регистрация / вход

Проблемы квалификации преступлений против жизни и здоровья человека

Понятие и виды квалификации преступлений при применении нормы права. Сущность преступлений против жизни и здоровья человека, их субъективная и объективная стороны. Квалификация умышленного причинения вреда жизни и здоровью из хулиганских побуждений.

Содержание

Введение

1. Понятие и виды квалификации преступлений

2. Квалификация преступлений против жизни и здоровья человека

2.1 Преступления против жизни

2.2 Преступления против здоровья

3. Проблемы квалификации преступлений против жизни и здоровья, совершенных из хулиганских побуждений

Заключение

Библиография


Введение

В настоящее время особенно важной является борьба с наиболее общественно опасными преступлениями, которые создают в России острую криминальную ситуацию. В систему таких преступлений входит и хулиганство. В каком-то смысле хулиганство можно рассматривать как источник криминальной опасности. И это, видимо, характерно именно для России. Но, чтобы разобраться в борьбе с хулиганством, надо понять, что собой представляет данное явление, каковы его общественные взаимосвязи и социальные условия. Глубокое изучение хулиганства с уголовно-правовой, криминологической точки зрения, социальной, психологической и т.д., позволит «войти» в систему эффективной профилактики.

Хулиганство - грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. А квалифицирующие признаки обозначены так: деяние (хулиганство), совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, использующему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка.

Понятие «хулиганские действия» часто отождествляются в литературе с понятием «хулиганство», хотя в законе на это нигде не указывается. Под такими действиями иногда подразумеваются и хулиганские побуждения, которые, представлены в Уголовном кодексе России как мотив деяния.

Актуальной для современной России является проблема квалификации преступлений, совершенных из хулиганских побуждений. Судам следует отграничивать хулиганство, ответственность за которое предусмотрена статьей 213 УК РФ, от других преступлений, в том числе совершенных лицом из хулиганских побуждений, в зависимости от содержания и направленности его умысла, мотива, цели и обстоятельств совершенных им действий.

Под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода. При этом для правильного установления указанных побуждений в случае совершения виновным насильственных действий в ходе ссоры либо драки судам необходимо выяснять, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован для использования его в качестве повода к совершению противоправных действий.

1. Понятие и виды квалификации преступлений

Основанием уголовной ответственности, согласно ст. 8 Уголовного кодекса Российской Федерации[1] (далее - УК, Кодекса), является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного этим Кодексом. Возможность применения наказания к лицу, совершившему преступление, возникает, с правовой точки зрения, уже с момента совершения преступления. Именно тогда возникает уголовно-правовое отношение. Однако для практического применения наказания необходимо официально констатировать и зафиксировать в уголовно-процессуальной форме наличие уголовно-правового отношения: установить юридический факт, породивший его возникновение; установить субъекта правоотношения; выяснить его содержание, т.е. определить, какой уголовно-правовой нормой оно предусмотрено. Эти задачи выполняются органами дознания, следствия и судом, которые в процессуальных документах фиксируют выявленное уголовно-правовое отношение в определенной квалификации преступления.

Квалификация преступления является важнейшей, но не единственной составляющей применения нормы права. Понятие «применение нормы права» охватывает: 1) анализ фактических обстоятельств дела; 2) выбор (отыскание) соответствующей нормы; 3) удостоверение в правильности (подлинности) текста юридического источника, содержащего нужную норму, и установление его силы; 4) уяснение смысла и содержания нормы; 5) толкование нормы; 6) принятие решения и издание акта, закрепляющего это решение.

Квалификация составляет только ту часть процесса применения нормы права, которая заключается в выборе единственной уголовно-правовой нормы, точно соответствующей признакам реально совершенного опасного деяния, и закреплении этого выбора в юридическом акте (приговоре, определении, постановлении).

Квалификация (от лат. qualis- качество, facere- делать) в русском языке означает характеристику предмета, явления, отнесение явления по его качественным признакам, свойствам к каким-либо группам, разрядам, классам. Квалифицировать преступление - значит дать ему юридическую оценку, определить статью уголовного закона, предусматривающую наказание за данное преступление. «Квалификация преступления состоит в установлении соответствия данного конкретного деяния признакам того или иного состава преступления, предусмотренного уголовным законом».

Определение квалификации преступления как «установления и юридического закрепления точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой» является общепризнанным в уголовном праве[2] . Исходя из этого квалификацию преступлений можно определить как логический процесс установления признаков состава преступления в общественно-опасном поведении лица и результат этого процесса, т.е. закрепление в процессуальных документах следствия и суда указания на уголовный закон, подлежащий применению.

Говоря о квалификации преступлений, некоторые ученые утверждают, что между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления необходимо установление соответствия. Другие авторы, говоря о квалификации преступлений, утверждают, что это вывод о подобии (тождестве) конкретного жизненного случая тому понятию о преступлении данного вида, которое сформулировано в норме закона. В этом определении понятия «тождество» и «подобие» употреблены как синонимы. Представляется, прав А.И. Рарог, что «ни соответствие, ни подобие не отражают той степени совпадения (как по перечню, так и по содержанию) юридических признаков реального общественно опасного деяния и его нормативной характеристики, которая необходима для квалификации преступлений. Более точно характер совпадения двух групп признаков передается терминами «идентичность либо тождество» [3] .

В науке уголовного права в зависимости от разных критериев выделяют различные виды квалификации преступлений. Так, в зависимости от субъекта, производящего квалификацию, различают два вида квалификации преступлений: официальная (легальная) и неофициальная (доктринальная). «Официальная (легальная) квалификация - это уголовно-правовая квалификация преступления, осуществляемая по конкретному уголовному делу лицами, специально уполномоченными на это... государством: работниками органов дознания, следователями, прокурорами и судьями. Неофициальная (доктринальная) квалификация - это соответствующая правовая оценка преступного деяния, даваемая отдельными гражданами: научными работниками, авторами журнальных статей, монографий, учебников, учебных пособий, студентами, изучающими те или иные уголовные дела и т.д.».

Только официальная квалификация имеет юридическую силу и влечет конкретные юридические последствия. Доктринальная квалификация лишь выражает мнение ученых и других лиц по вопросам квалификации преступлений, она не имеет процессуального оформления и не влечет юридических последствий. В литературе выделяется также полуофициальная квалификация, которая дается Пленумом Верховного Суда РФ в постановлениях по практике применения уголовного законодательства по определенным категориям дел[4] . Однако в разъяснениях, даваемых Пленумом Верховного Суда РФ, приводятся научно-практические рекомендации по применению закона ко всем случаям совершения преступлений подобного вида, но не о квалификации конкретного преступления.

В зависимости от результата, полученного при квалификации, ее можно подразделить на позитивную и негативную. Под позитивной понимается квалификация, в результате которой установлено, что деяние лица содержит состав преступления. Квалификация является негативной, если не установлено тождество фактических признаков совершенного деяния и признаков состава преступления[5] .

Квалификация, понимаемая как оценка качества деяния, может завершиться выводом как о том, что содеянное подпадает под одну из статей уголовного закона, так и о том, что содеянное не является преступлением в силу различных обстоятельств: малозначительности (ч. 2 ст. 14 УК); в связи с наличием обстоятельств, исключающих преступность деяния (ст. 37-42 УК). Вывод может состоять в том, что в содеянном содержатся признаки приготовления к преступлению небольшой или средней тяжести, которые в силу ч. 2 ст. 30 УК не влекут уголовной ответственности, или же о том, что содеянное представляет собой покушение на преступление, от которого лицо добровольно отказалось и в связи с этим не подлежит уголовной ответственности (ст. 31 УК). В связи с изложенным в литературе высказано мнение о том, что правомерно говорить о квалификации в широком смысле, т. е. об уголовно-правовой оценке деяния до установления его преступного характера, и о квалификации в узком смысле, т.е. о квалификации деяния именно как преступления.

В зависимости от точности соотнесения признаков преступления и признаков состава преступления возможны два вида квалификации - правильная и неправильная. Правильная квалификация - такая, при которой признаки преступления, имеющие значение для квалификации, полностью совпадают с признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой Неправильной же является такая, при которой признаки преступления, имеющие значение для квалификации, не полностью совпадают с признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой".[6]

В специальной литературе отмечается, что неправильная квалификация также имеет свои разновидности (недостаточная и избыточная). При недостаточной квалификации признаки преступлений не находят полного отображения в применяемой для уголовно-правовой оценки норме. Например, квалификация оконченного деяния как покушения на преступление; квалификация содеянного по одной статье, в то время как необходима квалификация по совокупности статей; квалификация деяния как менее тяжкого, в то время как в действительности совершенное деяние необходимо квалифицировать путем вменения квалифицирующего или особо квалифицирующего признака.

Избыточной является квалификация, при которой признаки преступления находят излишнее отображение в применяемой для уголовно-правовой оценки норме. Примерами избыточной квалификации являются ситуации, обратные приведенным выше примерам.

По происхождению квалификация преступлений бывает ошибочной и объективно-неправильной. Ошибочной квалификация преступления будет тогда, когда она зависит от самого квалификатора, т. е. допущенное им установление и закрепление в соответствующем уголовно-процессуальном акте предусмотрено выявленного деяния составу преступления, которым, на самом деле, данное деяние не охватывается. Объективно неправильной называется квалификация, которая является неправильной из-за изменений уголовного законодательства, которые происходят уже после осуществления уголовно-правовой оценки деяния.

Значение правильной квалификации преступлений исключительно велико. Она обеспечивает соблюдение принципов законности, вины, справедливости и гуманизма, гарантирует действительное достижение равенства перед законом. Правильная квалификация преступлений является основанием для отрицательной оценки государством совершенного деяния как преступления с учетом его тяжести и степени общественной опасности и, таким образом, является важной предпосылкой назначения законного и справедливого наказания. Правильная квалификация преступления предопределяет верное отнесение его к одной из четырех категорий: небольшой тяжести, средней тяжести, тяжкому или особо тяжкому (ст. 15 УК РФ). С вопросом об отнесении преступления к той или иной категории связано решение очень многих вопросов уголовного права, таких как освобождение от уголовной ответственности и наказания, дифференциация условий отбывания лишения свободы, сроки погашения судимости и др. Правильная квалификация преступлений обусловливает процессуальный порядок расследования преступлений, предусмотренный уголовно-процессуальным законом, о подследственности, подсудности, процессуальных сроках, видах мер пресечения. Правильная квалификация преступлений имеет также важное криминологическое значение. Она позволяет правильно отразить в статистической отчетности состояние, структуру и динамику преступности, что, в свою очередь, позволяет сделать обоснованные прогнозы, планировать и осуществлять меры по пресечению и предупреждению преступлений.

2. Квалификация преступлений против жизни и здоровья человека

2.1 Преступления против жизни

Видовым объектом преступлений, предусмотренных гл. 16 УК РФ, является жизнь человека, независимо от его национальной и расовой принадлежности, происхождения и возраста, социального положения, рода занятий, состояния здоровья и т. п. Это означает, что жизнь в данном случае понимается как биологическое состояние человека, который в силу определенных причин может не быть (перестать быть) личностью и даже социальным существом. Поэтому уголовный закон в равной мере ставит под охрану жизнь всякого человека и не делает отличий в уголовно-правовой защите новорожденного младенца, безнадежно больного человека, национального гения и выходца из дикого африканского племени.

В ряде случаев умышленное посягательство на жизнь человека уголовный закон относит к посягательству на иной родовой (видовой) объект, а потому соответствующее преступное деяние не относится к преступлениям против жизни. Таковы, например, преступления, предусмотренные ст. 277, 295, 317, 357 УК РФ, которые помещены законодателем в другие главы Особенной части.

Весьма важным вопросом в связи с уяснением сущности преступлений против жизни является вопрос о моменте начала и окончания жизни. В уголовно-правовом смысле жизнь существует тогда, когда человек родился и еще не умер. Момент условного начала жизни в уголовном праве принято связывать не с зачатием человека, а началом физиологических родов. Однако существует и другое мнение, а именно: момент начала жизни следует связывать с моментом самостоятельного внеутробного существования ребенка, т. е. его отделением от утробы матери и началом дыхания.

В вопросе о моменте смерти большинство специалистов, основываясь на данных современной медицины, исходят из того, что остановка работы сердца еще не свидетельствует о смерти человека: в данном случае налицо так называемая клиническая смерть. Концом жизни человека признается наступление биологической смерти, когда вслед за остановкой сердца наступает необратимый процесс распада клеток коры всего головного мозга. При обычных условиях (если не проводить реанимационных мер) кора головного мозга безвозвратно гибнет примерно через 5-7 минут после прекращения работы сердца. Именно после констатации консилиумом врачей необратимых изменений во всей коре головного мозга (в клинических условиях) можно считать, что наступила биологическая смерть человека.

Согласно УК РФ, преступлениями против жизни являются: убийство (ст. 105); убийство матерью новорожденного ребенка (ст. 106); убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107); убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 108); причинение смерти по неосторожности (ст. 109); доведение до самоубийства (ст. ПО). Таким образом, помимо убийства (ст. 105- 108 УК РФ), к преступлениям против жизни относятся только два преступления, причем одно из них является неосторожным, а другое - доведение до самоубийства - существенно отличается от всех иных посягательств на жизнь человека по своим объективным и субъективным признакам.[7]

С объективной стороны все виды убийства выражаются в лишении потерпевшего жизни. Другими словами, все они сконструированы по типу материального состава. Без наступления смерти человека убийство не может признаваться оконченным преступлением, а потому ответственность за попытку причинить смерть виновное лицо несет ответственность по той или иной статье Особенной части УК РФ со ссылкой на ст. 30 УК РФ.

Обычно убийство совершается путем активного поведения - действия (посредством применения оружия или предметов, используемых в качестве него, сталкивания с высоты, утопления, отравления и т. п.). Однако в отдельных случаях причинение смерти возможно и путем бездействия (как правило, со стороны лиц, обязанных и имеющих возможность предотвратить смерть другого человека).

Между деянием и смертью потерпевшего должна быть установлена причинная связь. Это означает, что смерть является необходимым и закономерным результатом действий (бездействия) виновного, а не случайным (побочным) его последствием. Так, суд признал необоснованным осуждение А. и Г. за причинение смерти 3., который скончался от острого малокровия, вызванного длительным и сильным носовым кровотечением. Оно возникло в результате избиения потерпевшего виновными и причинения ему при этом перелома костей носа с разрывом хряща. Основанием для такого решения послужило то, что смерть 3., в конечном счете, обусловлена не тяжестью нанесенной травмы (относящейся к легкому вреду здоровью), а тяжелым заболеванием - гемофилией, которой тот страдал.[8]

Убийство всегда выражается в противоправном лишении жизни другого человека. По российскому уголовному закону в отличие от уголовных законов некоторых других стран не рассматривается в качестве убийства (либо самостоятельного преступного деяния) склонение (подстрекательство) к самоубийству, а также пособничество лицу, причиняющему себе смерть.

Лишение жизни человека по его просьбе (например, безнадежно больного, испытывающего физические страдания) не исключает ответственность за это деяние как за убийство (в том числе лиц, состоящих в родстве, и медицинских работников). Однако в соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ совершение преступления по мотиву сострадания рассматривается в качестве обстоятельства, смягчающего наказание.

Способ совершения убийства, как правило, не влияет на квалификацию содеянного. Однако некоторые способы убийства признаются отягчающим обстоятельством (например, особая жестокость, общеопасный способ - п. «д» и «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Обстоятельством, снижающим степень общественной опасности убийства, согласно ст. 106 и 108 УК РФ выступает специфическая обстановка совершения преступления - убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов; убийство при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.

Субъективная сторона преступлений против жизни характеризуется умышленной виной. Единственное исключение образует неосторожное причинение смерти (ст. 109 УК РФ), которое в силу такой вины не рассматривается как убийство.

Убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. В первом случае лицо осознает, что совершает деяние, непосредственным результатом которого станет смерть другого человека, реально предвидит это последствие и желает его наступления. При косвенном умысле лицо предвидит возможность наступления смерти другого человека, не желает ее, но сознательно допускает наступление смерти либо относится к ней безразлично.

По общему правилу, ответственность за преступления против жизни наступает с шестнадцати лет. Лишь субъектом убийства, предусмотренного ч. 1 и 2 ст. 105 УК РФ, может быть лицо, достигшее четырнадцатилетнего возраста.

Анализ статей УК РФ об ответственности за убийство показывает, что все убийства могут быть разделены на три группы: убийство без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 105 УК РФ); убийство при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ); убийство при смягчающих обстоятельствах (ст. 106-108 УК РФ).[9]

2.2 Преступления против здоровья

Видовым объектом преступлений против здоровья является здоровье человека как определенное физиологическое состояние организма, при котором все его органы и ткани находятся в нормальном состоянии или функционируют нормально.

Таким образом, преступлениями против здоровья признаются только такие общественно опасные деяния, предусмотренные гл. 16 УК РФ, непосредственным основанием уголовной ответственности за которые является причинение вреда здоровью другого человека. Систему этих преступлений образуют общественно опасные деяния, предусмотренные ст. 111 - 125 УК РФ.

Под вредом здоровью в соответствии со сложившейся судебно-следственной практикой понимаются телесные повреждения, т. е. нарушение анатомической целости органов и тканей организма человека или их физиологических функций либо заболевания или патологические состояния, возникшие в результате воздействия различных факторов внешней среды (механических, физических, химических, биологических, психических).

В зависимости от степени тяжести вреда, причиняемого здоровью человека, УК РФ различает три разновидности вреда здоровью: тяжкий вред, вред средней тяжести, легкий вред.

Причинение вреда собственному здоровью ненаказуемо за исключением случаев уклонения от исполнения обязанностей воинской службы путем членовредительства или симуляции болезни (ст. 339 УК РФ). Согласие лица на причинение вреда его здоровью, на первый взгляд, также должно исключать ответственность того, кто причиняет этот вред, поскольку в этом случае имеет место реализация воли потерпевшего, который вправе это сделать сам. Однако такой формальный подход к оценке действий причинителя вреда неприемлем, поскольку он вступает в противоречие с нравственными началами уголовного права. Содействие лицу, желающему причинить вред своему здоровью, нравственно обосновано лишь в том случае, когда при этом преследуются общественно полезные цели.

Объективная сторона преступлений против здоровья выражается в неправомерном воздействии на здоровье другого человека. Как правило, такое воздействие состоит в активных действиях (удар ножом, сбрасывание с высоты, обливание едкими веществами). Однако вред здоровью может быть причинен и путем бездействия в случаях, когда виновный был обязан совершать те или иные действия. Например, парализованному больному ухаживающий за ним родственник не дает пищу, в результате чего у того возникает опасное для жизни состояние - кома.

Подавляющее большинство статей УК РФ, предусматривающих составы преступлений против здоровья, сконструированы по типу материальных, в которых обязательным признаком объективной стороны являются последствия в виде причинения вреда здоровью той или иной степени тяжести. При этом степень тяжести причинения вреда здоровью устанавливается путем проведения судебно-медицинской экспертизы либо судебно-медицинского освидетельствования.

Необходимым условием ответственности за преступления против здоровья является наличие причинной связи между деянием и вызванными им последствиями в виде причинения вреда здоровью той или иной степени тяжести.

Субъективную сторону рассматриваемых преступлений образует вина как в форме умысла, так и неосторожности. Более опасным преступлением при одинаковой степени тяжести вреда здоровью потерпевшего УК РФ признает умышленное его причинение.

Субъектом преступлений против здоровья является физическое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения преступления возраста шестнадцати лет. С четырнадцати лет наступает ответственность лишь за умышленное причинение здоровью тяжкого и средней тяжести вреда (ст. 111, 112 УК РФ).

3. Проблемы квалификации преступлений против жизни и здоровья, совершенных из хулиганских побуждений

Недавние изменения Уголовного кодекса РФ вновь приковали внимание правоприменителей к понятию "хулиганский мотив (хулиганские побуждения)". Пленум Верховного Суда РФ своим постановлением ввёл в официальный юридический оборот обозначение группы преступлений как "преступления, совершённые из хулиганских побуждений". Выделение такой категории объективно необходимо.

В ходе развития уголовного законодательства к настоящему времени сложилась определённая категория преступлений против жизни и здоровья, совершение которых из хулиганских побуждений требует самостоятельной квалификации:

- убийство из хулиганских побуждений (п. "и" ч. 2 ст. 105 УК). Этот вид убийства впервые был закреплён в п. "б" ст. 102 УК РСФСР;

- умышленное причинение тяжкого вреда здоровью из хулиганских побуждений (п. "д" ч. 2 ст. 111 УК);

- умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью из хулиганских побуждений (п. "д" ч. 2 ст. 112 УК);

- умышленное причинение лёгкого вреда здоровью из хулиганских побуждений (п. "а" ч. 2 ст. 115 УК);

- нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, из хулиганских побуждений (п. "а" ч. 2 ст. 116).

В правоприменительной практике квалификация умышленного причинения вреда жизни и здоровью из хулиганских побуждений весьма противоречива. Виновное лицо при совершении любого преступления выражает неуважение к обществу, нарушает установленный общественный порядок. Четких критериев, определяющих сущность нарушения общественного порядка и явного неуважения к обществу, до сих пор не выработано. Природа ошибок правоприменительной практики состоит в том, что указанные обстоятельства оцениваются не в совокупности с побудительными мотивами их совершения. Нередко тяжкий вред здоровью причиняется при межгрупповых агрессивно-насильственных столкновениях, групповых хулиганских действиях. При анализе мотива преступного поведения нельзя ограничиваться констатацией противоречивости интересов группы либо ложно понятых интересов группы. Виновный при причинении вреда здоровью и жизни знает, что он нарушает уголовно-правовой запрет и мотив для него заключается в смысле преступных действий. Мотивом может стать страх быть отвергнутым группой, желание улучшить свой социальный статус под видом борьбы за общий интерес. Установление мотива преступления зависит от психологической готовности субъекта преступления признать истинные причины своего преступного действия. Нередко обвиняемый не находит в себе достаточных сил, чтобы признаться в виновности своего поведения, мотивацию преступного поведения определяет трудностями жизненной ситуации, сложившимися обстоятельствами. Подлинные побуждения, которые привели к причинению вреда жизни и здоровью другого человека, нередко маскируют как ответ на противоправное или аморальное поведение потерпевшего, а иногда скрывают под социально нейтральные мотивы. Поэтому для установления мотива преступления важно установить субъективное отношение виновного лица к своим действиям, установить причину конфликта, его динамику и характер действий.[10]

Исходя из того, что мотивом преступления является побудительная причина преступного поведения, для установления этих побуждений необходим анализ всех обстоятельств дела: поведения виновного, характера его действий, повода к совершению преступления, отношения виновного лица с потерпевшим в момент совершения преступления и после его совершения. Свидетельством мотивации содеянного при причинении тяжкого вреда здоровью является совокупность объективных и субъективных признаков.

Понятие "хулиганских побуждений" появилось в судебной практике вслед за УК РСФСР 1922 г., который впервые установил уголовную ответственность за хулиганство. До этого хулиганство было известно в России как негативное социальное явление, но такого состава преступления не было в уголовном законодательстве. Тому были свои причины. Российские юристы отмечали трудность чёткого определения объективных признаков этого преступления, возможность его совершения такими действиями, которые уже предусмотрены в законе. Речь шла главным образом о различном проявлении насилия над личностью.[11]

Опасениям относительно отмеченных трудностей, к сожалению, суждено было оправдаться. Статья 176 УК РСФСР 1922 г. характеризовала хулиганство как "озорные, бесцельные, сопряженные с явным проявлением неуважения к отдельным гражданам или обществу в целом действия". Статья была помещена под рубрикой "иные посягательства на личность и ее достоинство" между оскорблением, клеветой и ложным доносом. В дальнейшем изменялись и формулировки статьи и её расположение в УК (в соответствии с изменением представления о родовом объекте хулиганства: сначала личность, далее порядок управления, затем общественный порядок и общественная безопасность). Но при всех изменениях в основном составе хулиганства не появилось указаний на то, какие конкретно действия образуют это деяние. Изначально было признано в теории и практике, что специфика хулиганства состоит не во внешних действиях, а в его особом внутреннем качестве, в его "хулиганственности", или хулиганских побуждениях.

Сам термин "хулиганские побуждения" появился в судебной практике раньше, чем в законе. Согласно ст. 142 УК РСФСР 1922 г. убийство считалось квалифицированным по мотиву при условии его совершения из корысти, ревности и "других низменных побуждений". Эта формулировка дословно сохранялась в п. "а" ч. 1 ст. 136 УК РСФСР 1926 г. вплоть до 1 января 1961 г. Закон не давал исчерпывающего перечня низменных побуждений, но ещё 16 марта 1925 г. Пленум ВС РСФСР разъяснил, что видом убийства из низменных побуждений должно считаться убийство из хулиганских побуждений. "Хулиганство само собою признается общественно опасным явлением, вследствие чего убийство из хулиганских побуждений, если таковой мотив убийства установлен судом, должно быть квалифицировано как убийство при отягчающих обстоятельствах".

Лишь в 1960 г. признак убийства из хулиганских побуждений был закреплён законодательно (п. "б" ст. 102 УК РСФСР). Однако и до этого неоднократно подчёркивалось квалифицирующее значение этого обстоятельства. Убийство из хулиганских побуждений выделялось как один из наиболее опасных видов убийства в юридической литературе, в опубликованных проектах Уголовного кодекса СССР 1939 и 1947 г. Укоренился этот взгляд и в судебной практике. Когда Указ Президиума Верховного Совета СССР распространил применение смертной казни "на лиц, совершивших умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах", Пленум Верховного Суда СССР при толковании этой нормы дал указание считать таковым и убийство из хулиганских побуждений. Определение Судебной коллегии Верховного Суда РСФСР от 16 августа 1958 г. по конкретному делу опубликовано под заголовком: "Убийство из хулиганских побуждений правильно расценено судом как убийство при отягчающих обстоятельствах".

К моменту принятия УК 1960 г. уже не было никаких сомнений, что хулиганские побуждения значительно повышают опасность преступлений против жизни и здоровья. Но содержание этого понятия не раскрывалось конкретно ни в законе, ни в постановлениях Пленумов Верховных Судов. Более того, после изменения 10 августа 1940 г. текста ст. 74 УК РСФСР исчезло из закона и общее определение хулиганства. Оно было восстановлено в реформированном виде только в ст. 206 УК РСФСР 1960 г.: "Хулиганство есть умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие неуважение к обществу".

Характеристику объективной стороны хулиганства, данную в тексте статьи, трудно было практически использовать. При широком понимании общественного порядка как установленной в обществе системы отношений, обеспечивающих общественное спокойствие и возможность нормального осуществления гражданами и организациями своих прав и обязанностей, невозможно представить преступление, которое не нарушало бы этого порядка. Тем более что публичность не рассматривалась как обязательное проявление хулиганства, в связи с чем оно считалось возможным не только в общественных местах. По ст. 206 УК РСФСР могли квалифицироваться любые действия, в которых, по мнению правоприменителей, выражалось явное неуважение к обществу. Иными словами, акцент делался на субъективной стороне преступления, его мотивах и целях, которые и стали основой понятия "хулиганские побуждения".

После того, как была введена, а затем и усилена административная ответственность за мелкое хулиганство, к уголовной ответственности за хулиганство стали привлекать преимущественно в тех случаях, когда нарушение общественного порядка было соединено с насилием над личностью. Более того, применение насилия, повлекшего телесные повреждения, давало основание квалифицировать хулиганство как злостное, путём толкования оценочного признака "особая дерзость".

Когда практика столкнулась с необходимостью отграничивать хулиганство от преступлений против личности, в основу отграничения были положены хулиганские побуждения. Официальное толкование этого понятия было дано применительно к п. "б" ст. 102 УК РСФСР 1960 г., где, как отмечено, впервые прямо устанавливалась ответственность за убийство из хулиганских побуждений.

Убийство из хулиганских побуждений характеризуется как "убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение.

В дальнейшем, несмотря на продолжающиеся изменения формулировки состава хулиганства в законе, понятие хулиганских побуждений обрело стабильность и используется теперь не только при квалификации убийства, но и других преступлений.

Для квалификации преступлений против жизни и здоровья, совершённых из хулиганских побуждений, существенное значение имеет определение этого понятия в п. 12 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г.[12] под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода. При этом для правильного установления указанных побуждений в случае совершения виновным насильственных действий в ходе ссоры либо драки судам необходимо выяснять, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован для использования его в качестве повода к совершению противоправных действий. Если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, лицо не подлежит ответственности за совершение в отношении такого потерпевшего преступления из хулиганских побуждений.

Ещё до принятия УК 1996 г. сложилась такая практика, что статья о хулиганстве (ст. 206 УК 1960 г.) стала применяться как норма, направленная на защиту не только общественного порядка, ущерб которому трудно ощутим, но и на защиту личности, ущерб которой всегда можно установить и измерить. Отграничение хулиганства от смежных преступлений против личности проводилось только по наличию (или отсутствию) хулиганских побуждений. Об этом свидетельствуют многочисленные материалы судебной практики, в том числе опубликованные. В то же время всё реже приходилось сталкиваться с хулиганством как уголовным преступлением, если оно не было связано с насилием над личностью. Проект УК 1996 г. исходил, по утверждению его разработчиков, "из приоритета прав человека перед иными правоохраняемыми интересами, в связи с чем во главу угла поставлена уголовно-правовая охрана личности". В соответствии с этим концептуальным положением, учитывая наметившуюся тенденцию к либерализации ответственности за нетяжкие преступления, была реформирована и норма о хулиганстве.

Часть 1 ст. 213 УК РФ в первоначальной редакции гласила: "Хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества". Поскольку убийство и причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью из хулиганских побуждений были предусмотрены и в самостоятельных нормах, то на долю ст. 213 оставлены были только легкий вред здоровью и побои, если эти действия совершались из хулиганских побуждений. По этому пути пошла и судебная практика. Для окончательного решения проблемы соотношения насилия и хулиганства оставалось совсем немного: поставить проблему с головы на ноги. Что и было сделано Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ.[13] Теперь насилие не рассматривается как факультативный признак состава хулиганства. Насилие составляет общественно опасную сущность посягательства, объектом которого является личность. А хулиганские побуждения усиливают опасность деяния и выступают в роли квалифицирующего признака в ст. ст. 105, 111, 112, 115,116. Такая конструкция представляется более логичной и обеспечивающей первостепенную защиту жизни и здоровья.

Выведение за рамки состава хулиганства насилия над личностью сделало весьма проблематичной квалификацию хулиганства как совершённого "с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия". Во-первых, применение оружия предполагает его использование по прямому назначению как "предмета, предназначенного для поражения живой или иной цели". Во-вторых, как указал Пленум Верховного Суда РФ, под применением оружия и т. п. следует понимать "умышленные действия, направленные на использование лицом указанных предметов как для физического, так и для психического воздействия на потерпевшего, а также иные действия, свидетельствующие о намерении применить насилие посредством этого оружия или предметов, используемых в качестве оружия".

В-третьих, раскрывая понятие предметов, используемых в качестве оружия, Пленум называет "любые материальные объекты, которыми, исходя из их свойств, можно причинить вред здоровью человека".

Названные три тезиса свидетельствуют о том, что применение оружия и насилие над личностью неразрывно связаны. Однако, поскольку конкретные виды насилия, совершённого из хулиганских побуждений, теперь квалифицируются по статьям о преступлениях против личности, признак применения оружия не может быть вменён. Применение оружия или иных предметов не рассматривается и не рассматривалось прежде в качестве квалифицирующего обстоятельства при убийстве или причинении вреда здоровью. Если же одновременно с насилием над личностью из хулиганских побуждений были совершены какие-то другие действия, грубо нарушившие общественный порядок, то при наличии реальной совокупности со ст. 213 в принципе возможно рассмотреть вопрос и об оценке применения оружия в рамках состава хулиганства. Стоит снова подчеркнуть, что посягательство на жизнь и здоровье, совершённое из хулиганских побуждений, не даёт оснований для квалификации по ст. 213 УК. Не является хулиганством и само по себе применение оружия. В действующем УК есть около десятка составов преступлений (не берём в расчёт преступления против военной службы), где в качестве квалифицирующего признака предусмотрено применение оружия (ст. ст. 126,127,162,205,206,211,212,227,286). Для вменения признака необходимо установить, в чём заключалось хулиганство (не подпадающее под признаки преступлении против жизни и здоровья и других преступлений, совершаемых из хулиганских побуждений). А затем оценить характер применения оружия с точки зрения способа и мотива действия, учитывая рекомендации Пленума Верховного Суда РФ.

А. вступил в конфликт с работниками автосервиса по поводу, как он полагал, некачественного ремонта его автомобиля. Исчерпав свои аргументы, и не добившись результатами в помещении автосервиса, прицельным выстрелом из охотничьего ружья разбил монитор компьютера и ушёл, пригрозив, что если его требования не будут удовлетворены, он снова придёт и "всех перестреляет". Он был привлечён к уголовной ответственности по ст. ст. 213 и 119 УК за хулиганство с применением оружия и угрозу убийством. В суде дело по ст. 213 было прекращено ввиду отсутствия признаков хулиганства. Конфликт возник на почве бытовой ссоры. хулиганский мотив не установлен. Дело по ст. 119 было прекращено в связи с примирением сторон и добровольным возмещением ущерба за разбитый монитор. Накопленный практикой многолетний опыт разграничения хулиганства и преступлений против личности может служить теперь для квалификации преступлений против жизни и здоровья, совершённых из хулиганских побуждений. Есть смысл остановиться лишь на тех трудностях, которые встречаются на этом пути, и рассмотреть наиболее типичные ошибки правоприменительной практики.

Нередко в приговорах и других судебных актах говорится о совершении деяния из хулиганских побуждений ("хулиганских действиях") без указания на то, в чём они заключались. В. был осуждён по п. "д" ч. 2 ст. 112 за то, что он примерно в 22 часа в состоянии алкогольного опьянения в своей квартире из хулиганских побуждений ударил доской для разделки овощей по руке свою мать, причинив ей вред здоровью средней тяжести. Президиум Московского городского суда в порядке надзора удовлетворил протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, в котором ставился вопрос о переквалификации действий В. с п. "д" ч. 2 ст. 112 на ч. 1 ст. 112 УК РФ, указав в постановлении: "Вывод о совершении В. преступления из хулиганских побуждений суд в приговоре мотивировал лишь тем, что никаких причин, кроме алкогольного опьянения, для избиения осужденным потерпевшей не было". Однако по материалам дела видно, что В. и пострадавшая постоянно ссорились на бытовой почве, что свидетельствует о наличии между ними неприязненных отношений. При таких обстоятельствах вывод суда о совершении преступления из хулиганских побуждений нельзя считать обоснованным.

Примером ошибочного вменения хулиганских побуждений может служить также дело Н., осуждённого за убийство по п.п. "в" и "и" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Установлено, что Н. пришёл в дом престарелой потерпевшей, инвалида 1 группы, и попросил в долг деньги. Получив отказ, осуждённый нанёс потерпевшей удар молотком по голове. После чего облил её бензином и поджёг. Смерть женщины наступила от отравления окисью углерода. В надзорной жалобе осуждённый указывал, что хулиганских побуждений в его действиях не было, а конфликт с потерпевшей произошёл на бытовой почве. Президиум Верховного Суда РФ в этой части удовлетворил жалобу осуждённого. Н. в ходе следствия и суда утверждал, что "попросил у потерпевшей в долг деньги, но она отказала и стала упрекать его в попрошайничестве и злоупотреблении спиртными напитками. Он обиделся, взял молоток и убил потерпевшую". Эти доводы не опровергнуты судом. Президиум пришёл к выводу, что при таких обстоятельствах действия виновного были вызваны личными неприязненными отношениями. Осуждение Н. по п. "и" ч. 2 ст. 105 было исключено.

При отграничении преступлений против жизни и здоровья на почве личных неприязненных отношений от аналогичных преступлений из хулиганских побуждений иногда допускаются ошибки при оценке повода к преступлению. Такое убийство совершается "например... без видимого повода или с использованием незначительного повода как предлога для убийства" (п. 12). Но какой повод следует считать значительным для совершения убийства или причинения вреда здоровью? Общего решения быть не может. В каждом конкретном случае анализ повода должен быть нацелен на установление мотива в действиях виновного.

С. был осуждён за убийство из хулиганских побуждений и с особой жестокостью ранее незнакомого ему А. Он использовал как незначительный повод тот факт, что А. оскорбил его жену. Президиум Верховного Суда РФ признал ошибочным вывод суда о хулиганских побуждениях. С. в своих показаниях последовательно утверждал, что потерпевший высказался оскорбительно в адрес его жены и он решил с ним "разобраться". Эти показания С. были признаны судом достоверными и приведены в приговоре. Президиум указал: "При таких данных действия С., совершённые в ответ на оскорбительные высказывания о его жене, т. е. из личной неприязни, не могут рассматриваться как совершенные из хулиганских побуждений".

Отождествление незначительности повода с хулиганскими побуждениями недопустимо ещё и потому, что в тех случаях, когда виновный и потерпевший длительное время находятся в неприязненных отношениях, иногда достаточно и небольшой искры, чтобы вызвать вспышку гнева.

Иногда к ошибке приводит преувеличенное значение, которое придаётся месту совершения преступления. Для хулиганских побуждений характерно стремление к демонстративности, публичности своих действий, дабы показать явное презрение к нормам поведения в обществе. Однако хулиганские побуждения могут проявляться и не в общественных местах или в отсутствие посторонних. Корень подобных ошибок в том, что факторы, характеризующие обстоятельства и место совершения преступления, оцениваются вне связи с мотивами.[14]

Хулиганские побуждения иногда могут переплетаться с другими мотивами преступлений против жизни и здоровья. Практика столкнулась с ситуациями, когда хулиганские побуждения сочетаются с мотивами ксенофобского или националистического характера14. Выявить доминирующий здесь мотив бывает порой трудно. Нормы действующего законодательства позволяют учитывать при квалификации сочетание этих мотивов, поскольку они предусмотрены в отдельных частях (пунктах) соответствующих статей. Например, в п.п. "д" и "е" ч. 2 ст. 111, "д" и "е" ч. 2 ст. 112, "а" и "б" ч. 2 ст. 115 УК РФ. Но едва ли можно назвать удачей поглощение мотивом хулиганства упомянутых мотивов в новой редакции ст. 213 УК.

Заключение

Преступлением «из хулиганских побуждений» является деяние, совершенное из явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение.

Также под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода.

В ходе развития уголовного законодательства к настоящему времени сложилась определённая категория преступлений против жизни и здоровья, совершение которых из хулиганских побуждений требует самостоятельной квалификации:

- убийство из хулиганских побуждений (п. "и" ч. 2 ст. 105 УК). Этот вид убийства впервые был закреплён в п. "б" ст. 102 УК РСФСР;

- умышленное причинение тяжкого вреда здоровью из хулиганских побуждений (п. "д" ч. 2 ст. 111 УК);

- умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью из хулиганских побуждений (п. "д" ч. 2 ст. 112 УК);

- умышленное причинение лёгкого вреда здоровью из хулиганских побуждений (п. "а" ч. 2 ст. 115 УК);

- нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, из хулиганских побуждений (п. "а" ч. 2 ст. 116).

Главным критерием хулиганского мотива при умышленном причинении вреда жизни и здоровью, является желание виновного лица продемонстрировать обществу пренебрежение к устоям, правилам, покою, достоинству, т.е. нормам, существующим ради необходимого соблюдения общественного порядка. Виновным лицом наносится вред общественному порядку и здоровью человека. При этом действия виновного лица направлены на нарушение общественного порядка в процессе которого причиняется тяжкий вред здоровью. В числе потерпевших нередко оказываются случайные люди. Действия виновного лица непоследовательны, хаотичны, спонтанны.

Таким образом, из всего вышесказанного, можно сделать вывод, что именно субъективная направленность индивида на нарушение общественного порядка, в форме наглости, цинизма, оскорбительности совершаемых деяний является главным аргументом в распознании хулиганского мотива при умышленном причинении вреда жизни и здоровью человека.

Библиография

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (принят ГД ФС РФ 24.05.1996) (ред. от 09.11.2009) (с изм. и доп., вступающими в силу с 17.11.2009)// СЗ РФ.- 1996.- № 25.- Ст. 2954.

2. Федеральный закон от 08.12.2003 N 162-ФЗ (ред. от 27.07.2009) "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 21.11.2003) // СЗ РФ.- 2003.- № 50.- Ст. 4848.

3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2007 N 45 "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений" // Российская газета.- 2007.- № 260.

4. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступления.- М., 1972.

5. Рарог А.И. Квалификация преступлений по субъективным признакам.- СПб., 2003.

6. Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика.- М., 2005.

7. Сабитов Р.А. Теория и практика квалификации уголовно-правовых деяний.- М., 2003.

8. Лаптева Е.Н. К вопросу о понятии и видах избыточной квалификации преступлений // Проблемы юридической техники в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве.- Ярославль: Изд-во Яросл. ун-та, 1996.- С. 44.

9. Уголовное право России. Особенная часть / Под ред. профессора А.И. Рарога. - М.: Эксмо, 2007.- С. 367-370.

10. Борзенков Г. Особенности квалификации убийства при конкуренции или сочетании нескольких квалифицирующих признаков // Уголовное право.- 2007.- № 5.- С. 7-11.

11. Борзенков Г. Проблемы квалификации преступлений против жизни и здоровья, совершенных из хулиганских побуждений // Законность.- 2008.- №5.- С. 25-30.

12. Кабурнеев Э.В. Проблемы квалификации по объективным признакам преступлений против жизни, предусмотренных специальными нормами УК РФ // "Черные дыры" в Российском законодательстве .- 2007 .- № 1. - С. 142-144.

13. Бородин С.В. Преступления против жизни.- М.: Юристъ, 2000.

14. Расторопов С.В. Квалифицированные и особо квалифицированные виды составов преступлений против здоровья человека // Законодательство .- 2003 .- N 10. - С. 77.


[1] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (принят ГД ФС РФ 24.05.1996) (ред. от 09.11.2009) (с изм. и доп., вступающими в силу с 17.11.2009)// СЗ РФ.- 1996.- № 25.- Ст. 2954.

[2] Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступления.- М., 1972.- С. 7-8.

[3] Рарог А.И. Квалификация преступлений по субъективным признакам.- СПб., 2003.- С. 16-17.

[4] См. Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика.- М., 2005.- С. 22-24.

[5] См.: Сабитов Р.А. Теория и практика квалификации уголовно-правовых деяний.- М., 2003.- С. 7.

[6] См.: Лаптева Е.Н. К вопросу о понятии и видах избыточной квалификации преступлений // Проблемы юридической техники в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве.- Ярославль: Изд-во Яросл. ун-та, 1996.- С. 44.

[7] Уголовное право России. Особенная часть / Под ред. профессора А.И. Рарога. - М.: Эксмо, 2007.- С. 367-370.

[8] Кабурнеев Э. В. Проблемы квалификации по объективным признакам преступлений против жизни, предусмотренных специальными нормами УК РФ // "Черные дыры" в Российском законодательстве .- 2007 .- № 1. - С. 142-144.

[9] Бородин С.В. Преступления против жизни.- М.: Юристъ, 2000.- С. 205-207.

[10] Расторопов С. В. Квалифицированные и особо квалифицированные виды составов преступлений против здоровья человека // Законодательство .- 2003 .- N 10. - С. 77.

[11] Борзенков Г. Особенности квалификации убийства при конкуренции или сочетании нескольких квалифицирующих признаков // Уголовное право.- 2007.- № 5.- С. 7-11.

[12] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2007 N 45 "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений" // Российская газета.- 2007.- № 260.

[13] Федеральный закон от 08.12.2003 N 162-ФЗ (ред. от 27.07.2009) "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 21.11.2003) // СЗ РФ.- 2003.- № 50.- Ст. 4848.

[14] Борзенков Г. Проблемы квалификации преступлений против жизни и здоровья, совершенных из хулиганских побуждений // Законность.- 2008.- №5.- С. 25-30.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий