регистрация / вход

Крайняя необходимость

Крайняя необходимость как обстоятельство, исключающее преступность деяния: понятие, основание, цель; социально-правовое значение, условия возникновения; признаки правомерного причинения вреда третьим лицам; эксцесс крайней необходимости, последствия.

План

Введение

1. Понятие, основание и социально-правовое значение крайней необходимости

2. Признаки правомерного причинения вреда в состоянии крайней необходимости

3. Эксцесс крайней необходимости

4. Отграничение крайней необходимости от других обстоятельств, исключающих преступность деяния

Выводы

Список использованной литературы


Введение

Исследованием института крайней необходимости занимались многие ученые, такие как: Ю.В. Баулин, В.В. Орехов, С.А. Домахин, Н.Н. Паше-Озерский и другие. Благодаря активной деятельности ученых-правоведов в наше время проблемы, связанные с крайней необходимостью решены: дано законодательное определение превышения пределов крайней необходимости, также стало учитываться душевное состояние лица.

Крайняя необходимость относится к обстоятельствам, исключающим преступность деяния. Данные деяния по внешним своим признакам совпадают с теми или другими преступлениями. По существу, однако, такие поступки не являются общественно опасными, а, наоборот, признаются правомерными и, как правило, общественно полезными. Юридическая природа этих обстоятельств заключается в том, что они исключают само основание криминальной ответственности, то есть данные обстоятельства характеризуются такими признаками, которые исключают возможность признания их общественно опасными деяниями, имеющими признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом Украины.

Крайняя необходимость имеет и ряд признаков, присущих только ей. Это, например, цель; причинение вреда третьим лицам; своевременность причинения вреда; наличие опасности, устранение которой не возможно другими способами, кроме как причинением вреда правоохраняемым интересам и др.

В данной курсовой работе будут рассмотрены эти признаки, а также условия возникновения состояния крайней необходимости, эксцесс крайней необходимости, проведен сравнительный анализ крайней необходимости и других обстоятельств, исключающих преступность деяния, для их четкого отграничения.


1. Понятие, основания и социально-правовое значение крайней необходимости

В части 1 ст. 39 УК сказано, что не является преступлением причинение вреда правоохраняемым интересам в состоянии крайней необходимости, т.е. для устранения опасности, которая непосредственно угрожает лицу или охраняемым законом правам этого лица или других лиц, а также общественным интересам или интересам государства, если эту опасность в данной обстановке не возможно было устранить другими способами и если при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.

Следовательно, крайнюю необходимость можно определить как вынужденное причинение лицом вреда правоохраняемым интересам с целью устранения угрожающей опасности, если она в данной обстановке не могла быть устранена другими способами и если причиненный вред является равнозначным или менее значительным, чем вред устранённый. Право лица на причинение вреда в состоянии крайней необходимости является субсидиарным правом. Поскольку, воспользоваться им лицо может только в том случае, если в данной обстановке причинение вреда вынужденное, крайнее, последний способ устранения опасности.

Состояние крайней необходимости возникает при наличии соответствующего основания, которое состоит из двух элементов:

1) опасности, угрожающейохраняемым законом интересам личности, общества или государства — правовое основание;

2) невозможностью устранения этой опасности другими способами, кроме совершении действия, подпадающего под признаки деяния, предусмотренного уголовным законом — фактическое основание).

Рассмотрим теперь подробнее правовое основание крайней необходимости — опасность и её признаки, которые важны для определения состояния в котором действовало лицо как крайней необходимлости. Подопасностью понимают способность или возможностьвызывать, причинять какой-нибудь вред.

Очевидно, что опасность сама по себе не существует, она всегда имеет свой источник, в качестве которого могут выступать предметы, явления, процессы, деятельность и др. Так, к числу предметов относятся оружие, боевые припасы, взрывчатые, радиоактивные, легковоспламеняющиеся, едкие вещества и иные предметы, которым присуща внутренняя объективная способность поражать человека, причинять ему смерть или телесные повреждения, разрушать, повреждать или уничтожать имущество и другие ценности. Явления как источники охватывают собой стихийные силы природы (наводнения, обвалы, оползни, ливни и т. п.), нападения животных и др.

Опасность причинения вреда может порождаться разлчными процессами: технологическими. Производственными, патологическими (тяжелое ранение потерпевшего), физиологическими, происходящими в организме человека (голод, холод) и др.

Источником опасности является и деятельность (преступная или непреступная) человека. Так, преступное посягательство часто выражается в психическом (реже физическом) принуждении совершить уголовно противоправное деяние под угрозой убийства, нанесение вреда здоровью и т. п.

Состояние крайней необходимости может вызвать и физическое принуждение при условии, что потерпевший не лишается полностью возможности по своей воле совершить действие или воздержаться от него. В противном случае, когда принуждаемый является только орудием в руках принуждающего и полностью лишен возможности избирательного поведения, ответственность такого лица исключается из-за отсутствия признака волимости уголовно-правового действия или бездействия.

Наконец, источником опасности при крайней необходимости может быть и какое-то иное, кроме преступления, правонарушение (например, нарушение водителем правил дорожного движения, создавшее аварийную ситуацию), а также невиновные действия человека (например, в состоянии невменяемости, фактической ошибки и др.).

Опасность приобретает общественно опасный характер, когда она нарушает или ставит под угрозу нарушения определенные, охраняемые правом интересы. При отсутствии этого условия нет опасности. Та сила, которая никому и ничему не угрожает, не может и вызывать состояния крайней необходимости. Поэтому опасность как правовое основание крайней необходимости должна угрожать именно охраняемым интересам (ценностям)[1] .

Закон по существу не ограничивает круг названных интересов. К их числу относятся прежде всего интересы конкретного лица, а также других граждан, подвергшихся опасности (например, их жизнь,здоровье, телесная неприкосновенность, честь, достоинство, личная свобода, половая свобода женщины, имущественные, жилищные, политические и иные законные права и интересы личности). Правоохраняемыми общественными интересами, которым грозит опасность, могут быть нормальная деятельность предприятий, учреждений и организаций, безопасность движения на железнодорожном, водном, воздушном, городском и ином транспорте, общественная безопасность, общественный порядок и др. Наконец, объектом опасности могут выступать интересы государства: внешняя безопасность, обороноспособность, порядок управления, интересы правосудия, сохранность военной тайны, государственного имущества и др.

Опасность должна быть существующей, наличной. Этот признак характеризует непосредственную и неизбежную, уже возникшую и ещё не прекратившуюся угрозу каким-либо правоохраняемым интересам. Если опасность еще не возникла и угроза правоохраняемым интересам отсутствует либо, напротив, уже реализовалась в причиненном вреде, то она перестает быть правовым основанием состояния крайней необходимости, т.е. такое состояние отсутствует.

Начальный момент возникновения опасности связывается не только с тем, что угроза причинения вреда реально стала воплощаться (например, пожар уже вспыхнул, наводнение затапливает селение, самолет терпит аварию и т. д.), но и с тем, что возникла сама угроза причинения вреда (например, существует угроза затопления, пожара, аварии, смерти и т. п.). Следует признать, что такая угроза должна быть непосредственной. В зависимостиот источника опасности непосредственность угрозы может характеризоваться в одних случаях как возможность причинения вреда тотчас же, тут же, немедленно, а в других — спустя какое-то время. Правовое основание имеет место в течение всего времени существования опасности (например, грозящий обвалом дом создает постоянную опасность для жизни находящихся в нем людей; систематические издевательства и надругательства над человеком создают постоянную угрозу его жизни, здоровью, чести или достоинству и т. п.). Вместе с тем прекращение угрозы причинения вреда свидетельствует об отсутствии правового основания крайней необходимости (например, пожар уничтожил имущество или погашен, паводок спал, оползень прекратился, авария предотвращена и т. п.). Таким образом, правовое основание существует с момента возникновения, в течение всего времени реализации опасности и до момента прекращения ее угрозы.

Опасность должна быть действительной, т.е. объективной, существующей в реальности. Действия в состоянии мнимой, воображаемой угрозы, существующей лишь в сознании субъекта, когда лицо добросовестно заблуждается при установлении факта наличия опасности, должны квалифицироваться как фактическая ошибка. Такое добросовестное заблуждение исключает уголовную ответственность за совершенные действия, хотя они были направлены на предотвращение опасности, не существовавшей в действительности. Но, естественно, что в этом случае основанием исключения уголовной ответственности будет являться не состояние крайней необходимости, а заблуждение лица относительно фактических обстоятельств дела. Крайней необходимости здесь нет, ибо нет опасности нарушения охраняемых правом благ. Действия лица в этом случае не могут расцениваться как общественно полезные, потому что не было реальной угрозы нарушения охраняемых правом интересов. Поэтому вопрос об уголовной ответственности в данном случае должен решаться с точки зрения влияния фактической ошибки на уголовную ответственность.При этом вступают в действие правила определения неосторожного (небрежного) поведения. Если лицо должно было и могло правильно оценивать обстановку, но действовало не адекватно, якобы в состоянии крайней необходимости, то оно подлежит ответственности за неосторожное преступление, такое как причинение смерти, тяжких или средней тяжкости телесных повреждений, поскольку менее тяжкий вред, причиненный по неосторожности, не является наказуемым. Если же по обстоятельствам дела, с учетом физических и психических особенностей личности вся обстановка происшедшего свидетельствовала о возникшей угрозе, хотя фактически её и не было, лицо считается действовавшим по правилам крайней необходимости.

Возникновение одной лишь опасности еще недостаточно для оправдания причинения вреда ссылкой на крайнюю необходимость. Такая необходимость потому и признается крайней, что вызывается обстановкой, при которой лицо вынуждено прибегнуть к причинению вреда как к последнему, крайнему средству устранения грозящей опасности, поскольку другие средства отсутствуют или недостаточны.

По мнению Н.Н. Паше-Озерского, вопрос о неустранимости опасности другими средствами должен рассматриваться применительно к конкретной обстановке[2] . Следовательно,обстановка определяет фактическое основание крайней необходимости. Она должна свидетельствовать о том, что лицо вынуждено причинить вред правоохраняемым интересам, поскольку иные средства устранения опасности отсутствуют или являются недо-статочными. Такую обстановку определяют различные факторы: характер источника опасности, время вероятного причинения вреда, характеристика конкретного лица,его реальные возможности по устранению возникшей опасности и т. п. В одном случае у лица может оказаться несколько возможных вариантов поведения в целях устранения опасности, например уклонение от нее бегством, принятие заблаговременно предусмотренных мер, обращение за помощью к другим лицам или органам власти, причинение вреда собственным интересам, наконец, нанесение ущерба правоохраняемым интересам государства, общества или иных лиц. Состояние крайней необходимости оправдывает лишь такая обстановка, при которой все иные средства, не связанные с причинением вреда, внешне подпадающего под признаки преступления, отсутствуют либо их использование недостаточно для успешного устранения грозящей опасности. Поэтому если обстановка свидетельствовала о том, что у лица есть несколько способов устранения опасности, в том числе не связанных с совершением действий, подпадающих под признаки преступлений, то это означает, что данное лицо не находилось в состоянии крайней необходимости, а значит, и причиненный вред нельзя признать правомерным. Разумеется, это правило, распространяется только на случаи, когда лицо осознавало наличие у него нескольких вариантов устранения опасности, в том числене связанных с причинением вреда. Если же в этом допущена ошибка, то совершенное оценивается по правилам мнимой крайней необходимости.

Следовательно, фактическое основание крайней необходимости имеет место там, где обстановка свидетельствует о невозможности устранить грозящую опасность иначе, какпричинением вреда объектам уголовно-правовой охраны. Вместе с тем сама эта обстановка может быть неоднозначной. Так, она может предоставлять лицу несколько вариантов устранения опасности, но каждый из них связан с необходимостью совершения действий, внешне подпадающих под признаки того или иного преступления. В этой связи правильно отмечено, что «крайняя необходимость будет и тогда, когда лицо может устранить опасность другими средствами, но также подпадающими под признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом»[3] . Иными словами, в таких случаях обстановка устранения опасности для данного лица является вариантом и с этой точки зрения относительно благоприятной.

Однако обстановка может сложиться и так, что в распоряжении конкретного лица для устранения грозящей опасности может оказаться один какой-либо вариант причинения вреда. Такую обстановку можно назвать инвариантной (одновариантной), или, иначе, неблагоприятной для устранения опасности.

Таким образом, следует различать два вида обстановки по устранению грозящей опасности: относительно благоприятную (вариантную) и не-благоприятную (инвариантную; одновариантную). Каждая из них вместе с правовым основанием определяет не только состояние крайней необходимости, но и пределы причинения вреда в этом состоянии.

Применительно к социальной природе крайней необходимости имеются две точки зрения, высказанные в юридической литературе .Первая, состоит в том, что действия в состоянии крайней необходимости не являются общественно опасными, поскольку они не являются преступными. Вторая, состоит в том, что происходит столкновение ( коллизия ) с охраняемых законом общественных отношений и при крайней необходимости за счет причинения меньшего вреда, спасается ( защищается) большее. То есть действия, совершаемые в состоянии крайней необходимости, являются социально допустимыми или, как принято говорить, социально нейтральными.


2. Признаки правомерного причинения вреда в состоянии крайней необходимости

Условия правомерного причинения вреда в состоянии крайней необходимости определяет, каким признакам должно отвечать совершенное в этом состоянии действие, чтобы быть признанным правомерным, не общественно опасным,потому что под влиянием сложившихся обстоятельств лицо мсжет совершить действия, которые не будут признаны правомерными.

К этим условиям относятся: мотив (цель), направленность (объект) причинения вреда, характер действий, своевременность причинения вреда, пределы причинения вреда.

Кроме того при характеристике условий правомерного причинения вреда, следует отметить также, что субъектом крайней необходимости является общий субъект, т, е. лица, на которое не возложена специальная юридическая обяванность или служебный долг бороться с опасностью, угрожающей интересам личности, коллектива, общества или государства. Это лицо, чьим интересам угрожает опасность, но им может оказаться также очевидец, случайно появившийся в месте проявления опасности. Субъектом крайней необходимости может быть как одно лицо, так и группа лиц.

Мотив действий при крайней необходимости в законе не определен, однако его установление имеет важное значение, поскольку позволяет оценить в совокупности с другими обстоятельствами правомерность поступка в целом. Кроме того, установление действительных мотивов поведения важно для определения целей поступка, которые являются обязательным признаком крайней необходимости.

Мотив действий субъекта во многом определяется характером грозящей опасности и обстановкой по ее устранению. Так, опасность, угрожающая жизни потерпевшего в аварии, может вызвать у очевидца чувство сострадания, в результате чего он завладевает чужим автомобилем в целях доставления раненого к врачу. В случае пожара, грозящего уничтожить дом, мотивом действий лица, повреждающего другое имущество с целью локализации пожара, может быть стремление оказать помощь, желание отличиться, заслужить похвалу или вознаграждение и др. Известно, что в психологии к мотивам в широком смысле относят потребности и инстинкты, влечения и эмоции, установки и идеалы и.т. п. Поэтому мотивами крайней необходимости могут быть жалость, сострадание, боязнь, страх, альтруизм, сознание гражданского и общественного долга и др.

Положение ст.39 УК о том, что деяние в состоянии краней необходимости применяется «для устранения опасности» означает, что целью крайней необходимости является именно устранение опасности.Такая цель есть не что иное, как мысленное представление действующего лица о том, каким образом опасность будет отвращена: уничтожением или повреждением источника опасности либо приостановкой его действия; снижением интенсивности опасности до определенного уровня или ее локализацией; перемещением людей или материальных ценностей в безопасное место с помощью взятого чужого транспорта доставлением больного на таком транспорте к врачу под угрозой применения насилия к владельцам автомашины; уклонением от прямого столкновения с источником опасности путем нарушения правил предосторожности и т. д. В каждом случае указанная цель действий конкретизируется в зависимости от характера опасности, а также обстановки по ее устранению. Решение тем или иным способом устранить опасность определяет и объект действий субъекта, и средство достижения поставленной цели. Этим средством и одновременно ближайшей целью действий субъекта является причинение тому или иному объекту вреда менее значительного, чем вред предотвращенный. Поэтому, если лицо, стремясь устранить грозящую опасность, прибегает к недозволенному средству, оно поступает неправомерно. Такая ситуация имеет место там, где лицо в качестве ближайшей цели стремится причинить вред более значительный, чем вредпредотвращенный.

Следует иметь в виду, что, если причинение вреда менее значительного, чем вред предотвращенный, не достигло своей цели, т. е. устранить грозящую опасностьне удалось, содеянное не теряет своей правомерности. Для крайней необходимости вовсе необязательно достижение указанной цели, а достаточно, если правомерные действия были направлены к ней.

Объектом действий субъекта при крайней необходимости являются те правоохраняемые интересы государства, общества или личности, которым причиняется вред в целях устранения грозящей опасности. Так, при повреждении или уничтожении чужого имущества объектом действия выступает собственность; при нанесении телесных повреждений или лишении свободы — соответственно здоровье и личная свобода гражданина и т. д. В науке распространено мнение, что вред при крайней необходимости может быть причинен лишь интересам «третьих лиц», т. е. организациям, учреждениям, отдельным гражданам, которые не вызывали опасность и обычно не связаны с созданием этой опасности. Типичным примером является дело, когда водитель колхоза, оставив на дороге бидоны с молоком, отвозит пострадавших от аварии лиц в больницу, а в это время молоко похищается неизвестными. Ущерб в таком случае причиняется колхозу, который никаким образом не причастен к возникновению самой опасности. Представляется, что подобное понимание объекта действий при крайней необходимости отражает наиболее распространенные случаи, так сказать, «перенесения» или «перевода» вреда с одного интереса на другой, но все же не охватывает всех возможных ситуаций. Такнередко субъект вынужден причинять вред самому источнику опасности, чтобы ликвидировать его, локализовать, снизить интенсивность воздействия и т. п. (например, прохожий, увидев движущийся с горы неуправляемый автомобиль, направляет его в кювет, предупреждая тем самым наезд на людей)[4] . Кроме того, в качестве объекта действий часто выступают интересы тех же учреждений, предприятий и организаций, а также отдельных лиц, которым угрожает опасность. Поэтому вряд ли точно именовать объект действий при крайней необходимости интересами «третьих» лиц.

По мнению С.А. Домахина, в некоторых случаях действие в состоянии крайней необходимости может батьнаправлено и против нападающего, когда им заведомо является лицо невменяемое, малолетнее или действующее в состоянии фактической ошибки[5] . Это не так. В этом случае наблюдается необходимая оборона, признаком которой является причинение вреда именно тому лицу, которое посягает, независимо от его физических или психических особенностей. Следовательно, к крайней необходимости относятся все остальные случаи устранения опасности, исходящей от человека, но не связанные с причинением вреда посягающему. Поэтому если опасность причинения вреда правоохраняемым интересам порождается действием заведомо невменяемого, малолетнего и др., то гражданин вправе устранить эту опасность путем причинения вреда самому посягателю (по правилам необходимой обороны) либо (при отсутствии других средств) другим правоохраняемым интересам (по правилам крайней необходимости).

Иногда из числа возможных объектов крайней необходимости исключают жизнь человека, в то время как закон не предусматривает на этот счет каких-либо ограничений. Лицо вправе совершать в состоянии крайней необходимости любые действия, подпадающие под признаки какого-либо пре-ступления, в том числе убийства, лишь бы при этом не были превышены пределы крайней необходимости. Поэтому с этой точки зрения нет оснований исключать жизнь другого человека из числа объектов крайней необходимости.

Завершая рассмотрение объекта при крайней необходимости, следует отметить, что его уголовно-правовое значение состоит в том, что он очерчивает пределы крайней необходимости, требует оценки сравнительной ценности объекта действия лица, устраняющего опасность, и объекта, которому угрожала опасность. Кроме того, характеробъекта влияет на квалификацию действий лица, превысившего пределы крайней необходимости.

Следующим признаком крайней необходимости выступает характер действий. Считается, что крайняя необходимость допускает только активное поведение субъекта. По своим внешним признакам крайняя необходимость может заключаться, например , в разных самоуправных действиях, связанных с изъятием имущества, его повреждением или уничтожением, похищением оружия или наркотических средств, кражей транспорта, сокрытием преступлений, разглашением государственной или военной тайны, нарушением разнообразных правил осторожности, причинением вреда жизни или здоровью человека, лишением его личной свободы и т.д. Подобные действия по внешним своим признакам похожи на разнообразные виды преступных посягательств. Так, уничтожение или повреждение чужого имущества подходят под при знаки преступления , предусмотренного ст. 194 УК, а разглашение ведомостей, которые составляют государственную тайну под угрозой убийства имеет признаки преступления , предусмотренного в ст. 328.

Своевременное причинение вреда заключается в том, что он может быть причинен только на протяжении времени, пока существует состояние крайней необходимости. Если же такое состояние ещё не возникло или, наоборот уже прошло, то причинение вреда в таком случае (так называемая «преждевременная» и «запоздалая» крайняя необходимость) может повлечь ответственность на общих основаниях.

Важным признаком крайней необходимости являются пределы причинения вреда. УК не определяет пределы причинения вреда в состоянии крайней необходимости, однако вывод про эти пределы может быть сделан на основе толкования ч.2 ст.39 УК, которое определяет превышение пределов крайней необходимости как причинение вреда более значительного, чем вред предотвращенный. Значит, граничным и правомерным в состоянии крайней необходимости должен признаваться причиненный вред, если он равнозначен вреду предотвращенному или менее значительный, чем вред предотвращенный. То есть закон связывает правомерность причиненного вреда с соразмерностью этого вреда опасности, которая угрожает: фактически причиненный вред должен быть равнозначным или менее значительным, чем потенциальный вред, который содержался в опасности, которая угрожала.

Определение равной или меньшей значимости причиненного вреда предусматривает её сравнение с вредом, который угрожает. Но предотвращенный вред — не всегда потенциальный вред, который содержался в опасности, которая угрожала, а причиненный вред — не всегда вред фактический, реальный. Кроме того, не редко указанные виды вреда направлены на блага разной общественной значимости, и это способно усложнить оценку их соразмерности, например, опасность, которая угрожала здоровью людей, устраняется путем уничтожения частной собственности. Поэтому решение вопроса об их сравнительной ценностной характеристике в каждом случае зависит от конкретных обстоятельств дела. Такая индивидуальная оценка может зависеть:

1) от качественного значения сталкивающихся благ; так, несомненно, например, для спасения здоровья от полного его расстройства или от тяжкого увечья, или для защиты от изнасилования можно пожертвовать не только чужим имуществом, но и лишить свободы, причинить боль или страдание;

2) от количественного значения блага; поэтому защита, например, документа или вообще какого-либо имущества, от которого зависит все достояние лица или его семьи, с утратой коего связана потеря чести, доброго имени, будет иметь иное значение, чем защита вещи хотя бы и ценной, но не представляющей особенной важности для владельца;

3) от условий места и времени, при которых произошло столкновение благ; так, например, лишение свободы, хотя бы и кратковременное, получает совсем иное значение, если от такого задержания подвергалась опасности жизнь или честь близких лиц.

При однородности предотвращенного и причиненного вреда возможно сравнение их с помощью критериев, указанных в законе или выработанных судебной практикой, например, по степени тяжкости телесных повреждений, по стоимости уничтоженного или поврежденного имущества. В случае же сопоставления качественно не однородных видов вреда критериями соразмерности является общепризнанная человеческая мораль, правосознание и правовая культура населения; иерархия ценностей, где высшей ценностью признаётся человек, его права и свободы. В любом случае действующий Уголовный кодекс Украины признаёт правомерным лишение жизни человека в состоянии крайней необходимости для спасения собственной жизни, которой угрожала непосредственная опасность, которую в данной обстановке не возможно было устранить другими способами[6] .

Кроме соотношения в правах, существует и другое условие, ограничивающее пределы крайней необходимости: это — существование особых обязанностей, исключающее юридическое значение такой ссылки; солдат не может оправдывать свой побег с поля сражения опасностью для жизни; пожарный не может под тем же предлогом отказаться участвовать в тушении пожара.

При этом, конечно, безразлично, были ли приняты эти обязанности добровольно, по соглашению, или были наложены на данное лицо помимо его воли, как одна из повинностей государственных: обвиняемый не может ссылаться на необходимость, если только такая борьба входила в его служебную обязанность, если он должен был исполнить свой долг, хотя бы такое исполнение потребовало пожертвования жизнью.

Но, конечно, наличие такой обязанности вытекает не из служебного положения лица, защищающегося вообще, а из свойства его специальной служебной деятельности; поэтому смотритель тюрьмы, вследствие угрозы лишить его жизни выдавший ключи от арестантской камеры, хотя и нарушает свой служебный долг, но он не может быть преследуем в уголовном порядке за содействие освобождению арестантов.

Следует также отметить, что различают два вида пределов крайней необходимости: предел допустимого вреда, определяемый характером грозящей опасности и неблагоприятной обстановкой по её устранению; и предел достаточного вреда, определяемый относительно благоприятной обстановкой, в которой устранялась грозящая опасность.

Предел допустимого вреда — это вред, соответствующий предотвращенному, причиненный в неблагоприятной обстановке с целью устранения опасности, угрожающей правоохраняемым интересам личности, общества, государства.

Предел достаточного вреда — это вред менее значительный, чем предотвращенный, причиненный в относительно благоприятной обстановке и достаточный субъекту для устранения грозящей опасности. Выделение этого предела вреда вполне отвечает представлению о том, что из нескольких вариантов причинения вреда лицо обязано избрать тот, который связан с причинением наименее значительного вреда.

Присущим для крайней необходимости является и субъективный контроль, который характеризуется интеллектуальным и волевым моментами. То есть субъект адекватно отражает в своем сознании объективные процессы, связанные с совершением действий и их основаниями, а также предвидит результаты своего поведения и желает их наступления. При характеристике субъективной стороны при крайней необходимости нельзя не учитывать также эмоциональное состояние лица, его психофизиологические возможности по воспрепятствованию опасности и оценке обстановки её устранения. Нередко поэтому здесь допускаются фактические ошибки:

1) в наличии или оценке характера опасности;

2) в наличии обстановки, оправдывающей причинение вреда, и оценке её вида;

3) в объекте действий и его общественной значимости (ценности);

4) в своевременности совершения действий;

5) в размере и значимости причиненного вреда.

Ответственность за вред, причиненный в результате указанных ошибок, зависит от их вида: были они извинительными или неизвинительными, и определяется по правилам аналогичным для необходимой обороны. Следовательно, извинительной в соответствии с ч. 2 ст. 37 УК признается ошибка, при которой обстановка, которая сложилась, давала лицу достаточные основания считать, что присутствовало реальное посягательство, и оно не осознавало и не могло осознавать ошибочности своего предположения.

Неизвинительной согласно ч. 4 ст. 37 УК признается такая ошибка, при которой в обстановке, что сложилась, лицо хотя и не осознавало, но могло осознавать отсутствие реального общественно опасного посягательства, если бы проявило большую предусмотрительность, заботливость, осторожность[7] .

3. Эксцесс крайней необходимости

В законодательстве Советского Союза не было определено понятие эксцесса крайней необходимости. В связи с этим существовало множество проблем уголовно-правового, криминологического и социального характера. Негативные последствия уголовно-правового характера выражались в том, что лица, причинившие вред интересам третьих лиц в состоянии крайней необходимости, но с превышением её пределов, привлекались к ответственности не за то преступление, которое они в действительности совершили. То есть не за эксцесс крайней необходимости, а за превышение пределов необходимой обороны.

Негативные последствия криминологического характера заключались в том, что привлечение к уголовной ответственности лиц, действовавших с превышением пределов крайней необходимости, за обычные, без учета смягчающих обстоятельств преступления, влекло за собой искажение судебной и моральной статистики, а также искусственное увеличение количества тяжких преступлений.

К негативным последствиям социального характера относились: необоснованное осуждение людей, превысивших пределы крайней необходимости, за обычные преступления.

Поэтому учёные-правоведы пытались дать определение эксцессу крайней необходимости, чтобы заполнить пробел в законодательстве.

Так С.А. Домахин усматривал превышение пределов крайней необходимости тогда, когда отсутствует любое из условий её правомерности[8] .

Аналогичное мнение высказывал и Н.Н. Паше-Озерский[9] .

Противоположной точки зрения придерживались другие ученые, например, по мнению А.С. Коваленко превышение пределов крайней необходимости может иметь место лишь при нарушении условий соразмерности вреда, причиненного и предотвращенного и своевременности действий[10] . По мнению В.Н. Козака эксцесс крайней необходимости наблюдается лишь при соблюдении всех условий правомерности крайней необходимости, кроме неустранимости грозящей опасности другими средствами и причинение менее значительного вреда, чем предотвращенный[11] .

В наше время в украинском законодательстве понятие эксцесса закреплено в ч.2 ст.39 УК и гласит, что превышением пределов крайней необходимости является умышленное причинение вреда правоохраняемым интересам, если такой вред является более значительным, чем вред предотвращенный.

Превышение пределов крайней необходимости возможно, когда защищающийся употребит или чрезмерное, или ненужное насилие или не соблюдет требуемой соразмерности; его действия при этих условиях не могут считаться непреступными; мало того, действующий закон не признает такое превышение пределов обстоятельством, особо уменьшающим вину, хотя, конечно, наличность такого превышения может влиять на меру ответственности: от человека, правам которого грозила действительная опасность, нельзя требовать, чтобы он действовал вполне рассудительно и внимательно.

Как уже говорилось, иногда считают, что эксцесс присутствует при наличии возможности устранить опасность, которая угрожает, другими способами, а не причинением вреда. Однако здесь нельзя говорить про превышение пределов крайней необходимости, потому что наличие возможности устранить опасность другими способами свидетельствует о том, что лицо не находилось в самом состоянии крайней необходимости и поэтому, естественно, не могло превысить её пределы. Согласно закону умышленное лишение жизни двух или больше лиц в состоянии крайней необходимости для спасения жизни одного лица должно признаваться эксцессом крайней необходимости, потому что это свидетельствует о причинении более значительного вреда в сравнении с вредом предотвращенным.

Нужно отметить, что в вопросе об эксцессе крайней необходимости законодательство Украины гуманнее, чем, например, законодательство Российской Федерации. Поскольку в УК РФ под превышением пределов крайней необходимости понимается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред, равный или более значительный, чем вред предотвращенный. По УК Украины причинение равного вреда в состоянии крайней необходимости допускается. И это является более правильным, поскольку при угрозе, например, жизни человека, естественным представляется желание спасти её любыми способами, в том числе и лишением жизни другого человека. Ведь не стоит забывать, что в состоянии крайней необходимости находится обыкновенный человек, поэтому требовать от него проявления героизма, т.е. пожертвования своими интересами ради другого, бессмысленно.

Нужно также иметь в виду, что лицо в состоянии крайней необходимости часто находится в экстремальной ситуации, оно является неподготовленным к предотвращению возникшей опасности, находится в состоянии сильного душевного волнения и т.д. В связи с этим ч.3 ст.39 устанавливает, что «лицо не несет криминальной ответственности за превышение пределов крайней необходимости, если вследствие сильного душевного волнения, вызванного опасностью, которая угрожала, оно не могло оценить соответствия причиненного вреда этой опасности»[12] .

Превышение пределов крайней необходимости влечет за собой уголовную ответственность только в случае умышленного причинения вреда, но в Особенной части УК нет ни одной специальной статьи, которая бы предусматривала ответственность за умышленное превышение пределов крайней необходимости. В связи с этим некоторые авторы предлагают квалифицировать в этих случаях действия виновных по обычным статьям Особенной части УК Украины со ссылкой на ч.2 ст.39 УК.

Другие авторы считают необходимым квалифицировать умышленное превышение пределов крайней необходимости по соответствующим статьям Особенной части УК, а факт совершения преступления при указанных обстоятельствах в силу п.8 ч.1 ст.66 УК Украины учитывать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание. Именно положениями этого мнения и пользуются юристы Украины при назначении наказания. То есть такие действия квалифицируются на общих основаниях, однако состояние крайней необходимости должно учитываться судом как обстоятельство, которое смягчает наказание.

4. Отграничение крайней необходимости от других обстоятельств, исключающих преступность деяния

Как уже говорилось, крайняя необходимость — это одно из обстоятельств, исключающих преступность деяния. К таким обстоятельствам также относятся: необходимая оборона; физическое и психическое принуждение; задержание лица, которое совершило преступление; действия, связанные с риском (оправданный риск); исполнение приказа или распоряжения; исполнение специального задания по предупреждению или раскрытию преступной деятельности организованной группы или преступной организации. Эти обстоятельства имеют много общего. Так все они представляют собой сознательные и волевые поступки человека в форме действия или бездействия. Исключение составляет только причинение вреда правоохраняемым интересам в результате непреодолимого физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло управлять своими поступками. Для обстоятельств, исключающих преступность деяния, характерным является то, что внешне они по фактическим, объективным признакам похожи на какое-либо преступление, предусмотренное УК. Третьим признаком одинаковым для всех обстоятельств, исключающих преступность деяния, выступает их социальное содержание, которое свидетельствует о том, что данные поступки являются общественно полезными или социально допустимыми. Но, не смотря на эту схожесть, данные обстоятельства имеют множество отличий, по которым их и разделяют на отдельные институты.

Рассмотрим теперь отличия крайней необходимости от других обстоятельств, исключающих преступность деяния.

Наиболее сходным с крайней необходимостью является институт необходимой обороны, поэтому при защите правоохраняемых ценностей подчас возникают вопросы о том, действовало ли лицо в состоянии необходимой обороны или в состоянии крайней необходимости. Данные институты сближает не только законодательная оценка обстоятельств, исключающих преступность деяния, но и их социальная полезность, одинаковые основания освобождения от уголовной ответственности, а именно отсутствие в действиях признака общественной опасности. Кроме того, круг правоохраняемых интересов, защищаемых при необходимой обороне и крайней необходимости, один и тот же. Одинаков и способ защиты правоохраняемых интересов — причинение какого-либо вреда. Совпадают, по существу, и характеристик соразмерности тех или других действий и признаков превышения. В равной мере превышение пределов крайней необходимости, необходимой обороны и мер по задержанию преступника влечет уголовную ответственность лишь в случаях умышленного причинения вреда[13] .

Отличия же крайней необходимости от необходимой обороны заключаются в следующем. Так источником опасности при необходимой обороне может быть только человек, точнее, его общественно опасное поведение, посягательство. Для крайней необходимости источниками опасности являются не только и не столько человек, как природные, технические и прочие силы.

При крайней необходимости вред причиняется гражданам, общественным, государственным организациям, предприятиям, которые не имели отношения к возникновению устраняемой опасности, а именно третьим лицам. Тогда как при необходимой обороне, вред причиняется виновному лицу.

При необходимой обороне причиненный вред не порождает гражданско-правовой ответственности; при крайней необходимости причиненный вред подлежит возмещению. Так суд может возложить на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо частично или полностью освободить от возмещения ущерба, как это третье лицо, так и причинившего вред[14] .

Различие между двумя институтами заключается и в том, что при крайней необходимости нужно, чтобы причиненный вред был меньше вреда предотвращенного, чего не требуется при необходимой обороне. В первом случае важно, чтобы причинение меньшего вреда было единственной возможностью предотвратить больший вред. Во втором — лицо имеет право активно действовать, применять насилие к нападающему, несмотря на то, что у него были иные возможности, в частности, убежать, спрятаться, позвать на помощь и т.д.

Существует и разный законодательный подход к установлению уголовной ответственности за деяния, совершенные при превышении пределов необходимой обороны и пределов крайней необходимости.

Общее здесь то, что согласно ст. 66 УК совершение преступления при нарушении условий правомерности как необходимой обороны, так и крайней необходимости, является обстоятельством, смягчающим наказание. Однако если при превышении пределов необходимой обороны было совершено убийство, причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, действия виновного квалифицируются по специальным, смягчающим статьям Уголовного кодекса (ст.ст. 118, 124 УК Украины). За те же деяния при превышении пределов крайней необходимости ответственность наступает на общих основаниях с учетом последней как смягчающего обстоятельства.

Разница между крайней необходимостью и задержанием преступника выражается в том, что при задержании вред причиняется непосредственно виновному, совершившему преступление, а не третьему лицу. Кроме того при превышении пределов причинения преступнику вреда при его задержании, действия виновного, как и при необходимой обороне, квалифицируются по специальным статьям УК (ст.ст.118, 124 УК Украины). Ещё одним существенным отличием является момент возникновения права на причинение вреда. Так согласно ч.1 ст.38 УК задержание может быть осуществлено только в момент или непосредственно после совершения преступного посягательства, после того как лицо совершило общественно опасное деяние, то есть в момент или после реализации угрожающей опасности. Тогда как для состояния крайней необходимости характерным является то, что опасность только угрожает правоохраняемым интересам, она ещё не реализовалось в виде вреда. Если же такой вред уже причинен, то состояние крайней необходимости отсутствует, наблюдается так называемая запоздалая крайняя необходимость.

Следующим обстоятельством, исключающим преступность деяния является физическое и психическое принуждение. Данное принуждение может создавать состояние крайней необходимости, т.е. выступать его источником. Но непреодолимое физическое принуждение отличается от состояния крайней необходимости. Это отличие заключается в том, что при непреодолимом физическом принуждении лицо не в состоянии управлять своими действиями. Тогда как при крайней необходимости оно может само решать, как действовать в данной ситуации.

Оправданный риск также относиться к обстоятельствам, которые исключают преступность деяния, но он имеет существенные отличия от крайней необходимости. При оправданном риске лицо должно принять необходимые предохранительные меры для предотвращения причинения вреда правоохраняемым интересам. А при крайней необходимости лицо не предпринимает и не должно предпринимать таких мер, оно лишь заменяет вред, грозящий охраняемым законом интересам, вредом менее значительным. Таким образом, для оправданного риска характерным является то, что лицо его осуществляющие предполагало лишь возможность причинения вреда правоохраняемым интересам, а не его неизбежность. В то время как для состояния крайней необходимости обязательным есть то, что опасность должна быть явной, реально существующей, а не предполагаемой. Значительным отличием деяния связанного с риском от крайней необходимости является то, что границы оправданного риска не предусмотрены, т.е. любой вред, причиненный при оправданном риске должен признаваться правомерным.

Крайнюю необходимость следует также отличать от действий, совершаемых при исполнении приказа или распоряжения и от причинения вреда при исполнении специального задания для предупреждения или раскрытия преступной деятельности организованной группы или преступной организации. Так для выполнения приказа или специального задания характерным является наличие специального субъекта, а для крайней необходимости — общего. Различия усматриваются и в основаниях причинения вреда. Если вред причиняется в связи с исполнением приказа или распоряжения — таким основанием выступает законный приказ или распоряжение. А при выполнении специального задания основанием причинения вреда является его вынужденность. Например, когда лицо, которое входит в состав преступной группы, в силу принуждения со стороны главаря этой группы, должно принять участие в совершении преступления и при этом у него отсутствует реальная возможность отказаться от участия в подготовке или совершении преступления, не выдав свою связь с правоохранительными органами. Отличие наблюдается и в определении превышения пределов. При выполнении приказа или распоряжения пределы причинения вреда четко определены в содержании данного документа. Для исполнения специального задания также характерно четкое определение пределов причинения вреда. Так с ч.2 ст.43 сказано, что лицо, находящееся при исполнении специального задания несет криминальную ответственность лишь за совершение в составе организованной группы или преступной организации особо тяжкого преступления, совершенного умышленно и соединенного с насилием над потерпевшим, или тяжкого преступления, совершенного умышленно и связанного с причинением тяжкого телесного повреждения потерпевшему или наступлением иных тяжких либо особо тяжких последствий. А при крайней необходимости для определения пределов вреда необходимо сопоставить, сравнить значимость нарушенного блага и блага защищенного.

Проанализировав все вышесказанное, можно сделать вывод, что крайняя необходимость, хотя и имеет некоторые общие черты с другими обстоятельствами, исключающими преступность деяния, но все же ей присущи признаки, которые четко отличают рассматриваемое состояние от других обстоятельств. Такое отграничение нужно проводить для того, чтобы дать надлежащую правовую оценку действий лица.

крайний необходимость правомерный вред


Выводы

Итак, исследовав данную тему, можно сделать выводы, что крайняя необходимость — это такой акт человеческого поведения, при котором лицо может устранить опасность, угрожающую законным интересам, только путем причинения вреда каким-либо иным интересам, также охраняемым правом.

Состояние крайней необходимости возникает при наличии определенного основания, которое заключается в том, что опасность должна угрожать охраняемым законом интересам личности, общества, государства. А также в том, что данную опасность невозможно было устранить другими способами, кроме совершения действия, подпадающего по признаки деяния, предусмотренного уголовным законом, то есть причинения вреда правоохраняемым интересам.

Изучив данную тему, мне стало понятным, почему крайняя необходимость относится к обстоятельствам, исключающим преступность деяния: она является таковым поскольку, хотя внешне и похожа на преступление, но в ней отсутствует основной признак преступного деяния, а именно — общественная опасность.

Среди признаков крайней необходимости можно выделить: цель причинения вреда — для устранения опасности; объект причинения вреда — охраняемые законом интересы; характер действий — активное поведение лица; своевременность причинения вреда, которая заключается в том, что он может быть причинен только на протяжении времени пока существует состояние крайне необходимости; пределы причинения вреда — равнозначный или менее значительный вред, чем вред предотвращенный. Характеристика данных признаков помогает установить: действовало ли лицо правомерно, не были ли нарушены пределы причинения вреда в состоянии крайней необходимости.

Законодательное определение эксцесса крайней необходимости было дано сравнительно недавно, поэтому раньше существовало множество проблем, связанных с этим вопросом, которые были рассмотрены в третьем разделе данной работы. В наше время, благодарю законодательному закреплению этого понятия, таких проблем не возникает. Кроме того, современный Уголовный кодекс обращает внимание на то, что при решении вопроса о превышении пределов крайней необходимости, обязательно нужно учитывать душевное состояние лица, находившегося в данной ситуации. Следует также отметить, что совершение преступления с превышением пределов крайней необходимости является обстоятельством, смягчающим наказание.

При изучении крайней необходимости я поняла, что важным является отграничение её от других обстоятельств, исключающих преступность деяния. Поскольку это дает возможность дать правильную правовую оценку действиям лица.

Таким образом, выполнив данную работу, я тщательно исследовала институт крайней необходимости и разобралась во многих интересовавших меня вопросах.


Список использованной литературы:

1. Баулин Ю.В. Обстоятельства исключающие преступность деяния. — Х.,1991.—462с.

2. Грищук В.К. Кримінальне право України: Загальна частина: Навч. Посіб.—К.: Видавничий Дім «Ін Юре», 2006.—568с.

3. Домахин С.А. Крайняя необходимость по советскому уголовному праву.— М., 1985.—118 с.

4. Звечаровский И.Э. Обстоятельства, исключающие преступность деяния // Российское уголовное право. Курс лекций / Под ред. А.И. Коробеева.—Владивосток, 1999 — 320с.

5. Зуев В. Необходимая оборона и крайняя необходимость.— М., 1996.—256 с.

6. Коваленко А.С. Квалификация преступлений, совершенных при превышении границ крайней необходимости.— Омск, 1976.—128 с.

7. Козак В.Н. О соотношении задержания преступника с крайней необходимостью//Уголовно-правовые и процессуальные гарантии защиты конституционных прав граждан: Межвуз. темат. сб./Калинин. гос. ун-т. Калинин, 1982.—С.101-110

8. Козак В.Н. Вопросы теории и практики крайней необходимости.— Саратов., 1981.—312 с.

9. Кримінальний кодекс України (зі змінами та доповненнями станом на 10 травня 2008 року).— Х., 2008

10. Кримінальне право України: Загальна частина: Підручник / Ю.В.Баулін, В.І.Борисов, Л.М.Кривоченко та ін.; За ред. проф. В.В.Сташиса, В.Я.Тація. — К., 2007— 496с.

11. Кримінальне право України. Загальна частина: Підручник. // За ред. М.І. Мельника, В.А. Кименка.—К.: Атіка, 2008.— 376 с.

12. Орехов В.В. Необходимая оборона и иные обстоятельства, исключающие преступность деяния.— СПб., 2003.—184 с.

13. Уголовный кодекс Украины. Научно-практический комментарий / Отв. ред. С.С. Яценко.— 3-е изд., исправл. и дополн.—К.: А.С.К., 2004.—1096 с.

14. Пархоменко С.В. Деяния, преступность которых исключается в силу социальной полезности и необходимости.— СПб., 2004.—162 с.

15. Паше-Озерский Н.Н. Необходимая оборона и крайняя необходимость по советскому уголовному праву.— М., 1962—240с.

16. Попов А.Н. Обстоятельства, исключающие преступность деяния.— СПб., 1998.—284 с.

17. Селезнев М. Крайняя необходимость и оправданный риск // Законность. 1992 №11—С.14-16

18. Ткаченко В.И. Отграничение необходимой обороны от крайней необходимости // Советская юстиция. 1979 №7—С.14-15


[1] Звечаровский И.Э. Обстоятельства, исключающие преступность деяния // Российское уголовное право. Курс лекций / Под ред. А.И. Коробеева.— С.247

[2] Паше-Озерский Н.Н. Необходимая оборона и крайняя необходимость по советскому уголовному праву.— С.158

[3] Баулин Ю.В. Обстоятельства исключающие преступность деяния. — С.306-307

[4] Орехов В.В. Необходимая оборона и иные обстоятельства, исключающие преступность деяния.— СПб., 2003.—С. 87-88

[5] Домахин С.А. Крайняя необходимость по советскому уголовному праву.— С. 35

[6] Кримінальне право України: Загальна частина: Підручник / Ю.В.Баулін, В.І.Борисов, Л.М.Кривоченко та ін.; За ред. проф. В.В.Сташиса, В.Я.Тація. — С.312-313

[7] Уголовный кодекс Украины. Научно-практический комментарий / Отв. ред. С.С. Яценко.— 3-е изд., исправл. и дополн. — К.: А.С.К., 2004.— С.81-82

[8] Домахин С.А. Крайняя необходимость по советскому уголовному праву.— С. 49

[9] Паше-Озерский Н.Н. Необходимая оборона и крайняя необходимость по советскому уголовному праву.— С.171

[10] Коваленко А.С. Квалификация преступлений, совершенных при превышении границ крайней необходимости. — С.23

[11] Козак В.Н. Вопросы теории и практики крайней необходимости.— С. 115

[12] Кримінальний кодекс України (зі змінами та доповненнями станом на 10 травня 2008 року).— ч.3 ст.39

[13] Попов А.Н. Обстоятельства, исключающие преступность деяния.— С.164

[14] Ткаченко В.И. Отграничение необходимой обороны от крайней необходимости // Советская юстиция. 1979 №7— С.15

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий