эти лица испытывают сильные душевные страдания. Сознательное причинение им подобных страданий обычно рассматривается как проявление особой жестокости. На практике нередко такие действия квалифицируются по п. «а» и «д» ч.2 ст.105 УК РФ. С этим трудно согласиться. Устанавливая повышенную ответственность за убийство двух или более лиц, законодатель, очевидно, исходил из всего комплекса обстоятельств, повышающих опасность такого рода убийства, не исключая и упомянутых страданий. Тем более, что они перекрываются последующим убийством самого страдающего лица. Содеянное должно квалифицироваться только по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Важную роль в правильной квалификации убийств при отягчающих обстоятельствах играет Постановление Пленума ВС РФ № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)». Но стоит отметить, что немало спорных моментов по квалификации убийств не разъяснены в данном постановлении. Так при вменении п. «г» ч.2 ст. 105 (убийство женщины, заведомо находящейся в состоянии беременности), п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ (убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга) квалификация виновного в условиях фактической ошибки должна быть отражена в вышеназванном постановлении. Возможность наступления вредных последствий для других лиц (причинение смерти, тяжкого вреда и среднего вреда здоровью) по неосторожности, при убийстве общеопасным способом и соответствующей с этим квалификацией, также должна быть закреплена в этом постановлении.

Необходимо расширить смысл понятия близких лиц, фигурирующих в составе убийства, совершенного с особой жестокостью (п. «д» ч.2 ст. 105 УК РФ), по аналогии с п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ. Иначе убийство в присутствии таких лиц, как жених, невеста, любовник, любовница потерпевшего, которые по настоящему близки и дороги друг другу, при заведомом знании этого виновным, будет расцениваться как «простое», не квалифицированное убийство.

Постановление Пленума ВС РФ № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)» указывает, что убийство, сопряженное с разбоем должно квалифицироваться по п. «з» ч.2 ст. 105 и ст. 162 УК РФ, поэтому для объективного назначения наказания важно отграничивать корыстное убийство и убийство, сопряженное с разбоем, что вызывает немалую сложность в правоприменительной практике. Поэтому в данном постановлении необходимо указать критерии разграничения данных составов (способ совершения преступления, цель, желаемый момент ее достижения, содержание умысла), что, несомненно, будет способствовать правильной квалификации таких деяний.

Также хотелось бы отметить, что не все вопросы, связанные с квалификацией убийства, в частности убийство по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, разъяснены в названном постановлении, что в свою очередь приводит к трудностям при квалификации совершенных преступлений.

В целом полагаю, что цели которые ставил перед собой при подготовке к написанию своей дипломной работы я достиг, рассмотрев проблемы уголовно-правовой оценки и квалификации убийств с отягчающими обстоятельствами через анализ уголовно-правовой характеристики убийства, его признаков и видов, квалификации убийств, совершенных с целями и способами, отягчающими вину, в исторической ретроспективе, трудностей возникающих при квалификации убийств с отягчающими обстоятельствами.


Список литературы

I. Нормативные источники:

1. Конституция Российской Федерации.- М.: Юрайт-М, 2001.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации с изменениями на 22.07.2008 г.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant. ru.

3. Уголовный кодекс Российской Федерации.- М.: Юрайт-Издат.,2005. (в старой редакции).

4. Уголовный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. (утратил силу) - М.: Энциклопедия российского законодательства –Осень 2005 (Система Гарант): Компания “Гарант”, 2005.

5. Федеральный закон РФ от 24 июля 2007 г. N 211-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму»//"Российская газета" от 01.08.2007 г., № 165.

6. Закон РФ от 22 декабря 1992 г. N 4180-I "О трансплантации органов и (или) тканей человека"// Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

7. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)” - Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

8. Постановление Пленума Верховного Cуда РФ от 3 апреля 2008 г. N 4 г. "О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)"// Российская газета от 09.04.2008 г. №4633.

9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 апреля 1992 г. № 15 «О судебной практике по делам об умышленных убийствах» (утратило силу)// Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant. ru.

10. Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2005 год // www.supcourt.ru.

(официальный сайт Верховного Суда РФ).

11. Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2007 года // www.supcourt.ru. (официальный сайт Верховного Суда РФ).

II. Специальная литература:

12. Алексеев И.Н. Покушение на убийство двух или более лиц.// Уголовный процесс № 6, 2007. С.44-51.

13. Андрюхина М.В. Определение начала жизни и момента смерти человека в уголовном праве // всеобщая декларация прав человека: тезисы докладов.- Тула, 1999. С.103-104.

14. АнтонянЮ. М., ВерещагинВ. А., ПотаповС. А., Шостакович. Б. В. Серийные сексуальные убийства: Учеб. пособие / Моск. юрид. ин - т МВД России-М.: Щит-М, 1997.

15. Антонян Ю. М.Психология убийства. –М: Юристъ., 2000.

16. Антонян Ю.М. Понятие особой жестокости в уголовном праве: Методологические проблемы уголовно-правового регулирования: Сборник научных трудов. - М.: ВНШ МВД СССР, 1991.

17. Антонов В.Ф. Некоторые вопросы квалификации убийств // Журнал российского права. - 2004. - № 12. С.26-29.

18. Афонькина Г.П., Куркина Н.В. Квалификация убийства: Учебно-практическое пособие.- Домодедово: ВНПК МВД России, 2003.

19. Беляев В.Г., Свидлов Н.М. Вопросы квалификации убийств: Учебное пособие.- Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1984. С.4-36.

20. Бессонов А. Уголовно-правовая характеристика убийства, совершенного организованной группой // Уголовное право. 2005. № 5.

21. Бородин С.В. Ответсвенностьб за убийство: квалификация и наказание по российскму праву. – М.: Юрист, 1994.

22. Бородулин А.И. Уголовно-правовая характеристика убийств, совершаемых наемными лицами// Теоретические, прикладные и исторические аспекты функционирования правового государства в России.- Смоленск: СФ ЮИ МВД РФ, 1998. С.122-132.

23. Бояров С.А. Проблемы определения начала жизни человека в уголовном праве // Российская юстиция №3,2005.С.58-59.

24. Васько Д.В., Чигрина Т.В. Приграничные убийства // Прокуроская и следственная практика. 2003, № 3,4. С. 192-212.

25. Вершинин А. Некоторые вопросы квалификации убийств, совершенных при отягчающих обстоятельствах (ч.2 ст.105 УК РФ)// Уголовное право №4,2000. С.8-10.

26. Володин Д., Попов А. Сон и сильная степень опьянения как обстоятельства, свидетельствующего о беспомощном состоянии потерпевшего при убийстве //Уголовное право №3,2002. С.43-46.

27. Георгиевский Э. В. Кровная месть и смертная казнь у восточных славян //Сибирский Юридический Вестник. - 2005. - № 1.

28. Данилов Е.П. Уголовный кодекс Российской Федерации: Комментарий судебной и адвокатской практики. Справочные материалы. -М.: Кнорус, 2005.

29. Дементьев С. Понятие беспомощного и бессознательного состояния // Российская юстиция. 1999. N 1. С.43.

30. Капинус О.С. Убийства: Мотивы и цели. - М.: ИМПЭ-ПАБЛИШ,2004.

31. Константинов П. Субъективная сторона убийства с особой жестокостью // Российская юстиция №4,2004. С.41-43.

32. Константинов П. Влияние жестокости преступного поведения на квалификацию убийства // Законность №9,2001.С.7-10.

33. Коробеев А. Простое убийство и сложности его квалификации // Уголовное право №2,2001. С. 16-19.

34. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/Отв. ред. В.М. Лебедев. - М.: Юрайт. 2007.

35. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации/под общ.ред. А.И.Бастрыкина.- М.: Волтерс Клувер,2008.

36. Курс уголовного права. Т.3. Особенная часть /Под ред. Г.Н.Борзенкова, В.С. Комисcарова - М.: Энциклопедия российского законодательства –Осень 2005 (Система Гарант): Компания “Гарант”, 2005.

37. Лысак Н.В. Проблемы определения начального момента охраны жизни человека в уголовном праве//Российский следователь №2,2002. С.38-41.

38. Макринская В.И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь: учебное пособие. – М.: ООО « Издательский дом « Буквоед», 2006 г

39. Маляева О.Е. Проблемы квалификации убийства с целью использования органов и тканей потерпевшего // Российский следователь. – 2003. - № 9.

40. Марогулова И.Л. Некоторые вопросы квалификации убийства // Журнал российского права №2, 2001. Стр. 41-47.

41. Махова Т.Н. Понятие убийства, сопряженного с разбоем //Актуальные проблемы работы ОВД: Сборник научных трудов адъютантов и соискателей.- М.: ВНИН МВД России,2000. С.87-97.

42. Мацкевич И., Локк Р. Уголовно-правовой анализ убийств по найму //Уголовное право №2, 2001. С. 23-28.

43. Нуркаева Т.Н. Некоторые проблемы квалификации убийства, совершенного с отягчающими обстоятельствами.//Российский судья № 7,2004. С.27-28.

44. Оганян Р.Э., Кибальник А.Г.,Соломенко Н.Г.Преступления против жизни и здоровья: квалификация в правоприменительной деятельности: Лекция.- М.: ИМЦ ГУК МВД России. 2002.

45. Попов А.Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2003.

46. Пушкин А.В., Дидатов Ю.А., Широбоков О.И. Убийство по-найму: некоторые вопросы уголовно-правовой характеристики. Проблемы становления современного гражданского общества и правового государства.- Москва-Казань: Вестник юридического института. № 2, 1998. С.212-219.

47. Пыхтин С. Ответственность за убийство 2-х или более лиц // Законность №2,2002.

48. Рарог А., Есаков Г. Понимание Верховным Судом РФ «группы лиц» соответствует принципу справедливости // Российская юстиция.2002. №1.

49. Рарог А., Есаков Г. Понимание Верховным Судом РФ «группы лиц» соответствует принципу справедливости // Российская юстиция. 2002.№ 1. С.52.

50. Российское уголовное право: Учебник в 2-х томах.Том 2. Особенная часть / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай.- М.: Проспект, 2007.

51. Салихов Ш. Убийство, сопряженное с разбоем: одно преступление или совокупность ? // Законность. 2005, № 2. С. 23-25.

52. Святенюк Н. Квалификация некоторых видов убийств.// Уголовное право № 1, 2004 г. С.48-50.

53. Семернева Н.К., Ермаков Е.В. Особая жестокость как признак квалифицированного убийства // Уголовное право в борьбе с преступностью:Межвузовский сборник научных трудов.- Свердловск,1987. С.68-76.

54. Стромилова Н.П. Развитие норм об уголовной ответственности за убийство //История государства и права №6,2002.С.30-35.

55. Скляров С. Квалификация преступлений, совершенных с особой жестокостью //Уголовное право №1,2002. С. 46-47.

56. Состояние преступности в Российской Федерации за январь-декабрь 2007г.// www.mvd.ru (официальный сайт МВД РФ).

57. Тишкевич С.И. Квалификация преступлений против жизни: Учебное пособие.- Мн.: МВШ МВД СССР, 1991. С.3-65.

58. Ткаченко В. Толкование закона по делам об убийствах //Законность №9,2000. С.44-45.

59. Уголовное право. Особенная часть: Учебник.- 2-е изд., доп. и перераб./ Под ред. Л. Д. Гаухмана, С. В. Максимова.- М.: ЭКСМО, 2005.

60. Уголовное право.Особенная часть: Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова, доц. Г.П.Новоселов.-М.: Издательство НОРМА, 2001.

61. Уголовное право РФ.Особенная часть: Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай, д-ра юр.наук, проф. А.И. Рарога, д-ра юр.наук, проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт, 2006.

62. Уголовное право России.Особенная часть: Учебник //под ред. В.Н. Кудрявцева, В.В. Лунеева, А.В. Наумова.- М.: Юрист,2006.

63. Уголовное право РФ. Особенная часть. / Под ред. Б.В. Здравомыслова. – М.: Юрист, 2004.

64. Уголовное право: Общая и Особенная часть: Учебник для вузов / К. Л. Акоев, А. Е. Беляев, В. Б. Боровиков и др.: Под общ. ред. М.П. Журавлева, С.И. Никулина. - М.: Норма, 2004.

65. Уголовное право России: Учебник для вузов: В 2 томах /Отв. Ред. А.Н. Игнатов, Ю.А. Красиков.- М.: Норма, 2005.

66. Учебно-практический комментарий к Уголовному кодексу РФ //Под ред. А.Э.Жалинского.- М.: Издательство Эксмо,2006.

67. Феоктистов М., Бочаров Е. Квалификация убийств: некоторые вопросы теории и практики //Уголовное право № 2, 2000. С.65-67.

68. Хрестоматия по истории государства и права России: Учебное пособие - М.: ТК Велби, Изд-во проспект, 2004.

69. Цокуева И.М. Проблемы квалификации убийства //"Законодательство",

№ 5, 2003. М.: Энциклопедия российского законодательства – Осень 2005 (Система Гарант): Компания “Гарант”, 2005.

70. Яни П. Сопряженность не исключает совокупности // Законность № 2, 2005 г. С.25-27.


[1] Далее по тексту УК РФ

[2] Далее по тексту ВС РФ.

[3] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001.С.52.

[4] Там же. С.53.

[5] Афонькина Г.П. , Куркина Н.В. Квалификация убийства : Учебно-практическое пособие .- Домодедово : ВИПК МВД России , 2003 .С. 13.

[6] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001.С.54.

[7] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001.С.56.

[8] Афонькина Г.П. , Куркина Н.В. Квалификация убийства : Учебно-практическое пособие .- Домодедово : ВИПК МВД России , 2003 .С. 17.

[9] Макринская В.И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь : учебное пособие. – М.: ООО

« Издательский дом « Буквоед» , 2006 . С.11.

[10] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001.С.57.

[11] Состояние преступности в Российской Федерации за январь-декабрь 2007 г.// www.mvd.ru (официальный сайт МВД РФ).

[12] Бородин С.В. Ответственность за убийство : квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист , 1994 .С.8.

[13] Уголовный кодекс Российской Федерации с изменениями на 22.07.2008 г. - М.: Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru

[14] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С. 13

[15] Бородин С.В. Ответственность за убийство : квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист , 1994 .С.6.

[16] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С. 14.

[17] Андрюхина М.В. Определение начала жизни и момента смерти человека в уголовном праве // Всеобщая декларация прав человека : тезисы докладов .- Тула , 1999 . С. 104.

[18] Бородин С.В. Ответственность за убийство : квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист , 1994 .С.7.

Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С. 15.

[19] Закон РФ от 22 декабря 1992 г. N 4180-I "О трансплантации органов и (или) тканей человека"// Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru

[20] Афонькина Г.П. , Куркина Н.В. Квалификация убийства : Учебно-практическое пособие .- Домодедово : ВИПК МВД России , 2003 .С. 31.

[21] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/Отв. ред. В.М. Лебедев. - М.: Юрайт. 2007.

[22] Бородин С.В. Ответственность за убийство : квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист , 1994 .С.6.

[23] Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть (под ред. доктора юридических наук, профессора Г.Н.Борзенкова, доктора юридических наук, профессора В.С.Комисcарова) - М.: "Зерцало-М", 2002.

[24] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[25] Бородин С.В. Ответственность за убийство : квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист , 1994 .С.22-23.

Афонькина Г.П. , Куркина Н.В. Квалификация убийства : Учебно-практическое пособие .- Домодедово : ВИПК МВД России , 2003 .С. 36.

[26] Бородин С.В. Ответственность за убийство : квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист , 1994 .С.22-23..

[27] Уголовный кодекс Российской Федерации от 22.07.2008 г. - М.: Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[28] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001.С.79.

[29] Бородин С.В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист, 1994.

Афонькина Г.П. , Куркина Н.В. Квалификация убийства : Учебно-практическое пособие .- Домодедово : ВИПК МВД России , 2003.

[30] Бородин С.В. Ответственность за убийство : квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист , 1994 .С.57.

[31] Постановление Пленума Верховного Cуда РФ от 3 апреля 2008 г. N 4 г. "О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)"// Российская газета от 09.04.2008 г. №4633

[32] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru

[33] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru

[34] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[35] П. Яни . Сопряженность не исключает совокупности // Законность № 2 , 2005 г. С. 26

[36] Макринская В.И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь : учебное пособие. – М.: ООО

« Издательский дом « Буквоед» , 2006 г. С.25-26.

[37] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru

[38] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С.23.

[39] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[40] Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации/под общ.ред. А.И.Бастрыкина.- М.: Волтерс Клувер ,2008. С.14.

[41] Макринская В.И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь : учебное пособие. – М.: ООО

« Издательский дом « Буквоед» , 2006 г. С.25-26.

[42] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[43] Дементьев С.И. Понятие беспомощного и бессознательного состояния // Российская юстиция. 1999. N 1. С.11.

[44] Дементьев С.И. Понятие беспомощного и бессознательного состояния // Российская юстиция. 1999. N 1. С.43.

[45] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[46] Цокуева И.М. Проблемы квалификации убийства .//"Законодательство", N 5.2003 .). М.: Энциклопедия российского законодательства – Осень 2005 (Система Гарант): Компания “Гарант”, 2005

[47] Святенюк Н. Квалификация некоторых видов убийств.// Уголовное право № 1. 2004 г. .С.49.

[48] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001 .С. 83.

[49] Конституция Российской Федерации.- М.: Юрайт-М, 2001.

[50] Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2007 года// www.supcourt.ru. ( официальный сайт Верховного Суда РФ).

[51] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[52] П. Константинов . Субъективная сторона убийства с особой жестокостью // Российская юстиция 2004/№ 4 С.41

[53] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[54] Уголовный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. - М.: Энциклопедия российского законодательства –Осень 2005 (Система Гарант): Компания “Гарант”, 2005 .

[55] Курс уголовного права. Т.3. Особенная часть /Под ред. Г.Н.Борзенкова, В.С. Комисcарова - М.: Энциклопедия российского законодательства –Осень 2005 (Система Гарант): Компания “Гарант”, 2005 .

[56] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[57] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[58] А. Н. Попов Убийства при отягчающих обстоятельствах. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 496.

[59] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001 .С. 86.

[60] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С.31.

[61] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 апреля 1992 г. № 15 «О судебной практике по делам об умышленных убийствах»// Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant. ru.

[62] Рарог А., Есаков Г. Понимание Верховным Судом РФ «группы лиц» соответствует принципу справедливости // Российская юстиция . 2002 . № 1. С .52.

[63] Уголовное право России : Учебник для вузов : В 2 томах /Отв. Ред. А.Н. Игнатов , Ю.А. Красиков . Т.1.- М.: Норма , 2005. С.228.

[64] Бессонов А. Уголовно-правовая характеристика убийства , совершенного организованной группой // Уголовное право. 2005 . № 5. С .10.

[65] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 апреля 1992 г. № 15 «О судебной практике по делам об умышленных убийствах»// Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant. ru.

[66] Макринская В.И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь : учебное пособие. – М.: ООО

« Издательский дом « Буквоед» , 2006 г. С.50.

[67] Федеральный закон РФ от 24 июля 2007 г. N 211-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму»//"Российская газета" от 01.08.2007 г., № 165.

[68] Антонян Ю. М.Психология убийства. –М: Юристъ., 2000. С. 263.

[69] Бородин С.В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист, 1994. С.77.

[70] Уголовный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. (утратил силу) - М.: Энциклопедия российского законодательства –Осень 2005 (Система Гарант): Компания “Гарант”, 2005.

[71] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[72] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С. 33.

[73] Пушкин А.В., Дидатов Ю.А. , Широбоков О.И. Убийство по-найму : некоторые вопросы уголовно-правовой характеристики. Проблемы становления современного гражданского общества и правового государства .- Москва-Казань : Вестник юридического института. № 2 , 1998 . С. 217.

[74] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[75] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С. 33.

[76] Салихов Ш. Убийство , сопряженное с разбоем : одно преступление или совокупность ? // Законность . 2005 , № 2 . С. 25.

[77] Марогулова И.Л. Некоторые вопросы квалификации убийства //Журнал российского права . 2001 . № 2. С .46.

[78] Уголовное право. Особенная часть : Учебник.- 2-е изд., доп. и перераб./ Под ред. Л. Д. Гаухмана, С. В. Максимова.- М.: ЭКСМО, 2005г.. С. 63.

[79] Макринская В.И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь : учебное пособие. – М.: ООО

« Издательский дом « Буквоед» , 2006 г. С. 45.

[80] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[81] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С. 35.

[82] Антонян Ю. М.Психология убийства. –М: Юристъ., 2000. С. 270.

[83] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001 .С. 94.

[84] Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2005 год // //www.supcourt.ru. ( официальный сайт Верховного Суда РФ).

[85] Бородин С.В. Ответственность за убийство : квалификация и наказание по российскому праву . – М.: Юрист , 1994 . С. 152.

[86] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[87] Приговор Судебной коллегии по уголовным делам Хабаровского краевого суда от 12.04.2002

[88] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[89] Антонян Ю. М. , ВерещагинВ. А., ПотаповС. А., Шостакович. Б. В. Серийные сексуальные убийства: Учеб. пособие / Моск. юрид. ин - т МВД России - М.: Щит-М, 1997.

[90] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006. С.37-38.

[91] Постановление Верховного Суда Российской Федерации № 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)”.- Правовая система «Гарант» on-line версия- www. garant.ru.

[92] Конституция Российской Федерации.- М.: Юрайт-М, 2001.

[93] Уголовный кодекс Российской Федерации .- М.: Юрайт-Издат.,2005.

[94] Федеральный закон РФ от 24 июля 2007 г. N 211-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму»//"Российская газета" от 01.08.2007 г., № 165.

[95] Уголовное право .Особенная часть : Учебник для вузов / Отв. ред.- проф. И.Я. Козаченко, проф. З.А. Незнамова , доц. Г.П.Новоселов .-М.: Издательство НОРМА , 2001 .С. 100.

[96] Оганян Р.Э., Кибальник А.Г.,Соломенко Н.Г.Преступления против жизни и здоровья : квалификация в правоприменительной деятельности:Лекция.- М.: ИМЦ ГУК МВД России . 2002. С.17.

[97] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/Отв. ред. В.М. Лебедев. - М.: Юрайт. 2007.

[98] Курс уголовного права. Т.3. Особенная часть /Под ред. Г.Н.Борзенкова, В.С. Комисcарова - М.: Энциклопедия российского законодательства –Осень 2005 (Система Гарант): Компания “Гарант”, 2005 .

[99] Капинус О. С.Убийства: мотивы и цели. М.: ИМПЭ-ПАБЛИШ, 2004. С. 139-140.

[100] Феоктистов М., Бочаров Е. Квалификация убийств : некоторые вопросы теории и практики //Уголовное право № 2 2000. С.67.

[101] Уголовное право РФ .Особенная часть : Учебник.-Изд.испр. и доп./Под ред. Д-ра юр.наук, проф. Л.В. Иногамовой – Хегай , д-ра юр.наук , проф. А.И. Рарога , д-ра юр.наук , проф. А.И. Чучаева. – М.: Инфра- М: Контакт , 2006 . С. 14.