регистрация / вход

Особенности конституционно-правового статуса женщин в зарубежных странах, в гражданской, политической, экономической, социальной и культурной сферах

Права женщин в системе конституционных прав человека. Развитие прав женщин за рубежом. Изменение в положении женщин в XX веке под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции. Нормы о равноправии по расовому, половому и другим признакам.

Содержание

Введение

1. История развития конституционных прав женщин за рубежом

2. Гражданские и политические права женщин по конституциям зарубежных стран

3. Экономические, социальные и культурные права женщин по конституциям зарубежных стран

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Права женщин в системе конституционных прав человека относятся к правам человека третьего поколения, к так называемым коллективным правам, которые включают право на мир, на национальное самоопределение, на здоровую окружающую среду, на свободу от дискриминации по половому, возрастному, национальному признаку. Эти права адресованы не столько индивиду, сколько определенным социальным группам, нуждающимся в дополнительных гарантиях для защиты своих прав.

Впервые вопрос о правах женщин как неотъемлемой части прав человека был поставлен в Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, принятой ООН в 1979 г. Международное сообщество стало заниматься их правовым обеспечением — далеко не во всех странах мира идеи равенства полов оформлены на конституционном уровне.

Поэтому целью данной работы является выявление механизмов конституционного закрепления прав женщин в Основных Законах различных стран, а также их реального состояния. Сравнительно-правовое исследование этого института актуально не только для зарубежных стран, но и для России, поскольку еще в 2006 году Президент, а ныне Председатель Правительства РФ В. В. Путин особо подчеркнул в одном из своих выступлений, что «права женщин требуют особой защиты».[1]

Для конституционного развития любой страны опыт других государств в той или иной правовой сфере, если он признан заслуживающим внимания, а – главное! – действенным, заслуживает самого пристального внимания в целях его дальнейшего изучения и последующего применения с учетом особенностей данного региона.

Структурно работа состоит из трех разделов. Первый раскрывает исторические аспекты озвученного в названии вопроса, во втором и третьем содержится систематизированное изложение особенностей конституционно-правового статуса женщин в зарубежных странах, соответственно, в гражданской и политической, а также экономической, социальной и культурной сферах.

1. История развития конституционных прав женщин за рубежом

Права человека с позиции международного права - это права, существенные для характеристики правового положения лица в любом современном обществе. Различные общества имеют разные социальные возможности для обеспечения прав человека. Но в принципе для государств характерно определенное совпадение взглядов на то, какие права должны быть предоставлены индивидам и закреплены в национальных законах. Реальное обеспечение этих прав может быть различным. Оно основывается на уровне развития данного общества, на него оказывают влияние национальные, религиозные и другие особенности.

Такая оговорка точна вообще и вдвойне — применительно к правам человека – женщины. Достаточно вспомнить в этой связи не только деспотии Востока и период средневековья, но и демократии Греции и Рима, которые, как известно, были властью народа только для мужчин. Недалеко ушли от них и революционные в вопросе прав другой половины человечества - мужчин - Франция и США. Напомним, что во Франции женщины получили право голоса через 150 лет после Великой французской революции, а в США женщины только в 90-х годах XX века получили по закону право на отпуск по беременности и родам.[2]

Если говорить об исламской цивилизации в арабских и многих азиатских странах, то характерное для граждан этих стран мусульманское право призвано не только детально регулировать их поведение, но и обусловливать добровольное подчинение мусульманина предписаниям ислама, т. е. лежать в основе внутренней мотивации его действий. В середине XIX века в наиболее развитых странах арабского востока мусульманское право, занимавшее прежде государственные позиции в правовой системе, постепенно начало уступать место законодательству, заимствующему западноевропейские образцы. Однако эта перестройка не коснулась важнейшего института мусульманского права - «права личного статуса». Данная отрасль, помимо семейных отношений, включает комплексы норм, регулирующих правоспособность и ее ограничения, вопросы опеки и попечительства, наследования и завещания. Это нормы, допускающие полигамию, правила, согласно которым одной из центральных фигур при заключении брака является опекун невесты (функцию которого выполняет ее отец или другой ближайший родственник по мужской линии), непризнанием брака между мусульманкой и немусульманином, обязанностью жены повиноваться мужу и следовать за ним при перемене местожительства и т. д., что более чем далеко от пронизывающей международное право идеи равноправия людей независимо от пола, религии, расы и т. д.

Существенные изменения в положении женщин произошли во многих странах мира уже в XX веке, во многом под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции. В числе первых декретов Советской власти были изданные в декабре 1917 года Декрет о гражданском браке, о детях, и о ведении книг, а также Декрет о расторжении брака. Этими декретами были отменены действовавшие до революции законы, ставившие женщину в неравноправное положение с мужчиной в семье, в отношении детей, в правах на имущество, при разводе, и даже при выборе места жительства. После Октябрьской революции женщины России впервые приобрели право свободно выбирать профессию, получать образование. Равенство женщин с мужчинами в политических, гражданских правах было закреплено первой советской конституции, принятой в июле 1918 года. В статье 64 Конституции РСФСР 1918 года было особо подчеркнуто, что правом избирать и быть избранными пользуются «обоего пола граждане». Советская Россия оказалась в первой пятерке стран мира, предоставивших женщинам право избирать и быть избранными в представительные органы власти (напомним, что первой в этом отношении стала Новая Зеландия, отменившая половой ценз в 1893 г.).

Однако в западном обществе, в законодательной и судебной практике господствовали старые патриархальные представления о ролевых функциях каждого из полов, и соответственно, обусловленных этим традиционных правах и обязанностях мужчин и женщин. Даже в весьма прогрессивных в этом отношении Скандинавских странах термин «кормилец» отождествлялся вплоть до 70-х гг. XX века в законах и правоприменительной практике только с лицом мужского пола - мужем и отцом.

США предоставили избирательные права женщине в 1920 году, Швеция – в 1921 г., Англия – в 1928, Франция - в 1944, Италия - в 1945, Греция - в 1956. Дольше всех среди европейских стран «сопротивлялась» признанию формального равенства прав мужчин и женщин Швейцария.

Избирательное право в Швейцарии ранее было предоставлено женщинам во многих кантонах, а на национальном уровне первая такая попытка в 1959 г. окончилась неудачей. Только три кантона - Во, Невшатель и Женева тогда имели положительное мнение по этой проблеме. Мотивами отказа являлись: сами женщины не хотят иметь такого права (опросы на этот счет неоднократно проводились); женщины не разбираются в политике, и их место - домашний очаг; они не служат в армии, и, следовательно (противники предоставления права находили в этом связь), существует очевидное неравенство по отношению к родине; введение такого права благоприятствует политическому соперничеству.[3]

Лишь в 1968 году после неоднократных безуспешных попыток мужчины-парламентарии Швейцарии проголосовали, наконец, за предоставление женщинам избирательных прав, и тем самым все-таки признали женщин гражданками и личностями, а соответствующее изменение Основного Закона страны было осуществлено в 1971 г. на всеобщем референдуме.[4] И только в 1981 г. была принята поправка в Конституцию Швейцарии о равенстве в правах мужчин и женщин. На уровне кантонов данная поправка была окончательно закреплена в 1989 г. Побудительным мотивом явилось решение Федерального суда от 27 ноября 1989 г. о противоречии конституции нормы о лишении женщин избирательного права в полукантоне Аппенцепль-Интерроден.

В Норвегии до 1902 года действовали законы, допускавшие к занятию высших государственных должностей «норвежских граждан», это понятие трактовалось на практике идентично понятию «норвежские мужчины». Не лучше была ситуация в данном вопросе и в других, по нынешней терминологии, цивилизованных странах.

Весьма показательно в этом отношении дело 1928 г. о толковании Верховным судом Канады термина «лица» в ряде законов, регламентирующих формирование высшей палаты парламента — Сената. Согласно статье 24 Закона о Сенате генерал-губернатору Канады принадлежит право время от времени назначать от имени королевы квалифицированных лиц («Persons») в Сенат. В 1928 году пять ведущих суфражисток Канады обратились в правительство страны с требованием назначить в Сенат женщину. Правительство Канады усомнилось в том, допускает ли такую возможность закон, и обратилось в Верховный суд с просьбой дать толкование термину «лица». Верховный суд Канады пришел к выводу, что в 1928 году термин «лица» должен иметь то же значение что и в Законе о Сенате 1867 года, а последний толковаться так же, как Конституционный билль 1791 года и Акт о союзе 1840 года. Исходя из этого, Верховный суд Канады дал на запрос правительства страны отрицательный ответ. Правда, вскоре позиция высших органов государственной власти Канады изменилась. В 1930 году решением комитета тайного совета при генерал-губернаторе по делу Edward's Attorney General of Canada было провозглашено, что термин «лица» включает и лиц женского пола, так как исключение женщин из общественных служб представляет собой «реликт времен варварства».

Разумеется, сегодня данная дефиниция не подвергается сомнению подавляющим большинством государств, но каждое из них наполняет ее собственным содержанием, которое и будет рассмотрено ниже.

2. Гражданские и политические права женщин по конституциям зарубежных стран

Гражданские и политические права – важная категория субъективных прав и свобод каждого человека независимо от его пола. Их вполне правомерно рассматривать как обеспеченную человеку законом и публичной властью возможность участвовать (как коллективно, так и индивидуально) в общественно-политической жизни государства и в осуществлении государственной власти. Политические права граждан являются непременным условием функционирования всех других видов прав, поскольку они составляют органическую основу демократии и выступают как ценности, которыми власть должна ограничивать себя и на которые она должна ориентироваться. Политические права обычно признаются лишь за гражданами, поэтому данную категорию прав вполне можно рассматривать как гражданско-политические. К ним относят: право граждан участвовать в управлении делами государства, осуществлять избирательное право; право свободы собраний, митингов, демонстраций; свободу союзов и ассоциаций; право петиций.

Наиболее важным из них является, бесспорно, первое, однако прежде, чем говорить о его реализации в отношении женщин, следует обратиться к наиболее общему принципу, провозглашаемому сейчас большинством государств – равноправию граждан независимо от пола, расы, возраста и т. п. в аспекте рассматриваемой нами темы.

В конституции ФРГ принцип равноправия зафиксирован следующим образом: во-первых, «все люди равны перед законом» (абз. 1 ст. 3); во-вторых, «мужчины и женщины равноправны» (абз. 2 ст. 3). В акте четко установлено, что «никому не может быть причинен ущерб или оказано предпочтение по признакам пола, происхождения, расы, языка, места рождения и родства, вероисповедания, религиозных или политических взглядов» (абз. 3 ст. 3).[5] Кроме того, Основной Закон особо подчеркивает, что государство содействует действительному осуществлению равноправия женщин и мужчин и принимает меры для устранения существующих недостатков. Таким образом, конституция ФРГ выносит положение о равноправии женщин и мужчин в ранг приоритетных целей государственной политики. Сходные положения содержатся в конституции Португалии, где одной из задач Президента Республики является содействие поддержанию равенства мужчин и женщин.[6]

Нормы о равноправии по расовому, половому и другим признакам содержатся также в конституциях Франции, Бельгии, Греции, Исландии, Болгарии, Индии, Швейцарии и многих других.[7] Но в отдельных государствах формулировка этой нормы имеет свои особенности. Так, конституция Франции в своей преамбуле гласит: «Закон гарантирует женщине во всех областях равные права с мужчиной».[8] Как видно из приведенной фразы, здесь говорится не о каком-то абстрактном равенстве, а о конкретном равноправии полов. Сходным образом построена и норма конституции Греции: «Греки и гречанки имеют равные права и обязанности».[9] И аналогично подчеркивает равный статус именно мужчин и женщин конституция Норвегии: «Избирательное право принадлежит норвежским гражданам, мужчинам и женщинам, которым самое позднее в год выборов исполнилось 18 лет».[10]

С другой стороны, отдельные конституции включают в такие нормы некоторые оговорки. Приведем для примера конституцию Индии. Уже во второй части ст. 15, где провозглашается запрет дискриминации по половому признаку указан, как представляется некоторым авторам, закрытый перечень того, в чем данный запрет должен выражаться: «Ни один гражданин только по мотивам… пола… не может быть в какой-либо мере лишен правоспособности, не должен нести особых обязанностей, не может быть подвергнут ограничениям или поставлен в особые условия в отношении:

а) доступа в магазины, рестораны, гостиницы и места общественного увеселения или

b) пользования колодцами, водоемами, купальнями, дорогами и местами общественного отдыха, содержащимися полностью или частично за счет государственных средств или открытыми для общественного пользования».

Таким образом, возникает вполне закономерный вопрос: может ли дискриминация по половому признаку проводиться во всех остальных, гораздо более значимых сферах политической и общественной жизни общества? Более того, ч. 3 данной статьи устанавливает: «Ничто в настоящей статье не препятствует Государству издавать особые постановления, касающиеся женщин».[11] Итак, Индия, по-видимому, оставляет право за высшими органами власти изменять по своему усмотрению правовой статус женщин, в том числе и в сторону отъятия у них политических или иных прав, признаваемых за ними по международным документам.

Что касается избирательного права, то, как уже говорилось, в первом разделе данной работы, в большинстве стран мира оно женщинам законодательно предоставлено. Например, конституция Австрии гласит: «Направляемые в Европейский парламент от Республики Австрия депутаты избираются в соответствии с принципами пропорционального представительства на основе равного, прямого избирательного права путем лично осуществляемого тайного голосования мужчин и женщин, которым к 1 января года выборов исполнилось полных 18 лет и которые обладают на день выборов или австрийским гражданством и в соответствии с правом Европейского Союза не лишены избирательного права, или гражданством другого государства - члена Европейского Союза и в соответствии с правом Европейского Союза имеют право избирать».[12] Но нередко юридическое равенство на практике не реализовывается, превращаясь в фикцию.

Одна из известных общественных деятельниц ФРГ Дебора Таннен заметила, что: «Признаки хорошего мужчины и хорошего политика идентичны, а вот женщине приходится решать, хочет ли она слыть сильным руководителем или добропорядочной женщиной».[13]

Прошло уже более 50 лет с тех пор, как в Основной закон (Конституцию ФРГ) было включено положение о равноправии полов. За это время юридически равноправие почти реализовано: нет больше законов, непосредственно фиксирующих неравенство женщин или отводящих им определенную роль. Но существует социальное неравенство, причина которого кроется в сложившихся структурах мира труда и общества, в стереотипах мышления и поведения. Здесь еще наблюдается "дефицит справедливости", который накладывает отпечаток на проводимую в ФРГполитику уравнивания в правах.

Этот дефицит справедливости можно наблюдать и в парламенте Германии. "Совершенно определенно, что история парламентской демократии - это мужская история", - пишет К. Тимм.[14] Впервые женщины появились в законодательном органе Германии (тогда Национальном собрании) в период существования Веймарской республики и составили "целых" 8,75% от общего числа депутатов (37 из 423). На протяжении многих лет эта квота не менялась. Достаточно сказать, что в 1980 г. она составила 8,4%. До паритетной демократии Германии далеко и сегодня: в 1997 г. женщины составляли лишь около 26% от общего количества депутатов бундестага.

Положительные сдвиги в этом направлении, несомненно, имеют место. В партийном спектре это выглядит следующим образом: фракция ПДС - 43% женщин; фракция Союза 90/Зеленые - 37,7%; СДПГ - 22%; СВДП - 18%; ХДС/ХСС - 15% женщин.[15] Таким образом, наиболее близка к осуществлению равного представительства женщин ПДС - преемник СЕПГ, партии Хонеккера в бывшей ГДР. Менее всего отвечают требованиям паритетной демократии традиционно-консервативные партии Западной Германии - ХДС и ХСС.

В составе муниципальных советов Великобритании также крайне низок процент женщин: они составляют лишь 1/8 часть советников.

В выборах в Палату представителей Японии 2000 г. приняло участие 54,6% избирателей, хотя и отмечена высокая активность избирательниц. Из 202 кандидатов-женщин 35 стали депутатами, в том числе 16 впервые. По итогам парламентских выборов 2000 г. в составе Парламента оказалось 35 представительниц прекрасного пола (7% общей численности парламентариев). Это второй самый крупный результат за всю послевоенную историю. Первый крупный успех женщин на парламентских выборах был зафиксирован в 1946 г., когда в Палату представителей были избраны 39 женщин.[16] Однако за последние 10 лет в Японии значительно увеличилось число женщин, занимающих ответственные должности в государственных организациях и частных компаниях, а также в политических инстанциях. Среди государственных служащих на долю женщин приходится 12%, а среди судей их более 8%. Эти цифры внушают определенный оптимизм в дальнейшем повышении уровня реального равноправия женщин и мужчин.

В ст. 48 конституции Китая указано, что женщины пользуются равными с мужчинами правами во всех областях политической, экономической, культурной, общественной и семейной жизни, а государство охраняет права и интересы женщин, обеспечивает им равную с мужчинами плату за равный труд, воспитывает и выдвигает кадровых работников из числа женщин. В какой мере это реализуется, можно видеть хотя бы из того факта, что в руководстве страны за полвека после победы коммунистов в гражданской войне не было и нет женщин, за исключением Цзян Цин, которая выдвинулась во время «культурной революции» благодаря тому, что была супругой руководителя КНР Мао Цзэдуна.

Закон о выборах предусматривает, что в составе депутатов Всекитайского Собрания Народных Представителей и местных собраний народных представителей женщины должны иметь надлежащее количество мест и коэффициент их представительства должен постепенно повышаться. Правда, каков этот коэффициент, закон не говорит, оставляя решение вопроса на усмотрение политических сил.[17]

Однако некоторые государства предоставляют дополнительные гарантии пассивного избирательного права женщин. В некоторых мусульманских странах (Бангладеш, Пакистан) определенное число женщин-депутатов в нижнюю палату избирается самим парламентом. В Бангладеше из 330 мест в Парламенте 30 зарезервировано для представительства женщин; на эти места производится кооптация самим Парламентом.[18]

И, по сообщениям журнала Nation, в ходе обсуждения реформы законодательства по формированию органов власти в Пакистане и предстоящей отмены разделения электората на мусульман и не-мусульман, неправительственные организации и другие институты гражданского общества выразили озабоченность недостаточной представленностью женщин в парламенте страны. В совместном заявлении несколько правозащитных организаций потребовали 33%-ной квоты для представительства женщин в Национальной Ассамблее, Сенате и провинциальных законодательных органах, что будет реально способствовать расширению возможностей участия женщин в политической жизни и превращению их в равноправных партнеров в управлении государством.

По конституции Индонезии Президент назначает членами Народного консультативного совета (основные функции: 1) принятие и изменение конституции; 2) определение генерального курса государственной политики; 3) избрание президента и вице-президента) представителей провинций и отдельных групп населения, в том числе и женщин.[19]

Согласно конституции Индии, предусмотрено резервирование мест в легислатуру федерации и субъектов. «Не менее одной трети от общего числа мест, зарезервированных в соответствии с пунктом 1 (в отношении племен и каст), должно быть зарезервировано для женщин, принадлежащих к кастам, указанным в списках, или в случае необходимости к племенам, включенным в списки. Не менее одной трети (включая число мест, зарезервированных за женщинами, принадлежащими к кастам и племенам, включенным в списки) от общего числа мест, замещаемых путем прямых выборов в каждом Панчаяте, должны быть зарезервированы за женщинами, и такие места могут быть распределены путем ротации между различными избирательными округами в Панчаяте».[20] И такое же положение содержится в ней в отношении муниципалитетов.[21] Однако в отдельных районах по традиции замужние женщины не должны называть свое имя или открывать лицо, а потому не могут использовать свое право голоса.

Любопытную норму представляет собой одна из обязанностей каждого гражданина Индии - отказ от практики нарушения достоинства женщин.[22] Таким образом, государство официально признает данную практику (впрочем, с учетом особенностей этнического, культурного и религиозного развития Индии ее можно понять) и путем возведения ее недопустимости в ранг конституционной обязанности пытается бороться с ней.

Сравним данную норму с ч. 3 и 4 ст. 49 Конституции Китая. В ней содержится запрещение жестоко обращаться с женщинами. Это тоже своеобразная черта содержания китайской Конституции. Последняя норма наводит на предположение о том, что с мужчинами жестоко обращаться можно; впрочем, разработчики текста Конституции вряд ли имели это в виду.[23]

В перечисленных выше случаях резервирования мест в законодательных органах власти Бангладеша, Пакистана, Индонезии и Индии находит свое отражения практическая рекомендация Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, принятой ООН в 1979 г. В Конвенции четко сказано, что в национальном законодательстве вполне допустимо использование особых мер и процедур, которые способствуют фактическому выравниванию статуса мужчин и женщин. В том числе - квот для женщин в представительных или законодательных органах и структурах исполнительной власти; в списках кандидатов в депутаты; в руководящих органах партий, движений.

Правительства целого ряда стран мира всерьез восприняли все эти рекомендации международного сообщества и попытались с помощью специальных законодательных актов и практических мер установить баланс в социальных позициях мужчин и женщин в своих странах. Один из последних законов такого типа был принят 6 июня 2000 года Национальным собранием Франции. Закон называется «О паритете между женщинами и мужчинами». Он направлен на обеспечение паритетного, то есть абсолютно равного - 50/50 - представительства женщин и мужчин на всех выборных должностях. При этом важно обратить внимание на следующее: недостаточно, чтобы 50 % кандидатов были женщины, т.к. они могут располагаться во второй половине списка, что может повлиять на то, что предпочтение будет отдано мужчинам. Следовательно, кандидаты-мужчины и кандидаты-женщины должны чередоваться. Такая поправка впервые была учтена на муниципальных выборах в марте 2001 года.

Однако это касается только выборов в муниципальные органы Франции, в сенат и выборов в Европарламент.

В противоположность тому выборы в национальное собрание не могут регулироваться процентным соотношением кандидатов в списке. Но для тех партий, которые не придерживаются принципа паритета при выдвижении кандидатов, предусмотрены законом денежные штрафы. В случае если разница между количеством мужчин и женщин составит 2 или более процента, общественные льготы (субсидии) «проштрафившимся» партиям снижаются.

Как же обстоят дела в Германии? Для осуществления политического равноправия здесь не делается ставка на положения закона. Решение этой проблемы передано в руки партий. Но каждая партия идет своим путем, т. к. у каждой партии своя идеология и свои приоритеты, а соответственно и различный образ действий.

В 1980 году партия Зеленых впервые ввела в своих избирательных списках паритет 50/50. Затем, в 1988 году, социал-демократы разработали систему более гибкого регулирования избирательных квот: сперва избирательная квота составляла 30 %, а затем 40 %. В избирательных земельных списках в парламент женщины и мужчины должны чередоваться, и каждое пятое место должно быть занято либо мужчиной, либо женщиной. Это же положение касается и федеральных списков для выборов в Европарламент (Положение о порядке проведения выборов, параграф 4).

В ХДС действует внутрипартийный «кворум», согласно которому каждое третье место на выборах должно принадлежать женщине. Если это место в первом туре не будет занято женщиной, то во втором туре оно может быть занято мужчиной.

Наиболее строгие правила действуют в партии Зеленых /Союз 90/ и в партии демократического социализма (ПДС). В этих партиях доля женщин обязательно должна составлять 50%, что и выполняется. Устав партии Зеленых требует, чтобы женщины паритетно были представлены и в партийных комиссиях.

У либералов и ХДС более лояльные требования: в Свободной Демократической Партии число женщин учитывается при распределении мандатов и при составлении комиссий. В ХДС/ХСС, баварского аналога вышеупомянутой партии ХДС, речь идет даже не о каких-то положениях устава, а всего-навсего о рекомендациях.

Таким образом, мы можем сделать вывод: решение проблемы равного участия мужчин и женщин в выборах в парламент предоставлено партиям. В противовес этому во Франции было найдено государственное решение этой проблемы.[24]

Обратимся к примеру США. В каждой из двух партий страны, республиканской и демократической, имеются национальные комитеты. В Национальный комитет Демократической партии избираются по одному мужчине и одной женщине от каждого штата (с начала 70-х гг. в обеих партиях введено правило о необходимости обеспечения равного представительства женщин и мужчин от каждого штата). Судебная практика твердо занимает позицию недопустимости дискриминации по признаку пола. Например, в октябре 1996 г. Верховный суд США обязал администрацию Военного института штата Виргиния отменить запрет на прием женщин, расценив его как антиконституционный.[25]

С другой стороны, «самая демократичная страна мира» до сих пор не содержит в своей конституции нормы о равноправии мужчин и женщин. В 1972 г. Конгресс одобрил поправку к конституции об установлении равных прав женщин с мужчинами. Но 3/4 штатов в течение 10 лет не ратифицировали эту поправку, и в связи с истечением установленного для ратификации срока (1982 г.) вопрос о принятии указанной поправки был снят с повестки дня. В то же время Основные законы 17 штатов провозглашают равноправие женщин с мужчинами.

В Конституции Италии специально подчеркиваются равные возможности мужчины и женщины в поступлении на государственную службу: «Все граждане обоего пола могут на равных условиях поступать на службу в государственные учреждения...» (ст. 51).

Это различие объясняется тем, что во Франции и южно-европейских странах национальные связи, как наиболее предпочитаемая форма социальных взаимоотношений, исключают любую форму посредничества между личностью и нацией. Только государство и общественно-политическая сфера являются носителем легитимного представительства и определяют его общественное место. В противоположность этому существование общественных групп в англо-говорящих странах, Северной Европе и Германии не воспринимается как противоречащее национальным идеям и государственному мнению.[26] Государство просто следит за развитием общественных принципов. Вследствие этого сформировалось единодушное общественное мнение, что при возникновении какой-либо проблемы, она должна непременно решаться. И это решение каждая сторона (например, партия) принимает по-своему.

Таким образом, мы видим, что даже в борьбе за равноправие полов в политической сфере, проявляются национальные исторически обусловленные модели поведения, чего нельзя не учитывать. В качестве объяснения можно назвать причины, связанные с религией: это низкое количество женщин-депутатов в странах с традиционно католическим вероисповеданием, и высокое количество женщин-депутатов в странах протестантского вероисповедания, так что налицо конфессиональные различия между Северной и Южной Европой. То же самое можно сказать и об арабских странах, где традиционно сильны позиции ислама. Сравнивая международный опыт, можно сказать, что государства идут к цели достижения подлинного равноправия полов различными путями, которым соответствуют существенные различия в отношениях между государством и обществом.

3. Экономические, социальные и культурные права женщин по конституциям зарубежных стран

Большое значение имеет равноправие женщин и мужчин во всех областях хозяйственной и культурной жизни как обеспечение их политического равенства. Социальные и экономические права определяют положение человека в сфере труда и быта, занятости, благосостояния, социальной защищенности. Культурные права гарантируют духовное развитие.

Осуществление подлинного равноправия женщин и мужчин возможно лишь на основе специальных законодательно зафиксированных гарантий: государственной охраны интересов матери и ребенка, заботы о состоянии их здоровья, предоставления женщине при беременности и после родов отпусков с сохранением содержания и т. п. Данные гарантии не являются особыми привилегиями для женщин, а необходимы для обеспечения действительного равноправия в связи с особенностями женского организма и выполнением женщинами функций в обществе.

Так, в соответствии с конституцией Венгерская Республика обеспечивает равноправие мужчин и женщин в отношении всех гражданских и политических, а также экономических, социальных и культурных прав. При этом гарантируется на основе особых предписаний поддержка и защита матерей до и после рождения ребенка.[27] Особыми нормами обеспечивается охрана женщин в труде.

Конституция Италии гласит, что «трудящаяся женщина имеет те же права и при одинаковом труде получает одинаковое с трудящимся мужчиной вознаграждение. Условия труда должны позволять ей выполнять главную для нее семейную функцию и должны обеспечивать надлежащую охрану интересов матери и ребенка».[28]

На уровне Евросоюза Европейская хартия прав 2000 г. в титуле III «Равенство» также устанавливает равенство прав.[29] Равенство между мужчинами и женщинами во всех областях, включая занятость, труд и вознаграждение, провозглашает ст. 23. Однако этот принцип по комментариям европейских парламентариев не исключает сохранение или принятие мер, предусматривающих специальные преимущества и пользу того или иного пола. Впрочем, Испания была признана нарушителем ст.1, когда в законодательном порядке запретила прием на работу в гражданскую службу замужних женщин.

По конституции Бразилии «законодательство о труде и социальном обеспечении должно исходить из следующих положений, не считая других принципов, направленных на улучшение условий жизни трудящихся:

…X. Устанавливается право женщины на отпуск до и после родов с сохранением работы и заработной платы.

…ХIY. Обеспечивается медицинское и санитарное обслуживание, включая госпитализацию и профилактическое лечение трудящихся и беременных женщин».[30]

В Исландии в 1976 г. был принят Закон о равенстве женщин и мужчин, где записано, что они имеют равные права и возможности в отношении найма на работу, образования и получения равной оплаты за равный труд.

И в конституции Болгарии также зафиксированы, при общем равенстве мужчин и женщин, дополнительные гарантии для последних: «Женщина-мать пользуется особым покровительством и защитой государства, которое обеспечивает ей оплачиваемый отпуск в связи с беременностью и родами, бесплатную акушерскую помощь, облегчение условий труда и другую социальную помощь».[31]

Многие конституции устанавливают следующее положение: «Женщины и мужчины, взрослые и несовершеннолетние имеют право на равное вознаграждение за труд равной ценности».[32] Однако в некоторых современных странах существует фактическое неравенство женщин, которое особенно наглядно в сфере социально-экономической. Так, женщины, как правило, получают меньшую заработную плату за тот же труд, что и мужчины.

Гендерный разрыв в оплате труда является наибольшим среди самых доходных и высокопрофессиональных групп. При этом женщины по-прежнему не могут пробиться в сферу высшего менеджмента. И в США, и в Германии доля женщин, занимающих президентские посты в самых крупных компаниях, составляет вот уже много лет менее 3%. Более лучшие возможности открыты для ряда женщин в среднем менеджменте в торговле и финансах. И все-таки в этих сферах их всего 30% в Европе и 40% в США. В среднем женщины получают от 50 до 80% заработка мужчин. На долю женщин приходится 2/3 всех неграмотных взрослых. Из 100 млн детей, не имеющих возможности получить начальное образование, 60% составляют девочки. Законодательство же о равных правах и равных возможностях для женщин и мужчин работает только в общественном секторе экономики, а в частном оно не действует.[33]

Источником гендерной асимметрии являются иногда государственные структуры, например, в фундаменталистских странах, где женщины лишены в ряде случаев права на образование, участие в общественной жизни, работу вне дома и т. д. Но чаще всего источник гендерной асимметрии — скрытая дискриминация и патриархатные установки, господствующие в общественном сознании, которые являются проводниками практических действий.[34] И здесь даже эффективные законодательные меры могут не находить должного отклика в общественной практике.

О том, что другие, кроме законодательных, меры могут быть весьма эффективными для решения проблем занятости и условий труда, в том числе сестринского персонала, свидетельствует, в частности, дело, рассмотренное в конце 80-х годов по иску ассоциации медицинских сестер канадской провинции Онтарио Трибуналом по равной оплате (Pay Equity Tribunal).[35]

В иске ассоциации оспаривалась схема оценки труда, которая отдавала приоритет труду врачей-мужчин, не учитывая многого, что делается женщинами-сестрами для выздоровления больных. Удовлетворяя иск. Трибунал в своем решении от 29 мая 1991 года указал, что на службу здравоохранения, службы социального и прочего обслуживания не должны автоматически переноситься критерии оплаты труда в промышленности и ином производстве. В противном случае учитывается далеко не все, что составляет ценность труда, недооценивается вклад женщин и соответственно сестринский персонал получает искусственно заниженную оплату своего труда. Комментируя это решение Трибунала по равной оплате, канадский социолог Р. Армстронг отмечает, что женщины сами далеко не всегда сознают, какой труд они выполняют на службе и дома. Поэтому часто не могут выразить свои действия в минутах, как этого требует статистический учет в сфере труда. Тем более не сознают всего объема трудовых усилий женщин мужчины.[36]

Отметим со своей стороны, что данное решение создало необходимый прецедент, имеющий сейчас важное значение при рассмотрении подобных исков о неравенстве в оплате труда женщин и мужчин в канадских судах.

В связи с вышеизложенным большой интерес представляет закрепление социального статуса женщины в конституции Ирландии. Согласно данному документу, государство признает Семью (именно с большой буквы) как естественный первоисточник и объединяющую основу общества, а также как нравственный институт, обладающий неотъемлемыми и неотчуждаемыми правами, предшествующими всякому позитивному праву и высшими по отношению к нему. Государство гарантирует защиту Семьи, ее организацию и авторитет как необходимую основу социального порядка, незаменимую для процветания народа и государства. В частности, государство признает, что женщина ее домашней жизнью оказывает государству поддержку, без которой нельзя достигнуть общего блага. Государство должно прилагать усилия к тому, чтобы матери не были вынуждены экономической необходимостью заниматься работой в ущерб их домашним обязанностям.[37]

В целях гарантирования равенства членов семьи государство, в частности, должно направлять свою политику на обеспечение того, чтобы граждане (все - мужчины и женщины - в равной степени имеют право на соответствующие средства существования) могли посредством своих занятий найти средства для разумного обеспечения своих домашних потребностей.[38]

Такие же цели ставятся перед государством и конституцией Индии. Государство должно направлять свою политику на обеспечение:

— равного права граждан — мужчин и женщин — на адекватные средства к жизни;

— равной оплаты равного труда мужчин и женщин.[39]

Декларативный характер конституционных норм о равенстве социального статуса женщин и мужчин наиболее ярко прослеживается на примере конституции Японии. В ст. 24 Конституции особо гарантируется равноправие мужчин и женщин в семейных отношениях. В соответствии с этой статьей брак заключается только при взаимном согласии обеих сторон и существует при условии взаимного сотрудничества, в основу которого положено равенство прав мужа и жены. В отношении выбора супруга, имущественных прав супругов, наследования, выбора местожительства, развода и других брачно-семейных вопросов законы должны основываться на принципе личного достоинства и равенства полов.

При этом Закон допускает дискриминацию в отношении женщин, поскольку в соответствии с его положениями для натурализации жены японца нет такой льготы, как у мужа японки. Более того, указанные дискриминационные положения Закона нарушают положения ст. 14 и 24 Конституции, которыми гарантировано равенство всех перед законом и недопущение дискриминации в политическом, экономическом и социальном отношениях по мотивам расы, религии, пола, социального положения, а также происхождения.[40]

Сходное положение отмечает в своем исследовании конституции Бразилии известный исследователь Г. Дэзэн. Он говорит, что права и обязанности мужчины и женщины в браке одинаковы, однако действующий еще гражданский и гражданско-процессуальный кодекс дает мужчине явное преимущество.[41]

На примере Турции можно проследить действующую сегодня тенденцию в мусульманских странах к законодательному уравниванию в семейных правах мужчин и женщин. Новый Гражданский кодекс Турции, сменивший предыдущий, принятый еще в 1926 г., положил конец мужскому доминированию в браке, когда супруг официально признавался «главой семьи». По новому законодательству жена также получает право официально представлять семью, принимать участие в совместных решениях относительно места жительства семьи и сохранять свою девичью фамилию, которая будет присоединяться к фамилии мужа через дефис. Поднят также официальный возраст вступления в брак для женщин - с 15 до 18 лет. Однако самые большие споры вызвало предложение наделить женщин равными правами на имущество, нажитое в браке в случае развода - встретила ожесточенное сопротивление у законодателей националистического и исламистского толка, которые утверждали, что такая мера направлена на подрыв семьи. Все же данное предложение было принято, и теперь остается проследить, как оно будет реализовываться на практике.

В заключение хотелось бы охарактеризовать шведскую модель равноправия полов в экономической, социальной и политической сферах.

По международным стандартам Швеция является наиболее равноправной страной. Модель равных прав и возможностей Северных стран – это равенство, равноправие, равные права и возможности, равный доступ к власти женщин. Определяющими являются следующие обстоятельства:

1.Политика Правительства направлена на создание экономической самостоятельности женщин в браке – каждый человек имеет реальные возможности заработка денег, на создание достаточного количества мест в детских дошкольных учреждениях;

2. Реформа по социальному страхованию родителей.

В шведском кабинете министров есть пост Министра по равным правам и возможностям, функционирует Совет по равным правам и возможностям, имеющий консультативный характер.

Шведское Правительство имеет следующие планы по развитию равных прав и возможностей: 1. Равномерное распределение власти и возможностей влияния на Правительство по гендерному признаку – Кабинет состоит из равного количества мужчин и женщин. 2. В частном секторе работают по увеличению количества женщин-руководителей. 3. Обеспечение равных прав и возможностей женщин и мужчин на рынке труда.

В Швеции с начала 80-х годов вопросы равноправия составляют один из важнейших компонентов государственной политики. Правовой основой для ее проведения является Закон о равноправии 1991 года (с поправками от 1994 г.), нацеленный на занятость, условия труда и возможности служебного роста. В практическом плане Закон предусматривает разработку работодателями ежегодных планов мероприятий по обеспечению максимально сбалансированного представительства между полами.

В административном отношении контроль за соблюдением законодательства возложен на министра по вопросам равноправия и государственную комиссию по равноправию. Активизация женского движения в начале 70-х годов привела к существенному росту представленности женщин в политических партиях и парламенте Швеции. Так, с 1980 по 2000 число женщин парламентариев возросло с 25 до 43% при 48% женщин во фракции правящей социал-демократической партии.[42]

Очередным и более сложным этапом в повышении роли женщин в управлении обществом шведы считают достижение равного представительства полов на руководящем уровне в исполнительной власти. Этой цели служит принятая в 1998 году специальная правительственная программа[43] , предусматривающая:

1. регулярную статистическую отчетность перед парламентом о положении женщин в государственных органах управления;

2. этапные ориентиры в повышении пропорционального представительства женщин (30% - к 1992 г., 40% - у 1995 г. и 50% - в 1998 г.);

3. специальные мероприятия по достижению этих целей: контроль за правительственными назначениями со стороны министра по равноправию, государственная финансовая поддержка целевых программ неправительственных организаций по стимулированию женского представительства в структурах исполнительной власти и др.

Со времени принятия правительственной программы число женщин в «высших» эшелонах власти заметно возросло и в 1995 году составило: в правительстве 50% (11 из 22 министров нынешнего кабинета – женщины на уровне заместителей министров). В целом в 2000 году женщины составляли половину общего числа занятых в госслужбе, занимая при этом около 30% руководящих и старших должностных постов.

Большую роль играет омбудсман по вопросам равноправия, который ежегодно получает отчеты работодателей по гендерной статистике работающих у него на предприятии работников, а также гендерные статистические данные по увольнению работников. Увольнение работника по гендерному признаку карается законом. Все судебные издержки такого разбирательства несет профсоюз той организации, которая уволила работника, и структура омбудсмана по вопросам равноправия, которой на эти нужды Правительство выделяет специальное финансирование.

Итак, можно сделать вывод, что социальная роль женщин и их положение в обществе постоянно меняются со временем, сегодня равенство экономических, социальных и культурных прав и возможностей мужчин и женщин признаются практически всем цивилизованным сообществом, однако, в обществе все еще остаются и мешают ему полноценно жить и развиваться различные предрассудки и стереотипы.

Заключение

На национальном уровне, в различных странах процесс законодательного закрепления предоставления женщинам гражданских, политических, экономических, социальных и культурных прав зависел от степени господства в обществе старых «патриархальных» представлений о ролевых функциях каждого из полов, и соответственно, обусловленных этим традиционных правах и обязанностях мужчин и женщин. Огромное значение здесь имеет господствующая в том или ином обществе религия и национальные и культурные обычаи. В азиатских и африканских государствах прямая негативная дискриминация женщин чаще всего имеет корни в исламе и охватывает вопросы наследования, собственности на землю и семейные отношения.

Прямая позитивная дискриминация в пользу женщин чаще всего базируется на репродуктивной функции женщин (вспомним конституцию Ирландии). Однако все то, что касается ухода за детьми и их воспитанием, - сфера прав и обязанностей обоих родителей, и здесь возможны перегибы законодательства в обе стороны. В реальной жизни дифференцированный подход к конкретным индивидуумам и отдельным социальным слоям населения во многих ситуациях является необходимым средством для создания их более полного равенства.

Следуя закономерным тенденциям современности, государства мира на конституционном уровне проводят закрепление правового статуса женщин, каждое по собственным стандартам. Все конституции содержат общее положение о равенстве полов, но с теми или иными изъятиями, или же, наоборот, дополнительными гарантиями. Первые свойственны для стран с сильной позицией религиозных норм в недавнем политическом прошлом или в текущей реальности (арабский мир, страны с преобладающим католическим вероисповеданием), последние – для более современных стран т. н. «западной модели демократии». Вместе с тем скандинавские страны выработали свою собственную модель правового статуса женщин, основанной на планомерном проведении в жизнь принятой на государственном уровне концепции равного представительства мужчин и женщин во всех сферах общественной жизни, которая была нами рассмотрена на примере Швеции. На наш взгляд, именно эта концепция является наиболее приемлемой для установления реального гендерного равенства. Однако нельзя игнорировать и разработанные в конституционно-правовой практике прочих государств особенности закрепления прав женщин. Каждая из них вносит разнообразие, учитывающее национальные особенности определенной страны, и вряд ли будет считаться оправданным подводить под правовой статус женщин четко регламентированные стандарты.

Список использованной литературы

1. Европейская хартия прав 2000 г.

2. Конституция Австрии// http://www.uristys.ru

3. Конституция Бельгии от 17 февраля 1994 г. // http://www.uristys.ru

4. Конституция Венгерской Республики// http://www.uristys.ru

5. Конституция Греции от 11 июня 1975 г. // http://www.uristys.ru

6. Конституция Индии 1950 г.//Конституции зарубежных государств: Учебное пособие/Сост. проф. В.В.Маклаков. - 4-е изд., перераб. и доп. - М.: Волтерс Клувер, 2003.

7. Конституция Ирландии от 29 декабря 1937 г. // http://www.uristys.ru

8. Конституция Италии//Конституции зарубежных государств: Учебное пособие/Сост. проф. В.В.Маклаков. - 4-е изд., перераб. и доп. - М.: Волтерс Клувер, 2003.

9. Конституция Норвежского Королевства от 17 мая 1814 г.// http://www.uristys.ru

10. Конституция Республики Болгария от 13 июля 1991 г.// http://www.uristys.ru

11. Конституция Республики Исландия от 17 июня 1944 г.// http://www.uristys.ru

12. Конституция Португалииот 2 апреля 1976 г. // http://www.uristys.ru

13. Конституция Соединенных Штатов Бразилии от 18 сентября 1946 г. // http://www.uristys.ru

14. Конституция Французской Республики от 4 октября 1958 г. // http://www.uristys.ru

15. Конституция ФРГ от 23 мая 1949 г. // http://www.uristys.ru

16. Конституция Швейцарии от 18 апреля 1999 г. // http://www.uristys.ru

17. Закон Китайской Народной Республики о выборах во Всекитайское собрание народных представителей и в местные собрания народных представителей различных ступеней. Ст. 23// Новое законодательство КНР. Информационные материалы. Вып. 3. Ч. 1. М.: ИДВ РАН, 1995.

18. Гартмейер М. От формального гендерного равенства к настоящему (на примере Германии и Франции). Доклад // Сборник ежегодной научно-практической конференции «Женщина. Образование. Демократия». – М., 2004.

19. Гендерная политика: реалии дня и тенденции XXI века// Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ, № 4(160), 2002.

20. Гендерная экспертиза российского законодательства: теория и практика//Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ, № 4(160), 2002.

21. Иностранное конституционное право/ Под ред. проф. В. В. Маклакова. – М.: Юрист, 1996.

22. Килпатрик К. Эффективное использование равных прав: равное вознаграждение за труд равной ценности во Франции и Британии // Обеспечение равенства полов: политика стран Западной Европы. - Под ред. Ф.Гардинер. - М.: Идея-Пресс, 2000. - С.47-75.

23. Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Часть общая. Т. 1–2: Учебник для студентов юридическихвузови факультетов/Под ред. Б. А. Страшуна. - 4-е изд.,– М.: Норма, 2007.

24. Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Часть особенная. Учебник для студентов юридическихвузови факультетов/Под ред. Б. А. Страшуна. - 3-е изд., обновл. и дораб. – М.: Норма, 2008.

25. Матрикас А.А. Семья как ценность : состояние и перспективы ценностного выбора в странах Европы /А.А.Матрикас //Социс .- 2004. - С.65-72.

26. Поленина С.В. Развитие института прав женщин во взаимодействии международного и национального права // Права женщин в России. Законодательство и практика. – М,.1998. - № 3. - С.10-15.

27. Семитко А.П. Развитие правовой культуры как правовой процесс. Автореферат диссертации на соискание степени докт.юр.наук. – Екатеринбург, 1996. С.21.

28. Armstrong P. Women and Work: Learning from the Research Epxerimence // Investigating the Gender Bias. Vancouver, 1993.

29. Dezen Junior С. Direito Constitucional — 10 editao. – Brasilia, 1999.

30. Keesing's Record of World Events// The Nikkei Weekly, 2000. July 3.

31. Ontarii Nursis Assosiation v. Haldimond-Norfolc (0001-89 P. E. H. T.).

32. Tannen D.Du kannst mich einfach nicht verstehen.- Munchen: W. Goldmann Verlag, 1993.

33. Thimm C. Strategisches Handeln im politischen Konflikt. Frauen und Manner im kommunalen Parlament // Sprache im Konflikt. - Berlin, New York: Walter de Gruyter, 1995.


[1] 25.10 2006, 19:04 РИА «Новости».

[2] Семитко А.П. Развитие правовой культуры как правовой процесс. Автореферат диссертации на соискание степени докт.юр.наук. – Екатеринбург, 1996. С.21.

[3] Иностранное конституционное право/ Под ред. проф. В. В. Маклакова. – М.: Юрист, 1996. С. 124.

[4] СВ. Поленина. Развитие института прав женщин во взаимодействии международного и национального права // Права женщин в России. Законодательство и практика. – М,.1998. - № 3. - С.12.

[5] Конституция ФРГ от 23 мая 1949 г. Ст. 3.

[6] Конституция Португалииот 2 апреля 1976 г. Ст. 9.

[7] Конституция Французской Республики от 4 октября 1958 г. Ст. 3; Конституция Греции от 11 июня 1975 года. Ст. 4; Конституция Республики Исландия от 17 июня 1944 г. Ст. 56.; Конституция Индии 1950 г. Ст. 15; Конституция Республики Болгария от 13 июля 1991 г. Ст. 6; Конституция Бельгии от 17 февраля 1994 г. Ст. 10; Конституция Португалииот 2 апреля 1976 г. Ст. 8; Конституция Швейцарии от 18 апреля 1999 г. Ст. 3.

[8] Конституция Французской Республики от 4 октября 1958 г. Преамбула.

[9] Конституция Греции от 11 июня 1975 года. Ст. 4, п. 2.

[10] Конституция Норвежского Королевства от 17 мая 1814 г. § 50.

[11] Конституция Индии 1950 г. Ст. 15, ч. 2, 3.

[12] Конституция Австрии. Ст. 23а.

[13] Tannen D. Du kannst mich einfach nicht verstehen.- Munchen: W. Goldmann Verlag, 1993. S 256.

[14] Thimm C. Strategisches Handeln im politischen Konflikt. Frauen und Manner im kommunalen Parlament // Sprache im Konflikt. - Berlin, New York: Walter de Gruyter, 1995. S.74.

[15] Op. cit. S. 76.

[16] См.: Keesing's Record of World Events// The Nikkei Weekly, 2000. July 3. P. 41318.

[17] Закон Китайской Народной Республики о выборах во Всекитайское собрание народных представителей и в местные собрания народных представителей различных ступеней. Ст. 23// Новое законодательство КНР. Информационные материалы. Вып. 3. Ч. 1. М.: ИДВ РАН, 1995.

[18] Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Часть общая. Т. 1–2: Учебник для студентов юридическихвузови факультетов/Под ред. Б. А. Страшуна. - 3-е изд., обновл. и дораб. – М.: БЕК, 2000. С. 253.

[19] Иностранное конституционное право/ Под ред. проф. В. В. Маклакова. – М.: Юрист, 1996. С. 145.

[20] Конституция Индии 1950 г. Ст. 243D.

[21] Там же. Ст. 243Т.

[22] Там же. Ст. 51А.

[23] Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Часть особенная. Т. 4: Учебник для студентов юридическихвузови факультетов/Под ред. Б. А. Страшуна. - 3-е изд., обновл. и дораб. – М.: БЕК, 2000. С. 215.

[24] Гартмейер М. От формального гендерного равенства к настоящему (на примере Германии и Франции). Доклад // Сборник ежегодной научно-практической конференции «Женщина. Образование. Демократия». – М., 2004. С. 18.

[25] Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Часть особенная. Т. 4: Учебник для студентов юридическихвузови факультетов/Под ред. Б. А. Страшуна. - 3-е изд., обновл. и дораб. – М.: БЕК, 2000. С. 138.

[26] См.: Гартмейер М. Указ. соч. С. 20.

[27] Конституция Венгерской Республики. § 66.

[28] Конституция Италии. Ст. 37.

[29] Европейская хартия прав 2000 г. Ст. 20.

[30] Конституция Соединенных Штатов Бразилии от 18 сентября 1946 г. Ст. 157.

[31] Конституция Республики Болгария от 13 июля 1991 г. Ст. 47, ч. 2.

[32] См., напр: Конституция Республики Беларусь. Ст. 42.

[33] См. также: Клэр Килпатрик. Эффективное использование равных прав: равное вознаграждение за труд равной ценности во Франции и Британии // Обеспечение равенства полов: политика стран Западной Европы. - Под ред. Ф.Гардинер. - М.: Идея-Пресс, 2000. - С.47-75.

[34] Матрикас А.А. Семья как ценность : состояние и перспективы ценностного выбора в странах Европы /А.А.Матрикас //Социс .- 2004. - С.65.

[35] См.: Ontarii Nursis Assosiation v. Haldimond-Norfolc (0001-89 P. E. H. T.).

[36] Armstrong P. Women and Work: Learning from the Research Epxerimence // Investigating the Gender Bias. Vancouver, 1993. P. 140.

[37] Конституция Ирландии от 29 декабря 1937 г. Ст. 41.

[38] Там же. Ст. 45, ч.2.

[39] Конституция Индии 1950 г. Ст. 39.

[40] Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Часть особенная. Т. 4: Учебник для студентов юридическихвузови факультетов/Под ред. Б. А. Страшуна. - 3-е изд., обновл. и дораб. – М.: БЕК, 2000. С. 380.

[41] См. подр.: Dezen Junior С. Direito Constitucional — 10 editao. – Brasilia, 1999. P. 401.

[42] См.: Гендерная экспертиза российского законодательства: теория и практика//Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ, № 4(160), 2002. С. 34.

[43] См.: Гендерная политика: реалии дня и тенденции XXI века// Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ, № 4(160), 2002. С. 29.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий