регистрация / вход

Уголовно-процессуальная характеристика преступлений, связанных с организованной преступностью

Сущность, признаки и общественная опасность организованной преступности. Уголовно-процессуальная характеристика преступлений, связанных с ней. Формы соучастия и виды соучастников в преступлении. Ответственность за организацию преступного сообщества.

Содержание

Введение

1. Понятие и признаки организованной преступности

1.1 Понятие организованной преступности

1.2 Признаки организованной преступности и ее структура

1.3 Общественная опасность организованной преступности

2. Уголовно-правовые меры борьбы с организованной преступностью

2.1 Формы соучастия и виды соучастников в преступлении

2.2 Совершение преступлений организованной группой

2.3 Ответственность за организацию преступного сообщества

3. Проблемы борьбы с организованной преступность

Заключение

Список использованной литературы


Введение

Построение в Российской Федерации правового государства предполагает усиление гарантий прав, свобод и законных интересов граждан. В сфере уголовного судопроизводства данное положение имеет особое значение, поскольку расследование и рассмотрение уголовных дел сопряжено с ограничением свободы и неприкосновенности личности, вторжением в частную жизнь граждан, применением мер процессуального принуждения. Одной из основных задач судебно-правовой реформы, проводящейся в стране с 1991 г., является защита прав и свобод человека при осуществлении правосудия. При этом конечным результатом судебной реформы должно стать создание такой системы уголовного судопроизводства, где будут обеспечены как интересы общества и государства в области борьбы с преступностью, так и права участников процесса, в том числе лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

В ходе судебной реформы гарантии прав подозреваемых и обвиняемых получили значительное развитие и укрепление, особенно в части обеспечения права на защиту, установления иммунитета от самоизобличения, реализации возможности заявления жалоб и ходатайств.

В то же время гуманизация уголовной и уголовно-процессуальной политики имела отрицательную сторону, выразившуюся, в частности, в росте преступности. Бесспорно, социально-экономические перемены в жизни граждан, падение уровня жизни основной массы населения и общая государственно-правовая нестабильность (связанная и с проблемой совершенствования законодательства, приспособления его к новым экономическим реалиям) так или иначе, повлияли на рост преступности.

Таким образом, борьба с организованной преступностью является актуальной государственно-правовой задачей на современном этапе развития российского общества, но, тем не менее, решение ее имеет ряд проблем законодательного, организационного и методического характера.

Расследование подобных дел представляет значительную трудность, поскольку это многоэпизодные дела, требующие производства большого объема следственных действий, назначения и выполнения сложных экспертных исследований. Судебное разбирательство по этим делам привлекает внимание общественности, и, как свидетельствует судебная практика, доказательства, собранные органами предварительного расследования, далеко не всегда являются достаточными для вынесения обвинительного приговора.

За последнее десятилетие появился ряд научных трудов, посвященных проблемам борьбы с организованной преступностью. Интересный криминологический анализ структуры организованной преступности в России, характера и динамики преступлений, совершенных организованными группами, содержится в работах А. И. Долговой, С. В. Дьякова, И. И. Карпеца, Н. Ф. Кузнецовой, В. И. Куликова, В. В. Лунеева и других ученых. В то же время комплексный анализ оперативно-розыскных и уголовно-процессуальных особенностей пресечения организованной преступной деятельности в российской научной литературе отсутствует; отдельные работы (например, В. Л. Васильева, В. И. Куликова, В. Н. Осипкина) затрагивают только определенные аспекты этой проблемы. В связи с повышенной общественной опасностью организованной преступной деятельности выработана специальная тактика и методика расследования этой категории уголовных дел.

Вместе с тем в литературе недостаточно полно исследованы вопросы создания и функционирования оперативно-следственных групп, взаимодействия органов, ведущих оперативно-розыскную деятельность (а по делам, связанным с организованной преступной деятельностью, осуществляется большое число оперативно-розыскных мероприятий), и органов расследования, тактические приемы, полезные для применения при производстве предварительного расследования наконец, сама методика расследования этих дел нуждается в совершенствовании.

Законодательное обеспечение борьбы с организованной преступностью в РФ также не является идеальным. С одной стороны, уголовное законодательство России предусматривает, во-первых, повышенную ответственность за преступления, совершенные организованными группами, во-вторых, отдельно преследует за создание преступного сообщества и участие в нем, участие в банде и совершенных ею нападений. С другой стороны, попытки установить особый процессуальный порядок расследования по этой категории дел успехом не увенчались.

Цель дипломной работы уголовно-процессуальная характеристика преступлений, связанные с организованной преступностью.

Для достижения поставленной цели были решены следующие задачи:

1. Понятие организованной преступности

2. Признаки организованной преступности и ее структура

3. Общественная опасность организованной преступности

4. Формы соучастия и виды соучастников в преступлении.

5. Совершение преступлений организованной группой

6. Ответственность за организацию преступного сообщества

1. Понятие и признаки организованной преступности

1.1 Понятие организованной преступности

Понимание организованной преступности еще менее определенно, чем насильственной, корыстной или экономической. В основе выделения организованной преступности из общего противоправного поведения лежат характер и степень организованного взаимодействия нескольких преступников между собой при осуществлении своей пролонгированной криминальной деятельности. Именно деятельности, осуществляемой группой лиц в течение более или менее длительного времени, а не единичного группового деяния, хотя последнее нередко бывает началом сколачивания организованной преступной группы.

Феномен организованности касается не только и не столько совершения конкретных деяний, сколько становления самого преступного формирования, его существования и его криминальной деятельности. Совершение одинаковых или разных преступлений является относительно постоянным общим деломорганизованных между собой субъектов (групп), каждый из которых имеет свои функциональные обязанности, «права и полномочия». «Коза ностра» (итал. – «Наше дело») более или менее точно отражает суть организованной преступности. [18, с.165]

Преступное дело представляет собой специфическую систему «производственных» отношений, и, как и в любой другой сфере человеческой деятельности, они требует адекватной организации. В связи с этим законодательство США даже рассматривает эти структуры в качестве незаконных деловых предприятий. Они создаются, как правило, по образцу соответствующих государственных и коммерческих структур, существующих в той или иной стране. И это делает организованную преступность производной от конкретного общества и государства, где она действует.

Организованную преступность давно сравнивают со злокачественной опухолью. И это сравнение верно. Например, рак легкого, желудка, молочной железы, кожи, сохраняя свою «убийственную» суть, специфичен в каждом органе. И эта специфика предопределена строением клеток органа, так как злокачественная опухоль состоит не из абсолютно новых собственно раковых клеток, а из патологически измененных клеток заболевшего органа. Переносясь по лимфатическим путям, они обусловливают новые раковые образования (метастазы) в других органах, но уже со свойственным им морфологическим своеобразием. Аналогична этиология и организованной преступности.

Сказанного может быть вполне достаточно для уяснения социальной (антисоциальной) сути организованной преступности. Но в этих суждениях нет никаких криминологических или уголовно-правовых критериев рассматриваемого вида преступного поведения.

Его необходимо как-то выделить и обозначить. Начнем с простого, с примерного перечня преступлений, которые бы следовало отнести к организованным. И. И. Карпец, например, так и считал, что нужно «прямо перечислить статьи закона, наиболее характерные для организованной преступности (хищения, кражи, злоупотребление наркотиками, контрабанда, бандитизм, разбой, вымогательство и др.), и тем самым исключить расширительное толкование понятия «организационная деятельность»» [18, с.170]. Такой казуистический подход использовался в уголовном законодательстве при определении тяжких преступлений, особо опасного рецидивиста и т. д. Но он, к сожалению, мало пригоден при определении организованной преступности, ибо такого перечня нет. А если его изобрести, то его придется непрерывно дополнять. Организованная преступность постоянно и целенаправленно ищет высокодоходные и малорискованные преступные деяния. Поэтому можно перечислить почти все преступления, предусмотренные в уголовных кодексах различных стран, совершение которых может стать «делом» организованных преступников: одни (торговля наркотиками, оружием...) как основная целевая деятельность, другие (убийства, террор...) как способ устранения конкурентов, третьи (подкуп, коррупция...) как форма самозащиты от разоблачения, четвертые (неуплата налогов, отмывание денег...) как спасение преступного капитала, пятые (создание фиктивных предприятий...) как метод легализации своей деятельности и т. д. и т. п. [16, с.205]

Определив совершение каких-либо преступлений своим основным делом, организованные преступники не могут объективно и субъективно остановиться перед любым другим деянием, дающим им шанс процветания, выживания или спасения. В связи с этим их криминальная деятельность со временем генерализуется. Поэтому перечислить все совершаемые ими преступления априори невозможно. Их относительно полный перечень можно составить лишь постфактум, как результат учета за определенный период и на определенной территории.

Обратимся к регистрации преступлений. Организованная преступность в «социалистической» форме существовала давно, но она могла проходить по учету лишь как групповая преступность. Впервые о специальном учете организованной преступности заговорили в конце 80-х годов. Первые данные были получены в 1989 году. Этот учет включал в себя перечень общеуголовных преступлений, которые совершались организованными группами: умышленное убийство, изнасилование, умышленное тяжкое телесное повреждение, кражу, грабеж, разбой, мошенничество, вымогательство, преступления, связанные с оружием, взрывчатыми и наркотическими веществами, похищение детей, нарушение правил о валютных операциях, должностные хищения, взяточничество, контрабанда и др. Такие сведения важны и продолжают собираться в России, но они тоже не приближают нас к криминологическому и уголовно-правовому пониманию организованной преступности, ибо все эти деяния совершаются как организованными, так и неорганизованными преступниками. [16, с.206]

Одним из важных, но также статистически относительных признаков организованной преступности может быть характер повторно или продолжаемо совершаемых преступлений, являющихся основной целевой деятельностью организованных преступников. Известно, например, что главной задачей их является извлечение прибыли и сверхприбыли. В некоторых международных документах она даже называется «преступностью в форме бизнеса». Поэтому корыстные преступления могут быть главными, а все остальные, какими бы опасными они не были, - побочными, направленными лишь на обеспечение решения основной задачи. Даже проникновение во власть, тайный или открытый захват ее в государстве или регионе чаще всего подчинены той самой главной задаче. Корыстные криминальные формы целевой организованно-преступной деятельности также множественны и разнообразны. Они меняются в связи с открывающимися и закрывающимися возможностями в той или иной стране, регионе, мире. Например, в 1993-1994 годы в России организованная преступность широко использовала фальшивые авизо, обман вкладчиков, ваучерную приватизацию госсобственности и другие, как будто бы специально для нее открытые каналы обогащения. В 1995-1996 годы эти пути стали как-то перекрываться и она переходит на биржевые спекуляции, наркобизнес, денежную приватизацию, уничтожение конкурентов и т. д. Но и в том и в другом случае ведущей остается жажда прибыли.

Приведенный список превалирующих криминальных форм дает некоторые представления о примерной совокупности традиционных составов преступлений, совершаемых организованной преступностью, и тех из них, которые могут составлять ее основное прибыльное национальное и транснациональное дело. Корысть практически оказалась их общим родовым признаком и становым хребтом организованной преступности в целом. Не случайно считается, что мафия ничего не делает бескорыстно. Но это тоже не является только ее особенностью.

Основным и практически единственным группировочным признаком рассматриваемых деяний является криминальная организованность.И было бы очень важно найти ее более или менее точные критерии, позволяющие квалифицировать организованную преступность и дифференцировать ее образования от случайных ситуативных групп, совершающих отдельные преступления по предварительному сговору.

Исходя из этой посылки, есть основания в данном виде преступности отметить самый или наиболее высокий уровень криминального формирования, напоминающего традиционные корпоративные объединения. И это, как правило, так. Но из правила есть исключения. Будучи сложным, разноплановым и нередко стихийно складывающимся образованием, организованная преступность может иметь разные уровни структурирования и организации, если рассматривать ее в процессе становления, идущего от случайной группы до четкой преступной организации, или, если исследовать ее структуру по функционированию группировки, в которой могут быть сплоченное ядро высокоорганизованных преступников и обслуживающие его аморфные образования, находящиеся на различных стадиях организованности.

Есть даже мнение, что «в основном организованные преступные группировки не имеют строго определенной структуры, отличаются гибкостью и быстрой адаптируемостью. Фактически... подлинная сила и эффективность организованной преступности обусловлены именно их аморфностью. В отличие от оформленных корпоративных структур, организованная преступность скорее напоминает сеть социальных связей в обществе».

Целесообразнее всего рассматривать организованную преступность как совокупность хотя и относительных, но взаимосвязанных характеристик, в структуре которых организованность, естественно, является главной. С этой точки зрения под организованными преступными формированиями можно понимать устойчивое объединение лиц, в котором имеются (или формируются): [23, с.45]

- организатор (руководитель, главарь, пахан, крестный отец) или руководящее ядро;

- определенная иерархическая структура, отделяющая руководство от непосредственных исполнителей; более или менее четкое распределение ролей (функций), которые реализуются при выполнении конкретных заданий, обязанностей или в ролевом «должностном» поведении;

- жесткая дисциплина с беспрекословным подчинением по вертикали, основанная на собственных законах и нормах, в том числе и на законе молчания;

- система жестких наказаний, вплоть до физического устранения «вероотступников»;

- финансовая база (общак) для решения «общих» задач;

- сбор информации о выгодных и безопасных направлениях преступной деятельности;

- нейтрализация и возможное коррумпирование правоохранительных и иных государственных органов для получения необходимой информации, помощи и защиты;

- профессиональное использование основных государственных и социально-экономических институтов, действующих в стране и мире в целях создания внешней законности своей преступной деятельности;

- распространение устрашающих слухов о своем могуществе, которое приносит преступным организациям больше пользы, чем вреда, так как они деморализуют свидетелей, потерпевших, сотрудников СМИ, правоохранительных органов и поддерживают преступный дух рядовых исполнителей;

- создание такой структуры управления, которая избавляет руководителей от необходимости непосредственной организации или совершения конкретных преступлений. И это всем выгодно: руководители избегают ответственности, а привлечение к ней рядовых исполнителей не разрушает организацию и дает ей возможность оказать "потерпевшим" необходимую помощь;

- совершение любых преступлений при доминирующей мотивации достижения корыстной цели и контроля в какой-то сфере или на какой-то территории для той же наживы и безопасности.

Перечисленные признаки могут проявляться в разной степени, а в некоторых образованиях отдельные из них могут отсутствовать совсем, но собирательно они отражают реальную характеристику организованной преступности

Статистически многие из этих признаков могут вполне улавливаться, если учитывать преступления, совершенные организованными преступниками. На этой базе можно отслеживать общее количество выявленных организованных групп, их криминальную направленность, длительность существования, уровень сплоченности, характер управления, географию преступной деятельности, наличие коррумпированных связей и др.

При оценке получаемых данных надо иметь в виду, что их установление возможно лишь по раскрытым преступлениям. Большая же часть преступлений, совершенных организованными преступниками, не только не раскрывается, но и не устанавливается и не регистрируется. Можно, например, полагать, что убийства Холодова, Листьева, Поляничко, Кевелиди и многих других известных лиц в России совершены организованными преступниками, но это не более как следственная версия. При всей опасности названных убийств они могут быть лишь пеной на беспрецедентной экономической и корыстной преступности. Но это только догадки. Поэтому статистика организованной преступности в России не только неполна, но и искажена, так как наиболее умная, организованная, законспирированная, коррумпированная, а следовательно, и более опасная часть мафиозных структур «уходит» из-под контроля правоохранительных органов. Попадаются примитивно организованные группы, совершающие элементарные деяния: кражи, грабежи, разбои, вымогательство, убийства и т. д. Статистический сдвиг к этой части организованной преступности упрощает и деформирует представление о ней в целом и затрудняет осознание обществом реальных вызовов организованной преступности. [10, с.287]

Самый большой недостаток получаемых сведений заключался в отсутствии четкого правового критерия организованных формирований. Для внутреннего пользования его некоторые признаки были разработаны органами внутренних дел в аналитических целях.

Милиция на местах, не дотягиваясь до настоящей организованной преступности, в целях показа своей значимости может относить к ней любые групповые деяния. Показуха не только наша болезнь. Р. Кларк, бывший министр юстиции США, задает риторический вопрос: «Сколько усилий сотрудников правоприменительных органов потрачено на преследование мелких громил, для того чтобы какой-нибудь районный атторней, или начальник полиции, или федеральный орган мог создать себе соответствующую репутацию». В нашей стране показушный подход был государственной политикой, и мы от него пока до конца не избавились. В силу сказанного истинная организованная преступность и в этом плане «вырывается» из-под контроля общества, чем не без успеха пользуется: организованных групп вскрываются тысячи, а борьбы с реальной организованной преступностью нет.

Таким образом, понятие организованной преступности до сих пор остается источником споров и разногласий в мировой и особенно в отечественной криминологической и уголовно-правовой литературе. С этим можно было бы смириться, если бы научно-правовая неопределенность не отражалась на борьбе с этим страшным явлением современности, особенно в нашей стране и особенно в последние годы.


1.2 Признаки организованной преступности и ее структура

преступность уголовная процессуальная

При определении понятия организованной преступности можно констатировать сходство признаков, характеризующих как западную, так и нашу, доморощенную, мафию.

Первый признак - деятельность преступных сообществ и преступных групп или организаций как устойчивых и сплоченных образований в целях совершения тяжких или особо тяжких преступлений.

Второй признак - качественная и территориальная многоуровневость с разделением сфер влияния. По мнению экспертов, у нас в стране имеется три таких уровня: а) уже сложившиеся преступные группы, которые еще не в силах выйти к этажам власти; б) такие же группы, но имеющие достаточно прочные связи с коррумпированными представителями государственного аппарата; в) сетевая структура из ряда сильных групп, руководимых кланом.

Третьим признаком является создание структур организованной преступности для достижения целей преступного бизнеса - систематического получения доходов от нелегальной деятельности, но нередко и через легальные источники, в частности, легальные вклады представителей организованной преступности в акционерные общества, предприятия, где эти вклады " отмываются", проникновение в законные формы предпринимательства и совершение иных корыстных преступлений.

Четвертый признак - профессионализм преступной деятельности.

Пятый признак организованной преступности - это ее корыстная связь с представителями государственного аппарата. Иначе говоря, преступное сообщество приобретает черты мафии лишь в условиях коррупции.

По данным А.И.Гурова, изучившего около 200 таких групп, каждая пятая и каждая третья были связанны с коррумпированными представителями административного аппарата. Коррупция в связи с организованной преступностью (если брать существо явления, а не внешнее сходство) не синоним взяточничества. [12, с.109]

Во-первых, понятие «взяточничество» означает единичное либо неоднократное выполнение или невыполнение конкретных действий в интересах взяткодателя за вознаграждение. Совершая преступление, виновный остается членом конкретной государственной либо общественной системы, в которой он занимает определенное положение. При коррумпировании с организованной преступностью, совершая преступление, субъект сознает, что он включен в систему отношений, находящихся в антагонистическом противоречии с интересами его ведомства и государства в целом. При этом должностной субъект одновременно является членом государственной (общественной) системы и общей системы организованной преступности. А систематическое получение вознаграждения становится основным источником средств существования.

Во-вторых, значительно отличается характер связи должностного лица с взяткодателем и в том и в другом случае.

В-третьих, коррумпирование значительно опаснее взяточнительства.

Принимая участие в заседании «круглого стола», посвященного проблеме организованной преступности, О.В.Пристанская в современных высокоразвитых преступных объединениях выделяет централизованную, разветвленную, многоуровневую систему устойчивых преступных связей, включающую пять основных подсистем: [15, с.180]

1) обеспечения функционирования преступного объединения, охватывающую материально-техническое и организационное обеспечение;

2) обеспечения безопасности, предусматривающую разработку комплекса мер конспирации и защиты от разоблачения, от нейтрализации всех форм социального контроля, вплоть до обеспечения правовой помощи и организации противодействия органам внутренних дел;

3) финансирования: перераспределения по иерархическим звеньям преступного объединения полученных незаконным путем прибылей, создания определенного централизованного материального фонда («общака»);

4) централизованного информационного обеспечения;

5) неформальных «субкультурных» нормативных предписаний, обеспеченных комплексом мер наказания и поощрения.

Другой участник «круглого стола», Н.В.Качев, отмечает, что если свойство организованности присуще совершению многих преступлений,

то в организованной преступности мы имеем дело с преступной деятельностью, осуществляемой организовавшейся для этого группировкой, поставившей себе целью систематически совершать определенного рода преступления.

Другой обязательный признак - наличие определенной сферы влияния, контроля или определенной территории, или производственно-отраслевого участка. Назовем обязательный признак-это цель получения прибыли, причем извлечение наживы приобретает вид преступного промысла. Встречаются и такие особенности, как наличие специальной группы для подавления конкурентов, штата, занимающегося сбором компрометирующего материала.

Еще одним из признаков является наличие материальной основы преступной деятельности, также присущий только организованной преступности набор средств, приемов и методов незаконной деятельности и, наконец, наличие собственной «нормативной» основы и субкультуры.

Приведенные признаки являются наиболее типичными. Не обязательно, чтобы каждая организованная преступная структура соответствовала всем названным признакам. В то же время наличие первого и третьего признаков является обязательным для признания организованной преступности в качестве таковой. Во-первых, организованная преступность это деятельность преступных сообществ, организаций и организованных групп в целях совершения тяжких или особо тяжких преступлений. Они более устойчивы, по сравнению с отдельными группами по предварительному сговору, и функционируют, как правило, длительное время. Преступные сообщества, организации и организованные преступные группы обычно строго структуированы, действуют на основе распределения между их членами функций руководства, планирования, пропаганды, разведки, охраны, исполнения и т.д. Во-вторых, организованная преступность - это преступный бизнес, поскольку объединение лиц и группировок происходит на экономической основе, то есть в целях извлечения прибыли из нелегального бизнеса, а также благодаря проникновению в экономику путем отмывания «грязных» денег, устранения конкурентов и т.д., установления монопольного положения на рынке товаров и оказания услуг. Экономическая, кредитно-финансовая сферы - основные мишени организованной преступности. Участники организованной преступности совершают и другие по характеру преступления (убийства, захват заложников и т.д.). Однако совершение этих преступлений - не самоцель преступных формирований, а средство достижения основной цели - обогащения, получения материальных выгод. К числу же не основных, но имеющих иногда место признаков можно отнести следующие: «отмывание» (легализация) преступно приобретенного капитала через легальные формы коммерческой и банковской деятельности для дальнейшего его легального использования в различных целях; дерзко-насильственные способы осуществления преступной деятельности; проникновение в средства массовой информации.

Освещая вопрос о структуре организованной преступности, необходимо отметить, что в сфере специалистов-юристов сформировался взгляд на организованные формы преступной кооперации. Выделяются такие ее формы как организованная преступная группа (ОПГ), организованная преступная группировка (ОПГк) и организованное преступное сообщество(ОПС). Из данных форм и состоит структура организованной преступности в целом. [27, с.34]

Принимая за основание классификации организованной преступной деятельности особенности организованной преступной группы, можно выделить следующие преступные формирования: а) построенные на профессиональной основе или без таковой; б) с использованием должностных возможностей членов организованной преступной группы и без таких возможностей; в) имеющие коррумпированные и иные облегчающие организованную преступную деятельность связи и не имеющие их.

Говоря о структуре организованной преступной деятельности можно обозначить и другие элементы, определяющие ее уголовно-правовую направленность, а главное - основной способ достижения преступных целей.

С этой точки зрения все уголовно наказуемые деяния можно разбить на следующие группы: [23, с.146]

- которые уже активно используются преступными сообществами в качестве базовых элементов организованной преступной деятельности (например, присвоение вверенного имущества, взяточничество, корыстно-насильственные преступления);

- которые могут, в принципе, выступить в качестве базовых элементов, но широко не используются пока преступными группировками ввиду их относительной малодоходности и рискованности (заказные убийства, похищения людей);

- которые не могут быть базовыми элементами организованной преступности в силу самой их природы.

Организованная преступность проявляется в следующих формах:

1) организованные преступные группы, созданные для преступной деятельности, иначе говоря, замкнутые преступные организации;

2) преступные сообщества, то есть объединения организованных преступных групп или организаций , построенные на основе иерархии или координации;

3) объединения преступных сообществ и организаций в пределах города, региона;

4) межрегиональные объединения преступных сообществ и организаций;

5) общенациональные преступные ассоциации;

6) транснациональные преступные ассоциации.

Организованные преступные группы или замкнутые преступные

организации, имея внутреннюю иерархию, не устанавливают, однако, связи с другими преступными структурами. Объединения преступных организаций и организованных групп (преступные сообщества) строятся, как правило, по принципу иерархии. Наряду с основными звеньями, создаются и функционируют второстепенные, нижестоящие. Однако в практике встречаются и объединения нескольких преступных группировок, функционирующие на основе не субординации, координации своей деятельности.

В России есть огромные природные и иные ресурсы; неподеленная государственная собственность; высокие технологии вооружений и средств массового уничтожения; незаполненный рынок для незаконных товаров и услуг; беспрецедентная продажность должностных лиц и других государственных чиновников, в том числе в системе юстиции; нищенское положение значительной части населения, масса выброшенных государством людей, в том числе и высококлассных специалистов, жаждущих выжить любым путем; боязнь властей, некоторых политических и общественных деятелей прослыть «авторитарными» и установить жесткий социально-правовой контроль над криминальной экономической деятельностью.

Все сказанное давно оценили американская и итальянская мафии, колумбийские картели, японская якудза, китайские тирады, азербайджанские, армянские, грузинские, турецкие, корейские преступные организации, а также многие западные коммерческие фирмы, не блещущие хорошей репутацией, которые «бросились ловить рыбу в мутной экономической и законодательной воде России».

Оценку современного и предполагаемого состояния организованной транснациональной преступности, а также эффективности мер, противостоящих ей, следует рассматривать в качестве предпосылок действенной борьбы с этой опасностью в странах мирового сообщества. В какой-то степени эта борьба сегодня затруднена из-за отсутствия единообразного понимания феномена организованной транснациональной преступности. К настоящему времени Объединенные нации располагают существенно различающимся опытом отдельных государств по законодательному определению организованных преступных групп, некоторых видов преступлений транснационального характера, получивших к тому же закрепление в соответствующих законодательно-правовых актах.

К транснациональным следует относить различные по степени общественной опасности два вида преступлений - международные преступления международного характера, составляющие предмет регулирования международного уголовного права.

Международные - это только те преступления, которые представляют наивысшую степень опасности для мирных отношений и сотрудничества между странами, независимо от социально-экономической формации и государственного устройства. К ним относятся тяжкие преступления против человечества, мира и безопасности народов (агрессия, геноцид, биоцид, аппартеид). [23, с.148]

К преступлениям международного характера относятся разнородные преступления, представляющие меньшую степень опасности, чем международные, и определяемые международными актами. Они наносят вред нормальным межгосударственным отношениям, мирному сотрудничеству государств, организациями гражданам.

Они наказуемы согласно нормам, установленным в международных соглашениях, ратифицированных в установленном порядке либо в соответствии с нормами национального уголовного законодательства, основанными на этих соглашениях.

1.3 Общественная опасность организованной преступности

Несмотря на появление в России многочисленных работ по проблемам организованной преступности, фактически отсутствует теоретическая разработка представлений о ее реальной общественной опасности.

Начнем с того, что степень общественной опасности повышается в зависимости от квалифицирующих признаков. Другими словами, категория «общественная опасность» может быть охарактеризована не только универсальным признаком «причинение вреда», но и многими иными признаками, содержащимися в нормах уголовных законов.

К специфическим особенностям общественной опасности организованной преступности можно отнести: [29, с.124]

одновременное причинение вреда многим разнородным группам общественных отношений: в сфере экономики и финансов, управления и правоохранительной деятельности (например, при совершении финансовых афер с участием сотрудников государственных структур при попустительстве правоохранительных органов, поражённых коррупцией);

обусловленную фактором организованности особо квалифицированную подготовку всех сопутствующих преступлений (например, связанных с физическим устранением конкурентов, уничтожением улик, завладением оружием, использование для достижения преступных целей специально подготовленных преступников-профессионалов);

включение в орбиту преступной деятельности значительного круга лиц, начиная от антиобщественных элементов и кончая управленцами, руководителями и ответственными работниками правоохранительных органов;

порождение новых видов противоправного обогащения: игорный бизнес, эксплуатация проституток, порнобизнес, ростовщичество;

порождение целого слоя паразитирующих на организованной преступности «элиты», «воров в законе», «третейских судей», организаторов, посредников, охранников и т.п.

Как видим, здесь представлено сочетание целей и мотивов, специфического общественно опасного поведения и его вредоносных последствий. Естественно, все элементы структуры общественной опасности организованной преступности «окрашены» особенностями существующей в ее среде системы отношений: моральное подавление членов сообществ; подкуп и запугивание представителей госаппарата; подбор для выполнения функций контроля наиболее жестоких преступников, часто рецидивистов с большим опытом, приобретенным в преступных группировках, в том числе в местах лишения свободы.

Организованная преступность, являясь сложным социальным самоуправляемым и самовоспроизводящимся явлением, помимо собственно преступного поведения, актов преступлений и преступников, включает в себя многоуровневую и разветвленную систему как противоправных, так и легитимных социальных деяний как правонарушителей, так и законопослушных граждан.

Организованная преступность развивается в тесной связи с дисфункцией социальных институтов, обеспечивая как незаконным (преступным или противоправным), так и законным путями определенные объективные общественные потребности в конкретный исторический период, на конкретной территории (от производства и распределения необходимых населению товаров, до защитных функций в ситуациях национальных и конфессиональных конфликтов).

Организованная преступность в период реформирования общественных отношений может выступать в качестве инструмента для достижения конкретных экономических и политических целей определенных социальных групп, не являющиеся сами по себе преступными или деликвентными.

Организованная преступность как важнейший структурный элемент современной преступности, занимает в ней все более высокий удельный вес. Организованная преступность, представляя собой наиболее разрушительный для государства и общества элемент преступности, стимулирует высокие темпы ее дальнейшего распространения, оказывает управляющее воздействие на развитие других её структурных элементов. Организованная преступность оказывает существенное влияние не только на экономические, но и на социальные, морально-психологические, соцкультурные процессы в обществе. При этом растет вовлеченность различных социальных слоев общества как в организованную преступность, так и в различные сферы преступной деятельности, не охваченные ею.

Организованная преступность обладает сегодня огромными финансовыми и экономическими возможностями, не контролируемыми ни государством, ни обществом. Она имеет собственную систему внутреннего управления и организации противодействия государству в интересах достижения получения сверхприбылей путем ограбления государства и общества. Созданы боевые формирования, специфические силовые структуры, обеспечивающие безопасность организованной преступности. Эти силовые структуры имеют современные материально-технические средства совершения и обеспечения организованной преступности. Сложилась система агентурно-оперативного обеспечения собственной безопасности и преступных акций. Преступные формирования имеют в своем распоряжении специалистов различных сфер экономической и научной деятельности, консультантов по правовым и другим вопросам обеспечения преступной деятельности. Организованная преступность располагает в настоящее время довольно прочными и влиятельными позициями в государственных органах, включая правоохранительные, мощным аппаратом лоббирования своих интересов в государственных и общественных структурах.

В этой связи определение общественной опасности организованной преступности нуждается в корректировке с учетом новых социальных реалий и законодательных решений. Закон определяет безопасность как состояние защищённости жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз. При этом под жизненно важными интересами понимается совокупность потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможности прогрессивного развития личности, общества и государства.

К основным объектам безопасности законом отнесены личность (ее права и свободы), общество (его материальные и духовные ценности) и государство (его конституционный строй, суверенитет и территориальная целостность).

Под угрозой безопасности понимается совокупность условий и факторов, создающих опасность жизненно важным интересам личности, общества и государства.

Законом вводится также понятие реальной и потенциальной угрозы объектам безопасности, исходящей от внутренних и внешних источников опасности, которая определяет содержание деятельности по обеспечению внутренней и внешней безопасности. [28, с.276]

1. Объект опасности - личность.

Права и свободы.

Реальная угроза правам и свободам личности со стороны организованной преступности состоит в том, что они подавляются актами насилия, лоббирования и протекционизма. В результате воздействия проявлений организованной преступности основные конституционные права блокируются интересами мафиозных формирований, навязывающих личности (с помощью механизмов этнического и религиозного давления) свои варианты политического самоопределения, выгодных мафии кандидатов в органы представительной, исполнительной и судебной власти.

Происходит активное проникновение организованной преступности во властные и управленческие государственные структуры различных уровней, включая высшие. В отличие от прошлых лет, когда коррумпированные связи устанавливались в целях обеспечения безопасности конкретных преступных акций и совершающих их лиц, в настоящее время организованная преступность стремиться стимулировать коррупционные процессы в государственных структурах в интересах приобретения там влиятельных позиций, дающих возможность оказывать давление на принятие политических и управленческих решений, благоприятствующих организованной преступности, в интересах борьбы за власть. Налицо опасность криминального заражения и перерождения определённых государственных структур.

Потенциальная угроза правам и свободам граждан состоит в возможности выработки и осуществления мафиозными структурами механизмов полного подавления конституционных прав и свобод граждан, переключения их на собственно мафиозные интересы путём физического, морального и материального террора на основные социальные группы и институты.

2. Объект опасности - общество.

Материальные ценности.

Реальная угроза состоит в том, что на региональном и отраслевом уровнях в России уже происходит перехват права владения и распоряжения материальными ценностями всего общества организованными преступными формированиями. Прежде всего это касается сфер торговли, добычи и распределении стратегического сырья, драгоценных металлов, производства и оборота оружия. Массовые мелкие хищения времён «бесхозяйственности» 70-х годов не идут ни в какое сравнение с теми масштабами организованных преступных посягательств на материальные ценности периода перехода к рыночным отношениям. Общественная опасность этого процесса усугубляется пробелами в правовом регулировании ответственности за новые виды противоправных посягательств на различные формы собственности.

Доходы от организованной преступности способствуют обострению инфляционного давления, создают дисбаланс в развитии отдельных секторов экономики. Развитие экономики «черного» рынка, поощряемое организованной преступностью, не только подавляет легальный бизнес, но и приводит к существенному сокращению налоговой базы государства. «Отмывание» огромных денежных сумм подрывает способность правительства контролировать финансовую систему и управлять ею.

В ходе приватизации преступные организации часто действуют как своего рода транснациональные компании, используя слабость государственного контроля, приобретают в собственность землю, предприятия, другую недвижимость, осуществляют инвестиции в российскую экономику, рассчитывая, в частности, на использование ее природных ресурсов, других перспективных факторов, которые будут определять последующий экономический рост.

Потенциальная угроза данного процесса заключается в том, что в целях достижения нового витка сверхприбылей, при неотработанных механизмах приватизации и разгосударствления, мафиозные структуры в России могут стать владельцами основного объёма материальных ценностей. Причём вероятность внешних и внутренних источников опасности для общества одинаково велика, так как по мере развития внутренних организованных преступных структур они всё плотно встраиваются в международные преступные организации.

Духовные ценности.

Реальная и потенциальная угроза состоит в насаждении координаторами и лидерами организованных преступных формирований идеологии преступного мира, особенно в условиях вакуума переходного периода, образовавшегося в результате ломки сложившихся за годы социализма идеологических концепций и институтов. Как показывает анализ практики, механизмы эмансипации воровской идеологии и делинквентных субкультур строятся в основном на подкупе (коррупции) средств массовой информации, кино, видео и шоу-бизнеса. Участие (прямое и косвенное) в самой организованной преступной деятельности и коррумпированных отношениях деформирует личность на индивидуальном, а группу - на социально-психологическом уровнях, обуславливая процесс «социального заражения» преступными обычаями и традициями. Культивирование мафиозных и коррумпированных отношений, насилия, жестокости, агрессивности, наркотизма и алкоголизма является необходимым элементом в стратегии элиты организованной преступности, которая таким путем расширяет свою социальную и нравственную базу, делает образ мафии и коррупции привычным атрибутом общества, расширяет сферу потребителей мафиозных благ (наркотики, проституция, азартные игры и т.п.)

Без своей системы «духовных ценностей», своей субкультуры функционирование структур организованной преступности, сращивание уголовных элементов с управленцами и хозяйственниками государственных структур стало бы невозможным. Эта система отношений многократно повышает степень общественной опасности ее объективных и субъективных характеристик (способы совершения преступлений, их повторность, наличие группы, мотивы, должностное положение соучастников, роль рецидивистов).

Нормы взаимоотношений участников организованной преступности обеспечиваются системой принуждения и жестоких расправ.


2. Уголовно-правовые меры борьбы с организованной преступностью

2.1 Формы соучастия и виды соучастников в преступлении

Закон не определяет понятий «форма» и «вид» соучастия, даже не употребляет эти термины. Понятия «форма» и «вид» соучастия используются в науке уголовного права для характеристики различных способов совместного участия нескольких лиц в совершении умышленного преступления. [11, с.23]

Попытки классифицировать случаи совершения преступлений в соучастии на формы и виды предпринимались в научной литературе неоднократно. Но основным недостатком большей части публикаций, посвященных проблеме соучастия, является то, что не уделялось достаточного внимания уяснению понятий «форма», «вид» соучастия, а главное - критериям классификации соучастия на формы и виды. Очень часто классификация проводилась изолированно, без учета тесной связи между понятиями «форма» и «вид», а в качестве основания деления использовались объективный и субъективный критерии. Как объективный критерий выделялась степень сплоченности, соорганизованности участников, а как субъективный - степень согласованности действий соучастников в зависимости от наличия предварительного сговора. Нередко термины «форма» и «вид» соучастия подменяли друг друга или использовались как синонимы. Выдвижение различных критериев для классификации обусловило отсутствие четкого понятия «форма» и «вид» соучастия.

УК существенно уточнил многие аспекты проблемы соучастия, ввел нормы, позволяющие по-новому осветить вопрос о формах и видах соучастия. Однако анализ немногочисленных публикаций по проблеме соучастия, в свете нового УК, убеждает в том, что вопрос о критерии, как основании классификации соучастия на формы и виды, остается спорным.

Заслуживает внимания позиция в отношении классификации соучастия на виды и формы, высказанная B.C. Комиссаровым, согласно которой в основе такого деления лежат различные критерии. Подразделение соучастия на виды, по его мнению, сопряжено с определением оснований ответственности соучастников, с индивидуализацией их ответственности. В связи с этим автор выделяет два вида соучастия: простое (соисполнительство) и сложное (соучастие в узком смысле слова). При простом соучастии все соучастники полностью или частично выполняют признаки объективной стороны преступления. При сложном соучастии каждый соучастник выполняет различные по своему характеру действия и является исполнителем, организатором, подстрекателем, пособником. Форма же соучастия позволяет дать оценку характера и степени общественной опасности в целом. Основой такой классификации автор считает социально-психологический критерий - степень согласованности (сорганизованности) действий соучастников и выделяет в соответствии со ст. 35 УК четыре формы соучастия: группа лиц, группа лиц по предварительному сговору, организованная группа, преступное сообщество (преступная организация). Одобряя в целом попытку автора дать классификацию соучастия на виды и формы по различным критериям, нельзя не заметить, что смешение понятий «вид» и «форма» допускается и в этом случае. Если согласиться, что простое соучастие как вид соучастия есть соисполнительство, а первые две формы соучастия (группа лиц, группа лиц по предварительному сговору), как свидетельствует о том судебная практика, являются соисполнительством, то получается, что вид соучастия превращается в форму соучастия. [21, с.268]

Целью любой научной классификации является выделение отличительных черт какого-либо явления по общему основанию, т.е. по единому критерию. Содержание явления, его форма и виды - философские категории.

Форма - это внешнее выражение чего-либо, какого-то явления, которое составляет содержание этой формы. Форма и содержание всегда существуют в единстве, они неразрывны в своем существе. Форма всегда отражает внутреннюю организацию содержания. Содержание соучастия составляет совокупность умышленных совместных действий двух и более лиц при совершении умышленного, преступления. Формой соучастия в этом контексте будет проявление в объективной действительности этой совместной деятельности. Форма означает, из каких деяний складывается соучастие и как взаимодействуют виновные. Поэтому деление соучастия на формы (как любого другого явления и в природе; и в обществе) возможно только по объективному критерию. Форма соучастия - это внешнее выражение совместных усилий нескольких лиц в достижении своей преступной цели. Критерием классификации соучастия на формы является способ взаимодействия соучастников. Способы взаимодействия между соучастниками могут быть различными, и проявляются они в разных формах. В зависимости от того, каким способом соединяются усилия соучастников и образуют единое преступное событие, можно судить о характере и степени общественной опасности соучастия.

Закон, не выделяет специальную норму, в которой раскрывалось бы понятие форм соучастия, но, учитывая объективный критерий - способ взаимодействия между соучастниками, представляется возможным выделить четыре формы соучастия: а) соучастие с выполнением различных ролей; б) соисполнительство; в) организованная группа; г) преступное сообщество (преступная организация). Две последние формы относятся к сложному соучастию. Именно о четырех способах взаимодействия между соучастниками преступления идет речь в ст. 33 и 35 УК.

Вид как философская категория означает структурную единицу определенной формы явления. Определение вида позволяет выделить какие-то характеристики форм2 . Многообразные случаи совместного совершения преступления могут выражаться не только в разных формах, но и различаться по видам. Критерием такого разграничения является субъективный признак - степень согласованности действий соучастников.

Выше было отмечено, что форма явления должна рассматриваться неразрывно с его содержанием. Содержанием соучастия является не только совместность действий соучастников, но и умышленный характер их поведения, направленного на совершение умышленного преступления. Следовательно, вид соучастия позволяет выделить дополнительные характеристики формы. Используя субъективный критерий - степень согласованности действий всех соучастников, можно выделить два вида соучастия: а) соучастие без предварительного сговора и б) соучастие с предварительным сговором. Предварительный сговор (или его отсутствие) является дополнительной характеристикой каждой формы соучастия. Форма и вид соучастия - взаимосвязанные категории, они характеризуют соучастие в целом, оттеняя его отдельные стороны. Форма соучастия характеризует объективную сторону преступления, его внешнее проявление; вид соучастия - субъективную сторону преступления, свойство конкретной формы, которое не только позволяет выделить разновидности одной и той же формы, но и влияет на степень сорганизованности соучастников. Совершенно очевидно, что соучастие в любой форме, совершенное по предварительному сговору, способствует установлению более прочных связей между соучастниками и свидетельствует о повышенной общественной опасности данной формы.

Статья 33 УК, определяя виды соучастников, по существу, содержит описание первой формы соучастия - соучастие с выполнением различных ролей. Следует подчеркнуть, что эта форма соучастия связана с выполнением различных ролей, а не с их распределением, как это часто указывается в научной и учебной литературе, поскольку термин «распределение» означает волевые действия кого-либо. Трудно представить, чтобы роль подстрекателя была заранее распределена. [31, с.123]

Соучастие с выполнением различных ролей предполагает способ' взаимодействия между соучастниками менее значительный по сравнению с другими формами соучастия. Особенность объективной стороны данной формы соучастия заключается в том, что только одно лицо - исполнитель выполняет действия (бездействие), характеризующие объективную сторону преступления. Другие соучастники: организатор (не руководивший совершением преступления, не создавший организованную группу или преступное сообщество), подстрекатель, пособник лишь создают условия для выполнения преступного акта. Их действия находятся за рамками состава преступления и, как правило, осуществляются до начала совершения преступления. Их «вклад» в совершение преступления не находится в непосредственной причинной связи - с преступным результатом, достигнутым исполнителем. Исполнитель является главной фигурой при данной форме соучастия. Другие лица только помогают ему. Согласованность конкретных действий, направленных на совершение преступления исполнителем, с действиями организатора, подстрекателя и пособника отсутствует. Способ взаимодействия между всеми участниками преступления незначительный, поэтому первая форма соучастия представляется менее общественно опасной в сравнении с другими формами соучастия.

В том случае, когда организатор преступления осуществляет руководство при совершении преступления, то он становится соисполнителем преступления. Если организатор создает организованную группу или преступное сообщество, то он уже является субъектом самостоятельных преступлений, предусмотренных Особенной частью УК. И в том, и в другом случаях действия организатора выходят за рамки первой формы соучастия и образуют понятие иных форм соучастия.

Субъективная сторона преступления, совершенного при первой форме соучастия, характеризуется только прямым умыслом. Все участники (или один участник) преступления осознают, что помогают исполнителю в совершении преступления, и желают ему помочь. Мотивы могут быть различными, но они не влияют на юридическую оценку.

Анализ судебной практики показывает, что суды довольно часто допускают ошибки, связанные с неточным установлением роли каждого виновного в совершении преступления. Наиболее распространенными являются случаи, когда действия соучастников при одном исполнителе необоснованно квалифицируются судом как преступление, совершенное по предварительному сговору группой лиц.

Так, Л. была осуждена Верховным Судом Удмуртской Республики за разбойное нападение, сопряженное с убийством, совершенное по предварительному сговору группой лиц. Верховный Суд РФ признал такую квалификацию ошибочной, указав, что Л., согласно достигнутой между другими осужденными М. и Б. договоренности, лишь остановила машину и попросили водителя К. довезти их до определенного пункта, где М. и Б. совершили убийство К., когда Л. уже покинула место преступления. Каких-либо действий, связанных с убийством, Л. не совершила, поэтому она не может быть признана участником группы, поскольку является лишь пособником. [12, с.23]

Соисполнителъство или простое соучастие, как называют его некоторые авторы, - это форма соучастия, при которой все совместно действующие лица непосредственно выполняют объективную сторону преступления.

Простое соучастие означает, что взаимодействие между соучастниками было достаточно простым, т.е. все соучастники совершили одинаковые действия. Этот способ взаимодействия является более общественно опасным по сравнению с первой формой соучастия, поскольку требует совместных усилий всех соучастников в достижении преступного результата. Каждый из соучастников может выполнять полностью объективную сторону преступления или только частично, но в сложении совместных усилий достигается общая преступная цель.

Закон различает два вида соисполнительства: а) совершение преступления группой лиц без предварительного сговора и б) совершение преступления группой лиц с предварительным сговором.

Совершение преступления группой лиц без предварительного сговора означает, что преступление совершается совместно двумя или более исполнителями, заранее не договорившимися о совместном совершении преступления (ч. 1 ст. 35 УК). Объективная сторона преступления характеризуется таким способом взаимодействия всех соучастников, при котором все выступают в качестве исполнителей объективной стороны преступления. Взаимодействие возникает перед началом совершения преступления или во время совершения преступления, когда лицо подключается во время начавшегося покушения. Субъективная сторона преступления - прямой умысел. Совместность умысла достигается во время совершения преступления, поэтому согласованность действий соучастников незначительна, поскольку преступники заранее не обусловили ни место, ни время совершения преступления, ни способы взаимовыручки и т.д. Вступив в преступное общение, лица воспринимают друг друга как сотоварищей по совершению преступления. В процессе совершения преступного акта возможен обмен информацией словами, мимикой, жестами, что способствует взаимодействию между соучастниками. Лицо осознает общественную опасность своих действий, что действует совместно с другим лицом (лицами), предвидит возможный или неизбежный совместный преступный результат, и желает его наступления. Преступная связь между соучастниками непродолжительна, не имеет устойчивого характера, но тем не менее представляет большую опасность для общества по сравнению с действиями преступника-одиночки, а также с действиями соучастников при первой форме соучастия.

Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору означает участие в нем двух или более лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления (ч. 2 ст. 35 УК). Это более опасный вид соисполнительства по сравнению с первым. Предварительный сговор обеспечивает более высокую степень взаимодействия между соучастниками. Соучастники заранее, до начала совершения преступления, договариваются о совместности своих действий, о месте и времени, о способах и средствах совершения преступления. Однако и такая группа не образует прочных связей между соучастниками, сорганизованность действий всех соучастников обеспечивается только на время совершения преступления, после чего группа распадается.

В уголовно-правовой литературе распространено ошибочное утверждение о том, что в рамках данного вида соисполнительства могут быть распределены роли между соучастниками. Распределение ролей при совершении преступления группой лиц по предварительному сговору может носить чисто технический характер, что не влияет на юридическую оценку. Например, при совершении кражи один член группы взламывает замок квартиры, другой изымает ценные вещи, третий пакует похищенное имущество, четвертый переносит его в машину. Все участники преступления действуют как соисполнители. Распределение же ролей между соучастниками в юридическом понимании предполагает наличие других соучастников, кроме исполнителей.

В законе (ч. 2 ст. 35 УК) прямо не говорится о соисполнительстве, но судебная практика исходит из данной юридической оценки. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 27.01.99 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», раскрывая понятие предварительного сговора на убийство, разъяснил, что договоренность двух и более лиц, выраженная в любой форме до начала совершения преступления, предполагает совершение действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего (п. 10). Данное толкование нормы подтверждается многочисленными примерами из судебной практики, когда Верховный Суд РФ признавал умышленное убийство совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовало два и более исполнителя, заранее договорившихся о совместном его совершении, и каждый из них выполнял действия, составлявшие хотя бы часть объективной стороны преступления2 . Аналогичные рекомендации в отношении понятий группового хищения или группового изнасилования содержатся в других разъяснениях Пленума Верховного Суда СССР и РФ. [30, с.345]

Таким образом, объективная сторона группового преступления характеризуется только соисполнительством. Каждый из участников группы выполняет действия, образующие признаки объективной стороны преступления. Объединенные усилия всех лиц приводят к наступлению совместного преступного результата.

Субъективная сторона характеризуется теми же признаками, что и в первом виде соисполнительства. Возможен тоже только прямой умысел. Различие заключается в том, что в первом виде соисполнительства совместный умысел возникает в момент совершения преступления, и при втором участники группы заранее договариваются о совершении преступления. Мотивы могут быть разными, но они не влияют на юридическую оценку действий всех лиц. Предварительный сговор на совершение преступления является обязательным субъективным признаком не только второго вида соисполнительства, но и других форм соучастия (третьей и четвертой). Сговор обязательно включает согласие каждого из соучастников на использование определенных технических средств, орудий, приемов и способов совершения преступления, а также на определенный характер и размер общественно опасных последствий. Но в практике бывают случаи, когда исполнитель преступления (один из соисполнителей) во время совершения преступления выходит за пределы предварительного соглашения, т.е. по собственной воле совершает действия, не планируемые другими соучастниками. В таких случаях имеет место эксцесс исполнителя.

Эксцессом исполнителя признается совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников (ст. 36 УК). Понятие эксцесса исполнителя впервые законодательно оформлено в УК, до этого данное понятие использовалось только в науке уголовного права. Эксцесс исполнителя может быть в случаях, когда исполнитель вместо задуманного преступления или одновременно с ним совершает другое преступление или он исполняет задуманное преступление, но с отягчающими обстоятельствами, которые не обсуждались в момент сговора. В теории уголовного права первый случай называется качественным эксцессом, а второй - количественным. В обоих случаях, как установлено в ст. 36 УК, уголовную ответственность за эксцесс несет только сам исполнитель, другие соучастники преступления за него не отвечают. При эксцессе нарушается признак совместности действий, поскольку другие соучастники не были осведомлены заранее об изменении условий соглашения: нарушается объективная связь (отсутствует причинная связь между действиями всех соучастников) и теряется субъективная связь (изменяется конкретное содержание умысла).

Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 05.09.86 №11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности» разъяснил суть эксцесса: «Если группа лиц с предварительным сговором имела намерение совершить кражу или грабеж и один из участников применил или угрожал применить насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего, то его действия следует квалифицировать как разбой, а действия других лиц - соответственно как кражу или грабеж при условии, что они непосредственно не способствовали применению насилия либо не воспользовались им для завладения имуществом потерпевшего» (п. 7). [26, с.265]

Примером качественного эксцесса может служить дело Ж. и Б. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала необоснованным осуждение Ж. за разбой, поскольку Ж. и Б. (справедливо осужденный за разбой) предварительно не договаривались о применении насилия, опасного для жизни и здоровья П., которая оказалась свидетельницей кражи автомобиля, принадлежащего И. Завладение автомобилем происходило в присутствии П., поэтому действия Ж. должны квалифицироваться как грабеж по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК.

Организованная группа как третья форма соучастия предусмотрена ч. 3 ст. 35 УК. Преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Данная форма соучастия является сложным соучастием и совершается только по предварительному сговору, которое означает, что взаимодействие между соучастниками непростое, некоторые из них непосредственного участия в совершении преступлений не принимают, их роли распределены в юридическом смысле. Они могут выполнять роль организатора, руководителя, пособника или исполнителя преступлений, но при этом действуя в рамках одной организованной группы.

Закон определяет четыре признака организованной группы:

а) группа состоит из нескольких лиц;

б) лица заранее объединились в группу;

в) группа имеет устойчивый характер;

г) целью группы является совершение одного или нескольких преступлений.

Указанные признаки определяют количественную и качественную характеристику организованной группы, включая способ взаимодействия между ее участниками: это есть устойчивая и, следовательно, сплоченная группа, которая создана для осуществления преступной деятельности на длительное время. Но из содержания и смысла толкуемой нормы вытекают и другие признаки организованной группы.

Устойчивость группы определяется не только длительностью ее существования, но и стабильностью ее состава, которая, в свою очередь, обеспечивается особым порядком подбора участников группы и установлением групповой жесткой дисциплины. Поэтому в организованной группе обязательно имеется организатор или руководитель, которые вербуют участников, поддерживают дисциплину. Руководитель планирует и подготавливает совершение преступлений, обеспечивает орудиями и средствами, необходимыми для реализации планов группы, координирует действия других участников. В группе возможно распределение ролей не только в техническом смысле как в группе, созданной по предварительному сговору, но и в юридическом смысле1 , которое означает, что организатор или руководитель могут поручить некоторым участникам группы только материальное обеспечение группы (изготовление орудий и средств преступления, изыскание финансовых вложений в преступное дело), другим - обеспечить сохранность предметов преступления, третьим - непосредственное исполнение преступления и т.д. Материалы судебной практики свидетельствуют о том, что организованные группы довольно часто характеризуются узкой специализацией (торговля оружием, наркотиками, совершение мошеннических финансовых операций, игорный бизнес, проституция), имеют свои регионы действия, а также отличаются профессионализмом ее участников. Одной из разновидностей организованной группы является банда. Некоторые ученые считают банду преступным сообществом, т.е. относят ее к четвертой форме соучастия. Данная точка зрения устарела, так как противоречит содержанию ст. 209 УК, в которой банда определяется как группа. Под бандой следует понимать организованную устойчивую вооруженную группу из двух и более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации.

Таким образом, объективная сторона данной формы соучастия характеризуется наличием организованной, устойчивой группы лиц, заранее объединившихся для совершения неопределенного количества преступлений. Особый способ взаимодействия между соучастниками отличают более высокий уровень совместности и более прочные связи между участниками группы. Особенность объективной стороны состоит в том, что, несмотря на четкое распределение ролей, участники организованной группы привлекаются к ответственности как соисполнители преступления, предусмотренного соответствующей статьей или частью статьи УК.

Субъективная сторона характеризуется наличием прямого умысла. Цель - совершение нескольких преступлений. Каждый из участников осознает свою причастность к организованной группе и общественную опасность своих действий и действий других лиц, предвидит хотя бы в общих чертах результаты совместной преступной деятельности и желает быть участником организованной группы и действовать в ее целях. Каждый из участников осведомлен о характере и целях совершаемых и планируемых преступлений, что не исключает различия мотивов преступной деятельности. [25, с.203]

Как юридическое понятие организованная группа является квалифицирующим обстоятельством многих преступлений (против собственности, в сфере экономической деятельности, против общественной безопасности и общественного порядка, против государственной власти), а также составляет признаки самостоятельных преступлений: бандитизма (ст. 209 УК), организации религиозного или общественного объединения, посягающего на личность и права граждан (ст. 239 УК).

Преступное сообщество (преступная организация) - это сплоченная организованная группа (организация), созданная для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединение организованных групп, созданных в тех же целях (ч.4 ст. 35 УК). Преступное сообщество также сложное соучастие, совершаемое по предварительному сговору. Как особая форма соучастия преступное сообщество предусмотрено в нормах Особенной части УК: в качестве самостоятельных составов преступлений в ст. 208 - организация незаконного вооруженного формирования и участие в нем и ст. 210 - организация преступного сообщества (преступной организации). [27, с.225]

Закон выделяет четыре признака данной формы соучастия: а) группа лиц, б) заранее организованная, в) сплоченная, г) создана для совершения тяжких или особо тяжких преступлений. Преступное сообщество имеет много общего с третьей формой соучастия - организованной группой, оно и определяется в законе как организованная группа, однако имеет качественное отличие по способу взаимодействия между соучастниками. Преступное сообщество характеризуется большей устойчивостью и сплоченностью, более тесными организационными связями, поэтому относится к наиболее опасной форме соучастия. Повышенная опасность проявляется также в целях - совершение тяжких и особо тяжких преступлений. Сплоченность и устойчивость обусловливают высокую степень согласованности преступной деятельности, которая обеспечивается строгой конспирацией.

Преступное сообщество (преступная организация) имеет, по сравнению с обычной организованной группой, более сложную внутреннюю структуру. Как показывает практика, обязательно имеются организаторы, руководители, совет руководителей, в который нередко входят коррумпированные лица государственного аппарата, органов местного самоуправления, работники правоохранительных органов. Роли рядовых участников строго и более детально распределены и выделяются исполнители преступлений, наводчики, собственная служба безопасности, боевики, служба информации (разведка), служба материального обеспечения деятельности преступной организации. Преступное сообщество может подразделяться на более мелкие подразделения (бригады, звенья, группы), но может, наоборот, представлять объединение нескольких преступных организаций иди объединение организаторов, руководителей или иных представителей региональных устойчивых преступных групп, которые созданы преступным сообществом в качестве структурных подразделений для разработки планов и подготовки условий для совершения тяжких и особо тяжких преступлений1 . В результате строгой согласованности деятельности всех участников образуется, по мнению B.C. Комиссарова, особая социально-психологическая общность людей, в которой имеются групповые нормы поведения, собственные взгляды на ценности жизни, огромное влияние лидеров и другие характеристики внутреннего содержания сплоченности как признака преступного сообщества.

Таким образом, объективная сторона данной формы соучастия характеризуется наличием сложных, устойчивых организационных форм преступной деятельности в виде преступной организации, ее структурных подразделений, объединения организаторов, руководителей и иных представителей региональных групп, а также в форме организационной деятельности, направленной на создание преступного сообщества и руководстве им.

Субъективная сторона характеризуется только прямым умыслом. Каждый участник преступного сообщества или его автономного образования осознает свое участие и участие других лиц (знание всех участников необязательно) в преступной деятельности, организуемой данным сообществом, предвидит в общем плане преступные результаты совместных действий и желает действовать в этом направлении. Целью преступной деятельности является совершение тяжких и особо тяжких преступлений.

Так, Московским городским судом были осуждены 21 февраля 2002 г. X. и К. по ч. 1 ст. 210 и по п. «а» ч. 3 ст. 159 УК, а С, Б. и 3. по ч.2 ст. 210 и п. «а» ч. 3 ст. 159 УК. По этому же делу осуждены и другие лица. X. и К. были признаны виновными в создании преступного сообщества с целью совершения хищений денежных средств граждан путем мошенничества, X. - в руководстве им, К. - в руководстве его структурными подразделениями; С, 3. и Б. - в участии в преступном сообществе и совершении мошенничества в крупном размере. В конце января 2001 г. X. стала заниматься «лохотроном» с целью совершения хищения денежных средств мошенническим способом возле станции метро «Водный стадион». Проходившему мимо гражданину вручался рекламных проспект, после чего ему сообщали о том, что он выиграл приз. Другой соучастник преступной группы, игравший роль гражданина, тоже выигравшего приз, предлагал первому гражданину разыграть несуществующий приз. За получение приза оба гражданина вносили деньги. После этого другие члены преступной группы объявляли, что приз никто не выиграл, оба претендента проиграли и скрывались с похищенными суммами. [7, с.34]

X. осуществляла руководство лидерами нескольких преступных групп «лохотронщиков», осуществлявших мошенничество у станций метро «Улица 1905 года», «ВДНХ», «Водный стадион». Подразделения преступного сообщества представляли собой объединения, именуемые бригадами, по 10 и более лиц под единым руководством X. и К., с четким распределением ролей, жесткой внутренней дисциплиной. Похищенные суммы ежедневно передавались X., из которых она выплачивала своим подчиненным «зарплату». Преступная деятельность «лохотронщиков» продолжалась почти в течение месяца. За это время у граждан были похищены денежные средства путем обмана в крупном размере, что является тяжким преступлением.

2.2 Совершение преступлений организованной группой

Специфика расследования уголовных дел, связанных с организованной преступной деятельностью, заключается не только в особенностях методики производства следственных действий, обширном использовании в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности, необходимости применения научно-технических средств; здесь присутствуют и вопросы процессуального характера.

Следственные и судебные органы ранее не вели отдельного учета показателей, характеризующих организованную преступность. Единственным более или менее достоверным источником информации являлись дела оперативного учета, формируемые и анализируемые подразделениями по борьбе с организованной преступностью. Учет ведется по категориям преступлений (тяжким и особо тяжким), также отражается, совершено ли преступление в состоянии опьянения, и сведения о возрасте, предыдущих судимостях и форме соучастия: группа лиц, группа лиц по предварительному сговору, организованная группа или преступное сообщество.

Следственная практика показывает, что при совершении преступлений в условиях неочевидности уголовные дела возбуждаются, как правило, по первым частям соответствующих статей УК, при наличии заявления от потерпевших - с применением такого квалифицирующего признака, как предварительный сговор. К сожалению, данная проблема в полном объеме не решаема, поскольку данные, полученные оперативно-розыскным путем, не приобретают автоматически статус доказательств, они должны получить процессуальное оформление, при этом проверяется законность их получения и достоверность содержащейся в них информации. [32, с.356]

Сложности расследования уголовных дел, связанных с организованной преступной деятельностью, соотносятся, в частности, с их многоэпизодностью и большим объемом следственной работы.

Организованной преступности может эффективно противостоять только система профессионально подготовленных и технически оснащенных подразделений. Эта система должна включать специализированные оперативные подразделения по борьбе с организованной преступностью, следственные подразделения по расследованию организованной преступной деятельности, отдельные подразделения органов прокуратуры по надзору за оперативно-розыскной деятельностью и расследованием и поддержанию государственного обвинения по делам о преступлениях. Тогда она придаст комплексный характер действиям правоохранительных органов по выявлению и пресечению организованной преступной деятельности, раскрытию и предварительному расследованию уголовных дел в отношении членов организованных преступных групп, то есть будет создан профессиональный механизм противодействия организованной преступности.

В целях объединения усилий следственных, оперативных, технических и других служб и подразделений органов прокуратуры, внутренних дел, безопасности и налоговой полиции Российской Федерации по пресечению и расследованию деятельности организованных преступных групп приказом Генпрокуратуры РФ, МВД РФ, ФСБ РФ, ДНП РФ от 22 мая 1995т. № 32/199/73/278 утверждено положение о совместных следственно-оперативных группах (бригадах) органов прокуратуры, внутренних дел, безопасности и налоговой полиции для пресечения и расследования деятельности организованных преступных групп.

Из сложности и многоэпизодности уголовных дел в отношении лиц, причастных к организованной преступной деятельности, вытекает и длительный срок их расследования, а также содержания под стражей лиц, обвиняемых в совершении преступлений.

Изучены уголовные дела, рассмотренные федеральным судом Санкт-Петербурга в 2007-2008 гг. по обвинению 302 лиц в совершении преступлений в составе банд и 69 уголовных дел, рассмотренных в 2007-2008 гг. федеральным судом Московского района Санкт-Петербурга по обвинению 153 лиц в совершении преступлений в составе организованных групп. По делам, рассмотренным федеральным судом Санкт-Петербурга, средний срок расследования составил 9-12 месяцев, районным судом - 6 месяцев. Соответственно, в этих пределах колеблется и срок содержания под стражей, а именно эта мера пресечения остается наиболее часто используемой в отношении обвиняемых (по изученным делам, рассмотренным федеральным судом Санкт-Петербурга, арест применялся в 237 случаях, подписка о невыезде - в 54, залог - в 11). Причины длительности срока расследования заключаются также и в большом объеме следственных действий, и численности лиц, привлеченных в качестве обвиняемых по делу (так, по 42 делам, рассмотренным федеральным судом Санкт-Петербурга, привлекалось более 3 обвиняемых, из них по 7 делам - более 10). [22, с.36]

Одним из важнейших институтов при расследовании уголовных дел, связанных с организованной преступной деятельностью, является институт мер пресечения, представляющий собой способ для обеспечения деятельности правосудия в отношении лиц, привлеченных к уголовной ответственности, а в исключительных случаях - и в отношении лиц, подозреваемых в совершении преступлений.

Меры пресечения - это предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры государственного принуждения, временно ограничивающие права обвиняемого (подозреваемого), применимые при наличии оснований полагать, что обвиняемый (подозреваемый)может скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать установлению истины по делу, продолжить преступную деятельность или помешать обеспечению исполнения приговора. Применение мер пресечения преследует цели обеспечения интересов правосудия посредством принуждения, а данные о возможном ненадлежащем поведении обвиняемого служат основанием для принудительного на него воздействия.

В системе мер пресечения в наибольшей степени стесняющей личную свободу обвиняемого (подозреваемого) является заключение под стражу, существенно ограничивающее право на свободу и личную неприкосновенность. Поэтому запрет использования этого вида процессуального принуждения без оснований и при отсутствии действительной к тому необходимости возведен в ранг конституционного принципа (ч. 2 ст. 22 Конституции РФ).

Уголовное законодательство России предусматривает, во-первых, повышенную ответственность за преступления, совершенные организованными группами, во-вторых, отдельно преследует за создание преступного сообщества и участие в нем, участие в банде и совершенных ею нападениях. Поэтому применение заключения под стражу по данной категории дел является актуальной проблемой и имеет свою специфику.

Правоограничения не имели законного основания, противоречили Конституции РФ и не являлись по сути этапом законодательного урегулирования вопроса о возможности усовершенствовать и оптимизировать порядок расследования по этим делам, хотя и были апробированы в следственной практике.

Так, с 14 июня 2006 г. до 1 марта 2007 г. следователями прокуратуры и ОВД Санкт-Петербурга по Указу задерживалось 283 человека, обвинение предъявлено 229, 157 заключены под стражу, освобождены за неподтверждением подозрения 54 человека, в отношении 14 дела прекращены по п. 2 ст. 5 УПК, в отношении остальных - за недоказанностью участия в совершении преступления. По 4 делам были предъявлено обвинение по делам о преступлениях, не являющихся тяжкими. [22, с.37]

Отметим, что право подозреваемого обжаловать в суд законность и обоснованность задержания в первое время после вступления в силу ст. 220', 220 УПК было дискуссионной практической проблемой. Судьи по-разному разрешали жалобы лиц, задержанных по подозрению в совершении преступлений, в том числе и по делам, связанным с организованной преступностью, по которым в силу Указа № 1226 допускалось задержание подозреваемых на срок до 30 суток. Верховный Суд РФ отметил факты, когда судьи принимали жалобы на задержание и рассматривали их по существу, в том числе и освобождали задержанных из-под стражи, и наоборот, когда судьи не принимали таких заявлений, считая, что их должна разрешать прокуратура.

Безоговорочное применение заключения под стражу даже по делам об организованной преступной деятельности не является эффективным процессуальным средством, поскольку здесь, как и при расследовании любого преступления, совершенного в соучастии, должна быть установлена роль каждого члена группы, а мера пресечения избрана с учетом этих обстоятельств.

Анализируя общие основания для применения мер пресечения, отметим, что два из них, а именно возможность обвиняемого (подозреваемого) скрыться от следствия и суда или уклониться от исполнения приговора, связаны главным образом с тяжестью совершенного преступления безотносительно его категории, поэтому рассматривать их на примере дел об организованной преступности мы не будем. Воспрепятствование установлению истины по уголовному делу может иметь самые разнообразные формы. Так, к этому основанию для применения мер пресечения относятся уничтожение следов преступления, противоправное воздействие на потерпевших, свидетелей, экспертов или переводчиков (угрозы, подкуп с целью добиться дачи ими заведомо ложных показаний, заключений или переводов), фальсификация доказательств, и в связи с этим рекомендуется при окончании расследования меру пресечения отменить или изменить, ибо обвиняемый даже при желании не сможет повлиять на исход дела. Следственная практика идет по аналогичному пути: например, прокуратурой Санкт-Петербурга при окончании расследования дела о банде двоим обвиняемым мера пресечения была изменена с содержания под стражей на залог (при этом оба они обвинялись в совершении преступлений, предусмотренных ст. 33 ч. 4,105 ч. 2 п. «з»).

Продолжение преступной деятельности как основание для применения мер пресечения имеет определенное значение при расследовании уголовных дел, связанных с организованной преступностью. С одной стороны, при расследовании деятельности банды или преступного сообщества выявляется много эпизодов совершения преступлений, и уже только данный факт свидетельствует о том, что мера пресечения (в том числе и самая строгая) может быть применена. Кроме того, при расследовании этой категории дел продолжение преступной деятельности может получить форму сокрытия еще не выявленных преступлений, совершенных членами организованных групп, и даже форму физического уничтожения лиц, обладающих информацией о преступной деятельности или заподозренных в сотрудничестве с правоохранительными органами.

В целях повышения эффективности борьбы с организованной преступностью было бы уместно включить в качестве специального обстоятельства, учитываемого при избрании меры пресечения по этой категории дел, участие в составе банды или преступного сообщества. Поскольку привлечению к уголовной ответственности отдельных лиц по подобным делам предшествует большое количество оперативно-розыскных мероприятий, то у следственных органов была бы возможность обосновать указанный довод достоверной информацией.

При расследовании уголовных дел, связанных с организованной преступной деятельностью, подозреваемые и обвиняемые часто отказываются от дачи показаний на основании ст. 51 Конституции. По изученным уголовным делам из 455 обвиняемых 98 отказывались давать показания на предварительном следствии, из них пятеро дали показания только в суде. [22, с.14]

Как видно, признательная позиция и готовность давать показания -достаточно редкое явление при производстве по этим делам; более того, для формирования доказательственной базы очень важно получить показания обвиняемых, так как часто это прямые доказательства существования организованной группы. Поэтому надо стимулировать дачу правдивых показаний не угрозами дополнительной ответственности, а, наоборот, ее смягчением. В. В. Вандышев и А. В. Смирнов предлагают освобождать от уголовной ответственности тех членов преступных организаций, которые способствуют разоблачению соучастников,однако это возможно только в тех случаях, когда лицо не участвовало в совершении особо тяжких преступлений против личности и общественной безопасности. В этом же случае уместно широкое использование такого обстоятельства, смягчающего наказание, как активное способствование раскрытию преступления (и законодательно установить максимальный размер наказания в виде половины предусмотренного соответствующей статьей УК), причем можно разъяснять сущность этой правовой нормы перед началом допроса наряду с правами обвиняемого (подозреваемого) и сущностью обвинения.

Обоснованно предлагается такое совершенствование практики доказывания по делам, связанным с организованной преступной деятельностью, как широкое использование результатов оперативно-розыскной деятельности, в том числе выступления в судах оперативников по поводу информации, ставшей известной из негласных источников. Отметим, что использование оперативных сотрудников в качестве свидетелей может легализовывать информацию, полученную в результате оперативно-розыскных мероприятий, поскольку в этом случае лицо, проводившее мероприятие, несет ответственность за ее достоверность. В настоящее время в практике правоохранительных органов существует такое направление, как проведение оперативно-розыскного наблюдения, а затем по его результатам - следственных действий (так, по одному из изученных уголовных дел в ходе наблюдения было установлено, что члены преступной группы выезжали в лесной массив, где закопали некий предмет, извлеченный из багажника автомашины. На следующий день оперативник, руководивший наблюдением, был допрошен в качестве свидетеля и принял участие в осмотре места происшествия, в ходе которого был обнаружен ящик с автоматическим оружием и боеприпасами).

Расширение использования результатов оперативно-розыскной деятельности в расследовании дел о преступлениях, совершенных преступными группами, может иметь направления следующего характера: приобщение к материалам уголовных дел отчетов оперативных работников о проведенных мероприятиях (с учетом отнесения этих сведений к государственной тайне отчет должен касаться только полученной информации), практика допросов оперативных работников в качестве свидетелей (в случае необходимости, например когда один из членов преступной группы предоставлял агентурную информацию в оперативное подразделение) и ознакомление состава суда с оперативно-поисковым делом (при этом в надзорном производстве должно содержаться указание на то, что это будет проведено). Следствие и прокуратура в этом случае, на наш взгляд, должны не знакомиться с этими материалами, а пользоваться справкой из оперативного подразделения о необходимости представления в суд оперативно-поискового дела. [29, с.246]

В связи с тем что многие процессуальные акты (за исключением постановления о возбуждении уголовного дела и некоторых сведений о личности подозреваемого или обвиняемого, например справки о судимости) составляются при непосредственном участии обвиняемого (подозреваемого) и недействительны без его подписи (или удостоверенного следователем отказа от нее), представляется нецелесообразным исключение из комплекса прав обвиняемого права на ознакомление с материалами дела, направляемыми в суд для подтверждения законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, а равно с материалами дела в полном объеме в порядке ст. 201 УПК, предлагаемое рядом исследователей. Документы Европейского Суда и Европейской Комиссии по правам человека исходят из того, что обвинение не обязано знакомить защиту в полном объеме со всеми доказательствами, которые оно намеревается представить суду. Но поскольку уголовное судопроизводство РФ не предусматривает широкого внедрения принципа состязательности и равноправия сторон в стадию предварительного расследования, ограничиваясь только его элементами, возможности по собиранию доказательств здесь совершенно разные, поэтому возможность ознакомления с материалами дела является одной из гарантий обеспечения подозреваемым и обвиняемым права на защиту.

Особенности защиты по делам данной категории заключаются в групповом (как правило) методе ее осуществления, в большом объеме адвокатской работы по делу. Заявляемые защитой ходатайства касаются квалификации преступлений, инкриминируемых обвиняемым, определенный их процент вытекает из позиции лиц, привлеченных к уголовной ответственности, по отношению к предъявленному обвинению, главным образом заключающейся в отрицании совершения преступления в составе банды или организованной группы. Отметим, что по изученным делам, рассмотренным федеральным судом Санкт-Петербурга, в отношении 83 лиц из обвинения исключено совершение преступления в составе банды, в отношении 57 - в составе организованной группы (в районном суде этот признак исключен в отношении 50 лиц). Имеются определенные проблемы этического характера, заключающиеся в недобросовестных методах ведения защиты; данный вопрос должен становиться предметом дисциплинарного разбирательства в Президиумах адвокатских коллегий. [32, с.176]

Совершенствование расследования по уголовным делам, связанным с организованной преступной деятельностью, повышение его эффективности должно, на наш взгляд, сочетать использование всего комплекса следственных действий, предусмотренных действующим уголовно-процессуальным законодательством, и результатов оперативно-розыскной деятельности с учетом общественной опасности этих преступлений, особенностей позиции по делу, возможностей оказания давления на участников процесса со стороны преступной группы, для чего должны быть выработаны специальные формы следственной работы и меры безопасности. Ограничения конституционных прав в связи с причастностью к преступной группе недопустимы, поскольку косвенно нарушают презумпцию невиновности.

2.3 Ответственность за организацию преступного сообщества

Ответственность за создание преступного сообщества (преступной организации) для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, а равно руководство таким сообществом (организацией) или входящими в него структурными подразделениями, а также создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп в целях разработки планов и условий для совершения тяжких или особо тяжких преступлений предусмотрена в ч.1 ст.210 УК РФ. Ответственность за участие в преступном сообществе (преступной организации) либо в объединении организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп , а также за деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные лицом с использованием своего служебного положения предусмотрены , соответственно ч.ч.1 и 2 ст.210 УК РФ. [26, с.46]

Объективную сторону состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.210 УК РФ, характеризует любое из следующих действий: создание преступного сообщества (преступной организации); руководство таким сообществом; руководство входящими в него подразделениями; создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп.

Организация преступного (преступной организации) является оконченным преступлением с момента его создания, тогда как создание организованной группы представляет собой лишь приготовление к преступлениям, для совершения которых она образована.

Цель создания преступного сообщества (преступной организации) - совершение тяжких или особо тяжких преступлений. В соответствии с ч.4 ст.15 УК РФ «тяжкими преступлениями признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает десяти лет лишения свободы». Минимальное же наказание за тяжкое преступление должно превышать пять лет лишения свободы, поскольку преступления, за которые наказание не превышает пяти лет лишения свободы, отнесены ч.3 этой статьи к категории преступлений средней тяжести. Согласно ч.5 ст.15 данного Уголовного кодекса «особо тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых настоящим Кодексом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше десяти лет или более строгое наказание».

Исходя из систематического толкования, состав преступления, ответственность за которое предусмотрена в ч.1 ст.210, будет иметь место в случае организации преступного сообщества с целью совершения хотя бы одного тяжкого или особо тяжкого преступления.

Создание преступного сообщества (преступной организации) заключается в вовлечении в такое сообщество его участников, определении и закреплении за ними ролей, то есть направлений деятельности и функциональных обязанностей, обеспечении иных условий совершения тяжких или особо тяжких преступлений. Например, в приобретении и распределении между членами сообщества орудий и средств совершения преступлений, планировании преступных действий сообщества в целом и его отдельных членов. Создание преступного сообщества (преступной организации) является оконченным преступлением с момента завершения образования сообщества.

Руководство преступным сообществом (преступной организацией) состоит в управлении участниками уже созданного сообщества, распределении и перераспределении функциональных обязанностей между ними, поддержании внутригрупповой дисциплины, вовлечении в сообщество новых членов, предотвращении выхода из сообщества отдельных участников путем применения к ним насилия, угроз, оснащении сообщества техническими средствами, установлении связей с должностными лицами государственных органов. Руководство структурными подразделениями, входящими в преступное сообщество (преступную организацию), выражается в тех же действиях, что и руководство сообществом, с ограничением рамками, определенными организатором или руководителя сообщества в целом.

Создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп представляет собой установление организатором, руководителем или иным представителем организованной группы устойчивых связей не менее чем с одним организатором, руководителем или иным представителем другой организованной группы или других организованных групп либо лицом, не входящим в какую-либо организованную группу. Такие связи должны сочетаться с проявлением инициативы, осуществлением слаженной совместной деятельности разных организованных преступных групп на основе согласованно разработанных планов и условий совершения тяжких или особо тяжких преступлений.

Субъект преступления, ответственность за которое установлена ч.1 ст. 210 УК РФ, - физическое вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста, являющегося организатором. На основании ч.3 ст.33 УК РФ организатором признается, в частности, «лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководящее ими». Исходя из этого законодательного определения, понятие организатора преступного сообщества (преступной организации) включает и понятие руководителя такого сообщества. [33, с.310]

Субъективная сторона анализируемого состава преступления характеризуется виной в форме прямого умысла и определенными целями. Виновный в создании преступного сообщества (преступной организации), в частности объединения организованных групп либо объединения организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп, осознает, что сообщество или объединение создаются для совершения тяжких или особо тяжких преступлений и общественную опасность такого создания, и желает этого. Виновный в руководстве преступным сообществом (преступной организацией) либо входящим в него структурным подразделением осознает, что руководит сообществом или его подразделением для совершения тяжких или особо тяжких преступлений и общественную опасность данного руководства, и желает его осуществлять.

Организатор, в частности руководитель, преступного сообщества (преступной организации) действует с целью совершения преступным сообществом (преступной организацией) либо объединением организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп тяжких или особо тяжких преступлений, а организатор указанного объединения - еще и с целью разработки планов и условий совершения этих категорий преступлений.

Наказание по ч.1 ст.210 УК РФ - лишение свободы на срок от семи до пятнадцати лет с конфискацией имущества или без таковой.

По ч.2 ст.210 УК РФ ответственность наступает за участие в преступном сообществе (преступной организации) либо в объединении организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп. [33, с.205]

Участие в преступном сообществе (преступной организации) выражается во вступлении в него, состоящем в даче согласия быть участником этого сообщества и принятии на себя обязательств и функциональных обязанностей, возглавляемых организатором или руководителем сообщества. Это, в частности, подыскание жертв преступлений; разработка способов и приемов совершения конкретных преступных деяний; установление контактов с должностными лицами государственных, в том числе правоохранительных, органов; совершение по заданию организатора, руководителя сообщества преступлений в виде испытания и проверки личных качеств и способностей.

Участие в такой форме преступного сообщества, как объединение организованных групп, созданного для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, аналогично участию в рассмотренной форме преступного сообщества.

Участие в объединении организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп заключается во вступлении в объединение и принятии как на себя лично, так и на всю представляемую организованную группу и ее членов тех же обязательств и функциональных обязанностей, какие принимаются лицом, вступающим в преступное сообщество, а также разработка совместно с другими участниками объединения планов и условий для совершения тяжких преступлений.

Субъект преступления, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.210 УК РФ, - физическое вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста, выполняющее роль исполнителя, подстрекателя или пособника, а также являющееся участником объединения организованных групп или объединения организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп или организатора преступления или организатора организованной группы.

Субъективная сторона состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 210 УК РФ, характеризуется виной в форме прямого умысла и целями. Виновный осознает, что является участником преступного сообщества (преступной организации) и общественную опасность такого сообщества, и желает участвовать в нем. Участник объединения организованных групп, являющийся организатором или руководителем входящей в объединение организованной группы либо объединения организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп, являющийся организатором, руководителем или иным представителем организованной группы, осознает также свой статус организатора, руководителя или представителя организованной группы.

Участник преступного сообщества (преступной организации) и объединения организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп действует с целью совершения тяжких или особо тяжких преступлений, а указанного объединения - еще и с целью разработки планов и условий совершения данных категорий преступлений.

Наказание по ч.2 ст.210 УК РФ - лишение свободы на срок от трех до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой. Ч.3 ст.210 УК РФ предусмотрен квалифицирующий признак - совершение деяний, ответственность за которые установлена ч.1 или ч.2 этой статьи, лицом с использованием своего служебного положения.

Особенность этого квалифицированного состава преступления, отличающая его от рассмотренных составов преступлений, предусмотренных ч.1 и ч.2 УК РФ, - специальный субъект. Таковыми являются лица, статус которых определен в примечании к ст.285 и ч.1 примечания к ст.201 УК РФ. К ним, относятся: должностные лица, которыми «признаются лица, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации» (ч.1 примечания к ст.285 УК РФ); лица, занимающие государственные должности Российской Федерации, под которыми «понимаются лица, занимающие должности, устанавливаемые Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами и федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий государственных органов»( ч.2 этого примечания); лица, занимающие государственные должности субъектов Российской Федерации, которыми считаются лица, занимающие должности, установленные конституциями или уставами субъектов Российской Федерации для непосредственного исполнения полномочий государственных органов (ч.3 данного примечания); государственные служащие и служащие органов местного самоуправления, не относящиеся к числу должностных лиц (ч.4 примечания к ст.285 УК РФ), лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации. [13, с.99]

Для наличия этого квалифицирующего признака необходимо, чтобы лицо, относящееся к любой из перечисленных категорий, совершило деяния, предусмотренные ч.1 или ч.2 ст.210 УК РФ, с использованием своего служебного положения.

Признаки, характеризующие объективную и субъективную стороны состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.210 УК РФ, совпадают с признаками, присущими соответствующим элементам составов преступлений, предусмотренных ч.1 или ч.2 ст.210 УУ РФ. Причем с субъективной стороны виновный, кроме того, осознает, что занимает то или иное из перечисленных служебных положений и совершает преступление с использованием этого положения.

Организация преступного сообщества отличается от организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем по двум признакам.

Первый - объективный - состоит в том, что для организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем необходимо наличие оружия, вооружения.

Второй - субъективный - цель совершения преступления. Организации незаконного вооруженного формирования или участию в нем не присуща цель совершения тяжких, особо тяжких или любых других преступлений.

От бандитизма организацию преступного сообщества отличают также два признака.

Первым - объективным - является оружие, наличествующее всегда в составе преступления бандитизма.

Второй - субъективный - содержание цели. Бандитизму присуща цель нападения на граждан или организации, которое может повлечь как тяжкие или особо тяжкие, так и иные последствия. А рассмотренного состава преступления - цель совершения только тяжких или особо тяжких преступлений, причем, выражающихся не только в нападениях, но и в других действиях.

В случаях, когда преступное сообщество начало свою преступную деятельность и ее члены совершили конкретные преступления, входившие в планы данной организации, действия этих членов сообщества должны квалифицироваться по совокупности - по ст.210 УК России и соответствующим статьям настоящего Кодекса, например по ст. 105, 162, 206 и так далее.

Организаторы и руководители преступного сообщества несут ответственность за все преступления, совершенные членами сообщества, которое они организовали или которым руководили, независимо от того, принимали они сами участие в совершении этих преступлений или нет. В случае совершения отдельными членами преступного сообщества преступлений, не предусмотренных целями преступного сообщества и не входивших в планы его деятельности, ответственность за эти преступления несут только непосредственно исполнители. [14, с.246]

В связи с коротким временем существования в России и отсутствием опыта применения ст.210 Уголовного кодекса России, практике системы Министерства внутренних дел и судопроизводства пока еще не известны процессы изобличения и привлечения к уголовной ответственности руководителей и организаторов преступных сообществ (преступных организаций). Практические служащие отделов и управлений по борьбе с организованной преступностью относят таких руководителей и организаторов к категории так называемых «воров в законе».

Одним из ярких примеров может служить «вор в законе» Вячеслав Кириллович Иваньков, 1940 года рождения, известный под кличкой «Япончик», арестованный в Нью-Йорке по обвинению в вымогательстве и осужденный на 9,5 лет. В Америке об Иванькове было известно не много: ФВР утверждает, что из своей квартиры в Бруклине, «Япончик» управлял международной криминальной империей; провел сходку «воров в законе» в Австрии; поделил сферы влияния в России и на Украине; наладил контакты с итальянской мафией и с их помощью организовал поставки кокаина в республики бывшего Союза; взял под свой контроль несколько московских фирм и банков. По данным Министерства внутренних дел - только на содержание двух групп боевиков в Москве, «Япончик» ежемесячно тратил 200000 долларов. Его представители контролировали бизнес, принадлежащий выходцам из России, в крупнейших городах Европы . Когда суд присяжных ознакомился с представленными ФБР фактами криминальной деятельности «Япончика», то все они высказали крайнее недоумение: «Что этому человеку делать на свободе?». Так, впервые, авторитет Иванькова оказал ему «медвежью услугу».

3. Проблемы борьбы с организованной преступностью

Рассматривая отмывание денег как составляющую часть совершения многих тяжких преступлений, следует учитывать, что эта преступная деятельность имеет свои особенности в каждом виде преступности. Обратимся сначала к понятию организованной и экономической преступности - двух тесно связанных категорий. В Российской науке общепринятого уголовно-правового и криминологического понятия «организованная преступность» в настоящее время пока не выработано, несмотря на широкое использование этих терминов в обороте. [26, с.146]

Организованная преступность представляет собой сложное социальное явление, отличающееся многообразием проявлений, множеством внутренних составляющих и существующих между ними взаимосвязей.

По своей природе организованная преступность во всех своих проявлениях тоже явление экономическое, ведь в ее основе лежит единственная цель - получение прибыли и сверхприбыли. Изменения, происходящие в экономике, новые формы экономических отношений, наряду с положительными результатами, приводят к созданию крупных преступных сообществ, контролирующих отдельные сферы экономики, промышленного производства, бытового обслуживания в различных регионах страны.

По всей видимости, разные подходы к пониманию организованной преступности и особенностям ее проявления в той или иной стране не позволили пока до конца выработать и единое универсальное определение этого явления на международном уровне. К наиболее интересному понятию организованной преступности можно отнести определение, данное экспертами ООН и зафиксированное в документах Международной конференции ООН по проблемам организованной преступности в 1991 г. в Суздале (Россия). Согласно этому определению организованная преступность - это «функционирование относительно массовой группы устойчивых, управляемых сообществ преступников, занимающихся преступлениями как промыслом и создающих систему защиты от социального контроля с использованием таких противозаконных средств, как насилие, запугивание, коррупция и хищения в крупных размерах». Эксперты ООН выделяют стремление преступных групп получить финансовую прибыль и власть как характеризующий признак организованной преступности.

В США, по одной из многих дефиниций, организованная преступность рассматривается как ассоциация, стремящаяся действовать вне контроля американского народа и его правительства, или же, как тип замаскированной преступности, иногда включающей иерархическую координацию ряда лиц, связанную с планированием и использованием незаконных актов или достижением цели незаконным способом.

На родине мафии, в Италии, ее понимают как криминальное объединение лиц, которое для совершения преступлений использует методы и средства запугивания. Мафия здесь расценивается как особая форма криминального сообщества.

В Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности, принятой резолюцией 55/25 Генеральной Ассамблеи от 15 ноября 2000 г., определение понятия организованной преступности отсутствует. В этом правовом акте оно связывается с деятельностью организованных, структурно оформленных групп, создающихся на базе совместной криминальной деятельности исключительно в целях получить прямо или косвенно, финансовую или иную материальную выгоду. [29, с.147]

По смыслу положений, зафиксированных в Конвенции, характеристика признаков организованной преступности заложена в связанных с этим понятием следующих терминах:

а) организованная преступная группа;

б) серьезное преступление;

в) структурно оформленная группа;

Таким образом, можно предположить, что экономическое преступление может носить менее серьезные общественно опасные последствия, а главное осуществляться индивидуально. Но главное различие этих категорий в том, что участники экономических преступлений - это законные субъекты официальной экономической деятельности, в отличии от преступности организованной, имеющей чисто уголовно-криминальное происхождение и оперирующей за пределами официальной экономики.

Социальные проблемы комплексного характера такие, как организованная преступность, требуют комплексных решений. Борьбу с легализацией «грязных», преступных доходов можно считать одним из направлений такого комплексного воздействия на организованную преступность. Организованным преступным группам особенно важна стабильность доходов, их защита от правовых последствий признания доходов преступными, поскольку это угрожает их существованию, а значит и получению сверхприбылей ее членов. Для борьбы с организованной преступностью традиционные методы правоохранительных органов представляются недостаточными. Современная ситуация объективно такова, что организованная преступность вынуждена прибегать к легализации своих преступных доходов, а следовательно, противодействие - это способ выявления организованных преступных групп, лишения их главного - преступных активов.

По официальным оценкам ГУОП МВД РФ на начало 2008 г., организованными преступными формированиями контролировалась 41 тысяча хозяйствующих субъектов с разными формами собственности, в том числе 1,5 тысячи государственных предприятий, 4 тысячи акционерных обществ, свыше 500 совместных предприятий, 550 банков, почти 700 рынков. С целью отмывания денег криминальными кругами создано около 800 легальных экономических структур.[25, с.149]

Государственная машина утрачивает механизмы и инструменты социального контроля. Образующийся вакуум занимается альтернативными системами контроля. Так как большое количество бизнесменов вовлечено в формирование экономической политики страны, областями криминализации последовательно становятся: бизнес, экономика, политика.

Экономические отрасли находятся под контролем элитных региональных групп. Определенные сферы экономики финансовые и инвестиционные потоки находятся под жестким контролем отдельных групп.

Преступные организации распределяют сферы своего влияния как в плане географическом, международном, так и по конкретным объектам, лицам. Определилась их заметная специализация - один контролирует азартные игры, проституцию, другие занимаются наркобизнесом, представлением разного рода криминальных услуг, аферами в банковской сфере и т.д. Основой преступной мотивации является стремление к получению сверхприбыли незаконным путем.

Для современной российской организованной преступности характерна широкая распространенность и влияние на экономику и политику. Около 40-60% предприятий и 60-80% банков находятся так или иначе под контролем криминальных структур (представителями криминалитета называются и более внушительные цифры). Значительное число представителей криминалитета либо непосредственно входят во властные структуры всех уровней, либо имеют возможность лоббировать принятие тех или иных властных решений. [25, с.150]

Проведенный анализ позволяет сделать вывод, что преступления, совершаемые организованными преступными группами в иных целях, нежели получение финансовой или иной материальной выгоды, не охватываются вышеперечисленными признаками и поэтому не могут быть отнесены к деятельности организованной преступности.

Современная политическая и экономическая ситуация в России является наиболее благоприятной, с одной стороны, для расширения сферы преступной деятельности отечественных преступных сообществ за пределами национальных границ России. А с другой - для проникновения в Россию транснациональной организованной преступности с целью использования возможностей ее рынка и слабой законодательной базы, облегчающей возможности ухода от социального контроля.

Транснационализация организованной преступной деятельности, т.е. выход ее за границы национальной территории одного государства, в настоящее время является международным процессом, в сущности, это один из высших уровней криминальной эволюции. Современные коммуникационные технологии и обширные связи организованной преступности облегчили ей установление контактов с партнерами в других странах и на других континентах; современные банковские системы электронных расчетов дают возможность осуществлять международные преступные сделки, связанные в первую очередь с «отмыванием» доходов, полученных незаконным путем, а также различного рода финансовыми махинациями.

Транснациональная организованная преступная деятельность является наиболее рациональной и профессиональной частью криминального поведения. Преступные организации способны учиться на своем и чужом опыте, обладать стратегическим видением ситуации и ее возможным развитием. Они часто прибегают к помощи высококлассных специалистов, используют самые современные технологии. Организованные преступники, действующие в той или иной стране, никогда бы не переступили ее национальных границ, если бы не видели выгоды, не получали бы серьезных преимуществ и возможностей.

Транснациональные операции позволяют преступным организациям получать доступ на выгодные рынки и находить пути проникновения на них, действуя при этом из районов, где они чувствуют себя относительно недосягаемыми для правоохранительных органов. Доходы от преступной деятельности направляются по каналам мировой финансовой системы и укрываются в оффшорных зонах и центрах банковской деятельности с относительно мягким регулированием.

Таким образом, в первую очередь уголовная, а также и другие виды ответственности за легализацию решают важнейшую задачу борьбы с организованной преступностью и более того, с ее высшей формой эволюции - транснациональной организованной преступностью, как в отдельных странах, так и на международном пространстве. С одной стороны, таким противодействием подрывается финансовая устойчивость организованных преступных организаций и террористических групп, с другой - пресекаются попытки преступных лидеров получить властные полномочия, как в международных организациях, так и в органах власти и управления отдельных государств.

После террористических атак на США в сентябре 2001 года, 29-30 октября 2001 года представители стран-членов ФАТФ собрались в Вашингтоне на внеочередное пленарное заседание и приняли решение о расширении своего мандата за счет включения в сферу контроля ФАТФ мер по борьбе с финансированием терроризма. Результатом встречи стало учреждение международного Контртеррористического комитета и принятие ФАТФ пакета из восьми «Специальных рекомендаций по борьбе с финансированием терроризма». [34, с.43]

В сфере борьбы с терроризмом Россия является одним из активных членов мирового сообщества. Россия ратифицировала Международную конвенцию по борьбе с терроризмом, которая вступила в силу для Российской Федерации 27 декабря 2002 года. Кроме ответственности за подготовку и проведение террористических актов, уголовное законодательство Российской Федерации дополнено положениями об ответственности за финансирование террористических организаций и террористических актов. Согласно статье 205.1. Уголовного кодекса РФ «Вовлечение в совершение преступлений террористического характера или иное содействие их совершению» финансирование акта терроризма либо террористической организации - наказываются лишением свободы на срок от четырех до восьми лет.

Пресечение финансирования терроризма является сложной задачей, успешное решение которой будет зависеть от способности государств оперативно принять соответствующее законодательство и создать надлежащие механизмы правоприменения. В странах, уже принявших законы и внедривших необходимые механизмы правоприменения для борьбы с отмыванием денег, потребность в дополнительном законодательстве, необходимом для борьбы с финансированием терроризма, незначительна. Вместе с тем им могут требоваться значительные дополнительные механизмы правоприменения, необходимые для успешного обнаружения и уголовного преследования случаев финансирования терроризма. Для стран, в которых отсутствует как правовая, так и административная инфраструктура, задача может оказаться значительно более сложной.

Связи между транснациональной организованной преступностью и терроризмом не уникальны в развитых и развивающихся странах. Расследования терактов 11 сентября показали, что террористы занимаются нелегальной деятельностью в разных странах, в первую очередь, чтобы обеспечить себе существование. Так, в ходе следствия установлено, что террористы в Испании занимались продажей поддельных авиабилетов, группы террористов в США зарабатывали на жизнь отмыванием денег и другими преступлениями.

Таким образом, в ходе операций, связанных с контролем за отмыванием могут быть выявлены денежные и другие активы террористических организаций, легализуемые и направляемые на содержание лидеров таких организаций и их деятельность, связанную с управлением и подготовкой террористических актов.

Широко распространенная во многих развивающихся странах коррупция обуславливает быстрое распространение и укрепление транснациональной организованной преступности и терроризма. Коррупция среди должностных лиц, способствующая преступной деятельности, принимает различные формы и базируется не только на взяточничестве. Существует множество форм коррупции: взяточничество, протекционизм, лоббизм, незаконное распределение и перераспределение общественных ресурсов и фондов, присвоение общественных ресурсов в личных целях, незаконная приватизация, незаконная поддержка и финансирование политических структур (партий и др.), вымогательство, предоставление льготных кредитов, заказов, и др. Коррупционные сети тесно связаны с организованной преступностью.

Высшие должностные лица обеспечивают подложными документами контрабандистов и террористов, ограничивают преследование подозрительных групп правоохранительными органами и позволяют безопасно работать организованным преступным группам. Это способствует совершению преступлений в таких странах не только собственными преступными группами, но и группами из других стран и регионов. Более того, преступники для своей деятельности могут использовать информационные и другие современные технологии, привлекать высокооплачиваемых специалистов.

Коррупция - сложный социальный феномен, порождение общества и общественных отношений.

В своей работе «Коррупция: теория и российская реальность» Я.И. Гилинский указывает на множество научных определений понятия коррупции. По его мнению, наиболее краткое и точное из них: «злоупотребление публичной властью ради частной выгоды».

Российскими учеными предлагается широкий диапазон мер по борьбе с этим явлением. Например, Яков Гилинский к числу антикоррупционных мер предлагает отнести следующие: сокращение объема управленческих решений, зависящих от усмотрения государственного служащего; сокращение прав государственных служащих по «регулированию» экономики, образования, науки; резкое количественное сокращение государственного управленческого аппарата и другие.

Коррупция и отмывание денег, взаимосвязанные явления. Хотя очевидно, что не все полученные взятки непременно должны отмываться: часть полученной наличности может использоваться на дополнительные расходные платежи, связанные с проводимой операцией или может быть потрачена в личных целях на покупку дорогих автомобилей, драгоценностей, подарки знакомым. Учитывая сложности, связанные с процедурой отмывания, коррумпированные должностные лица и служащие корпораций, как и любые другие преступники, часто привлекают посредников для отмывания денег, полагая, что те проявят надлежащее благоразумие и предосторожность при переводе денежных сумм и будут действовать независимо (по своему усмотрению, без согласования с заказчиком) в ситуации, когда начнется уголовное расследование.

Следует учитывать, что коррупция очень умело, разрушает как возможность применения навыков финансового расследования, так и сам предмет доказывания. Однако, хотя правоохранительные органы могут и не обнаружить, где находятся активы или не определить их владельца, они способны, по крайней мере, весьма затруднить востребование преступниками денег обратно.

Коррупция существует во всех современных государствах. Другой вопрос - масштабы коррупции. По данным международной организации Transparency International, Россия входит в число наиболее коррумпированных стран мира наряду с некоторыми государствами бывшего СССР, Пакистаном, Танзанией, Индонезией и Нигерией. Наименее коррумпированные государства - Дания, Финляндия, Швеция, Канада, Новая Зеландия. [30, с.346]

Ежегодные убытки от коррупции в России составляют 20 - 25 миллиардов долларов. Общая сумма, выплачиваемая предпринимателями чиновникам, оценивается в 33,5 миллиарда долларов. Ежедневно российские и зарубежные средства массовой информации публикуют информацию о фактах коррупции в России. Вот выдержки из материалов исследования, проведенного журналистами известной в Санкт-Петербурге газеты «Деловой Петербург», от 8 июля 2007 года. Изданием приводится стоимость оборудования автомобиля в Петербурге специальными опознавательными световыми и звуковыми сигналами для беспрепятственного нарушения владельцем такого автомобиля правил дорожного движения. Официальный специальный сигнал - сирена и проблесковый маяк (автомобиль ставится на баланс Министерства Внутренних Дел России, Министерства юстиции, Прокуратуры) 7 000 долларов США. Специальные номера 3 000 - 4 000 долларов США. Специальный талон (неприкосновенная машина) 15 000 - 20 000 долларов США.

В России коррупция, как социальное явление находится в начальной стадии. В уголовном и других сферах законодательства отсутствует уголовно-правовое и криминологическое определение понятия коррупция.

Среди нормативных актов, посвященных этой проблеме можно отметить Указ Президента РФ от 4 апреля 1992 г. N 361 «О борьбе с коррупцией в системе государственной службы», в котором впервые отмечается, что коррупция в органах власти и управления ущемляет конституционные права и интересы граждан, подрывает демократические устои и правопорядок, дискредитирует деятельность государственного аппарата, извращает принципы законности, препятствует проведению экономических реформ. Указом Президента N 1384 от 24 ноября 2003 года «О Совете при Президенте РФ по борьбе с коррупцией» образован Совет при Президенте Российской Федерации по борьбе с коррупцией и утверждено Положение о Совете по борьбе с коррупцией. [32, с.283]

Различные проекты закона «О борьбе с коррупцией» обсуждаются с 1992 года, но он до настоящего времени не принят, хотя Российская Федерация подписала Конвенцию Организации Объединенных Наций против коррупции, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 31 октября 2003 г.

Механизм контроля за доходами, в том числе и государственных служащих, введенный в действие федеральным законом N 116-ФЗ от 20 июля 1998 года «О государственном контроле за соответствием крупных расходов на потребление фактически получаемых физическими лицами доходам» прекратил свое действие в связи с отменой закона. Положения статей 15 и 20 Федерального закона «О государственной гражданской службе» о контроле за доходами государственных служащих на практике не работают, позволяя последним использовать свое служебное положение в личных целях.

Несмотря на отсутствие законодательной базы, одной из ключевых проблем коррумпированных чиновников становится проблема придания полученным «за свои услуги» доходам легального статуса, введения денежных средств и имущества в законный гражданский оборот.

Таким образом, анализ феномена наиболее опасных криминальных проявлений, таких как организованная преступность и ее высшая форма эволюции транснациональная организованная преступность, терроризм и коррупция доказывает, что отмывание преступно полученных доходов - это составляющая часть действий преступников в этих сферах противоправной деятельности.

Препятствие отмыванию и выявление преступных активов на международном и государственном уровне - это основа или фундамент противодействия организованной преступности, терроризма и коррупции. Создание в отдельной стране института противодействия отмыванию - это подготовка базы, на основе которой возможно построение системы законодательных и процессуальных мер по борьбе с преступностью и установление взаимодействия с международным сообществом для проведения международного уголовного расследования и принятия процессуальных мер на территории других иностранных государств.

Для понимания особенностей отмывания денег в каждом из рассмотренных криминальных проявлений посмотрим на отличительные черты этого явления в ходе деятельности организованных преступных групп, террористических организаций и коррумпированных чиновников.


Заключение

Таким образом, обобщение специфических особенностей современных преступных образований можно свести к следующим характеристикам.

1. В условиях рыночной экономики участники организованных преступных групп в качестве своей базы широко используют как государственные, так и частные предпринимательские структуры.

2. Значительно возросла вооруженность организованных преступных групп, совершающих общеуголовные преступления и преступления в сфере экономики.

3. Существенно возросла жестокость при совершении преступлений.

4. В жестокости организованной преступности проявляется складывающаяся мораль и идеология преступных сообществ, выраженная в круговой поруке участников организованных преступных групп.

5. В случае провала операции, оставшиеся на свободе участники организованных преступных групп воздвигают новых лидеров и возобновляют преступную деятельность, а находящиеся в местах заключения лидеры организованных преступных групп продолжают деятельность по координации ОПГ.

6. Нередко участниками организованных преступных групп являются военнослужащие, представители органов внутренних дел и служб безопасности.

7. Новым в деятельности организованной преступности является систематическое «подкармливание» коррумпированных должностных лиц исполнительной власти.

Организованная преступность приобрела колоссальную экономическую и даже политическую силу. Печальный опыт борьбы с организованной преступностью во многих странах мира убеждает, что сама организация преступного сообщества и руководство им должны быть вовремя криминализированы.

Деятельность правоохранительных органов по борьбе с преступностью более мобильна, чем уголовное законодательство. Но эти органы осуществляют свои функции лишь на основе законов. Нормальное демократическое общество не может себе позволить бороться с преступностью её методами, хотя это зачастую и эффективно. В правовом государстве полиция (милиция) имеет свои законные возможности, организационные, технические, интеллектуальные, для эффективной борьбы.

В силу различных причин идет реальный процесс постепенного «отставания» уголовно-правового контроля над преступностью от ее качественно-количественных изменений. Человечество никогда не откажется от уголовного наказания за совершение преступлений, но оно все больше осознает его ограниченные возможности и стратегическую бесперспективность жестоких наказаний и казней в цивилизованном обществе. Поэтому традиционные способы уголовно-правовой борьбы с преступностью должны дополняться методами криминологического воздействия на среду и личность. Это - единственный выход, и выход справедливый. Есть достаточно свидетельств того, что противоправное поведение формируется общественной средой. Поэтому общество не только обязано брать на себя часть вины за совершаемые деяния, но и принимать необходимые меры по очеловечиванию социализации людей. В России ныне множество острых и первоочередных проблем, которые отодвигают вопрос о более эффективном и комплексном контроле над преступностью на более благоприятное будущее. Однако решение экономических и других проблем общества стало невозможным в отрыве от борьбы с преступностью, так как идёт активный процесс криминализации всех общественных отношений. Поэтому борьба с ней стала необходимым условием национального прогресса. В той мере, в какой государство не может обеспечить безопасность своих граждан, своих завоеваний и своих основных институтов, в той мере будет сдерживаться экономическое, социальное и культурное развитие страны. В борьбе с преступностью нельзя достичь заметных успехов без параллельного улучшения жизни и деятельности людей.

Как бы трудно ни проходило осознание национальных и транснациональных угроз научной общественностью, политическими партиями и законодателями, как бы ни сталкивались интересы различных социальных слоёв и групп в этом кардинальном для нашего времени вопросе, неотложность его решения становится до предела очевидной. Все, кто не на словах, а на деле заинтересован в продолжении развития цивилизованной рыночной экономики и укрепления российской государственности, должны объединить свои усилия в установлении надёжного контроля над мафией. Суть его триедина: 1) криминализация организованной общественно опасной деятельности, 2) перекрытие каналов легализации преступных доходов, 3) законнообусловленый подрыв экономического могущества преступных сообществ.

Завершая освещение темы, еще раз обратим внимание на главное. Организованную преступность никто не организовывал. Это не результат злого умысла конкретного субъекта. Она сложилась объективно на основе чудовищной бесхозяйственности, беспредельного дефицита, грубейших идеологических и политических извращений и просчетов.

В нашей стране организованная преступность - порождение командно-административной системы. Она - слепок этой системы (в плане иерархичности и замкнутости) и ее антипод (в плане своей гибкости и динамизма). Именно подобной противоречивостью определяется высокая эффективность организованной преступности как системы. Но этим же определяется предел возможностей ее развития. Она всегда будет зыбкой, без завершенной формы, в отличие от жесткой бюрократической системы, ее породившей.


Список использованной литературы

1. Конституция Российской Федерации. – М.: Юрайт, 2008.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации (с изменения и дополнениями). – М.: Юрайт, 2008.

3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.

4. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 1993г. «О практике применения судами законодательства, об ответственности за бандитизм».// Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам. М.: «Проспект», 2003, С. 264-266.

5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002г. №29. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2003. №2.

6. Безлепкин Б.Т. Уголовный право России: Учебник – М.: Юристъ, 2006.

7. Балеев С. Соучастие в преступлении: формы и классификация // Уголовное право. 2008. № 5.

8. Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы квалификации. Краснодар. 2007.

9. Галиакбаров Р.Р. Квалификация групповых преступлений. М.: Юристъ, 2007.

10. Болотский Б.С. Проблемы противодействия легализации (отмыванию) доходов от нелегальной экономической деятельности // Теневая экономика: экономические, социальные и правовые аспекты. - Мат-лы научной конференции 9 июля 2006 года. - М., 2006

11. Воронин Ю.А. Транснациональная организованная преступность. - Екатеринбург, 2007

12. Гриб В.Т. Организованная преступность - различные подходы к ее пониманию // Государство и право. - 2007. N 1

13. Гриб В.Г. Теоретические и организационно-тактические основы борьбы с организованной преступностью в России. - Монография. - М.: ВНИИ МВД России. - 2007.

14. Гуров А.И. Организованная преступность в России – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2007.

15. Гилинский Я.И. Организованная преступность: понятие, история, деятельность, тенденции. – М.: Юристъ, 2007.

16. Лунеев В.В. Преступность XX века: Мировой криминологический анализ. – М.: НОРМА, 2006.

17. Мельниченко А. Б., Радачинский С. Н. Уголовное право. Особенная часть: учебное пособие для студентов юридических факультетов и специальностей вузов. – Ростов на Дону: издательский центр «Март», 2007.

18. Организованная преступность. Тенденции, перспективы борьбы. Владивосток, 2007.

19. Организованная преступность: Курс лекций. – СПб: Питер, 2008.

20. Организованная преступность / Под ред.А.Я.Долговой – СПБ6Питер, 2008.

21. Основы борьбы с организованной преступностью // Под ред. B.C. Овчинского и др. - М.: ИНФРА-М, 2008 г.

22. Трухин А. Соучастник преступления // Уголовное право. 2007. № 3.

23. Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М., ВЮЗИ,2008.

24. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв.ред.П.А.Лупинская. – М: Юристъ, 2006.

25. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под общ.ред. А.В.Смирнова – СПб: Питер. 2006.

26. Уголовное право России. Часть Особенная: Учебник для вузов/Отв.ред.проф. Л.Л.Кругликов. 2-е изд.. перераб. и доп. – М.: Волтерс Клувер, 2008.

27. Уголовное право. Часть общая. Часть особенная./Учебник для вузов под редакцией Таухмана Л. Д., Макситова С. В. – М.: Юрист, 2008.

28. Уголовное право России. Особенная часть: Учебник / Отв.ред. доктор юридических наук, профессор Б.В.Здравомыслов. 4-е изд. перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2006.

29. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. Учебник – изд.испр. и доп. / Под ред. д-ра юр.наук, профессора Л.В.Иногамовой-Хегай, д-ра юр.наук, профессора А.И.Рарога, д-ра юр.наук, проф. А.И.Чучаева. – М.: ИНФРА-М: Контакт, 2006.

30. Уголовное право России. Общая часть: Учебник / Под ред. В.Н.Кудрявцева, В.В.Лунеева, А.В.Наумова. – 2-е изд., перераб и доп. – М.: Юристъ, 2008.

31. Уголовное право России: Учебник для вузов: В 2 т. /Под ред. д.ю.н., проф. А.Н.Игнатова и д.ю.н., проф. Ю.А.Красикова – Т.1: Общая часть – М.: НОРМА, 2007.

32. Уголовное право России: Учебник для вузов: В 2 т. /Под ред. д.ю.н., проф. А.Н.Игнатова и д.ю.н., проф. Ю.А.Красикова – Т.2: Общая часть – М.: НОРМА, 2007.

33. Уголовное право Российской Федерации: Учебник / Отв.ред.П.А.Лупинская. – М: Юристъ, 2006.

34. Уголовное право: Учебник для вузов / Под общ.ред. А.В.Смирнова – СПб: Питер. 2005.

35. Уголовное право России. Общая часть. Изд-во Казанского университета, 2006.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему