регистрация / вход

Уголовная ответственность за террористический акт

Понятия преступления против общественной безопасности в широком и узком смысле. Распределение преступлений по главам, в зависимости от видового объекта. Террористический акт в уголовном праве России. Анализ состава преступления и его квалификации.

МВД России

Белгородский юридический институт

Кафедра уголовного права, криминологии

Зач. книжка № 05093

Вариант № 3

Курсовая работа

По уголовному праву

«Уголовная ответственность за террористический акт »

Выполнил:

Белгород 2008


СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Понятие террористического акта

Анализ состава преступления

Спорные вопросы квалификации

Судебная практика

Заключение

Литература

террористический акт безопасность уголовная ответственность


Введение

Под общественной безопасностью в соответствии с Законом РФ «О безопасности» 1992г. понимается состояние защищенности жизненно важных интересов общества, т.е. совокупность потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможность прогрессивного развития общества.

Уголовный кодекс РФ различает понятия преступления против общественной безопасности в широком и узком смысле. В первом значении оно употребляется законодателем в названии раздела IX Особенной части УК «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка». Родовым объектом всех преступлений, предусмотренных нормами этого раздела, является общественная безопасность и общественный порядок в широком смысле слова. Этот раздел включает в себя нормы о преступлениях против общественной безопасности в узком смысле (гл.24), о преступлениях против здоровья населения и общественной нравственности (гл.25), об экологических преступлениях (гл.26), о преступлениях против безопасности движения и эксплуатации транспорта (гл.27), о преступлениях в сфере компьютерной информации (гл.28). Все эти преступления, распределяемые по главам в зависимости от видового объекта, в конечном счете создают угрозу общественной безопасности, т.е. жизненно важным интересам нормального функционирования общества, и поэтому объединены законодателем в один раздел Особенной части.

Актуальность проведенного исследования заключается прежде всего в том, что в настоящий период времени террористическая деятельность достаточно распространена не только в Российской Федерации, но и в других странах, нередко приобретая таким образом и международный характер. Изучение и анализ террористической деятельности жизненно важно для эффективного противодействия данным видам преступлений.

Предметом рассмотрения данной главы преступлений являются нормы об ответственности за преступления против общественной безопасности в узком смысле этого слова, которые помещены в главу 24 Особенной части УК. В этом случае объектом преступлений являются не все интересы общественной безопасности, а лишь охраняемые нормами, сформулированным в статьях именной данной главы УК (поэтому эти преступления и являются преступлениями против общественной безопасности в узком смысле).

Целью работы - наиболее полное и всестороннее рассмотрение террористического акта в уголовном праве России.

Исходя из цели можно поставить следующие задачи:

- дать понятие преступления;

- раскрыть состав преступления;

- рассмотреть спорные вопросы квалификации хулиганства;

- проанализировать судебную практику.


Понятие терроризма

Современный период развития российского общества характеризуется возрастанием угрозы его общественной безопасности и, в первую очередь, со стороны экстремистки настроенных сепаратистов. При этом происходит превращение чисто криминального терроризма в политический экстремизм.

Диспозиция ч. 1 ст. 205 УК РФ определяет террористический акт как совершение взрыва поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями, а также как угрозу совершения указанных действий в тех же целях.[1]

Терроризм - одно из самых опасных преступлений современности, нередко носящих не только национальный, но и международный характер. Террористические действия могут быть разнообразны, но всех их объединяют дваобщих элемента. Во-первых, они направлены на подрыв государственной власти и, во-вторых, создают у населения чувство страха и беспомощности, возникающих под влиянием организованного и жестокого насилия террористов.

Современный период развития российского общества характеризуется возрастанием угрозы его общественной безопасности и, в первую очередь, со стороны экстремистски настроенных сепаратистов. При этом происходит превращение чисто криминального терроризма в политический экстремизм. Терроризм представляет реальную угрозу общественной безопасности государства.

Термин «терроризм» употребляется в трех значениях:

А) в широком смысле - как политика и практика террора, вид насильственной преступности;

Б) в законодательстве РФ - как насилие в отношении физических лиц или организаций, или угрозы его применить, а также уничтожение (повреждение имущества), других материальных объектов, создающие опасность гибели людей либо значительного имущественного ущерба, а также наступления иных тяжких последствий, если перечисленные действия осуществляются с целью нарушить общественную безопасность, устрашить население, или оказать воздействие на принятие органами власти решений, выгодных террористам, или удовлетворить их неправомерные имущественные и (или) иные интересы; посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, совершенное с целью прекратить его деятельность либо из мести за такую деятельность; нападение на представителя иностранного государства или сотрудника международной организации, пользующихся международной защитой, а равно на служебные помещения либо транспортные средства лиц, пользующихся международной защитой, если это деяние совершено в целях провокации войны или осложнения международных отношений;[2]

В) в уголовном праве РФ - как преступление против общественной безопасности, предусмотренное данной статьей УК РФ.

Ответственность за терроризм впервые была введена Федеральным законом от 01.07.94г. УК РФ также предусматривает ответственность за данное особо тяжкое преступление.

Сам по себе терроризм представляет собой многообъектное преступление, основным объектом которого является общественная безопасность, а дополнительным - жизнь, здоровье, имущественные или иные интересы людей.

Объективная сторона анализируемого состава преступления выражается в совершении:

- взрыва;

- поджога;

- иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями;

- в угрозе совершения указанных действий.

К иным действиям, кроме взрыва или поджога, относятся такие, которые могут привести к аварии, катастрофе и крушениям на транспорте, разрушениям зданий, сооружений (в том силе культурных и религиозных). К ним также могут относится: устройство обвалов, затоплений, блокирование транспортных коммуникаций; захват вокзалов, аэропортов, транспортных средств; заражение источников воды или запасов продовольствия; распространение болезнетворных микробов, способных вызвать эпидемию или эпизоотию; нападение на объекты, требующие особых мер безопасности (например, атомные электростанции, химические заводы), и т.д.

Значительность имущественного ущерба определяется с учетом стоимости уничтоженного или поврежденного имущества, его количества и значимости для потерпевшего, материального положения последнего. Для того, чтобы установить, является ил имущественный ущерб значительным как результат террористической акции, необходимо определить стоимость и значимость материальных ценностей.

Анализируя предусмотренные ст.205 УК РФ общественно опасные последствия, справедливо возникает вопрос об их нижнем пределе. Исходя из смысла рассматриваемой статьи речь может идти о последствиях, которые были охвачены целями терроризма и определяются с учетом того, как это решено в той же статье относительно людей и имущества. Опасность гибели людей означает, что она угрожала хотя бы одному человеку.

К иным тяжким последствиям относятся причинение гражданами различного вреда здоровью, возникновение паники и, как следствие - дестабилизация обстановки в населенном пункте, остановка работы транспорта и т.п.[3]

Следующей формой терроризма является угроза совершения указанных действий. Однако следует учитывать, что угроза должна быть реальной, то есть она могла бы вызвать у граждан или у властей обоснованное опасение ее осуществления. Для квалификации преступления не имеет значения в какой форме она выражается - открытой или анонимной; в устной, письменной или в виде демонстрации. При этом могут быть использованы средства телефонной связи, радио и другие технические средства.

Для наличия состава преступления необходимо, чтобы угроза была обращена к гражданам, носила публичный характер или рассчитана на ее распространение. В случае, когда она адресована организации, учреждению или органу власти, то ответственность наступает даже в случае сообщения об угрозе терроризмом хотя бы одному из их сотрудников.

Необходимо иметь в виду, что независимо от способов ее осуществления (устно, письменно, с использованием механических и иных средств) преступление может иметь место лишь с момента доведения угрозы до широкого или узкого круга лиц, и тогда, когда она вызвала реальные опасения в ее осуществлении.[4]

Для квалификации не имеет значения, желал или не желал субъект привести угрозу в реальное исполнение.

Субъектом данного преступления могут быть граждане РФ, иностранные граждане и лица без гражданства, вменяемые, достигшие 14-летнего возраста.

Субъективная сторона терроризма характеризуется умыслом. При этом необходимо иметь в виду, что для части 3 ст.205 УК РФ свойственна двойная форма вины - умысел по отношению к действиям, и неосторожность - по отношению к наступлению последствий. В то же время нельзя забывать, что в качестве обязательного признака субъективной стороны терроризма является цель, которая заключается:

- в устрашении населения;

- в оказании воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями.

Эти же цели являются обязательными и для квалификации угрозы совершения террористического акта. При этом лицо осознает, что угроза используется им как средство запугивания, терроризирующего воздействия на группу граждан, население и (или) органы власти). Этим данная угроза отличается от обнаружения умысла на совершение рассматриваемых или аналогичных действий, а также от спонтанных заявлений, особенно в состоянии опьянения.

Для квалификации угрозы не имеет значения, действительно ли лицо намеревалось привести свою угрозу в исполнение, об определяющим является то, что она использовалась как средство терроризирования населения или властей.

Для оценки угрозы важную роль играют обстановка происшествия, все другие обстоятельства в совокупности.

Для оконченного состава терроризма не требуется фактического наступления указанных в ч. 1 ст. 205 последствий. Необходимость лишь, чтобы террористические действия устрашали население, создавали опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий.

Примечание к ст. 205 УК РФ предусматривает освобождение от уголовной ответственности липа, участвующего в подготовке акта терроризма, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным способом способствовало предотвращению осуществления акта терроризма и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления.

Предупреждение органов власти следует считать своевременным, если оно сделано до начала взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность наступления последствий, указанных в ч. 1 ст. 205, чтобы органы власти имели реальную возможность предотвратить акт терроризма. Иной способ предотвращения акта терроризма может заключаться в самостоятельных действиях лица по предотвращению взрыва, поджога, захвата преступниками оружия или транспортных средств и т.д.[5]

Для полного освобождения лица от уголовной ответственности, согласно примечанию к ст.205 УК РФ, необходимо, чтобы в его действиях не содержалось иного состава преступления. Наличие же такового не означает исключения возможности освобождения от уголовной ответственности за совершение акта терроризма. Однако освобождение в этой части не снимает ответственности за совершенное им другое преступление.

Анализ состава преступления

Опасность этого преступления заключается в том, что распространение даже ложных сообщений о якобы готовящихся актах терроризма может вызвать панику, беспорядок, перебои в работе транспорта, государственных и иных предприятий и учреждений. Соответствующие государственные органы вынуждены проводить организационно-технические мероприятия (подчас дорогостоящие, направленные на предотвращение готовящихся террористических акций). Вред заключается в том, что в результате действий виновного у граждан может возникнуть стрессовая ситуация, что, в свою очередь, влечет расстройство их здоровья, обострение имеющихся заболеваний, и др.

Объектом преступления являются отношения по поддержанию мер общественной безопасности.

Объективная сторона преступления, заключается в совершении взрыва поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями, а также как угрозу совершения указанных действий в тех же целях (действия, способных привести к катастрофическим последствиям, в том числе к массовым отравлениям, распространению эпидемий и т.д.).[6]

Рассматриваемое преступление может быть совершено только действием, что прямо вытекает из диспозиции ст.205 УК РФ. Диспозиция указанной статьи УК РФ содержит исчерпывающие данные, характеризующие особенности этого действия.

Взрыв - это процесс высвобождения большего количества энергии в ограниченном объеме за короткий промежуток времени.

Поджог заключается в умышленном уничтожении или повреждении чужого имущества путем применения открытого огня.

Иные действия, которые создают опасность гибели людей, означают, например, затопление, устройство обвалов, крушений транспорта, техногенных катастроф и т.д.

Особую опасность данные деяния представляют для воздушного транспорта, поскольку нарушают его нормальную работу на длительный период, создают обстановку недоверия пассажиров к воздушному сообщению и др.[7]

Состав рассматриваемого преступления относится к числу формальных: для признания его оконченным достаточно установить, что виновный совершил общественно опасное деяние, независимо от того, какие последствия в результате этого наступают. В некоторых случаях общественно опасные последствия вообще могут не наступить. При этом обязательным условием является установление характера и размера наступивших последствий.

Субъектом преступления является вменяемое, достигшее 14-ти летнего возраста лицо.

Субъективная сторона преступления состоит в прямом умысле.

Для квалификации не имеют значения мотивы совершения преступления (из хулиганских побуждений, личных, политических соображений и др.).

Отягчающими обстоятельствами терроризма (ч. 2 ст. 205 УК РФ) являются совершение этих действий:

- группой лиц по предварительному сговору;

- с применением огнестрельного оружия.

Практика показала, что особая опасность террористического акта, совершенного группой лиц, состоит не столько в предварительном сговоре, сколько в том, что такое преступление является более опасным. Вместе с тем в п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ специально указано на наличие предварительного сговора, что подчеркивает особую общественную опасность этих обстоятельств. Представляется, что формулировка п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ охватывает все виды террористического акта, совершенного двумя и более лицами. Анализируемая новелла не исключает, а предполагает обязанность следователя и суда по делам об убийствах, когда к уголовной ответственности привлекается несколько лиц, исследовать характер участия в преступлении каждого обвиняемого. В качестве исполнителей преступления следует признавать лиц, которые действовали совместно, с умыслом, направленным на совершение террористического акта. При совершении данного преступления несколькими лицами суды должны тщательно исследовать, имелась ли предварительная договоренность между ними роли, а также исследовать, имелась ли предварительная договоренность между участниками преступления, были ли распределены между ними роли.[8]

Под огнестрельным оружием понимается оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда. К нему относятся пистолеты, автоматы, пулеметы, гранатометы и т.п. Под применением огнестрельного оружия понимается производство стрельбы, которая представляет собой угрозу для жизни и здоровья, может причинить значительный имущественный ущерб либо привести к наступлению иных общественно опасных последствий, а также стремление создать условия для совершения акта терроризма иным способом. Если лицо всего лишь демонстрирует наличие оружия или намерение открыть из него стрельбу, а также совершение выстрелов в воздух, такие действия могут образовать угрозу, предусмотренную ч. 1ст. 205 УК РФ.

