регистрация /  вход

Характеристика личности преступника, совершившего организованное мошенничество (стр. 1 из 11)

План

Введение

1. Понятие, криминологические признаки и структура личности преступника

2. Структура личности организованного мошенника

2.1 Социально-демографические особенности личности мошенника

2.2 Уголовно-правовая характеристика мошенников

2.3 Нравственно-психологическая характеристика

3. Типология организованных мошенников

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Системный подход к проблеме преступности предполагает соответствующее изучение личности человека, совершившего преступление. Проблема личности преступника – одна из самых сложных в криминологии, по значимости она относится к числу центральных.

Значение личности преступника определяется тем, что преступление, будучи результатом сознательной волевой деятельности человека, не только немыслимо вне лица, его совершившего, но и в большей мере обусловлено сущностью и особенностями этого лица. Кроме того, без изучения личности преступника не могут быть поняты ни причины отдельного преступления, ни причины преступности как массового социального явления.

Личность преступника подразумевает характерные черты лица, совершившего общественно опасное деяние. Совокупность негативных социально значимых свойств в сочетании с внешними условиями и обстоятельствами оказывают решающее влияние на механизм преступного поведения. Однако это не означает, что они обязательно должны проявиться в форме преступного поведения. Они могут найти выражение и в форме девиаций, не нарушающих уголовно-правовых запретов. Поэтому считать человека преступником можно только после совершения им преступления.

В настоящее время на фоне непрекращающегося роста различных проявлений мошенничества, и, в особенности, организованных форм данного деяния, возникает необходимость системного анализа личности преступника – члена организованного формирования мошеннической направленности. Обусловлено это в первую очередь тем, что организация научно обоснованного противодействия организованной преступной деятельности мошеннических структур и построение адресной профилактической работы невозможно без исследования личностных характеристик участников указанных преступных объединений. С этой целью необходимо выяснить обладают ли мошенники чертами, отличающими их от законопослушных граждан, если да, то в какой мере эти черты являются общими для разных категорий преступников, можно ли эти качества использовать в профилактических целях, зависит ли преступное поведение от природных свойств личности. Важными являются и другие знания о личности мошенника. Для этого в работе предлагается проанализировать:

— мнения различных ученых относительно понятия «личность преступника»;

— структуру личности преступника;

— социально-демографические, уголовно-правовые и нравственно-психологические особенности лиц, совершивших мошенничество, в том числе в составе организованной группы или преступного сообщества;

— личностные особенности участников организованных групп или преступных сообществ мошенников в зависимости от занимаемого ими в иерархии преступной структуры места;

— типологию организованных мошенников[1] .

В процессе криминологического исследования личности преступника, совершившего организованное мошенничество, мы использовали данные, предоставленные: Информационными центрами ГУВД Самарской и УВД Пензенской областей, Республики Мордовия за 2002-2007 гг.; Управлениями судебных департаментов Самарской и Пензенской областей, Республики Мордовия за 2002-2007 гг. Сведения о 134 участниках организованных групп или преступных сообществ, совершивших мошенническое хищение, были получены из анализа материалов судебно-следственной практики по преступлениям рассматриваемой категории. Проводилось анкетирование и интервьюирование осужденных за совершение организованного мошенничества.

1. Понятие, криминологические признаки и структура личности преступника

В криминологической науке не сложилось единства мнения относительно понятия «личности преступника». Так, некоторые авторы отрицают существование особой «личности преступника», приводя в обоснование своей позиции следующие аргументы: 1) изменение уголовного закона в пространстве и во времени приводит к декриминалиции определенных деяний, в связи с чем, теряет криминологическую значимость изучение личностных особенностей лиц их совершивших; 2) все люди в течение жизни, в той или иной мере, нарушают уголовно-правовые запреты. Поэтому выделение категории «личность преступника» нецелесообразно; 3) нельзя выделить личностные свойства, присущие только преступникам. Все они в большей или меньшей мере свойственны всем людям[2] . И.И. Карпец не видел необходимости в понятии «личность преступника», так как, по его мнению, не существует общих признаков, которые были бы применимы к любому преступнику. Для криминологии достаточно традиционно и очень точно по своему содержанию понятие «субъект преступления»[3] .

В противовес приведенной позиции, отметим, что нам представляется более правильным положение, согласно которому категория «личность преступника», включая некоторые признаки понятий «субъект преступления» и «личность виновного» представляет гораздо многообразнее личность того, кто совершил преступление. Так, физический статус лица не исчерпывается только фактом его существования. Для личности преступника имеет значение состояние здоровья, наличие инвалидности, пол. Психическое описание личности преступника не ограничивается только понятием вины в форме умысла или неосторожности, мотивом, целью и эмоциями. Это более сложная, широкая система интеллектуальных, волевых, эмоциональных, психологических и иных свойств. Личность преступника содержит и иные признаки, не связанные с правовой характеристикой индивида как субъекта преступления, такие, как социальный статус лица, социальные функции, психологические особенности[4] . Не было бы смысла вести речь о личности преступника, если ей не были бы присущи свойства, отличные от свойств личностей тех, кто не совершает преступлений[5] .

Указывая на научную корректность и некоторую условность в использовании понятия «личность преступника», некоторые ученые считают, что правильнее было бы употреблять менее приемлемое для восприятия, но более точное словосочетание «личность человека, совершающего (совершившего) преступление»[6] .

Дискуссии по поводу преобладания социологического и психологического начала в личности преступника продолжаются и по сей день. А.И. Долгова считает, что «при употреблении понятия «личность преступника» следует иметь в виду именно социальные характеристики человека, совершившего преступление. И ничего более»[7] . Нам представляется более правильной позиция, согласно которой указанные факторы в равной степени формируют преступное поведение человека, в связи с чем, недопустимы и социологизация, и психологизация личности преступника[8] . Основным синтезирующим принципом следует считать признание био-психо-социальной эссенции личности, определяющей комплекс взаимодействующих средовых и субъективных факторов в формировании особенностей, установок и направленностей личности преступника[9] .

Вызывает некоторые сомнения положение, согласно которому под личностью преступника в науке криминологии следует понимать динамическое состояние лица, определяемое совокупностью различных негативных факторов (внешних и внутренних, социальных, биологических, психологических) и характеризуемое такими особенностями, как отчуждение от нормальных связей, отношений, ценностей, более низкий уровень образования и культуры, более низкая нравственность, выражающаяся в признании возможности использования криминальных средств достижения целей, а также сочетание таких психологических черт, как гипертрофированная импульсивность, ригидность, тревожность, паранояльность[10] . Думается, что предлагаемое определение не в полной мере отражает содержание рассматриваемого феномена. Такие черты в наибольшей степени присущи тем, кто совершает грабежи, разбойные нападения, изнасилования, убийства или наносит тяжкий вред здоровью, в наименьшей – тем, кто был признан виновным в совершении краж, а еще меньше – лицам, совершающим преступления в сфере экономической деятельности[11] . К примеру, в настоящее время, в век высоких технологий, многие мошеннические схемы требуют от преступников наличия достаточно глубоких познаний в определенной области, высокого уровня культурного и интеллектуального развития.

Большинство ученых сходятся во мнении, что личность преступника – это совокупность его свойств и качеств[12] . Это подтверждается и опросом работников ОВД и судей, в результате которого было установлено, что 47% работников ОВД и 58% судей, то есть большинство, определяют личность преступника как «совокупность его свойств и качеств», однако значительное количество опрошенных – 23% работников ОВД и 21% судей отождествляют это понятие с его психикой; 18% работников ОВД и 13% судей видят в личности преступника его социальную сущность; 12% работников ОВД и 8% судей считают, что невозможно дать определение личности преступника[13] .

Общественная опасность в литературе называется одним из самых существенных признаков личности преступника[14] . Считать, что «общественная опасность вообще» не зависит от вины, социальных, нравственных качеств лица и одновременно «находится в фундаменте общественной опасности преступления», – то же самое, что и обвинять природу в антисоциальных, безнравственных настроениях, злонамеренности по отношению к обществу[15] . Под ней предлагается понимать систему свойств личности в виде криминогенных интересов и мотивации, которые породили соответствующее преступное поведение[16] . При этом наличие общественной опасности не обязательно должно предполагать фатальности преступного поведения. Это качество может быть реализовано в поведении, а может и не быть, что зависит как от самой личности, так и от внешних обстоятельств, способных препятствовать такому поведению, даже исключить его[17] .