Бандитизм: уголовно-правовой аспект

Уголовно-правовая характеристика бандитизма, его объективная и субъективная сторона. Основные признаки банды: группа, устойчивость и вооруженность. Основания отграничения бандитизма от преступлений против собственности и против общественной безопасности.

ТОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Юридический институт

Кафедра уголовного права

Курсовая работа

Бандитизм: уголовно-правовой аспект

Томск 2007г.


ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

1. Уголовно-правовая характеристика бандитизма

1.1 Объект бандитизма

1.2 Объективная сторона бандитизма

1.3 Субъект, субъективная сторона бандитизма

2. Отграничение бандитизма от смежных составов преступления

2.1 Отграничение бандитизма от преступлений против собственности

2.2 Отграничение бандитизма от иных преступлений против общественной безопасности

Заключение

Список литературы


ВВЕДЕНИЕ

В условиях роста вооруженной организованной преступности все чаще встает проблема борьбы с ней, в том числе с бандитизмом, и решение этой проблемы является на сегодняшний день одной из первоочередных общегосударственных задач.

Повышенная опасность бандитизма обусловлена тем, что он сопряжен с вооруженными нападениями на отдельных граждан, учреждения, организации, нарушением общественной безопасности, общественного спокойствия и нормальной деятельности государственных и общественных институтов.

Изучение судебной практики показывает, что не всегда правильно понимаются такие формы проявления бандитизма как организация банды, руководство бандой, участие в банде и участие в бандитских нападениях. Недостаточно полно выясняется, какие именно действия совершил каждый участник банды, не устанавливаются лица, способствующие бандитизму. Допускаются ошибки как в отграничении рассматриваемого деяния от других, внешне схожих преступлений, так и в квалификации совершаемых бандой деяний по совокупности с бандитизмом, поскольку не все преступления, в которых приняла участие банда, охватываются понятием бандитизма.[1]

Актуальность данной проблемы обусловлена недостаточной теоретической разработкой объекта исследования: бандитизма как разновидности организованной преступной деятельности, практики квалификации бандитизма, причин, порождающих разночтения доктринального и правоприменительного толкования положений ст. 209 УК.

Хотя нельзя сказать, что этот вопрос не затрагивался учеными и практиками. Общим вопросам правового анализа бандитизма и специальным исследованиям проблем борьбы с бандитизмом были посвящены работы Агапова П.В., Ачмиз Л.Г., Быкова В.М., Голубева В.В., Комиссарова В.С., Мельниковой Ю.Б., Павлинова А., Поповой О.А., Устиновой Т.Д., Шеслера А.В. и др.


1. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА БАНДИТИЗМА

1.1 Объект бандитизма

Законодатель, поместив преступление, предусмотренное ст. 209 УК РФ, в раздел XI «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка» главы 24 «Преступления против общественной безопасности» сразу очертил родовой объект данного преступного посягательства, коим является, исходя из прямого указания закона, общественный порядок, общественная безопасность.

Следует отметить, что среди авторов, ставящих в своих работах цель дать определение понятиям «общественный порядок», «общественная безопасность» нет единого мнения об их содержании.

Наиболее оптимальным представляется определение И.Н. Даньшина, который писал, что «понятие общественного порядка в широком смысле включает в себя систему общественных отношений, складывающихся вследствие соблюдения и реализации действующих в обществе во всех сферах жизни правовых и социальных норм, принципов, идей, закрепляющих общественно необходимое и наиболее важное для данного экономического и политического строя поведение людей, государственных и общественных организаций»[2] .

Однако данное определение носит слишком общий характер, не отражает должным образом специфических для данного явления признаков, из него не видно, какие же стороны общественной жизни, какой порядок отношений между людьми требуется защищать, борясь с правонарушениями.

Данную проблему решают сторонники определения общественного порядка в узком смысле (это, например, П.С. Дагель, О.М. Якуба и др.), которые под ним подразумевают регулируемую нормами права систему общественных отношений, обеспечивающих общественное спокойствие, безопасность личности и сохранность государственного и личного имущества, а также нормальные условия труда, быта, отдыха граждан, деятельности государственных и общественных учреждений, организаций, предприятий.

Анализируя имеющиеся в правовой науке определения общественного порядка, можно прийти к следующим выводам, на которых сходится большинство авторов:

во-первых, общественных порядок – это совокупность общественных отношений;

во-вторых, эти отношения регулируются нормами права, действующими в обществе;

в-третьих, он служит жизненно важным интересам государства и общества, без которого они не могут нормально функционировать.

Кроме того, создание вооруженной банды и нападение на учреждения и граждан посягает на общественную безопасность, которая понимается как состояние общества, при котором не причиняется ущерб его важнейшим благам преступными и иными противоправными деяниями[3] , что причиняет серьезный физический и материальный вред организациям и частным лицам, противодействует органам правопорядка, вызывает тревогу среди населения, может нарушить нормальную жизнедеятельность региона или даже страны.

Непосредственный объект бандитизма можно определить как систему общественных отношений, обеспечивающих защищенность жизненно важных интересов личности, общества и государства от разнообразных внутренних и внешних угроз общеопасного характера. Являясь сложным по структуре объектом преступления, общественная безопасность включает в себя ряд самостоятельных объектов уголовно-правовой охраны, которыми являются жизнь и здоровье людей, другие ценности и интересы личности, государственная, общественная и личная собственность.

1.2 Объективная сторона бандитизма

Преступная группа и преступления, совершаемые ею, как объект научного исследования давно привлекает внимание ученых-юристов.

Для правильного понимания состава бандитизма, прежде всего, следует определить понятие банды. Закон указывает на три признака банды: группа, устойчивость и вооруженность. Однако многие ученые и практики настаивают на недостаточности данных признаков при квалификации преступления, предусмотренного ст. 209 УК РФ, что в свою очередь создает определенные трудности при отграничении данного преступления от смежных составов.

Группа, составляющая банду, - это совокупность людей, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации. Таким образом, банда может состоять минимально из двух человек.

Своей антиобщественной деятельностью преступные группы резко отличаются от позитивных групп и коллективов. Антиобщественная направленность вносит своеобразие в структуру и характер межличностных отношений в группе. Однако в целом их развитие, формирование и функционирование подчиняется тем же закономерностям совместной групповой деятельности, только определяющим для формирования структуры и отношений в группе является сама преступная деятельность: отношения членов преступной группы опосредуются через эту преступную деятельность; на первое место выдвигаются отношения, имеющие объективных характер, т.е. имеющие связь с совершением преступлений, а эмоциональные связи, личностные отношения носят подчиненный преступной деятельности характер.[4]

Определение понятия преступной группы должно содержать следующие признаки:

­ преступная группа – это объединение людей;

­ антиобщественная направленность группы;

­ объединение происходит на основе совместной преступной деятельности;

­ члены группы в определенной степени организованны;

­ группа выступает как единый особый субъект преступной деятельности.

Особое внимание следует уделить тому, что людей в преступной группе объединяет именно совместная преступная деятельность, а не приятельские или дружеские интересы. Такой подход позволяет увидеть в группе главное, ради чего она существует – совместное совершение преступлений.

Другой признак, с учетом которого возрастает общественная опасность групповых преступлений, - это определенная организация группы. Уровень ее может быть различным; высшая степень организации достигается в организованных группах и преступных организациях. Данный признак проявляется в следующем:

­ члены преступных групп оказывают друг другу психологическую поддержку, поэтому каждый чувствует себя в группе более уверенно, а это в свою очередь способствует принятию решения о совершении более тяжких преступлений;[5]

­ группе доступны такие способы совершения преступлений, которые не может использовать преступник-одиночка;

­ в группе быстрее идет процесс передачи преступного опыта;5

­ возрастает суммарный ущерб от совершенных преступлений;

­ преступная деятельность группы полжет быть легко расширена как во времени так и в пространстве;

­ в группе возрастают возможности сокрытия преступлений и их следов, защиты ее членов от правоохранительных органов, оказания помощи арестованным соучастникам;

­ оптимальное распределение ролей при совершении преступлений;

­ хорошо организованный сбыт похищенного имущества.

Определяя банду как устойчивую вооруженную группу, необходимо отметить, что понимается под устойчивостью.

Под устойчивостью следует понимать постоянную или временную преступную деятельность, рассчитанную на неоднократность совершения преступных действий, относительную непрерывность в совершении преступных деяний. Перерывы в совершении преступлений могут иметь место, но банда как сплоченное формирование продолжает функционировать на интеллектуальном уровне, готовя очередное нападение, при этом каждому участнику банды доверяется исполнение определенных действий как по планированию преступления, так и по непосредственному совершению в будущем действий, направленных на совершение преступления. В этом заключается отличие банды от простого соучастия или совершения преступления группой.[6]

Первоначальным этапом на пути создания устойчивой банды является предварительная соорганизованность, которая впоследствии может вылиться в создание сложной, строго иерархичной структуры с главарем и подчиненными. Однако устойчивость как характеристика бандитизма имеет большой диапазон колебаний, много степеней, от самой простой, когда имеется простое объединение вооруженных людей спонтанно совершающих преступления без особой их тщательной разработки, до детальной разработки участия каждого члена в совершаемом нападении, его месте и роли в совершаемом преступлении.

Устойчивость может означать наличие предварительного сговора, который должен иметь место до совершения преступления, в противном случае соучастники не составят преступной организации. Соглашение должно быть именно в совместных действиях. Лицо, вступающее в уже созданную банду, как бы вступает в сговор с каждым вступившим ранее и присоединяет свои усилия к общей преступной деятельности, независимо от форм ее проявления.[7]

Об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между членами, согласованность их действий, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений.

Далее рассмотрим признак вооруженности.

Согласно законодательной формулировке (ст. 209 УК РФ) бандитизм представляет собой создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководство такой группой (бандой). В отличие от ранее действовавшего законодательства (ст. 77 УК РСФСР) в настоящее время наряду с устойчивостью вооруженность группы является конститутивным признаком банды. Следовательно, для вменения в вину конкретным лицам ст. 209 УК судебно-следственные органы должны доказать факт вооруженности хотя бы одного члена банды. При этом требуется, чтобы о наличии оружия и возможности его применения знали иные члены банды. Таким образом, вооруженность банды или ее отсутствие имеет принципиальное правовое значение: ее наличие обусловливает квалификацию содеянного как бандитизма.

В связи с изложенным, возникает принципиально важный вопрос: что законодатель имел в виду в ст. 209 УК РФ под признаком вооруженности, что понимается под оружием и означает ли этот признак обязательное применение оружия?

Определенная подсказка на первый вопрос содержится в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. N 1 "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм". По мнению высшего судебного органа страны, вооруженность предполагает "наличие у участников банды огнестрельного или холодного, в том числе метательного, оружия как заводского изготовления, так и самодельного, различных взрывных устройств, а также газового и пневматического оружия". И далее Верховный Суд РФ рекомендует судебным органам при решении вопроса о признании оружием предметов, используемых членами банды при нападении, руководствоваться положениями Закона Российской Федерации "Об оружии" от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ, а в необходимых случаях и заключением экспертов.

Согласно ст. 1 указанного Закона, оружие - это устройства и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели, подачи сигналов. В этом определении законодателем акцент сделан на особом предназначении оружия и неразрывно связанными с ним конструктивными особенностями устройств или предметов. По принципу действия оружие в Законе подразделяется на огнестрельное, холодное оружие, метательное, пневматическое, газовое и сигнальное (ст. 1 Закона об оружии). Кроме того, в ст. 3 этого Закона упоминаются электрошоковые устройства и искровые разрядники отечественного производства, имеющие выходные параметры, соответствующие требованиям государственных стандартов РФ и нормам Министерства здравоохранения РФ, а в ст. 6 оружие и иные предметы, поражающее действие которых основано на использовании радиоактивного излучения и биологических факторов; оружие и иные предметы, поражающее действие которых основано на использовании электромагнитного, светового, теплового, инфразвукового или ультразвукового излучения и которые имеют выходные параметры, превышающие величины, установленные государственными стандартами Российской Федерации и соответствующими нормами федерального органа исполнительной власти в области здравоохранения, а также указанные оружие и предметы, произведенные за пределами территории Российской Федерации. Другое подразделение оружия на виды осуществляется в Законе об оружии в зависимости от целей его использования, а также по основным параметрам и характеристикам его функционирования: боевое, служебное и гражданское.[8]

Более того, рекомендация Пленума Верховного Суда РФ о том, что при установлении признака вооруженности банды следует руководствоваться положениями Закона об оружии, совсем не значит, что суды должны ограничиваться только теми видами оружия, которые указаны в данном Законе либо оборот которых запрещен или требует специального разрешения. Во-первых, для применения ст. 209 УК не имеет правового значения законность или незаконность обладания соответствующими предметами. Во-вторых, следует учитывать предназначение Закона об оружии, целью которого является регламентация административно-правового режима оружия, и, прежде всего, лицензионно-разрешительной системы органов внутренних дел, но совсем не определение видов оружия, могущих выступать в качестве предметов и средств совершения преступлений по УК РФ.

В случаях, когда банды вооружены традиционным оружием (пистолеты, автоматы, ножи и т.д.), у судебно-следственных органов каких-либо серьезных проблем с квалификацией содеянного не возникает. Иначе этот вопрос разрешается в теории уголовного права. Так, например, А. Наумов и П. Агапов считают, что наличие у членов организованной группы только гладкоствольного охотничьего оружия не дает основания квалифицировать содеянное как бандитизм.[9] Аргументы названных авторов сводятся к тому, что в принципе из ружья убить можно, но это очень неудобная для подобной цели вещь. А вот обрез, несмотря на уменьшение его поражающей дальности по сравнению с ружьем, названные авторы признают оружием в смысле признака банды.

В последние годы в теории уголовного права развернулась дискуссия относительно признания оружием в смысле вооруженности банды газового и сигнального оружия, непригодного к целевому применению оружия (основных частей оружия) и нетрадиционных видов оружия. Так, П.В. Агапов полагает, что банда может быть вооружена газовым оружием, снаряженным нервно-паралитическими, отравляющими, а также другими веществами, не разрешенными к применению Министерством здравоохранения РФ, или газовым оружием, способным причинить средней тяжести вред здоровью человека, находящегося на расстоянии более одного метра. Д.А. Корецкий и Т.А. Пособина считают, что бандой должна признаваться криминальная группа, имеющая оружие в широком, криминологическом смысле (не только оружия в смысле Закона об оружии), но и любых предметов материального и животного мира, способных либо реально причинить ущерб жизни и здоровью потерпевших, либо оказывающих психологическое воздействие на них, формируя представление о том, какой ущерб может быть причинен), в том числе неисправное или макеты.[10]

Анализируя изложенное, можно сделать следующий вывод о вооруженности при бандитизме: организованную группу следует признавать вооруженной (бандой), если у ее членов имеются предметы или устройства, конструктивно предназначенные для поражения живой цели и вследствие этого имеющие определенный правовой статус (запрещены к гражданскому обороту или ограничены в обороте в силу специального разрешения).

Наконец, еще одно важное обстоятельство, касающееся правил квалификации действий членов банды при совершении иных преступлений, в частности, сопряженных с незаконным приобретением или хищением оружия. В п. 13 Постановления 1997 г. Пленум Верховного Суда РФ подчеркивает, что ст. 209 УК РФ, устанавливающая ответственность за создание банды, руководство и участие в ней или в совершаемых ею нападениях, не предусматривает ответственность за совершение членами банды в процессе нападения преступных действий, образующих самостоятельные составы преступлений, в связи с чем в этих случаях следует руководствоваться положениями ст. 17 УК РФ, согласно которым при совокупности преступлений лицо несет ответственность за каждое преступление по соответствующей статье или части статьи УК РФ. В связи с этим возникает следующий вопрос: если члены банды приобретают оружие для нападений, означает ли это, что их действия надлежит квалифицировать и по ст. 209 и по ст. 222 или ст. 226 УК? Думается, что в этих случаях совокупности быть не может, поскольку приобретение, хранение и ношение оружия являются конститутивным признаком бандитизма (признаки ст. 222 и ст. 226 являются обязательными признаками ст. 209), и поэтому признание в данном случае совокупности означало бы нарушение принципов законности и справедливости и вело бы к двойной ответственности за одно и то же. Судебная практика последних лет идет именно таким путем.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 209 УК, выражается в создании устойчивой вооруженной группы (банды), руководстве такой группой, участии в банде, а также в участии в совершаемых бандой нападениях. Эти формы проявления бандитизма относительно самостоятельны, и преступление считается оконченным с момента совершения любого из названных действий.

Создание банды как форма проявления бандитизма в судебной практике встречается довольно редко, поскольку упомянутая деятельность отражается в приготовительных к нападению действиях, внешний контроль за которыми весьма затруднителен. Поэтому к моменту разоблачения банда успевает совершить не одно нападение.

Под созданием банды понимаются любые действия, результатом которых становится образование организованной устойчивой вооруженной группы в целях нападения на граждан либо организации. Действия, направленные на создание банды, носят многообразный характер, однако в каждом случае суды обязаны в приговоре указать, в чем конкретно выразились данные действия. Причем констатация создания вооруженной банды с указанием конкретных доказательств всегда должна предшествовать доказательствам по обоснованию вменения членам и руководителям банды конкретных нападений.[11]

Создание вооруженной банды является в соответствии с ч.1 ст.209 УК оконченным составом преступления, так как именно с этого момента у банды имеется готовность применить насилие для достижения поставленных целей. Готовность использования насилия наряду с фактом вооруженности организованной преступной группы и обусловила отнесение бандитизма к числу преступлений с усеченным составом.

Это первоначальная стадия формирования вооруженной банды, после чего можно сказать, что устойчивая вооруженная группа (банда) создана. В дальнейшем действия организатора могут быть различными, что будет влиять на квалификацию совершенных им деяний.

Проведем разграничение квалификации действий организатора, организатора-руководителя и организатора - участника банды.

После создания банды организатор может стать либо ее руководителем, либо раствориться среди остальных участников банды, выполняя порученные ему задания уже новым руководителем. В первом случае он становится организатором-руководителем, во втором - организатором-участником.[12]

В силу ч.5 ст.35 УК организатор банды несет ответственность не только за организацию банды (создание, руководство), но и за все совершаемые бандой преступления (как ее участник), если они охватывались его умыслом.

Может сложиться и такая ситуация, когда лицо, создавшее банду, сразу же выйдет из нее. В этом случае оно все равно будет нести ответственность по ч.1 ст.209 УК, так как создание банды считается оконченным с момента ее формирования. Поэтому говорить о добровольном отказе или подобных обстоятельствах в этом случае нельзя. Но если банда еще не была создана и не были подобраны все члены банды, она еще не была вооружена, можно поставить вопрос о добровольном отказе организатора от продолжения действий по созданию банды. Однако в данном случае организатор должен принять все меры к тому, чтобы создание банды не было завершено иными лицами, которых он уже успел склонить к участию в банде. Это строгое требование закона, изложенное в ч.4 ст.31 УК, полностью распространяется и на подобные случаи. Если же организатор банды начал действия по ее созданию, но не закончил в силу их пресечения правоприменительными органами либо другими, не зависящими от этого лица обстоятельствами, он должен нести ответственность за покушение на создание банды. Отказ от продолжения действий по созданию банды должен рассматриваться как смягчающее вину обстоятельство.

После стадии создания организованной вооруженной группы все основные функции по управлению сосредоточиваются в руках руководителя. Но им, как отмечалось ранее, может стать не только организатор, но и любой член банды, который благодаря своему авторитету сосредоточит в своих руках эти функции.[13]

Понятие руководства бандой дается в п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм", согласно которому оно означает принятие решений, связанных как с планированием и организацией преступной деятельности банды, так и с совершением ею конкретных нападений. Руководство созданной бандой может заключаться в определении ее преступной деятельности, выборе конкретных объектов и способов совершаемых бандой нападений, "воспитательной" работе с личным составом, наказании провинившихся членов банды, принятии решений о физической ликвидации потерпевших и свидетелей, укрывательстве и сбыте похищенного имущества и т.д. Несмотря на внешнюю ясность термина "руководство", содержание и функции руководителя не всегда легко распознать и отличить их от деятельности других участников банды. Принимать участие в планировании преступлений, в их организации, в обеспечении функционирования банды могут в той или иной форме и степени все участники банды. Руководителя же отличает то, что именно он определяет в конечном счете что, как и когда будет делать банда, т.е. он принимает решения, определяющие всю деятельность банды на далекую или близкую перспективу.

Таким образом, руководство предполагает, что: а) лицо, создавшее банду, является ее главарем или одним из лидеров (в этом случае оно несет ответственность одновременно за создание и последующее руководство бандой); б) лицо было выдвинуто руководителем или одним из главарей (хотя и не принимало участия в организации банды). Для него преступление будет оконченным с момента дачи им согласия на выполнение функций руководителя или главаря банды, подтвержденное любыми практическими действиями. Сюда же следует отнести выполнение руководящих функций в составе банды, т.е. руководство отдельными операциями, участие в планировании преступного акта, руководство отдельными подразделениями и т.п.

Часть 2 ст.209 УК предусматривает ответственность за участие в банде и участие в совершаемых ею нападениях. Если организация банды и руководство ею являются самыми опасными формами бандитизма, то его основной формой выступает участие в банде.

Для ответственности за бандитизм достаточно одного участия в банде, т.е. факта вступления в нее и выполнения определенных действий, обязательно в интересах банды, даже если вступивший в нее непосредственно не участвовал в нападениях. Под участием в банде, в частности, понимается: финансирование, снабжение оружием, подыскание объектов нападения, обеспечение транспортом, предоставление помещения для встреч членам банды, укрывательство имущества, добытого преступным путем, привлечение новых членов и т.п.

Еще раз следует подчеркнуть, что в соответствии с ч.2 ст.209 УК не требуется, чтобы все члены банды принимали непосредственное участие в нападениях. Действия таких лиц квалифицируются как участие в банде, а не как пособничество, т.е. по ст.209 УК, поскольку формы соучастия предполагают не только соисполнительство, но и распределение ролей, которое в банде осуществляется в уголовно-правовых рамках соисполнительства, и потому не требуют ссылки на ст.33 УК.

Однако чревато ошибками слишком расширительное толкование понятия участия в банде.

К примеру, если лицо дало согласие на вступление в банду, но не успело принять участия в ее практической деятельности, то содеянное нужно квалифицировать по ч.2 ст.209 со ссылкой на ч.3 ст.30 УК как покушение на бандитизм, т.к. оно уже совершило действия, направленные на вступление в банду и даже было в нее принято, а не как приготовление к участию в банде.

Участие в банде признается оконченным, когда лицо, узнавшее о преступных намерениях банды, дало согласие на вступление в нее и выполнение отдельных поручений, подкрепив это конкретной практической деятельностью, а не только выразив словесное заявление. Совершенно необязательно, чтобы это лицо знало всех или нескольких членов банды. Для признания лица участником банды при наличии определенных субъективных моментов достаточно его взаимодействия хотя бы с одним членом банды или ее руководителем.

Участие в банде необходимо отличать от пособничества бандитизму. Пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. определяет, что действия лиц, не состоявших членами банды и не принимавших участия в совершаемых нападениях, но оказавших содействие банде в ее преступной деятельности, следует квалифицировать как пособничество.

При пособничестве лицо должно сознавать, что его действия способствуют банде, если такое сознание отсутствует, то нет пособничества бандитизму. Также должен решаться вопрос и в отношении заранее обещанного укрывательства. Если же лицо добросовестно заблуждается и считает, что оказывает пособничество и укрывательство разбою или иному преступлению, а не бандитизму, то его действия не должны квалифицироваться как пособничество бандитизму.[14]

1.3 Субъект, субъективная сторона

Субъективная сторона бандитизма предполагает деятельность умышленную. Содержание умысла зависит от роли виновного, а точнее, от конкретной формы проявления бандитизма.

При создании банды и руководстве ею в содержание умысла виновного входит сознание того, что он создает устойчивую вооруженную группу для совершения нападений на граждан и организации, или осуществляет руководство бандой, и желает этого. Умысел при участии в устойчивой вооруженной группе предполагает осознание лицом факта своей принадлежности к банде и желает состоять в ней. Вступая в банду, это лицо осознает, что будет выполнять в ее интересах те или иные действия, совершать вместе с ней преступления. В содержание умысла лица, не являющегося членом банды, но принявшего участие в нападениях, совершенных ею, входит сознание факта своего участия в этих нападениях и желании участвовать в них. Нельзя согласиться с мнением о том, что лицо, не являющееся членом банды, может действовать с косвенным умыслом, т.е. только сознательно допускать, что группа, в преступной деятельности которой он принимает участие, представляет собой банду. Думается, что данное преступление может совершаться только с прямым умыслом, то есть всех членов банды объединяет желаемый для них общий результат их преступной деятельности, хотя каждый их них может преследовать исключительно свою цель. Тем более, что судебная практика показывает, что абсолютное большинство банд действует с корыстным мотивом и преследует в качестве главной цели получение материальной выгоды.

Обязательным условием за бандитизм является осознание всеми членами банды факта того обстоятельства, что банда владеет оружием и может использовать его при совершении нападений. Если лицу, участвующему в нападении, совершаемом бандой, по каким-либо причинам не были известны все фактические обстоятельства дела, и оно не осознавало, что действует вместе с бандой, то состав бандитизма в его действиях исключается: ответственность в таких случаях должна наступать за то преступление, которое фактически было совершено.

Субъектом бандитизма могут быть любые физические, вменяемые лица, достигшие на момент совершения преступления возраста 16 лет.

Особо следует остановиться на несовершеннолетних, принимавших участие в банде и совершаемых ею нападениях. Если лицо в возрасте от 14 до 16 лет оказалось вовлеченным в банду, то его действия, как это вытекает из закона, нельзя квалифицировать по ст. 209 УК.

Действия несовершеннолетних лиц в зависимости от наступивших последствий и всех обстоятельств дела следует квалифицировать следующим образом. Если было совершено с участием несовершеннолетнего нападение на гражданина и при этом было изъято имущество, то несовершеннолетний в случае причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего будет нести ответственность как за разбой, совершенный организованной группой с причинением тяжкого вреда, т.е. по п.п. «а» и «б» в ч.3 ст. 162 УК или только по п. «а» ч.3 ст.162 УК, если было применено насилие, опасное для жизни и здоровья, либо имелась угроза применения такого насилия.

Если при бандитском нападении насилие совсем не применялось или оно не было опасным для жизни и здоровья потерпевшего, то действия несовершеннолетнего участника банды должна квалифицироваться по п. «а» ч.3 ст. 161 УК, как грабеж, совершенный организованной группой.

Могут возникнуть и такие ситуации, когда нападение вооруженной банды, в которую входит несовершеннолетний, осуществляется на предприятие или организацию, в которых в данный момент нет никого из людей, и при этом изымаются соответствующие ценности. В таком случае действия несовершеннолетнего должны расцениваться как кража, совершенная организованной группой, поскольку внешне совершенное общественно-опасное деяние для него заключалось в тайном похищении чужого имущества, и квалифицироваться по п. «а» ч.3 ст. 158 УК.

Несовершеннолетний, не достигший 16 лет, может привлекаться для хранения похищенного имущества или иных преступных деяний как участник банды. Если при этом совершенные им общественно опасные действия не представляют преступления, перечисленные в ч.2 ст. 20 УК, то он не может нести за них ответственность.

В том случае, если несовершеннолетний не проявил сам инициативу при вступлении в банду, и его вовлекли взрослые участники преступной группы, их действия следует квалифицировать по статье УК, предусматривающей ответственность за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность. Эту ответственность будут нести только те участники преступления, которые непосредственно воздействовали на несовершеннолетнего путем обещаний, угроз или иным способом.

Часть 3 ст.209 УК устанавливает специальную ответственность для лиц, являющихся организаторами, руководителями, участниками банды или участниками совершаемых бандой нападений, если при этом имело место использование ими своего служебного положения.

Служебное положение – это совокупность тех профессиональных обязанностей и прав, которые позволяют им осуществлять свою деятельность и отграничивают одну группу служащих от другой, определяя только ей свойственной место в общей системе служащих.

Понятие «служащий» составной частью включает в себя служащих, именуемых должностными лицами. К ним в соответствии с примечанием к ст. 285 УК относятся лица постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах РФ, других войсках и воинских формированиях РФ.

Если эти лица, используя предоставляемые им по службе возможности, совершат одно из общественно опасных деяний, перечисленных в ч.1 и 2 ст. 209 УК, то они будут нести ответственность по ч.3 ст. 209 УК без совокупности со статьями, предусматривающими ответственность за служебные преступления.

К субъектам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 209 УК, должны относится лица, работающие в коммерческих и некоммерческих организациях, выполняющие управленческие функции, связанные с руководством деятельности других лиц, распоряжением или управлением имуществом, а также иные лица, использовавшие свое служебное положение для организации, подготовки или облегчения совершения преступления.

В случае использования служебного положения для содействия (не сопряженного с участием в нападении) банде лицом, не являющемся ее членом, содеянное должно квалифицироваться как пособничество в бандитизме по ч.2 ст.209 УК со ссылкой на ст. 33 и по совокупности с соответствующими статьями, предусматривающими ответственность за преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления или преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях.

Законодатель включил в содержание субъективной стороны бандитизма цель, которая заключается в нападении на граждан и организации.

Нападение – это агрессивное противоправное действие, совершаемое с какой-либо преступной целью и создающее реальную и непосредственную опасность немедленного применения насилия как средства достижения этой цели.

Пленум Верховного Суда в своем постановлении отметил большое разнообразие возможных целей бандитских нападений. Это может быть как непосредственное завладение имуществом, деньгами или иными ценностями граждан либо организаций, так и убийства, изнасилование, уничтожение или повреждение имущества, освобождение арестованных из-под стражи и т.п.


2. ОТГРАНИЧЕНИЕ БАНДИТИЗМА ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

2.1 Отграничение бандитизма от преступлений против собственности

Разграничение бандитизма (ст.209 УК РФ) и разбоя (ст. 162 УК РФ)

Довольно сложным представляется решение вопроса о разграничении разбоя, совершенного организованной группой с применением оружия (п."г" ч.2, п."а" ч.3 ст.162 УК) и бандитизма (ст. 209 УК).

Сложность состоит в том, что и бандитизм, и указанный вид разбоя имеют много сходных признаков.

Во-первых, собственность при разбое выступает в качестве основного непосредственного объекта, здоровье человека - в качестве дополнительного, а в бандитизме все перечисленные объекты являются дополнительными. В качестве основного непосредственного объекта бандитизма выделяют основы государственного управления в области обеспечения общественной безопасности.

Для всех форм хищений, и в том числе для разбоя, характерен квалифицирующий признак - совершение преступления организованной группой. Ее понятие дается в ч.3 ст.35 УК: устойчивая группа, заранее объединившаяся для совершения одного или нескольких преступлений. Указав в п.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм", что "от иных организованных групп банда отличается своей вооруженностью и своими преступными целями - совершение нападений на граждан и организации", высшая судебная инстанция в очередной раз подчеркнула, что банда - это также разновидность организованной группы, а не другой формы соучастия.[15]

У бандитизма и квалифицированного разбоя присутствует еще один общий признак - вооруженность. Однако, несмотря на сходство двух составов в отношении оружия, между бандитизмом и вооруженным разбоем, совершенным организованной группой, имеется существенное различие.

Наличие оружия в банде - обязательный признак данного преступления. При этом имеется в виду оружие только в прямом смысле слова, т.е. предназначенное в соответствии с Законом РФ "Об оружии" для поражения живой или иной цели, подачи сигналов, а не любые предметы, используемые в качестве оружия. Состав разбоя может образовать и нападение с применением предметов, используемых в качестве оружия, если они предназначены или приспособлены членами группы для нападений на людей; имитации или негодного оружия.

Законодатель связывает состав вооруженного разбоя с обязательным применением оружия при нападении, тогда как наличие состава бандитизма связывается лишь с наличием оружия хотя бы у одного из членов банды даже без его применения, если об этом было известно остальным участникам банды и они были готовы его применить.

Различие в квалификации бандитизма и вооруженного разбоя заключается также в том, что поскольку бандитизм предполагает организацию вооруженной банды, то хранение и ношение оружия охватывается признаками состава, предусмотренного ст.209 УК, и дополнительной квалификации по ст.222 УК не требуется. Состав вооруженного разбоя включает в себя только применение оружия и не охватывает его незаконные приобретение, хранение, ношение, поэтому эти составы преступлений образуют реальную совокупность.

Одним из обязательных признаков и бандитизма, и разбоя, указанных в законе, является нападение, которое в п.6 ранее названного постановления Пленума Верховного Суда РФ определяется как "действие, направленное на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения". Иными словами, нападение можно представить как действие, состоящее из двух последовательных этапов: создание реальной опасности применения насилия и непосредственно насилие. Реальная возможность применения насилия и степень его опасности для потерпевшего могут оцениваться самим потерпевшим (в случае когда нападение носит открытый характер), а могут быть лишь объективно реальными, исходя из конкретной обстановки, независимо от того, осознавал ли этот факт потерпевший или нет. Действия должны быть направлены против жизни и здоровья потерпевшего. Сказанное в полной мере относится и к ст.162, и к ст.209 УК.

Разграничение между бандитизмом и разбоем, совершенным организованной группой с применением оружия, можно проводить и по субъекту преступления. Уголовной ответственности за бандитизм подлежат лица, которым на момент совершения преступления исполнилось 16 лет. Лица, не достигшие этого возраста, в случае участия в банде подлежат уголовной ответственности за фактически содеянное (ч.2 ст.20 УК). В ч.3 ст.209 УК установлена ответственность для лиц, являющихся организаторами, руководителями, участниками банды или участниками совершаемых ею нападений, если при этом имело место использование ими служебного положения. Иными словами, в ст.209 УК появился и специальный субъект. Субъект разбоя - общий (с 14 лет).

Бандитизм в отличие от разбоя считается оконченным преступлением с момента организации вооруженной банды, независимо от того, совершила ли она хотя бы одно нападение или нет. А факт участия в организованной группе, созданной для совершения разбоя, но еще не исполнившей ни одного нападения, следует рассматривать как приготовление к совершению разбоя.

Разграничение бандитизма (ст. 209 УК РФ) и вымогательства (ст. 163 УК РФ)

Иногда возникают ситуации, в которых следует проводить разграничение между бандитизмом и вымогательством. Такие случаи имеют место тогда, когда вымогательство совершается организованной группой, имеющей оружие, с применением насилия.

Различия этих составов заключаются в следующем.

Объектом преступления при бандитизме является общественная безопасность, при вымогательстве – собственность.

Признак вооруженности присущ только бандитизму. Состав вымогательства такого признака не имеет. При вымогательстве передача имущества или иных ценностей происходит после выдвижения соответствующих требований, при этом имеется разрыв во времени между этими двумя актами. Насилие со стороны требующего предполагается осуществить в случае, если потерпевший откажется выполнить выдвигаемые преступником требования имущественного характера. Угроза насилия переносится на будущее, и она может иметь место не только в отношении лица, к которому предъявляются незаконные требования передачи имущества, но и в отношении его близких, или оглашении о них позорящих сведений, или о самом потерпевшем. При бандитизме, даже если преступники требуют выдать материальные ценности, хранящиеся или имеющиеся у потерпевшего, угроза применения насилия носит вполне реальный и определенный характер, что означает, что она будет исполнена в данный момент, и выдача имущества требуется незамедлительно.

Субъектом преступления, предусмотренного ст. 163, как и ст. 162 УК РФ могут быть физические вменяемые лица, достигшие ко времени совершения преступления возраста 14 лет. Субъектом по делам о бандитизме могут быть лица, достигшие 16летнего возраста.


2.2 Отграничение бандитизма от иных преступлений против общественной безопасности

Разграничение создания незаконного вооруженного формирования (ст. 208 УК РФ) и бандитизма (ст. 209 УК РФ)

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм" указано, что "под бандой следует понимать организованную устойчивую вооруженную группу из двух и более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации". Из анализа уголовно-правовых норм явствует, что банда по своей сути является организованной группой, закрепленной в ч.3 ст.35 УК, располагающей такими дополнительными признаками, как вооруженность и специальная цель. Раскрыть понятие бандитизма следует посредством исследования "организованности" и одного из наиболее важных ее составляющих - оценочного признака "устойчивость".

Именно устойчивая совместная деятельность участников вооруженной группы служит основанием для признания ее бандой. Для организации незаконного вооруженного формирования устойчивость не является конститутивным признаком. Думается, что рассматриваемые составы преступлений следует отличать по характеру вооруженности. В соответствии с названным постановлением Пленума Верховного Суда РФ "банда признается вооруженной при наличии оружия хотя бы у одного из ее членов и осведомленности об этом других членов банды". В незаконном вооруженном формировании признак вооруженности присущ всему формированию (объединению, отряду, дружине или иной группе) в соответствии со штатным расписанием и установленными для него нормами. При отсутствии оружия у формирования последнее теряет свое предназначение.

Важным признаком банды, отличающим ее от преступления "организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем", является цель ее создания - нападение на граждан или организации. Организация незаконного вооруженного формирования преследует иные цели: политические, социально-бытовые (например, "защитить" город или населенный пункт от криминальных посягательств), националистические и т.д.

В тех случаях, когда члены незаконного вооруженного формирования принимают непосредственное участие в нападении на военные арсеналы, дежурные части органов внутренних дел с целью захвата оружия, их действия должны квалифицироваться как бандитизм по ст.209 УК, поскольку названные действия не охватываются составом организации незаконного вооруженного формирования. Преступление, предусмотренное ст.208 УК, здесь перерастает в бандитизм, и дополнительной квалификации по этой статье УК уже не требуется.[16]

Разграничение бандитизма (ст. 209 УК РФ) и терроризма (ст. 205 УК РФ)

Отличие бандитизма от терроризма необходимо проводить по цели совершаемого преступления. Цель любого акта терроризма – вызвать у граждан и у официальных властей чувство страха, растерянности, паники с целью принудить их к совершению определенных действий или воздержаться от таковых в пользу террористов. Целью же банды является совершение нападений на граждан и организации для получения, например, материальной выгоды, хотя, совершая вооруженные нападения, бандиты также вызывают чувство страха, прежде всего у граждан.

При бандитизме имеет место физический контакт с потерпевшим, при акте терроризма потерпевшие могут быть дистанцированы от виновных.

Субъектом преступления, предусмотренного ст. 205УК РФ могут быть физические вменяемые лица, достигшие ко времени совершения преступления возраста 14 лет. Субъектом по делам о бандитизме могут быть лица, достигшие 16летнего возраста.

Разграничение бандитизма (ст. 209 УК РФ) и массовых беспорядков (ст. 212 УК РФ)

При разграничении данных составов преступлений можно выделить три возможные формы связи между ними. Во-первых, массовые беспорядки могут быть инспирированы бандой для достижения своих целей. В этих случаях действия членов банды – организаторов массовых беспорядков – квалифицируются по ст. 209 УК и ст. 212 УК РФ. Во-вторых, банда может использовать помимо нее массовые беспорядки для собершения нападений. В этом случае квалификация должна быть произведена только по ст. 209 УК РФ. В-третьих, в ходе массовых беспорядков их отдельные активные участники могут организовать банду. Такие лица должны нести ответственность по ст. 209 УК, а если они приняли участие в преступлениях, совершаемых толпой – также по ст. 212 УК РФ. Вместе с тем неправильно квалифицировать действия всех вооруженных организаторов и участников массовых беспорядков как бандитизм, так как отсутствует необходимый при бандитизме признак – устойчивость группы. Это обычно случайно встретившиеся в толпе люди, их преступная деятельность не связана с заранее разработанным планом, у них нет договоренности о распределении ролей.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Борьба с организованной преступностью в нашей стране была всегда сложной и трудной задачей, которая требовала больших организационных усилий государства, материальных и людских ресурсов.

Уникальность бандитизма заключается в том, что состав данного преступления объединяет в себе объективные и субъективные признаки, присущие многим составам преступления, что позволяет ему при каждом конкретном случае принимать самые неожиданные формы, провоцирующие правоприменителя на неверные решения.

В этой связи проблема недостаточности теоретической разработки признаков состава бандитизма, практики квалификации бандитизма имеет место быть и по сегодняшний день. Проблема состоит и в том, что изучение борьбы с организованной преступностью нельзя проводить в отрыве от изучения групповых преступлений, так как эти понятия находятся в тесной взаимосвязи. Решение данных проблем и, на мой взгляд, не без успеха предлагается многими учеными-юристами, работающими над ними. Однако подавляющее их большинство обращают внимание на то, что необходимо не только теоретическое изложение наработанного материала, но и практическое закрепление его результатов в действующем законодательстве, с целью корректировки положений ст. 209 УК РФ и придания большей прозрачности ее состава для более четкого отграничения бандитизма от смежных составов.


Список используемой литературы

1. Агапов П.В. Бандитизм: социально-политическое, криминологическое и уголовно-правовое исследование. / Саратов.- 2002. 101с.

2. Ачмиз Л.Г. Бандитизм: правовые, криминологические и правоприменительные аспекты: автореферат диссертации / Краснодар.-2006. 26с.

3. Быков В.М. Банда - особый вид организованной вооруженной группы // Российская юстиция.-1999. №6.

4. Быков В.М. Преступная группа: криминалистические проблемы / Ташкент: Узбекистон.-1991. 148с.

5. Вопросы уголовного процесса и правовая реформа. Сборник научных статей / Красноярск, КрасГУ.-2002. 168с.

6. Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка / М.: Юридическая литература.-1973. 200с.

7. Комиссаров В.С. Бандитизм и другие тяжкие преступления против общественной безопасности / СПб.-2002. 218с.

8. Комиссаров В.С. Вооруженность как признак бандитизма // Законы России. Опыт, анализ, практика.- 2006. № 5.

9. Наумов А. Квалификация незаконного оборота гладкоствольного охотничьего оружия // Российская юстиция. 2001. N 4. С. 49.

10. Павлинов А. Чем незаконное вооруженное формирование отличается от банды // Российская юстиция.-2000. №4.

11. Попова О.А. Квалификация бандитизма // Российская юстиция.-2003. №1.

12. Попова О.А. Проблемы дифференциации ответственности за бандитизм (исторический и уголовно-правовой аспекты) / Екатеринбург.-2001. 23с.

13. Попова О.А. Сложности при разграничении бандитизма и вооруженного группового разбоя // Российская юстиция.-2001. №5.

14. Устинова Т.Д. Уголовная ответственность за бандитизм / Москва.-1997. 187с.

15. Шарапов Р.Д. Понятие оружия как орудия преступления // Журнал российского права.- 2005. № 11.


[1] Ачмиз Л.Г. Бандитизм: правовые, криминологические и правопримени-тельные аспекты аспекты. С.3.

[2] Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка / М.: Юридическая литература.-1973.С. 16

[3] Попова О.А. Проблемы дифференциации ответственности за бандитизм (исторический и уголовно-правовой аспекты) / Екатеринбург.-2001. С. 11.

[4] Быков В.М. Преступная группа: криминалистические проблемы / Ташкент, Узбекистон.-1991. С.8

[5] Быков В.М. Преступная группа: криминалистические проблемы / Ташкент, Узбекистон.-1991. С.12.

[6] Устинова Т.Д. Уголовная ответственность за бандитизм / Москва.-1997. С.26.

[7] Быков В.М. Банда - особый вид организованной вооруженной группы // Российская юстиция.-1999. №6.

[8] Шарапов Р.Д. Понятие оружия как орудия преступления // Журнал российского права.- 2005. № 11.

[9] Наумов А. Квалификация незаконного оборота гладкоствольного охотничьего оружия // Российская юстиция. 2001. N 4. С. 49;

9 Агапов П.В. Бандитизм: социально-политическое, криминологическое и уголовно-правовое исследование. Саратов. 2002. С. 65.

[10] Комиссаров В.С. Вооруженность как признак бандитизма // Законы России. Опыт, анализ, практика.- 2006. № 5.

[11] Попова О.А. Сложности при разграничении бандитизма и вооруженного группового разбоя // Российская юстиция.-2001. №5.

[12] Попова О.А. Квалификация бандитизма // Российская юстиция.-2003. №1.

[13] Попова О.А. Квалификация бандитизма // Российская юстиция.-2003. №1.

[14] Попова О.А. Квалификация бандитизма // Российская юстиция.-2003. №1.

[15] Попова О.А. Сложности при разграничении бандитизма и вооруженного группового разбоя // Российская юстиция.-2001. №5.

[16] Павлинов А. Чем незаконное вооруженное формирование отличается от банды // Российская юстиция.-2000. №4.