Часть 3 ст. 205 УК РФ предусматривает ответственность за терроризм, совершенный при особо отягчающих обстоятельствах, т.е. организованной группой либо повлекший по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, а равно сопряжены с посягательством на объекты использования атомной энергии либо с использованием ядерных материалов, радиоактивных веществ или источников радиоактивного излучения, либо ядовитых, отравляющих, токсичных, опасных химических или биологических веществ.

Если смерть или иные тяжкие последствия причинены умышленно, то содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений (в частности, по ст. 205 и ст. 105 УК РФ).

К иным тяжким последствия (кроме причинения смерти по неосторожности) можно отнести:

- гибель нескольких или многих людей;

- причинение тяжкого вреда их здоровью;

- массовое отравление:

- вывод из строя объектов жизнеобеспечения населения;

- экологическая катастрофа;

- крупный материальный ущерб;

- уничтожение памятников истории и культуры;

- дезорганизация органов власти и управления;

- срыв мероприятий, имеющих важное политическое (выборы в представительные органы власти) либо социально-культурное значение (участие в международном спортивном мероприятии);

- парализация работы транспорта, связи и т.п.

Спорные вопросы квалификации

Следует отличать терроризм от других сходных по объективным признакам преступлений (в частности, предусмотренных ст. ст. 167, 281 УК РФ). При этом основным и отличительным признаком является направленность деяния. Так, при терроризме, в отличие от диверсии (ст. 281 УК РФ) отсутствует цель нанесения ущерба экономической системе России, либо причинения ущерба чужой собственности, как это имеет место при умышленном уничтожении или повреждении имущества (ст. 167 УК РФ).[9]

Необходимо также иметь в виду, что от террористического акта (ст. 277 УК РФ), нападения на лиц, пользующихся международной защитой (ст. 360 УК РФ), ряда преступлений против личности, собственности и др. терроризм отличается по указанным в ст. 205 УК РФ целям. В случае, если эти цели одновременно сочетаются с иными, содержащимися в одной из УК РФ, действия виновною необходимо квалифицировать по совокупности преступлений. Для терроризма характерно то обстоятельство, что к его совершению преступники тщательно готовятся, заранее планируют свои действия.[10]

Для терроризма характерно то обстоятельство, что к его совершению преступники тщательно готовятся, заранее планируют свои действия.

Так, Суслов А.В. и неустановленное следствием лицо, будучи несогласными с проводимой США и блоком НАТО военной акцией в отношении Югославии и в целях оказания воздействий на принятие решения органами власти заранее договорились о совершении террористического акта и вооруженного нападения на посольство США в РФ. С этой целью его соучастник незаконно приобрел две реактивные противотанковые гранаты РПГ-18 и две пусковые трубы в ним, два автомата АК-74 со 180 патронами, пистолет «ТТ» и револьвер «Таурус» с целью патронами, которые 28.05.99г. перевезли во двор дома 10 по Калошину переулку в г.Москва и экипировались в камуфлированную форму, бронежилеты, куртки для переноски боекомплекта. Затем они прибыли к зданию гастронома «Смоленский» и стали ожидать проезда автомобиля типа «джип», наиболее отвечающего техническим характеристикам для использования в запланированной преступной акции.

Остановив принадлежащий Главному управлению внутренних дел г. Москвы автомобиль «Опель-Фронтера» под управлением сотрудника милиции, представившись бойцами вымышленного спецподразделения «Скиф», под угрозой автоматов АК-74 завладели транспортным средством и потребовали у водителя следовать в направлении Новинского бульвара к посольству США.

Перевезя вышеназванное оружие и остановившись у посольства США, у которого находились пикетирующие его граждане, Сусликов остался в машине, а его соучастник, выйдя из автомобиля, предпринял попытку обстрелять здание посольства из реактивных противотанковых гранат РПГ-18. Однако, не сумев довести свое намерение до конца по независящим обстоятельствам, и бросив несработавшие реактивные противотанковые гранаты на проезжен части Новинского бульвара, он обстрелял здание посольства США из автомата АК-74. Для затруднения действий сотрудников милиции по их задержанию Сусликов и его соучастник произвели выстрелы из автоматов АК-74 и револьвера «Таурус» в их направлении, создав своими действиями опасность гибели людей, пикетировавших здание посольства, а также сотрудников милиции, охранявших общественный порядок. В продолжение своих действий Сусликов и его сообщник, высадив из автомашины потерпевшего, проследовали к дому 14 по ул.Трехгорный вал, где уложили оружие в сумки и, переодевшись в спортивные костюмы, перевезли его в район Сокольников.

Кроме того, в целях осложнения международных отношений, Сусликов и неустановленное следствие лицо 30.03.99г. направили в редакцию газеты «Московский комсомолец» по факсу, а в редакцию газеты «Завтра» телефонограмму от имени спецподразделения «СКИФ» информационные сообщения, согласно которым указанная организация брала на себя ответственность за обстрел посольства США в РФ, давалась характеристика проведенного акта терроризма, а также действиям властей и высказывались угрозы в адрес сотрудников милиции, работников средств массовой информации и граждан США, находящихся на территории РФ.

Причинение вреда общественному спокойствию, деятельности дипломатического представительства и консульского отдела посольств США,

22.03.01г. Московским городским судом Сусликов А.В. был признан виновным по ч. 2 п.п. «а», «в» ст. 205, ст. 306, ч. 4 ст. 166, ч. 2 ст. 222 УК РФ и осужден в 6,5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Оконченным преступление считается тогда, когда указанные действия уже совершены либо возникла угроза их совершения и они создали реальную опасность гибели людей; причинения значительного имущественного ущерба; наступления иных общественно опасных последствий.

Реальность опасности наступления указанных последствий оценивается на основе имеющихся материалов о времени, месте, обстановке, способе совершения общеопасных деяний, экспертных оценках и влиянии на механизм преступного посягательства других привходящих, нередко случайных обстоятельств (скопление людей, транспортных средств, животных и т.п.). При определении указанной выше реальности следует выяснить -имеются ли в материалах дела данные о времени, месте, обстановке, способе совершения общеопасных деяний, экспертных оценках и влиянии на механизм преступного посягательства других привходящих, нередко случайных обстоятельств (скопление людей, техники, транспортных средств и т.п.).[11]

Судебная практика

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 мая 2005 года

Дело N 53-о04-102

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кудрявцевой Е.П.,

судей Ермолаевой Т.А.,

Боровикова В.П.

рассмотрела в судебном заседании от 18 мая 2005 года кассационные жалобы осужденных Б. и С., адвокатов Гегия Р.Р., Курепина Д.В., Мокина Е.В., Васильева Е.В., потерпевшего М. на приговор Красноярского краевого суда от 15 июня 2004 года, которым С., 24 сентября 1962 года рождения, уроженец г. Мариинска Кемеровской области, имеющий несовершеннолетнего ребенка, неработавший, несудимый, житель г. Красноярска, осужден к лишению свободы: по ст. ст. 30 ч. 1, 33 ч. 4, 105 ч. 2 п. п. "е", "з" УК РФ на 8 лет; по ст. ст. 33 ч. 4, 205 ч. 1 УК РФ - на 5 лет. По совокупности преступлений в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательное наказание ему назначено в виде лишения свободы на 9 лет в исправительной колонии строгого режима.

По ст. 222 ч. 3 УК РФ С. оправдан за отсутствием состава преступления.

Б., 15 февраля 1970 года рождения, уроженец г. Черногорска Республики Хакасия, имеющий двух несовершеннолетних детей, работавший директором ООО "Техпромстрой", несудимый, осужден к лишению свободы: по ст. 30 ч. 1, 33 ч. 5, ст. 105 ч. 2 п. п. "е", "з" УК РФ с применением ст. 64 УК РФ на 4 года в исправительной колонии строгого режима.

По ст. ст. 205 ч. 3, 222 ч. 3, 316 УК РФ он оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления.

По делу разрешен гражданский иск.

Заслушав доклад судьи Кудрявцевой Е.П., выступление адвокатов Лукьянова Г.Ю., Курепина Д.В., Гегия Р.Р., поддержавших кассационные жалобы, выступление потерпевшего М., возражения прокурора Шаруевой М.В. на доводы, изложенные в кассационных жалобах, Судебная коллегия установила:

С. осужден за подстрекательство, то есть за склонение другого лица к совершению приготовления к убийству М. по найму, общеопасным способом и к совершению терроризма.

Б. признан виновным в пособничестве в приготовлении к умышленному убийству М. по найму общеопасным способом.

Преступления не доведены ими до конца по не зависящим от них обстоятельствам.

Как указано в приговоре, преступления они совершили в период с первой половины сентября по 21 декабря 2001 года в городе Красноярске.

В судебном заседании С. и Б. виновными себя не признали.

В кассационных жалобах:

осужденный С. с приговором не согласен. По мнению осужденного, дело в отношении его сфабриковано в результате провокаций, организованных против него "влиятельными политическими силами и оборотнями в погонах", в частности Назаровым и Живицей А., заинтересованными в лишении его свободы, связи с которыми он в инкриминируемый ему период не имел. По мнению осужденного, суд не дал должной оценки активной деятельности Назарова и Живицы А. по фабрикации материалов уголовного дела в отношении его. Кроме того, осужденный обращает внимание на то, что судом не дано никакой оценки и показаниям М. о том, что Живица после взрыва школы предлагал ему дать показания против С.

Приговор, как указано в кассационной жалобе, основан на противоречивых доказательствах и предположениях суда. В приговоре суд сослался на недопустимые, по мнению осужденного, доказательства, к которым он относит показания свидетеля Зевакиной, а также "залегендированных свидетелей".

Осужденный обращает внимание на необъективность как предварительного, так и судебного разбирательства, на прямую личную заинтересованность суда в исходе дела, а также на применение недозволенных методов следствия психологического характера в отношении Б., оговорившего его в силу изложенного. Необъективность предварительного следствия он объясняет неприязнью к нему Назарова.

С. ссылается и на его оговор со стороны Д., под воздействием недозволенных методов следствия в отношении последнего. Он утверждает, что по делу не доказано, когда и при каких обстоятельствах он привлек Б. к убийству М. Оспаривая вывод суда о том, что он заказал П. убийство "своего друга" в Москве, С. ссылается на алиби, в соответствии с которым он в это время (в первой половине сентября 2001 года) был в г. Красноярске.

Осужденный также считает, что по делу не нашел своего подтверждения и мотив инкриминированного ему преступления - в связи с неприязненными отношениями. Недоказанным С. считает и мотив инкриминированного ему терроризма.

В обоснование довода о фальсификации материалов уголовного дела С. ссылается на то, что вещественные доказательства (исключенные судом из числа допустимых) - сумки - были подброшены Б. при непосредственном участии Назарова.

Осужденный указывает на то, что суд в приговоре не дал должной оценки всем имеющимся доказательствам, в том числе показаниям М., согласно которым Живица А. уговаривал его дать показания об организации взрыва в школе N 100 и его автомобиля С.

С учетом изложенного С. считает, что выводы суда о его виновности, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и в связи с этим просит об отмене приговора в отношении себя с прекращением дела за его непричастностью к содеянному.

Адвокаты Гегия Р.Р. и Курепин Д.В. со ссылкой на доводы, аналогичные доводам, изложенным в кассационной жалобе осужденного С., также считают выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом. Защита утверждает, что в приговоре, в нарушение требований ч. 1 ст. 73, п. 1 ст. 307 УПК РФ не указано существенное обстоятельство, а именно место совершения преступления. В этой связи защита обращает внимание на то, что в ходе судебного разбирательства убедительно доказано, что С. не мог находиться в первой половине сентября 2001 года в г. Москве и встречаться там с П. Вывод суда о том, что С. дал указание Б. готовить встречу П., сообщив тому, что П. нанят им для совершения убийства М., и что Б. должен оказывать пособничество П., по мнению защиты, является голословным, а указанный в приговоре мотив заказа С. убийства М. не основан на фактических обстоятельствах дела.

В этой связи защита ссылается на показания М. о том, что между ним и С. конфликтов не было и что у С. причин для его убийства не было. Кроме того, опровергая вывод суда относительно мотива посягательства на М., защита также ссылается на неправильную оценку судом показаний свидетеля Назарова, который, как считает защита, не подтверждает вывод суда в этой части, а наоборот, опровергает его.

Кроме того, защита считает, что указанный судом мотив "...привлечь к себе таким образом внимание общественности..." и цель - "...поднятия собственного рейтинга..." не только не соответствуют, но явно противоречат мотиву и целям, приведенным в ст. 205 УК РФ как обязательный квалифицирующий признак.

Противоречит фактическим обстоятельствам дела, как указано в кассационной жалобе, и вывод суда о том, что в ноябре - декабре 2001 года, реализуя свой преступный план, С. поручил П. произвести взрыв в школе N 100, где планировалась встреча С. с избирателями, и пообещал заплатить П. за убийство М. и взрыв в школе 50000 долларов США.

Не нашел своего подтверждения, как указано в кассационной жалобе, и вывод суда о том, что Д. был на встрече С. с избирателями, где получил от него книжку с вложенным в нее календарем, в котором были отмечены место и время взрыва. Защита считает, что показания Д. не только противоречивы сами по себе, но противоречат и имеющимся в деле доказательствам, показаниями свидетелей и исследованным документам.

По мнению защиты, доказано не только то, что С. не приносил с собой книжки для передачи ее Д., но и то, что Д. не мог взять книжку со стола С. в указанном им месте.

Защита считает, что, признавая достоверными показания Д., Филимонова, Живицы В., Зевакиной, суд не учел их роль и заинтересованность в исходе дела; судом не принят во внимание "доказанный в судебном заседании очевидный факт личной заинтересованности следствия и оперативных работников любым путем" лишить С. свободы. В обоснование необъективности суда защита ссылается на "произвольное обращение суда с доказательствами, их подмену собственными умозаключениями", что имело место, по мнению защиты, при оценке показаний.

В кассационной жалобе обращается внимание и на другие нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные, по мнению защиты, судом, ограничивающие и лишающие подсудимого и его защитников гарантированных Уголовно-процессуальным кодексом прав, к которым защита относит:

- использование судом в обоснование вины осужденного в приговоре ссылок на недопустимые доказательства, признанные таковыми самим судом - спортивные сумки;

- нарушение права на защиту, заключающееся в том, что подсудимым и их защитникам было отказано в получении копий постановлений об отказе в удовлетворении заявлений об отводе от 15.09.03 и 23.12.03, что препятствовало, таким образом, обжалованию постановлений об отводе судьи. В нарушение ст. ст. 61 - 66 УПК РФ судья не удалялась в совещательную комнату для разрешения ходатайства об отводе ее и прокурора. Кроме того, как указывает защита, председательствующий судья дала прямое указание государственному обвинителю о том, каких лиц необходимо вызвать в суд и допросить по обстоятельствам, указанным в качестве основания для отвода.

С учетом изложенного защита просит об отмене приговора с прекращением производства за непричастностью С. к совершению преступлений.

Осужденный Б., утверждая, что преступлений не совершал, с приговором не согласен.

Адвокат Васильев Е.В. с приговором не согласен, поскольку, как указано в кассационной жалобе, выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. Суд, по мнению защиты, не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы. Кроме того, как отмечено в кассационной жалобе, по ряду противоречивых доказательств (показаний Филимонова), имеющих существенное значение для выводов суда, в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни из них и отверг другие. Защита также считает, что вывод суда в нарушение ст. 75 УПК РФ основан на показаниях лица (Д.), основанных на догадках и предположениях.

Виновность Б., по мнению защиты, основана на противоречивых, непоследовательных и ложных показаниях Филимонова, а другие доказательства, как указано в кассационной жалобе, собранные по делу, устанавливают лишь события преступления, которые защитой не оспариваются. Причастность Б. к приобретению Филимоновым сотового телефона для обеспечения связи со всеми участниками преступления, как и контакты Б. и П., по делу не доказаны, выводы суда в этой части сделаны на предположениях. Защита считает, что Б. не имеет отношения и к аренде квартиры для Проскурякова, а также к изъятию содержимого из тайника на базе отдыха "Дом Рыбака".

Судом, как указано в кассационной жалобе, не дана надлежащая оценка и постановлениям об отказе в возбуждении уголовного дела. В кассационной жалобе обращается внимание на изменение судом времени совершения Б. инкриминированных ему деяний (согласно предъявленному обвинению это было 15.10.01, суд указал в середине октября 2001 года). По мнению защиты, суд нарушил принцип презумпции невиновности, переложив на Б. бремя доказывания его невиновности.

Обращая внимание на необъективность предварительного и судебного следствия, защита просит об отмене приговора в отношении Б. с прекращением дела за непричастностью к совершению преступления.

В дополнении к кассационным жалобам адвокатов Гегия Р.Р. и Курепина Д.В. адвокат Лукьянов Г.Ю., поддерживая их доводы, со ссылкой на договоренность С. и М. не показывать свои дружеские отношения обращает внимание на то, что судом нарушено конституционное право на личную жизнь, в отношении С. нарушены положения п. 1 ст. 23 Конституции РФ.

Потерпевший М. с приговором не согласен, считает его незаконным и необоснованным.

Государственный обвинитель в своих возражениях на доводы, изложенные в кассационных жалобах, просит оставить их без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы, изложенные в кассационных жалобах, Судебная коллегия находит вину осужденных в содеянном установленной совокупностью следующих доказательств.

Потерпевший М., свидетель Матвиенко показали, что 17 ноября 2001 года около казино "Зерро" они обнаружили взрывное устройство на автомобиле М. "Гранд-Чероки". Во время осмотра автомашины работниками милиции раздался взрыв. Изложенное подтвердили свидетели - работники милиции Мурников и Эсментова, осматривавшие автомашину по вызову М.

По показаниям потерпевшего Д., 21.12.01 он вместе с П. подъехал к школе N 100. Выйдя из автомашины, П. по рации передал, чтобы он подошел к школе, что он и сделал. Не найдя П. в школе, он вышел на крыльцо. Увидев П., направился к нему, и тут раздался взрыв. Пришел в сознание в больнице.

При этом Д. подтвердил то, что в середине сентября 2001 года П., возвратившийся из Москвы, сообщил ему о получении заказа от С. на убийство М. и предложил поехать с ним в качестве водителя.

В Красноярске они остановились в квартире, ключи от которой П. получил в гостинице "Красноярск". На следующий день мужчина, назвавшийся Сергеем, привез карту города, сотовый телефон и деньги в сумме 50 - 55 тысяч рублей. Позже этот же мужчина принес П. сумку с пистолетом, похожим на ПМ, с полной обоймой патронов и одним в стволе, с автоматом АКМ калибра 7,62 мм с глушителем и двумя полными рожками, с гранатометом в виде трубы, свертком, обмотанным скотчем, и запалом от гранаты. На карте П. отметил места проживания и передвижения М. В купленной автомашине, на которой они ездили по доверенности от продавца, П. сделал тайник для оружия.

По показаниям Д., П. неоднократно встречался с С. Спустя две недели они возвратились в г. Благовещенск, откуда также через две недели вновь вернулись в Красноярск, где таким же образом получили ключи от квартиры, в которой поселились, на ул. Парашютной П. забрал оружие и по его указанию они ездили по местам, где бывал М. После поломки автомобиля П. купил другой, оборудовав его тайником для оружия. В ночь на 17 ноября 2001 года П. не ночевал дома, в эту же ночь по телевизору он услышал информацию о взрыве автомашины М. Утром 17 ноября 2001 года вместе с П. они поехали отдыхать на базу отдыха "Каштак". Переночевав там, 18 ноября 2001 года на автомашине они уехали в Благовещенск.

Через неделю после этого они вернулись в Красноярск, как сказал ему П., за оплатой. Со слов же П. знает, что взрыв автомашины М. он совершил по заказу С. С. же заказал ему "маленький фейерверк" в школе, который нужен был тому для повышения рейтинга на выборах в депутаты.

В Красноярске П. купил оптический прицел на винтовку, принес две радиостанции, которыми они пользовались для переговоров между собой, кусок чугунной трубы, в которую вталкивал какой-то сверток, с намерением зарядить ее взрывчаткой для окончательной ликвидации М.

19.12.01 по указанию П. в школе N 88, в которой происходила встреча С. с избирателями, он (Д.) взял лежавшую перед С. брошюру "По лестнице жизни" и передал ее П., который вытащил из нее календарь с изображением С. с пометкой даты и места совершения взрыва в школе, который и произошел, как указано выше, 21.12.01. За этот взрыв С. обещал П. 50000 долларов. По пути к данной школе П. высказывал опасения расправы со стороны С. и просил в случае, если с ним что-либо произойдет, обратиться в правоохранительные органы и сообщить об изложенном.

Свидетели Можаева, Хохлова (работники больницы, в которую Д. был госпитализирован после взрыва у школы N 100) подтвердили, что Д., придя в сознание, попросил вызвать работников милиции, которым и сообщил об изложенном выше. При этом Д. ориентировался в разговоре с работниками милиции, боясь расправы со стороны С., высказывал опасения за свою жизнь и утверждал, что С. обещал Проскурякову 50000 долларов за взрыв.

Свидетель Золин, как и потерпевший М., подтвердили слежку за ними в указанное выше время.

Из показаний свидетеля Дубодела усматривается, что в ноябре 2002 года М. обращался в милицию по поводу слежки за ним.

Свидетель Филимонов показал, что по просьбе Б. из окружения С. купил сотовый телефон, который, как и ключи от квартиры своего знакомого отдал ему (Б.) Затем этот телефон ему вернул П., которому он позже неоднократно по просьбе Б. передавал ключи от квартир для временного проживания. По поручению П. он ездил на базу отдыха "Дом рыбака" и из указанного П. тайника привез ему два пакета с двумя радиостанциями, четырьмя тротиловыми шашками и тремя гранатами. Выполнял он по указанию Б. и иные поручения для П., в частности, пытался 17.11.01 передать Б. сообщение П. о том, что "пока не получилось"; узнавал в избирательном штабе сведения о предвыборной компании С.

Показания Филимонова о том, что он из тайника на базе отдыха "Дом рыбака" забрал перечисленные выше предметы, подтверждаются показаниями свидетеля Шестакова о том, что именно он по указанию Б. сделал этот тайник и положил туда переданные ему Б. две сумки. Место нахождения тайника Шестаков, как это усматривается из протокола осмотра места происшествия, указал при проведении этого следственного действия.

Показания перечисленных выше лиц объективно подтверждаются протоколами:

осмотра места происшествия школы N 100, в ходе которого обнаружен труп П., из его одежды изъята связка ключей, документы на имя П. На месте происшествия, кроме того, изъяты: телефонная трубка, две радиостанции;

осмотра места происшествия около казино "Зерро" и протокола осмотра автомобиля "Гранд Чероки", госномер А775 КТ 24, согласно которым у казино обнаружен сильно закопченный указанный выше автомобиль с множественными повреждениями.

Согласно протоколу обыска квартиры 127 по ул. Урицкого следует, что она открыта изъятыми из одежды П. ключами. В квартире обнаружены гранатомет РПГ-22 и граната РГН, бутылка из-под водки с отпечатками пальцев рук. Следы пальцев рук на этой бутылке согласно заключению дактилоскопической экспертизы оставлены П.

Из показаний свидетеля Смолиной усматривается, что эту квартиру на свое имя она сняла для двух незнакомых мужчин.

В соответствии с заключениями эксперта-взрывотехника и баллистической экспертизы предмет, изъятый в названной выше квартире, является гранатой РГН, содержащей гексоген в качестве взрывчатого вещества. Этот боеприпас осколочно-фугасного действия для производства взрыва пригоден; гранатомет РПГ-22 является огнестрельным оружием, для производства выстрела и взрыва пригоден.

По заключению взрывотехнической экспертизы на объектах, изъятых при осмотре места взрыва автомобиля М., обнаружены следы взрывчатого вещества - тринитронитолуола. Взрывное устройство является самодельным взрывным устройством, использование радиоуправляемого исполнительного механизма не исключается.

Из показаний свидетеля Гладких усматривается, что он действительно, в сентябре 2001 года продал двум мужчинам, одним из которых был П., автомобиль "Рено", госномер У 998 ЕА, на который он выдал доверенность. Согласно протоколу осмотра этого автомобиля, изъятого на автостоянке на ул. Симферопольской, 237, в автомашине снизу, в центре ее заднего сиденья, обнаружены вырезы размером 20x30 см глубиной примерно 10 см.

По заключению судебно-криминалистической экспертизы на поролоне из указанной ниши обнаружены микроналожения с признаками нагара (копоти), следы металлизации меди, свинца и железа, происхождение которого не исключается от частей оружия, патронов, стреляных гильз, пуль, загрязненных продуктами выстрелов.

Из протокола осмотра автомобиля ВАЗ-21083, госномер 0522 ОА, регион 02, осуществленного после показаний Д. о тайнике в этой автомашине усматривается, что в передней панели этой автомашины обнаружен тайник с пистолетом "Байкал" N ШС 7321 с 8-ю боевыми патронами. Пистолет согласно заключению судебно-баллистической экспертизы является нарезным огнестрельным оружием калибра 9 мм, для производства выстрелов пригоден, находящиеся в нем патроны являются боеприпасами к боевому нарезному оружию.

Из справки-счета 24 ЕО 866586 следует, что эту автомашину в ноябре 2001 года в автосалоне "Металлург" г. Красноярска приобрел Д.

Изложенные выше показания по обстоятельствам избирательной компании с участием С. подтверждаются решением краевой избирательной комиссии N 17 от 17 ноября 2001 года, согласно которому С. зарегистрирован кандидатом в депутаты законодательного собрания Красноярского края; графиками встреч с избирателями, в том числе и в школах N 88 и 100.

Свидетели Поликарпова, Замяткина, Назаров и другие, перечисленные в приговоре, подтвердили время и обстоятельства прохождения встречи С. в школе N 88.

В соответствии со справкой о расписании занятий в школе N 100 во время взрыва в ней проводились секционные спортивные занятия. Радиус поражения взрывного устройства в момент взрыва согласно заключению взрывотехнической экспертизы составил от 10 до 100 м.

Смета ремонта школы подтверждает причинение ущерба, причиненного взрывом в школе, на сумму 370315 рублей.

Показания Д. об обстоятельствах взрыва у школы объективно подтверждаются заключениями судебно-медицинских экспертиз, в соответствии с которыми:

смерть П. наступила от сочетанной травмы тела, сопровождавшейся переломами костей черепа с размозжением вещества головного мозга, переломами 2 - 7 шейных позвонков, разрывом и размозжением легких, перикарда, обширной раной грудной клетки с переходом на шею, голову, правое плечо, травматической ампутацией верхних конечностей; ранение П. огнестрельное снарядное, возникшее в результате воздействия компактно действующего огнестрельного снаряда;

У Д. имелась закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга тяжелой степени, с разрушением левого глазного яблока с последующим его удалением хирургическим путем, с ранением правого глаза со снижением зрения, травматическая ампутация ногтевых фаланг 2, 3, 4 пальцев левой руки, с множественными рваными и кольчатыми ранами лица, обеих кистей, с покрытием массой инородных тел темно-серого цвета, с термическими ожогами грудной клетки, рук, множественными ссадинами лица, грудной клетки, повлекших тяжкий вред здоровью.

По заключению комплексной медико-взрывотехнической экспертизы, Д. в момент взрыва находился на расстоянии не более нескольких десятков сантиметров от него.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы в отношении Мурникова - оперуполномоченного уголовного розыска Центрального РОВД г. Красноярска, осуществлявшего осмотр заминированной автомашины М. непосредственно перед ее взрывом, ему причинена множественная сочетанная травма в виде оскольчатого слепого ранения правой поясничной области, касательного ранения обеих голеней в нижних третях, повлекших легкий вред здоровью.

Совокупность изложенных выше доказательств опровергает доводы о том, что П. и Д. приехали в г. Красноярск не по заказу С. совершить убийство М., а с целью убийства самого С.

Оценив всю совокупность доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденных в содеянном и дал правильную юридическую оценку их действий. Доводы о том, что по делу не установлен мотив содеянного в отношении М., опровергаются показаниями самого М., подозревавшего в покушении на его убийство С., согласно которым с С. у него испортились отношения еще в августе 2001 года.

Об этом же, как это усматривается из приговора Мещанского межмуниципального суда г. Москвы от 19 июня 2002 года, М. заявлял и в судебном заседании по уголовному делу в отношении Быкова.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не имеется. Материалы уголовного дела судом исследованы полно, всесторонне и объективно.

Судом проверены доводы о недопустимости в качестве доказательств, в частности, протокола обыска от 17.01.01 и обнаружения спортивных сумок с их содержимым; экспертных исследований (почерковедческих и химических) предметов, находившихся в этих сумках, а также протокола обыска в квартире Габидулина и экспертных исследований предметов, изъятых во время этого обыска; по этим ходатайствам судом приняты соответствующие решения об исключении названных доказательств из числа допустимых к судебному разбирательству.

Доводы о незаконном использовании в качестве доказательств вины осужденных в приговоре доказательств, признанных недопустимыми, не основаны на материалах уголовного дела, из которого усматривается, что недопустимые доказательства, в том числе и указанные в кассационных жалобах, суд в приговоре в обоснование вины осужденных не приводил. При оценке доказательств в приговоре суд указал на недопустимость использования этих доказательств в доказывании вины осужденных и обратился к ним не как к доказательствам вины осужденных, а в связи с опровержением доводов защиты о фальсификации материалов уголовного дела работниками милиции, в частности, протоколов изъятия сумок в ходе осмотра места происшествия на базе "Дом рыбака".

Проверены судом и доводы осужденных и защиты о фальсификации материалов уголовного дела с целью дискредитации С. на выборах как кандидата в депутаты законодательного собрания. Показания Д. и М., на которые суд сослался в обоснование вины осужденных в приговоре, непротиворечивы. При этом Д. по многим обстоятельствам содеянного давал сведения, не известные органам следствия, нашедшие впоследствии свое подтверждение, в частности, о взрыве джипа М. по указанию С., о местах слежки за М., маршрутах передвижения П. и Д., о встрече С. с избирателями в школе N 88, о переданном П. оружии и двух раций. Показания свои Д. давал непосредственно после случившегося сразу же после того как пришел в сознание. При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о том, что неточности в показаниях Дударева, на которые обращается внимание в кассационных жалобах, не касаются сути его показаний.

Обоснованно суд, с приведением в приговоре детально по каждой ссылке защиты в этой части мотивов принятого решения, опроверг и доводы об оговоре под воздействием недозволенных методов следствия Филимоновым Б.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ, в том числе и в части изложения фактических обстоятельств содеянного. Исследованным в судебном заседании доказательствам, добытым с соблюдением уголовно-процессуального закона, суд, вопреки утверждению осужденных и защиты, дал оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ.

Не допущено по делу в процессе судебного разбирательства и иных нарушений уголовно-процессуального закона, а также конституционных прав осужденных. Все заявленные осужденными и их защитниками ходатайства разрешены председательствующим в соответствии с уголовно-процессуальным законом либо протокольно, либо в необходимых случаях с вынесением отдельного процессуального документа, что имело место, в частности, при разрешении ходатайства об отводе председательствующего судьи и прокурора, с приведением соответствующих мотивов принятого решения (т. 13, л.д. 273 - 275, 395 -397, т. 14, л.д. 103 - 138). Ссылка в этой связи на нарушение судом права на защиту подсудимых тем, что им не была предоставлена возможность обжалования постановления об отказе в удовлетворении отвода председательствующего судьи, не основана на законе. Согласно п. 2 ч. 5 ст. 355 УПК РФ постановления об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства не подлежат самостоятельному обжалованию в порядке главы 43 УПК РФ. Из материалов уголовного дела усматривается, что оснований для удовлетворения ходатайства об отводе председательствующего судьи по данному уголовному делу не имелось.

Доводы о необъективности председательствующего судьи не основаны на материалах уголовного дела. Из протокола судебного заседания усматривается, что действия председательствующего судьи по данному уголовному делу соответствовали требованиям уголовно-процессуального закона. Высказываний либо действий, предопределяющих принятие какого-либо процессуального решения, в том числе и указанных в кассационных жалобах, председательствующим судьей не допущено.

Не допущено по делу и нарушений положений ст. 252 УПК РФ. Судебное разбирательство по делу осуществлено лишь по предъявленному обвинению без нарушения права осужденных на защиту и ухудшения их положения.

Психическое состояние осужденных в момент совершения инкриминированных им деяний по делу проверено. Согласно заключениями экспертов-психиатров оба они по своему психическому состоянию могли руководить своими действиями и отдавать в них отчет. С учетом изложенного и обстоятельств совершения преступления оба они обоснованно признаны вменяемыми в отношении инкриминированных им деяний.

При назначении наказания осужденным суд учел степень общественной опасности содеянного ими, роль каждого в совершении преступлений. В качестве смягчающих их наказание обстоятельств суд учел наличие у них несовершеннолетних детей, отсутствие у потерпевшего М. претензий к ним. С учетом совокупности исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, совершенного Б., суд назначил ему наказание по правилам ст. 64 УК РФ. Учел при назначении наказания осужденным суд и их положительные характеристики.

Оснований как для отмены приговора, так и для его изменения, в том числе с переквалификацией содеянного либо со смягчением назначенного наказания, по делу нет.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, Судебная коллегия определила:

приговор Красноярского краевого суда от 15 июня 2004 года в отношении С. и Б. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.


Заключение

Терроризм - одно из самых опасных преступлений современности, нередко носящих не только национальный, но и международный характер. Террористические действия могут быть разнообразны, но всех их объединяют два общих элемента. Во-первых, они направлены на подрыв государственной власти и, во-вторых, создают у населения чувство страха и беспомощности, возникающих под влиянием организованного и жестокого насилия террористов.

Современный период развития российского общества характеризуется возрастанием угрозы его общественной безопасности и, в первую очередь, со стороны экстремистски настроенных сепаратистов. При этом происходит превращение чисто криминального терроризма в политический экстремизм. Терроризм представляет реальную угрозу общественной безопасности государства.

Термин «терроризм» употребляется в трех значениях:

А) в широком смысле - как политика и практика террора, вид насильственной преступности;

Б) в законодательстве РФ - как насилие в отношении физических лиц или организаций, или угрозы его применить, а также уничтожение (повреждение имущества), других материальных объектов, создающие опасность гибели людей либо значительного имущественного ущерба, а также наступления иных тяжких последствий, если перечисленные действия осуществляются с целью воздействия на принятие органами власти или международными организациями, выгодных террористам, или удовлетворить их неправомерные имущественные и (или) иные интересы; посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, совершенное с целью прекратить его деятельность либо из мести за такую деятельность; нападение на представителя иностранного государства или сотрудника международной организации, пользующихся международной защитой, а равно на служебные помещения либо транспортные средства лиц, пользующихся международной защитой, если это деяние совершено в целях провокации войны или осложнения международных отношений;

В) в уголовном праве РФ - как преступление против общественной безопасности, предусмотренное данной статьей УК РФ.

В заключении следует отметить, что поиск путей для эффективного противодействия террористической деятельности, по моему мнению, является одной из главных задач любого государства. Совершение террористических актов, как правило, приводит к достаточно тяжким последствиям и поэтому следует относить данное преступление к наиболее опасным преступным проявлениям. Последнее изменение, внесенное в редакцию ч.1 ст. 205 УК РФ на мой взгляд является неудачным, так как упускает из возможности квалификации по данной части действия лица, совершившего взрыв, поджог и т.д., в целях нарушения общественной безопасности. Было бы более правильным вернуться к старой редакции статьи. В целом хотелось бы отметить, что борьба с террористической деятельностью должна постоянно совершенствоваться, и одним из этих направлений является совершенствование действующего законодательства.


Список литературы

1. Конституция России. 2006 г.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации. М. 2006.

3. Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации. / Под ред. А.И.Рарога. – М., - 2006.

4. Уголовное право. Особенная часть. Учебник./ Под ред. Л.Д.Гаухмана, С.В.Максимова. – М 2006. – С. 37 – 73.

5. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть. Учебник. Практику. / Под ред. А.С.Михлина. М. – 2006.- С. 17 – 46.

6. Уголовное право России. Части Общая и Особенная. Учебник. / Под ред. 8. А.И.Рарога. – М. – 2006. - С. 296 –336.

7. Федеральный закон № 130-ФЗ от 25 июля 1998 г. «О борьбе с терроризмом» ( в ред. 27.07.2006).

8. Кулешов Н.А. Характеристика преступлений террористического характера, совершаемых путем взрывов / Российский следователь. - 2005. - №2.-с.25-30

9. Улицкий С. Ответственность за вовлечение в преступления террористического характера / Закон и право. - 2005. - №6.-с.5-7.

10. Гринько С. Понятие терроризма / Законность. - 2005. - №8.-с.45-46

11. Дикаев С.У. Уголовная ответственность за преступления террористического характера: учебное пособие. - М.: ЦОКР МВД России, 2005. - 72 с. - 25-79.

12. Бурлевич О. Ф. Терроризм и незаконный оборот оружия: прошлое и настоящее / Полицейское право. - 2005. - №2. - С. 91-94.

13. Наказание за терроризм в РФ/ В.В.Бычков.// Следователь.2005. №3.

14. Устинова Т. Терроризм: некоторые вопросы совершенствования уголовного законодательства и практика его применения // Уголовное право.2005.№5.

15. Некоторые вопросы квалификации по ст.205 УК РФ./ В.Ф.Антонов// Журнал российского права. 2004. №9.

16. Ответственность за терроризм при отягчающих обстоятельствах./ А.С.Константинов.// Российская юстиция. 2004. №4.


[1] Часть в редакции Федерального закона от 27 июля 2006 года № 153-ФЗ

[2] Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации. / Под ред. А.И.Рарога. – М., - 2006.

[3] Уголовное право. Особенная часть. Учебник./ Под ред. Л.Д.Гаухмана, С.В.Максимова. – М 2006. – С. 37 – 73.

[4] Гринько С. Понятие терроризма / Законность. - 2005. - №8.-с.45-46

[5] Некоторые вопросы квалификации по ст.205 УК РФ./ В.Ф.Антонов// Журнал российского права. 2004. №9.

[6] Кулешов Н.А. Характеристика преступлений террористического характера, совершаемых путем взрывов / Российский следователь. - 2005. - №2.-с.25-30

[7] Уголовное право России. Части Общая и Особенная. Учебник. / Под ред. 8. А.И.Рарога. – М. – 2006. - С. 296 –336.

[8] Ответственность за терроризм при отягчающих обстоятельствах./ А.С.Константинов.// Российская юстиция. 2004. №4.

[9] Устинова Т. Терроризм: некоторые вопросы совершенствования уголовного законодательства и практика его применения // Уголовное право.2005.№5.

[10] Улицкий С. Ответственность за вовлечение в преступления террористического характера / Закон и право. - 2005. - №6.-с.5-7.

[11] Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации. / Под ред. А.И.Рарога. – М., - 2006.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий