регистрация / вход

Уголовное право

Особенности и законодательное понятие хищения, трактовка его определений. Характеристика системы признаков имущества как обязательного элемента состава любого хищения, физическая, экономическая и юридическая их суть. Признание хищения оконченным.

Уголовное право


Оглавление

Общее понятие хищение чужого имущества и его признаки

Задача № 1

Задача № 2

Список литературы

Общее понятие хищение чужого имущества и его признаки

В современном российском уголовном праве термином «хищение» обозначается большая группа преступлений против собственности, сходных между собой по многим объективным и субъективным признакам.

Понятие хищения закреплено законодателем в примечании 1 к ст. 158 УК РФ: «Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества».[1] Приведенное понятие олицетворяет так называемый родовой состав хищения, применимый ко всем конкретным формам хищения (краже, мошенничеству, присвоению, растрате, грабежу, разбою).

Законодательное понятие хищения дает основания для выделения следующих признаков хищения:

1) хищение направлено против чужого имущества, которое выступает его предметом;

2) хищение представляет собой изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц;

3) хищение - это противоправное действие;

4) хищение - это безвозмездное действие;

5) оно причиняет ущерб собственнику или законному владельцу имущества;

6) оно совершается с корыстной целью.[2]

В настоящее время в науке уголовного права выделяют те признаки хищения, в отношении которых достигнуто единство взглядов, и те требования, которым должно отвечать научное определение общего понятия «хищение».

Большинство предлагавшихся в науке уголовного права определений включает следующие элементы, отражающие признаки хищения:

1) обобщенная характеристика самого действия, которая, во-первых, должна охватывать все формы хищения, во-вторых, не распространяться на иные преступления против собственности, в-третьих, содержать указание на момент окончания хищения;

2) указание на противоправность действия;

3) признак безвозмездности;

4) указание на предмет посягательства (имущество) и его нахождение в обладании («фондах») собственника;

5) субъективные признаки хищения (умысел и корыстная цель).[3]

Больше всего расхождения в определениях касаются обобщенной характеристики способа действия. Надо признать, что пока не найдено такого термина, который при употреблении в этих целях не подвергался бы критике с той или другой позиции: либо его нельзя приложить ко всем формам хищения, либо он не позволяет отграничить хищение от иных посягательств на собственность, либо он не характеризует момент окончания преступления.

В последнее время многие авторы стали оперировать при характеристике объективной стороны хищения двумя словами, указывающими на действие: «изъятие» и «обращение»; «изъятие» и «захват» («завладение»); «извлечение» и «обращение».[4]

Такой прием позволяет полнее охарактеризовать объективную сторону преступления, но использование двух отглагольных существительных создает впечатление обязательной двуактности или двуступенчатости хищения: сначала изъятие (извлечение) имущества, а потом - обращение его в собственность (завладение).

Перечисленные выше признаки хищения признаются в теории уголовного права и судебной практике обязательными. При отсутствии одного из них нельзя рассматривать содеянное как хищение, даже если действия субъекта формально соответствуют описанию той или иной формы хищения в диспозициях анализируемых статей.

Между тем в судебной практике встречались случаи, когда выяснению общих признаков хищения не придавалось значения. Одной из причин ошибок в квалификации было отсутствие законодательного определения хищения.

В науке уголовного права было признано, что раскрытие понятия «хищение» и характеристика его основных элементов позволяют выявить и обособить признаки, присущие всем формам хищения, облегчают анализ конкретных форм хищения, помогают отграничению их от других преступлений против собственности, от посягательств на иные объекты, а также действий, не наказуемых в уголовном порядке.

Одно из центральных мест в законодательном определении хищения занимает понятие «имущество». Хищение - это всегда имущественное преступление. Имущество представляет собой предмет хищения, который следует отличать от объекта - общественных отношений.

Теория уголовного права и практика правоприменительной деятельности выработали систему признаков имущества как обязательного элемента состава любого хищения.

Прежде всего, предмет хищения всегда материален, является частью материального мира, т.е. обладает признаком вещи. Это так называемый физический признак предмета хищения.[5]

Не могут быть предметом хищения как имущественного преступления идеи, взгляды, проявления человеческого разума, информация. О хищении интеллектуальной собственности можно говорить лишь в специальном смысле, имея в виду, к примеру, плагиат (ст. 146, 147 УК РФ) или неправомерное использование компьютерной информации (ст. 272 УК РФ).

Не может быть предметом хищения (ввиду отсутствия вещного признака) электрическая или тепловая энергия. Незаконное самовольное использование в корыстных целях этих видов энергии может образовать состав иного преступления против собственности, предусмотренного ст. 165 УК РФ.

Второй признак предмета хищения - экономический. Предметом хищения может быть только вещь, имеющая определенную экономическую ценность. Обычное выражение ценности вещи - ее стоимость, денежная оценка. Поэтому деньги, валютные ценности, ценные бумаги (акции, государственные облигации, ваучеры, депозитные сертификаты и т.п.), являющиеся эквивалентом стоимости, также могут быть предметом хищения.

И напротив, не могут быть предметом хищения вещи, практически утратившие хозяйственную ценность, или природные объекты, в которые не вложен труд человека («дары природы»). Последнее обстоятельство имеет значение для отграничения хищения от ряда экологических преступлений. Незаконное обращение в свою собственность продуктов природы, извлеченных из естественного состояния благодаря приложению труда, образует хищение (например, изъятие выловленной рыбы из сетей рыболовецкого предприятия).

Ввиду отсутствия экономического признака не могут рассматриваться в качестве имущества документы неимущественного характера, а также документы, которые не являются носителями стоимости, но лишь предоставляют право на получение имущества (доверенность, накладная, квитанция и т.д.).

Хищение такого документа с целью последующего незаконного получения по нему чужого имущества представляет собой приготовление к мошенничеству. Сказанное относится и к легитимационным знакам (жетонам, номеркам и т.п.). Ответственность за хищение официальных документов, а также штампов или печатей, не связанное с завладением имуществом, наступает по ст. 325 УК РФ.

Третий признак предмета хищения - юридический. Таким предметом может выступать лишь чужое имущество.[6]

Предметом хищения может быть как движимое, так и недвижимое имущество. Признак движимости имущества не имеет значения для установления хищения. Некоторые виды недвижимого имущества по своим объективным свойствам нельзя похитить тайно (дом, квартира, земельный участок), но можно похитить путем обмана, насилия или угрозы. Так, в последнее время участились случаи хищения приватизированных квартир.

Кроме того, как показывает практика, «недвижимое» имущество в отдельных случаях может быть обращено в «движимое» (разбор и перевозка индивидуального жилого дома, снятие и увоз металлической ограды садового товарищества, демонтаж линии связи или контактного провода на железной дороге, хищение плодородного слоя земли с чужого земельного участка и др.).

Предметом хищения может быть и имущество, изъятое из гражданского оборота. Но если похищается имущество, владение которым и оборот которого представляют угрозу общественной безопасности или здоровью населения (оружие, наркотические средства или психотропные вещества, радиоактивные вещества), то содеянное квалифицируется по соответствующим статьям гл. 24 УК РФ, а не как имущественное преступление.

Важнейшим элементом законодательного определения хищения является обобщенная характеристика способа действия, которая предполагает «изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц». При совершении хищения имущество изымается из обладания собственника или лица, в ведении или под охраной которого оно находится.

Если имущество по тем или иным причинам уже выбыло из обладания собственника, то завладение таким предметом не образует хищения. Неправомерное присвоение найденной или случайно оказавшейся у виновного чужой вещи влечет лишь гражданско-правовую ответственность.

Находящимся в обладании собственника следует считать не только специально охраняемое или запертое имущество, но и такое, к которому открыт доступ - на территории предприятия, в помещении учреждения, на строительной площадке или в другом месте осуществления хозяйственной деятельности, на транспортном средстве, а также в любом месте, где оно временно находится без присмотра, если это имущество не является утраченным собственником.

В случае присвоения вверенного имущества виновный обращает в свою пользу имущество, фактически уже находящееся в его обладании. Однако присвоение вверенного имущества означает переход от правомерного владения к противоправному, что иногда называется «формальным изъятием».

Не является хищением обращение в свою пользу имущества, еще не поступившего в фонды собственника. Причинение имущественного ущерба путем непередачи должного (преступная экономия) при определенных условиях может квалифицироваться по ст. 165 УК РФ.

Изъятие имущества при хищении сопровождается обращением его виновным в свою пользу или в пользу других лиц, т.е. установлением фактического обладания вещью, «господства над вещью». Похитивший имущество владеет, пользуется и распоряжается имуществом как своим собственным, он как бы ставит себя фактически на место собственника, но юридически собственником не становится.

Нельзя приобрести право собственности преступным путем. Поэтому хищение не влечет за собой утраты потерпевшим права собственности на похищенную вещь.[7]

Этим можно объяснить, почему в законодательном определении хищения говорится об обращении чужого имущества не в собственность, а в пользу виновного или других лиц. Однако это не означает, что хищением следует считать и временное корыстное пользование чужой вещью. Такие действия могут квалифицироваться (при наличии соответствующих признаков) по ст.ст. 165, 166 УК РФ.

Употребление при характеристике деяния в примечании 1 к ст. 158 УК разделительного союза «или» (в скобках) нельзя признать удачным. Это предполагает возможность изъятия без обращения в пользу или обращения в пользу без изъятия. Если допустить, что хищение может заключаться только в изъятии чужого имущества без обращения его в свою пользу, то это снизило бы опасность такого преступления и не позволило отграничить его от уничтожения имущества и других действий, не преследующих корыстной цели.

И напротив, считать хищением всякое «обращение в свою пользу», не сопряженное с изъятием (извлечением) вещи из обладания («из фондов», «из имущественной сферы») собственника, значит чрезмерно расширить понятие «хищение», включив туда и присвоение находки, и некоторые нарушения гражданско-правовых обязательств.

Изъятие чужого имущества и обращение его виновным в свою пользу обычно происходят одномоментно, совершаются одним действием. Если же процесс хищения имеет протяженность во времени, то именно указание на обращение имущества в пользу виновного характеризует момент окончания преступления, когда виновный противоправно приобретает возможность распоряжаться и пользоваться чужим имуществом как своим собственным.

Хищение следует считать оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им распоряжаться по своему усмотрению или пользоваться им. Если виновный не получил возможности распоряжаться по своему усмотрению или пользоваться изъятым имуществом, т.е. не довел преступление до конца по причинам, от него не зависящим, такое хищение нельзя считать оконченным.

Возвращение похищенного или возмещение причиненного имущественного вреда виновным после того, как хищение было окончено, само по себе не устраняет состава преступления, но должно учитываться судом при индивидуализации ответственности и наказания.[8]

Для признания хищения оконченным не требуется, чтобы виновный фактически воспользовался вещью, начал ее эксплуатировать, извлек из нее какую-то выгоду. Важно, что он получил такую возможность, установив свое господство над вещью.

Следовательно, если виновный совершил определенные действия, направленные на завладение чужим имуществом, но еще не получил возможности распоряжаться этим имуществом как своим собственным, содеянное квалифицируется как покушение на хищение.

Задача № 1

Орехов осужден по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство Шарипова, совершенное с особой жестокостью. Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что потерпевшему были нанесены две ножевые раны в область шеи, которые привели его к смерти. Остальные телесные повреждения (множественные царапины на груди, кровоподтеки на голове и руках) отнесены экспертом к побоям.

В кассационной жалобе адвокат поставил вопрос о переквалификации действий Орехова на ч. 1 ст. 105 УК РФ, мотивируя свое ходатайство тем, что суд не установил данных о том, что Орлов сознавал, что причиняет потерпевшему особые мучения и страдания.

Обоснована ли жалоба адвоката?

В каком случае виновному может вменяться квалифицирующий признак, характеризующий объективную сторону состава преступления?

Решение

Описанное в задаче действие Орехова – убийство Шарипова, совершенное с особой жестокостью – обладает всеми признаками преступления: общественной опасностью, противоправностью, виновностью и наказуемостью (ч. 1 ст. 14 УК РФ).

Родовым объектом преступления, совершенного Ореховым, являются общественные отношения, обеспечивающие права и свободы личности.

Видовым объектом данного преступления являются общественные отношения, обеспечивающие права человека на жизнь и здоровье.

Непосредственным объектом преступления, совершенного Ореховым, является жизнь потерпевшего Шарипова.

Объективная сторона убийства включает в себя:

1) Действие, направленное на лишение жизни другого лица. В данном случае, потерпевшему были нанесены две ножевые раны в область шеи;

2) Смерть потерпевшего как обязательный преступный результат. В описанной задаче ситуации потерпевший Шарипов умер;

3) Причинную связь между действием виновного и наступившей смертью потерпевшего. В указанной ситуации, причинная связь между действиями Орехова и смертью Шарипова заключается в том, что последний умер из-за двух ножевых ударов в шею, нанесенных ему Ореховым.

Умышленное преступление в своем развитии проходит ряд стадий. Стадия - это определенная ступень в развитии чего-либо, имеющая свои качественные особенности; этап, фаза.

Завершающей стадией является оконченное преступление. В данном случае, преступление, совершенное Ореховым, является оконченным, т.к. достигнут его конечный результат – смерть потерпевшего Шарипова.

Таким образом, по конструкции объективной стороны убийство является преступлением с материальным составом. Оно окончено с момента наступления смерти потерпевшего.

Факультативные признаки объективной стороны убийства (место, время, способ, орудия и средства, обстановка совершения) подлежат установлению по каждому уголовному делу, но имеют значение для квалификации содеянного только в случаях, прямо указанных в уголовном законе.

Так, отдельные факультативные признаки объективной стороны убийства признаются отягчающими обстоятельствами (например, общеопасный способ, особая жестокость) и закреплены в ч. 2 ст. 105 УК РФ, другие - время, обстановка совершения преступления - смягчающими, которые зафиксированы в ст. 106 и 108 УК РФ.

В данном случае, факультативным признаком объективной стороны убийства, совершенного Ореховым, имеющий значение для квалификации содеянного будет совершение убийства с особой жестокостью. Данный признак является отягчающим обстоятельством для данного вида преступления, что следует из ч. 2 ст. 105 УК РФ.

С субъективной стороны убийство может быть лишь умышленным. Умышленным убийство признается, когда виновный сознавал, что он посягает на жизнь потерпевшего, предвидел, что его действия или бездействие могут причинить ему смерть, и желал наступления смерти (прямой умысел) или сознательно допускал (косвенный умысел).

В соответствии с ч. 2 ст. 25 УК РФ преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

В данном случае, субъективная сторона убийства, совершенного Ореховым, характеризуется виной в форме прямого умысла.

Мотив и цель преступления, которые принято относить к факультативным признакам субъективной стороны, в составе убийства приобретают роль обязательных признаков, поскольку от их содержания зависит квалификация убийства. Пленум ВС РФ требует от судов выяснения мотивов и целей убийства по каждому делу (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»).

Охарактеризовать мотив и цель Орехова при совершении убийства не представляется возможным исходя из условий задачи.

Субъект убийства - физическое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 14 лет (ст. 20 УК РФ). В данном случае, Орехов соответствует этим признакам, т.е. является вменяемым физическим лицом, достигшим к моменту совершения преступления 14 лет. Указанный вывод можно сделать исходя из того, что он был осужден за совершенное им преступление.

Квалифицирующим признаком убийства, в данном случае, является совершение его с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» при квалификации убийства по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ надлежит исходить из того, что понятие особой жестокости связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. При этом для признания убийства совершенным с особой жестокостью необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось совершение убийства с особой жестокостью.

Признак особой жестокости наличествует, в частности, в случаях, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.). Особая жестокость может выражаться в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания.

Таким образом, виновному может вменяться квалифицирующий признак, характеризующий объективную сторону состава преступления в виде убийства, совершенного с особой жестокостью только в случае, если виновный действовал с умыслом, направленным на совершение преступления с особой жестокостью и сознавал, что причиняет потерпевшему особые страдания.

Суд не установил данных о том, что Орлов сознавал, что причиняет потерпевшему особые мучения и страдания, следовательно, является недоказанным то, что умыслом виновного охватывалось совершение убийства с особой жестокостью.

На основании вышеизложенного и исходя из положений п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» кассационная жалоба адвоката о переквалификации действий Орехова на ч. 1 ст. 105 УК РФ является обоснованной.

Задача № 2

Богданова, зная, что Лукьянова имеет домашнюю библиотеку с редкими изданиями, с целью кражи предложила Харитонову изготовить ключ от ее квартиры, уведомив о своих намерениях. Харитонов изготовил ключ и передал Богдановой, которая в течение месяца несколько раз проникала в квартиру Лукьяновой и похищала ценные книги.

Как следует квалифицировать действия каждого из них?

Можно ли признать Харитонова соучастником преступлений, совершенных Богдановой?

Решение

В данном случае, Богданова и Харитонов совершили кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества. При этом, их действия будут квалифицированы по по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ – кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище.

Следовательно, действия Богдановой и Харитонова обладают всеми признаками преступления: общественной опасностью, противоправностью, виновностью и наказуемостью (ч. 1 ст. 14 УК РФ).

Родовым объектом кражи в данном случае является собственность как экономико-правовое понятие, заключающееся в фактической и юридической принадлежности имущества конкретному физическому лицу, имеющему в отношении этого имущества правомочия владения, пользования и распоряжения и обладающему исключительным правом на передачу этих правомочий другим лицам.

Видовым объектом кражи является собственность как экономико-правовое явление.

Непосредственным объектом кражи в данном случае будет являться частная собственность Лукьяновой.

С объективной стороны кража характеризуется изъятием чужого имущества из законного владения. В описанной в задаче ситуации Богданова и Харитонов помимо воли законного владельца – Лукьяновой - самовольно завладели чужим имуществом: ценными книгами.

Во многих случаях для составов преступлений против собственности являются обязательными так называемые факультативные признаки объективной стороны: способ, средства, орудие, место совершения преступления.

Для квалификации преступления как кража является обязательным тайный способ хищения чужого имущества.

Это следует как из ст. 158 УК РФ, так из п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», согласно которому как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества.

В данном случае, Богданова и Харитонов совершили тайное хищение чужого имущества.

Средством совершения преступления будет ключ от квартиры Лукьяновой, который Харитонов изготовил по просьбе Богдановой.

Квалифицирующим признаком объективной стороны в данном случае будет также место совершения преступления - жилище, принадлежащее Лукьяновой, т.к. кража была совершена с проникновением в него.

С субъективной стороны кража совершается с прямым умыслом и корыстной целью. Сознанием субъекта должны охватываться следующие моменты: имущество является чужим; лицо не имеет права распоряжаться этим имуществом; имущество изымается против воли собственника; изъятие происходит тайно.

Корыстная цель означает, что субъект намерен распорядиться похищенным имуществом как своим собственным.

В описанной в задаче ситуации налицо как прямой умысел, так и корыстная цель Богдановой и Харитонова. Это следует из того, что Богданова изначально имела прямой умысел и корыстную цель, а Харитонов, узнав о намерениях Богдановой согласился ей помогать и изготовил ключ.

К факультативным признакам субъективной стороны кражи относятся мотив и цель. В данном случае целью Богдановой было завладение чужим имуществом, целью Харитонова – помочь Богдановой в тайном завладении чужим имуществом. Мотив Богдановой – получить ценное имущество в свое распоряжение. Мотив Харитонова исходя из условий задачи выявить не представляется возможным.

Субъектом кражи может быть любое вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста.

Согласно ст. 32 УК РФ соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

Таким образом, Богданова и Харитонов являются соучастниками преступления.

В соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных УК РФ.

Соответственно, Богданова будет являться исполнителем совершенного преступления.

В силу ч. 5 ст. 33 УК РФ пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы.

Следовательно, Харитонов, изготовивший ключи, зная о намерении Богдановой совершить кражу, будет являться пособником совершенного преступления. В силу ч. 3 ст. 34 УК РФ Харитонов будет привлечен к уголовной ответственности по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ.


Список литературы

1. Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ // Российская газета. 1996. 18, 19, 20, 25 июня.

2. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ): постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 // Российская газета. 1999. 9 февраля.

3. О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 // Российская газета. 2003. 18 января.

4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.А.Радченко, А.С.Михлина. – Спб.: Питер, 2007. – 467 с.

5. Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. Г.Н.Борзенкова, В.С.Комиссарова. – М.: Зерцало-М, 2006. – 318 с.

6. Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону. – М.: Волтерс Клувер, 2007. – 276 с.


[1] Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ // Российская газета. 1996. 18, 19, 20, 25 июня.

[2] Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону. – М., 2007. – С. 112.

[3] Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. Г.Н.Борзенкова, В.С.Комиссарова. – М., 2006. – С. 69.

[4] Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону… С. 112.

[5] Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. Г.Н.Борзенкова, В.С.Комиссарова… С. 70.

[6] Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону… С. 113.

[7] Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. Г.Н.Борзенкова, В.С.Комиссарова… С. 71.

[8] Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону… С. 114.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий