регистрация / вход

Мировые политические идеологии 2

Н.М.Сирота, доктор политических наук, профессор кафедра социальных наук МИРОВЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИДЕОЛОГИИ Сирота Наум Михайлович. Тел.594-62-14. Моб.89052568129

Н.М.Сирота,

доктор политических наук, профессор

кафедра социальных наук

МИРОВЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИДЕОЛОГИИ

Сирота Наум Михайлович. Тел.594-62-14. Моб.89052568129

Рецензенты:

Доктор философских наук, доцент кафедры политологии Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов

Хомелева Р.А.

Доктор исторических наук, профессор кафедры социологии и права

Санкт-Петербургского государственного политехнического университета

Гринев А.В.

Учебное пособие

2008

В учебном пособии анализируется роль идеологии как формы мотивации политического поведения, раскрыты содержание и эволюция наиболее влиятельных идеологий последних столетий – либерализма, консерватизма, марксизма и социал-демократизма, показаны их связь с интересами основных социальных групп в странах Запада и воздействие на формирование партийных платформ. Анализируются специфика российских версий метаидеологий как уникальных политико-идеологических феноменов, их обусловленность ментальными и социокультурными особенностями страны.

Материалы пособия помогут студентам в осмыслении формирующихся в российском обществе политических отношений, при изучении политического сознания и политической культуры современной России.

СОДЕРЖАНИЕ

1. ПРИРОДА И ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕОЛОГИИ

1.Сущность и основные модели формирования политической идеологии

2. Функции политической идеологии

3. Идеологический дискурс

Рекомендуемая литература

11. ЛИБЕРАЛИЗМ И НЕОЛИБЕРАЛИЗМ

1.Классический либерализм

2. Специфика неолиберализма

Рекомендуемая литература

111. ЛИБЕРАЛИЗМ В РОССИИ

1.Эволюция русского либерализма

2, Современный либерализм

Рекомендуемая литература

1У. ИДЕОЛОГИЯ КОНСЕРВАТИЗМА

1. Понятие и сущность консерватизма как идейно-политического течения

2.Традиционалистское течение

3.Либертаристское течение

4. Неоконсерватизм

Рекомендуемая литература

У. КОНСЕРВАТИЗМ В РОССИИ

1.Генезис русского консерватизма в дореволюционный период

2.Консерватизм русской эмиграции

3. Современный русский консерватизм

Рекомендуемая литература

У1. ПОЛИТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ МАРКСИЗМА

1. Теоретические источники марксизма

2. Формационная схема исторического прогресса

3. Концепция всемирно-исторической миссии рабочего класса и мировые реалии

4. Противоречия марксизма

5.Ленинизм и большевизм

6. Неомарксизм и еврокоммунизм

7. Место марксизма в истории общественной мысли

Рекомендуемая литература

У11. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ

1. Теоретические предпосылки социал-демократической доктрины

2. Возникновение и становление идеологии социал-реформизма

3. Идейно-политическая концепция «демократического социализма» и ее эволюция

4.Система социального государства

Рекомендуемая литература

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

1.ПРИРОДА И ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕОЛОГИИ

1.Сущность и основные модели формирования политической идеологии

Наиболее общей категорией, характеризующей субъективную сторону политики, является политическое сознание. Оно охватывает ценности, убеждения, эмоции людей, определяющие их поведение в сфере политических отношений. От политического сознания зависит содержание и характер политического процесса.

Основными формами существования политического сознания являются политическая идеология и психология. Политическая деятельность определяется прежде всего системой взглядов, отражающих интересы людей. Эти интересы осознаются и в других формах – религии, искусства, науки и т.д., но идеологическое отражение действительности наиболее непосредственным образом связано с политикой.

Термин «идеология» древнегреческого происхождения и буквально означает «учение об идеях. Впервые в научный оборот этот термин был введен в конце ХУ111 века Антуаном де Траси, одним из последних представителей поколения французских просветителей. В многотомном сочинении «Элементы идеологии» (т.1-4, 1805-1815) он охарактеризовал идеологию как «науку об идеях», которая должна быть такой же точной, как и все естественные науки. По мнению де Траси, в мировосприятии людей коренятся логические и психологические основы политики.

Появление понятия «идеология» в конце ХУ111 века не означало отсутствия до этого времени идеологии как таковой. Ведь потребность в ней как рациональной основе политики испытывали все общества. Можно полагать, что до европейской секуляризации ( эпоха Просвещения) роль идеологии на протяжении столетий выполняла религия.

В числу ученых, занимавшихся историей идей непосредственно до возникновения термина «идеология». обычно относят таких французских просветителей, как Кондельяк, Д.Дидро, Гольбах, К.Гельвеций, П.Ламетри.

В дальнейшем в науке сложились разные взгляды на это духовное явление.

В работах создателей марксистской теории термин «идеология» в зависимости от контекста использовался в трех значениях: 1) сознание определенного класса в целом; 2)теоретическое сознание; 3)ложное, извращенное сознание, порожденное противоречиями производственных отношений.

Марксизм исходит из обусловленности идеологических доктрин материальными условиями жизни общественных групп. В зависимости от места, которое занимает группа в общественных отношениях, ее идеология является научной или нет. Согласно марксизму, идеология научна, если выражает классовые интересы, совпадающие с ведущими тенденциями общественного развития. Естественно, рассматривалась как научная идеология рабочего класса, которому отводилась роль освободителя человечества от эксплуатации.

Такой подход к идеологии доминировал в СССР, претерпевая незначительные изменения и уточнения в основном фразеологического характера. Марксистская идеология обычно именовалась пролетарской, революционной, прогрессивной, научной и т.д. Все немарксистские направления политической мысли определялись как буржуазные, империалистические, мелкобуржуазные, реакционные, иллюзорные, ложные и т.д.

В западной политической науке преобладают интерпретации идеологии как надисторического явления, существующего вне зависимости от социальных и политических условий.

Чаще всего идеологию характеризуют как систему ценностей и предпочтений (Д.Истон, М.Дюверже и др.). Благодаря ценностям осуществляется процесс дифференциации и иерархизации объектов по степени их значимости, что необходимо для стимулирования человеческих действий.

Принципиальной позицией многих ученых явлется категорическое разведение идеологии и науки, отрицание у идеологии познавательных функций.

М.Вебер относил идеологию, как и другие мировоззренческие и религиозные образования, к области веры, отрицая тем самым саму постановку вопроса о ее научности. Как веру расценивает политическое мировоззрение и современный политолог У.Матц1 .

Вслед за М.Вебером К.Манхейм рассматривал любую идеологию как неадекватное отражение действительности, как совокупность ложных представлений, обусловленных социально-историческими обстоятельствами, особенностями познания действительности, интересами познающего субъекта. Зарождение феномена идеологии он связывает с трудами английского мыслителя Ф.Бэкона (учение об «идолах разума») и обнаруживает ряд высказываний об идеологическом искаженном сознании в работах Н.Макиавелли и Юма1 . Вместе с тем К.Манхейм уделял большое внимание функциональным характеристикам идеологии, и, в частности, ее способности сплачивать людей, аккумулировать их политическую энергию.

Большинство ученых определяют идеологию как систематизированную совокупность идей, выражающих интересы, цели и намерения больших социальных групп – классов, наций, партий и т.д. Идеология как разновидность корпоративного сознания отражает групповую точку зрения на политическое и социальное развитие. Она предназначена для внедрения в массовое сознание соответствующих критериев оценки настоящего и будущего развития общества.

Любая идеология носил политический характер, но понятие политическая идеология употребляется в специфическом смысле – для характеристики рационально-ценностной мотивации политического поведения и мировоззренческой основы политики. Политическая идеология обосновывает притязания общественных групп на власть и ее использование и потому предусматривает определенную стратегию действий. Она конкретизируется в программных документах партий, в заявлениях различных политических сил, обретая четкость, направленность на конкретные ситуации и властные механизмы.

Перечисленные особенности политической идеологии свойственны прежде всего либерализму, консерватизму, марксизму, социал-демократизму, анархизму, фашизму. В меньшей степени они характерны для экологизма, пацифизма, феминизма.

Существуют четыре основные модели формирования политической идеологии.

Первая – модель конденсации . Механизм этой модели состоит в том, что в результате своеобразной конденсации испарений массового сознания присущие ему представления трансформируются в идеологические структуры (например, идеология тред-юнионизма, экологизма, феминизма).

Вторая модель – интегративная . Для нее характерны синтез, конвергенция различных идей и представлений существующих идейно-политических течений (например, неолиберализм, неоконсерватизм).

Третья модель – дивергентная. В этом случае формирование новой политической идеологии происходит в результате дезинтеграции, расщепления существующей идеологии. Так, на базе марксизма возникли большевистская и социал-демократическая идеология и политическая практика.

Четвертая модель – ревитализации идеологий, в результате которой происходит возврат к старым идеям, их возрождение в модифицированной форме (например, попытки возврата к истокам, марксизма, консерватизма и т.д.).

Следует отметить, что выделение этих моделей носит условный характер. В реальном процессе генезиса идеологий они нередко сочетаются и не встречаются в чистом виде. Вместе с тем знание этих моделей может помочь исследованию механизма возникновения идейных течений.

Политические идеологии различаются по двум основаниям:

1) по парадигмам, т.е. предлагаемым моделям общества;

2) по степени охвата ими политических реалий.

Первое основание разделяет политические идеологии на правые, центристские и левые. Правые идеологии (либерализм, консерватизм и их модификации) ориентированы на такую модель общества, которая основывается на принципах демократии и рыночной экономики. Левый политико-идеологический спектр составляют идеологии, для которых социальный прогресс сводится к достижению равенства и социальной справедливости, созданию условий для всестороннего развития личности. Влиятельная левая идеология – марксизм связывает возможность реализации коммунистического идеала с применением радикальных, насильственных способов преобразования общества.

Как левая идеология под воздействием марксизма возник социал-демократизм. Последующая эволюция этой идеологии привела ее к отказу от идеи революционного осуществления социальных преобразований, к ориентации на реформы как единственно целесообразный способ достижения равенства и справедливости. Последние трактуются не как равенство результатов, а равенство стартовых возможностей и шансов для самореализации индивидов. Происшедшая за более чем столетие трансформация базовых принципов и целей социал-демократизма превратила его в идеологию центристского характера.

Исходя из идеологических представлений, российские партии идентифицируют себя либо с правой политической ориентацией (СПС) и правоцентристской («Единая Россия»), либо с левой (КПРФ и другие коммунистические и социалистические организации) и левоцентристской ориентацией («Справедливая Россия», социал-демократы).

С учетом охвата идеологиями политических реалий они могут делиться на метаидеологии, претендующие на объяснение глобальных социальных и политических процессов, и частных, затрагивающих отдельные конкретные аспекты политического бытия общества и личности. К первой категории следует отнести либерализм, консерватизм, социализма. Ко второй – анархизм, национализм, экологизм, феминизм, коммунитаризм, различные формы религиозно-политической идеологии, фашизм и неофашизм и др. Со временем частные идеологии могут трансформироваться в глобальные.

2. Функции политической идеологии

Политическая идеология выполняет ряд социальных функций:

- самоиндификации индивидов и групп в политическом пространстве;

- легитимации власти правящих сил или права на власть оппозиции;

- артикуляции интересов групп и слоев общества;

- мобилизации и интеграции граждан, стимулирования целенаправленных действий с их стороны;

- компенсации социальной неудовлетворенности надеждой на благополучное изменение социального бытия.

Идеология как форма мотивации политического поведения используется в демократических системах лишь на этапах концептуализации групповых интересов. Абсолютизация роли идеологии, то есть подчинение ей нравственных, правовых, культурных и иных духовных регуляторов жизни общества, характерна для так называемых «идеократических», тоталитарных режимов.

Идеологизация политики делает ее нефункциональной, неспособной определять и решать общественно значимые задачи. Превалирование идеологических ценностей над практическо-политическими и тем более социально-экономическими целями, как известно, стало одной из причин краха тоталитарных режимов в СССР и странах Восточной Европы.

Идеологизация международных отношений в ХХ веке, особенно в период между 1945 и 1985 годами, означала их подчинение задачам межгосударственной борьбы по идеологическим мотивам. Мирное сосуществование социалистических и капиталистических государств рассматривалось в Советском Союзе как специфическая форма классовой борьбы на международной арене. Такой подход не раз подводил человечество к грани мировой войны.

Выход из создавшегося положения был найден в отказе от конфронтации, в деидеологизации и гуманизации международных отношений. Основными компонентами нового политического мышления являлись активный диалог различных идейных течений, возможность свободного доступа каждого народа к культурным и духовным ценностям, созданным человечеством.

Поскольку политическая идеология предназначена для целевой и идейной ориентации политического поведения, различаются следующие уровни ее функционирования.

Первый – теоретико-концептуальный . На нем формулируются основные положения, раскрывающие интересы и идеалы класса, слоя, нации, государства.

Второй – программно-политический . Здесь социально-философские принципы и идеалы переводятся в программы, лозунги и требования.

Третий – актуализированный. Он характеризует степень усвоения гражданами целей и принципов данной идеологии и их воплощения в тех или иных формах политического участия. Этот уровень может охватывать довольно широкий спектр вариантов усвоения идеологии – от незначительного изменения позиций до формирования глубинных мировоззренческих ориентиров.

Политическая идеология оказывает активное воздействие на общество, соединяясь с психологией людей. Практическое сознание субъекта властных отношений представляет собой политическую психологию .

Если идеология является продуктом теоретического сознания, то политическая психология формируется в процессе практического взаимодействия людей между собой и институтами власти. Поэтому в содержании политической психологии доминирующую роль играют чувственные и эмоциональные элементы сознания людей, которые отражают их насущные интересы. Политическая идеология, воздействуя на политическую психологию, рационализирует ее.

Инструментом распространения идеологического влияния служит пропаганда. Ее назначение заключается в целенаправленном соединении теоретического и обыденного уровней политического сознания, в формировании у людей готовности к определенному типу политического действия.

Идеологии не только влияют на политические процессы, но и сами подвергаются воздействию с их стороны. Возможны следующие варианты такого воздействия.

В одних случаях развитие идеологических воззрений, появление новых идей и концепций может опережать сдвиги и изменения в политике. В других – идеологии могут эволюционировать с учетом происходящих перемен. В-третьих, возможно инерционное состояние идеологий, обусловленное живучестью устаревших представлений, исчерпавших свою социальную функцию. Отставание идеологий от сдвигов в политической жизни и социальных изменений чревато их деградацией, что сейчас характерно, в частности, для коммунистической идеологии.

Следовательно, при рассмотрении роли и места тех или иных идеологических течений в идейно-политической жизни общества должны учитываться оба аспекта взаимодействия идеологии и политики: влияние идеологических воззрений на политику и политическую жизнь, в том числе на формирование и осуществление того или иного политического курса и, наоборот, воздействие политических процессов на идеологические воззрения социальных общностей.

Таким образом, существование социально-структурированного общества порождает потребность в политической идеологии как систематизированном, теоретически оформленном способе социально-группового мышления, являющегося существенным элементом отношений власти.

3.Идеологический дискурс

Важнейшим аспектом функционирования идеологий является их взаимодействие в политическом пространстве. Это явление обозначается понятием «идеологический дискурс».

Взаимодействие идеологий, как правило, развивается в двух направлениях. С одной стороны, по линии дистанцирования и полемики с оппонентами, что усиливает напряженность в обществе. С другой стороны, по линии установления контактов между совместимыми идеологиями, способствующих сближению и даже заимствованию теоретических и программных положений, требований, лозунгов. Такие контакты обогащают содержание идейных систем и доктрин и могут способствовать укреплению политической стабильности в обществе.

Первые примеры взаимовлияния идеологий имели место еще в Х1Х веке. Буржуазный консерватизм воспринял либеральные новации Х1Х века как собственные устои, требующие защиты от посягательств радикалов, и уже имел мало общего с концепциями Э.Бёрка и - тем более - Ж.де Местра. Социальный консерватизм Бисмарка отразил растущее влияние социалистических идей.

Европейские идейно-политические течения оказали существенное влияние на формирование отечественных либерализма и консерватизма, а взаимодействие между этими направлениями русской общественной мысли способствовало их становлению и развитию, появлению консервативного либерализма.

В ХХ веке процесс взаимовлияния идеологий принял еще более широкий размах. Уже в самом начале ХХ в. проявился агрессивный империалистический национал-консерватизм, а затем – в известной степени как его развитие – фашизм, синтезировавший националистические, консервативные и социалистические идеи. В свою очередь классический либерализм все больше превращался в либерализм социальный, стремящийся примирить и согласовать концепции и практику свободы и справедливости.

Во встречном по отношению к либерализму направлении эволюционирует социал-реформизм, вобравший к середине века основные либерально-рыночные и либерально-демократические идеи, прежде всего идею свободы. Такие характерные черты социал-демократии, как стремление к обобществлению экономики и перераспределению национального дохода в пользу малоимущих, поддержка государственного регулирования, коллективизм, либо ушли в прошлое, либо подверглись серьезной корректировке.

Современная социал-демократия уже не выдвигает смену общественного строя даже в качестве отдаленной цели и ориентируется не столько на «демократический социализм», сколько на «социальную демократию» В принятой на ХУ111 Конгрессе Социнтерна (1989 г.) Декларации принципов рыночная экономика признается необходимой для достижения социального благосостояния, провозглашается курс на общественное регулирование в соответствии с фундаментальными ценностями солидарности и справедливости , но на основе эффективного функционирования капиталистической производственной системы.

Наконец, в последней четверти ХХ века доминирующие позиции в общественной жизни стран Запада занял неолиберализм, сконцентрировавший в себе основополагающие идеи переустройства общества применительно к реалиям постиндустриализма. В США он получил название неоконсерватизма.

Процесс синтезирования идеологий привел к уменьшению различий между ними и частично – к их обесцениванию. К началу ХХ1 века кредо почти всех идеологических течений Запада стали рыночная экономика и оптимизация государственного регулирования ею, свобода, демократия права человека. Полемика по поводу этих явлений сводится преимущественно к нюансировке интерпретаций. Идеологизированная политика постепенно уступает место рационально-прагматической, движимой трезвым расчетом. Так, в Великобритании в 1990-е годы лейбористы примирились с большей частью неоконсервативных реформ – приватизаций, переустройством рынка труда и т.д., а консерваторы отказались от свойственного тэтчеризму резко отрицательного отношения к вмешательству государства в социальные отношения.

Объективные процессы синтезирования идеологий и прагматизации политики могут вызывать негативные последствия, сопровождаться издержками. В этой связи представляется резонным мнение отечественного исследователя К.Г.Холодковского: «Политический прагматизм при всей его оправданности и нарочитой трезвости чреват скрытыми до поры до времени угрозами. Он способен сделать политиков близорукими, лишить политический проект широкой перспективы, помешать ему стать вровень с углубляющимися проблемами современности. Своеобразной – и весьма опасной – имитацией политической идеологии в этих условиях может оказаться популизм, рассчитанный на аполитичную и не склонную к рефлексии массу, воспитанную поверхностной, потребительской поп-культурой»1 .

Идеологический дискурс протекает на нескольких уровнях . Он может носить характер полемики по наиболее общим проблемам всего человечества. Так, во второй половине Х1Х века в условиях интенсивного формирования и развития индустриального общества дискурс выражался в конкуренции социалистической и либеральной идеологии. В период с 1917 по 1945 г. дискурс проявился прежде всего в остром соперничестве между социалистической и фашистской идеологиями. После разгрома государств фашистской оси основное содержание идеологического дискурса состояло в противоборстве социалистических и либерально-консервативных идей. В идейном споре на глобальном уровне участвовала также идеология социал-демократии.

В настоящее время главный водораздел идеологического дискурса пролегает между идейными течениями, защищающими идеалы гуманизма и демократии, и доктринами, обосновывающими насилие и террор как приоритетные методы достижения политических целей. Соответственно эволюционируют и идеологические системы. С одной стороны, сближаются политические доктрины либерализма, неоконсерватизма, социал-демократии, христианской демократии. С другой стороны, консолидируются фашистские, экстремистские, шовинистические, расистские, фундаменталистские и прочие подобные течения.

Наряду с глобальными измерениями идеологический дискурс имеет и определенные особенности на региональном и страновом уровнях. Так, в странах с устойчивыми демократическими традициями объектом идейных дискуссий являются в основном частные вопросы общественной жизни и текущей политики. В странах же, где еще не завершены процессы модернизации и национальной консолидации, дискурс носит характер острой полемики между националистическими, либеральными и социалистическими воззрениями. В России от характера этого идеологического соперничества зависят формы и темпы реформирования страны.

Контрольные вопросы

1. Кем и когда был введен в научный оборот термин «идеология»?

2. В чем сущность основных исследовательских подходов к феномену идеологии?

3. Сформулируйте определении е идеологии и раскройте содержание термина «политическая идеология».

4.Каковы структура и функции политической идеологии?

5.Охарактеризуйте основные модели формирования политической идеологии.

6.По каким основаниям классифицируют политические идеологии? Раскройте содержание классификации идеологий.

7. Какие варианты воздействия идеологий на политические процессы Вам известны?

8. В чем проявляются взаимосвязь и взаимодействие между идеологией и политической психологией?

9.В чем сущность идеологического дискурса?

10. На каких уровнях протекает идеологический дискурс?

Рекомендуемая литература

Борисюк В. Политические идеи и идеологии постиндустриальной цивилизации//Мировая экономика и международные отношения. 2004. №7.

Гаджиев К.С. Политическая идеология: концептуальный аспект //Вопросы философии. 1998. №12.

Гуторов В.А. Современная российская идеология как система и политическая реальность. Методологические аспекты //Полис. 2001. №3.

Идеи и наш мир. Великие концепции прошлого и настоящего / Под ред. Р.Стюрата. Перев. с англ. М. БММ АО. 1998.

Коваленко В.И., Костин А.И. Политические идеологии : история и современность//Вестн. Моск. ун-та. Сер.12. Политические науки. 1997. №2.

Кузнецов В.Н. Идеология: Социологический аспект. Учебник. М.: Книга и бизнес. 2005.

Макаренко В.П. Главные идеологии современности. Ростов на/Д.: Феникс. 2000.

Малинова О.Ю. Партийные идеологии в России: атрибут или антураж? // Полис. 2001. №5.

Мангейм К. Идеология и утопия//Мангейм К. Диагноз нашего времени. М.: Юрист. 1994.

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология.- Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т.3.

Матц У. Идеология как детерминанта политики в эпоху модерна//Полис. 1992. №1-2.

Политология: Хрестоматия/ сост.Б.А.Исаев, А.С.Тургаев, А.Е.Хренов. СПб.: Питер. 2006. Раздел Х1. Политические идеологии.

Современные тенденции развития символического пространства политики и концепт идеологии (Материалы дискуссии) //Полис. 2004. №4.

Согрин В.В. Идеология в американской истории: от отцов-основателей до конца ХХ века. М.: Наука. 1995.

Соловьев А.И. Политическая идеология: логика исторической эволюции//Полис. 2001. №2.

Тузиков А. Р. Западная теория идеологии: от критики ложного сознания» к анализу дискурса масс-медиа. М.: Социально-гуманитарные знания. 2002.

Фишман Л.Г. Политический мир и идеология: «опасное сближение»? //Полис. 2006. №4.

Херсон Дж. Идеология в Соединенных Штатах //Полис. 1993. №6.

Холодковский К.Г. Противостояние «левые – правые»: анахронизм или смена координат? //Полис. 2006. №6.

Щербаков А.Е. Место мифа в политической идеологии//Полис. 2003. №4.

Щербаков А.Е. Структурная композиция идеологии как процесса //Вестн. МГУ. Сер.12. Политические науки. 2004. №2.

11.ЛИБЕРАЛИЗМ И НЕОЛИБЕРАЛИЗМ

1.Классический либерализм

Понятие «либерализм» появилось в европейской общественно-политической литературе в начале Х1Х века. Оно происходит от латинского «liberalis» (свободный, имеющий отношение к свободе).

В древнеримской мифологии бог Либер соответствует древнегреческому богу Дионису, который олицетворял экстаз, энергию, избыток жизненных сил и их раскрепощение. Поэтому все определения либерализма включают в себя идеи личной свободы, не скованной рамками традиций.

При таком широком толковании либерализма его истоки видятся в глубинах истории. Так, американский философ Дж.Дьюи обнаружил ростки либерализма в «свободной игре ума», которая проявилась у выступавших на панихиде по афинскому полководцу и государственному деятелю Периклу (У в. до н.э.). Многие ученые усматривают корни либерализма в труде Аристотеля «Политика», в котором ставится вопрос о «конституционном правительстве, склонном к демократии».

Понятия «либерализм» и «либеральный» широко распространены в философской, политической и экономической литературе. Вместе с тем они не имеют определенного общепризнанного, устоявшегося содержания.

Истоки идеологии либерализма восходят к христианству, Реннесансу и ньютоновской научной революции. Классический либерализм связан со становлением капитализма в ХУ11 – ХУ111 веках. Его основные постулаты сложились в антифеодальной борьбе «третьего сословия» против абсолютизма монархов и произвола церкви. Купцы, владельцы мануфактур нуждались в экономической свободе, в социальных институтах, которые обеспечивали бы им независимость от власти и церкви.

Кульминацией движения за предоставление социально-экономических свобод и прав новому классу принято считать «славную» революцию 1688 г. в Англии. Эта революция была активно поддержана крупнейшим философом ХУ11 в. Дж. Локком (1632 – 1704), оказавшим значительное влияние на формирование либеральной общественно-политической мысли. Он разработал теорию «естественных прав», к которым относил прежде всего права человека на жизнь, свободу и собственность.

На возникновение и становление либеральных идей значительное влияние оказала протестантская этика, утвердившаяся в ходе Реформации. Она нацеливала на достижение успеха любой ценой, презрение к «чужим» и т.п. Анализ духовно-нравственных и психологических основ становления капитализма и либерализма осуществлен в известной работе М.Вебера «Протестантская этика и дух капитализма» (1904-1905).

Таким образом, либеральное мировоззрение восходит к Ренессансу и Реформации. Его главные теоретические постулаты заложены в работах Дж.Локка, Ш.Монтескье, Т.Джефферсона, А.Мэдисона, И.Канта, Г.Гегеля, А.Смита и других мыслителей. В Х1Х веке либеральные идеи развивались И.Бентамом, Дж. Миллем, А.де Токвилем и другими представителями западной общественно-политической мысли. Из этого далеко не полного перечня персоналий очевидно, что весомый вклад в формирование либерального комплекса идей внесли представители европейского и американского Просвещения, немецкой классической философии, европейской классической политэкономии.

Джон Локк (1632-1704), которого называют родоначальником либерализма, впервые разделил такие понятия, как «личность», «общество» и «государство», поставил личность выше общества и государства. Государство рассматривалось им как инструмент обеспечения свободы граждан и защиты их естественных прав.

Суверенитет народа, согласно Дж.Локку, выше суверенитета создаваемого им государства. Если власть нарушит общественный договор и станет неприемлемой для большинства народа, для возвращения на путь свободы правомерно восстание.

Дж. Локк впервые выдвинул идею разделения власти на законодательную, исполнительную (она же судебная) и федеративну, ведающую межгосударственными отношениями. Это, по его мнению, способно предотвратить деспотическое использование власти. Наиболее значимой Дж.Локк считал законодательную власть, определяющую политику государства.

В рамках либеральной традиции политической мысли у Шарля Монтескье (1689-1755) две основные заслуги.

Первая – это разработка теории разделения властей на законодательную. исполнительную и судебную. Потребность в разделении властей он выводил из самой природы человека, из его склонности к злоупотреблению властью. Различные ветви власти должны взаимно сдерживать друг друга, предотвращая произвол.

Дальнейшее развитие событий показало, что принцип разделения властей нигде в полной мере не был реализован. Стало очевидным, что суд по своему влиянию уступает двум другим ветвям власти, поскольку нормы его деятельности определяются не им, а законодательной властью. Кроме того, назначение членов высших судебных инстанций осуществляется президентами и парламент, что ограничивает независимость судей.

Вторая заслуга Ш.Монтескье – это разработка проблемы факторов, определяющих «образ правления». В главном его труде «О духе законов» обосновывается идея географической детерминированности развития общества, зависимости нравственного облика каждого народа и характера законов от физических факторов – климата, почвы, рельефа местности, величины территории. Большое значение Ш.Монтескье придавал и обратному влиянию политического фактора, прежде всего фомы государственности, на географическую среду. Стремление раскрыть связь между различными факторами общественного развития было весьма плодотворным.

Логическим продолжением демократического наследия европейского Просвещения явились идеи американских мыслителей Бенджамина Франклина (1706-1790). Джона Адамса (1735-1826), Томаса Джефферсона (1743-1826), Джеймса Медисона (1751-1836). Александра Гамильтона (1755 или 1757-1804).

Многие из выдвинутых ими идейных принципов и постулатов формировались как политические требования в ходе борьбы Соединенных Штатов за независимость, а затем были закреплены в конституционных документах. К числу важнейших из них, вошедших в фундамент современной политической и правовой науки, относятся следующие: все люди от природы свободны, независимы и обладают неотчуждаемыми правами – на жизнь, свободу, стремление к счастью; право народа на политическое самоопределение и независимое существование; право народа сменить правительство, которое не отвечает своему назначению – обеспечивать достижение всеобщего счастья и безопасности; дополнение идеи разделения властей идеей создания системы сдержек и противовесов, обеспечивающих равновесие между ветвями власти; идея судебного надзора за конституционностью принимаемых законов.

Существенный вклад в обоснование идеологии либерализма внесли немецкие ученые Иммануил Кант (1724-1804) и Георг Гегель (1770-1831).

Иммануил Кант отстаивал идею автономии личности. Важнейшим принципом его политической теории является положение об абсолютной ценности каждого человека и недопустимости его превращения в орудие достижения чьих-то целей. Этот нравственный по своей сути принцип он назвал «категорическим императивом» и считал, что им должны руководствоваться все люди.

И.Кант являлся сторонником договорной теории государства, развивал идею правового ограничения государственной власти. Политика рассматривалась им как гармония цели и средств.

Значительное внимание И.Кант уделял проблемам международных отношений. В трактате «К вечному миру» разработан гуманистический проект создания всеохватывающей федерации равноправных государств, отвергающих войны, мир характеризуется как «высшее политическое благо». Обеспечение мира связывалось с воспитанием и просвещением народов, моральным прогрессом человечества, осуждением войн и воинствующих политиков.

Георгу Гегелю принадлежит заслуга разработки и разграничения категорий «гражданское общество» и «правовое государство». Он создал основы теории групповых интересов, которые рассматривал как базу гражданского общества.

Дальнейшее развитие идеи либерализма получили в работах французского ученого Алексиса де Токвиля (1805 – 1859), англичан Иеремии Бентама (1748 – 1832) и Джона Стюарта Милля (1806 – 1873).

Алексис де Токвиль внес существенный вклад в разработку теории и истории демократии. В книге «О демократии в Америке» он показал, что именно демократия, идущая на смену аристократии, способна обеспечить максимум свободы и возможностей для развития личности, для роста благосостояния большинства граждан.

В то же время А.Токвиль показал противоречивый характер процесса утверждения демократии, выявил его негативные последствия: демократия, во-первых, не гарантирует народу самое искусное правительство и. во-вторых, создает опасность тирании большинства. Вместе с тем, по его мнению, демократия благодаря своим уникальным достоинствам сама в состоянии нейтрализовывать собственные недостатки.

А. де Токвиль полагал, что власть большинства должна заканчиваться там, где начинаются права личности и права меньшинства. Для предотвращения деспотизма большинства он считал важным расширять непосредственное участие населения в управлении, создавать различные добровольные ассоциации граждан, суды присяжных.

К середине Х1Х века выяснилось, что поддерживавшийся либералами капитализм способствовал не только расширению свободы, но и усилению эксплуатации. Поэтому либеральная мысль стала больше ориентироваться на социальные проблемы, на принцип пользы с целью достижения счастья.

Идеолог английской либеральной буржуазии Иеремия Бентам разработал теорию утилитаризма и с ее помощью обосновал программу демократизации политических и правовых институтов, обеспечения политической свободы. Задача государства, по И.Бентаму, состоит в том, чтобы на основе принципа пользы обеспечить «наибольшее счастье для наибольшего числа людей». Эта цель может быть достигнута благодаря свободной конкуренции и частнособственнической инициативе, невмешательству государства в экономику и демократизации государственно-правовых институтов.

Либеральные идеи Нового времени отражены в политическом учении Джона Стюарта Милля, английского утилитариста и поборника равноправия. Согласно Дж.Миллю, либеральные свободы – это, во-первых, свобода мысли и мнений; во-вторых, свобода действия сообща с другими; в-третьих, свобода выбора жизненных целей. Он полагал, что угроза свободе индивида исходит как от тирании правительства, так и от тирании господствующего в стране общественного мнения.

Подобно А. де Токвилю, Дж. Милль искал пути преодоления тирании большинства. Чтобы предотвратить количественное возобладание невежд над образованными людьми, он предлагал создать такую избирательную систему, которая позволила бы последним голосовать в нескольких избирательных округах.

Социальный акцент политических воззрений Дж.Милля особенно проявился в его рассуждениях о роли государства. Государству следует не удовлетворяться пассивной ролью защиты граждан, а стремиться сделать своих подданных добрыми и просвещенными. Единственное правление, которое может удовлетворить наиболее острые социальные потребности людей, – это правление с участием всех людей. Будущее он представлял себе как общество кооперативов производителей, сохраняющее частную собственность, но без ее отрицательных сторон.

Таким образом, в мировоззренческий комплекс классического либерализма вошли представления о самоценности личности, ее свободе от групповых, классовых и национальных ограничений; идеи космополитизма, гуманизма, прогресса, демократизма.

В сфере политики либерализм основывается на признании прав человека, разделения законодательной, исполнительной и судебной власти, свободы выбора видов деятельности, свободы конкуренции. Все эти идеи составляют содержание концепции правового государства.

В экономической области основатели либерализма требовали отмены регламентации и ограничений со стороны государственной власти, простора для частной инициативы, максимально благоприятных условий для развертывания частного предпринимательства.

Ядро классического либерализма образуют следующие положения:

- абсолютная ценность человеческой личности и изначальное («от рождения») равенство всех людей;

- автономия индивидуальной воли;

- существование неотчуждаемых прав человека (на жизнь, свободу, собственность);

- договорный характер отношений между государством и индивидом;

- верховенство закона как инструмента социального контроля;

- ограничение объема и сфер деятельности государства;

- защищенность – прежде всего от государственного вмешательства – частной жизни человека и свобода его действий (в рамках закона) во всех сферах общественной жизни.

Основополагающие принципы либерализма постоянно уточняются в ходе общественного развития, но неизменной остается ориентация либералов на осуществление индивидуальной свободы. Сама природа этих принципов не позволяет превратить либерализм в догматическую систему, состоящую из раз и навсегда установленных норм и правил. Классик современного либерализма Людвиг фон Мизес писал по этому поводу: «Либерализм – это не законченная доктрина или застывшая догма. Наоборот, он является приложением учений наук к общественной жизни человека. И так же как экономическая наука, социология и философия не стояли на месте со времен Давида Юма, Адама Смита, Давида Рикардо, Иеремии Бентама и Вильгельма Гумбольта, доктрина либерализма сегодня отличается от того, чем она была в их эпоху, хотя ее фундаментальные принципы остались неизменными…»[1] .

Если в европейских странах принципы либерально-буржуазного устройства пробивали себе дорогу с трудом, преодолевая сопротивление со стороны феодально-аристократического государства, то в Соединенных Штатах они имели более широкую социальную базу (прежде всего торгово-промышленная буржуазия, многочисленное фермерство) и утверждались в сравнительно благоприятных условиях.

Формирование и развитие либеральной традиции в США протекало в процессе постоянной внутренней эволюции, включавшей, с одной стороны, напластование все новых идеологических компонентов, порождавшихся самим развитием американского общества, но при этом объединенных принципиальной общностью исходных принципов, а с другой – обособление устаревших идеологических фрагментов, приобретающих консервативную функцию и служивших основанием для формирования разновидностей консервативной идеологии 2 .

На всех этапах американской истории между либерализмом и консерватизмом сохранялся определенный консенсус в отношении некоторых наиболее общих представлений, касающихся американского общества, политических институтов, механизмов социального развития и т.д. Формированию такого консенсуса способствовала «гибкость» идеологических принципов американской либеральной традиции, которые, будучи изначально сформулированными в достаточно общей и абстрактной форме, допускали существенные разночтения и могли обслуживать различные социальные и политические силы.

2. Специфика неолиберализма

В конце Х1Х века либерализм подвергся существенной трансформации. Его ключевой принцип – свободной конкуренции производителей – уступил место признанию необходимости вмешательства государства в экономические и социальные процессы с целью предотвращения чрезмерной поляризации общества и в конечном счете – дестабилизации системы. Складывавшийся тип либерализма обозначался терминами «неолиберализм», «социальный либерализм» и «либерал-реформизм».

В США попытки найти выход из «великой депрессии» 1929- 1933 годов завершились расколом в либеральном лагере. Одни либералы продолжали отстаивать традиционные ценности свободного рынка и противились регулирующей роли государства, другие решительно требовали ограничения сферы действия рыночных механизмов и предпринимательского индивидуализма». «Новые либералы» подчеркивали необходимость активного вмешательства государства в экономику и сферу социальных отношений. Практическая реализация идей «нового либерализма» была связана с реформами Ф.Рузвельта, заложившими основы системы государственного регулирования экономики.

Тенденция расширения роли государства в управлении обществом получила дальнейшее развитие в годы Второй мировой войны и первые послевоенные десятилетия, особенно в рамках либерально-консервативного консенсуса. В 60- годы это нашло выражение в разработке новых программ в сферах образования, здравоохранения и социального обеспечения. Их реализация, как полагали либералы, позволит создать «общество благосостояния». Идеи социального регулирования лежали в основе программ «Новых рубежей» Д.Кеннеди и «Великого общества» Л.Джонсона.

В 60-70-х годах либерализму была свойственна ярко выраженная ориентация на интеграционные процессы в международных отношениях, отражавшая растущую взаимозависимость государств. Ими активно разрабатывалась и пропагандировалась концепция конвергенции двух общественных систем под влиянием научно-технической революции (Дж.Гэлбрейт, Р.Хейлбронер, Я.Тинберген и др.).

Выдвигались два варианта этой концепции. Первый предусматривал эволюцию социалистических стран к «западной демократии. Второй предполагал движение обеих систем к некоему обществу «интегрального типа».

Последующий ход событий, как известно, не подтвердил концепцию конвергенции. Одна из общественных систем - социалистическая прекратила существование, а другая динамично трансформируется в «постиндустриальное» и «информационное» общество. В направлении постиндустриализма развиваются и процессы модернизации в бывших социалистических странах.

Расчетам либералов на создание общества «всеобщего благосостояния» также не суждено было осуществиться. Хотя жизненный уровень населения и вырос, выявилась неспособность государства выполнить многочисленные социальные программы, удовлетворить растущие притязания граждан на обеспечение занятости, в области образования и медицинской помощи, различных форм вспомоществования. Широкое распространение получили технократические иллюзии о наступ

лении эры технических ответов на социальные вопросы. Строительство государства благосостояния вошло в противоречие с потребностями экономики в поощрении предпринимательской инициативы, поиске перспективных направлений технологического прогресса.

Этими обстоятельствами частично объясняется рост популярности консерватизма в 70-х годах и разрушение либерально-консервативного консенсуса. Вступление западного общества в фазу постиндустриализма и обострение глобальных проблем поставили либерализм перед необходимостью глубокого обновления.

Новый облик либерализма еще не сложился. Его становление идет по различным, во многом отрицающим друг друга курсам. С одной стороны, заметен акцент на проблемах равенства и справедливости, рационализации регулирующей роли государства. Либералы объявляют целью социальной политики оптимальное воспроизводство «человеческого капитала». Это предполагает преимущественное развитие системы переподготовки рабочей силы, а не увеличение пособий бедным и безработным, как в 60-е годы. С другой стороны, возрождаются антикейнсианские традиции, суть которых – в отрицании вмешательства государства в сферу экономики.

Неолибералы видят ошибку сторонников «саморегулирования» экономики в абсолютизации монетаризма Чикагской школы и игнорировании опыта социально-ориентированной экономики Германии. Они подчеркивают, что в нормально функционирующем обществе должны быть преодолены наиболее вопиющие виды неравенства, препятствующие свободному развитию каждого индивида и дестабилизирующие общество. Государство, по их мнению, только в том случае является социальным и правовым, если обеспечивает своих граждан экономическими средствами для достижения разумных целей.

Таким образом, основное различие неолиберализма и классического либерализма состоит в разном понимании общественной роли государства. Если классический либерализм выступал против вмешательства государства в экономическую жизнь, современные либералы отводят ему значительную роль в решении социально-экономических проблем.

Либерализм оказал значительное влияние на формирование одной из наиболее влиятельных школ в теории международных отношений – политического идеализма Она возникла как реакция части ученых и политиков на беспрецедентные по масштабу социальные бедствия, вызванные Первой мировой войной.

Базовые положения политического идеализма нашли отражение в 14 пунктах послевоенного урегулирования, сформулированных одним из создателей этой школы – профессором и президентом США Вудро Вильсоном. Им были продекларированы такие принципы, как отказ от тайной дипломатии; моральность внешнеполитической деятельности и дипломатии; сокращение вооружений до минимума, обеспечивающего национальную безопасность; создание международного органа, который гарантировал бы политическую независимость и территориальную целостность государств – такая организация была создана и носила название «Лиги Наций».

Идеалисты рассматривали мировую политику в рамках правовых и этических категорий, разрабатывали нормативные модели международных отношений, в реализации которых значительную роль играло бы свободно выражаемое общественное мнение, выступающее против войны и вызываемых ею социальных бедствий. Для их убеждений было характерно неприятие силовых средств как важнейшего регулятора международных отношений. Предпочтение отдавалось системе и институтам международного права.

Вместо баланса сил идеалисты предлагали иной механизм регулирования международных отношений – коллективную безопасность. Эта идея основывалась на том соображении, что все государства имеют общую цель – мир и безопасность, а нестабильность силового баланса и войны наносят огромный урон народам.

На идеях неолиберализма в 70 - 80 – х гг. сформировался глобалистский подход к международным отношениям. Неолиберализм исходит из того, что анализировать поведение государств следует с учетом не только национальных интересов, но и их участия в деятельности межгосударственных институтов, гармонизирующих международные отношения и влияющих на поведение самих государств. При этом особое внимание неолиберализм уделяет роли хозяйственного взаимодействия в мировом развитии. Универсальность демократии рассматривается неолибералами как важнейший фактор преодоления противоречий между государствами.

Взгляды глобалистов отражены в теории комплексной взаимозависимости , разработанной на основе неолиберальных принципов Робертом Кеохэйном и Джозефом Наем в исследованиях «Транснационализм в мировой политике» (1971) и «Мощь и взаимозависимость. Мировые политики в переходе» (1977). Согласно этой теории фактор силы утрачивает решающее воздействие на международные отношения, более эффективными средствами влияния становятся экономические, правовые и информационные механизмы. По мнению ученых, создаются условия для институционализации отношений между государственными и негосударственными акторами, которые открывают перспективу упорядочения международной среды.

В области внешней политики либералы внесли существенный вклад в разработку концепции «нового мирового порядка». В среде ученых и политиков либеральной ориентации во второй половине 80-х годов господствовало стремление к многостороннему сотрудничеству с СССР, а в настоящее время доминирует намерение максимально способствовать становлению демократии в государствах, являющихся его преемниками. Либералы – сторонники оказания им всемерного содействия в создании рыночной экономики, решении гуманитарных проблем, урегулировании межнациональных конфликтов.

В целом либерализм является доминирующим типом массового сознания в странах Запада. Его принципы и установки воплотились в важнейших политических институтах и получили специфическое проявление в основных идейно-политических течениях – от консерватизма до социал-демократии. Большинство либеральных партий объединены в Либеральный интернационал, созданный в 1947 году.

Некоторые известные ученые, констатируя заслуги либерализма в формировании облика современного мира, связывают будущее человечества с базовыми идеями именно этой идеологии. Так, американский исследователь Фрэнсис Фукуяма на рубеже 80-х и 90-х годов выдвинул дискуссионный тезис о якобы наступившем конце истории в результате победы либерализма над другими идеологиями. Этот тезис появился на волне эйфории по поводу эрозии марксистско-ленинских идей, распада социалистической системы, успехов постиндустриального развития на Западе.

Абсолютизация Ф.Фукуямой новых тенденций в международных отношениях и либеральной демократии в качестве базового принципа политической организации общества вызвала резонную критику концепции «конца истории». Последующее развитие событий вынудило ученого скорректировать свои взгляды с учетом происшедших перемен, признать наличие многочисленных угроз для самого существования человечества. В своих последних публикациях Ф.Фукуяма связывает надежды на формирование нового миропорядка с модернизаторской ролью Соединенных Штатов в глобальном масштабе, а условием ее выполнения считает признание американской элитой принципов коллективизма и многополярности.

Прогнозируемый Ф.Фукуямой миропорядок по своей сути является американоцентричным, поскольку идеи и принципы либеральной демократии нашли свое наиболее полное выражение в Соединенных Штатах и поддерживаются ими.

На наш взгляд, Ф.Фукуяма прав в следующем: либерально-демократические принципы, прошедшие испытание временем в странах Европы и Америки, могут стать основой для общецивилизационного единства перед лицом глобальных проблем, для формирования демократического миропорядка.

Подводя итог вышеизложенному, можно сделать следующие выводы:

1. Исторический опыт свидетельтвует о том, что политические принципы либерализма эффективны только при условии их системного применения и с учетом социокультурной специфики стран и регионов

2. Либерализм претерпел эволюцию, в процессе которой он модифицировал свои идеи в соответствии с изменившимися конкретными условиями. Классический либерализм с его идеей свободы от вмешательства государства в экономическую и социальную жизнь уступил место неолиберализму, который отводит государству значительную роль в решении стоящих перед обществом проблем.

3. Либерализм и консерватизм сохраняют ведущие позиции благодаря тому, что в конкурентной борьбе сумели выработать качества открытых идеологий, учитывающих и интегрирующих интересы широких социальных слоев, способных обеспечивать национальный консенсус. Между этими идеологиями сложилось своеобразное «разделение труда» : функция неоконсерватизма заключается в высвобождении предпринимательской активности; функция же неолиберализма состоит в смягчении неравенства.

Контрольные вопросы

1. В каких исторических условиях сложился классический либерализм?

2. Охарактеризуйте вклад наиболее известных представителей либерализма в разработку этого направления политической мысли.

3. Назовите основные положения классического либерализма.

4.Как и по каким причинам произошла трансформация либерализм в конце ХХ века ?

5.Охарактеризуйте специфику неолиберализма и основные этапы его эволюции.

6. По каким направлениям осуществляется становление неолиберализма в условиях постиндустриализма?

7. Охарактеризуйте влияние либерализма на теорию международных отношений.

8. В чем заключается глобалистский подход неолибералов к международным отношениям?

9. Изложите содержание концепции «конца истории» Ф.Фукуямы и дайте ей оценку.

Рекомендуемая литература

Аваков А.В. Судьбы либерализма. 6-е изд., перераб., доп. М.: Консалтбанкир, 2000.

Алексеева Т.А. Либерализм как политическая идеология//Полития. 2000. №1.

Кара-Мурза А.А. Либерализм против хаоса (Основные интенции либеральной идеологии на Западе и в России) //Политическая наука в России: интеллектуальный поиск и реальность. Хрестоматия . Отв. ред.-сост. А.Д.Воскресенский. М.: МОНФ ИЦН и УП. 2000.

Классический французский либерализм. Сб. ст. Пер. с фр. М.: РОССПЭН, 2000.

Кравченко И.И. Либерализм: политика и идеология//Вопросы философии. 2006. №1.

Либеральный консерватизм: история и современность. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. М.: РОССПЭН, 2001.

Макаренко В.П. Либеральная парадигма: от ночного сторожа к ограниченному суверенитету //Вестн. МГУ. Серия 18. Социология и политология. 2002. №4.

Мизес Людвиг фон. Либерализм в классической традиции / Пер. с англ. А.В.Куряева. М.: Издательство «Экономика». 2001.

О свободе. Антология западноевропейской классической либеральной мысли/ Отв. ред. М. А.Абрамов. М.: Наука. 1995.

Поппер Карл Раймунд. Открытое общество и его враги. В 2-х тт. М.: Феникс, 1992.

Постзападная цивилизация. Либерализм: прошлое, настоящее и будущее / Под ред. С.Н.Юшенкова. М.: Новый фактор. 2002.

Рормозер Г. Кризис либерализма: Пер. с нем. М.: ИФ РАН. 1996.

Современный либерализм: Ролз, Бёрлин, Дворкин, Кимлика, Сэндел, Тейлор , Уолдрон. Сб. ст. М.: Прогресс-Традиция. 1998.

Фукуяма Ф. Конец истории? //США - Канада: экономика, политика, идеология. 1990. №5.

Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. Пер. с англ. М.: Издательство АСТ. 2004.

Фукуяма Ф. Сильное государство. Управление и мировой порядок в ХХ1 веке. Пер. с англ. М.Издательство АСТ. 2006.

Хайек Ф. Дорога к рабству. М., 2005.

Харц Л.Либеральная традиция в Америке. Пер. с англ. М.: Прогресс-Академия. 1993.

Цыганков П.А. Теория международных отношений: учеб. пособие. М.: ГАРДАРИКИ. 2006. Гл.4,5.

Честнейшин Н.В. Консерватизм и либерализм: тождество и различие //Полис. 2006. №4.

Шапиро И. Введение в типологию либерализма//Полис. 1994. №3.

111.ЛИБЕРАЛИЗМ В РОССИИ

1.Эволюция русского либерализма

Русский либерализм - оригинальный феномен, основывающийся на отечественных духовном опыте и традициях. По своему происхождению он связан с появлением ростков буржуазной цивилизации и был адекватной формой выражения этого процесса.

В России социальную базу либерализма как идеологического, а затем и политического течения составляли помещики, переходившие к капиталистическим приемам хозяйствования, дворянская и буржуазная интеллигенция. Становление либерализма прошло ряд этапов и было прервано Октябрьской революцией.

Зарождение дворянского либерализма относится к 60-м годам ХУ111 в. – началу Х1Х века (идеи просветительства, критика крепостничества и самодержавия, проекты ограничения абсолютизма). Существенное влияние на его становление оказали опыт и идеи либерализма Западной Европы.

Уже во второй половине ХУ111 века в трудах Семена Ефимовича Десницкого (ок.1740 – 1789), Якова Павловича Козельского (ок.1728 – ок.1794), Николая Ивановича Новикова (1744 – 1818) и других осуждалось крепостное право, защищались свобода, просвещение и самоуправление. Эти мыслители, не требуя прямой отмены крепостничества и ликвидации самодержавия, предлагали дворянству приемлемые пути их преобразования, в частности ограничение продажи крестьян и власти монарха представительным органом (Сенатом), укрепление законности.

В первой половине Х1Х века либеральная мысль нашла свое выражение прежде всего в программе общественных преобразований Михаила Михайловича Сперанского (1772 – 1839). Ближайший помощник Александра 1 и Николая 1, он пытался приспособить к самодержавной форме правления принцип разделения властей, обеспечить гибкость и оперативность государственного механизма, его подотчетность сословиям. Предлагавшиеся им реформы предусматривали некоторую трансформацию самодержавия и прежде всего его самоограничение. Эта главная проблема так и не была решена в Х1Х веке.

Теоретические положения классического либерализма использовались дворянскими революционерами декабристами. В обосновании своего протеста против самодержавия они исходили из теории естественного права, и прежде всего права каждого человека на жизнь, свободу, собственность, равенство перед законом. Кроме того, они предлагали использовать принцип разделения властей при формировании институтов государственной власти.

В дооктябрьский период либерализм в России был представлен несколькими направлениями (консервативный либерализм, «новый» либерализм).

Сущность консервативного либерализма – в синтезе основных идей классического либерализма (права и свободы личности, реформаторство) и консерватизма (сильная власть порядок и стабильность, преемственность в развитии, приверженность религиозно-нравственным ценностям). Для обозначения этого синтеза как синоним используется понятие «либеральный консерватизм». Один из ведущих представителей этого направления П.Б.Струве полагал, что формула «либеральный консерватизм» возникает в «какой-то точке», где либерализм и консерватизм, конечно, сходятся…»1 .

Консервативный либерализм представлял собой программу деятельности умеренной интеллигенции в пореформенный период, стремившейся расширить и закрепить общественные преобразования путем диалога с властью, участия в земском самоуправлении и просвещении народа.

Основателем консервативного либерализма был профессор права Борис Николаевич Чичерин (1828 – 1904). Суть разработанной им концепции заключалась в синтезе принципов личной и общественной свободы с политическими традициями и нравственно-культурными началами народа.

Б.Н.Чичерин значительное внимание уделял проблеме корреляции гражданского общества и государства. По его мнению, необходимость независимого, автономного гражданского общества вытекает из природы человека как самоопределяющегося существа. Вместе с тем он указывал на взаимосвязь государства и гражданского общества, рассматривая гражданское общество как фундамент государства.

Б.Н.Чичерин развивал либеральные идеи правового государства, верховенства закона, ограничивающего любую власть. Однако он не разделял идею естественных и неотчуждаемых прав граждан, поскольку считал, что ее реализация может привести к анархии. По мнению Б.Н.Чичерина, права гражданам должно предоставлять государство.

Наиболее разумной формой правления для России Б.Н.Чичерин считал конституционную монархию, которая, как он полагал, способна гарантировать устойчивость и гибкость государственной власти. Это может быть достигнуто за счет ее рационального распределения между законодательными, правительственными и судебными учреждениями под эгидой монархии.

Весьма плодотворна мысль Б.Н.Чичерина о том, что обновлению политической жизни способствует принцип политического плюрализма. Огромную роль в этом процессе играет оппозиция, которая критикует власть и заставляет ее выполнять взятые обязательства. Политическая конкуренция способствует появлению наиболее одаренных политиков.

Б.Н.Чичерин отмечал и недостатки политического плюрализма. Партийная принадлежность делает мировосприятие людей односторонним, а постоянная политическая борьба ослабляет правительство. Стремление партий любой ценой получить поддержку населения вынуждает использовать такие методы борьбы, как ложь и клевета..

Видным представителем консервативного либерализма был Константин Дмитриевич Кавелин (1818 – 1885), крупный философ, историк и правовед. Его политический идеал – неограниченная монархия в соединении с эффективным местным самоуправлением. Он считал, что преждевременное введение конституции, ограничивающей власть монарха, могло бы привести к самовластию бюрократии и дворянства.

К.Д.Кавелин был приверженцем философии ненасилия, утверждал, что всякое насилие погибнет не под ударами другого насилия, а вследствие исчерпания своих внутренних принципов. Преодолеть социальное зло и несправедливость, с его точки зрения, можно лишь путем формирования общественного мнения и развития правосознания.

Известный мыслитель Петр Бернгардович Струве (1870 – 1944) в результате длительных творческих изысканий пришел к убеждению о приоритете религиозно-нравственных ценностей общества и личности. Исходя из принципов национально-консервативного либерализма, он обосновал необходимость создания правового государства в форме конституционной монархии. Согласно П.Б.Струве, новая русская государственность должна опираться на историческое прошлое страны, культурные традиции и творческую деятельность всех патриотических сил.

В вопросе о правах личности П.Б.Струве придавал первостепенное значение прежде всего гражданским правам. В этой связи он резко критиковал социализм, отрицающий право человека на частную собственность. Отрицание этого права ведет к подрыву принципа свободы и ответственности личности.

П.Б.Струве подчеркивал, что верит «в силу экономического развития на основе свободы и собственности»1 . Вместе с тем он поддерживал «идею разумного вмешательства государства в социально-экономические отношения» в интересах экономически слабых слоев населения, т.е. принцип социальной справедливости2 .

Консерватизм П.Б. Струве проявился в преувеличении роли государственного начала в общественной жизни. Он видел в государстве самостоятельную силу, возвышающуюся над обществом и осуществляющую те задачи, которые диктуются логикой его собственного развития. По его мнению, «именно государство есть как бы некая личность, у которой есть свой верховный закон бытия»3 . Этот закон усматривается в могуществе государства как главном мериле жизненных сил страны. Выше личности им ставится также национальное начало, которое, как и государство, носит сверхразумный и мистический характер4 .

Слабым местом в концепции П.Б.Струве была также недооценка роли демократии. В вопросе о соотношении законодательной и исполнительной власти в правовом государстве он явно преувеличивал роль последней. Прерогативы законодательной власти сводятся лишь к «соучастию в установлении бюджета» и других законов государства.

Таким образом, понимание П.Б.Струве природы государства и демократии находятся в явном противоречии с отстаиваемой им идеей правового государства.

В годы эмиграции П.Б.Струве была обоснована весьма продуктивная мысль о том, что для политического переустройства посткоммунистической России необходимо установление полудемократического режима, который, действуя в либеральном духе, ввел бы начала рыночной экономики и гражданского общества и тем самым подготовил население к широкому участию в политике. В том же духе высказывались отечественные философы И.Ильин и Г.Федотов. Впоследствии эту же идею выдвигали отечественные ученые И.Клямкин и А.Мигранян, писатель А.И.Солженицын.

В начале ХХ века либеральная политическая мысль приобрела новые черты. Своеобразие так называемого «нового» либерализма заключалось в том, что он формировался в обстановке резкой критики идеи правового государства со стороны леворадикальных и реакционных сил. Поэтому важнейшими задачами либеральных ученых и политиков были обоснование прогрессивной роли государства в истории человечества и защита основных принципов правового государства. Русские либералы рассматривали социальные права как часть естественных прав человека, настаивали на изменении фабричного законодательства, разрешении деятельности профсоюзов, создании системы государственного и общественного призрения нетрудоспособных и т.д. Эти проблемы нашли отражение в трудах выдающегося философа и правоведа Павла Ивановича Новгородцева (1866 – 1924), известных историков и социологов Богдана Александровича Кистяковского (1868 – 1918) и Николая Ивановича Кареева (1850 – 1931).

П.И.Новгородцев разработал концепцию социально-политических ценностей, включающую как основные ценности (свобода, равенство, солидарность), так и более конкретные ценности (правовое государство, народный суверенитет и др.).

Главной из наиболее общих ценностей П.И.Новгородцев считал свободу. Она понималась не в негативном аспекте – как отсутствие принуждения над человеком со стороны государства и других людей, а в позитивном – как «свобода при помощи государства», обеспечивающего гражданам возможность располагать надлежащими средствами (материальными и духовными) для эффективного участия в социально-политической деятельности.

П.И.Новгородцев идет дальше формального, юридического понимания равенства. Этот принцип означает для него не просто равенство всех перед законом, а создание для всех граждан общественных условий, благоприятствующих их развитию – обеспечения определенного уровня образования, материального достатка, охраны здоровья.

Принцип солидарности понимался П.И.Новгородцевым как согласие и добровольное сотрудничество людей в социально-политической сфере. Конкретными его проявлениями должны быть прежде всего согласие по поводу формы политического правления, основных направлений деятельности правительства и т.д.

Ценности свободы. равенства и солидарности представлялись П.И.Новгородцеву универсальными для всех эпох, но имеющими конкретно-историческое содержание.

П.И.Новгородцев отстаивал естественное право человека на выбор формы государственного устройства, рассматривал правовое государство как преграду для частного произвола. Он развивал идею социального государства, которое должно гарантировать индивиду достойное существование. При этом особо подчеркивалась значимость таких прав, как право на труд, социальное страхование, профессиональную организацию и личную свободу. П.И.Новгородцев был одним из основателей конституционно-демократической партии (кадетов).

Базовым принципом правового государства П.И.Новгородцев считал политический и идеологический плюрализм. Спор с противниками этого принципа, согласно П.И.Новгородцеву, является «спором не на жизнь, а на смерть». «Демократия,- писал он, - означает, возможно, полную свободу личности, свободу ее исканий, свободу состязания мнений и систем…» 1 .

Правовое государство П.И.Новгородцев не мыслил без разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную, уравновешивающих и контролирующих друг друга. Учение Ш.Монтескье о разделении властей он считал одним из наиболее существенных достижений политической мысли.

Значительное место в трудах П.И.Новгородцева занимает идея народного суверенитета, реализуемого через парламент, партии, референдумы, плебисциты и т.д. Парламент, полагал он, не может зеркально отражать волю народа, поскольку состоит из представителей групп и классов с отличающимися интересами. Поэтому власть должна искать приемлемые, компромиссные решения для основных субъектов политики. Партии рассматривались им как важное звено, соединяющие общество и государство.

Демократию П.И.Новгородцев считал невозможной без внепарламентской инициативы. «В последнем случае,- писал он,- всё определяется нравственными и умственными силами народа, но именно поэтому необходимо и важно для каждой способности открыть свободу проявления в политической области»2 .

Важная роль в механизме демократии П.И.Новгородцевым отводилась общественному мнению. Согласно П.И.Новгородцеву, оно особенно значимо при определении целей общества, но гораздо менее эффективно в определении средств достижения целей: «Это область, в которой требуется не только здравый смысл, присущий массам, но и техническая подготовка и специальные знания»3 .

П.И.Новгородцев высоко ценил заслугу выдающегося русского мыслителя Вл. Соловьева в защите и обосновании общечеловеческих морально-нравственных идеалов. В этой сфере он, с точки зрения П.И. Новгородцева, углублял и развивал западническую доктрину. «Поскольку западничество было именно доктриной, а не простым продуктом подражательности и заимствований,- отмечал П.И.Новгородцев,- оно вытекало из одного очень важного и глубокого догмата: из веры в существование общечеловеческих начал и общеобязательных идеалов. Отсюда его доверие к опыту Западной Европы, далее нас ушедшей вперед, но родственной нам по идеалам и стремлениям; отсюда его протесты против замкнутости и обособленности России. Вот этот догмат и привлекает Соловьева к западникам. То, что сам он использовал как требование вселенского единства и общечеловеческой солидарности, совпадало с основной верой западников"4 .

В целом П.И.Новгородцев был наиболее последовательным мыслителем либерально демократического направления в России начала ХХ века, превзошедшим своих выдающихся предшественников Б.Н.Чичерина и В.С.Соловьева. Многие его мысли весьма ценны и актуальны в условиях современных российских реалий.

По мнению другого известного представителя «нового либерализма» Б.А.Кистяковского, в правовом государстве власть будет формироваться на основе всеобщего и равного избирательного права, народного представительства, а высокая политическая культура облегчит урегулирование социальных конфликтов. Как и П.И.Новгородцев, Б.А.Кистяковский был сторонником идеи социального государства, ставящего своей целью обеспечение права граждан на достойное существование.

Однако Б.А.Кистяковский не был в полном смысле либеральным мыслителем, поскольку высшей степенью развития правового государства считал государство социалистическое. Перерастание правового государства в социалистическую стадию мыслилось через преобразования в экономике и социальной сфере. В экономике анархия хозяйственной жизни, присущая капиталистическому производству, должна быть заменена «организованностью производства, характеризующей социалистический строй»1 . В систему прав человека он предлагал включить социально-экономические права, способные радикально улучшить положение социума, - право на труд (понимаемое как право пользоваться землей и другими средствами производства); право на развитие всех способностей; право на участие во всех материальных и духовных благах2 .

Ограниченность концепции Б.А.Кистяковского состояла в попытке совместить либерализм в политике с социализмом в экономике. Общество, где отсутствуют частная собственность на средства производства и рыночное хозяйство, по своей природе не может быть подлинно либеральным.

Согласно Н.И.Карееву, культурно-исторический смысл государственности заключается в последовательном расширении сферы общественного сотрудничества и ограничении области социальных конфликтов. Причины революции он видел в нерешенности общественных проблем, а сами революции сравнивал с бурями и грозами в природе, острым заболеванием в организме.

Н.И.Кареев пророчески предупреждал об основных опасностях революций. Движение, начавшееся под лозунгом свободы, может привести к новой диктатуре. После революции зачастую возникают прежние властные отношения под новыми лозунгами, а общие цели революций уступают место индивидуальным вожделениям.

Идеи либерализма лежали в основе программы партии кадетов, которая объединяла в своих рядах цвет интеллигенции, мечтавшей о радикальном преобразовании России парламентским путем, на базе общечеловечеких ценностей. Кадеты последовательно выступали за разделение властей, за создание фундамента гражданского общества и правового государства. В области внешней политики они предусматривали преимущественную ориентацию страны на западные демократии.

Идеи либеральных реформ, осуществляемых сильной государственной властью, определяли политический курс П.А.Столыпина. В частности, он предпринимал попытку с помощью государства превратить крестьян в частных собственников, создав тем самым условия для модернизации страны.

Таким образом, в период между 1861 и 1917 годами либерализм выражал стремление буржуазии в ликвидации сословных привилегий, преобразованию абсолютизма в конституционно-парламентскую монархию, утверждению правового строя. Либеральные теоретики делали акцент на идентичности путей развития России и Западной Европы, единстве исторического процесса. Будучи эволюционистами, они являлись категорическими противниками социальных переворотов, считали их аномалиями в жизни общества.

Историческая драма либерализма заключалась в том, что это течение не имело широкой социальной базы и являлось помехой для своих радикальных и консервативных противников, стремившихся к столкновению. Призывы либералов к диалогу не были услышаны, и страна оказалась ввергнутой в гражданскую войну. В годы гражданской войны либерально-буржуазные партии участвовали в вооруженной борьбе против большевиков. После ее окончания наиболее известные либералы (П.Б.Струве, М.И.Туган-Барановский и др.), находясь в эмиграции, сначала возлагали надежды на капиталистическую трансформацию СССР в ходе новой экономической политики, а затем были аналитиками и критиками утверждавшегося тоталитаризма.

Русскими либералами были высказаны глубокие суждения о причинах происшедшей революции и перспективах страны. Так, С. Л. Франк считал, что социализм привлек народ не своим положительным идеалом, а силой неприятия старого порядка, не тем, к чему он стремился, а тем, против чего он восставал 1 . П.И.Новгородцев констатировал кризис демократической идеи в России, имея ввиду неприменимость либеральной демократии в случае свержения большевизма. Российское общество расценивалось им как неготовое к демократии ни в социально-экономическом, ни в культурном отношениях 2 .

В вышедшей в 1917 г. брошюре «Политическая свобода и социализм» Сергей Иосифович Гессен развивал идеи либерального социализма. Главной ценностью такого социализма он считал право, которое позволило бы обуздать капиталистическую эксплуатацию, ограничить получение прибыли и осуществить перераспределение собственности на средства производства между социальными группами – производственными объединениями типа гильдий, потребительскими кооперативами и т.д. Перестройка в экономической сфере будет способствовать удовлетворению потребности людей и изменит роль государства, которое превратится в посредника между общественными союзами, координируя их деятельность, предотвращая и разрешая конфликты между ними, т.е. выражая интересы социума. Ограничение государства координирующими функциями «есть не что иное, как до своего логического конца идущее пронизание государства правом»1 .

В целом концепция С.И.Гессена близка к идеям гильдейского социализма, которые будут рассмотрены ниже. Отсутствие частной собственности и рынка, в максимальной степени стимулирующих экономическую инициативу людей, исключает возможность создания эффективной экономики, перестройки социальной и политической структуры общества на принципах либерализма.

Ход истории в ХХ веке позволяет сделать вывод о правоте выдвигавшейся либералами идеи буржуазно-демократических реформ в рамках конституционной монархии как этапа на пути России к правовому государству.

2. Современный либерализм

В советский период отечественной истории официальная позиция властей по отношению к либерализму состояла в замалчивании и резко отрицательной оценке его «буржуазности». В массовом сознании слово «либерализм» приобрело негативный смысл и под влиянием ленинских статей с оскорбительной критикой либералов. Вместе с тем даже во времена тоталитарного режима либеральные ценности имели стойких и мужественных поборников в среде русской эмиграции, отечественных диссидентов и правозащитников.

В отсутствие рынка и правового государства либеральные ориентации российских граждан длительное время являлись фактором преимущественно духовного порядка, стилем мышления. Они были свойственны прежде всего элитным группам, профессионально сочетавшим высокий уровень образования с необходимостью принятия ответственных решений, с многообразием общественных контактов.

Существенную роль в распространении в СССР советского либерализма сыграли «шестидесятники», чье мировоззрение сформировалось в период «хрущевской оттепели». Во второй половине 80-х гг. они выступили инициаторами модернизации, преобразовавшей советский либерализм сначала в либерально-демократический социализм, а затем и в либеральную демократию.

Освоению либеральных принципов существенно способствовал горбачевский курс реформ, ориентированный на соединение социализма с демократией. Демократизация включала не только собственно демократические меры (введение альтернативныз выборов, разделение властей, отмена цензуры), но и ряд либеральных идей (естественные и неотъемлемые права человека, рыночная конкуренция, гражданское общество).

Сформулированная М.С.Горбачевым и его окружением концепция «универсальных», «общечеловеческих ценностей» по существу являлась отечественным вариантом теории конвергенции капитализма и социализма, выдвинутой западными либералами в 60-х годах. Как известно, создатели этой теории прогнозировали усвоение капитализмом и социализмом лучших черт друг друга и постепенную их трансформацию в «единое индустриальное общество».

В целом идейно-политическая концепция перестройки эволюционировала из демократической в либерально-демократическую, прокладывавшую путь к вестернизации российского общества, т.е. внедрению моделей и механизмов, функционировавших на Западе. В 1991 г. либеральная демократия окончательно сменила демократический социализм в качестве основного направления модернизации России.

В 1990-91 гг. либерализм добился «массового» успеха в России, выполняя роль «идеологии антикоммунизма». Представляется, однако, что этот успех скорее был вызван охватившим общество эмоциональным подъемом, сопутствовавшим крушению «реального социализма». Либеральная риторика присутствовала в высказываниях политических деятелей и программах политических течений различной ориентации (классический пример – название «либерально-демократической партии СССР», созданной в марте 199О г.).

Однако в этот же период сформировались те черты отечественного либерализма, которые послужили причинами неуклонного снижения его влияния. Главными из них оказались умозрительное копирование западной модели общественного устройства, причем преимущественно периода ее становления; недооценка проблемы адаптации принципов либерализма к российским условиям.

Определенную роль в укоренении этих черт в российском либерализме сыграло отсутствие сколько-нибудь длительного философско-теоретического и идеологического его вызревания. В течение нескольких десятилетий либеральная традиция по существу была прервана и возобновилась в конце 80-х – начале 90-х гг. в форме политико-публицистической атаки на тоталитаризм. При этом практически полностью были проигнорированы высшие достижения российского дооктябрьского либерализма. Эволюция выдающихся либералов Б.Н.Чичерина, К.Д.Кавелина, П.Н.Милюкова и др. заключала в себе важные уроки, которые помогли бы современным либералам избежать многих просчетов и издержек.

Одна из главных тенденций дооктябрьского российского либерализма состояла в том, что он последовательно оформлялся в социал-либерализм, отторгавший идею невмешательства государства в общественное развитие и культивировавший принцип взаимных обязательств индивидов, классов и государства по отношению друг к другу. Эта тенденция в условиях 90-х гг. не была принята во внимание и не нашла отражения в практической политике.

Российскими либералами не был должным образом учтен опыт ведущего течения западного либерализма ХХ века - неолиберализма, ассоциирующегося с именами Дж.Кейнса, Ф.Д.Рузвельта, Дж.Гэлбрейта и синтезирующего в себе индивидуализм, демократию и социал-реформизм.

Один из его уроков касается проблемы взаимоотношений между индивидом и обществом. Неолибералы отвергли постулат либерализма предшествующих веков о том, что индивидуальные интересы в условиях свободы автоматически удовлетворяют общий интерес. На самом деле, по их мнению, в режиме «естественной свободы» врожденный эгоизм не в состоянии обуздать даже лучшие представители человеческого рода. Поэтому, руководствуясь интересами всех классов и принципами гуманизма, государство и гражданское общество обязаны разрабатывать и поддерживать «правила игры» в социальной сфере и экономике.

Другой урок западного либерализма касается взаимоотношений свободы и демократии. Отечественные либералы в подходе к этой проблеме по сути демонстрировали экономический детерминизм, когда доказывали, что экономическая свобода, рыночная конкуренция и частная собственность являются условиями и гарантами политической демократии. Такое представление является крайне упрощенным, поскольку демократия автоматически не вытекает из свободы частной собственности и рынка. В действительности корреляция между ними достаточно сложна: чрезмерное проявление экономической свободы может наносить ущерб демократии и наоборот. Западный либерализм ХХ века рассматривает их как самостоятельные ценности и нацелен на поиск оптимальной меры в их взаимодействии.

Следующий урок либерального реформирования 90-х годов касался проблемы участия государства в регулировании социальной сферы. Уравнительности социалистической системы либералы противопоставили идею «равенства стартовых возможностей», исходя из того, что государственное вмешательство, направленное на выравнивание условий существования индивидов, порочно и антилиберально. По их мнению, каждый человек должен получить то, что заслуживает в силу своих индивидуальных качеств.

С позиций западного либерализма подобный подход является анахронизмом. Простое отстранение государства от участия в развитии социальных отношений отнюдь не обеспечивает « равенства возможностей», поскольку «стартовые возможности» будут определяться прежде всего социальным происхождением и материальным положением индивидов. По этой причине государство обязано обеспечить условия для реализации индивидуальных способностей тех социальных групп, которые в силу различных причин лишены доступа к таким жизненно важным сферам, как образование и медицинское обслуживание.

Одной из главных ошибок реформаторов 90-х гг. была недооценка просветительской деятельности по распространению либеральных идей, которой классики либерализма придавали первостепенное значение. Так, Людвиг фон Мизес важнейшей задачей либералов считал «убеждение сограждан в необходимости принятия либеральной программы»1 .

Сохраняет свою актуальность критика Людвиг фон Мизесом либералов за пренебрежение просветительством: «Либералы придерживались мнения, что все люди обладают интеллектуальной способностью правильно трактовать трудные проблемы социального сотрудничества и действовать соответствующим образом. Они были настолько поражены ясностью и самоочевидностью аргументации, с помощью которой пришли к своим политическим идеям, что были просто не в состоянии понять, как это кому-то не удалось их осознать. Они так и не усвоили двух вещей: во-первых, массы не обладают способностью мыслить логически, во-вторых, по мнению большинства людей, даже если они и могут признать истину, кратковременная, пусть даже частичная выгода, которой можно воспользоваться сразу, представляется более значимой, чем постоянная глобальная выгода, которая должна быть отложена. Большинство людей не имеют интеллектуальных способностей, необходимых для того, чтобы вдуматься в очень сложные в конечном счете проблемы социального сотрудничества, не говоря уже о том, что они не обладают силой воли и не могут пойти на временные жертвы, без которых невозможно социальное взаимодействие. Лозунги интервенционизма и социализма, особенно предложения о частичной экспроприации частной собственности, всегда находят восторженное одобрение среди масс, ожидающих получить от этого непосредственную и немедленную выгоду»1

Из вышеизложенного очевидно, что российскими либералами не были осмыслены важнейшие уроки либерализма, дилеммы и противоречия западной цивилизации.

При ретроспективном рассмотрении становится очевидной такая особенность российского либерализма как утопизм, выражавшийся в неадекватной оценке реального состояния общества и возможностей страны для воплощения западных образцов. С учетом этих факторов были неосуществимы планы быстрого и без ухудшения положения населения перевода экономики на рыночные рельсы, форсированной массовой фермеризации при отсутствии необходимых для этого производственно-технической базы и социокультурных предпосылок, создания среднего класса как основы социальной стабильности. Излишне оптимистическими оказались расчеты на переустройство в короткие сроки политической сферы – утверждение политического плюрализма, многопартийности, разделения властей и правовой государственности.

В ходе радикальных реформ восторжествовала обозначившаяся в период перестройки тенденция трансформации власти в собственность. Ее результатом стала замена номенклатурного социализма номенклатурным капитализмом. Относительно массовый и активный в больших городах слой квалифицированных бюджетников, составлявший социальную базу либерально-демократической волны, реформами был размыт и деморализован.

В целом вместо планировавшегося радикальными либералами создания американской или европейской модели общественного устройства утвердился причудливый симбиоз раннекапиталистической и латиноамериканской. Вместе с тем историческая роль радикал –либерализма не должна быть преуменьшена: он способствовал демонтажу тоталитарного режима, формированию основ рыночной экономики и политической системы, основанной на разделении властей и многопартийности; положил начало интеграции России в европейские и мировые экономические и политические структуры .

Реакцией общества на высокую социальную цену радикальной модернизации явился кризис доверия не только к власти, но и либерализму как идеологии, олицетворявшей реформы в глазах граждан. Драматичным следствием курса радикал-либералов стал рост влияния коммунистических и национал-патриотических идей и движений, поставивших под угрозу процесс становления демократии.

Начиная с 1993 г. в российском либерализме происходит важная качественная перемена – усиление позиций социал-либерализма как демократической альтернативы радикал-либерализму. Это идейно течение представлено прежде всего партией «Яблоко», возглавляемой Г.А.Явлинским.

Социал-либералы считают необходимым пересмотр вульгарных подходов к реформам, учитывая масштабы социального расслоения и диспропорций регионального развития страны, угрожающих ее целостности. Цивилизованное распределение национального дохода должно быть таким же приоритетом государственной политики, как и его рост.

Черты социал-либерализма наличествуют в программах и лозунгах «Единой России», «Справедливой России» и некоторых других партий и движений. Социал-либерализм опирается на широкие слои городского и сельского предпринимательства, интеллигенцию.

По мере формирования в России конкурентной среды либерализм обретает материальную базу и перестает быть фактором главным образом духовного порядка. В настоящее время он представлен в разных сферах. В сфере экономики – это свобода предпринимательства, внутренней и внешней торговли. В сфере политики – это либеральная конституция, общественная система и многопартийность. В сфере мировоззренческой – это идейный плюрализм, свободное распространение философских и религиозных взглядов. Социальная база отечественного либерализма – прежде всего высокообразованные, востребованные люди, жители столиц и мегаполисов, обладающие большими адаптационными ресурсами.

В политическом спектре России функционируют две либеральные партии - Союз правых сил и «Яблоко». Они - сторонники социально-ориентированного рыночного хозяйства, минимизации государственного вмешательства в экономику. Для них характерны приверженность общечеловеческим принципам политической демократии – разделению властей, многопартийности, обеспечению прав личности, независимости СМИ и пр. Разделяя эти принципы, либералы убеждены, что их дальнейшее распространение и укоренение в России возможно лишь на основе собственного опыта развития либерализма. В сфере внешней политики они выступают против имперских традиций, изоляционизма и конфронтационности, за интеграцию России в сообщество цивилизованных государств.

В либеральной среде популярен консерватизм как антитеза социализму. Слово «консерватизм» широко используется в программных документах «Союза правых сил» и «Яблока», правоцентристской «партии власти» - «Единой России».

Свою первоочередную задачу политическая партия «Союз правых сил» видит в упрочении и развитии институтов демократии и свободного рынка, распространении либеральных идей и ценностей среди всех слоев населения России, и в особенности среди тех, которые представляют собой социальную базу отечественного либерализма.

В начале ХХ1 века СПС представляются наиболее значимыми следующие проблемы:

- воспитание нового демократического гражданского сознания, основанного на понимании государства лишь как инструмента для реализации права граждан на достойную жизнь;

- формирование нового образа российского государства и нового патриотизма, источником которого была бы не ностальгия по великодержавию, а осознание свободы граждан как основы истинного величия страны;

- утверждение прав собственности как священных и неприкосновенных, необратимости правовых гарантий на эффективное предпринимательство;

- создание компактного и максимально эффективного «государства профессионального управления» и борьба с коррупцией, разъедающей социальный организм России;

- обеспечение верховенства закона и действенных гарантий прав человека;

- создание представительной всероссийской либеральной партии;

- преодоление монополизма в системе информации и коммуникаций;

- проведение поэтапных федеративных реформ путем постепенного выравнивания прав и обязанностей субъектов РФ при сохранении их регионального и этнокультурного своеобразия;

- обеспечение прав всех народов и этнических групп России на сохранение своей самобытной культуры, своего языка и традиционного образа жизни;

- полномасштабная либерализация рынка труда, обеспеченная законодательно закрепленной свободой перемещения трудовых ресурсов, эффективная защита прав наемных работников;

- скорейшее построение конкурентоспособной рыночной экономики, способной генерировать средства как для создания новых рабочих мест, так и для внедрения в производство надежных природоохранительных технологий;

- проведение общенациональной реформы образования, подчиненной логике долгосрочной глобальной конкурентоспособности экономики.

Цель Российской демократической партии «Яблоко» - демократическая, процветающая Россия, сильная страна, способная:

- сохранить свою целостность и единство;

- создать общедоступные системы образования и здравоохранения мирового уровня;

- сохранить и приумножить свою великую культуру;

- преодолеть глубокий экологический и демографический кризис;

- на равных конкурировать с ведущими странами мира;

- войти в качестве полноправного члена в Европейский Союз и другие экономические и оборонные европейские организации.

Ориентир Российской демократической партии «Яблоко» - общество равных возможностей, основанное на принципах социальной справедливости и социальной солидарности сильных и слабых. Важнейшее условие существования свободного общества в России она видит не только в расширении частной инициативы, но и создании развитой системы социальной поддержки.

Партия ставит своей задачей реабилитацию демократических ценностей в глазах большинства населения, формирование стабильного демократического порядка, включающего в себя правовое государство, рыночную экономику, гражданское общество, современную систему безопасности и постиндустриальную стратегию в рамках европейского развития.

Рассматривая устойчивую демократию как обязательное условие динамичного развития в ХХ1 веке, жизненно необходимое России, РДП считает, что в отсутствие развитых демократических институтов попытки правящей элиты установить авторитарную систему, обслуживающую интересы узкой группы лиц, приведут Россию к бюрократическому застою, необратимому отставанию и окончательному превращению в страну третьего мира.

РДП предлагает широкий круг мер с целью защиты демократических институтов, реализации в полном объеме прав и свобод граждан, формирования среднего класса как гаранта демократии, создания социального рынка, поддержания общественного порядка и оздоровления нравственного облика общества, преодоления экологического неблагополучия, обеспечения безопасности и борьбы с терроризмом, постиндустриальной модернизации страны.

Социал-либералы заявляют о своем российском патриотизме, но не таком, который ставит государство выше личности, ведет к разжиганию национальной розни и способен разрушить целостность страны, вызвать ее международную изоляцию Национальные интересы России они считают несовместимыми с имперскими мифами и шовинистической истерикой . Для них быть патриотом – означает работать на благо страны и ее граждан, а не произносить «красивые» слова, заниматься поиском внутренних и внешних врагов. Сохранение целостности страны в ее нынешних границах рассматривается как стратегическая задача нации в ХХ1 веке.

Будущее России либералы связывают с Европой и европейским путем развития, поскольку она является европейской страной в силу своей исторической судьбы, культурных традиций и географического положения. Они считают, что потенциал российской нации может раскрыться через призму творческого освоения ценностей европейской цивилизации, в формировании которых существенный вклад внесла великая русская культура. Европейский путь означает рост благосостояния российских граждан, приближение его к европейским стандартам через формирование в нашей стране социально-экономической, политической и экологической модели европейского типа, развитие российского законодательства в соответствии с принципами Совета Европы, это мощный импульс, который получит Россия от интеграции с Европейским Союзом. Такой интеграции, по мнению либералов, требуют интересы национальной безопасности страны - в условиях глобальных вызовов Россия и Европа смогут выжить только вместе.

В контексте продолжающегося поиска Россией новой идентичности представляется реалистичной и конструктивной позиция тех отечественных ученых либеральной ориентации, которые под ее интеграцией в западное общество понимают не физическое присоединение к тем или иным международным институтам, а создание внутри страны современных институтов постиндустриального общества, обеспечивающих ее конкурентоспособность. Они видят проблему не столько в закреплении России в составе Запада, а в закреплении внутри ее современных институтов, технологий и практик, превращения в «новый Запад». Такая интеграция не только не приведет к потере Россией своей идентичности, уподоблению США и Европейскому Союзу, а явится едва ли не единственно надежным способом укрепления международного статуса России1 .

Российские либералы заявляют о своей солидарности с международным либеральным сообществом в стремлении достойно встретить новые вызовы человечеству на пороге ХХ1 века. Они уверены в том, что выживание всех народов в наступившем столетии во многом зависит от того, насколько широкое распространение получат либеральные ценности.

Наиболее известные представители современного экспертного либерализма:

в области политической науки и международных отношений – А.Г.Арбатов, И.М.Бунин, Вл.Л.Иноземцев, А,А.Кара-Мурза, С.А.Караганов, И.М.Клямкин, С.А.Марков, А.Мигранян, В.А.Никонов, А.М.Салмин, Г.А.Сатаров , Д.В.Тренин, К.Г.Холодковский, Л.Ф.Шевцова, Ф.В.Шелов-Коведяев, В.Л.Шейнис;

экономики – Е.Т.Гайдар, А.Н.Илларионов, Г.А.Явлинский, Е.Г.Ясин;

правоведения – С.С.Алексеев, М.А.Краснов, А.В.Оболонский;

национальных отношений и федерализма – В.А.Тишков.

Развитие либеральной идеологии и обоснование принципов либеральной политики, соответствующей современным российским реалиям, является главной задачей созданного в 2000 г. фонда «Либеральная миссия». Фондом издаются публикации, проводятся обсуждения актуальных проблем российской и мировой политики, инициируются интернет-дискуссии с участием не только приверженцев либеральных взглядов, но и представителей иных политико-идеологических течений, в том числе открытых противников либерализма.

В публикациях «Либеральной миссии» отмечается, что диалог - неотъемлемая составляющая часть либерального дискурса, присущий именно ему способ публичного существования. Развитие диалогической культуры рассматривается фондом как одна из главных миссий либералов. При этом не ставится задача переубедить оппонентов, заставив их отказаться от своих убеждений. Проблема видится в ином: свои собственные идеалы и взгляды либералы могут осуществить лишь при условии укоренения в обществе диалогической культуры, позволяющей преодолеть непримиримость идеологических конфронтаций, достичь минимально необходимого общественного консенсуса в отношении базовых ценностей.

Наиболее известные исследования отечественных либералов, вышедшие в последнее годы, – работы Е.Т.Гайдара «Долгое время. Россия в современном мире: очерки экономической стратегии (М., 2005), Е.Г.Ясина «Новая эпоха – старые тревоги. Политическая экономия» (М., 2004) и «Приживется ли демократия в России» (М., 2006), Г.А.Явлинского «Перспективы России» (М.. 2006), «Стимулы и институты. Переход к рыночной экономике в России» (М., 2007), «После империи / Под общ. ред.И.М.Клямкина. М.,2007. Первая из этих книг претендует на роль своеобразного манифеста неолиберальной идеологии ХХ1 века. Исследования отечественных либералов представляют собой, на наш взгляд, важную часть интеллектуальной подготовки перехода России к правовому демократическому строю.

Мы разделяем точку зрения тех ученых, которые считают, что либерализм вновь становится актуальным для России в связи с необходимостью постиндустриальной модернизации страны, которая не может быть проведена авторитарным режимом1 . Такая модернизация требует развитой инновационной сферы, свободы бизнеса и его правовой защищенности. Именно либерализм с его упором на институты собственности и конкуренции способен повести Россию по пути модернизационных реформ, обеспечить необходимый технологический рывок в постиндустриализм.

При всех сложностях в становлении российского либерализма его долговременные перспективы представляются благоприятными. По мере укрепления буржуазных и средних слоев – носителей либерального сознания, формирования в российском обществе конкурентной среды, превращения России в один из соперничающих центров силы многополярного мира можно ожидать усиления влияния либерализма, расширения электората либеральных партий и обретения ими реальных шансов на политическое будущее.

Будущее либерализма в России отечественные и зарубежные исследователи связывают с формированием его новой, жизнеспособной разновидности, соответствующей современным условиям. Вместе с тем подчеркивается уместность обращения к невостребованным идеям русских либералов, сохраняющим актуальность.

Контрольные вопросы

1. К какому времени относится зарождение либерализма в России и что вам известно о его социальной базе?

2. Раскройте содержание либеральных идей М.М.Сперанского.

3. Охарактеризуйте консервативный либерализм.

4. Изложите идеи ведущих представителей консервативного либерализма. В чем их актуальность для современной России?

5. В чем заключается своеобразие «нового» либерализма?

6. Раскройте содержание основных идей ведущих представителей «нового» либерализма.

7. Какие идеи «нового» либерализма, с вашей точки зрения» актуальны для современной России?

8. Изложите основные особенности либерального социализма С.И.Гессена.

9. Каким группам советского общества были свойственны либеральные ориентации?

10. Какую эволюцию претерпела идейно-политическая концепция перестройки?

11.Когда и по каким причинам либеральные идеи получили широкое распространение в России?

12. Какие особенности отечественного либерализма ослабили его влияние?

13. Какие уроки западного либерализма не были приняты во внимание радикальными реформаторами?

14. В чем сущность социал-либерализма как альтернативы радикал-либерализму?

15.Назовите основные приоритеты российского либерализма в начале ХХ1 века и раскройте их содержание.

16.Кто из ведущих российских экспертов либеральной ориентации вам известен?

17. Каковы, с вашей точки зрения, перспективы либерализма в России?

Рекомендуемая литература

Ахиезер А., Клямкин И., Яковенко И. История России. М.: Новое издательство. 2005 (Исследования Фонда «Либеральная миссия»)

Власкин А.Г. Русские либералы (социальная философия либерального направления первой половины ХХ века). СПб.Изд-во СПб ГУЭФ. 2007.

Гайдар Е.Т. Долгое время. Россия в современном мире: очерки экономической стратегии. М.: Дело. 2005.

Гайдар Е.Т. Гибель империи. Уроки для современной России. М.: РОССПЭН. 2006.

Гессен С.И. Правовое государство и социализм // Избранные сочинения. М.: РОССПЭН. 1999.

Западники и националисты: возможен ли диалог? М.: Объединенное гуманитарное издательство. 2003.

Зайцева Т.И. В защиту русского либерализма//Полис. 2006. №1.

Кара-Мурза А.А. Либерализм против хаоса (Основные интенции либеральной идеологии на Западе и в России) //Политическая наука в России: интеллектуальный поиск и реальность. Хрестоматия Отв. ред.-сост. А.Д.Воскресенский. М.: МОНФ ИЦН и УП. 2000.

Козин Н.Г. Искушение либерализмом //Вопросы философии. 2006. №9.

Кистяковский Б.А. Философия и социология права. СПб.: РХГИ. 1998.

Леонтович В.В. История либерализма в России. 1762 – 1914. М.: «Русский путь». 1995.

Либерализм в России. Сборник статей. М.: РАН. Институт философии. 1996.

Либеральный консерватизм. История и современность. Материалы всероссийской научно-практической конференции. М.: РОССПЭН. 2001.

Макаренко Борис, Макаркин Алексей. Либералы / Мыслящая Россия : картография современных интеллектуальных направлений.Антология. Под ред. В.Куренного. М.: «Наследие Евразии». 2006.

Новгородцев П.И. Об общественном идеале М.: УРСС. 1991.

Новгородцев П.И. Введение в философию права. Кризис современного правосознания. М.: Наука. 1996.

Опыт русского либерализма. Антология. М.: Канон. 1997.

Российский либерализм: идеи и люди/Под общ. ред.А.А.Кара-Мурзы. М.: Новое издательство. 2004.

Согрин В.В. Политическая история современной России. 1985 – 2001: от Горбачева до Путина. М.: ИНФРАН-М: Весь мир. 2001.

Соловьев Э.Г. Внешнеполитические приоритеты либеральной России//Полис. 2005. №2.

Струве П.Б.Дневник политика. М.: «Русский путь». 2004.

Струве П.Б. Избранные сочинения. М.: РОССПЭН. 1999.

Франк С. Л. Русское мировоззрение.Сборник. СПб.: Наука. 1996.

Холодковский К. Конфликт «западничества» и «почвенничества» в контексте других линий размежевания //Мировая экономика и международные отношения. 2004. №6.

Тренин Д. Интеграция и идентичность: Россия как «новый» Запад. М.: Изд-во «Европа». 2006.

Чичерин Б.Н. Философия права. СПб.: Наука. 1998.

Явлинский Г.А. Перспективы России. М.: «ГАЛЛЕЯ-ПРИНТ». 2006.

Явлинский Г.А. Стимулы и институты. Переход к рыночно экономике в России. М., 2007.

Ясин Е.Г. Новая эпоха – новые тревоги. Политическая экономия. М.: Новое издательство. 2006.

Ясин Е.Г. Приживется ли демократия в России. 2-е изд., испр. М.: Новое издательство. 2006.

1У. ИДЕОЛОГИЯ КОНСЕРВАТИЗМА

1. Понятие и сущность консерватизма как идейно-политического течения

Термин «консерватизм», который дал название одному из наиболее влиятельных идейно-политических течений, произошел от английского слова “conserve” (сохраняю, охраняю). Первоначально этот термин употреблялся как обозначение идеологии феодально-аристократической реакции на французскую буржуазную революцию конца ХУ111 века. В Англии он получил официальное признание в 20-30-х годах Х1Х в. применительно к сторонникам партии тори, приверженцам существующих устоев. Примерно в это же время им начали пользоваться в Соединенных Штатах.

В научных исследованиях консерватизм трактуется как политическая идеология, ориентированная на сохранение и поддержание исторически сложившихся форм государственной и общественной жизни, в первую очередь ее морально-правовых основ, воплощенных в нации, религии, браке, семье, собственности1 .

Следуя концепции, предложенной К.Мангеймом2 , многие ученые понимают консерватизм как осознанный, теоретически аргументированный традиционализм. По мысли исследователя русского консерватизма В.А.Гусева, «консерватизм представляет собой тип политической мысли, политическую идеологию, главным систематизирующим принципом которых выступает принцип следования социальной традиции»3 . Сторонники такого подхода не без оснований полагают, что идеология консерватизма основывается на психологическом типе личности, которому присущи подчинение авторитету, ригидность мышления, антирационализм4 .

К числу основных ценностей консерватизма обычно относят необходимость социальной иерархии (ранжирование общества), признание несовершенства человеческой природы и вследствие этого обязательность цивилизующей роли церкви, семьи и школы; культ сильного государства; отрицание революционных переворотов и признание целесообразности осторожных изменений; приоритет целого (государства, народа, нации) над частью (сословием, индивидом); враждебность рационализму и индивидуализму1 .

Трудности в определении основного содержания консервативной идеологии порождаются и причинами, связанными с эволюцией этого идейного течения.

Во-первых, с течением времени произошла инверсия значений либерализма и консерватизма. Так, принципиальные положения классического либерализма – требования свободы, рынка и ограничения государственного вмешательства в экономику – сегодня рассматриваются как консервативные. В то же время идея централизованной регулирующей власти государства, ранее выдвигавшаяся консерваторами, стала важным компонентом либерального сознания.

Во-вторых, имеет место внутренняя гетерогенность идеологии консерватизма. Она включает разные направления, объединенные общей функцией – оправдания и стабилизации устоявшихся общественных структур. Носителями идеологии консерватизма являются социальные группы, слои и классы, заинтересованные в сохранении традиционных общественных порядков или в их восстановлении.

В консерватизме обычно выделяют три течения – традиционалистское, либертаристское и неоконсервативное (или либерал-консервативное)2 . Они взаимодействуют между собой, образуя сложноструктурное целое, обозначаемое понятием «современный консерватизм».

2.Традиционалистское течение

Традиционалистское течение было исторически первым, положившим начало консерватизму. Основатели этого идейного течения - англичанин Эдмунд Бёрк (1729-1797), французы Жозеф де Местр (1753-1821) и Луи де Бональд (1754-1840), по своей социально-классовой принадлежности выражавшие главным образом интересы феодально-аристократических кругов, потерпевших поражение во время Великой французской революции. Их труды и прежде всего вышедшая в 1790 г. книга Э.Бёрка «Размышления о революции во Франции» являлись реакцией вытесняемых с исторической арены классов и слоев на идеи Просвещения и французской буржуазной революции. Этим идеям противопоставлялись традиции, преемственность, эволюционность и порядок.

В трудах Э.Бёрка наличествуют две главные идеи, оказавшие влияние на развитие консерватизма: 1) традиционализм, в соответствии с которым политический строй понимается как продукт истории и передачи от поколения к поколению; 2) органицизм, согласно которому политическая мудрость состоит в постоянном изучении традиции и нравов.

Система воззрений основателей консерватизма основывалась, во-первых, на приоритете преемственности над инновациями; во-вторых, на признании незыблемости исторически сложившихся форм государственной и общественной жизни, воплощенных в нации, религии, морали, семье, собственности; в-третьих, на культивировании идеи ранжирования общества в противовес идее равенства. Эти принципы отрицали либеральный дух индивидуальной свободы, который, по мнению консерваторов, разрушал целостность человеческого сообщества.

Важное место в трудах этих мыслителей занимало понятие «традиционализм». В противоположность идеям Просвещения традиция получает у них приоритет над разумом, поскольку подчинение ей означает действие в соответствии с естественным ходом вещей и вековой мудростью.

Традиционализм должен определять содержание реформ, проведение которых не нарушало бы естественный ход вещей. При этом выделяются два основных вида реформ: реформы, направленные на восстановление традиционных прав и принципов, и превентивные реформы, нацеленные на предотвращение революций.

В вопросе о соотношении традиции и изменения Э.Берку принадлежит следующее суждение: «Государство, которое не в силах ничего изменить, не способно себя сохранить»1 . Иными словами, естественным пределом опоры на традицию, по мнению Э.Бёрка, выступает потребность в частичных изменениях ради поддержания жизнеспособности системы.

Э.Бёрк старался учитывать фактор изменений как нечто постоянное. Наилучшим средством сопротивления неожиданным вызовам ему представлялось опережение их путем своевременной адаптации к смене обстоятельств, т.е. исключение самой неожиданности.

У Жозефа де Местра тенденция к охранительности выражена сильнее, чем у Э.Бёрка. Если Э.Бёрк стремился опережать неожиданное развитие событий путем принятия превентивных мер, направленных на приспособление к смене обстоятельств, то для Ж.де Местра изменения ассоциировались с дискомфортом, потерями и страданиями, отражавшими его личные впечатления и опыт.

Жозеф де Местр и Луи де Бональд, классики аристократического консерватизма, отвергали республику и противопоставляли ей традицию и авторитет. Ядром политических взглядов Ж.де Местра явилась идея эквилибра, понимаемого как создание статического равновесия в политической и духовной жизни на базе теократии. Л.де Бональд не отдавал предпочтения ни светской, ни религиозной власти, выдвигая идею союза религиозного и политического общества.

С развитием модернизационных процессов, сокращением традиционных социальных групп и становлением основных классов индустриального общества консервативная идеология лишилась своего охранительного пафоса. На основе консервативной идеологической традиции формировались течения, которые ориентировались на разные модели политического поведения и представляли собой результат синтеза с либерализмом. К началу ХХ столетия объективные предпосылки существования традиционного консерватизма были в основном исчерпаны.

Наиболее известным представителем традиционного консерватизма в ХХ веке был американец Р.Керк. опубликовавший в 1953 г. книгу «Консервативное мышление». Развивая традиционалистские принципы, он утверждал, что в революционные эпохи люди часто увлекаются новизной, но затем устают от нее и тянутся к старым принципам. История трактуется как циклический процесс смены эпох. Период после Второй мировой войны оценивается как наиболее благоприятный для консерваторов. На них, по его мнению, легло бремя ответственности за судьбу христианской цивилизации, и они в силах справиться с этой задачей.

В публикациях Р.Керка утверждается, что поскольку природа человека неисправимо повреждена, мир нельзя улучшить посредством политической деятельности. Консерваторы-традиционалисты должны стремиться обеспечить широкий национальный консенсус, апеллируя к традиционным представлениям и предрассудкам, авторитету и религии. Социальную и экономическую проблематику следует переводить в религиозно-этическую плоскость.

В 80-е годы Р.Керк выделил следующие принципы традиционного консерватизма: вера в «закон и порядок» и убеждение в том, что экономика переходит в политику, политика в этику, этика в религиозные понятия. Взгляды Э.Бёрка охарактеризованы им как «главное русло консерватизма»1 .

Традиционалистские идеи оказали существенное влияние на программы и платформы многих фундаменталистских групп и организаций, которые в 80-х гг. выступили в качестве движущей силы сдвига вправо в идейно-политической жизни США.

2.Либертаристское течение

В конце Х1Х – начале ХХ века в США и позднее в Европе возникла и становилась все более влиятельной либертаристская разновидность консерватизма. Она окончательно оформилась в первой половине ХХ века.

Либертаризм – экономоцентричное течение в современном консерватизме, которое наследовало классическую либеральную традицию ХУ111 – Х1Х веков. На этом основании некоторые ученые даже относят его к неолиберализму.

Либертаризм, по мнению его идеологов, призван, с одной стороны, развить идею индивидуальной свободы, сформировавшуюся в минувшие эпохи, а с другой – предотвратить дальнейшее распространение социалистических идей.

Концептуальные основы либертаристского консерватизма заложили Фридрих фон Хайек (1899 – 1992) и Людвиг фон Мизес (1881 – 1973). Работа австро-британского экономиста и философа Ф.Хайека «Дорога к рабству» (1944) по существу явилась манифестом либертаризма

Основатели либертаристского течения считали любую форму вмешательства в экономику неприемлемой и негативно относились к идее макроэкономического регулирования. В их представлении рыночная свобода, равно как свобода политическая, правовая и духовная, не может быть даже частично ограничена. В качестве естественной формы организации общества они рассматривали «спонтанный порядок»,т.е. возникающий в процессе естественного развития.

В начале своей научной деятельности Ф.Хайек активно занимался экономической теорией и был главным оппонентом экономиста Дж.Кейнса, выступавшего за государственное регулирование экономики как способ преодоления странами Запада «великой депрессии» рубежа 20 – 30-х годов ХХ века. Основная проблематика Ф.Хайека с середины 40-х годов – полемика с тоталитаризмом, к которому он относил социализм и социалистическую идеологию.

В работе «Дорога к рабству» (1944) Ф.Хайек доказывал принципиальную неосуществимость целей социализма ввиду несостоятельности централизованной системы управления, не соответствующей структуре производства и общественным потребностям. Реализация принципов планирования неизбежно приводит к тоталитаризму, поскольку невозможна без принудительных мер, свертывания законности, проникновения государства во все сферы общественной жизни. Главное преимущество рыночной экономики Ф.Хайек видел в способности рынка посредством механизма цен использовать такой объем информации, который не может быть обработан в интересах экономических агентов при централизованной системе планирования.

Рыночная экономика, по Ф.Хайеку, это сложная, спонтанно действующая система, возникающая в процессе эволюционного развития, а не за счет движения к некоей запрограммированной цели. Она функционирует благодаря соблюдению индивидами с различными интересами универсальных правил поведения.

Согласно Ф.Хайеку, общество с рыночной экономикой плюралистично и является открытым. Оно основывается на умении индивидов жить вместе и быть полезными друг другу даже при различии частных интересов и целей. Демократия является важнейшим средством обеспечения свободы.

Ведущие представители современного либертаризма – недавно скончавшийся глава Чикагской школы монетаризма Милтон Фридман, автор широко известной книги «Анархия, государство и утопия» (1975) и Роберт Нозик (1938). Они доказывают, что эрозия свободного предпринимательства, индивидуальной и семейной ответственности ведут к стагнации и бедности, что необходимо возрождение классической традиции индивидуализма и свободной рыночной экономики. По их мнению, источник многих нынешних проблем – в нарушении естественных, богом данных принципов свободного предпринимательства и рынка прежде всего со стороны государства.

Либертаристы отвергли тезис неолибералов о необходимости планирования и регулирования экономики в рамках государства всеобщего благоденствия. Они полагают, что усиление роли государственного сектора, программирование отдельных отраслей промышленности и т.п. подрывают естественный способ регуляции человеческой жизни.

Исходя из этой принципиальной позиции, либертаристы выступали за ограниченную социальную политику государства, которая позволяла бы лишь разряжать социальную напряженность; призывали правительства в реализации своих программ опираться исключительно на рынок. При этом они считают целесообразным переложить значительную часть ответственности за оказание помощи бедным на местные органы власти и такие общественные институты, как семья, церковь, школа, добровольная благотворительность со стороны богатых.

В вопросе о правах либертаристы отстаивают прежде всего естественные права человека – на жизнь свободу, частную собственность, т.е. так называемые «негативные права». По их мнению, марксисты и социал-демократы извратили подлинную концепцию прав человека, утвердив в сознании людей так называемые «позитивные права» - право на труд, отдых жилище, справедливую заработную плату и т.д. Социальное равенство, полагают либертаристы, лишено гуманистического смысла, поскольку провозглашает равенство условий, посягающее на право частной собственности, а не равенство возможностей.

Констатируя идентичность идей классического либерализма и современного либертаризма, следует иметь ввиду коренное отличие их социального содержания. Идеи классического либерализма сформировались в антифеодальной борьбе «третьего сословия» за свои права и свободы. Либертаризм же возник в иной ситуации, с одной стороны, монополизации экономики, а с другой – обретения государством социальных функций. Именно поэтому защита классических либеральных идеалов свободного рынка и конкуренции, интересов и привилегий групп, уходящих с исторической арены, имеет консервативный смысл.

4.Неоконсерватизм

Значительную роль в становлении постиндустриального общества сыграл неоконсерватихм, доминировавший в наиболее развитых странах с конца 70-х до начала 90-х годов ХХ века. Это идейно-политическое течение сочетает реализм в оценке внутренних и международных проблем с ориентацией на сохранение и укрепление традиционных общественных ценностей.

Разработкой неоконсервативных идей в США занимались И.Кристол и Н.Подгорец, которых нередко называют «крестными отцами» неоконсерватизма, Д.Белл, С.Липсет, С. Хантингтон и др.; в ФРГ – Г.Кальтенбруннер; во Франции – А.Бенуа и П.Вьяль. В США наиболее известные неоконсервативные идеологи вышли из либеральных кругов, близких к демократической партии. Европейский консерватизм также имеет либеральные корни.

В 80-х гг. минувшего века неоконсервативными идеями руководствовались известные политические деятели Р.Рейган, Дж.Буш (отец), М.Тэтчер, Г.Коль. Эти идеи во многом определяют военно-политическую стратегию администрации Дж. Буша (сына). Приверженность неоконсерватизму неоднократно демонстрировали вице-президент Р.Чейни и бывший министр обороны Д.Рамсфелд. В течение ряда лет неоконсерваторы были представлены во власти заместителем последнего П.Вулфовицем.

Суть нынешней внешнеполитической программы неоконсерваторов состоит в том, что Соединенные Штаты призваны осуществлять «гуманную глобальную гегемонию» во всем мире в силу изначального превосходства своих моральных, культурных и политических ценностей. Эта гегемония должна устанавливаться как с помощью международных институтов (например, Международного Валютного фонда, и Всемирного банка), так и путем наращивания военного потенциала, укрепления военного превосходства и прямых военных акций.

В 70-80-х гг. неоконсерватизм отразил такие глубинные общественные процессы, как потребность экономики в ослаблении государственного регулирования и поощрении предпринимательской инициативы, в расширении сферы действия конкурентных рыночных начал. Возникновению неоконсерватизма способствовало углубление «кризиса веры», проявлявшегося в утрате гражданами готовности подчиняться законам и сдерживать эгоистические соблазны. «Сдвигу» в пользу неоконсерватизма способствовало неприятие частью элиты Запада радикальных движений социального протеста 60-70-х гг. - антивоенного, молодежного, феминистского и др., которые рассматривались как угроза общественной стабильности. Реакцией ряда общественных деятелей и идеологов на эти выступления были требования установления «сильной власти», ограничения демократии, применения решительных мер против протестующих.

По свое сути неоконсервативное течение близко к взглядам Ф.Хайека и Л.Мизеса. От либертаризма его отличает прагматичность, стремление выработать конкретные рекомендации для корректировки государственной политики. Как идеология и, особенно, как политика он синтезировал принципы либерализма (рынок, конкуренция, свободное предпринимательство и др.) с традиционными ценностями консерватизма (семья, культура, религия, мораль, порядок и пр.).

Обвинив либералов в переоценке возможностей социальной политики государства, в поощрении «революции растущих ожиданий», неоконсерваторы по-новому сформулировали модель отношений между индивидом и государством, гражданами и государством. В рамках этой модели индивид должен прежде всего рассчитывать на собственные силы и солидарность граждан, а государство должно обеспечивать ему жизненные условия на основе правопорядка, стабильности и преемственности.

В сфере международных отношений неоконсерватизм основывается на идеях влиятельной на Западе школы « политического реализма», отдавая предпочтение силовым методам разрешения конфликтных ситуаций, особенно на локальном уровне. В то же время ряд исследователей, в целом разделяющих неоконсервативные идеи, выступают против концепции «локальных войн», поскольку на практике трудно определись грань между «ограниченным» и «неограниченным» применением силы, способным создать угрозу самому существованию человечества.

Антиэтатистская стратегия неоконсерваторов привела к значительному сужению функций государства, существенной корректировке логики функционирования государственных институтов. «Разгрузив» государство от многих, прежде всего социально-экономических функций, которые оно взяло на себя в период функционирования кейнсианской модели, сократив государственный аппарат и повысив качество его деятельности, неоконсерваторы укрепили авторитет государства и его политическую роль. Заметное место в практике неоконсерваторов заняли вопросы местного самоуправления и региональной политической активности.

В экономике был сделан упор на развертывание предпринимательской инициативы и широкую конкуренцию, резкое снижение налогов с целью высвобождения сил свободного рынка. В основу социальной сферы были положены, с одной стороны, четко ограниченная и регулируемая государственная благотворительность для сравнительно ограниченного круга нуждающихся, с другой стороны – «самопомощь» основной части населения за счет их сбережений или через различные формы социального страхования.

Наряду с ограничением своего участия в регулировании экономики государство активно способствовало обновлению основных фондов производства, совершенствованию структуры капиталовложений, усилению финансирования перспективных отраслей, научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок (НИОКР).

Социальную базу неоконсерватизма составил «новый средний класс», заинтересованный во внедрении в экономику достижений научно-технической революции, и группировки так называемого «молодого капитала», сформировавшиеся в современных отраслях экономики – электронной, аэрокосмической, авиационной и др.

Неоконсерватизм доказал свою способность осуществлять весьма радикальные преобразования. умело используя традиции прошлого. Под его воздействием сформировалась динамичная модель общественного развития, ориентированная на уверенную в себе личность. Она основывается на саморегуляции и весьма устойчива к социальным катаклизмам. Такая модель отвечает потребностям перехода стран Запада от индустриального общества к постиндустриальному.

Реформы, осуществленные американскими неоконсерваторами в 80-е годы, во многом предопределили высокие темпы экономического и научно-технического развития Соединенных Штатов в 90-е годы. Беспрецедентный экономический подъем минувшего десятилетия позволил этой стране прирастить ВВП в параметрах, равных суммарному ВВП таких развитых государств, как Германия и Япония.

В области международных отношений неоконсерватизм эволюционировал к более широким и реалистичным позициям. Усилившиеся в нем к середине 80-х годов прагматические тенденции проявились в учете реалий взаимосвязанного и взаимозависимого мира, отказе от восприятия СССР и России как врагов, формировании партнерских отношений с ними.

В связи с возрастанием в современном обществе роли знаний и информации неоконсерваторы ориентируются главным образом на проблемы образования, культуры и качества жизни. Культура и духовность рассматриваются как базовые ценности для освоения новых технологий, сохранения природы.

При очевидных достижениях в экономической сфере неоконсерватизм не смог выработать адекватные подходы к решению ряда ключевых проблем перехода от индустриализма к постиндустриализму. Углубляется социальная дифференциация в странах Запада, потенциально чреватая социальными конфликтами. Увеличивается разрыв в уровнях жизни Севера и Юга, который сдерживает развитие международного разделения труда и расширение рынков наукоемкой продукции.

В обозримом будущем неоконсерватизм останется влиятельным идейно-политическим течением в странах Запада, возможно, в сочетании с либерально-социалистическими ценностями (права и свободы человека, демократия, социальная защита и т.д.).

Вышеизложенное позволяет сделать следующие обобщения

1. Консерватизм, возникнув в конце ХУ111 века как реакция на революции, ориентировался не на восстановление низвергнутых ими порядков, а на радикальные преобразования с опорой на традиции прошлого, на реформы, предотвращающие социальные катаклизмы.

2. При идейно-политическом доминировании неоконсерватизма произошла смена утратившей эффективность кейнсианской модели развития экономики и социальной сферы динамичной моделью, отвечавшей потребностям перехода от индустриального общества к постиндустриальному. Эта модель основывается на саморегуляции и обладает относительно высокой степенью устойчивости к социальным катаклизмам.

3. Примером экономического динамизма, сочетавшегося с внешнеполитической и военно-политической жесткостью, неоконсерватизм ускорил размывание устоев социализма. Во второй половине 80-х годов неоконсерваторы предприняли ряд конкретных шагов для утверждения в международных отношениях нового политического мышления.

4. С преодолением раскола мира на противоположные общественные системы неоконсервативная модель с ее отлаженным механизмом сочетания частной инициативы и общественного регулирования имеет общечеловеческое значение. Она дает ориентиры России, которые помогли бы ей занять достойное место в постиндустриальном мире.

Таким образом, современный консерватизм представляет собой

совокупность ориентаций и приоритетов в политической, экономической, социальной и духовной сферах. Представляется сложным определение границ основных направлений консерватизма. Очевидно, что различия между этими направлениями коренятся не столько в исходных установках, сколько в акцентировании тех или иных аспектов жизни общества.

Контрольные вопросы

1.В чем сущность консерватизма как идейно-политического течения и каковы его основные ценности?

2. Какие события способствовали возникновению идеологии консерватизма?

3. Какое идейное течение положило начало консерватизму?

4. Назовите мыслителей, сформулировавших базовые принципы консерватизма. Чьи интересы они выражали?

5. Изложите систему воззрений основателей консерватизма.

6. Когда и по каким причинам были исчерпаны объективные предпосылки традиционного консерватизма как идейно-политического течения?

7. Назовите наиболее известного представителя традиционного консерватизма в ХХ веке и изложите его идеи.

8. Кем были заложены концептуальные основы либертаризма?

9. Охарактеризуйте воззрения основателей либертаризма.

10. Сопоставьте идеи либертаризма и классического либерализма.

11. Кем и когда были разработаны идеи неоконсерватизма?

12. Какие общественные потребности отразил неоконсерватизм?

13. В чем состояла сущность антиэтатистской стратегии неоконсерваторов?

14. Охарактеризуйте неоконсервативную стратегию в области международных отношений.

15. Дайте обобщающую характеристику неоконсерватизма как идейно-политического течения.

Рекомендуемая литература

Алексеева Т.А. Современные политические теории. М.: Политея. 2000. Лекция 9.

Бёрк Э. Размышления о революции во Франции. М.: «Рудомино» 1993.

Бёрк Э. Правление, политика и общество. Сборник. Пер. с англ. М.: Канон-Пресс-Ц. 2002.

Бьюкенен Патрик Дж. Смерть Запада. Пер. с англ. М.: Аст. 2003.

Блинов В.В. Политико-психологический подход к изучению консерватизма: обоснование и структура анализа//Политико-психологический подход к изучению консерватизма: обоснование и структура анализа//Вестн. Моск. ун-та. Серия 12. Политические науки. 2007. №1.

Василенко Ю.В. Опыт типологии испанского консерватизма//Полис. 2005. №5.

Гарбузов В.Н., Богданов Д.Ю. Президент Буш и парадоксы сострадательного консерватизма//США – Канада: экономика, политика, культура. 2001. №8.

Галкин А.А. Консерватизм в прошлом, настоящем и будущем/ Размышления о политике и политической науке. М.: «Оверлей». 2004.

Григоров С.Г. Преодоление заданности. Размышления о консерватизме //Полис. 2000.№3.

Громовик В.Г. Консервативная идеология в современном мире. М.: РИЦ ИСПИ РАН. 2005. Глава 1.

Дегтярева М.И. Традиция: модель или перспектива? Жозеф де Местр и Эдмунд Бёрк //Полис. 2003. №5.

Керк Р. Мысли об американском консерватизме //Америка. 1981. №298.

Консерватизм в России и мире. В 3-х ч./ Под ред.А.Ю.Минакова (отв. ред.) и др. Воронеж: Воронежский гос. ун-т. 2004.

Малинова О.Ю. Исследуя феномен консерватизма//Полис. 2003. №3.

Мангейм К. Консервативная мысль //Мангейм К. Диагноз нашего времени. М.: Юристъ. 1994.

Местр Ж. де. Рассуждения о Франции. Пер. с франц. М.: РОССПЭН. 1997.

Мизес Людвиг фон. Либерализм в классической традиции/Пер. с англ. А.В.Куряева. М.: Издательство «Экономика». 2001.

Неоконсерватизм//Новая философская энциклопедия. В 4 т. М.:Мысль. 2001. Т.3

Рахшимир П.Ю. Американские консерваторы и Европа//Мировая экономика и международные отношения. 2004. №7.

Рахшимир П.Ю. Консерватизм и либерализм: метаморфозы консенсуса//Полис. 2005. №5.

Руткевич А.М. Что такое консерватизм? М.: Университетская книга. 1999.

Самуйлов С.М. Неоконсерваторы и внешняя политика Вашингтона //США-Канада: экономика, политика культура. 2006. №5.

США: консервативная волна. Пер. с англ./Введение и общ. ред. А.Ю.Мельвиля. М.: Прогресс. 1984.

Фридман М. Капитализм и свобода. М.: «Новое издательство». 2007.

Хайек Ф.Дорога к рабству. М.: Новое издательство. 2005.

Честнейшин Н.В. Консерватизм и либерализм: тождество и различие//Полис. 2006. №4.

Эволюция консерватизма: европейская традиция и русский опыт. Материалы международной науч. конф. Самара. 2002.

У. КОНСЕРВАТИЗМ В РОССИИ

1. Генезис русского консерватизма в дореволюционный период

При наличии общих системообразующих принципов консервативные идеологии, возникающие в различных культурных пространствах и опирающиеся на разные традиции, содержательно различны.

Значительной спецификой обладает русский консерватизм, на протяжении последних столетий являющийся влиятельным течением политической мысли. В начале Х1Х в. он принял идеологическую форму, отразив стремление широких слоев населения сохранить свою самобытность, боязнь ослабления монархии. В определенной степени консерватизм был реакцией на возможность разрушения привычного уклада жизни под влиянием происходившей на Западе промышленной революции.

В основе русского консерватизма лежит тысячелетняя традиция, связанная с идеалом православного типа социальных взаимоотношений, культом мощного централизованного государства и антизападничеством.

В эволюции русского консерватизма различают три периода: 1) дореволюционный консерватизм как реакция на революцию во Франции и западное влияние в Х1Х – начале ХХ века; 2) консерватизм русской эмиграции как ответ на русскую революцию 1917 г.; 3) современный консерватизм как идейно-политическая реакция на процессы, начавшиеся во второй половине 80-х годов.

Основные постулаты русского консерватизма отражены в двух его направлениях – официально-монархическом и славянофильском.

Представителями официального монархизма были известный историк Н.М.Карамзин (1766-1826), публицист и издатель М.Н.Катков (1818-1887), духовный наставник последних императоров обер-прокурор Синода К.П.Победоносцев (1827 – 1907).

Начало формированию консервативной идеологии в России было положено Н.М.Карамзиным. К выделенным им двум основам существования России – самодержавию и православию министр просвещения граф Сергей Семенович Уваров (1786-1855) добавил народность, под которой понимались особые отношения царя и народа, основанные на вере в величие, справедливость и «божественность» государя. Формула С.С.Уварова «православие, самодержавие, народность» трактуется учеными как официальная правительственная идеология 30-50-х годов Х1Х века.

Невозможность перенесения в Россию западных политических институтов, осуществления реформ представители этого направления обосновывали глубокой религиозностью народа, его преданностью самодержавию, моральным единством. Исходя из этих соображений, они выступали за укрепление монархического начала российской государственности.

Николай Михайлович Карамзин в «Истории Государства Российского» проводил мысль о том, что только самодержавие способно обеспечить благоденствие народа, избавить его от междоусобиц и внешнего ига. С этих позиций он критиковал те аспекты политики Петра 1 и Екатерины 11, которые казались ему подражанием Западу.

Н.М.Карамзин рассматривал социальную революцию как национальную катастрофу и ее предотвращение считал делом каждого гражданина. В полемике со М.Сперанским и другими сторонниками реформаторского курса он определил основную тему «охранительного» течения отечественной консервативной мысли – противостояние российской государственности революционной буре и интеллектуальному натиску Европы. Идея примата порядка над революцией выражена Н.М.Карамзиным в самой категорической форме: «…Самое турецкое правление лучше анархии, которая бывает следствием государственных потрясений…»1 .

Как консерватор Н.М.Карамзин прокламирует не только антиреволюционность, но и приверженность традициям, в том числе и политическим. Традиции оцениваются им более высоко, чем рассудочная деятельность: «…Учреждения древности имеют магическую силу, которая не может быть заменена никакою силою ума…»2 .

Михаил Никифорович Катков, редактор «Московских новостей» считал наиболее естественной для России формой правления самодержавие. Конституционный строй, по его мнению, не подходит русскому народу по причине превосходства его (русского народа – Н.С.) типа развития по сравнению с Западом.

М.Н.Каткова беспокоило усиление правительства и потеря самодержавием авторитета. Обращаясь к Александру 111, он ратовал за превращение правительства в придаток монархии.

Важнейшим звеном укрепления верховной власти, по мнению М.Н.Каткова, должно стать земское самоуправление, основой которого мыслились дворянские собрания. В составе земских учреждений предполагалось ослабить представительство «темных масс», т.е. крестьян, чьи интересы надлежало защищать дворянству.

Константин Петрович Победоносцев был символом политической реакции и застоя при Александре 111 и Николае 11, что запечатлено в блоковских строках:

В те годы дальние, глухие,

В сердцах царили сон и мгла:

Победоносцев над Россией

Простер совиные крыла…

Конституции стран Западной Европы К.П.Победоносцев рассматривал как орудие «всяческой неправды» и источник интриг. Конституционные учреждения наряду с земствами, судами и свободной печатью оценивались им как угроза устоям самодержавия.

В установлении государственной церкви К.П.Победоносцев видел одно из условий упрочения устоев самодержавия. Предполагалось, что система государственной церкви исключала бы демократизацию и секуляризацию как духовной, так и политической жизни.

Русских консерваторов объединяло скептическое отношение к демократии и механизму ее практического осуществления. Демократические институты и процедуры они считали искусственными, поддельными, неспособными выражать подлинную волю народа и решать волнующие его проблемы. Согласно К.П.Победоносцеву, именно из института представительства, опирающегося на мнение большинства, и проистекает «сложный механизм парламентского лицедейства», «образ великой политической лжи»1 .

Обосновывая идею «сильного государства», русские консерваторы ссылались на тот факт, что европейские страны (Италия, Германия, Франция и Англия) были созданы и приобрели могущество благодаря монархической форме власти. Парламентаризму же сопутствуют постоянные, непрекращающиеся раздоры и противоречия в обществе. По их оценке, для такого общества характерны: 1)всеобщее разложение; 2) партийная борьба, руководимая мелкими эгоистическими интересами; 3) коррупция государственного аппарата; 4) разгул анархизма2 .

Среди факторов, регламентирующих отношения между государством и обществом, русскими консерваторами на первое место ставилась мораль, а на второе – закон. Они считали, что в русском обществе отношения между правителями и народом не юридические, а отечески-сыновние, основанные на нравственных началах религиозного смирения.

Специфику славянофильского направления консерватизма составляли преимущественно культурно-религиозный характер его концепций, акцентирование национального начала. Оно исходило из тезиса о принципиальном отличии путей развития России и Запада, идеализировало историческое прошлое страны и национальный характер. Неповторимость исторического пути России объяснялась наличием русской идеи, отражавшей своеобразие народа.

Наиболее известными представителями славянофильства были братья Константин Сергеевич и Иван Сергеевич Аксаковы, Иван Васильевич Киреевский, Юрий Федорович Самарин, Александр Степанович Хомяков. Они считали необходимым проведение в России реформ, отмену крепостничества, предоставление некоторых свобод. Вместе с тем европейский путь преобразований рассматривался ими как неприемлемый, гибельный, разрушающий духовное единство страны.

Славянофилы полагали, что Россия может преодолеть свое экономическое и техническое отставание от Запада и даже опередить его, если будет развиваться по собственному пути, учитывающему самобытность страны. Таковая связывалась с православием и общинностью, обеспечивающими духовную цельность народа, внутреннее согласие и единомыслие. Поздние славянофилы Николай Яковлевич Данилевский и Константин Петрович Леонтьев видели в отказе от такого пути опасность потери Россией независимости и подчинения ее иностранцам.

Считая неприемлемым для России копирование опыта Запада, славянофилы не только не проявляли к нему враждебность, но и высоко оценивали достижения в различных областях жизни, считали целесообразным использование этих достижений во благо собственной страны. История представлялась им единым потоком, синтезирующим наиболее ценные достижения различных культур и народов. При этом подчеркивалось право каждого народа на внесение своего вклада в общечеловеческие ценности и невозможность создания таких ценностей людьми, потерявшими национально-культурные корни, ставшими космополитами.

В отличие от классических славянофилов, рассматривавших историю как единый поток и предвосхищавших слияние европейской и русской цивилизаций, для Н.Я.Данилевского и К.П.Леонтьева характерно резко выраженное антизападничество.

Н.Я.Данилевский, создавший теорию культурно-исторических типов, считал невозможным синтез России и Европы ввиду их принадлежности к разным культурно-историческим типам. На уровне конкретной политики он видел в Европе главную угрозу России, источник опасности ее самобытной культуре. По его мнению, Россия в своей внешней политике должна исходить из постулата «Россия – не Европа».

В творчестве К.П.Леонтьева антизападничество достигло своего апогея в дореволюционном консерватизме, проявившись в убеждении о необходимости для укрепления самобытности России (ее исконно византийских начал) воспринять некоторые элементы восточной духовности. Его позиция такова: «…побольше вообще азиатского мистицизма и поменьше рассудочного просвещения»1 . Идею панславизма, которой придерживался Н.Я.Данилевский, К.П.Леонтьев считал ложной из-за опасносности подвергнуть Россию мощному воздействию европеизации.

Основной вопрос затянувшегося спора между западниками и славянофилами - как России в полной мере реализовать свой потенциал и занять достойное место в мировом сообществе - не разрешен и поныне. Он весьма актуален и в наши дни, когда Россия снова стоит перед выбором пути своего развития.

Для консерватизма конца Х1Х – начала ХХ вв. была характерна реакционная составляющая: культивирование самодержавного принципа власти и православия как духовной основы монархии; неприятие ценностных установок философии Просвещения – гражданского общества, свободы, равенства, народного суверенитета.

Таким образом, отечественному дореволюционному консерватизму в процессе его генезиса были присущи следующие особенности.

Первая – отсутствие единого понимания традиции и разное видение ее истоков: в самобытном характере политического и государственного устройства (Н.М.Карамзин), в византизме и допетровских временах (славянофилы).

Вторая особенность, во многом обусловленная «догоняющим» типом развития страны, проявлялась в попытках совмещения взаимоисключающих положений. Стремление завершить трансформацию наиболее архаичных общественных институтов сочеталось с негативным восприятием западного опыта капиталистической модернизации.

2. Консерватизм русской эмиграции

Для мыслителей-эмигрантов были характерны те же основополагающие ценности и принципы, приблизительно тот же круг теоретических проблем, что и для дореволюционного консерватизма. Вместе с тем на их творчество значительное влияние оказали условия, в которые была поставлена послереволюционная политическая мысль. Если дореволюционный русский консерватизм выступал как реакция на Великую французскую революцию, становление капитализма на Западе и его прямое или косвенное влияние на Россию, то консерватизм русской эмиграции во многом был реакцией на собственную революцию 1917 г., последствия которой для грядущей судьбы России нуждались в осмыслении.

Характер решения этой задачи определяет как общие черты эмигрантской консервативной мысли, так и особенности, отличающие разных авторов. Можно выделить три наиболее крупные теоретико-политические концепции, которые, с одной стороны, согласуются с самыми общими чертами консервативного типа политического мышления, а с другой – отличаются значительной спецификой1 . Создатели этих концепций – И.А.Ильин, И.Л.Солоневич и евразийцы (П.Н.Савицкий, Н.С.Трубецкой, Г.В. Вернадский, Г.В.Флоровский, Л.П.Карсавин).

Основу мировоззрения Ивана Александровича Ильина (1883 – 1954) составляет «органическое» понимание политики в противовес «механистическому», согласно которому политика выступает как взаимодействие индивидов и групп по поводу власти независимо от характера преследуемых при этом целей. В соответствии с «органическим» подходом политикой является только та деятельность, которая создает максимально благоприятные возможности для развития духовности общества и каждого его члена. В этом случае общий интерес является первичным по отношению к интересам индивидов, групп или партий.

Если в рамках «механистического» подхода государству отводится роль института, обеспечивающего правила политической игры или реализующего интересы определенных социальных групп, то в рамках «органического» оно выступает главным образом как направляющая сила духовного роста граждан, фактор обеспечения культурно-исторической среды, необходимой для их жизнедеятельности. С этих позиций первостепенное значение приобретает поиск таких форм устройства и функционирования государства, которые наиболее полно отвечают национально-культурным особенностям конкретных стран и народов.

В «органическом» понимании политики И.А.Ильиным консервативный тип мышления нашел выражение в акцентировании того, что «у всякого народа своя особая «душа» и помимо нее его государственная форма непостижима. Поэтому так нелепо навязывать всем народам одну и ту же государственную форму»2 . Согласно И.А.Ильину, успешность государственного строительства определяется его соответствием не абстрактным схемам, а фундаментальным духовным основам народа. характеру и уровню его правосознания.

Ограниченность «механистического» подхода к политике И.А.Ильин демонстрирует на примере абсолютизации демократической формы правления в ХХ веке. Она, по его мнению, проявляется в сведении всего государственного устройства к всеобщему и равному голосованию без учета традиций и менталитета народов.

Фанатичная вера в демократию расценивается И.А.Ильиным как преувеличение значимости внешней стороны свободы и недооценка роли главной – внутренней. Внешняя политическая свобода, предоставляемая формальной демократией, оказывается нужной и необходимой, когда накладывается на благодатную почву зрелого правосознания, духовности и нравственности, когда развивает внутреннюю свободу. Без достаточного уровня внутренней свободы она может вызвать анархию и хаос, стать гибельной для общества. Поэтому в достижении оптимального баланса внутренней и внешней свободы И.А.Ильин видел гарантию от политических потрясений – гражданских войн и тоталитарных диктатур. Не утрачивает актуальность его предостережение: «Народ, лишенный искусства свободы, будет настигнут двумя классическими опасностями : анархией и деспотией ( выделено автором – Н.С.) »1 .

Процесс гармонизации внутренней и внешней свободы рассматривается И.А.Ильиным как сугубо творческий, несовместимый с любыми стандартами и предписаниями. Успех этого процесса во многом зависит от умения власти понимать органичность народной жизни. значение и смысл свободы, от ее искусства принимать решения, исходя из уникальности любых ситуаций.

Причину постигшей Россию катастрофы И.А.Ильин видел в ослаблении и разрушении монархического правосознания, затемненного и вытесненного анархо-демократическими иллюзиями и республиканским образом мысли, насаждавшимися и распространявшимися мировой закулисой с самого начала французской революции2 .Запад рассматривается им как сила, имманентно враждебная России, чуждая ее языку, миросозерцанию и духовному складу, православной религиозности, сила, стремящаяся ослабить и расчленить Россию. По его мнению, понимание этого факта должно стать аксиомой русской политики.

Следует отметить, что антизападничество И.А.Ильина несет на себе печать личного опыта длительной эмиграции, включенного наблюдения за отношением Запада к России в один из драматичных периодов ее истории.

Будущее России И.А.Ильин видел в возрождении монархического правосознания русского народа и монархии как формы правления. Вместе с тем он не исключал и постепенного (после крушения коммунистической диктатуры) перехода к демократии и установления республики.

Являясь убежденным противником тоталитарного режима и предвидя его неизбежный крах, И.А.Ильин считал губительным для России форсированное установление демократического строя. Он предостерегал: без необходимых предпосылок демократии «возможно только буйство черни, всеобщая подкупность и продажность и всплывание на поверхность все новых и новых антикоммунистических тиранов…»3 .Отсюда вывод: «…Страна, лишенная необходимых предпосылок для здоровой творческой демократии, не должна вводить у себя этого режима до тех пор, пока эти основные предпосылки не будут созданы. До тех пор введение демократического строя может быть только гибельным для этой страны»1 .

Одним из вероятных последствий крушения тоталитарной диктатуры И.А.Ильин считал распад страны, в результате чего ее территория «закипит бесконечными распрями, столкновениями и гражданскими войнами»2 .Согласно его прогнозу, дезинтеграция СССР породит двадцать государств, которым придется содержать соответствующее число парламентов, министерств, армий, разведок, полиций и прочего, что непременно расстроит их бюджеты, денежные системы и потребует бесчисленных валютных займов под гарантии демократического развития. Новые государства через несколько лет окажутся сателлитами соседних держав, иностранными колониями или «протекторатами»3 . Последующее развитие событий показало, что эти прогнозы во многом оказались пророческими.

Альтернативу деструктивным процессам в России И.А.Ильин видел в первоначальном установлении авторитарной власти, которая способствовала бы становлению гражданских основ общественного устройства. Для этого подобной власти следует увеличивать объем свободы и обогащать политический опыт населения путем постепенного введения выборов и расширения избирательных прав, развивать хозяйственную самостоятельность с гарантией частной собственности. полнимать уровень правосознания, образования и информированности общества, ответственности и самостоятельности мысли индивида.

И.А.Ильин следующим образом охарактеризовал форму переходного правления: «…Твердая, национально-патриотическая и по идее либеральная диктатура, помогающая народу выделить кверху свои подлинно-лучшие силы и воспитывающая народ к трезвлению, к свободной лояльности, к самоуправлению и к органическому участию в государственном строительстве. Только такая диктатура и может спасти Россию от анархии и затяжных гражданских войн»4 .

Выдвинутая И.А.Ильиным идея установления национально-государственной диктатуры для того, чтобы максимально сократить период неизбежного хаоса после падения тоталитарного режима оказала значительное влияние на политические воззрения одного из наиболее известных современных отечественных консерваторов писателя Александра Исаевича Солженицына, который с семидесятых годов в статьях и публичных выступлениях призывал идти к демократии плавным, осторожным, медленным путем. В знаменитом «Письме к вождям Советского Союза» (1973) А.И.Солженицын предлагал провести постепенную, плавную эволюцию режима в сторону мягкого авторитаризма, отказавшись от руководящей идеологии, допустить идеологическую и религиозную свободу, развивая законность, осуществив разделение законодательной, исполнительной и судебной властей, воспитывая чувство собственности и поднимая экономику слаборазвитых регионов страны.

Если для профессора И.А. Ильина характерна академическая постановка политических проблем, то консерватор-публицист Иван Лукъянович Солоневич (1891 – 1953) – создатель оригинальной системы идей – «народного монархизма. В соответствии с консервативным типом мышления он исходил из следующей посылки: не существует никаких исторических законов, которые были бы обязательны для всех народов; «… свойства народного духа или обстоятельства национальной истории и географии» не могут быть уложены ни в одну теоретическую схему, тем более сформировавшуюся на иной национально-культурной почве 1 .

Источник революций начала ХХ века он видел в петровских реформах, превративших дворян из служилого слоя в привилегированный слой, закабаливших крестьянство и расслоивших народ на противостоящие силы. В Х1Х веке и само дворянство раскололось на два слоя – рабовладельческий и революционный, сталкивавшиеся в жестокой борьбе. Утрата национально-государственных традиций, по мнению И.Л.Солоневича, и привела к катастрофе.

В отличие от И.А.Ильина И.Л.Солоневич отвергал попытки объяснить революции происками враждебной «закулисы». Согласно его версии причин постигшей Россию катастрофы источник революций 1905 и 1917 гг. – бессилие нации перед лицом внутренних противоречий. Влияние внешних чуждых сил на ход российской истории И.Л.Солоневич считал второстепенным.

В выдвинутой И.Л.Солоневичем программе возрождения России была предпринята попытка уйти от общепринятого разделения политических сил на правых и левых, поиска опоры исключительно в русских национально-государственных традициях, Эта программа, по его оценке, имеет точки соприкосновения с правыми взглядами, поскольку «требует мощной царской власти», но смыкается и с левыми, «ибо имеет в виду свободу и интересы народа, массы, а не сословия или слоя»2 .

Характерной особенностью программы является отрицание возможности применения к России не только западных моделей, но и «восточных рекомендаций» ввиду ее самобытности. Согласно И.Л.Солоневичу, «русская национальность, государственность и культура» настолько уникальны, что принципиально отличаются от Европы и Азии: «Россия – не Европа, но и не Азия, и даже не Евразия. Это – просто- Россия»3 .

Главным принципом своего политического мировоззрения И.Л.Солоневич считает русский национализм, который наряду с монархией, церковью и народом – «тремя последовательными и последовательно консервативными факторами русской жизни»1 составляет фундамент отечественной государственности. Согласно И.Л.Солоневичу, русский национализм неразрывно связан с существованием Российской империи, заключающей в себе все необходимые ресурсы для самостоятельного и самобытного развития нации.

У Российской империи И.Л.Солоневич видит ряд существенных преимуществ перед остальными. Если имперская политика испанцев выражалась в почти полном истреблении коренных народов, германская – в превращении завоеванных наций в рабов, британская – в ограблении колоний, то взаимоотношения русских с присоединенными народами строились на принципах национальной и религиозной терпимости, равноправия. Империя, в которой не обнаруживалось «никаких следов эксплуатации национальных меньшинств в пользу русского народа»2 ,была благом для окраинных народностей. Разрушение этого, веками сложившегося соседства, согласно И.Л.Солоневичу, станет преступлением не только против России, но и против тех народов, которым удалось бы навязать отделение от общей родины. «Удача – хотя бы и частичная, этих попыток привела бы к чудовищному регрессу и культурному, и политическому, и хозяйственному»3 .

Успех в создании самой крупной империи И.Л.Солоневич объясняет двумя главными факторами – православной верой и государственным инстинктом русского народа.

Как консерватор И.Л.Солоневич придавал первостепенное значение религиозной вере в общественной жизни. Он считал, что вне религии невозможно нормальное существование нации и бытие ее культуры. поскольку вера формирует свойственное каждому народу представление о смысле земного пути. Для него гибель религии означает гибель нации, ее превращение в толпу. Неверие в Бога порождает недоверие к человеку, вызывает распад национального организма на атомарные индивиды и ведет к его умиранию4 .

Второй, согласно И.Л.Солоневичу, фактор, благодаря которому стало возможным построение Российской империи, – государственный инстинкт народа проявился в том, что он сумел преодолеть самые неблагоприятные климатические и географические условия, устоять против бесконечных агрессий соседних племен, неоднократно восстановить страну после, казалось бы полных разорений, проявить беспримерное упорство в деле государственного строительства5 Анализируя непродолжительный опыт жизни в советской России, И.Л. Солоневич пришел к выводу, что государственный инстинкт русского народа не утрачен и при Сталине.

Свойственное русскому народу понимание нации как «земли», т.е. сообщества племен, народов и даже рас, объединенных общностью судеб, и государственности как политического оформления интересов всей «земли»1 , по мнению И.Л.Солоневича, синтезировалось в особом монархическом сознании народа, ставшем стержнем его национального характера. С его точки зрения, «русское самодержавие есть совершенно индивидуальное явление, явление исключительно и типично русское…», которое было организовано русской «низовой массой»2 и выражало «…волю не сильнейшего, а волю всей нации, религиозно оформленную в Православии и политически оформленную в Империи»3 . При этом русская монархия никогда не предполагала жесткой заданности хозяйственного уклада и была способна проявлять необходимую гибкость, чутко реагируя на изменявшиеся условия. Преимущество монархии перед республикой И.Л.Солоневич видит в характерной для нее «безболезненности» перехода власти, в то время как в республиках и диктатурах власть добывается в результате той или иной формы борьбы и нередко становится достоянием людей некомпетентных и своекорыстных.

С точки зрения И.Л.Солоневича, монархия в наибольшей степени соответствовала своей сущности в эпоху Московского Царства, когда общество не обрело жестко сословный характер, «не было … деления людей на классы и подклассы»4 . В тех условиях царь выражал интересы всей «земли», а не отдельных социальных групп. Чиновничество в силу своего промежуточного положения между царем и народом не могло существенно влиять на процесс принятия государственных решений в свою пользу, что обеспечивало царю необходимую независимость от дворцовых интриг. Поэтому И.Л.Солоневич называет московскую монархию «народной», «соборной»5 .

Будущее России И.Л.Солоневич видел в возврате к государственным принципам Московского Царства, «к принципам проверенным практикой по меньшей мере восьми столетий»6 . Поскольку же немедленное воссоздание монархии невозможно, по его мнению, промежуточной формой правления могла бы стать диктатура бонапартистского типа, ориентированная на восстановление монархии. «Мы,- писал И.Л.Солоневич,- возвращаемся к аксаковской формуле : «Народу – сила мнения, Царю – сила власти»7 .

Народная монархия рассматривалась И.Л.Солоневичем как единственная гарантия против установления диктатуры бюрократии, которая неизбежно возникнет в случае установления республиканского правления после крушения коммунистического режима.

Момент краха большевистской диктатуры И.Л.Солоневич оценивал как исключительно опасный для страны. «Гипноз свободы» может дезориентировать народ и сделать его жертвой обмана и легкой добычей обманщиков. Достаточно точным оказался следующий прогноз: «После СССР нам будут предлагать очень многое. И все будут врать в свою лавочку. Будет много кандидатов: в министры и вожди, в партийные лидеры и военные диктаторы. Будут ставленники банков и ставленники трестов – не наших. Будут ставленники одних иностранцев и ставленники других. И все будут говорить прежде всего о свободах: самая многообещающая и самая ни к чему не обязывающая тема для вранья…»1 . Единственный способ не быть сбитым с толку в этой ситуации - сохранить приверженность национальной традиции и православной вере.

Рассматривая допетровский период как время наиболее естественного и органичного развития русского государства и отрицательно оценивая деятельность Петра 1, И.Л.Солоневич по существу выступает со славянофильских позиций. Выдвигаемая им идея «народной монархии», ориентированная на возврат к принципам государственного устройства Московского Царства, вполне коррелирует с основными постулатами славянофильства.

Как и И.Л.Солоневич, евразийцы видят глубинную причину революций начала ХХ века в расколе не только между обществом и высшим слоем, но и внутри последнего, в утере национально-государственной идеи на всех ступенях социальной иерархии. Поэтому, с их точки зрения, социалистическая идея оказалась отдушиной для выхода скопившегося социального недовольства.

Такая позиция предопределила существенные различия между евразийцами и другими представителями эмигрантского консерватизма по вопросу об отношении к большевикам. Будучи противниками большевизма, евразийцы обнаруживали в деятельности большевиков отдельные моменты исторической необходимости, а иногда и исторической справедливости.

В качестве позитивных черт этой деятельности, в той или иной мере соответствовавших традициям России, евразийцы расценивали оборону страны от иностранной интервенции, сохранение ее целостности как и восстановление практически в границах Российской Империи. Евразийцам импонировало антибуржуазное антизападничество большевиков, позволившее существенно ограничить масштабы западного влияния на Россию, стремление возглавить борьбу «колониальных» народов за свою независимость от метрополий.

Отторгая Запад как источник культурной экспансии, опасной для всего мира, евразийцы обосновывали идею нерасторжимой связи России с Востоком, наличия в русской культуре важнейших элементов восточного происхождения. Они усматривают уникальность мировой роли России в срединном положении страны на пространстве Евразии, от которого во многом зависит обеспечение стабильности на гигантском континенте. С их точки зрения, русскую культуру «надо противопоставить культурам Европы и Азии, как срединную, евразийскую культуру»1 .

Источниками своих взглядов евразийцы считали мессианскую идею исторического предначертания России «Москва – Третий Рим, сформулированную монахом Филофеем в ХУ1 веке, и славянофильство2 . Они находятся в русле консервативной традиции, заложенной теорией культурно-исторических типов Н.Я.Данилевского и идеи К.Н.Леонтьева об обращении России к Востоку.

Таким образом, можно утверждать, что консерватизм русской эмиграции, будучи прежде всего реакцией на революции начала ХХ века, был в значительной степени продолжателем консерватизма дореволюционного. У И.Ильина просматривается преемственность с государственниками охранителями – Н.М.Карамзиным, М.Н.Катковым, К.П.Победоносцевым; у И.Л.Солоневича – со славянофилами.

2.Современный русский консерватизм

В советский период отечественный консерватизм на идеологическом уровне был инструментом реализации идей «единой и неделимой России», неповторимости исторической судьбы и предназначения России-СССР, морально-политического единства советского общества, начал патриотизма и державности. Традиции русской консервативной мысли с конца 60-х - начала 70-х гг. активно обсуждались и развивались в среде диссидентов «правого» и «патриотического» толка, публично выражавших свое мировоззрение главным образом через «самиздат» (Наибольшей известностью в этом плане пользовался машинописный журнал «Вече»).

Обстоятельства возникновения современного русского консерватизма подтверждают тот факт, что консерватизм - всегда реакция на радикальные общественные сдвиги. Если дореволюционный русский консерватизм являлся прежде всего реакцией на Французскую революцию, консерватизм русской эмиграции – на революцию 1917 г. и последовавшие за ней социальные перемены, то консерватизм последних десятилетий представляет собой идейно-теоретическую реакцию на социальный процесс, начавшийся в СССР - России со второй половины 80-х годов и предопределивший радикальные изменения во всех сферах жизни страны, в ее внутренней и внешней политике.

Современный русский консерватизм, или так называемая «третья волна», зародился прежде всего как культурный консерватизм, а с началом либеральных реформ на его основе сформировался политический и экономический консерватизм. В отличие от исчерпавшего себя к 80-м годам эмигрантского консерватизма он обладает значительным опытом включенного наблюдения над сложной и противоречивой эволюцией СССР и России, возможностями осмысления новых тенденций, созревающих в недрах российского общества.

Еще в конце 80-х годов, когда стала очевидной бесперспективность сохранения существовавших тогда форм межнационального общения, известными деятелями отечественной культуры прогнозировалась возможность появления новой формы многонациональной общности в виде союза славянских республик. А.И.Солженицын призывал к «сокращению» Союза и созданию «Славянского Союза», который возродил бы страну. В.Г.Распутин также ратовал за то, чтобы Россия ради собственного спасения отделалась от кавказских и среднеазиатских республик. Однако последовавшее развитие событий, особенно отделение Украины и Белоруссии, не подтвердило эти прогнозы и надежды.

«Третья волна» консерватизма в стране с неоднократно прерванными традициями представляет собой достаточно пестрый конгломерат идей, апеллирующих к традиционалистским архетипам массового сознания и неизменным, вечным ценностям. Обращает на себя внимание размытость и эклектичность позиций приверженцев этого идейно-политического направления. Консервативные идеи отражают обеспокоенность части граждан в связи с утратой советского «старого порядка», их заинтересованность в стабильности и соблюдении законов, неприятие различных форм анархии и экстремизма.

Знаковые фигуры «третьей волны» консерватизма – писатели В.Г.Распутин, В.И.Белов, А.А.Проханов, В.В.Кожинов, А.И.Солженицын, математик И.Р.Шафаревич, философы А.А.Зиновьев и А.С.Панарин , геополитик А.Г.Дугин, публицист С.Г.Кара-Мурза, покойный Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн. Приверженцем консервативных взглядов является и лидер КПРФ Г.А.Зюганов, который к числу источников партийной идеологии кроме К.Маркса, В.И.Ленина и И.В.Сталина относит поздних славянофилов Н.Я.Данилевского и К.Н.Леонтьева.

Отечественные консерваторы отрицательно относятся к консерватизму рейгановско-тэтчеровского толка (неоконсерватизму), расценивая собственную позицию как подлинный «консерватизм», имеющий твердую мировоззренческую основу. Рейганизм рассматривается ими как ситуационный консерватизм, во многом заданный такими доминантными факторами, как моральный и экономический кризис «общества благосостояния», тупиковость для США ситуации «холодной войны».

Если современный отечественный консерватизм во многом явился реакцией на распад СССР как преемника Российской империи, то объект ностальгии А.И.Солженицына – досоветская Россия, монархическая государственность. Его консервативное кредо выражено в лозунге «сбережение народа».

Для современных отечественных консерваторов авторитетами являются русские консерваторы прошлого. Сегодня наиболее цитируемый ими автор И.А. Ильин. Большим уважением в консервативной среде пользуется И.Л.Солоневич. Неоевразийцы, и прежде всего А.Г.Дугин, своими непосредственными предшественниками считают славянофилов и, разумеется, послереволюционных евразийцев. Вместе с тем некоторые консерваторы относятся к И.А.Ильину и И.Л.Солоневичу достаточно критически, отмечая определенную степень «западности» и буржуазности их мышления.

Для рассматриваемого идейного течения характерны разнобой во мнениях, наличие плохо согласующихся проектов, резкая полемика между ведущими представителями, т.е. отсутствие стройной системы фундаментальных основ. Оно еще находится в стадии становления, но уже сейчас очевидно его противостояние отечественному либерализму по тем же позициям, по которым классический консерватизм противостоял своему оппоненту – классическому либерализму. Главные системообразующие принципы новейшей модификации консерватизма - антииндивидуализм, антирационализм, следование традиции, вытекающей из религиозной веры, и неприятие радикальных перемен1 .

Представителей современного русского консерватизма объединяют такие черты, как антизападничество, выражающееся в антимондиализме; отстаивание идеалов православной духовности; культ сильного централизованного государства.

Антизападничество – главная и одна из родовых особенностей русского консерватизма. В современных условиях оно наполняется специфическим содержанием, принимая прежде всего форму антимондиализма.

Как уже отмечалось, отечественные консерваторы на протяжении двух столетий неизменно разрабатывают тему опасности, якобы исходящей для России с Запада. Эта опасность понималась по-разному. Н.М.Карамзин, М.Н.Катков, К.П.Победоносцев главным образом отрицали возможность перенесения в Россию иностранных политико-управленческих моделей. Славянофилы аргументировали эту же позицию принципиальными различиями культурных начал России и Запада. Н.Я.Данилевский и К.Н.Леонтьев полагали, что только самобытный путь развития России может обеспечить ее политическую независимость.

Представители современного отечественного консерватизма убеждены в том, что ныне имеет место комплексная агрессия Запада против России, которая скоординирована в своих политических, экономических и культурных составляющих и по своей активности не имеет аналогов в истории. Такой характер западной экспансии они объясняют прежде всего тем обстоятельством, что во второй половине ХХ века Запад изменил свое качество, перестав быть классическим капиталистическим обществом.

Эта мысль особенно характерна для тех консерваторов, которые длительное время жили на Западе и имеют опыт включенного наблюдения над его реалиями. По мнению А.А.Зиновьева, свободную конкуренцию можно встретить на Западе лишь в виде отдельных реликтовых вкраплений в экономику, а функцию управления осуществляет крупный капитал, превращающийся во власть над властью, сверхвласть. Он оценивает западное общество как общество «денежного тоталитаризма».

Современные консерваторы полагают, что измененное качество современной западной цивилизации своеобразно наложилось на три особенности, характерные для нее изначально. Первая особенность была подмечена еще дореволюционными консерваторами: западный человек, как правило, считает свою цивилизацию высшей и склонен пренебрежительно относиться к другим, «варварским» странам («западная гордыня»). Вторая особенность состоит в том, что западная культура в большей степени ориентирована на материальное, чем духовное, т.е. рассматривает все окружающее в первую очередь как объект преобразований. Третья особенность западной цивилизации – это, по мнению консерваторов, неуклонное стремление Запада к повсеместному расширению, количественному росту, постоянному увеличению поля своих потребностей. Оно удовлетворяется через интенсификацию производства, использование природных ресурсов.

По мнению консерваторов, во второй половине ХХ века в условиях технологического лидерства Запада эти особенности способствовали созданию мифа о безальтернативности западной модели и оправданности ее навязывания другим народам. Выгодность подобного мифа быстро оценили владельцы того «денежного механизма», который осуществляет «тотальную диктатуру» на Западе и стремится сделать своей вотчиной весь мир.

С этой целью, по мнению отечественных консерваторов, и была создана концепция мондиализма ( от франц. monde– мир). Ее смысл состоял в постулировании неизбежности интеграции государств, народов и культур в единое планетарное образование, возглавляемое мировым правительством.

Формируемый Западом новый мировой порядок видится отечественным консерваторам как: 1) «режим особого типа» - космополитический; 2) внерелигиозный; 3) демократический; 4) плутократический. Первый аспект предполагает потерю всеми народами своей расовой и культурной самобытности, реальной независимости. Второй – ослабление и выхолащивание всех великих религий, первенство «истин» мондиализма. Третий – приоритет количественного фактора, которым легко манипулировать через средства массовой информации перед традиционными источниками авторитета. Четвертый аспект предполагает абсолютную свободу рынка. Все эти процессы, как считают отечественные консерваторы, должны увенчаться созданием Мирового Правительства, в ведении которого окажутся все сферы жизни единого «мирового народа».

Очевидно, что все сущностные характеристики мондиализма, как их понимают отечественные консерваторы, противоречат ценностям консервативного мировоззрения. Поэтому консерватизм рассматривает мондиализм как современную форму западной экспансии, в качестве своего главного идеологического противника, которому необходимо активно противодействовать.

Возможности сопротивления мондиализму ведущим представителям русского консерватизма представляются ограниченными ввиду далеко зашедшей унификации мира по западным стандартам, доминирования лидера мондиализма – Соединенных Штатов в мировом сообществе. Надежды на прекращение мондиалистской экспансии возлагаются на творческие и особенно духовные потенции наций и этносов, населяющих Россию, их стремление к социальной справедливости, верность своим традициям и религиям, в первую очередь православию.

Вторая объединяющая черта современных русских консерваторов – убежденность в основополагающей роли православия для формирования русской духовности, государственности, экономического и бытового облика народа. Поэтому особую тревогу в их среде вызывает то, что они считают религиозной антиправославной экспансией со стороны мондиализма. Таковая усматривается в дискредитации Русского православия, усиленной информационной и финансовой поддержке антиправославных ересей, пропаганде нетрадиционных религиозных культов, черной мистики, распространении массовой культуры, деятельности бесчисленных «целителей» и экстрасенсов. В преодолении этих преград видится путь к православному возрождению.

Для противостояния религиозной экспансии гальванизируется евразийская идея об исключительности некоего «славяно-тюркского» суперэтноса, якобы сложившегося на геополитическом пространстве Евразии и обладающего духовным и культурным превосходством над исчерпавшим свой потенциал Западом.

Из вышеизложенного не следует, что русские консерваторы воспринимают Запад всецело негативно. Он признается как самобытная цивилизация, а неприятие проявляется по отношению к тем ее сторонам, которые, с точки зрения консерваторов, оказывают отрицательное воздействие на Россию. Некоторые консерваторы проявляют негативное отношение не западной цивилизации как таковой, а к ее американскому варианту, навязываемому всему миру в процессе глобализации. Ими прокламируется стремление к созданию такой модели развития России, которая была бы альтернативной, но не враждебной Западу, если Запад не будет враждебен ей.

В целом можно утверждать, что фокус антизападничества современного русского консерватизма находится географически западнее, чем у предыдущих поколений русских консерваторов, - на американском континенте. Согласно А.Г Дугину, в соответствии с правилами геополитики, «…любой русский заинтересован в скорейшем крахе Америки»1 .

Наконец, третьей основной чертой, объединяющей современных отечественных консерваторов, является культ мощного централизованного государства как гаранта против деструктивного и агрессивного западного вмешательства во внутренние дела России. Идеалами такого государства для одних из них является империя, для других - воссоздание в той или иной форме Советского Союза.

Выражая взгляды большинства российских консерваторов по поводу оптимальной формы общественного устройства России, А.Г.Дугин утверждает, что ею должна быть Российская империя, в которой «этно-религиозные общины имеют равный статус и которая руководствуется беспристрастными принципами имперской гармонии и справедливости»2 .При этом он заявляет о своем положительном отношении к демократии, но не либеральной, а «органической», которая «рассматривает народ не как механическую совокупность свободных личностей, но как живой организм, который нельзя расчленить на атомы»3 . В этом же духе выдержаны его рекомендации российскому правительству: «Отказаться от слепого копирования западных образцов. Возродить нравственные, семейные ценности. Остановить пропаганду греха и порока в СМИ, перестроить всю систему образования»4 .

Имперская доминанта характерна для книг А.А. Проханова «Симфония Пятой империи» (М., 2007) и М.Юрьева «Третья империя. Россия, какой она должна быть (СПб – М., 2007). Оба автора ратуют за создание новой российской империи, которая включала бы не только постсоветское пространство, но и другие государства мира.

В процессе политического самоопределения России предстоит стать не новой империей, а, подобно наиболее развитым странам мира, - нацией-государством, представляющим собой сплав различных этносов, объединенных общей экономикой, культурой и политическими отношениями. Характерные для консерваторов ностальгия по прежним имперским образованиям и грезы о строительстве новой империи в практической политике осуществимы лишь путем широкомасштабной экспансии с гибельными для страны последствиями. Приверженцы имперского будущего России игнорируют ставшие очевидными неэффективность и нежизнеспособность империй.

Если для имперски ориентированных евразийцев российская специфика определяется прежде всего геополитическим фантомом «хартленда» (континентального ядра), противопоставленного атлантической цивилизации. респектабельные евразийцы выстраивают более сложную систему аргументов, отмежевываясь как от западничества, так и наиболее уязвимых тезисов национал-патриотов и православных мыслителей.

По мнению А.С.Панарина, после распада СССР Россия оказалась перед жестким выбором: либо восстановить прежнее пространство, причем в новом духовном, моральном и экономико-технологическом качестве, либо стать одной из стран третьего мира, лишившись всяких шансов занять достойное место в мировом сообществе. Естественно, что при такой альтернативности восстановление утраченного геополитического статуса представляется единственным для России способом обеспечить выживание и избежать неблагоприятного развития событий.

Путь выхода России из кризисного состояния А.С.Панарин видит в борьбе с разрушительным влиянием глобализма, за сохранение самобытности российской цивилизации и создание суверенной государственности с протекционистской экономикой. В сборнике его статей «Правда о железном занавесе» (2006), написанных в разные годы, проводится мысль о том, что спасти Россию оп полного уничтожение Западом может возвращение к традиционному обществу, основанному на традиционных религиях, прежде всего православии. По его мнению, России в целях самозащиты следует закрыться от Запада, создав свой «железный занавес».

Главной задачей внешнеполитической стратегии России отечественные консерваторы считают создание геополитического противовеса доминированию США в международных отношениях. В качестве основных направлений поиска союзников рассматриваются южное и восточное (Китай, Индия, мусульманские страны). При этом России отводится роль интегратора постсоветского пространства, центра притяжения государств Евразии, стремящихся противостоять атлантизму и экспансии США. Сторонниками «контрглобализации» не принимается во внимание неизбежность разрушения российского государства и общества при первых же попытках осуществления их грандиозных планов.

В общем русле современного русского консерватизма с его традиционализмом, неприятием прогресса и ксенофобией значительным своеобразием отличаются общественно-политические взгляды А.И.Солженицына, отражающие усиливающийся интерес социума к цивилизованному консерватизму. Востребованность такого консерватизма вызывается следующими обстоятельствами.

Во-первых, доминирование радикальных социалистических и либеральных идей , игнорировавших фактор преемственности в общественном развитии, вызывало разрушительные последствия.

Во-вторых, в ХХ веке отчетливо выявились недостатки демократической формы правления, особенно на начальных стадиях ее функционирования.

В-третьих, для периода после Второй мировой войны характерно разочарование в либерализме из-за невыполненных им обещаний, которое усилилось в связи с последствиями российских реформ.

В-четвертых, в связи с появлением и обострением глобальных проблем встал вопрос о критериях социально-политического и научно-технического прогресса.

Интересные ответы на вопросы, поставленные временем, дает один из крупнейших писателей современности А.И.Солженицын, тяготея к социально-философскому осмыслению действительности. Его вклад в формирование мировоззрения умеренных консерваторов (особенно верующих) весьма значителен.

Исходный тезис писателя состоит в том, что общественное бытие во всех его проявлениях следует рассматривать прежде всего с религиозно-этических позиций. Руководствуясь этим тезисом, он поднимает проблему соотношения «политического» и «морального» и высказывает мысль о необходимости сверять любую деятельность социума, особенно политическую, по нравственному компасу. Свою позицию он подкрепляет ссылками на Эразма Роттердамского и Владимира Соловьева, которые рассматривали политическую деятельность как нравственное служение обществу

С этих позиций писатель подверг критике такие институты либеральной демократии как всеобщее избирательное право и партии. По его мнению, демократические выборы приводят к торжеству «бессодержательного количества над содержательным качеством». Способ преодоления этого недостатка видится писателю в введении ценза оседлости и увеличении возрастного ценза. Партии оцениваются как антинациональные по своей сущности, поскольку разрушают целостность наций, подменяют национальные интересы партийными и ищут выгоду в борьбе за власть, негативно влияя на нравственность общества.

А.И.Солженицын – противник классического либерального принципа свободной конкуренции. Признавая, что не может быть независимого гражданина без частной собственности, он считает необходимым ее ограничивать, чтобы избежать ущемления интересов других граждан. Писатель высказывается за жесткое законодательное ограничение концентрации капитала, ведущее к монополизации экономики.

Оценивая ценности либеральной демократии как не соответствующие потребностям России, А.И.Солженицын в качестве альтернативы им предлагает авторитарные. По его мнению, авторитарное правление наилучшим образом обеспечивает стабильность и преемственность в развитии общества, но таит в себе опасность сползания в тиранию. Принцип разделения властей он считает спорным, способным привести к распаду единого государственного организма. Народ России, как полагает писатель, «не готов к парламентаризму»1 .Необходимость деятельности политических партий практически отрицается.

Путь к выздоровлению российского общества А.И.Солженицын видит не только в создании сильной централизованной власти, но и в развитии местного самоуправления. Он отмечает, что «демократия малых пространств» была присуща России, а идея самоуправления имеет долгую историю, реализуясь в народные собраниях – вече, сословно-представительных учреждениях – Земских соборах.

Предлагаемый А.И.Солженицыным механизм создания «гуманной « автократии» основывается на непрямом, многоступенчатом голосовании. Президент избирается их числа претендентов, предложенных Всеземским собранием. Само Всеземское собрание состоит из представителей, выбранных областными собраниями, которые, в свою очередь, включают представителей уездных собраний, а уездные – волостных. Президент, согласно схеме А.И.Солженицына, сможет исполнять свои обязанности пожизненно, если Всеземское собрание не сочтет целесообразным его сменить. Очевидно, что при таком механизме создания «гуманной» автократии открываются самые широкие возможности для злоупотреблений.

Пользуясь категориями «нации» и «морали», А.И.Солженицын в самой категорической форме выразил свое неприятие революций как явлений «антинациональных» и «аморальных». Переход от дооктябрьской России к СССР расценивается им как «излом хребта», который едва не окончился национальной гибелью.

По поводу моральных последствий революций писатель отмечал , что они ведут к «озверению нравов, к атмосфере всеобщей ненависти». Более того, всякая революция насыщена «сгущенным числом отвратительных фигур», которые как бы взмучивает с «морального дна».

Рассмотрение социально-политических идей А.И.Солженицына может быть резюмировано в виде следующих выводов.

1. А.И.Солженицын, как и консерваторы, в оценке общественно-политических явлений придерживается религиозно-этического подхода, признает за духовным фактором ведущую роль по отношению к материальному.

2. Писатель высказывает негативное отношение к революциям, либерально-демократическим ценностям современного общества; придерживается идеи преемственности, отстаивая эволюционный путь развития социума. На страницах своих произведений он часто цитирует таких известных представителей российского консерватизма, как Ф.М.Достоевский и М.Н. Катков.

3. В отличие от других представителей консерватизма А.И.Солженицын чужд элитарных воззрений и выступает за народное самоуправление. Отношение к народу как источнику власти выводит писателя за рамки классической консервативной парадигмы.

В содержательном плане идея сочетания «гуманной» авторитарной власти и эффективного народного самоуправления представляется проблематичной и трудно осуществимой.

Приверженность части российского общества консервативным идеям обусловлена сложными процессами развития национального самосознания в условиях модернизации и резкого снижения геополитического статуса страны, прежде всего кризисом национальной идентичности и потерей исторической перспективы.

Контрольные вопросы

1. Когда российский консерватизм принял идеологическую форму?

2. Охарактеризуйте официально- монархическое направление русского консерватизма и изложите взгляды его ведущих представителей.

3. В чем проявлялась специфика славянофильского направления в российском консерватизме?

4. Назовите основные особенности дореволюционного русского консерватизма.

5. Каковы причины возникновения консерватизма русской эмиграции?

6. Раскройте содержание концепций И.А.Ильина и И.Л.Солоневича и сопоставьте их взгляды.

7. В чем специфика консерватизма евразийцев?

8. Какие факторы обусловили возникновение «третьей волны» консерватизма и в чем ее особенности?

9. Назовите знаковые фигуры «третьей волны» консерватизма.

10. Охарактеризуйте основные особенности современного русского консерватизма.

11. В чем своеобразие консерватизма писателя А.И.Солженицына?

12. Чем вызвана приверженность части российского общества консервативным воззрениям?

Рекомендуемая литература

Брутян А.Л . М.Н.Катков. Социально-политические взгляды. М.: МАКС-Пресс. 2001.

Громовик В.Г. Консервативная идеология в современном мире, М.: РИЦ ИСПИ РАН. 2005. Глава 111.

Гумилев Л.Н. От Руси к России. Очерки этнической истории. М.: Прогресс. 1992.

Гусев В.А. Русский консерватизм: основные направления и этапы развития. Тверь.: Твер. Гос. ун-т. 2001.

Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М.: Книга. 1991.

Дугин А.Г. Основы геополитики. Геополитическое будущее России. Мыслить пространством. М.: АРКТОГЕЯ-центр. 2000.

Дугин А.Г. Евразийский путь как Национальная идея. М.: АРКТОГЕЯ-Центр. 2002.

Евразия. Исторические взгляды русских эмигрантов. М.: Ин-т всеобщей истории. 1992.

Зиновьев А.А. Русская трагедия. М.: «ЭКСМО». 2005.

Зиновьев А.А., Крупнов Ю.В. Русский выбор. В 2-х книгах. М.: Олма-пресс. 2006.

Зюганов Г.А. География победы. Основы российской геополитики. М.. 1997.

Зюганов Г.А. Глобализация и судьба человечества. М.: Молодая Гвардия. 2002.

Ильин И.А. О грядущей России: Избранные статьи. М.:Воениздат. 1993.

Иоанн, Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский. Битва За Россию. СПб., 1993.

Кабешев Р.В. Идеологические концепции «новых правых» //Вестн. МГУ. Серия 12. Политические науки. 2006. №1.

Карамзин Н.М. Записка о древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях. М.: Наука. 1991.

Коваль Е.И., Назукина М.В. От монархической идеи к консервативной: Ф.Р.Шатобриан и развитие русской политической мысли в первой половине Х1Х века//Полис. 2005. №5.

Консерватизм в России и мире. В 3-х ч. / Под ред. А.Ю.Минакова (отв. ред.) и др. Воронеж. Воронежский гос. ун-т. 2004.

Леонтьев К.Н. Избранное. М.: Московский рабочий. 1993.

Маняев А. Социально-философские взгляды А.И.Солженицына: вариант нового консерватизма//Власть. 2002. №5.

Митрополит Иоанн. Одоление смуты. СПб.: Царское дело. 1995.

Мусихин Г.И. Россия в немецком зекркале (сравнительный анализ германского и российского консерватизма). СПб.: Алетейя. 2002.

Основы евразийства. М.: АРКТОГЕЯ-Центр. 2002.

Панарин А.С. Правда железного занавеса. М.: Алгоритм. 2006.

Паин Э.А. Между империей и нацией: модернистский проект и его традиционалистская альтернатива в национальной политике России (2-е изд. доп.). М.: Новое издательство. 2004.

Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. М.: Русская книга. 1993.

Проханов А.А. Симфония Пятой империи. М.: Эксмо, Яуза. 2007.

Пути Евразии. Русская интеллигенция и судьбы России. М.: Русская книга. 1992

Работяжев Н.В., Соловьев Э.Г. От Ленина к Данилевскому: метаморфозы геополитических воззрений КПРФ //Полис. 2007. №2.

Ремизов Михаил. Консерватизм / Мыслящая Россия: картография современных интеллектуальных направлений. Антология. Под ред. В.Куренного. М.: «Наследие Евразии». 2006.

Репников А.В. Консерватизм//Российская цивилизация (этнокультурные и духовные аспекты): Энциклопедический словарь. М.: Российская политическая энциклопедия. 2001.

Репников А.В.Консерватизм в России: вчера и сегодня//Политические партии и проблемы развития демократии и парламентаризма. М.. 2001.

Российские консерваторы (Сб.ст.). М.1997.

Русский консерватизм Х1Х столетия: Идеология и практика /Под ред.В.Я.Гросула. М.: «Прогресс-Традиция». 2000.

Савицкий П. Континент Евразия. М.: Аграф. 1997.

Солженицын А.И. Россия в обвале. М.: Русский путь. 1998.

Соловьев Э.Г. Национальные интересы и основные политические силы современной России. М.: Наука. 2004.

Солоневич И. Народная монархия. М.: Феникс 1991.

Тихомиров Л.А. Монархическая государственность. СПб.: Изд. Российского имперского Союза-Ордена. 1992.

Шафаревич И.Р.Путь из-под глыб. М.: Современник. 1991.

Юрьев М. Третья империя. Россия, которая должна быть СПб.- М.: Лимбус пресс. 2007.

У1. ПОЛИТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ МАРКСИЗМА

1. Теоретические источники марксизма

Марксизм возник в 40-х годах Х1Х века. К.Маркс (1818-1883) и Ф.Энгельс (1820-1995) пытались выяснить условия и указать пути освобождения трудящихся от эксплуатации и всех форм социального гнета. Они стремились наметить контуры строя, который сможет преодолеть отчуждение рабочих от собственности и власти, разумно организует общественную жизнь, обеспечит свободное и гармоничное развитие личности.

Идеологическая позиция марксизма складывалась под воздействием различных идейных течений. Суждения предшественников так или иначе переосмысливались ими и лишь затем включались в создававшуюся историко-материалистическую картину социального мира.

Источник экономических воззрений марксизма составили идеи классиков английской политической экономии А.Смита и Д.Рикардо. Последние понимали современное им общество как мир материальных потребностей людей, комплекс отношений производства, обмена, распределения и потребления материальных благ. Двигателем общественных процессов они считали реальные интересы индивидов, деятельность которых подчинена объективным законам общественной жизни. Государство всецело зависит от общества и призвано обслуживать его.

Интерес К.Маркса и Ф.Энгельса вызывали взгляды Ж.-Ж.Руссо на демократию как форму политического бытия индивидов, соединившихся в единое общество. Согласно Ж.-Ж.Руссо, сердцевина демократии – принципы народного суверенитета, верховенства и полновластия народа в государстве. Этот принцип реализуется через фактический контроль народа за исполнительной властью.

Марксистская политическая концепция складывалась не без влияния выдающихся французских историков эпохи Реставрации О.Тьерри, О.Минье, Ф.Гизо. Эти ученые сумели реалистически оценить зависимость государственного строя, правовых установлений от материальных условий общественной жизни, от происходившей в истории борьбы классов. Они полагали, что политические институты, юридические нормы создаются обществом, являются отражением общественного строя, но потом начинают сами воздействовать на социальную жизнь, видоизменять ее. Идеологическим представлениям К.Маркса и Ф.Энгельса оказалась особенно созвучной мысль французских историков о том, что борьба классов наполняет всю гражданскую историю.

К.Маркс и Ф.Энгельс констатировали преемственность собственных представлений о будущем обществе со взглядами своих социалистических предшественников, особенно А.Сен-Симона, Ш.Фурье и Р.Оуэна. В своих работах они пытались анализировать сильные и слабые стороны этих взглядов.

Немалую роль в возникновении марксизма сыграли идеи немецкой классической философии, особенно Г.Гегеля. Переработанная в материалистическом духе гегелевская диалектика была ими широко использована для анализа политических и государственно-правовых проблем.

Наконец, воззрения К.Маркса и Ф.Энгельса испытали влияние еще одного идеологического течения – либерализма. Сами К.Маркс и Ф.Энгельс всячески стремились дистанцироваться от него, считая эту идеологию по преимуществу буржуазной, чуждой пролетариату. Тем не менее трудно отрицать родство с либеральными представлениями следующих известных положений марксизма: «всякий раз, когда под вопрос ставится та или другая свобода, тем самым ставится под вопрос и свобода вообще», «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех», «нет прав без обязанностей, нет обязанностей без прав», «свобода состоит в том, чтобы превратить государство из органа, стоящего над обществом, в орган, этому обществу подчиненный». Необходимо, однако, подчеркнуть, что именно приведенные и подобные им положения К.Маркса и Ф.Энгельса были инородными пролетарски-классовой природе марксизма.

Вопрос о месте и роли марксизма в современном мире является предметом острых дискуссий. Суждения на сей счет таковы.

1. Марксизм в целом был верен для своего времени, но в дальнейшем утратил актуальность и отношение к нему должно быть, как к любому классическому учению.

2. Марксизм выдвинул привлекательные принципы, но не разработал механизм их применения.

3. Марксистские прогнозы в принципе верны, но относятся к отдаленному будущему человечества.

Эти суждения высказываются и в различных сочетаниях.

Для формулирования позиции по сложному и спорному вопросу попытаемся определить специфику марксизма. Марксизм – это учение о прогрессе как смене общественных формаций и росте производительных сил; о социалистической революции во главе с субъектом прогресса – пролетариатом; о сломе буржуазной государственной машины и замене ее диктатурой пролетариата, отмирающей впоследствии; о построении коммунизма – безтоварного и безрыночного общества ассоциированных производителей.

Рассмотрим, в какой мере эти идеи выдержали испытание временем, насколько они соответствуют реальностям современной цивилизации при переходе от индустриального общества к постиндустриальному и информационному.

2. Формационная схема исторического прогресса

Согласно марксизму, история представляет собой однолинейный процесс смены общественных формаций – первобытно-общинной, рабовладельческой, феодальной, капиталистической и коммунистической. Этот процесс расценивается как революционный и прогрессивный, детерминируемый потребностью производительных сил и таких производственных отношений, которые открывали бы простор для их функционирования и обеспечивали бы решение общественных проблем.

В ХХ веке обнаружились узость и ограниченность формационного подхода к истории. Они проявились пережде всего в абсолютизации роли материально-технической сферы жизни общества как детерминанты прогресса. Эта сфера действительно оказывает значительное, во многом определяющее воздействие на общественные процессы. Вместе с тем она испытывает на себе существенное, а нередко и решающее влияние множества нематериальных факторов – доминирующих в обществе настроений, воли элит и лидеров, деятельности политических партий и т.д.

Марксова концепция общественного развития создавалась на основе анализа исторического опыта западноевропейского региона и механически экстраполировалась на все человечество. Поэтому она нередко оказывалась в явном противоречии с развитием различных стран и регионов, не учитывались их цивилизационные характеристики. В России, например, не было рабовладельческой формации.

Аргументом против марксовой пятичленки формаций являются и нынешние модернизационные процессы в странах СНГ и Восточной Европы. Они доказывают несостоятельность представлений об эсхатологическом крахе капитализма и мессианском торжестве коммунизма.

Наконец, трансформация индустриального общества в постиндустриальное и информационное со всей очевидностью демонстрирует ограниченность марксистских представлений о направленности исторического процесса.

По своей сути марксова концепция формаций с коммунизмом как счастливым финалом человечества была отголоском дарвиновской теории эволюционного развития форм жизни от низших к высшим. Для этой концепции характерно телеологическое видение исторического процесса, принижающее роль общественного и индивидуального сознания.

Слабым местом марксизма является недооценка роли личностного фактора в общественном развитии. Взгляд К.Маркса на историю носит в значительной степени обезличенный характер. В этом смысле он – прямой продолжатель гегелевского понимания истории. Разница в том, что у Гегеля сущность истории сводится к движению Мирового духа, а у К.Маркса – к развитию экономического базиса, т.е. производственных отношений. По отношению же к базису все остальные сферы жизни (политика, религия, искусство, мораль), согласно марксизму, носят производный характер.

Следует отметить, что марксова концепция истории как последовательной смены социально-экономических формаций в определенной мере корректировалась самим К.Марксом, обратившимся к изучению азиатского способа производства, отличающегося от пройденных Европой типов общественного устройства. При исследовании этого способа производства он обнаружил, что целостность обществу здесь придает не экономика. а властные факторы. Однако открытие этого феномена осталось не разработанным ни К.Марксом, ни его последователями.

Открытие «властной» формации взламывает линейную «пятичленку»: первобытно-общинный строй – рабовладение – феодализм – капитализм – коммунизм. Оказывается возможным иной тип формации, интегрирующим стержнем которого служат отношений власти, а не отношения собственности. Возникшее в России тоталитарное антикапиталистическое образование и представляло собой своеобразное сочетание промышленной цивилизации и пережитков азиатской общественной структуры.

В современном обществознании преобладает так называемый цивилизационный подход к изучению исторического процесса. Его суть – в осмыслении роли и значения исторических цивилизаций в общественном развитии, которые выделяются по разным основаниям – типу культуры, религии, географическому положению, уровню технико-экономического развития. В этой связи говорят о таких цивилизациях, как славяно-православная, мусульманская, азиатская, индустриальная и постиндустриальная и т.д.

Цивилизационный подход к истории – более содержательный и плодотворный, чем формационный. Объект его внимания – совокупность всех форм жизнедеятельности общества – материальных, духовных, нравственных и прочих в их единстве и неразрывности. Он отражает происходящие в мире интеграционные процессы, прогрессирующую взаимозависимость народов. Этот подход открыт для изучения вновь возникающих тенденций, способен охватить всю сложность и многообразие мирового развития.

3.Концепция всемирно-исторической миссии рабочего класса

Центральными положениями марксистской теории являются тезисы о классовой борьбе как главном содержании всемирной истории и революционном насилии как радикальном способе ликвидации эксплуатации человека человеком.

К.Маркс и Ф.Энгельс полагали, что победа пролетариата во всемирном масштабе превратит человечество в единую общность без классовых различий и национальных границ, обеспечив тем самым возможность искоренения войн и достижения вечного мира. Марксистское понимание проблем мировой политики основывалось на экономическом детерминизме, согласно которому формирование всемирного рынка определит глобальный характер социального конфликта и последующих изменений в системе международных отношений.

В истории, особенной современной К.Марксу и Ф.Энгельсу, борьба классов действительно занимала значительное место. Их работы позволяют глубже понять положение рабочего класса и его борьбу с буржуазией в Х1Х веке.

Самая сильная часть «Капитала» - главы и страницы, посвященные первоначальному накоплению – насильственному сгону крестьян с земли и их разорению в ХУ1 и ХУ11 веках, ужасающему положению рабочих – с 14-16 часовым рабочим днем, с низкой зарплатой и проживанием в работных домах, с массовой безработицей без всякого социального страхования. У Ф.Энгельса в работе «Положение рабочего класса в Англии» сообщается о 7 – 8 – летних детях, работающих на фабриках, но с еще более низкой зарплатой, чем у взрослых.

К.Маркс и Ф.Энгельс были уверены, что прогрессирующему обнищанию трудящихся может быть положен конец только посредством такого переустройства общества, которое сделает пролетариев коллективными собственниками средств производства. Они называли «вульгарными экономистами» либеральных экономистов (Дж.Милль), утверждавших, что обнищание масс – преходящее явление, преодолимое капиталистическим развитием, и потому призывавших пролетариев к гражданскому миру с работодателями.

Путь к обществу без эксплуатации К.Маркс и Ф.Энгельс видели в применении насилия по отношению к буржуазии, поскольку последняя добровольно власть не отдаст. При этом они прибегали к метафоре, сравнивая насилие с повивальной бабкой старого общества, когда оно беременно новым. В дальнейшем ленинизм как большевистская леворадикальная версия марксизма абсолютизировал роль насилия в истории.

Последующий опыт показал. что сводить историю прежде всего к борьбе классов – значит неоправданно обеднять ее содержание. Социалистические революции, в которых марксизм видел путь к осуществлению своего идеала – коммунизма, на практике приводили к появлению нежизнеспособной общественной системы, с трудом поддающейся трансформации в систему гуманную и демократическую.

В России, например, многие вопросы, которые стояли перед обществом до 1917 года, неумолимо и с еще большей остротой встали после социалистического эксперимента, нуждаясь в безотлагательном решении. Это и вопросы собственности, и переход к цивилизованному рынку, и создание правового государства, и решение национальных проблем. Революционный скачок разрушил преемственность и взаимосвязь культур, традиций, нравственных основ, составляющих фундамент российской цивилизации.

Применительно к революциям еще предстоит изучить феномен, который Ф.Энгельс вслед за Г.Гегелем назвал «иронией истории». Суть этого феномена в том, что лозунги Великой Французской революции «свобода, равенство и братство» обернулись бонапартистским режимом, а социалистический идеал оказался нереализованным или до неузнаваемости искаженным.

В ХХ веке обнаружилась высокая эффективность реформ как способа социальных преобразований. Именно реформы, а не насилие одного класса над другим привели западное общество к благополучию.

В странах Запада решение существующих проблем достигается не на пути конфронтации и установления господства одного класса над другим, а в результате поиска консенсуса, достижения баланса интересов различных слоев общества в ходе реформ.

Таким образом, выявился исторически ограниченный характер марксистского положения о насилии как повивальной бабке истории. Оно отразило период острой классовой конфронтации и оказалось неприемлемым для разрешения классовых противоречий ХХ века.

Опыт показал не только неразрешимость классовых противоречий насильственным путем, но и отсутствие реального содержания у одной из основополагающих идей марксизма – диктатуры пролетариата.

К.Маркс понимал эту идею как непродолжительное господство рабочего класса развитых государств для преодоления сопротивления свергнутой буржуазии. В.И.Ленин видел в диктатуре пролетариата власть, не связанную никакими законами и поддерживаемую населением. В ленинских трудах диктатура пролетариата приобрела значение главной идеи марксизма, важнейшего критерия революционности.

В реальной практике диктатура пролетариата никогда и нигде не была установлена. Марксистская же идея диктатуры пролетариата служила средством легитимации власти партийно-государственной номенклатуры, опиравшейся на люмпенизированные слои населения.

В ХХ веке в социально-профессиональной структуре общества произошли глубокие сдвиги, изменившие представления о «движущих силах истории» и способах достижения социальной справедливости.

Самым значительным социальным последствием НТР в странах Запада стало относительное, а впоследствии и абсолютное сокращение удельного веса промышленных рабочих, связанное со структурными сдвигами в экономике. В США уже во второй половине 80-х годов три четверти рабочей силы было занято в сфере услуг, связи и отраслях с преобладанием канцелярского труда. В странах Европейского Союза на промышленность приходится менее трети работников наемного труда, на непроизводственную сферу – 60%, на сельское хозяйство – около 8 %.

Создание «общества услуг и информации» приводит к снижению роли и даже постепенному исчезновению некоторых традиционных профессий (например, шахтеры). Падает удельный вес крупных рабочих коллективов, растет число мелких и средних предприятий. К разрушению «рабочих бастионов» ведет и расширение сферы надомного труда.

К концу ХХ века стало очевидным, что рабочий класс, стремясь улучшить свое положение, доказал способность играть конструктивную роль в рамках буржуазного общества, гармонизировать отношения труда и капитала. Вместе с тем он не обнаружил никаких особых качеств возвышающих его над другими классами и слоями, и не проявил готовность через свою диктатуру привести общество к процветанию. Идея всемирно-исторической миссии рабочего класса в ликвидации всех форм социального гнета оказалась утопической.

В странах Запада 80-85% населения относит себя к «среднему классу». Почти повсеместно являются реальностями 40-часовая рабочая неделя и оплачиваемый ежегодный отпуск. Безработица если и не ушла в прошлое, то в большинстве стран перестала быть самостоятельной проблемой, превратилась в часть проблемы занятости. В разных странах от 60 до 80 % населения живет в отдельных домах. Всеобщим является медицинское и социальное страхование, которое в своей значительной и даже преобладающей части осуществляется не за счет взносов трудящихся, а за счет работодателей и государства. Подавляющая часть населения имеет доступ к среднему и специальному образованию, при этом 40-50% молодежи продолжает его в вузах.

В результате радикальных перемен в странах Запада сфера социального конфликта значительно сузилась. Традиционные формы классовой борьбы замещаются борьбой идей и интересов в рамках гражданского консенсуса, диалогом и компромиссами для достижения баланса интересов различных слоев общества.

Следует отметить, что в рамках общей ориентации на революционный переход к коммунизму К.Марксу и Ф.Энгельсу в ряде работ удалось избежать абсолютизации роли антагонизмов в развитии общества. Так, в исследовании «Положение рабочего класса в Англии» Ф.Энгельс сделал вывод о том, что коммунизм стоит выше противоречия и вражды между пролетариатом и буржуазией, ибо он «является делом не одних только рабочих, а всего человечества»1 . В конце своей жизни он писал: «…Коммунизм является не только партийной доктриной рабочего класса, но и теорией, стремящейся к освобождению всего общества, включая и класс капиталистов, от тесных рамок современных отношений»2 .

В Х1Х веке К.Маркс глубоко проанализировал механизмы и структуры капитализма, но явно недооценил его живучесть, способность эффективно использовать достижения науки и технологии. Сделанные им выводы оказались в значительной степени неприменимыми для понимания и прогнозирования путей развития современного западного общества.

Опыт ХХ века доказал, что для раннего монополистического капитализма существовала зона политической нестабильности, где назревали узлы напряженности и революционные ситуации. В этой зоне оказалась и Россия. В дальнейшем капитализм обрел иммунитет к революциям, и его развитие пошло по эволюционному, реформистскому пути. С 60-х годов капитализм динамично трансформируется из индустриального в постиндустриальное и информационное общество.

В странах Запада созданы механизмы регулирования экономики, позволяющие своевременно разрешать социальные противоречия. Возросла степень удовлетворения потребностей не только первичных, но и более высокого порядка. Иными словами, капитализм оказался способным, пусть в противоречивых формах, нести человечеству прогресс и решить часть задач, которые К.Маркс и Ф.Энгельс относили к функциям социализма.

Марксова же концепция социализма оказалась в значительной степени заимствованной у социалистов-утопистов ХУ1 – начала Х1Х веков, поскольку основывается на таких идеях, как необходимость обобществления средств производства и создания единой общенародной собственности, ликвидация товарного производства и переход к непосредственному распределению путем прямого продуктообмена.

Прогнозируя неизбежность перехода человечества к социализму и коммунизму, К.Маркс и Ф.Энгельс не ставили вопрос о том, кто заменит организаторов капиталистического производства, заинтересованных в прибылях и несущих материальную ответственность за свои решения. Из текстов К.Маркса и Ф.Энгельса неясно, что явится стимулом хозяйствования в обществе, отказавшемся от частной собственности. Отсутствие каких-либо соображений на сей счет плохо согласуется с мыслью К.Маркса о том, что идеи неизменно посрамляли себя, когда отрывались от интересов людей.

Настаивая на неизбежности преодоления рынка, частного быта и частного обеспечения семьи, К.Маркс тем самым лишал людей первичных условий свободы, возможности выбирать предметы потребления. Он делал людей заложниками тех, кто распределяет общественные богатства и решает, что они должны потреблять. в каких количествах и в какое время.

К.Маркс и Ф.Энгельс утверждали, что переход к социализму возможет только тогда, когда капитализм себя исчерпает. Но они не высказывали никаких конкретных соображений о критериях, которые позволяли бы определить меру его зрелости.

К.Маркс не приводит никаких аргументов в пользу своего сверхдальнего прогноза о пришествии коммунизма. В работе «Критика Готской программы» он нарисовал картину общества, лишенного социальных различий и противоречий, живущего по принципу «каждый по способностям, каждому по потребностям!». Однако у К.Маркса отсутствует конкретный предметный анализ будущего общества ассоциированных производителей, способов его создания и механизма функционирования.

История не подтвердила марксову концепцию социализма как альтернативы капитализму в развитых странах Запада, но доказала привлекательность социализма для отсталых стран. Именно в этих странах, и в частности в России, произошел синтез вульгаризированной марксистской теории и неразвитого политического сознания. Нельзя исключить и того, что революционный потенциал марксизма будет востребован в незрелых обществах.

На российской почве, а затем и в масштабах «системы социализма», марксистское учение по существу трансформировалось в религию, обретя такие ее черты, как вера в непогрешимость, всесилие и чудотворность; свои пророки и пантеоны святых (мавзолеи в столицах государств); свои тексты (полные собрания сочинений, цитатники Мао). Этот официальный культ поддерживался искренней верой части населения и всей репрессивной мощью государства.

Ретроспективно можно утверждать, что к восприятию марксизма Россию на определенном историческом этапе подготовили традиции общинности и соборности. Функционирование тоталитарного государства во многом дискредитировало социалистическую идею.

4. Противоречия марксизма

По ряду вопросов позиция К.Маркса была непоследовательной и противоречивой.

С одной стороны, в работах К.Маркса фиксируется бурное развитие промышленного капитализма, пришедшего на смену мануфактурной стадии его развития. С другой стороны, высказывается убеждение в кризисном состоянии капитализма и переходе в не столь уж отдаленном будущем к посткапиталистическому строю.

В «Манифесте Коммунистической партии» убедительно показана прогрессивная роль буржуазии. создавшей в течение одного столетия большие производительные силы, чем все предшествующие поколения вместе взятые. Подчеркивается, что «буржуазия не может существовать, не вызывая постоянно переворотов в орудиях производства, не революционизируя, следовательно, производственных отношений, а стало быть, и всей совокупности общественных отношений»1 .

Однако вслед за приведенным положением в «Манифесте» утверждается, что уже несколько десятилетий история капитализма представляет собой лишь «историю возмущения современных производительных сил против современных производственных отношений». При этом указывается на периодические кризисы перепроизводства, «которые… все более грозно ставят под вопрос существование всего буржуазного общества»1 .

В предисловии к «Манифесту» 1872 и 1888 гг. высказывалась мысль о том, что, несмотря на прошедшие десятилетия, основные положения документа остаются правильными. Вместе с тем в 70-80-х гг. для К.Маркса и Ф.Энгельса уже было достаточно очевидно, что капитализм способствовал развитию производительных сил и не исчерпал возможности своего развития. В 1859 г. в известном предисловии к «Критике политической экономии» К.Маркс подчеркивал, что ни одна общественная формация не сходит с исторической арены, пока не предоставляет достаточного простора для развития производительных сил.

В ряде работ и, прежде всего, в «Манифесте» К.Маркс писал о рабочем класса как продукте распада традиционного общества, лишенном собственности и надежды на будущее. Из такой посылки неясно, каким образом этот класс найдет в себе духовные силы и разум для построения совершенного общества.

Преодоление анархии капиталистического производства К.Маркс связывал с ликвидацией закона стоимости, товарно-денежных отношений, конкуренции, рынка. В то же время в рынке он видел некий созданный историей совершенно уникальный механизм выявления количества общественно необходимого труда, воплощенного в товаре.

В одних работах К.Маркс доказывал невозможность рационального земледелия без сохранения мелких крестьянских хозяйств. В других он писал о бесперспективности этих хозяйств с точки зрения общественных потребностей, требовал национализации земли и обобществления крестьянского труда.

Противоречивость воззрений К.Маркса проявилась и в подходе к государству. С одной стороны, в них явственно просматриваются контуры знакомого нам «государственного социализма». С другой стороны, у К.Маркса немало мыслей противоположного свойства – о «свободном самоуправлении» как средстве преобразования способа производства.

Не свободно от противоречий отношение К.Маркса и Ф.Энгельса к утопическому социализму.

Начиная с 1842-1843 гг. в своих письмах они подчеркивали, что в отличие от утопистов не придумывают никаких осчастливливающих человечество систем и проектов и претендуют лишь на критическое рассмотрение данного буржуазного общества с целью выявить нарождающиеся в нем силы, способные, во-первых, ликвидировать присущие капитализму антагонизмы и, во-вторых, качественно преобразовать антигуманное общество на основе им же самим создаваемых экономических, общественных и культурных предпосылок 1 .

Отмежевываясь от утопического социализма, авторы «Манифеста» тем не менее сами отдали дань казарменным представлениям о будущем. Для «наиболее передовых стран» они рекомендовали «экспроприацию земельной собственности; отмену права наследования; одинаковую обязательность труда для всех; учреждение промышленных армий, в особенности для земледелия 2 .

Противоречия марксизма сыграли определенную роль в последующей его вульгаризации ортодоксами коммунизма, которые прокламировали приверженность одним положениям этой теории и избегали вспоминать о других, не отвечающих их интересам и взглядам.

5. Ленинизм и большевизм

Радикальной версией марксизма являлся ленинизм, ставший идейной основой большевизма. Как партия и течение политической мысли большевизм возник после раскола РСДРП на большевиков во главе с В.И.Лениным (1970 – 1924) и меньшевиков во главе с Л.Мартовым (1873 – 1923).

Существенное влияние на мировоззрение В.И.Ленина оказали идеи Н.Г.Чернышевского и П.Н.Ткачева, в частности, разработанная последним концепция партии заговорщиков-революционеров, использующих захваченную ими государственную власть для продолжения народной революции и осуществления экономической диктатуры. Эти идеи в трансформированном виде и облаченные в марксистскую терминологию заняли значительное место в обосновании теоретических постулатов ленинизма.

Стержнем идеологии большевизма были идеи пролетарской революции под руководством партии «нового типа» с жесткой дисциплиной и иерархической структурой, слабого звена в цепи империализма и разновременности победы революций, диктатуры пролетариата как орудия слома буржуазной государственности и создания социалистической. Эти идеи сформулированы в таких работах, как «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов» (1894), «Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения» (1902), «Государство и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции» (1917) и др.

В работе «Империализм как высшая стадия капитализма» (1916) В.И.Ленин доказывал, что капитализм вступил в высшую и последнюю стадию своего развития – империалистическую, являющуюся кануном социалистической революции. Мировую войну он рассматривал как катализатор гибели капитализма.

В отличие от К.Маркса и Ф.Энгельса, связывавших переход к социализму с развитыми капиталистическими отношениями, В.И.Ленин рассматривал Россию как самое слабое звено в цепи империализма, в котором возможен ее прорыв, способный послужить началом мировой социалистической революции.

В работе «Государство и революция» (1917) В.И.Ленин изложил свое видение процесса становления диктатуры пролетариата и его этапов. На первом из них должен произойти «слом» буржуазной государственной машины и ее замена органами народного самоуправления – Советами. На втором – уже после осуществления социалистической революции предполагались постепенное отмирание пролетарского государства и переход к непосредственному правлению народа.

В.И.Ленин считал ошибочным усвоение молодежью только коммунистических выводов и лозунгов, призывал ее овладеть всем культурным и духовным богатством, созданным человечеством1 .

В начале 20–х годов В.И.Ленин сделал вывод о необходимости «пересмотра всей нашей точки зрения на социализм». Он инициировал переход к новой экономической политике (НЭП), предполагавшей широкое развитие кооперативной деятельности, отошел от лозунгов мировой революции, выступил за мирное сосуществование между социализмом и капитализмом, стал рассматривать «социалистическую экономику» как часть мировой, предпринял некоторые меры по созданию правового демократического государства.

Идея исторического компромисса, к которой В.И.Ленин начал приходить в конце жизни, состояла в осознании несводимости разных экономических укладов к одному единственному самому передовому и прогрессивному, способному обеспечить победу нового общественного строя. Проблема заключалась в переходе к социализму в каком-то ином, чем предусматривалось К.Марксом смысле – длительного совмещения разных укладов где капитализму отводилось бы место в процессе трансформации общества.

По мысли В.И.Ленина, достижения социализма в экономической, социальной и культурной сферах, а также проводимая им политика мирного сосуществования стимулируют процесс становления коммунистической цивилизации. В методологическом плане эта позиция базировалась на формационном подходе к истории с характерным для него упрощенным представлением об однолинейности процесса смены общественных формаций как результата взаимодействия производительных сил и производственных отношений.

В целом можно утверждать, что В.И.Ленин скорректировал К.Маркса в пролетарско-якобинском духе. С точки зрения собственно доктринальной его оппонент меньшевик Г.В.Плеханов был несомненно ближе к марксизму, шире по философскому, социологическому и историческому кругозору. Представляется верным суждение Г.В.Плеханова о В.И.Ленине, высказанное в беседе с русским мыслителем Ф.Степуном: «Как только я познакомился с ним, я сразу понял, что этот человек может оказаться для нашего дела очень опасным, так как его главный талант – невероятный дар упрощения»1 .

В большевизме существовало и неортодоксальное направление, ориентировавшееся на марксову концепцию пролетариата как потенциального носителя высшей коммунистической культуры. Проблемы формирования культурных предпосылок социалистической революции при капитализме были в центре внимания А.А.Богданова (1873 – 1928) и А.В.Луначарского (1875 – 1933). В.И.Ленин расценивал их взгляды как ревизионистские и подвергал резкой критике.

Со второй половины 20-х годов в идеологии большевизма возобладал революционный консерватизм, связанный с именем генерального секретаря ЦК ВКП(б) И.В.Сталина (1870 – 1953). Основные идеологемы и постулаты сталинизма изложены в работах «Марксизм и национальный вопрос» (1913), «Об основах ленинизма» (1924), «Национальный вопрос и ленинизм» (1929), «Марксизм и вопросы языкознания» (1950), «Экономические проблемы социализма» (1952).

Консервативное начало сталинизма выразилось в реставрации принципов бюрократического авторитаризма в управлении государством, воссоздании аристократической структуры общества – партийно-государственной номенклатуры, сакрализации власти. Политическая концепция И.В.Сталина стала идейным обоснованием для установления в СССР тоталитарного режима, осуществившего беспрецедентные в истории репрессии против собственного народа.

В связи с предпринятым И.В.Сталиным в середине 20-х годов отделением марксизма от ленинизма как его дальнейшего развития господствовавшая в СССР идеология была названа марксизмом-ленинизмом. В нее включались не только идеи К.Маркса, Ф.Энгельса и В.И.Ленина, но и имплицитно труды самого И.В.Сталина, а впоследствии и его преемников на посту генерального секретаря КПСС. Марксизму-ленинизму отводилась роль «истинного» знания, способного объяснять законы общественного развития, к числу которых были отнесены: неизбежность смены капитализма социализмом; возможность сосуществования государств с различным общественным строем в течение периода перехода человечества к коммунистической формации; возрастание роли народных масс в истории; возможность перехода народов третьего мира к социализму, минуя капитализм.

Введение советских войск в Чехословакию весной 1968 г. выявило неспособность приверженцев догматизированного марксизма-ленинизма аргументировано полемизировать с интеллектуальными кругами этой страны, пытавшимися придать гуманистический характер идеям социализма, сделать этот общественный строй привлекательным для широких слоев населения.

Революционный радикализм был характерен и для маоизма - левацкого националистического течения, доминировавшего в Китае в 40-70-х гг. ХХ века. Его адепты , утилитарно используя марксистскую фразеологию, пытались выдать маоизм за «марксизм-ленинизм современной эпохи». Основные постулаты этого течения состояли в следующем:

1) рабочий класс Запада утратил революционные качества и «обуржуазился»;

2) компартии Запада, выражающие интересы «обуржуазившегося» рабочего класса, также перестали быть революционными и «интегрировались» в капиталистическую систему;

3) вооруженное насилие и война представляют собой универсальное средство решения всех социальных проблем;

4) социалистические страны во главе с СССР заинтересованы в мирном сосуществовании с Западом и поэтому не могут быть авангардом мировой революции;

5) революционность присуща лишь народам бывших колоний, чья борьба против империализма может привести к ликвидации эксплуатации и победе социализма.

6) Китай – естественный лидер стран третьего мира в борьбе против гегемонии сверхдержав – СССР и США.

В течение нескольких десятилетий идеология маоизма была популярна в бывших колониях с преобладающим крестьянским населением. Она получила определенное распространение и в среде леворадикально настроенной молодежи стран Запада, которую привлекали ультрареволюционная риторика тогдашней китайской пропаганды, призывы к бескомпромиссной борьбе против империализма. Маоистские идеи вдохновляли многих участников студенческих волнений конца 60-х гг. в Западной Европе и Северной Америке. К настоящему времени влияние маоизма в мире является незначительным, а в Западной Европе сошло на нет.

6.Неомарксизм и еврокоммунизм

Неадекватность ряда ключевых положений и внутренняя противоречивость марксизма стимулировали попытки его модернизации. Одной из наиболее известных модификаций марксизма в ХХ веке был так называемый неомарксизм, организационно оформившийся в 30-х гг. на базе Франкфуртской школы социальных исследований.

Франкфуртская школа являлась центром притяжения приверженцев марксизма, критически относившихся к капитализму, но в то же время считавших, что идеологи ортодоксально левых партий выхолостили и вульгаризировали диалектический подход к его анализу. Основными методологическими принципами школы были приверженность марксистской диалектике, гуманизму и освобождению человека от всех форм эксплуатации; акцентирование значимости человеческого начала в социальных отношениях.

Ведущие представители неомарксизма Теодор Адорно (1903 – 1969) и Герберт Маркузе (1858 – 1979), спасаясь от гитлеровского режима, перебрались в США и поэтому считаются «немецко-американскими» философами. Они отвергали марксистские положения о классовой борьбе как способе установления диктатуры пролетариата и ленинскую идею «первенства политики над экономикой» и другими сферами общественной жизни. У К.Маркса и его предшественников наследовалось только одно – критическое отношение к буржуазному обществу, которое было перенесено на «поздний капитализм».

Новациями неомарксистов Франкфуктской школы стали два главных положения. Первое: движущей силой революции является не пролетариат, который обуржуазился и интегрировался в капитализм, а «аутсайдеры» - люмпены, безработные, преследуемые национальные и сексуальные меньшинства, радикальные слои студенчества и гуманитарной интеллигенции, нищее население «бедных» стран, противостоящее «богатым» странам. Второе положение: слабое звено буржуазного общества – не власть и государство, а система духовных ценностей – культурных, моральных, религиозных и определяемых ими семейно-брачных отношений. Единственное, что сближало старых и новых марксистов – это понимание морали: все, что способствует революции, - нравственно, что препятствует ей – аморально.

Уже в Соединенных Штатах представители Франкфуртской школы создали так называемую «критическую теорию», в которой подвергли уничтожающей критике главные элементы западной культуры – христианство, власть, семью, традиции, патриотизм, консерватизм, сексуальные ограничения и прочее. Объектом наиболее радикального отрицания явилась традиционная семья во главе с мужчиной-отцом. В ней усматривалось не просто неравенство полов, а политическое неравенство. Такая семья оценивалась как «авторитарная», представляющая собой «авторитарное государство в миниатюре», где «семейный империализм воспроизводит национальный империализм». Т.Адорно даже объявил патриархальную семью «колыбелью фашизма».

Альтернативу западной культуре неомарксисты видели в «сексуальной революции». Г.Маркузе в книге «Эрос и цивилизация» объявил «принцип получения удовольствия» главным принципом жизни. Эта идея была с энтузиазмом встречена в студенческих кампусах Европы. Г.Маркузе стал «культовой фигурой» молодежи. Во время студенческих выступлений в Париже в 1968 году развевались знамена с надписью «Маркс, Мао, Маркузе». Хотя впоследствии Г.Маркузе отказался от наиболее нигилистических положений своей концепции, они оставили заметный след в общественном сознании Запада.

Вариантом неомарксизма были и идеи Антонио Грамши (1891 – 19з7), одного из основателей Итальянской компартии. В ряде работ, особенно в основном труде «Тюремные тетради», написанном в заключении с 1929 по 1935 год, он развивал политико-философский аспект марксизма, расширяя рамки первоисточника и частично ревизуя его. Новаторской была мысль о том, что движущей силой истории является не развитие производительных сил, как утверждал К.Маркс, а конкуренция гегегемоний и культурных моделей, причем не обязательно связанных с экономикой.

Одна из главных тем политической философии А.Грамши – теория гегемонии, которая использовалась для обоснования стратегии перехода к социализму. Смысл этой теории состоял в достижении рабочим классом экономического, политического и идейно-нравственного господства в обществе путем создания «исторического блока» с другими угнетаемыми классами и слоями, внедрения в массовой сознание новой культуры, ориентированной на социалистические ценности.

Важную роль в завоевании рабочим классом господствующих позиций в обществе А.Грамши отводил интеллигенции рабочего класса, по его выражению, «органической интеллигенции». Она должна не просто творить культуру, но и посредством культуры объединять нацию вокруг доминирующего класса, формировать коллективную волю нации. Ее миссию А.Грамши видел и в том, чтобы привлечь в «исторический блок» «традиционную интеллигенцию», доставшуюся от прошлой эпохи.

Согласно теории гегемонии интеллектуальным лидером нации («коллективным интеллигентом») должна стать марксистская партия как выразитель коренных интересов рабочего класса. Именно эта партия, согласно А.Грамши, обладает монополией на истину и подобна божеству (или церкви), которой следует подчиняться.

Оригинальна и разработанная А.Грамши концепция революции как способа достижения рабочим классом полной гегемонии. Он считал, что прямое столкновение со старым режимом и государством, как это было в России в 1917 году, малоэффективно. В условиях гегемонии буржуазии рабочему классу будет трудно взять власть в результате одной, пусть даже и хорошо подготовленной, атаки на капитал. Для овладения господствующими позициями необходима «маневренная война» в политическом обществе и «позиционная война» в структурах гражданского общества, целенаправленная политико-воспитательная деятельность марксистской партии среди широких слоев населения.

В послевоенные десятилетия неомарксизм, распространившийся в значительной степени под влиянием разочарования в опыте «реального социализма», внес заметный вклад в исследование международных отношений второй половины ХХ века. В работах неомарксистов ключевым элементом международной системы (согласно их терминологии, «мир-системы») выступают отношения собственности.

Наиболее известные представители этого направления И.Валлерстайн, А.Франк, С.Амин разрабатывают проблематику экономического неравенства и зависимости в современном мире, социальной дифференциации населения, прежде всего по оси «богатый Север – бедный Юг». Расслоение мирового сообщества на три части – процветающий центр(«ядро»), архаичную периферию и полупериферию, по их мнению, служит главной причиной нестабильности в международных отношениях и источником потенциальных конфликтов. Преодоление этой системы неравенства зависит прежде всего от готовности и способности народов периферии консолидировать свои усилия для борьбы против монополий центра за социальную справедливость и перераспределение богатства. Основные идеи неомарксизма изложены в работе Иммануила Валлерстайна «Анализ мировых систем и ситуация в современном мире», опубликованной в 2001 г. в России.

Согласно концепции И.Валлерстайна, Россия представляет собой полупериферийное государство, которое, несмотря на все попытки его реформирования, не сумело войти в состав ядра «мир-системы», но избежало участи периферийных стран, ставших колониальными придатками наиболее развитых государств. По его мнению, с геополитическим положением и военной мощью России не могут не считаться другие государства.

Будущее человечества видится И.Валлерстайну в мрачных тонах. Он прогнозирует возможность прямых нападений государств маргинализированного Юга на страны на страны «богатого» Севера, захватнических войн между государствами Юга с применением ядерного оружия, нестабильность внутри ядра «мир-системы». Главной же угрозой ядру «мир-системы» И.Валлерстайн считает массовые миграции населения Юга на Север, которые приведут к разнообразным деструктивным последствиям.

Версиями неомарксизма являются «теория зависимости »(Р.Пребиш) и

теория «структурного неравенства »(Й.Галтунг). Согласно первой из них благополучие экономически развитых стран основано на эксплуатации ресурсов отсталых и неэквивалентном обмене между богатыми и бедными государствами. Теория « структурного неравенства» усматривает причины межнациональных конфликтов в неравноценном положении одних и тех же государств в различных типах международных структур (экономической, политической, военной и т.п.).

В целом неомарксизм отражал поиск марксистскими и марксистски ориентированными мыслителями «третьего пути», свободного как от буржуазности, отчуждения и манипуляций массовым сознанием, так и от тоталитаризма с присущими ему засильем бюрократии и государственной идеологии.

К неомарксизму близок еврокоммунизм – идейное течение, сформировавшееся в компартиях Западной Европы в 70-80-х годах минувшего века. Еврокоммунисты критиковали претензии КПСС на руководство коммунистическим движением и советскую модель социализма за недостаток политических свобод, стремились к реформированию идейных и политических платформ путем отказа от тезисов «классовой борьбы», «мировой революции», «диктатуры пролетариата» и т.д. Вместе с тем они декларировали свою приверженность марксизму (но не марксизму-ленинизму) и не идентифицировали себя с социал-демократией.

Основные тезисы еврокоммунизма состоят в следующем. 1) Советская модель социалистических преобразований не универсальна; компартии должны в своей деятельности учитывать специфические национальные особенности своих стран. 2) Необходимо объединение всех погрессивных сил (рабочих, крестьян, интеллигенции, студенчества, женщин, служителей церкви, представителей средних классов) во имя демократического и социалистического обновления общества, для изоляции реакционных групп и противостояния «неспособности капитализма удовлетворить общие потребности развития общества» (Леггорнское заявление итальянской и испанской коммунистических партий, июль 1975 г.). 3) Коммунистические партии должны демократизировать свои структуры и ввести внутрипартийные дискуссии. Им следует учитывать влияние изменившихся экономических отношений на структуру классов (сокращение численности традиционного рабочего класса, появление новых групп), чтобы не лишиться своего статуса и поддержки избирателей.

Еврокоммунистическое течение в мировом коммунистическом движении пользовалось значительным влиянием прежде всего в Итальянской, Испанской и некоторое время во Французской компартиях. Его наиболее известные деятели – руководители КПИ Сантъяго Каррильо (автор книги «Еврокоммунизм и государство») и ИКП Энрико Берлингуэр.

Свои теоретические истоки еврокоммунизм усматривал в трудах Антонио Грамши. Он проявился в готовности Итальянской компартии пойти на «исторический компромисс» с христианским демократами, что, возможно, позволило бы ей войти в правительство; в принятии коммунистами Испании пакта Монклоа.

Еврокоммунизм поддерживался также компартиями Нидерландов, Великобритании, Австрии, пользовался влиянием и вне Европы, в частности, в компартиях Японии и Австралии, левых партиях Венесуэлы и Мексики. На него как источник идей перестройки ссылался в своих мемуарах М.С.Горбачев. После исчезновения СССР «еврокоммунизм потерял смысл.

7.Место марксизма в истории общественной мысли.

Вышеизложенное позволяет сделать некоторые выводы о месте марксизма в истории общественной мысли.

В условиях грандиозных сдвигов в самих основах существования человечества обнаружилась узость и ограниченность формационного подхода к истории. Более широкий взгляд на процессы, происходящие в мире, может обеспечить цивилизационный подход к общественному развитию, который свободен от абсолютизации роли материально-производственной сферы в жизни общества, открыт для изучения новых явлений.

К концу ХХ века выявилась неадекватность ключевых положений марксистской теории – об освободительной миссии рабочего класса, неизбежности революционного свержения буржуазии и установления диктатуры пролетариата. Эти положения марксизма отталкивались от реалий Х1Х века, а сам марксизм был идеологией традиционного рабочего класса – предшественника совокупного работника эпохи нтр.

В теории К.Маркса есть ряд тезисов, которые ни логически, ни исторически либо не доказаны, либо доказываются с помощью аргументации, которая сама нуждается в доказательствах. Например, тезисы о возможности преодоления частной собственности, денег, государства и политики как сферы деятельности, прогноз о переходе к коммунизму и бесклассовому обществу.

К.Маркс смутно представлял себе, кому будут принадлежать фабрики, заводы, орудия материального производства, кто будет реально распоряжаться ими. В этих вопросах у него имеются суждения общего характера о совместном владении ими то ли со стороны всего общества, то ли со стороны трудовых коллективов («ассоциированных производителей»).

Противоречащими действительности оказались положения марксизма о прогрессе как движении к «прозрачности» и перманентном упрощении социальных связей. Суть исторического процесса состоит как раз в противоположном – в развитии общественных отношений от простейших ко все более сложным.

В свете накопленного опыта некоторые идеи марксизма представляются перспективными и эвристически ценными. Это – прогнозы о преодолении в будущем порабощающего человека разделения труда, противоположности умственного и физического труда; о превращении труда из средства для жизни в первую жизненную потребность, а науки – в производительную силу общества; о свободном развитии каждого человека как условии свободного развития общества в целом.

Заслуживают внимания неоднократные высказывания К.Маркса о необходимости критического отношения к созданной им теории и постоянного ее переосмысления с учетом новых реалий. Такого рода высказывания не пользуются популярностью у ортодоксов коммунизма, отторгаются механизмом «закрытого сознания».

Таким образом, марксизм – закономерная ступень познания социальной действительности, порожденная определенными условиями и интересами. В теоретическом наследии К.Маркса можно обнаружить идеи, которые были ошибочными уже на момент их создания; идеи. которые отражали современные К.Марксу реалии и были ограничены историческим временем; наконец. идеи, которые сохраняют свою силу поныне и будут актуальны в будущем. Практическое воплощение ряда марксистских идей вело к чудовищным социальным последствиям.

В целом, несмотря на упрощенность экономикоцентричного видения исторического процесса, утопичность ряда положений марксизм является одной из наиболее фундаментальных идейных систем. Вклад К.Маркса в науку об обществе отмечался таким выдающимся мыслителем, как М.Вебер. известными учеными Р.Миллсом, Дж.Гэлбрейтом и др. Многие западные интеллектуалы считают его великим философом, социологом и экономистом, к мыслям которого следует обращаться и сегодня.

В настоящее время коммунизм как идеология и политическая практика переживает кризис: ряд компартий Западной Европы ищут новые идейные принципы и наименования, многие компартии на территории СНГ и Восточной Европы прекратили существование или преобразовались в другие партии, резко сократилась численность коммунистов и оказываемая им поддержка со стороны избирателей. Компартии являются правящими лишь в Китае, КНДР и на Кубе.

В России исповедование коммунизма в ортодоксально-большевистском (даже сталинском) варианте характерно для малочисленных и маргинальных коммунистических партий. Компартия, пользующаяся наибольшей поддержкой, - КПРФ в своей программе эклектически соединяет элементы марксизма и ленинизма со сталинизмом, национализмом, православием, «русской идеей», евразийством. Признание уникальности исторического пути России, якобы изначально ориентированного на социализм, приводит к отрицанию сформулированных К.Марксом закономерностей социального развития, что по существу является националистической ревизией марксизма. По своим идейным установкам КПРФ смыкается с современным отечественным консерватизмом.

Курс КПРФ на синтез марксизма, ленинизма и «русской идеи» вызревал еще в недрах «русской партии» в КПСС и был основным содержанием коммунистического «неославянофильства» 1970 - 1980-х годов. Возможность такого синтеза обусловлена наличием точек соприкосновения между социалистическим и консервативным мировоззрениями. Как отмечал К.Мангейм, «пролетарская мысль во многих пунктах родственна мысли консервативной и реакционной, поскольку, исходя из совершенно отличных основных целей, оказывается вместе с консервативной мыслью в оппозиции к целям капиталистического мира буржуазии и абстрактности ее мышления»1 .

Еще в Х1Х веке для отечественных социалистов и консерваторов были характерны идеализация общинных форм социальной жизни, неприятие либерально-буржуазной цивилизации, вера в мессианскую роль русского народа. Историческое призвание России виделось однако по-разному: через утверждение в мире религиозно-нравственных ценностей (славянофилы), путем преобразующего воздействия грядущей русской революции (А.И.Герцен, М.А.Бакунин и др.).

Наряду с ориентацией на возврат к традиционным ценностям идеологи КПРФ активно разрабатывают проблемы многообразия форм собственности, политического плюрализма, социального партнерства (особенно с представителями национально ориентированного капитала) и т.д. Хотя нет оснований утверждать о переходе КПРФ на идейно-политическую платформу социал-демократии, очевидно ее стремление учитывать современные реалии и тенденции мирового развития.

В настоящее время КПРФ фактически стала частью российского политического истэблишмента. Действуя в стиле «конструктивной оппозиции», она стремится к консервации существующей ситуации с закреплением за собой места одной из ведущих политических сил страны.

Электорат партий левого толка – преимущественно пожилые, малообразованные люди, уязвимые в условиях рыночной экономики. В психологическом плане для него характерны уравнительно-распределительная ментальность, приверженность конфронтационной политической культуре, ожидания патернализма со стороны власти. Стабильность электоральной базы российского коммунистического движения свидетельствует о глубокой укоренённости в сознании значительной части граждан консервативной культурной традиции, являющейся тормозом для модернизации страны и ее перехода к постиндустриальному (информационному) обществу.

Контрольные вопросы

1. Назовите и охарактеризуйте основные теоретические источники марксизма.

2. Раскройте содержание формационного подхода к историческому процессу и сопоставьте его с подходом цивилизационным.

3. Выдержала ли испытание временем концепция всемирно-исторической миссии рабочего класса и революции как радикального способа ликвидации социального гнета. Аргументируйте свой ответ.

4. В чем проявился утопизм марксистских представлений о коммунистическом обществе?

5. Почему идея социализма оказалась привлекательной для отсталых стран и в чем сущность ее вульгаризации на российской почве?

6. Раскройте содержание основных противоречий марксистской теории?

7. Охарактеризуйте ленинизм как радикальную версию марксизма и причины ее возникновения.

8. В чем сущность политической концепции И.В.Сталина как идеологического обоснования тоталитаризма?

9. В чем проявился революционный радикализм маоизма?

10. Какими причинами было вызвано появление неомарксизма. Изложите основные идеи его ведущих представителей.

11. Когда сформировался еврокоммунизм? Изложите его основные положения.

12. Соотнесите положения марксизма с идеологией и политикой КПРФ.

13. Какое место занимает марксизм в истории общественной мысли? Изложите ваше видение этой проблемы.

Рекомендуемая литература

Маркс К., Энгельс Ф.Манифест Коммунистической партии.- Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Изд.2. Т.4.

Маркс К. Критика Готской программы.- Маркс К., Энгельс Ф.Сочинения. Т.19.

Ленин В.И. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения. - Полн. собр. соч. Т.6.

Ленин В.И. Государство и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции.- Полн. собр. соч. Т.33.

Ленин В.И. Пролетарская революция и ренегат Каутский.- Полн. собр. соч. Т.37.

Ленин В.И. Детская болезнь «левизны» в коммунизме - Полн. собр. соч. Т.41.

Плеханов Г.В. Социализм и политическая борьба / Избранные философские произведения. В 5 тт. М.: Соцэгиз. 1956. Т.1.

Плеханов Г.В. К вопросу о развитии монистического взгляда на историю / Избранные философские произведения. В 5 тт. М.: Соцэгиз. 1956. Т.1.

Плеханов Г.В. К вопросу о роли личности в истории/Избранные философские произведения. В 5 тт. М.: Соцэгиз. 1956. Т.2.

Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М.: Наука. 1990.

Бухарин Н.И. Избранные произведения. М., 1988.

Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире /Пер. с англ. СПб.: Университетская книга .2001.

Валлерстайн И. После либерализма / Пер. с англ. М.: Едиториал УРСС. 2003.

Грамши А. Избранные произведения: Пер. с итал. М.: Политиздат. 1980.

Маркузе Г.Эрос и цивилизация, Пер. с англ. М.: РОССПЭН. 2004.

Маркузе Г. Одномерный человек. Исследование идеологии развитого индустриального общества (Пер. с англ.). М.: «Издательство АСТ»2003.

Зотов В.Д. Мао Цзедун как идеолог: марксизм и маоизм //оциально-гуманитарные знания. 2007. №4.

Люкс Л. Большевизм, фашизм, национал-социализм родственные феномены? //Вопросы философии. 1998. №7.

Марксизм и современность (Материалы «круглого стола» // Социально-гуманитарные знания. 2002. №1.

Ойзерман Т.И. Марксизм и утопизм. М.: Прогресс – Традиция. 2003.

Ойзерман Т.И. Оправдание ревизионизма. М.: Канон + РООИ. 2005.

Обсуждение книги Т.И.Ойзермана «Оправдание ревизионизма» //Вопросы философии. 2006. №7.

Пантин И.К. Ленин – большевизм – русская революция (размышления в связи с одной книгой) // Вопросы философии. 2005. №4.

Пастухов В.Б. Русский неомарксизм//Общественные науки и современность. 2004. №4

Пыжиков А.В. Ленинизм и сталинизм: идеологические разночтения//Вопросы философии. 2001. №6.

Теория и практика марксизма: история, современность, перспективы. М.: Ин-т философии РАН. 2002.

Шахназаров Г.Х. С вождями и без них. М.: Вагриус, 2001.

Утопический социализм: Хрестоматия/ Общ. ред. А.И.Володина. М.: Политиздат. 1982.

Яковлев А.Н. Горькая чаша. Большевизм и Реформация России. Ярославль: Верх.-Волж. Кн. Изд-во. 1994.

У11. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ

В течение более чем столетия одной из наиболее эффективных и жизнеспособных идеологий является социал-демократизм. Он зародился в последней трети Х1Х столетия внутри марксизма, но с течением времени обрел центристскую ориентацию.

Неортодоксальность и пластичность положений позволили социал-демократической идеологии трансформироваться в соответствии с происходившими в мире переменами и интегрировать многие достижения политической мысли разных направлений (в том числе марксизма и либерализма).

В настоящее время идеология социал-демократии выражает интересы широких слоев западного общества – рабочих, интеллигенции предпринимателей. Это обстоятельство во многом объясняет интерес к ней во всем мире, включая Россию, где формируются партии социал-демократической ориентации. Знание основных принципов и эволюции социал-демократической идеологии является важным фактором подготовки высокоэрудированных специалистов.

1.Теоретические предпосылки социал-демократической доктрины

Политическая идеология социал-демократии – продукт длительной эволюции. Кроме марксизма существенную роль в ее возникновении сыграли и другие концепции социализма Х1Х – начала ХХ веков, прежде всего кооперативный социализм, гильдейский социализм, фабианский социализм, государственный социализм, христианский социализм и катедер-социализм1 . Рассмотрим основные идеи этих концепций.

Кооперативный социализм своими корнями восходит к коммунистическим утопиям рубежа ХУ111-Х1Х веков. Кооперативное движение зародилось прежде всего в Англии и в значительной степени являлось реакцией беднейших слоев населения на эксплуатацию со стороны крупного торгового капитала.

Поэтому первоначально внимание теоретиков кооперативного социализма было направлено исключительно на сферу потребления. Они считали, что основой создания кооперативных обществ и предприятий является общность членов кооператива как потребителей. Эта общность интересов и должна в конечном счете привести к содружеству широких слоев населения не только в сфере обмена, но и производства.

Основоположником кооперативного социализма был английский экономист Уильям Кинг (1786 – 1865), который увидел в возникающих кооперативных обществах и предприятиях средство изменения общества. У.Кинг и его единомышленники считали, что на смену капитализму с его классовыми антагонизмами должно придти общество, основывающееся на гармонии интересов и сотрудничестве трудящихся. По их мнению, социальная справедливость может быть достигнута благодаря развитию кооперативного движения и постепенному превращению собственности его участников в преобладающую. В результате исчезнут наемный труд и капиталистическая эксплуатация, а кооператоры будут работать на себя.

У. Кинг ориентировался прежде всего на английский рабочий класс. Он полагал, что сами рабочие создадут кооперативные общества. которые затем смогут накопить необходимый капитал для приобретения средств производства. Исходным пунктом образования общественных фондов, по мнению В.Кинга, могли стать кооперативные лавки, где члены кооперативов приобретали бы себе предметы потребления. В.Кинг и другие теоретики кооперативного социализма считали, что их цели достижимы без политической борьбы, в процессе постепенной эволюции существующих общественных отношений.

Идеи кооперативного социализма имели немало сторонников и в других странах, особенно во Франции. Именно в этой стране еще под влиянием идей социалистов-утопистов начала Х1Х века А.Сен-Симона и Ш.Фурье развивалась производственная кооперация.

Наиболее известным французским теоретиком кооперативного социализма был Луи Блан (1811 - 1882), предлагавший преобразовать капиталистический строй в социалистический с помощью производственных мастерских. Он считал, что по мере накопления капитала мастерские станут преобладающими во всех отраслях производства, между ними установятся отношения солидарности и сотрудничества. В конечном счете вся промышленность станет кооперативной и появится возможность преодолеть безработицу.

К.Маркс и Ф.Энгельс с их акцентом на революционном преобразовании общества оценивали планы теоретиков кооперации как утопические и фантастические. Однако кооперативное движение дало ощутимые практические результаты и сегодня остается важным фактором экономической жизни многих стран мира.

В межвоенный и послевоенный периоды идеи кооперативного социализма развивались в Бельгийской социалистической партии, Лейбористской партии Великобритании, Партии труда Израиля.

В Англии зародилось и другое, близкое к кооперативному социализму, течение социалистической мысли – гильдейский социализм . Он возник в первой половине 20-х годов ХХ века в недрах организованного рабочего движения. Наиболее крупным теоретиком гильдейского социализма является Дж.Коул.

Теоретическими источниками гильдейского социализма были различные социалистические концепции, включая марксизм. Но в политическом плане сторонники гильдейского социализма были противниками марксистского направления в рабочем движении.

Само название «гильдейский социализм» свидетельствует о том, что свой общественный идеал создатели этой социалистической теории видели в средневековых гильдиях, объединявших ремесленников-производителей. По их мнению, гильдии способны контролировать и регулировать производство, вернуть трудящимся возможность участвовать в управлении производством, преодолеть их отчуждение от труда и его результатов. Предполагалось, что деятельность гильдий будет строиться на демократических основах (выборность снизу доверху всех функционеров, осуществление общественного контроля за их деятельностью).

Гильдейский социализм изначально был неоднородным течением. Некоторые его идеологи были склонны немедленно отказаться от крупной промышленности в пользу возврата к простому ремесленному производству как наиболее подходящему для гильдейской организации. Большинство же сторонников этой теории считали крупное машинное производство данностью, но полагало, что благодаря утверждению гильдейского социализма машины будут постепенно изъяты как не обеспечивающие индивидуальные потребности людей и произойдет возврат к ремесленному производству.

Гильдейская организация общества предусматривала его условное разделение на две большие группы – производителей и потребителей. Верховным органом всех производителей должен стать Национальный совет гильдий, а интересы граждан должно представлять государство. Последнее рассматривалось приверженцами гильдейского социализма как номинальный владелец средств производства, поскольку реальные экономические права будут переданы гильдиям.

Предполагалось, что в случае возникновения конфликта между гильдиями и обществом миссию посредника в целом возьмет на себя государство, которое через суд, опираясь на общественное мнение, будет стремиться к решению проблемы. Предусматривался и особый орган для разрешения наиболее острых ситуаций, в котором должны быть представлены как производители, так и потребители.

Ранний гильдейский социализм выступал за постепенную национализацию средств производства, которая не вызвала бы экономический хаос. Решающая роль в трансформации капиталистических отношений отводилась профсоюзам (в Англии – тред-юнионам). Сторонники гильдейского социализма считали, что через привлечение в профсоюзы наиболее способных и активных рабочих к управлению производством можно оттеснить капиталистов от хозяйственного управления и вынудить их самих отказаться от прав на собственность. При этом предусматривалась полная компенсация стоимости предприятий их бывшим владельцам, которая могла быть осуществлена как через участие в прибылях, так и в форме единовременной выплаты.

Теоретики гильдейского социализма свою главную задачу видели не только в защите материальных интересов рабочего класса, а шире – в преодолении бесправия человека на капиталистическом предприятии, его отчуждения от процесса и результатов труда. Этого, по их мнению. можно было бы добиться путем ликвидации статуса наемности труда, превращения рабочих в хозяев производства, участвующих в управлении предприятиями. Преобразование капитализма мыслилось через создание системы промышленной демократии на производстве и самоуправления во всех сферах жизни общества.

Положения гильдейского социализма об «экономической демократии», «рабочем контроле», «самоуправленческом социализме» стали элементами социал-демократической идеологии. Некоторые идеи гильдейского социализма могут быть использованы и при решении проблем модернизации российского общества.

Особое место в становлении социал-демократической теории и практики занимал фабианский социализм. Это – комплекс концепций, разработанных социалистически настроенной интеллигенцией Великобритании, основавшей в январе 1884 г. Фабианскоеобщество. Свое название оно получило от имени древнеримского полководца Фабия Максима, известного своей медлительностью и уклонением от решительных боев в войне с Ганнибалом.

Среди учредителей и членов Фабианского общества были драматург Бернард Шоу, писатель-фантаст Герберт Уэллс, супруги Сидней и Беатрисса Вебб. Общество приняло активное участие в создании Лейбористской партии Великобритании.

Фабианцы выступали за постепенную замену капиталистического общества социалистическим путем реформ в сфере распределения и обмена. Важнейшим инструментом этих реформ они считали государство, которое, по их мнению, должно выражать интересы беднейших слоев и активно вторгаться в экономические процессы с целью сглаживания имущественного неравенства, ликвидации или хотя бы сокращения безработицы. Подобные меры рассматривались ими как социалистические.

Прообраз будущей коллективистской организации фабианцы видели в потребительской кооперации. Во взглядах членов Фабианского общества впервые обозначились такие основные идеи муниципального социализма, как развитие социальной сферы в городах, обобществление коммунального хозяйства, расширение прав местного самоуправления.

Фабианцы выступали за изменение форм функционирования частной собственности путем создания акционерных обществ и частичной национализации. Предполагалось, что благодаря этим мерам частная собственность трансформируется в социалистическую.

Еще на рубеже Х1Х-ХХ веков фабианцами была обоснована необходимость вмешательства государства в отношения между трудом и капиталом, регулирования уровня зарплаты, выделения кредитов фермерам. Они предлагали поставить под государственный контроль монополии, транспорт, инфраструктуру в целом.

Фабианское общество существует и сегодня, оказывая влияние на формирование идеологии и политики Лейбористской партии Великобритании, у истоков которой стояло и коллективным членом которого является.

Создателем концепции «государственного социализма» был прусский экономист Карл Робертус (1805 – 1875). Он не пользовался этим термином, но уповал на «идеальное государство» как главное средство социальных преобразований. По его мнению, используя «государственные законы», следует постепенно отобрать у имущих классов собственность на землю и капитал и передать ее в руки государства. Государство должно взять на себя функцию регулирования экономики, заменить законы буржуазного общества «свободными, нравственными и жизненными законами».

Сходной позиции придерживался один из предшественников социал-демократии Фердинанд Лассаль. В отличие от К.Робертуса, который после 1848 г. не участвовал в политической жизни, Ф.Лассаль был тесно связан с немецким рабочим движением и внес реальный вклад в его организацию.

Основным элементом социально-экономических воззрений Ф.Лассаля была идея «неурезанного трудового дохода». Он полагал, что распространение при помощи государства кооперативных принципов организации производства могло бы привести к созданию ассоциаций, которые открыли бы путь к социализму. Новый общественный строй, согласно Ф.Лассалю, и должен был обеспечить «неурезанный трудовой доход».

Особое место в лассальянских планах социального переустройства отводилось «государственной помощи». Согласно его представлениям, идеальное «государство будущего» должно обеспечить расцвет человеческих качеств и обеспечить прогрессивное развитие народов. Путь к такому государству виделся во введении всеобщего избирательного права, обеспечении рабочего большинства в парламенте, которое превратило бы государство в «большую ассоциацию бедных классов».

Определенный вклад в формирование идейно-теоретических основ социал-демократии внесли катедер-социализм и христианский социализм .

Название катедер-социализм произошло от немецкой транскрипции слова «кафедра», так как большинство представителей этого направления были преподавателями высшей школы. Катедер-социалисты считали, что существующие социальные антагонизмы могут привести к революции и опасались ее разрушительных последствий. Поэтому они выступали за государственное вмешательство в экономику, установление патерналистских отношений между капиталистами и рабочими, внесение «нравственности» в экономические отношения между этими классами. По их мнению, социальный вопрос можно было бы решить с помощью реформ, повышения зарплаты, упорядочения налогов.

Катедер-социалисты оказали сильное влияние на эволюцию германской социал-демократии в ее отходе от марксизма. Их взгляды вполне могут рассматриваться как один из источников современной концепции демократического социализма.

Распространение идей социализма в Х1Х веке отразилось и на позиции церкви, в лоне которой в первой половине Х1Х века сформировался христианский социализм. Это течение стремилось доказать возможность совмещения идей христианства и социализма, апеллируя к евангельским текстам.

Христианский социализм проповедовал классовый мир на основе любви к ближнему, призывал к преобразованию общества путем нравственного совершенствования. Он поставил в центр своей доктрины не экономические и политические, а морально-этические проблемы, оказав тем самым существенное влияние на формирование идейно-теоретических основ социал-демократии.

Все вышеизложенное дает основание для вывода о том, что к рубежу Х1Х и ХХ веков сложился мощный пласт социалистических идей, которые способствовали появлению политической идеологии социал-демократизма.

2. Возникновение и становление идеологии социал-реформизма

В конце Х1Х века в социал-демократии наметилась тенденция к отходу от ряда положений ортодоксального марксизма из-за их нежизненности и абстрактности. Теоретические основы реформизма были заложены в работе Э.Бернштейна «Предпосылки социализма и задачи социал-демократии» (1899). Он был первым, кто пришел к реформаторским взглядам, считая себя марксистом.

В отличие от К.Маркса и Ф.Энгельса, которые анализировали процессы разрушения буржуазного общества и созревания предпосылок революций, Э.Бернштейн (1850 – 1932) обратил внимание на новые тенденции в развитии капитализма - рост производства и качества рабочей силы; появление у работников потребности в большей свободе и самостоятельности; повышение уровня жизни пролетариата и его интеграцию в буржуазное общество; рост удельного веса средних слоев. Исходя из этих тенденций, он обосновал тезис о способности капитализма к саморазвитию и на этой основе осуществил ревизию классического марксизма.

Э.Бернштейн подверг критике вывод К.Маркса об относительном и абсолютном обнищании пролетариата как следствии обострения противоречия между развитием производительных сил и устареванием производственных отношений. Он считал, что в марксовой теории прибавочной стоимости абсолютизируется значение производственной сферы в ущерб распределительным отношениям, а в создании прибавочной стоимости преувеличивается значение живого труда по сравнению с трудом накопленным. По мнению Э.Бернштейна, в условиях роста общественного богатства и благосостояния распределительные отношения превалируют над производственными.

Э.Бернштейн выразил несогласие с тезисом К.Маркса о растущей концентрации производства как определяющей тенденции в экономике. Он отмечал, что степень концентрации производства в различных отраслях неодинакова, а в условиях рынка все формы предприятий жизнеспособны, поскольку существует потребность в различных видах хозяйствования. Многообразие форм собственности и видов экономической деятельности обусловливают чрезвычайно высокую степень социальной дифференцированности буржуазного общества, возникновение новых социальных групп и многочисленного среднего класса как основы стабильности.

Следовательно, по мнению Э.Бернштейна, интегрированное буржуазное общество может быть преобразовано в социалистическое эволюционным путем, на основе демократии, солидарности и самоопределения, без революций и вооруженной борьбы, лишь нарушающих процесс естественного развития. В вопросе о собственности он исходил из необходимости обобществления лишь крупных предприятий при сохранении мелких и средних в частных руках, распространения акций как средства совладения собственностью для широких слоев населения.

Э.Бернштейн выступил против некоей целостной модели социализма, обрисованной К.Марксом в «Критике Готской программы». Социализм представлялся ему как идеал справедливого общественного устройства и как процесс постоянного роста благосостояния и свободы индивидов, связанный с ограничением эксплуатации наемных работников, расширением контроля общества над производством и государством. Этот процесс будет продолжаться бесконечно в соответствии с формулой «движение – это все, конечная цель – ничто».

Исходной формой социалистических общественных отношений Э.Бернштейн считал кооперацию. Классовая борьба при капитализме им не отрицалась, однако предполагалось, что по мере распространения демократии она приобретет исключительно мирные формы. Взаимоотношения между эксплуататорами и эксплуатируемыми, согласно Э.Бернштейну, должны формироваться на основе компромиссов. Приход рабочего класса к власти мыслился по мере роста его численности в капиталистическом обществе.

Такое понимание социализма означало отказ от выводов классического марксизма о классовой борьбе как движущей силе развития общества, о революции как способе устранения господства буржуазии, о пролетариате как авангарде общественных преобразований и о диктатуре пролетариата как новой форме власти трудящихся. Вместо них были выдвинуты положения о реформе как единственно возможном и целесообразном способе преобразования западного общества и демократии как основе социального переустройства.

Взгляды Э.Бернштейна встретили неприятие со стороны главных теоретиков 11 Интернационала К.Каутского и Г.В.Плеханова, но особенно резкой критике их подвергла Роза Люксембург. В брошюре «Реформа или революция» она утверждала, что выводы Э.Бернштейна о перспективах развития капитализма основываются на отдельных фактах. На самом же деле новые явления в мировой экономике подготавливают условия для еще более масштабных и разрушительных кризисов капитализма и в конечном счете его краха. Реформистскую деятельность социал-демократов Р.Люксембург оценивала негативно, полагая, что такая деятельность воспитывает у рабочих корпоративные настроения и не является социалистической.

Многие десятилетия теоретическая деятельность Э.Бернштейна расценивалась как «ревизионистская», и его «реабилизация» состоялась только в Годесбергской программе, принятой германскими социал-демократами в 1959 г. Именно в этой программе они признали реалии рыночной экономики и отказались от понимания социализма как некоей модели, основывающейся на обобществлении средств производства.

В основу позднейших разработок социал-демократии легли также идеи К.Каутского после его разрыва с марксизмом. Для него характерно отрицание возможности революционных перемен в странах западной Европы, предпочтение парламентской демократии, акцентирование роли массовых выступлений трудящихся.

В 20-х годах К.Каутский солидаризировался с разработанной видным деятелем германской социал-демократии Р.Гильфердингом теорией «организованного капитализма», мирно врастающего в социализм. Согласно этой теории, в результате преодоления анархии производства смягчаются экономические кризисы, становится более устойчивым положение наемных работников. Переход частной собственности под контроль рабочего класса и профсоюзов, управление ею методами «хозяйственной демократии» (т.е. с участием трудящихся в управлении производством) ликвидируют саму основу для революций и приведут к трансформации капиталистического общества в «демократический социализм». Политической формой перехода к социализму явится коалиция рабочих и буржуазных партий.

В опубликованной в 1930 г. работе «Большевизм в тупике» К.Каутский критиковал теоретическую деятельность В.И.Ленина за упрощенческий и облегченный подход к стоявшим перед страной грандиозным проблемам. Анализируя процессы, происходившие в СССР, он высказал суждения и оценки, которые предваряли сформулированные впоследствии политической наукой отличительные признаки тоталитарных режимов. Он был одним из первых теоретиков, обнаруживших сходство между большевизмом и фашизмом, и предрекал провал большевистского эксперимента.

После краха 11 Интернационала в годы Первой мировой войны произошло размежевание двух потоков международного социалистического движения – коммунистов и социал-демократов. Первые взяли курс на революционный переход к социализму, вторые – на эволюционное преобразование общества.

Большинство лидеров социал-демократических партий выступило с критикой идеи мировой социалистической революции и политики большевиков. В связи с этим В.И.Ленин назвал их «прямыми классовыми врагами пролетариата»1 .

С замедлением революционного процесса коммунисты назвали социал-демократию «главной опорой капитализма в промышленно развитых… странах»2 и выступили за ее полное изгнание из рабочего движения.

Под давлением И.В.Сталина десятый Пленум Коминтерна в июне 1929 г. назвал все социал-демократические партии «социал-фашизмом» и объявил их главным врагом коммунистических партий. Лидеры социал-демократии не оставались в долгу и нередко заявляли о тождестве фашизма и большевизма, призывали к либерализации СССР.

Определенный пересмотр отношения к социал-демократии произошел в 1935 г. на У11 Конгрессе Коминтерна, взявшего курс на создание единого антифашистского фронта. Однако после осуждения социал-демократией советско-германского пакта 23 августа 1939 г. Коминтерн вновь потребовал решительной борьбы против социал-демократии.

Отношения между коммунистами и социал-демократами носили достаточно конфликтный характер вплоть до ХХУ11 съезда КПСС, взявшего курс на перестройку.

Социал-демократы задолго до коммунистических партий осознали, что капитализм обладает большими ресурсами выживания и приспособляемости, способен удовлетворить широкий круг потребностей людей, причем не только первичных, но и потребностей более высокого порядка. Они давно призывали коммунистов отказаться от иллюзий о загнивании и скорой гибели капитализма, о замене его социализмом советского образца.

Социал-демократия фиксировала следующие изменения при капитализме: расширение регулирующей функции государства во всех сферах общественной жизни, особенно в экономике; возрастание роли наемных работников в управлении производством; развитие процессов обобществления и социализации в основных сферах общественной жизни; существенный подъем жизненного уровня населения.

3.Идейно-политическая концепция «демократического социализма» и ее эволюция

Новации Э.Бернштейна и К.Каутского во многом определили содержание идейно-политической доктрины социал-демократии – концепции «демократического социализма». Эта концепция сформулирована в декларации учредительного конгресса Социалистического интернационала, состоявшегося в 1951 г. во Франкфурте-на-Майне. Известная модернизация концепции была предпринята в программных документах социал-демократии 70-80-х гг., в частности в «Декларации принципов» (1989 г.).

Термин «демократический социализм» впервые был использован в 1888 г. известным английским драматургом Бернардом Шоу. До первой мировой войны его использовали Э.Бернштейн и О.Бауэр, а в межвоенный период – также К.Каутский и Р.Гильфердинг.

В дальнейшем идеи «демократического социализма» развивались и реализовывались партиями-членами Социнтерна, являющегося сегодня крупнейшим международно-политическим объединением. В его состав входит более 150 партий, а их число за последние два десятилетия ХХ века возросло в два раза.

«Демократический социализм» трактуется одновременно и как длительный процесс реализации ценностей свободы, справедливости и демократии, и как общество будущего. Четкого определения «демократического социализма» и временных рамок его осуществления не существует. Социал-демократия подчеркивает, что такое общество не может быть создано в отдельно взятой стране, а возникнет лишь как новая ступень цивилизации.

Таким образом, для социал-демократов социализм – это не жесткая социальная конструкция, как у коммунистов, а скорее вдохновляющая гуманистическая идея, содержание которой постоянно обогащается. Такое понимание социализма предполагает возможность и необходимость корректировки этой идеи по мере изменения условий. Не случайно на учредительном конгрессе социал-демократия отказалась от единой идеологии как идейной основы своего движения, что позволило ей избежать доктринальной узости, свойственной коммунистам и приведшей к сокращению их влияния в мире. Некоторые социал-демократические партии, в частности, германская, вообще не употребляют понятие «идеология» в своих программных документах.

Концепция «демократического социализма» представляет собой отрицание советского варианта социализма как в содержательном отношении, так и по форме практической реализации социалистических принципов. Практика советской власти и просоветских режимов рассматривается как классический образец тоталитаризма.

Достижение «демократического социализма» мыслится через осуществление политической и экономической демократии и создание «государства благосостояния».

Политическая демократия предполагает прежде всего многопартийность, свободу действий для оппозиции, возможность пребывания у власти разных партий, их сменяемость в результате выборов. Однопартийное правление несовместимо с политической демократией. Ее составной частью являются права человека. свобода печати, самостоятельность профсоюзного движения, существование правового государства.

Экономическая (промышленная) демократия предполагает на микроуровне – непосредственное участие трудящихся в управлении предприятиями (как частными, так и государственными), на макроуровне – создание органов «социального партнерства» в масштабах экономики в целом, приобщение профсоюзов к совладению предприятиями.

И, наконец, под «государством благосостояния » понимается совокупность институтов, регулирующих экономику, социальную сферу с целью повышения благосостояния населения. Деятельность «государства благосостояния» касается прежде всего социального обеспечения, жилищного строительства, образования, охраны труда, обеспечения занятости, политики в области культуры.

В качестве последней стадии приближения к обществу «демократического социализма» рассматривается установление социальной демократии. Под таковой подразумевается наполнение демократическим содержанием всех сфер общественной и личной жизни, прежде всего эмансипация женщин.

Ныне европейские социал-демократы предпочитают говорить не о социализме, а об обществе социальной демократии. Но суть их мировоззренческих позиций остается неизменной.

Политическая система обществ, исповедующих идеологию социал-демократии (Швеция, Австрия, Норвегия, Швейцария и т.д.), основывается на принципах общественного консенсуса, разделения властей, социального партнерства и компромисса политических сил. Принцип общественного консенсуса, т.е. согласия социальных групп по базовым ценностям, ориентирует систему на представительство интересов всех социальных групп и слоев общества. Действие этого принципа обусловлено высокой степенью культурной однородности общества, приверженностью населения идеалам демократии, солидарности и справедливости.

Функционально политическая система строится на сочетании, во-первых, сильной централизованной власти в лице институтов парламентской демократии и, во-вторых, эффективных структур общественного самоуправления с высоким уровнем финансовой и юридической самостоятельности.

Стабильность политической жизни основана на социальном партнерстве социал-демократии и буржуазных партий, на практике политического компромисса между ними. Партия, проигравшая на выборах, выступает в качестве конструктивной оппозиции, заставляя правящую партию выполнять взятые предвыборные обещания. В результате даже после поражения социал-демократов на выборах, приходящие к власти буржуазные партии в целом сохраняют приверженность важнейшим принципам демократии – социальной защиты, солидарности и справедливости.

4. Система «социального государства»

Важный вклад социал-демократии в развитие мировой цивилизации – создание системы «социального государства». Эта система в основном функционирует и тогда, когда социал-демократию сменяют у власти партии консервативной или либеральной ориентации.

Система «социального государства» строится с учетом того, что общественный прогресс может обеспечиваться лишь через сотрудничество и партнерство между предпринимателями и наемными работниками. При этом каждой из сторон следует учитывать интересы друг друга. Наемные работники в своем стремлении улучшить экономическое положение не должны переходить границу, за которой у предпринимателей исчезает стимул к хозяйственной деятельности. В свою очередь, предпринимателям следует создавать благоприятные условия (социальные, технологические, образовательные) для оптимального воспроизводства рабочей силы, без которой невозможен экономический прогресс.

Государство координирует отношения между предпринимателями и наемными работниками, обеспечивает социальную защиту всех членов общества, осуществляет функцию обучения граждан новым профессиям, необходимым производству.

Система «социального государства» предотвращает возникновение резкой дифференциации в доходах населения, обеспечивая тем самым социальную стабильность и гармонию в общественных отношениях.

Под воздействием экологических движений социал-демократия в отличие от прежних времен уделяет значительное внимание охране окружающей среды. Многие партии сочетают социально-экономическую деятельность с обеспечением экологических основ существования человека.

О практике западной социал-демократии наглядное представление дает ее «шведская модель». Основные компоненты этой модели таковы.

Первый - это равновесие между трудом и капиталом, исключающее возможность расширения контроля за частной собственностью, будь то в виде национализации или дирижистского макропланирования.

Второй - это гармонизация производственных отношений, благодаря которой профсоюзы оказываются заинтересованными не столько в государственных субсидиях в те или иные отрасли производства, сколько в эффективной системе переподготовки и перемещения кадров.

Третий компонент модели – эффективные инструменты проведения экономической политики, включающие прогрессивную налоговую систему, поощрение высокой мобильности рабочей силы и стимулирование производства, ориентированных на экспорт.

Четвертый компонент – укоренённость в политической культуре общества таких качеств, как социальный консенсус в отношении существующего строя, прагматизм и конструктивный эгалитаризм1 .

В рамках общего социально-либерального подхода просматриваются две основные модели развития общества - германская и англосаксонская (британская). Они частично являются объектом дискуссий, частично отражают существующие реалии и определяют пути развития социал-демократии.

Первая из этих моделей ориентирована на обеспечение участия в управленческих структурах и в принятии решений на всех уровнях не только собственников, но и лиц наемного труда, местных сообществ, потребителей и других заинтересованных групп и организаций. Она основывается на максимально возможном согласовании интересов различных групп населения и отдельных граждан. Такой алгоритм гораздо перспективнее демократического принципа подчинения меньшинства большинству.

Германская модель предполагает более существенную роль государства, чем это допускают британские лейбористы. Для нее характерна целенаправленная промышленная политика, ориентированная на всемерное использование финансовых ресурсов в интересах хозяйства всей страны. В сфере социальных отношений акцент делается на обеспечении конструктивной роли разных общественных сил в развитии экономики, в системе выработки и принятия общественно значимых решений. Перспектива германской модели – «общество участия» с элементами корпоративизма.

Англосаксонская модель предполагает доминирующую роль индивида и индивидуализма в системе общественных отношений. Именно с их эволюцией идеологи этой модели связывают перспективы предстоящих системных изменений как в национально-государственных, так и в глобальных масштабах.

Следует отметить, что идеологи данной модели не отождествляют индивидуализм только с сугубо личным интересом, считают, что он должен носить и во многом уже носит институциональный характер. Индивидуализм как бы вписан в систему правовых, экономических и социальных отношений и наполняет их реальным содержанием.

Идеологи англосаксонской модели отвергают коллективизм, отдают предпочтение отношениям между индивидами и территориальными сообществами, начиная с «соседских» и кончая региональными. Большое значение придается неполитическим общественным организациям социальной, правозащитной, экологической направленности.

Либеральная идея равенства возможностей индивидов трактуется как «всеобщая включенность», которая позволит создать «общество ответственных, нацеленных на риск индивидов». Идея институционального индивидуализма органически сочетается в англосаксонской модели с решительной поддержкой процессов глобализации, рассматриваемых как залог общественного прогресса и дальнейшего совершенствования демократии.

В начале 90-х годов выявилась ограниченность представлений социал-демократии в вопросе о путях достижения социальной справедливости. Придавая первостепенное значение сфере распределения, они нередко добивались ее расширения за счет эффективности производства и, прежде всего, новых технологий. Оказались преувеличенными надежды на государственное регулирование как фактор перехода к постиндустриальному обществу. В качестве стимулов развития экономики неоправданно акцентировалась роль общественных интересов и собственности, недооценивалось значение индивидуального интереса. Все это снижало уровень обеспеченности населения и ослабляло влияние социал-демократии.

По инициативе ряда видных деятелей социал-демократии – бывшего канцлера ФРГ и многолетнего председателя Социнтерна В.Брандта, премьер министра Франции Ф.Миттерана, премьер министра Швеции У.Пальме, премьер-министра Испании Ф.Гонсалеса и др. теория и практика этого идейно-политического течения были обогащены новыми подходами. Основное содержание новаций сводится к следующему.

Преодолена недооценка фактора эффективности производства. Осуществляется поиск оптимального для каждой страны соотношения роста эффективности производства, уровня социальной защищенности и благосостояния населения. Значительное внимание уделяется проблеме путей и форм укрепления демократии – децентрализации власти, повышения роли самоуправления, использования методов непосредственной демократии, демократизации производства. Социал-демократы отказались от преувеличения роли государственного сектора экономики в обеспечении социальной справедливости. Разрабатываются меры для обеспечения социальной ориентации рыночной экономики.

Прежние установки социал-демократии корректируются с учетом изменившихся условий, опыта неоконсерваторов и либералов. Стремление к реалистичной политике в некоторых аспектах сближают социал-демократов с неоконсерваторами и неолибералами.

К концу 90-х годов западная социал-демократия в основном преодолела кризис, связанный с износом традиционных идей и наступлением неоконсервативной волны. Она вновь обрела политический вес и в ряде демократических стран является ведущей политической силой, возглавляя правительства или в качестве влиятельной оппозиции.

Используя новые возможности, социал-демократы прилагают значительные усилия для пересмотра и обновления своих программных и политических установок. Их главная цель – максимально четко и убедительно сформулировать свое новое кредо и подвести под него основательную идейно-теоретическую базу.

Особое внимание уделяется анализу процессов глобализации и их влияния на социумы . На своих последних конгрессах социал-демократы заявляли о своей решимости воздействовать на эти процессы таким образом. чтобы они развивались на благо человечества.

В связи с эрозией суверенитета государств подчеркивается необходимость обеспечения новых гарантий личности на межгосударственном, региональном и глобальном уровнях. Концепция «государства благосостояния» модифицируется в концепцию «государства социальных инвестиций» с акцентом на системе образования применительно к нуждам «информационного общества». Первостепенное значение придается разработке путей и способов укрепления солидаристских начал в обществе, обеспечения культурного многообразия

Перспективным направлением деятельности западной социал-демократии является стимулирование частной инициативы и активности граждан не только в экономической, но и в других сферах – социальной и политической. Социал-демократы намерены содействовать развитию гибкой системы трудовых отношений, способствующей профессиональной и территориальной мобильности населения на национальном и международном уровнях, координировать усилия по сохранению окружающей среды. Ведется интенсивный поиск путей адаптации мигрантов, особенно выходцев из стран Африки и Ближнего Востока, в европейский социум.

Решая социальные задачи, социал-демократия самим ходом событий поставлена перед необходимостью поддерживать благоприятный нравственный климат в обществе, содействовать возвышению отдельного человека как личности и, следовательно, формированию качественно нового состояния общества в масштабах отдельных стран и человечества в целом1 .

Ценностными ориентирами социал-демократов обусловлена и их внешняя политика. Значителен практический вклад социал-демократии в борьбу за ослабление международной напряженности, в ограничение влияния милитаризма на общественную жизнь. Именно социал-демократы ФРГ в начале 70-х годов выступили с инициативой проведения «новой восточной политики», которая во многом способствовала проведению в Хельсинки летом 1975 г. конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе, установлению зоны мира на всем пространстве от французского Бреста до российского Владивостока.

В 80-е годы приоритетной целью внешнеполитической деятельности социал-демократов были разоружение и развитие. Они исходили из того, что «демократический социализм» невозможен без прочного и длительного мира, без радикального перевода средств с гонки вооружений на реформы. С разрядкой увязывались и процессы демократизации политических институтов в странах Запада, утверждения нового международного экономического порядка, решения неотложных проблем развивающихся государств. В настоящее время обсуждается возможность создания социально ориентированного мирового порядка.

Будущее человечества социал-демократы связывают со следующей дилеммой: либо демократия, нравственные ценности, требования социальной справедливости станут общечеловеческой нормой поведения, либо мир обречен на социальные и национально-религиозные катаклизмы с непредсказуемыми последствиями. Мысль Вилли Брандта (будущее социал-демократии только начинается), высказанная еще в 1970 г. на съезде СДПГ, вполне актуальна.

Социал-демократы активно поддерживают преобразования в России, оказывают ей всемерное содействие в проведении рыночных реформ и создании современных властных структур. В интеграции России и других государств постсоветского пространства в сообщество цивилизованных государств они видят важнейший фактор утверждения ценностей «демократического социализма».

Самобытная социал-демократическая традиция существовала и в России, где была представлена прежде всего партией меньшевиков, опиравшихся в рабочей среде в основном на квалифицированных и культурных пролетариев, которые не принимали большевистского максимализма и экстремизма, но достаточно четко ориентировались на идеалы демократии и социализма и цивилизованные методы их достижения. Эта традиция сохранялась и в советский период, несмотря на гонения и репрессии.

Тем не менее даже в деятельности правящей партии (за исключением сталинского правления) просматриваются социал-демократические подходы. При жизни В.И.Ленина – это новая экономическая политика, совмещавшая разные хозяйственные уклады и способствовавшая подъему жизненного уровня населения. В 50 – 70 – е годы – это поворот от конфронтационного соперничества двух социально-экономических систем к мирному сосуществованию и разрядке, выдвижение концепции общенародного государства, обязательство руководства СССР соблюдать права человека, взятое на себя в подписанном в Хельсинки (1975 г.) Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе .

В 70 - 80 –е гг. постепенно расширялось научно-информационное поле, связанное с социал-демократической проблематикой. Это обстоятельство косвенно влияло на развитие социал-реформистских настроений в КПСС, причем в разных эшелонах.

«Ренессанс» социал-демократии в СССР произошел лишь в годы перестройки. В конце 80-х – начале 90-х гг. предпринимались попытки превратить КПСС (или ее часть) в партию социал-демократического типа. Обсуждался вопрос о возможности создания двух конкурирующих партий. Однако такой сценарий остался нереализованным. К настоящему времени социал-демократическое движение в России не стало реальной силой.

В силу сложившейся ментальности и в связи с резким социальным расслоением общества, вытеснением значительной части населения в зону бедности растет интерес к фундаментальным идеям социал-демократии, особенно к идее сочетания эффективной рыночной экономики с социальной справедливостью и защищенностью. Формируется и соответствующий вектор политического развития.

Программные документы основных политических партий и движений в явной или неявной форме содержат в себе элементы социал-демократической идеологии – ориентацию на правомерность различных форм собственности, государственное воздействие на экономические и социальные процессы, социальную солидарность, эволюционный реформизм, политический прагматизм и т.д.

Многие политические деятели различной ориентации признают актуальность для России идей и опыта социал-демократии, их способность консолидировать общество для создания устойчивой политической системы и эффективной экономики. Идет поиск организационных форм становления российской социал-демократии.

Процесс превращения российской социал-демократии в массовую и влиятельную силу будет продолжительным. В настоящее время для неё отсутствует широкая социальная база. Она появится тогда, когда завершится формирование рыночной экономики и основных социальных групп – предпринимателей и наемных работников, когда возникнет необходимость выражать интересы всех, работающих по найму, а также представителей малого и среднего бизнеса. Для того, чтобы социал-демократия стала заметным явлением в политической, социальной и духовной жизни России необходима и активная просветительская деятельность.

Появление в России сильной социал-демократии, по своей природе ориентированной на ценности консенсусной политической культуры, могло бы способствовать преодолению в обществе традиций конфронтационности, решению проблем модернизации одновременно в социальном и нравственном контексте.

Наличие в России мощной и влиятельной социал-демократической партии явится одним из главных условий вхождения ее в сообщество цивилизованных стран, где разумно сбалансированы интересы различных социальных групп в условиях рынка и частной собственности.

Подытоживая вышеизложенное, можно выделить следующие характерные особенности социал-демократии.

Во-первых, это неприятие идеи революционной ломки общества, приверженность принципу социального партнерства.

Во-вторых, открытость идеологии, т.е. возможность ее формирования на основе различных, порой противоположных по своему содержанию идей, взглядов и представлений о социальной действительности.

В-третьих, ориентация на «демократический социализм», трактуемый не только как идея, но и как процесс длительных, неограниченных во времени общественных преобразований.

В-четвертых, приверженность принципу нахождения политического консенсуса при решении спорных проблем.

В-пятых, отношение к социальной защищенности трудящихся как приоритету при решении социально-экономических проблем.

Контрольные вопросы

1. Охарактеризуйте основные теоретические предпосылки социал-демократической доктрины.

2.Кем и когда были сформулированы базовые положения социал-реформизма? Раскройте их содержание.

3.Как эволюционировали отношения между коммунистами и социал-демократами?

4. Изложите основные идеи «демократического социализма».

5. В чем сущность системы «социального государства»? Раскройте специфику ее основных моделей.

6. Какими идеями обогатились теория и практика социал-демократии в последние десятилетия?

7.Изложите позицию социал-демократии в области международных отношений.

8. Что Вам известно о социал-демократической традиции в России?

9. Когда и по каким причинам в СССР усилился интерес к социал-демократическим идеям?

10.Каковы перспективы социал-демократии в России?

Рекомендуемая литература

Бернштейн Э. Возможен ли научный социализм?//Антология мировой политической мысли. В 5 т./ Под ред. Г.Ю.Семигина . М.: Мысль. 1997. Т.2

Каутский К. Большевизм в тупике. М.: Антидор. 2002

Каутский К. К критике теории и практики марксизма («Антибернштейн»). Пер. с нем. 2-е изд. М.: УРСС 2003.

Каутский К. Путь к власти: политические очерки о врастании в революцию. Славяне и революция. Пер. с нем. М.: КОМКНИГА. 2006.

Айхлер В. Этический реализм и социальная демократия: Избранные труды. М.: ИВФ Антал, 1996.

Брандт В. Демократический социализм. Статьи и речи. Пер. с нем. М.: Республика. 1992.

Люксембург Р. О социализме и русской революции. Избр. Статьи, речи, письма. Пер. с нем. М.: Политиздат. 1991.

Горбачев М.С. В интересах большинства. Социал-демократический проект для России / Под ред. Б.Ф.Славина. М.: Культурная революция. 2007.

Декларация принципов Социалистического интернационала, принятая на 1-м конгрессе, состоявшемся во Франкфурте-на-Майне 30 июня – 3 июля 1951 г./ Политология: Хрестоматия / сост. Б.А.Исаев, А.С.Тургаев, А.Е.Хренов. СПб.: Питер. 2006.

Европейские левые на рубеже столетий / Ред. В.Я.Швейцер М.: Институт Европы РАН. 2005

Задорожнюк Э.Г. Социал-демократия в Центральной Европе. М.: Издательство ACADEMIA. 2000.

Майер Т. Трансформация социал-демократии. Партия на пути в ХХ1 век (пер. с нем.). Отв. ред. Б.С.Орлов. М.: Памятники исторической мысли. 2000.

Мысливченко А.Г. Западная социал-демократия: тенденции обновления и модернизации//Вопросы философии. 2001. №11.

Мысливченко А.Г. Перспективы европейской модели социального государства //Вопросы философии. 2004. №6.

Орлов Б.С. Лекции по социал-демократии. Вводный курс. Третье издание. М.: Библиотека социал-демократии, 2002.

Орлов Б.С. Социал-демократия : история, теория, практика. Работы 2000 – 2005 гг. М.СОБРАНИЕ. 2005.

Ойзерман Т.И. Оправдание ревизионизма. М.: Канон + РООИ. 2005.

Перегудов С. Западная социал-демократия на рубеже веков//Мировая экономика и международные отношения. 2000. №6.

Поттхофф А., Миллер С. Краткая история СДПГ. 1848- 2002. М.: Памятники исторической мысли. 2003.

Работяжев Н., Романов Б. Российская социал-демократия: проблемы и перспективы//Мировая экономика и международные отношения. 2006. №9.

Создавая социальную демократию. Сто лет Социал-демократической рабочей партии Швеции. М., 2001.

Социал-демократия сегодня: Сб. ст .Отв. ред. Б.С.Орлов М.: РАН ИНИОН. 2002.

Тебиев Б. Потенциал социал-демократической идеи и практики //Мировая экономика и международные отношения. 2003. №4.

Тютюкин С.В. Меньшевизм: страницы истории. М.: РОССПЭН. 2002.

Шведские ученые о шведской модели и ее российских трактовках //Мировая экономика и международные отношения. 2007. №8.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Основные идеологические течения, в недавнем прошлом претендовавшие на объяснение и преобразование мира, сохраняют научное и практическое значение и в начале ХХ1 века. Однако в меняющемся интеллектуальном пространстве постиндустриального, информационного мира ослабевает прежде жесткая привязанность идеологий к строго определенному социальному носителю – группе, слою, классу, государству.

На общественное сознание усиливающееся воздействие оказывают формирующиеся надклассовые и наднациональные концепты, вызванные к жизни тенденциями глобального развития и потребностью в познании интегрирующегося мира. К числу наиболее влиятельных идейных и идеологических построений последних десятилетий могут быть отнесены прежде всего экологизм, глобализм и антиглобализм (альтерглобализм), феминизм, панисламизм, складывающийся на основе исламского фундаментализма.

В основе происходящих сегодня трансформаций в духовной сфере лежат изменения тех базисных начал, на которых покоились доминирующие идеи и идеологии Х1Х – ХХ веков. Важнейшие из этих изменений таковы:

- кардинальная ломка социально-классовых структур большинства стран, размывание не только четких стратификационных параметров классов, слоев, групп - носителей идей и идеологий, но и границ между ними, усиливающаяся аморфность социальной базы основных идеологических течений;

- окончание «холодной войны», а вместе с ней и жесткого противостояния крупнейших мировых держав и систем с их идейными и идеологическими ориентирами;

- эволюция однополюсной системы в многополярную, общее усложнение международных отношений;

- универсальный, либеральный характер преобразований в странах Восточной Европы и Прибалтики, позволивший большинству из них сравнительно безболезненно войти в систему связей, союзов и структур Запада;

- интенсивные интеграционные процессы, охватившие страны Западной Европы (ЕС, ОБСЕ), Северной Америки (НАФТА) и Азиатско-Тихоокеанского региона (АСЕАН, АТЭС, ШОС);

- функционирование социального государства в странах Запада, обеспечивающего гражданам достойные условия жизни и минимизирующего уровень групповой и классовой конфликтности;

- культурный и в значительной степени идейный космополитизм современного мира;

- глобализационные процессы, формирующие единое общемировое политическое, экономическое, культурное и информационное пространство.

СОДЕРЖАНИЕ

1. ПРИРОДА И ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕОЛОГИИ

1.Сущность и основные модели формирования политической идеологии

2. Функции политической идеологии

3. Идеологический дискурс

Рекомендуемая литература

11. ЛИБЕРАЛИЗМ И НЕОЛИБЕРАЛИЗМ

1.Классический либерализм

2. Специфика неолиберализма

Рекомендуемая литература

111. ЛИБЕРАЛИЗМ В РОССИИ

1.Эволюция русского либерализма

2, Современный либерализм

Рекомендуемая литература

1У. ИДЕОЛОГИЯ КОНСЕРВАТИЗМА

1. Понятие и сущность консерватизма как идейно-политического течения

2.Традиционалистское течение

3.Либертаристское течение

4. Неоконсерватизм

Рекомендуемая литература

У. КОНСЕРВАТИЗМ В РОССИИ

1.Генезис русского консерватизма в дореволюционный период

2.Консерватизм русской эмиграции

3. Современный русский консерватизм

Рекомендуемая литература

У1. ПОЛИТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ МАРКСИЗМА

1. Теоретические источники марксизма

2. Формационная схема исторического прогресса

3. Концепция всемирно-исторической миссии рабочего класса и мировые реалии

4. Противоречия марксизма

5.Ленинизм и большевизм

6. Неомарксизм и еврокоммунизм

7. Место марксизма в истории общественной мысли

Рекомендуемая литература

У11. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ

1. Теоретические предпосылки социал-демократической доктрины

2. Возникновение и становление идеологии социал-реформизма

3. Идейно-политическая концепция «демократического социализма» и ее эволюция

4.Система социального государства

Рекомендуемая литература

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

1.ПРИРОДА И ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕОЛОГИИ

1.Сущность и основные модели формирования политической идеологии

Наиболее общей категорией, характеризующей субъективную сторону политики, является политическое сознание. Оно охватывает ценности, убеждения, эмоции людей, определяющие их поведение в сфере политических отношений. От политического сознания зависит содержание и характер политического процесса.

Основными формами существования политического сознания являются политическая идеология и психология. Политическая деятельность определяется прежде всего системой взглядов, отражающих интересы людей. Эти интересы осознаются и в других формах – религии, искусства, науки и т.д., но идеологическое отражение действительности наиболее непосредственным образом связано с политикой.

Термин «идеология» древнегреческого происхождения и буквально означает «учение об идеях. Впервые в научный оборот этот термин был введен в конце ХУ111 века Антуаном де Траси, одним из последних представителей поколения французских просветителей. В многотомном сочинении «Элементы идеологии» (т.1-4, 1805-1815) он охарактеризовал идеологию как «науку об идеях», которая должна быть такой же точной, как и все естественные науки. По мнению де Траси, в мировосприятии людей коренятся логические и психологические основы политики.

Появление понятия «идеология» в конце ХУ111 века не означало отсутствия до этого времени идеологии как таковой. Ведь потребность в ней как рациональной основе политики испытывали все общества. Можно полагать, что до европейской секуляризации ( эпоха Просвещения) роль идеологии на протяжении столетий выполняла религия.

В числу ученых, занимавшихся историей идей непосредственно до возникновения термина «идеология». обычно относят таких французских просветителей, как Кондельяк, Д.Дидро, Гольбах, К.Гельвеций, П.Ламетри.

В дальнейшем в науке сложились разные взгляды на это духовное явление.

В работах создателей марксистской теории термин «идеология» в зависимости от контекста использовался в трех значениях: 1) сознание определенного класса в целом; 2)теоретическое сознание; 3)ложное, извращенное сознание, порожденное противоречиями производственных отношений.

Марксизм исходит из обусловленности идеологических доктрин материальными условиями жизни общественных групп. В зависимости от места, которое занимает группа в общественных отношениях, ее идеология является научной или нет. Согласно марксизму, идеология научна, если выражает классовые интересы, совпадающие с ведущими тенденциями общественного развития. Естественно, рассматривалась как научная идеология рабочего класса, которому отводилась роль освободителя человечества от эксплуатации.

Такой подход к идеологии доминировал в СССР, претерпевая незначительные изменения и уточнения в основном фразеологического характера. Марксистская идеология обычно именовалась пролетарской, революционной, прогрессивной, научной и т.д. Все немарксистские направления политической мысли определялись как буржуазные, империалистические, мелкобуржуазные, реакционные, иллюзорные, ложные и т.д.

В западной политической науке преобладают интерпретации идеологии как надисторического явления, существующего вне зависимости от социальных и политических условий.

Чаще всего идеологию характеризуют как систему ценностей и предпочтений (Д.Истон, М.Дюверже и др.). Благодаря ценностям осуществляется процесс дифференциации и иерархизации объектов по степени их значимости, что необходимо для стимулирования человеческих действий.

Принципиальной позицией многих ученых явлется категорическое разведение идеологии и науки, отрицание у идеологии познавательных функций.

М.Вебер относил идеологию, как и другие мировоззренческие и религиозные образования, к области веры, отрицая тем самым саму постановку вопроса о ее научности. Как веру расценивает политическое мировоззрение и современный политолог У.Матц1 .

Вслед за М.Вебером К.Манхейм рассматривал любую идеологию как неадекватное отражение действительности, как совокупность ложных представлений, обусловленных социально-историческими обстоятельствами, особенностями познания действительности, интересами познающего субъекта. Зарождение феномена идеологии он связывает с трудами английского мыслителя Ф.Бэкона (учение об «идолах разума») и обнаруживает ряд высказываний об идеологическом искаженном сознании в работах Н.Макиавелли и Юма1 . Вместе с тем К.Манхейм уделял большое внимание функциональным характеристикам идеологии, и, в частности, ее способности сплачивать людей, аккумулировать их политическую энергию.

Большинство ученых определяют идеологию как систематизированную совокупность идей, выражающих интересы, цели и намерения больших социальных групп – классов, наций, партий и т.д. Идеология как разновидность корпоративного сознания отражает групповую точку зрения на политическое и социальное развитие. Она предназначена для внедрения в массовое сознание соответствующих критериев оценки настоящего и будущего развития общества.

Любая идеология носил политический характер, но понятие политическая идеология употребляется в специфическом смысле – для характеристики рационально-ценностной мотивации политического поведения и мировоззренческой основы политики. Политическая идеология обосновывает притязания общественных групп на власть и ее использование и потому предусматривает определенную стратегию действий. Она конкретизируется в программных документах партий, в заявлениях различных политических сил, обретая четкость, направленность на конкретные ситуации и властные механизмы.

Перечисленные особенности политической идеологии свойственны прежде всего либерализму, консерватизму, марксизму, социал-демократизму, анархизму, фашизму. В меньшей степени они характерны для экологизма, пацифизма, феминизма.

Существуют четыре основные модели формирования политической идеологии.

Первая – модель конденсации . Механизм этой модели состоит в том, что в результате своеобразной конденсации испарений массового сознания присущие ему представления трансформируются в идеологические структуры (например, идеология тред-юнионизма, экологизма, феминизма).

Вторая модель – интегративная . Для нее характерны синтез, конвергенция различных идей и представлений существующих идейно-политических течений (например, неолиберализм, неоконсерватизм).

Третья модель – дивергентная. В этом случае формирование новой политической идеологии происходит в результате дезинтеграции, расщепления существующей идеологии. Так, на базе марксизма возникли большевистская и социал-демократическая идеология и политическая практика.

Четвертая модель – ревитализации идеологий, в результате которой происходит возврат к старым идеям, их возрождение в модифицированной форме (например, попытки возврата к истокам, марксизма, консерватизма и т.д.).

Следует отметить, что выделение этих моделей носит условный характер. В реальном процессе генезиса идеологий они нередко сочетаются и не встречаются в чистом виде. Вместе с тем знание этих моделей может помочь исследованию механизма возникновения идейных течений.

Политические идеологии различаются по двум основаниям:

3) по парадигмам, т.е. предлагаемым моделям общества;

4) по степени охвата ими политических реалий.

Первое основание разделяет политические идеологии на правые, центристские и левые. Правые идеологии (либерализм, консерватизм и их модификации) ориентированы на такую модель общества, которая основывается на принципах демократии и рыночной экономики. Левый политико-идеологический спектр составляют идеологии, для которых социальный прогресс сводится к достижению равенства и социальной справедливости, созданию условий для всестороннего развития личности. Влиятельная левая идеология – марксизм связывает возможность реализации коммунистического идеала с применением радикальных, насильственных способов преобразования общества.

Как левая идеология под воздействием марксизма возник социал-демократизм. Последующая эволюция этой идеологии привела ее к отказу от идеи революционного осуществления социальных преобразований, к ориентации на реформы как единственно целесообразный способ достижения равенства и справедливости. Последние трактуются не как равенство результатов, а равенство стартовых возможностей и шансов для самореализации индивидов. Происшедшая за более чем столетие трансформация базовых принципов и целей социал-демократизма превратила его в идеологию центристского характера.

Исходя из идеологических представлений, российские партии идентифицируют себя либо с правой политической ориентацией (СПС) и правоцентристской («Единая Россия»), либо с левой (КПРФ и другие коммунистические и социалистические организации) и левоцентристской ориентацией («Справедливая Россия», социал-демократы).

С учетом охвата идеологиями политических реалий они могут делиться на метаидеологии, претендующие на объяснение глобальных социальных и политических процессов, и частных, затрагивающих отдельные конкретные аспекты политического бытия общества и личности. К первой категории следует отнести либерализм, консерватизм, социализма. Ко второй – анархизм, национализм, экологизм, феминизм, коммунитаризм, различные формы религиозно-политической идеологии, фашизм и неофашизм и др. Со временем частные идеологии могут трансформироваться в глобальные.

2. Функции политической идеологии

Политическая идеология выполняет ряд социальных функций:

- самоиндификации индивидов и групп в политическом пространстве;

- легитимации власти правящих сил или права на власть оппозиции;

- артикуляции интересов групп и слоев общества;

- мобилизации и интеграции граждан, стимулирования целенаправленных действий с их стороны;

- компенсации социальной неудовлетворенности надеждой на благополучное изменение социального бытия.

Идеология как форма мотивации политического поведения используется в демократических системах лишь на этапах концептуализации групповых интересов. Абсолютизация роли идеологии, то есть подчинение ей нравственных, правовых, культурных и иных духовных регуляторов жизни общества, характерна для так называемых «идеократических», тоталитарных режимов.

Идеологизация политики делает ее нефункциональной, неспособной определять и решать общественно значимые задачи. Превалирование идеологических ценностей над практическо-политическими и тем более социально-экономическими целями, как известно, стало одной из причин краха тоталитарных режимов в СССР и странах Восточной Европы.

Идеологизация международных отношений в ХХ веке, особенно в период между 1945 и 1985 годами, означала их подчинение задачам межгосударственной борьбы по идеологическим мотивам. Мирное сосуществование социалистических и капиталистических государств рассматривалось в Советском Союзе как специфическая форма классовой борьбы на международной арене. Такой подход не раз подводил человечество к грани мировой войны.

Выход из создавшегося положения был найден в отказе от конфронтации, в деидеологизации и гуманизации международных отношений. Основными компонентами нового политического мышления являлись активный диалог различных идейных течений, возможность свободного доступа каждого народа к культурным и духовным ценностям, созданным человечеством.

Поскольку политическая идеология предназначена для целевой и идейной ориентации политического поведения, различаются следующие уровни ее функционирования.

Первый – теоретико-концептуальный . На нем формулируются основные положения, раскрывающие интересы и идеалы класса, слоя, нации, государства.

Второй – программно-политический . Здесь социально-философские принципы и идеалы переводятся в программы, лозунги и требования.

Третий – актуализированный. Он характеризует степень усвоения гражданами целей и принципов данной идеологии и их воплощения в тех или иных формах политического участия. Этот уровень может охватывать довольно широкий спектр вариантов усвоения идеологии – от незначительного изменения позиций до формирования глубинных мировоззренческих ориентиров.

Политическая идеология оказывает активное воздействие на общество, соединяясь с психологией людей. Практическое сознание субъекта властных отношений представляет собой политическую психологию .

Если идеология является продуктом теоретического сознания, то политическая психология формируется в процессе практического взаимодействия людей между собой и институтами власти. Поэтому в содержании политической психологии доминирующую роль играют чувственные и эмоциональные элементы сознания людей, которые отражают их насущные интересы. Политическая идеология, воздействуя на политическую психологию, рационализирует ее.

Инструментом распространения идеологического влияния служит пропаганда. Ее назначение заключается в целенаправленном соединении теоретического и обыденного уровней политического сознания, в формировании у людей готовности к определенному типу политического действия.

Идеологии не только влияют на политические процессы, но и сами подвергаются воздействию с их стороны. Возможны следующие варианты такого воздействия.

В одних случаях развитие идеологических воззрений, появление новых идей и концепций может опережать сдвиги и изменения в политике. В других – идеологии могут эволюционировать с учетом происходящих перемен. В-третьих, возможно инерционное состояние идеологий, обусловленное живучестью устаревших представлений, исчерпавших свою социальную функцию. Отставание идеологий от сдвигов в политической жизни и социальных изменений чревато их деградацией, что сейчас характерно, в частности, для коммунистической идеологии.

Следовательно, при рассмотрении роли и места тех или иных идеологических течений в идейно-политической жизни общества должны учитываться оба аспекта взаимодействия идеологии и политики: влияние идеологических воззрений на политику и политическую жизнь, в том числе на формирование и осуществление того или иного политического курса и, наоборот, воздействие политических процессов на идеологические воззрения социальных общностей.

Таким образом, существование социально-структурированного общества порождает потребность в политической идеологии как систематизированном, теоретически оформленном способе социально-группового мышления, являющегося существенным элементом отношений власти.

3.Идеологический дискурс

Важнейшим аспектом функционирования идеологий является их взаимодействие в политическом пространстве. Это явление обозначается понятием «идеологический дискурс».

Взаимодействие идеологий, как правило, развивается в двух направлениях. С одной стороны, по линии дистанцирования и полемики с оппонентами, что усиливает напряженность в обществе. С другой стороны, по линии установления контактов между совместимыми идеологиями, способствующих сближению и даже заимствованию теоретических и программных положений, требований, лозунгов. Такие контакты обогащают содержание идейных систем и доктрин и могут способствовать укреплению политической стабильности в обществе.

Первые примеры взаимовлияния идеологий имели место еще в Х1Х веке. Буржуазный консерватизм воспринял либеральные новации Х1Х века как собственные устои, требующие защиты от посягательств радикалов, и уже имел мало общего с концепциями Э.Бёрка и - тем более - Ж.де Местра. Социальный консерватизм Бисмарка отразил растущее влияние социалистических идей.

Европейские идейно-политические течения оказали существенное влияние на формирование отечественных либерализма и консерватизма, а взаимодействие между этими направлениями русской общественной мысли способствовало их становлению и развитию, появлению консервативного либерализма.

В ХХ веке процесс взаимовлияния идеологий принял еще более широкий размах. Уже в самом начале ХХ в. проявился агрессивный империалистический национал-консерватизм, а затем – в известной степени как его развитие – фашизм, синтезировавший националистические, консервативные и социалистические идеи. В свою очередь классический либерализм все больше превращался в либерализм социальный, стремящийся примирить и согласовать концепции и практику свободы и справедливости.

Во встречном по отношению к либерализму направлении эволюционирует социал-реформизм, вобравший к середине века основные либерально-рыночные и либерально-демократические идеи, прежде всего идею свободы. Такие характерные черты социал-демократии, как стремление к обобществлению экономики и перераспределению национального дохода в пользу малоимущих, поддержка государственного регулирования, коллективизм, либо ушли в прошлое, либо подверглись серьезной корректировке.

Современная социал-демократия уже не выдвигает смену общественного строя даже в качестве отдаленной цели и ориентируется не столько на «демократический социализм», сколько на «социальную демократию» В принятой на ХУ111 Конгрессе Социнтерна (1989 г.) Декларации принципов рыночная экономика признается необходимой для достижения социального благосостояния, провозглашается курс на общественное регулирование в соответствии с фундаментальными ценностями солидарности и справедливости , но на основе эффективного функционирования капиталистической производственной системы.

Наконец, в последней четверти ХХ века доминирующие позиции в общественной жизни стран Запада занял неолиберализм, сконцентрировавший в себе основополагающие идеи переустройства общества применительно к реалиям постиндустриализма. В США он получил название неоконсерватизма.

Процесс синтезирования идеологий привел к уменьшению различий между ними и частично – к их обесцениванию. К началу ХХ1 века кредо почти всех идеологических течений Запада стали рыночная экономика и оптимизация государственного регулирования ею, свобода, демократия права человека. Полемика по поводу этих явлений сводится преимущественно к нюансировке интерпретаций. Идеологизированная политика постепенно уступает место рационально-прагматической, движимой трезвым расчетом. Так, в Великобритании в 1990-е годы лейбористы примирились с большей частью неоконсервативных реформ – приватизаций, переустройством рынка труда и т.д., а консерваторы отказались от свойственного тэтчеризму резко отрицательного отношения к вмешательству государства в социальные отношения.

Объективные процессы синтезирования идеологий и прагматизации политики могут вызывать негативные последствия, сопровождаться издержками. В этой связи представляется резонным мнение отечественного исследователя К.Г.Холодковского: «Политический прагматизм при всей его оправданности и нарочитой трезвости чреват скрытыми до поры до времени угрозами. Он способен сделать политиков близорукими, лишить политический проект широкой перспективы, помешать ему стать вровень с углубляющимися проблемами современности. Своеобразной – и весьма опасной – имитацией политической идеологии в этих условиях может оказаться популизм, рассчитанный на аполитичную и не склонную к рефлексии массу, воспитанную поверхностной, потребительской поп-культурой»1 .

Идеологический дискурс протекает на нескольких уровнях . Он может носить характер полемики по наиболее общим проблемам всего человечества. Так, во второй половине Х1Х века в условиях интенсивного формирования и развития индустриального общества дискурс выражался в конкуренции социалистической и либеральной идеологии. В период с 1917 по 1945 г. дискурс проявился прежде всего в остром соперничестве между социалистической и фашистской идеологиями. После разгрома государств фашистской оси основное содержание идеологического дискурса состояло в противоборстве социалистических и либерально-консервативных идей. В идейном споре на глобальном уровне участвовала также идеология социал-демократии.

В настоящее время главный водораздел идеологического дискурса пролегает между идейными течениями, защищающими идеалы гуманизма и демократии, и доктринами, обосновывающими насилие и террор как приоритетные методы достижения политических целей. Соответственно эволюционируют и идеологические системы. С одной стороны, сближаются политические доктрины либерализма, неоконсерватизма, социал-демократии, христианской демократии. С другой стороны, консолидируются фашистские, экстремистские, шовинистические, расистские, фундаменталистские и прочие подобные течения.

Наряду с глобальными измерениями идеологический дискурс имеет и определенные особенности на региональном и страновом уровнях. Так, в странах с устойчивыми демократическими традициями объектом идейных дискуссий являются в основном частные вопросы общественной жизни и текущей политики. В странах же, где еще не завершены процессы модернизации и национальной консолидации, дискурс носит характер острой полемики между националистическими, либеральными и социалистическими воззрениями. В России от характера этого идеологического соперничества зависят формы и темпы реформирования страны.

Контрольные вопросы

1. Кем и когда был введен в научный оборот термин «идеология»?

2. В чем сущность основных исследовательских подходов к феномену идеологии?

3. Сформулируйте определении е идеологии и раскройте содержание термина «политическая идеология».

4.Каковы структура и функции политической идеологии?

5.Охарактеризуйте основные модели формирования политической идеологии.

6.По каким основаниям классифицируют политические идеологии? Раскройте содержание классификации идеологий.

7. Какие варианты воздействия идеологий на политические процессы Вам известны?

8. В чем проявляются взаимосвязь и взаимодействие между идеологией и политической психологией?

9.В чем сущность идеологического дискурса?

10. На каких уровнях протекает идеологический дискурс?

Рекомендуемая литература

Борисюк В. Политические идеи и идеологии постиндустриальной цивилизации//Мировая экономика и международные отношения. 2004. №7.

Гаджиев К.С. Политическая идеология: концептуальный аспект //Вопросы философии. 1998. №12.

Гуторов В.А. Современная российская идеология как система и политическая реальность. Методологические аспекты //Полис. 2001. №3.

Идеи и наш мир. Великие концепции прошлого и настоящего / Под ред. Р.Стюрата. Перев. с англ. М. БММ АО. 1998.

Коваленко В.И., Костин А.И. Политические идеологии : история и современность//Вестн. Моск. ун-та. Сер.12. Политические науки. 1997. №2.

Кузнецов В.Н. Идеология: Социологический аспект. Учебник. М.: Книга и бизнес. 2005.

Макаренко В.П. Главные идеологии современности. Ростов на/Д.: Феникс. 2000.

Малинова О.Ю. Партийные идеологии в России: атрибут или антураж? // Полис. 2001. №5.

Мангейм К. Идеология и утопия//Мангейм К. Диагноз нашего времени. М.: Юрист. 1994.

Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология.- Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т.3.

Матц У. Идеология как детерминанта политики в эпоху модерна//Полис. 1992. №1-2.

Политология: Хрестоматия/ сост.Б.А.Исаев, А.С.Тургаев, А.Е.Хренов. СПб.: Питер. 2006. Раздел Х1. Политические идеологии.

Современные тенденции развития символического пространства политики и концепт идеологии (Материалы дискуссии) //Полис. 2004. №4.

Согрин В.В. Идеология в американской истории: от отцов-основателей до конца ХХ века. М.: Наука. 1995.

Соловьев А.И. Политическая идеология: логика исторической эволюции//Полис. 2001. №2.

Тузиков А. Р. Западная теория идеологии: от критики ложного сознания» к анализу дискурса масс-медиа. М.: Социально-гуманитарные знания. 2002.

Фишман Л.Г. Политический мир и идеология: «опасное сближение»? //Полис. 2006. №4.

Херсон Дж. Идеология в Соединенных Штатах //Полис. 1993. №6.

Холодковский К.Г. Противостояние «левые – правые»: анахронизм или смена координат? //Полис. 2006. №6.

Щербаков А.Е. Место мифа в политической идеологии//Полис. 2003. №4.

Щербаков А.Е. Структурная композиция идеологии как процесса //Вестн. МГУ. Сер.12. Политические науки. 2004. №2.

11.ЛИБЕРАЛИЗМ И НЕОЛИБЕРАЛИЗМ

1.Классический либерализм

Понятие «либерализм» появилось в европейской общественно-политической литературе в начале Х1Х века. Оно происходит от латинского «liberalis» (свободный, имеющий отношение к свободе).

В древнеримской мифологии бог Либер соответствует древнегреческому богу Дионису, который олицетворял экстаз, энергию, избыток жизненных сил и их раскрепощение. Поэтому все определения либерализма включают в себя идеи личной свободы, не скованной рамками традиций.

При таком широком толковании либерализма его истоки видятся в глубинах истории. Так, американский философ Дж.Дьюи обнаружил ростки либерализма в «свободной игре ума», которая проявилась у выступавших на панихиде по афинскому полководцу и государственному деятелю Периклу (У в. до н.э.). Многие ученые усматривают корни либерализма в труде Аристотеля «Политика», в котором ставится вопрос о «конституционном правительстве, склонном к демократии».

Понятия «либерализм» и «либеральный» широко распространены в философской, политической и экономической литературе. Вместе с тем они не имеют определенного общепризнанного, устоявшегося содержания.

Истоки идеологии либерализма восходят к христианству, Реннесансу и ньютоновской научной революции. Классический либерализм связан со становлением капитализма в ХУ11 – ХУ111 веках. Его основные постулаты сложились в антифеодальной борьбе «третьего сословия» против абсолютизма монархов и произвола церкви. Купцы, владельцы мануфактур нуждались в экономической свободе, в социальных институтах, которые обеспечивали бы им независимость от власти и церкви.

Кульминацией движения за предоставление социально-экономических свобод и прав новому классу принято считать «славную» революцию 1688 г. в Англии. Эта революция была активно поддержана крупнейшим философом ХУ11 в. Дж. Локком (1632 – 1704), оказавшим значительное влияние на формирование либеральной общественно-политической мысли. Он разработал теорию «естественных прав», к которым относил прежде всего права человека на жизнь, свободу и собственность.

На возникновение и становление либеральных идей значительное влияние оказала протестантская этика, утвердившаяся в ходе Реформации. Она нацеливала на достижение успеха любой ценой, презрение к «чужим» и т.п. Анализ духовно-нравственных и психологических основ становления капитализма и либерализма осуществлен в известной работе М.Вебера «Протестантская этика и дух капитализма» (1904-1905).

Таким образом, либеральное мировоззрение восходит к Ренессансу и Реформации. Его главные теоретические постулаты заложены в работах Дж.Локка, Ш.Монтескье, Т.Джефферсона, А.Мэдисона, И.Канта, Г.Гегеля, А.Смита и других мыслителей. В Х1Х веке либеральные идеи развивались И.Бентамом, Дж. Миллем, А.де Токвилем и другими представителями западной общественно-политической мысли. Из этого далеко не полного перечня персоналий очевидно, что весомый вклад в формирование либерального комплекса идей внесли представители европейского и американского Просвещения, немецкой классической философии, европейской классической политэкономии.

Джон Локк (1632-1704), которого называют родоначальником либерализма, впервые разделил такие понятия, как «личность», «общество» и «государство», поставил личность выше общества и государства. Государство рассматривалось им как инструмент обеспечения свободы граждан и защиты их естественных прав.

Суверенитет народа, согласно Дж.Локку, выше суверенитета создаваемого им государства. Если власть нарушит общественный договор и станет неприемлемой для большинства народа, для возвращения на путь свободы правомерно восстание.

Дж. Локк впервые выдвинул идею разделения власти на законодательную, исполнительную (она же судебная) и федеративну, ведающую межгосударственными отношениями. Это, по его мнению, способно предотвратить деспотическое использование власти. Наиболее значимой Дж.Локк считал законодательную власть, определяющую политику государства.

В рамках либеральной традиции политической мысли у Шарля Монтескье (1689-1755) две основные заслуги.

Первая – это разработка теории разделения властей на законодательную. исполнительную и судебную. Потребность в разделении властей он выводил из самой природы человека, из его склонности к злоупотреблению властью. Различные ветви власти должны взаимно сдерживать друг друга, предотвращая произвол.

Дальнейшее развитие событий показало, что принцип разделения властей нигде в полной мере не был реализован. Стало очевидным, что суд по своему влиянию уступает двум другим ветвям власти, поскольку нормы его деятельности определяются не им, а законодательной властью. Кроме того, назначение членов высших судебных инстанций осуществляется президентами и парламент, что ограничивает независимость судей.

Вторая заслуга Ш.Монтескье – это разработка проблемы факторов, определяющих «образ правления». В главном его труде «О духе законов» обосновывается идея географической детерминированности развития общества, зависимости нравственного облика каждого народа и характера законов от физических факторов – климата, почвы, рельефа местности, величины территории. Большое значение Ш.Монтескье придавал и обратному влиянию политического фактора, прежде всего фомы государственности, на географическую среду. Стремление раскрыть связь между различными факторами общественного развития было весьма плодотворным.

Логическим продолжением демократического наследия европейского Просвещения явились идеи американских мыслителей Бенджамина Франклина (1706-1790). Джона Адамса (1735-1826), Томаса Джефферсона (1743-1826), Джеймса Медисона (1751-1836). Александра Гамильтона (1755 или 1757-1804).

Многие из выдвинутых ими идейных принципов и постулатов формировались как политические требования в ходе борьбы Соединенных Штатов за независимость, а затем были закреплены в конституционных документах. К числу важнейших из них, вошедших в фундамент современной политической и правовой науки, относятся следующие: все люди от природы свободны, независимы и обладают неотчуждаемыми правами – на жизнь, свободу, стремление к счастью; право народа на политическое самоопределение и независимое существование; право народа сменить правительство, которое не отвечает своему назначению – обеспечивать достижение всеобщего счастья и безопасности; дополнение идеи разделения властей идеей создания системы сдержек и противовесов, обеспечивающих равновесие между ветвями власти; идея судебного надзора за конституционностью принимаемых законов.

Существенный вклад в обоснование идеологии либерализма внесли немецкие ученые Иммануил Кант (1724-1804) и Георг Гегель (1770-1831).

Иммануил Кант отстаивал идею автономии личности. Важнейшим принципом его политической теории является положение об абсолютной ценности каждого человека и недопустимости его превращения в орудие достижения чьих-то целей. Этот нравственный по своей сути принцип он назвал «категорическим императивом» и считал, что им должны руководствоваться все люди.

И.Кант являлся сторонником договорной теории государства, развивал идею правового ограничения государственной власти. Политика рассматривалась им как гармония цели и средств.

Значительное внимание И.Кант уделял проблемам международных отношений. В трактате «К вечному миру» разработан гуманистический проект создания всеохватывающей федерации равноправных государств, отвергающих войны, мир характеризуется как «высшее политическое благо». Обеспечение мира связывалось с воспитанием и просвещением народов, моральным прогрессом человечества, осуждением войн и воинствующих политиков.

Георгу Гегелю принадлежит заслуга разработки и разграничения категорий «гражданское общество» и «правовое государство». Он создал основы теории групповых интересов, которые рассматривал как базу гражданского общества.

Дальнейшее развитие идеи либерализма получили в работах французского ученого Алексиса де Токвиля (1805 – 1859), англичан Иеремии Бентама (1748 – 1832) и Джона Стюарта Милля (1806 – 1873).

Алексис де Токвиль внес существенный вклад в разработку теории и истории демократии. В книге «О демократии в Америке» он показал, что именно демократия, идущая на смену аристократии, способна обеспечить максимум свободы и возможностей для развития личности, для роста благосостояния большинства граждан.

В то же время А.Токвиль показал противоречивый характер процесса утверждения демократии, выявил его негативные последствия: демократия, во-первых, не гарантирует народу самое искусное правительство и. во-вторых, создает опасность тирании большинства. Вместе с тем, по его мнению, демократия благодаря своим уникальным достоинствам сама в состоянии нейтрализовывать собственные недостатки.

А. де Токвиль полагал, что власть большинства должна заканчиваться там, где начинаются права личности и права меньшинства. Для предотвращения деспотизма большинства он считал важным расширять непосредственное участие населения в управлении, создавать различные добровольные ассоциации граждан, суды присяжных.

К середине Х1Х века выяснилось, что поддерживавшийся либералами капитализм способствовал не только расширению свободы, но и усилению эксплуатации. Поэтому либеральная мысль стала больше ориентироваться на социальные проблемы, на принцип пользы с целью достижения счастья.

Идеолог английской либеральной буржуазии Иеремия Бентам разработал теорию утилитаризма и с ее помощью обосновал программу демократизации политических и правовых институтов, обеспечения политической свободы. Задача государства, по И.Бентаму, состоит в том, чтобы на основе принципа пользы обеспечить «наибольшее счастье для наибольшего числа людей». Эта цель может быть достигнута благодаря свободной конкуренции и частнособственнической инициативе, невмешательству государства в экономику и демократизации государственно-правовых институтов.

Либеральные идеи Нового времени отражены в политическом учении Джона Стюарта Милля, английского утилитариста и поборника равноправия. Согласно Дж.Миллю, либеральные свободы – это, во-первых, свобода мысли и мнений; во-вторых, свобода действия сообща с другими; в-третьих, свобода выбора жизненных целей. Он полагал, что угроза свободе индивида исходит как от тирании правительства, так и от тирании господствующего в стране общественного мнения.

Подобно А. де Токвилю, Дж. Милль искал пути преодоления тирании большинства. Чтобы предотвратить количественное возобладание невежд над образованными людьми, он предлагал создать такую избирательную систему, которая позволила бы последним голосовать в нескольких избирательных округах.

Социальный акцент политических воззрений Дж.Милля особенно проявился в его рассуждениях о роли государства. Государству следует не удовлетворяться пассивной ролью защиты граждан, а стремиться сделать своих подданных добрыми и просвещенными. Единственное правление, которое может удовлетворить наиболее острые социальные потребности людей, – это правление с участием всех людей. Будущее он представлял себе как общество кооперативов производителей, сохраняющее частную собственность, но без ее отрицательных сторон.

Таким образом, в мировоззренческий комплекс классического либерализма вошли представления о самоценности личности, ее свободе от групповых, классовых и национальных ограничений; идеи космополитизма, гуманизма, прогресса, демократизма.

В сфере политики либерализм основывается на признании прав человека, разделения законодательной, исполнительной и судебной власти, свободы выбора видов деятельности, свободы конкуренции. Все эти идеи составляют содержание концепции правового государства.

В экономической области основатели либерализма требовали отмены регламентации и ограничений со стороны государственной власти, простора для частной инициативы, максимально благоприятных условий для развертывания частного предпринимательства.

Ядро классического либерализма образуют следующие положения:

- абсолютная ценность человеческой личности и изначальное («от рождения») равенство всех людей;

- автономия индивидуальной воли;

- существование неотчуждаемых прав человека (на жизнь, свободу, собственность);

- договорный характер отношений между государством и индивидом;

- верховенство закона как инструмента социального контроля;

- ограничение объема и сфер деятельности государства;

- защищенность – прежде всего от государственного вмешательства – частной жизни человека и свобода его действий (в рамках закона) во всех сферах общественной жизни.

Основополагающие принципы либерализма постоянно уточняются в ходе общественного развития, но неизменной остается ориентация либералов на осуществление индивидуальной свободы. Сама природа этих принципов не позволяет превратить либерализм в догматическую систему, состоящую из раз и навсегда установленных норм и правил. Классик современного либерализма Людвиг фон Мизес писал по этому поводу: «Либерализм – это не законченная доктрина или застывшая догма. Наоборот, он является приложением учений наук к общественной жизни человека. И так же как экономическая наука, социология и философия не стояли на месте со времен Давида Юма, Адама Смита, Давида Рикардо, Иеремии Бентама и Вильгельма Гумбольта, доктрина либерализма сегодня отличается от того, чем она была в их эпоху, хотя ее фундаментальные принципы остались неизменными…»[2] .

Если в европейских странах принципы либерально-буржуазного устройства пробивали себе дорогу с трудом, преодолевая сопротивление со стороны феодально-аристократического государства, то в Соединенных Штатах они имели более широкую социальную базу (прежде всего торгово-промышленная буржуазия, многочисленное фермерство) и утверждались в сравнительно благоприятных условиях.

Формирование и развитие либеральной традиции в США протекало в процессе постоянной внутренней эволюции, включавшей, с одной стороны, напластование все новых идеологических компонентов, порождавшихся самим развитием американского общества, но при этом объединенных принципиальной общностью исходных принципов, а с другой – обособление устаревших идеологических фрагментов, приобретающих консервативную функцию и служивших основанием для формирования разновидностей консервативной идеологии 2 .

На всех этапах американской истории между либерализмом и консерватизмом сохранялся определенный консенсус в отношении некоторых наиболее общих представлений, касающихся американского общества, политических институтов, механизмов социального развития и т.д. Формированию такого консенсуса способствовала «гибкость» идеологических принципов американской либеральной традиции, которые, будучи изначально сформулированными в достаточно общей и абстрактной форме, допускали существенные разночтения и могли обслуживать различные социальные и политические силы.

2. Специфика неолиберализма

В конце Х1Х века либерализм подвергся существенной трансформации. Его ключевой принцип – свободной конкуренции производителей – уступил место признанию необходимости вмешательства государства в экономические и социальные процессы с целью предотвращения чрезмерной поляризации общества и в конечном счете – дестабилизации системы. Складывавшийся тип либерализма обозначался терминами «неолиберализм», «социальный либерализм» и «либерал-реформизм».

В США попытки найти выход из «великой депрессии» 1929- 1933 годов завершились расколом в либеральном лагере. Одни либералы продолжали отстаивать традиционные ценности свободного рынка и противились регулирующей роли государства, другие решительно требовали ограничения сферы действия рыночных механизмов и предпринимательского индивидуализма». «Новые либералы» подчеркивали необходимость активного вмешательства государства в экономику и сферу социальных отношений. Практическая реализация идей «нового либерализма» была связана с реформами Ф.Рузвельта, заложившими основы системы государственного регулирования экономики.

Тенденция расширения роли государства в управлении обществом получила дальнейшее развитие в годы Второй мировой войны и первые послевоенные десятилетия, особенно в рамках либерально-консервативного консенсуса. В 60- годы это нашло выражение в разработке новых программ в сферах образования, здравоохранения и социального обеспечения. Их реализация, как полагали либералы, позволит создать «общество благосостояния». Идеи социального регулирования лежали в основе программ «Новых рубежей» Д.Кеннеди и «Великого общества» Л.Джонсона.

В 60-70-х годах либерализму была свойственна ярко выраженная ориентация на интеграционные процессы в международных отношениях, отражавшая растущую взаимозависимость государств. Ими активно разрабатывалась и пропагандировалась концепция конвергенции двух общественных систем под влиянием научно-технической революции (Дж.Гэлбрейт, Р.Хейлбронер, Я.Тинберген и др.).

Выдвигались два варианта этой концепции. Первый предусматривал эволюцию социалистических стран к «западной демократии. Второй предполагал движение обеих систем к некоему обществу «интегрального типа».

Последующий ход событий, как известно, не подтвердил концепцию конвергенции. Одна из общественных систем - социалистическая прекратила существование, а другая динамично трансформируется в «постиндустриальное» и «информационное» общество. В направлении постиндустриализма развиваются и процессы модернизации в бывших социалистических странах.

Расчетам либералов на создание общества «всеобщего благосостояния» также не суждено было осуществиться. Хотя жизненный уровень населения и вырос, выявилась неспособность государства выполнить многочисленные социальные программы, удовлетворить растущие притязания граждан на обеспечение занятости, в области образования и медицинской помощи, различных форм вспомоществования. Широкое распространение получили технократические иллюзии о наступ

лении эры технических ответов на социальные вопросы. Строительство государства благосостояния вошло в противоречие с потребностями экономики в поощрении предпринимательской инициативы, поиске перспективных направлений технологического прогресса.

Этими обстоятельствами частично объясняется рост популярности консерватизма в 70-х годах и разрушение либерально-консервативного консенсуса. Вступление западного общества в фазу постиндустриализма и обострение глобальных проблем поставили либерализм перед необходимостью глубокого обновления.

Новый облик либерализма еще не сложился. Его становление идет по различным, во многом отрицающим друг друга курсам. С одной стороны, заметен акцент на проблемах равенства и справедливости, рационализации регулирующей роли государства. Либералы объявляют целью социальной политики оптимальное воспроизводство «человеческого капитала». Это предполагает преимущественное развитие системы переподготовки рабочей силы, а не увеличение пособий бедным и безработным, как в 60-е годы. С другой стороны, возрождаются антикейнсианские традиции, суть которых – в отрицании вмешательства государства в сферу экономики.

Неолибералы видят ошибку сторонников «саморегулирования» экономики в абсолютизации монетаризма Чикагской школы и игнорировании опыта социально-ориентированной экономики Германии. Они подчеркивают, что в нормально функционирующем обществе должны быть преодолены наиболее вопиющие виды неравенства, препятствующие свободному развитию каждого индивида и дестабилизирующие общество. Государство, по их мнению, только в том случае является социальным и правовым, если обеспечивает своих граждан экономическими средствами для достижения разумных целей.

Таким образом, основное различие неолиберализма и классического либерализма состоит в разном понимании общественной роли государства. Если классический либерализм выступал против вмешательства государства в экономическую жизнь, современные либералы отводят ему значительную роль в решении социально-экономических проблем.

Либерализм оказал значительное влияние на формирование одной из наиболее влиятельных школ в теории международных отношений – политического идеализма Она возникла как реакция части ученых и политиков на беспрецедентные по масштабу социальные бедствия, вызванные Первой мировой войной.

Базовые положения политического идеализма нашли отражение в 14 пунктах послевоенного урегулирования, сформулированных одним из создателей этой школы – профессором и президентом США Вудро Вильсоном. Им были продекларированы такие принципы, как отказ от тайной дипломатии; моральность внешнеполитической деятельности и дипломатии; сокращение вооружений до минимума, обеспечивающего национальную безопасность; создание международного органа, который гарантировал бы политическую независимость и территориальную целостность государств – такая организация была создана и носила название «Лиги Наций».

Идеалисты рассматривали мировую политику в рамках правовых и этических категорий, разрабатывали нормативные модели международных отношений, в реализации которых значительную роль играло бы свободно выражаемое общественное мнение, выступающее против войны и вызываемых ею социальных бедствий. Для их убеждений было характерно неприятие силовых средств как важнейшего регулятора международных отношений. Предпочтение отдавалось системе и институтам международного права.

Вместо баланса сил идеалисты предлагали иной механизм регулирования международных отношений – коллективную безопасность. Эта идея основывалась на том соображении, что все государства имеют общую цель – мир и безопасность, а нестабильность силового баланса и войны наносят огромный урон народам.

На идеях неолиберализма в 70 - 80 – х гг. сформировался глобалистский подход к международным отношениям. Неолиберализм исходит из того, что анализировать поведение государств следует с учетом не только национальных интересов, но и их участия в деятельности межгосударственных институтов, гармонизирующих международные отношения и влияющих на поведение самих государств. При этом особое внимание неолиберализм уделяет роли хозяйственного взаимодействия в мировом развитии. Универсальность демократии рассматривается неолибералами как важнейший фактор преодоления противоречий между государствами.

Взгляды глобалистов отражены в теории комплексной взаимозависимости , разработанной на основе неолиберальных принципов Робертом Кеохэйном и Джозефом Наем в исследованиях «Транснационализм в мировой политике» (1971) и «Мощь и взаимозависимость. Мировые политики в переходе» (1977). Согласно этой теории фактор силы утрачивает решающее воздействие на международные отношения, более эффективными средствами влияния становятся экономические, правовые и информационные механизмы. По мнению ученых, создаются условия для институционализации отношений между государственными и негосударственными акторами, которые открывают перспективу упорядочения международной среды.

В области внешней политики либералы внесли существенный вклад в разработку концепции «нового мирового порядка». В среде ученых и политиков либеральной ориентации во второй половине 80-х годов господствовало стремление к многостороннему сотрудничеству с СССР, а в настоящее время доминирует намерение максимально способствовать становлению демократии в государствах, являющихся его преемниками. Либералы – сторонники оказания им всемерного содействия в создании рыночной экономики, решении гуманитарных проблем, урегулировании межнациональных конфликтов.

В целом либерализм является доминирующим типом массового сознания в странах Запада. Его принципы и установки воплотились в важнейших политических институтах и получили специфическое проявление в основных идейно-политических течениях – от консерватизма до социал-демократии. Большинство либеральных партий объединены в Либеральный интернационал, созданный в 1947 году.

Некоторые известные ученые, констатируя заслуги либерализма в формировании облика современного мира, связывают будущее человечества с базовыми идеями именно этой идеологии. Так, американский исследователь Фрэнсис Фукуяма на рубеже 80-х и 90-х годов выдвинул дискуссионный тезис о якобы наступившем конце истории в результате победы либерализма над другими идеологиями. Этот тезис появился на волне эйфории по поводу эрозии марксистско-ленинских идей, распада социалистической системы, успехов постиндустриального развития на Западе.

Абсолютизация Ф.Фукуямой новых тенденций в международных отношениях и либеральной демократии в качестве базового принципа политической организации общества вызвала резонную критику концепции «конца истории». Последующее развитие событий вынудило ученого скорректировать свои взгляды с учетом происшедших перемен, признать наличие многочисленных угроз для самого существования человечества. В своих последних публикациях Ф.Фукуяма связывает надежды на формирование нового миропорядка с модернизаторской ролью Соединенных Штатов в глобальном масштабе, а условием ее выполнения считает признание американской элитой принципов коллективизма и многополярности.

Прогнозируемый Ф.Фукуямой миропорядок по своей сути является американоцентричным, поскольку идеи и принципы либеральной демократии нашли свое наиболее полное выражение в Соединенных Штатах и поддерживаются ими.

На наш взгляд, Ф.Фукуяма прав в следующем: либерально-демократические принципы, прошедшие испытание временем в странах Европы и Америки, могут стать основой для общецивилизационного единства перед лицом глобальных проблем, для формирования демократического миропорядка.

Подводя итог вышеизложенному, можно сделать следующие выводы:

1. Исторический опыт свидетельтвует о том, что политические принципы либерализма эффективны только при условии их системного применения и с учетом социокультурной специфики стран и регионов

2. Либерализм претерпел эволюцию, в процессе которой он модифицировал свои идеи в соответствии с изменившимися конкретными условиями. Классический либерализм с его идеей свободы от вмешательства государства в экономическую и социальную жизнь уступил место неолиберализму, который отводит государству значительную роль в решении стоящих перед обществом проблем.

3. Либерализм и консерватизм сохраняют ведущие позиции благодаря тому, что в конкурентной борьбе сумели выработать качества открытых идеологий, учитывающих и интегрирующих интересы широких социальных слоев, способных обеспечивать национальный консенсус. Между этими идеологиями сложилось своеобразное «разделение труда» : функция неоконсерватизма заключается в высвобождении предпринимательской активности; функция же неолиберализма состоит в смягчении неравенства.

Контрольные вопросы

1. В каких исторических условиях сложился классический либерализм?

2. Охарактеризуйте вклад наиболее известных представителей либерализма в разработку этого направления политической мысли.

3. Назовите основные положения классического либерализма.

4.Как и по каким причинам произошла трансформация либерализм в конце ХХ века ?

5.Охарактеризуйте специфику неолиберализма и основные этапы его эволюции.

6. По каким направлениям осуществляется становление неолиберализма в условиях постиндустриализма?

7. Охарактеризуйте влияние либерализма на теорию международных отношений.

8. В чем заключается глобалистский подход неолибералов к международным отношениям?

9. Изложите содержание концепции «конца истории» Ф.Фукуямы и дайте ей оценку.

Рекомендуемая литература

Аваков А.В. Судьбы либерализма. 6-е изд., перераб., доп. М.: Консалтбанкир, 2000.

Алексеева Т.А. Либерализм как политическая идеология//Полития. 2000. №1.

Кара-Мурза А.А. Либерализм против хаоса (Основные интенции либеральной идеологии на Западе и в России) //Политическая наука в России: интеллектуальный поиск и реальность. Хрестоматия . Отв. ред.-сост. А.Д.Воскресенский. М.: МОНФ ИЦН и УП. 2000.

Классический французский либерализм. Сб. ст. Пер. с фр. М.: РОССПЭН, 2000.

Кравченко И.И. Либерализм: политика и идеология//Вопросы философии. 2006. №1.

Либеральный консерватизм: история и современность. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. М.: РОССПЭН, 2001.

Макаренко В.П. Либеральная парадигма: от ночного сторожа к ограниченному суверенитету //Вестн. МГУ. Серия 18. Социология и политология. 2002. №4.

Мизес Людвиг фон. Либерализм в классической традиции / Пер. с англ. А.В.Куряева. М.: Издательство «Экономика». 2001.

О свободе. Антология западноевропейской классической либеральной мысли/ Отв. ред. М. А.Абрамов. М.: Наука. 1995.

Поппер Карл Раймунд. Открытое общество и его враги. В 2-х тт. М.: Феникс, 1992.

Постзападная цивилизация. Либерализм: прошлое, настоящее и будущее / Под ред. С.Н.Юшенкова. М.: Новый фактор. 2002.

Рормозер Г. Кризис либерализма: Пер. с нем. М.: ИФ РАН. 1996.

Современный либерализм: Ролз, Бёрлин, Дворкин, Кимлика, Сэндел, Тейлор , Уолдрон. Сб. ст. М.: Прогресс-Традиция. 1998.

Фукуяма Ф. Конец истории? //США - Канада: экономика, политика, идеология. 1990. №5.

Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. Пер. с англ. М.: Издательство АСТ. 2004.

Фукуяма Ф. Сильное государство. Управление и мировой порядок в ХХ1 веке. Пер. с англ. М.Издательство АСТ. 2006.

Хайек Ф. Дорога к рабству. М., 2005.

Харц Л.Либеральная традиция в Америке. Пер. с англ. М.: Прогресс-Академия. 1993.

Цыганков П.А. Теория международных отношений: учеб. пособие. М.: ГАРДАРИКИ. 2006. Гл.4,5.

Честнейшин Н.В. Консерватизм и либерализм: тождество и различие //Полис. 2006. №4.

Шапиро И. Введение в типологию либерализма//Полис. 1994. №3.

111.ЛИБЕРАЛИЗМ В РОССИИ

1.Эволюция русского либерализма

Русский либерализм - оригинальный феномен, основывающийся на отечественных духовном опыте и традициях. По своему происхождению он связан с появлением ростков буржуазной цивилизации и был адекватной формой выражения этого процесса.

В России социальную базу либерализма как идеологического, а затем и политического течения составляли помещики, переходившие к капиталистическим приемам хозяйствования, дворянская и буржуазная интеллигенция. Становление либерализма прошло ряд этапов и было прервано Октябрьской революцией.

Зарождение дворянского либерализма относится к 60-м годам ХУ111 в. – началу Х1Х века (идеи просветительства, критика крепостничества и самодержавия, проекты ограничения абсолютизма). Существенное влияние на его становление оказали опыт и идеи либерализма Западной Европы.

Уже во второй половине ХУ111 века в трудах Семена Ефимовича Десницкого (ок.1740 – 1789), Якова Павловича Козельского (ок.1728 – ок.1794), Николая Ивановича Новикова (1744 – 1818) и других осуждалось крепостное право, защищались свобода, просвещение и самоуправление. Эти мыслители, не требуя прямой отмены крепостничества и ликвидации самодержавия, предлагали дворянству приемлемые пути их преобразования, в частности ограничение продажи крестьян и власти монарха представительным органом (Сенатом), укрепление законности.

В первой половине Х1Х века либеральная мысль нашла свое выражение прежде всего в программе общественных преобразований Михаила Михайловича Сперанского (1772 – 1839). Ближайший помощник Александра 1 и Николая 1, он пытался приспособить к самодержавной форме правления принцип разделения властей, обеспечить гибкость и оперативность государственного механизма, его подотчетность сословиям. Предлагавшиеся им реформы предусматривали некоторую трансформацию самодержавия и прежде всего его самоограничение. Эта главная проблема так и не была решена в Х1Х веке.

Теоретические положения классического либерализма использовались дворянскими революционерами декабристами. В обосновании своего протеста против самодержавия они исходили из теории естественного права, и прежде всего права каждого человека на жизнь, свободу, собственность, равенство перед законом. Кроме того, они предлагали использовать принцип разделения властей при формировании институтов государственной власти.

В дооктябрьский период либерализм в России был представлен несколькими направлениями (консервативный либерализм, «новый» либерализм).

Сущность консервативного либерализма – в синтезе основных идей классического либерализма (права и свободы личности, реформаторство) и консерватизма (сильная власть порядок и стабильность, преемственность в развитии, приверженность религиозно-нравственным ценностям). Для обозначения этого синтеза как синоним используется понятие «либеральный консерватизм». Один из ведущих представителей этого направления П.Б.Струве полагал, что формула «либеральный консерватизм» возникает в «какой-то точке», где либерализм и консерватизм, конечно, сходятся…»1 .

Консервативный либерализм представлял собой программу деятельности умеренной интеллигенции в пореформенный период, стремившейся расширить и закрепить общественные преобразования путем диалога с властью, участия в земском самоуправлении и просвещении народа.

Основателем консервативного либерализма был профессор права Борис Николаевич Чичерин (1828 – 1904). Суть разработанной им концепции заключалась в синтезе принципов личной и общественной свободы с политическими традициями и нравственно-культурными началами народа.

Б.Н.Чичерин значительное внимание уделял проблеме корреляции гражданского общества и государства. По его мнению, необходимость независимого, автономного гражданского общества вытекает из природы человека как самоопределяющегося существа. Вместе с тем он указывал на взаимосвязь государства и гражданского общества, рассматривая гражданское общество как фундамент государства.

Б.Н.Чичерин развивал либеральные идеи правового государства, верховенства закона, ограничивающего любую власть. Однако он не разделял идею естественных и неотчуждаемых прав граждан, поскольку считал, что ее реализация может привести к анархии. По мнению Б.Н.Чичерина, права гражданам должно предоставлять государство.

Наиболее разумной формой правления для России Б.Н.Чичерин считал конституционную монархию, которая, как он полагал, способна гарантировать устойчивость и гибкость государственной власти. Это может быть достигнуто за счет ее рационального распределения между законодательными, правительственными и судебными учреждениями под эгидой монархии.

Весьма плодотворна мысль Б.Н.Чичерина о том, что обновлению политической жизни способствует принцип политического плюрализма. Огромную роль в этом процессе играет оппозиция, которая критикует власть и заставляет ее выполнять взятые обязательства. Политическая конкуренция способствует появлению наиболее одаренных политиков.

Б.Н.Чичерин отмечал и недостатки политического плюрализма. Партийная принадлежность делает мировосприятие людей односторонним, а постоянная политическая борьба ослабляет правительство. Стремление партий любой ценой получить поддержку населения вынуждает использовать такие методы борьбы, как ложь и клевета..

Видным представителем консервативного либерализма был Константин Дмитриевич Кавелин (1818 – 1885), крупный философ, историк и правовед. Его политический идеал – неограниченная монархия в соединении с эффективным местным самоуправлением. Он считал, что преждевременное введение конституции, ограничивающей власть монарха, могло бы привести к самовластию бюрократии и дворянства.

К.Д.Кавелин был приверженцем философии ненасилия, утверждал, что всякое насилие погибнет не под ударами другого насилия, а вследствие исчерпания своих внутренних принципов. Преодолеть социальное зло и несправедливость, с его точки зрения, можно лишь путем формирования общественного мнения и развития правосознания.

Известный мыслитель Петр Бернгардович Струве (1870 – 1944) в результате длительных творческих изысканий пришел к убеждению о приоритете религиозно-нравственных ценностей общества и личности. Исходя из принципов национально-консервативного либерализма, он обосновал необходимость создания правового государства в форме конституционной монархии. Согласно П.Б.Струве, новая русская государственность должна опираться на историческое прошлое страны, культурные традиции и творческую деятельность всех патриотических сил.

В вопросе о правах личности П.Б.Струве придавал первостепенное значение прежде всего гражданским правам. В этой связи он резко критиковал социализм, отрицающий право человека на частную собственность. Отрицание этого права ведет к подрыву принципа свободы и ответственности личности.

П.Б.Струве подчеркивал, что верит «в силу экономического развития на основе свободы и собственности»1 . Вместе с тем он поддерживал «идею разумного вмешательства государства в социально-экономические отношения» в интересах экономически слабых слоев населения, т.е. принцип социальной справедливости2 .

Консерватизм П.Б. Струве проявился в преувеличении роли государственного начала в общественной жизни. Он видел в государстве самостоятельную силу, возвышающуюся над обществом и осуществляющую те задачи, которые диктуются логикой его собственного развития. По его мнению, «именно государство есть как бы некая личность, у которой есть свой верховный закон бытия»3 . Этот закон усматривается в могуществе государства как главном мериле жизненных сил страны. Выше личности им ставится также национальное начало, которое, как и государство, носит сверхразумный и мистический характер4 .

Слабым местом в концепции П.Б.Струве была также недооценка роли демократии. В вопросе о соотношении законодательной и исполнительной власти в правовом государстве он явно преувеличивал роль последней. Прерогативы законодательной власти сводятся лишь к «соучастию в установлении бюджета» и других законов государства.

Таким образом, понимание П.Б.Струве природы государства и демократии находятся в явном противоречии с отстаиваемой им идеей правового государства.

В годы эмиграции П.Б.Струве была обоснована весьма продуктивная мысль о том, что для политического переустройства посткоммунистической России необходимо установление полудемократического режима, который, действуя в либеральном духе, ввел бы начала рыночной экономики и гражданского общества и тем самым подготовил население к широкому участию в политике. В том же духе высказывались отечественные философы И.Ильин и Г.Федотов. Впоследствии эту же идею выдвигали отечественные ученые И.Клямкин и А.Мигранян, писатель А.И.Солженицын.

В начале ХХ века либеральная политическая мысль приобрела новые черты. Своеобразие так называемого «нового» либерализма заключалось в том, что он формировался в обстановке резкой критики идеи правового государства со стороны леворадикальных и реакционных сил. Поэтому важнейшими задачами либеральных ученых и политиков были обоснование прогрессивной роли государства в истории человечества и защита основных принципов правового государства. Русские либералы рассматривали социальные права как часть естественных прав человека, настаивали на изменении фабричного законодательства, разрешении деятельности профсоюзов, создании системы государственного и общественного призрения нетрудоспособных и т.д. Эти проблемы нашли отражение в трудах выдающегося философа и правоведа Павла Ивановича Новгородцева (1866 – 1924), известных историков и социологов Богдана Александровича Кистяковского (1868 – 1918) и Николая Ивановича Кареева (1850 – 1931).

П.И.Новгородцев разработал концепцию социально-политических ценностей, включающую как основные ценности (свобода, равенство, солидарность), так и более конкретные ценности (правовое государство, народный суверенитет и др.).

Главной из наиболее общих ценностей П.И.Новгородцев считал свободу. Она понималась не в негативном аспекте – как отсутствие принуждения над человеком со стороны государства и других людей, а в позитивном – как «свобода при помощи государства», обеспечивающего гражданам возможность располагать надлежащими средствами (материальными и духовными) для эффективного участия в социально-политической деятельности.

П.И.Новгородцев идет дальше формального, юридического понимания равенства. Этот принцип означает для него не просто равенство всех перед законом, а создание для всех граждан общественных условий, благоприятствующих их развитию – обеспечения определенного уровня образования, материального достатка, охраны здоровья.

Принцип солидарности понимался П.И.Новгородцевым как согласие и добровольное сотрудничество людей в социально-политической сфере. Конкретными его проявлениями должны быть прежде всего согласие по поводу формы политического правления, основных направлений деятельности правительства и т.д.

Ценности свободы. равенства и солидарности представлялись П.И.Новгородцеву универсальными для всех эпох, но имеющими конкретно-историческое содержание.

П.И.Новгородцев отстаивал естественное право человека на выбор формы государственного устройства, рассматривал правовое государство как преграду для частного произвола. Он развивал идею социального государства, которое должно гарантировать индивиду достойное существование. При этом особо подчеркивалась значимость таких прав, как право на труд, социальное страхование, профессиональную организацию и личную свободу. П.И.Новгородцев был одним из основателей конституционно-демократической партии (кадетов).

Базовым принципом правового государства П.И.Новгородцев считал политический и идеологический плюрализм. Спор с противниками этого принципа, согласно П.И.Новгородцеву, является «спором не на жизнь, а на смерть». «Демократия,- писал он, - означает, возможно, полную свободу личности, свободу ее исканий, свободу состязания мнений и систем…» 1 .

Правовое государство П.И.Новгородцев не мыслил без разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную, уравновешивающих и контролирующих друг друга. Учение Ш.Монтескье о разделении властей он считал одним из наиболее существенных достижений политической мысли.

Значительное место в трудах П.И.Новгородцева занимает идея народного суверенитета, реализуемого через парламент, партии, референдумы, плебисциты и т.д. Парламент, полагал он, не может зеркально отражать волю народа, поскольку состоит из представителей групп и классов с отличающимися интересами. Поэтому власть должна искать приемлемые, компромиссные решения для основных субъектов политики. Партии рассматривались им как важное звено, соединяющие общество и государство.

Демократию П.И.Новгородцев считал невозможной без внепарламентской инициативы. «В последнем случае,- писал он,- всё определяется нравственными и умственными силами народа, но именно поэтому необходимо и важно для каждой способности открыть свободу проявления в политической области»2 .

Важная роль в механизме демократии П.И.Новгородцевым отводилась общественному мнению. Согласно П.И.Новгородцеву, оно особенно значимо при определении целей общества, но гораздо менее эффективно в определении средств достижения целей: «Это область, в которой требуется не только здравый смысл, присущий массам, но и техническая подготовка и специальные знания»3 .

П.И.Новгородцев высоко ценил заслугу выдающегося русского мыслителя Вл. Соловьева в защите и обосновании общечеловеческих морально-нравственных идеалов. В этой сфере он, с точки зрения П.И. Новгородцева, углублял и развивал западническую доктрину. «Поскольку западничество было именно доктриной, а не простым продуктом подражательности и заимствований,- отмечал П.И.Новгородцев,- оно вытекало из одного очень важного и глубокого догмата: из веры в существование общечеловеческих начал и общеобязательных идеалов. Отсюда его доверие к опыту Западной Европы, далее нас ушедшей вперед, но родственной нам по идеалам и стремлениям; отсюда его протесты против замкнутости и обособленности России. Вот этот догмат и привлекает Соловьева к западникам. То, что сам он использовал как требование вселенского единства и общечеловеческой солидарности, совпадало с основной верой западников"4 .

В целом П.И.Новгородцев был наиболее последовательным мыслителем либерально демократического направления в России начала ХХ века, превзошедшим своих выдающихся предшественников Б.Н.Чичерина и В.С.Соловьева. Многие его мысли весьма ценны и актуальны в условиях современных российских реалий.

По мнению другого известного представителя «нового либерализма» Б.А.Кистяковского, в правовом государстве власть будет формироваться на основе всеобщего и равного избирательного права, народного представительства, а высокая политическая культура облегчит урегулирование социальных конфликтов. Как и П.И.Новгородцев, Б.А.Кистяковский был сторонником идеи социального государства, ставящего своей целью обеспечение права граждан на достойное существование.

Однако Б.А.Кистяковский не был в полном смысле либеральным мыслителем, поскольку высшей степенью развития правового государства считал государство социалистическое. Перерастание правового государства в социалистическую стадию мыслилось через преобразования в экономике и социальной сфере. В экономике анархия хозяйственной жизни, присущая капиталистическому производству, должна быть заменена «организованностью производства, характеризующей социалистический строй»1 . В систему прав человека он предлагал включить социально-экономические права, способные радикально улучшить положение социума, - право на труд (понимаемое как право пользоваться землей и другими средствами производства); право на развитие всех способностей; право на участие во всех материальных и духовных благах2 .

Ограниченность концепции Б.А.Кистяковского состояла в попытке совместить либерализм в политике с социализмом в экономике. Общество, где отсутствуют частная собственность на средства производства и рыночное хозяйство, по своей природе не может быть подлинно либеральным.

Согласно Н.И.Карееву, культурно-исторический смысл государственности заключается в последовательном расширении сферы общественного сотрудничества и ограничении области социальных конфликтов. Причины революции он видел в нерешенности общественных проблем, а сами революции сравнивал с бурями и грозами в природе, острым заболеванием в организме.

Н.И.Кареев пророчески предупреждал об основных опасностях революций. Движение, начавшееся под лозунгом свободы, может привести к новой диктатуре. После революции зачастую возникают прежние властные отношения под новыми лозунгами, а общие цели революций уступают место индивидуальным вожделениям.

Идеи либерализма лежали в основе программы партии кадетов, которая объединяла в своих рядах цвет интеллигенции, мечтавшей о радикальном преобразовании России парламентским путем, на базе общечеловечеких ценностей. Кадеты последовательно выступали за разделение властей, за создание фундамента гражданского общества и правового государства. В области внешней политики они предусматривали преимущественную ориентацию страны на западные демократии.

Идеи либеральных реформ, осуществляемых сильной государственной властью, определяли политический курс П.А.Столыпина. В частности, он предпринимал попытку с помощью государства превратить крестьян в частных собственников, создав тем самым условия для модернизации страны.

Таким образом, в период между 1861 и 1917 годами либерализм выражал стремление буржуазии в ликвидации сословных привилегий, преобразованию абсолютизма в конституционно-парламентскую монархию, утверждению правового строя. Либеральные теоретики делали акцент на идентичности путей развития России и Западной Европы, единстве исторического процесса. Будучи эволюционистами, они являлись категорическими противниками социальных переворотов, считали их аномалиями в жизни общества.

Историческая драма либерализма заключалась в том, что это течение не имело широкой социальной базы и являлось помехой для своих радикальных и консервативных противников, стремившихся к столкновению. Призывы либералов к диалогу не были услышаны, и страна оказалась ввергнутой в гражданскую войну. В годы гражданской войны либерально-буржуазные партии участвовали в вооруженной борьбе против большевиков. После ее окончания наиболее известные либералы (П.Б.Струве, М.И.Туган-Барановский и др.), находясь в эмиграции, сначала возлагали надежды на капиталистическую трансформацию СССР в ходе новой экономической политики, а затем были аналитиками и критиками утверждавшегося тоталитаризма.

Русскими либералами были высказаны глубокие суждения о причинах происшедшей революции и перспективах страны. Так, С. Л. Франк считал, что социализм привлек народ не своим положительным идеалом, а силой неприятия старого порядка, не тем, к чему он стремился, а тем, против чего он восставал 1 . П.И.Новгородцев констатировал кризис демократической идеи в России, имея ввиду неприменимость либеральной демократии в случае свержения большевизма. Российское общество расценивалось им как неготовое к демократии ни в социально-экономическом, ни в культурном отношениях 2 .

В вышедшей в 1917 г. брошюре «Политическая свобода и социализм» Сергей Иосифович Гессен развивал идеи либерального социализма. Главной ценностью такого социализма он считал право, которое позволило бы обуздать капиталистическую эксплуатацию, ограничить получение прибыли и осуществить перераспределение собственности на средства производства между социальными группами – производственными объединениями типа гильдий, потребительскими кооперативами и т.д. Перестройка в экономической сфере будет способствовать удовлетворению потребности людей и изменит роль государства, которое превратится в посредника между общественными союзами, координируя их деятельность, предотвращая и разрешая конфликты между ними, т.е. выражая интересы социума. Ограничение государства координирующими функциями «есть не что иное, как до своего логического конца идущее пронизание государства правом»1 .

В целом концепция С.И.Гессена близка к идеям гильдейского социализма, которые будут рассмотрены ниже. Отсутствие частной собственности и рынка, в максимальной степени стимулирующих экономическую инициативу людей, исключает возможность создания эффективной экономики, перестройки социальной и политической структуры общества на принципах либерализма.

Ход истории в ХХ веке позволяет сделать вывод о правоте выдвигавшейся либералами идеи буржуазно-демократических реформ в рамках конституционной монархии как этапа на пути России к правовому государству.

2. Современный либерализм

В советский период отечественной истории официальная позиция властей по отношению к либерализму состояла в замалчивании и резко отрицательной оценке его «буржуазности». В массовом сознании слово «либерализм» приобрело негативный смысл и под влиянием ленинских статей с оскорбительной критикой либералов. Вместе с тем даже во времена тоталитарного режима либеральные ценности имели стойких и мужественных поборников в среде русской эмиграции, отечественных диссидентов и правозащитников.

В отсутствие рынка и правового государства либеральные ориентации российских граждан длительное время являлись фактором преимущественно духовного порядка, стилем мышления. Они были свойственны прежде всего элитным группам, профессионально сочетавшим высокий уровень образования с необходимостью принятия ответственных решений, с многообразием общественных контактов.

Существенную роль в распространении в СССР советского либерализма сыграли «шестидесятники», чье мировоззрение сформировалось в период «хрущевской оттепели». Во второй половине 80-х гг. они выступили инициаторами модернизации, преобразовавшей советский либерализм сначала в либерально-демократический социализм, а затем и в либеральную демократию.

Освоению либеральных принципов существенно способствовал горбачевский курс реформ, ориентированный на соединение социализма с демократией. Демократизация включала не только собственно демократические меры (введение альтернативныз выборов, разделение властей, отмена цензуры), но и ряд либеральных идей (естественные и неотъемлемые права человека, рыночная конкуренция, гражданское общество).

Сформулированная М.С.Горбачевым и его окружением концепция «универсальных», «общечеловеческих ценностей» по существу являлась отечественным вариантом теории конвергенции капитализма и социализма, выдвинутой западными либералами в 60-х годах. Как известно, создатели этой теории прогнозировали усвоение капитализмом и социализмом лучших черт друг друга и постепенную их трансформацию в «единое индустриальное общество».

В целом идейно-политическая концепция перестройки эволюционировала из демократической в либерально-демократическую, прокладывавшую путь к вестернизации российского общества, т.е. внедрению моделей и механизмов, функционировавших на Западе. В 1991 г. либеральная демократия окончательно сменила демократический социализм в качестве основного направления модернизации России.

В 1990-91 гг. либерализм добился «массового» успеха в России, выполняя роль «идеологии антикоммунизма». Представляется, однако, что этот успех скорее был вызван охватившим общество эмоциональным подъемом, сопутствовавшим крушению «реального социализма». Либеральная риторика присутствовала в высказываниях политических деятелей и программах политических течений различной ориентации (классический пример – название «либерально-демократической партии СССР», созданной в марте 199О г.).

Однако в этот же период сформировались те черты отечественного либерализма, которые послужили причинами неуклонного снижения его влияния. Главными из них оказались умозрительное копирование западной модели общественного устройства, причем преимущественно периода ее становления; недооценка проблемы адаптации принципов либерализма к российским условиям.

Определенную роль в укоренении этих черт в российском либерализме сыграло отсутствие сколько-нибудь длительного философско-теоретического и идеологического его вызревания. В течение нескольких десятилетий либеральная традиция по существу была прервана и возобновилась в конце 80-х – начале 90-х гг. в форме политико-публицистической атаки на тоталитаризм. При этом практически полностью были проигнорированы высшие достижения российского дооктябрьского либерализма. Эволюция выдающихся либералов Б.Н.Чичерина, К.Д.Кавелина, П.Н.Милюкова и др. заключала в себе важные уроки, которые помогли бы современным либералам избежать многих просчетов и издержек.

Одна из главных тенденций дооктябрьского российского либерализма состояла в том, что он последовательно оформлялся в социал-либерализм, отторгавший идею невмешательства государства в общественное развитие и культивировавший принцип взаимных обязательств индивидов, классов и государства по отношению друг к другу. Эта тенденция в условиях 90-х гг. не была принята во внимание и не нашла отражения в практической политике.

Российскими либералами не был должным образом учтен опыт ведущего течения западного либерализма ХХ века - неолиберализма, ассоциирующегося с именами Дж.Кейнса, Ф.Д.Рузвельта, Дж.Гэлбрейта и синтезирующего в себе индивидуализм, демократию и социал-реформизм.

Один из его уроков касается проблемы взаимоотношений между индивидом и обществом. Неолибералы отвергли постулат либерализма предшествующих веков о том, что индивидуальные интересы в условиях свободы автоматически удовлетворяют общий интерес. На самом деле, по их мнению, в режиме «естественной свободы» врожденный эгоизм не в состоянии обуздать даже лучшие представители человеческого рода. Поэтому, руководствуясь интересами всех классов и принципами гуманизма, государство и гражданское общество обязаны разрабатывать и поддерживать «правила игры» в социальной сфере и экономике.

Другой урок западного либерализма касается взаимоотношений свободы и демократии. Отечественные либералы в подходе к этой проблеме по сути демонстрировали экономический детерминизм, когда доказывали, что экономическая свобода, рыночная конкуренция и частная собственность являются условиями и гарантами политической демократии. Такое представление является крайне упрощенным, поскольку демократия автоматически не вытекает из свободы частной собственности и рынка. В действительности корреляция между ними достаточно сложна: чрезмерное проявление экономической свободы может наносить ущерб демократии и наоборот. Западный либерализм ХХ века рассматривает их как самостоятельные ценности и нацелен на поиск оптимальной меры в их взаимодействии.

Следующий урок либерального реформирования 90-х годов касался проблемы участия государства в регулировании социальной сферы. Уравнительности социалистической системы либералы противопоставили идею «равенства стартовых возможностей», исходя из того, что государственное вмешательство, направленное на выравнивание условий существования индивидов, порочно и антилиберально. По их мнению, каждый человек должен получить то, что заслуживает в силу своих индивидуальных качеств.

С позиций западного либерализма подобный подход является анахронизмом. Простое отстранение государства от участия в развитии социальных отношений отнюдь не обеспечивает « равенства возможностей», поскольку «стартовые возможности» будут определяться прежде всего социальным происхождением и материальным положением индивидов. По этой причине государство обязано обеспечить условия для реализации индивидуальных способностей тех социальных групп, которые в силу различных причин лишены доступа к таким жизненно важным сферам, как образование и медицинское обслуживание.

Одной из главных ошибок реформаторов 90-х гг. была недооценка просветительской деятельности по распространению либеральных идей, которой классики либерализма придавали первостепенное значение. Так, Людвиг фон Мизес важнейшей задачей либералов считал «убеждение сограждан в необходимости принятия либеральной программы»1 .

Сохраняет свою актуальность критика Людвиг фон Мизесом либералов за пренебрежение просветительством: «Либералы придерживались мнения, что все люди обладают интеллектуальной способностью правильно трактовать трудные проблемы социального сотрудничества и действовать соответствующим образом. Они были настолько поражены ясностью и самоочевидностью аргументации, с помощью которой пришли к своим политическим идеям, что были просто не в состоянии понять, как это кому-то не удалось их осознать. Они так и не усвоили двух вещей: во-первых, массы не обладают способностью мыслить логически, во-вторых, по мнению большинства людей, даже если они и могут признать истину, кратковременная, пусть даже частичная выгода, которой можно воспользоваться сразу, представляется более значимой, чем постоянная глобальная выгода, которая должна быть отложена. Большинство людей не имеют интеллектуальных способностей, необходимых для того, чтобы вдуматься в очень сложные в конечном счете проблемы социального сотрудничества, не говоря уже о том, что они не обладают силой воли и не могут пойти на временные жертвы, без которых невозможно социальное взаимодействие. Лозунги интервенционизма и социализма, особенно предложения о частичной экспроприации частной собственности, всегда находят восторженное одобрение среди масс, ожидающих получить от этого непосредственную и немедленную выгоду»1

Из вышеизложенного очевидно, что российскими либералами не были осмыслены важнейшие уроки либерализма, дилеммы и противоречия западной цивилизации.

При ретроспективном рассмотрении становится очевидной такая особенность российского либерализма как утопизм, выражавшийся в неадекватной оценке реального состояния общества и возможностей страны для воплощения западных образцов. С учетом этих факторов были неосуществимы планы быстрого и без ухудшения положения населения перевода экономики на рыночные рельсы, форсированной массовой фермеризации при отсутствии необходимых для этого производственно-технической базы и социокультурных предпосылок, создания среднего класса как основы социальной стабильности. Излишне оптимистическими оказались расчеты на переустройство в короткие сроки политической сферы – утверждение политического плюрализма, многопартийности, разделения властей и правовой государственности.

В ходе радикальных реформ восторжествовала обозначившаяся в период перестройки тенденция трансформации власти в собственность. Ее результатом стала замена номенклатурного социализма номенклатурным капитализмом. Относительно массовый и активный в больших городах слой квалифицированных бюджетников, составлявший социальную базу либерально-демократической волны, реформами был размыт и деморализован.

В целом вместо планировавшегося радикальными либералами создания американской или европейской модели общественного устройства утвердился причудливый симбиоз раннекапиталистической и латиноамериканской. Вместе с тем историческая роль радикал –либерализма не должна быть преуменьшена: он способствовал демонтажу тоталитарного режима, формированию основ рыночной экономики и политической системы, основанной на разделении властей и многопартийности; положил начало интеграции России в европейские и мировые экономические и политические структуры .

Реакцией общества на высокую социальную цену радикальной модернизации явился кризис доверия не только к власти, но и либерализму как идеологии, олицетворявшей реформы в глазах граждан. Драматичным следствием курса радикал-либералов стал рост влияния коммунистических и национал-патриотических идей и движений, поставивших под угрозу процесс становления демократии.

Начиная с 1993 г. в российском либерализме происходит важная качественная перемена – усиление позиций социал-либерализма как демократической альтернативы радикал-либерализму. Это идейно течение представлено прежде всего партией «Яблоко», возглавляемой Г.А.Явлинским.

Социал-либералы считают необходимым пересмотр вульгарных подходов к реформам, учитывая масштабы социального расслоения и диспропорций регионального развития страны, угрожающих ее целостности. Цивилизованное распределение национального дохода должно быть таким же приоритетом государственной политики, как и его рост.

Черты социал-либерализма наличествуют в программах и лозунгах «Единой России», «Справедливой России» и некоторых других партий и движений. Социал-либерализм опирается на широкие слои городского и сельского предпринимательства, интеллигенцию.

По мере формирования в России конкурентной среды либерализм обретает материальную базу и перестает быть фактором главным образом духовного порядка. В настоящее время он представлен в разных сферах. В сфере экономики – это свобода предпринимательства, внутренней и внешней торговли. В сфере политики – это либеральная конституция, общественная система и многопартийность. В сфере мировоззренческой – это идейный плюрализм, свободное распространение философских и религиозных взглядов. Социальная база отечественного либерализма – прежде всего высокообразованные, востребованные люди, жители столиц и мегаполисов, обладающие большими адаптационными ресурсами.

В политическом спектре России функционируют две либеральные партии - Союз правых сил и «Яблоко». Они - сторонники социально-ориентированного рыночного хозяйства, минимизации государственного вмешательства в экономику. Для них характерны приверженность общечеловеческим принципам политической демократии – разделению властей, многопартийности, обеспечению прав личности, независимости СМИ и пр. Разделяя эти принципы, либералы убеждены, что их дальнейшее распространение и укоренение в России возможно лишь на основе собственного опыта развития либерализма. В сфере внешней политики они выступают против имперских традиций, изоляционизма и конфронтационности, за интеграцию России в сообщество цивилизованных государств.

В либеральной среде популярен консерватизм как антитеза социализму. Слово «консерватизм» широко используется в программных документах «Союза правых сил» и «Яблока», правоцентристской «партии власти» - «Единой России».

Свою первоочередную задачу политическая партия «Союз правых сил» видит в упрочении и развитии институтов демократии и свободного рынка, распространении либеральных идей и ценностей среди всех слоев населения России, и в особенности среди тех, которые представляют собой социальную базу отечественного либерализма.

В начале ХХ1 века СПС представляются наиболее значимыми следующие проблемы:

- воспитание нового демократического гражданского сознания, основанного на понимании государства лишь как инструмента для реализации права граждан на достойную жизнь;

- формирование нового образа российского государства и нового патриотизма, источником которого была бы не ностальгия по великодержавию, а осознание свободы граждан как основы истинного величия страны;

- утверждение прав собственности как священных и неприкосновенных, необратимости правовых гарантий на эффективное предпринимательство;

- создание компактного и максимально эффективного «государства профессионального управления» и борьба с коррупцией, разъедающей социальный организм России;

- обеспечение верховенства закона и действенных гарантий прав человека;

- создание представительной всероссийской либеральной партии;

- преодоление монополизма в системе информации и коммуникаций;

- проведение поэтапных федеративных реформ путем постепенного выравнивания прав и обязанностей субъектов РФ при сохранении их регионального и этнокультурного своеобразия;

- обеспечение прав всех народов и этнических групп России на сохранение своей самобытной культуры, своего языка и традиционного образа жизни;

- полномасштабная либерализация рынка труда, обеспеченная законодательно закрепленной свободой перемещения трудовых ресурсов, эффективная защита прав наемных работников;

- скорейшее построение конкурентоспособной рыночной экономики, способной генерировать средства как для создания новых рабочих мест, так и для внедрения в производство надежных природоохранительных технологий;

- проведение общенациональной реформы образования, подчиненной логике долгосрочной глобальной конкурентоспособности экономики.

Цель Российской демократической партии «Яблоко» - демократическая, процветающая Россия, сильная страна, способная:

- сохранить свою целостность и единство;

- создать общедоступные системы образования и здравоохранения мирового уровня;

- сохранить и приумножить свою великую культуру;

- преодолеть глубокий экологический и демографический кризис;

- на равных конкурировать с ведущими странами мира;

- войти в качестве полноправного члена в Европейский Союз и другие экономические и оборонные европейские организации.

Ориентир Российской демократической партии «Яблоко» - общество равных возможностей, основанное на принципах социальной справедливости и социальной солидарности сильных и слабых. Важнейшее условие существования свободного общества в России она видит не только в расширении частной инициативы, но и создании развитой системы социальной поддержки.

Партия ставит своей задачей реабилитацию демократических ценностей в глазах большинства населения, формирование стабильного демократического порядка, включающего в себя правовое государство, рыночную экономику, гражданское общество, современную систему безопасности и постиндустриальную стратегию в рамках европейского развития.

Рассматривая устойчивую демократию как обязательное условие динамичного развития в ХХ1 веке, жизненно необходимое России, РДП считает, что в отсутствие развитых демократических институтов попытки правящей элиты установить авторитарную систему, обслуживающую интересы узкой группы лиц, приведут Россию к бюрократическому застою, необратимому отставанию и окончательному превращению в страну третьего мира.

РДП предлагает широкий круг мер с целью защиты демократических институтов, реализации в полном объеме прав и свобод граждан, формирования среднего класса как гаранта демократии, создания социального рынка, поддержания общественного порядка и оздоровления нравственного облика общества, преодоления экологического неблагополучия, обеспечения безопасности и борьбы с терроризмом, постиндустриальной модернизации страны.

Социал-либералы заявляют о своем российском патриотизме, но не таком, который ставит государство выше личности, ведет к разжиганию национальной розни и способен разрушить целостность страны, вызвать ее международную изоляцию Национальные интересы России они считают несовместимыми с имперскими мифами и шовинистической истерикой . Для них быть патриотом – означает работать на благо страны и ее граждан, а не произносить «красивые» слова, заниматься поиском внутренних и внешних врагов. Сохранение целостности страны в ее нынешних границах рассматривается как стратегическая задача нации в ХХ1 веке.

Будущее России либералы связывают с Европой и европейским путем развития, поскольку она является европейской страной в силу своей исторической судьбы, культурных традиций и географического положения. Они считают, что потенциал российской нации может раскрыться через призму творческого освоения ценностей европейской цивилизации, в формировании которых существенный вклад внесла великая русская культура. Европейский путь означает рост благосостояния российских граждан, приближение его к европейским стандартам через формирование в нашей стране социально-экономической, политической и экологической модели европейского типа, развитие российского законодательства в соответствии с принципами Совета Европы, это мощный импульс, который получит Россия от интеграции с Европейским Союзом. Такой интеграции, по мнению либералов, требуют интересы национальной безопасности страны - в условиях глобальных вызовов Россия и Европа смогут выжить только вместе.

В контексте продолжающегося поиска Россией новой идентичности представляется реалистичной и конструктивной позиция тех отечественных ученых либеральной ориентации, которые под ее интеграцией в западное общество понимают не физическое присоединение к тем или иным международным институтам, а создание внутри страны современных институтов постиндустриального общества, обеспечивающих ее конкурентоспособность. Они видят проблему не столько в закреплении России в составе Запада, а в закреплении внутри ее современных институтов, технологий и практик, превращения в «новый Запад». Такая интеграция не только не приведет к потере Россией своей идентичности, уподоблению США и Европейскому Союзу, а явится едва ли не единственно надежным способом укрепления международного статуса России1 .

Российские либералы заявляют о своей солидарности с международным либеральным сообществом в стремлении достойно встретить новые вызовы человечеству на пороге ХХ1 века. Они уверены в том, что выживание всех народов в наступившем столетии во многом зависит от того, насколько широкое распространение получат либеральные ценности.

Наиболее известные представители современного экспертного либерализма:

в области политической науки и международных отношений – А.Г.Арбатов, И.М.Бунин, Вл.Л.Иноземцев, А,А.Кара-Мурза, С.А.Караганов, И.М.Клямкин, С.А.Марков, А.Мигранян, В.А.Никонов, А.М.Салмин, Г.А.Сатаров , Д.В.Тренин, К.Г.Холодковский, Л.Ф.Шевцова, Ф.В.Шелов-Коведяев, В.Л.Шейнис;

экономики – Е.Т.Гайдар, А.Н.Илларионов, Г.А.Явлинский, Е.Г.Ясин;

правоведения – С.С.Алексеев, М.А.Краснов, А.В.Оболонский;

национальных отношений и федерализма – В.А.Тишков.

Развитие либеральной идеологии и обоснование принципов либеральной политики, соответствующей современным российским реалиям, является главной задачей созданного в 2000 г. фонда «Либеральная миссия». Фондом издаются публикации, проводятся обсуждения актуальных проблем российской и мировой политики, инициируются интернет-дискуссии с участием не только приверженцев либеральных взглядов, но и представителей иных политико-идеологических течений, в том числе открытых противников либерализма.

В публикациях «Либеральной миссии» отмечается, что диалог - неотъемлемая составляющая часть либерального дискурса, присущий именно ему способ публичного существования. Развитие диалогической культуры рассматривается фондом как одна из главных миссий либералов. При этом не ставится задача переубедить оппонентов, заставив их отказаться от своих убеждений. Проблема видится в ином: свои собственные идеалы и взгляды либералы могут осуществить лишь при условии укоренения в обществе диалогической культуры, позволяющей преодолеть непримиримость идеологических конфронтаций, достичь минимально необходимого общественного консенсуса в отношении базовых ценностей.

Наиболее известные исследования отечественных либералов, вышедшие в последнее годы, – работы Е.Т.Гайдара «Долгое время. Россия в современном мире: очерки экономической стратегии (М., 2005), Е.Г.Ясина «Новая эпоха – старые тревоги. Политическая экономия» (М., 2004) и «Приживется ли демократия в России» (М., 2006), Г.А.Явлинского «Перспективы России» (М.. 2006), «Стимулы и институты. Переход к рыночной экономике в России» (М., 2007), «После империи / Под общ. ред.И.М.Клямкина. М.,2007. Первая из этих книг претендует на роль своеобразного манифеста неолиберальной идеологии ХХ1 века. Исследования отечественных либералов представляют собой, на наш взгляд, важную часть интеллектуальной подготовки перехода России к правовому демократическому строю.

Мы разделяем точку зрения тех ученых, которые считают, что либерализм вновь становится актуальным для России в связи с необходимостью постиндустриальной модернизации страны, которая не может быть проведена авторитарным режимом1 . Такая модернизация требует развитой инновационной сферы, свободы бизнеса и его правовой защищенности. Именно либерализм с его упором на институты собственности и конкуренции способен повести Россию по пути модернизационных реформ, обеспечить необходимый технологический рывок в постиндустриализм.

При всех сложностях в становлении российского либерализма его долговременные перспективы представляются благоприятными. По мере укрепления буржуазных и средних слоев – носителей либерального сознания, формирования в российском обществе конкурентной среды, превращения России в один из соперничающих центров силы многополярного мира можно ожидать усиления влияния либерализма, расширения электората либеральных партий и обретения ими реальных шансов на политическое будущее.

Будущее либерализма в России отечественные и зарубежные исследователи связывают с формированием его новой, жизнеспособной разновидности, соответствующей современным условиям. Вместе с тем подчеркивается уместность обращения к невостребованным идеям русских либералов, сохраняющим актуальность.

Контрольные вопросы

1. К какому времени относится зарождение либерализма в России и что вам известно о его социальной базе?

2. Раскройте содержание либеральных идей М.М.Сперанского.

3. Охарактеризуйте консервативный либерализм.

4. Изложите идеи ведущих представителей консервативного либерализма. В чем их актуальность для современной России?

5. В чем заключается своеобразие «нового» либерализма?

6. Раскройте содержание основных идей ведущих представителей «нового» либерализма.

7. Какие идеи «нового» либерализма, с вашей точки зрения» актуальны для современной России?

8. Изложите основные особенности либерального социализма С.И.Гессена.

9. Каким группам советского общества были свойственны либеральные ориентации?

10. Какую эволюцию претерпела идейно-политическая концепция перестройки?

11.Когда и по каким причинам либеральные идеи получили широкое распространение в России?

12. Какие особенности отечественного либерализма ослабили его влияние?

13. Какие уроки западного либерализма не были приняты во внимание радикальными реформаторами?

14. В чем сущность социал-либерализма как альтернативы радикал-либерализму?

15.Назовите основные приоритеты российского либерализма в начале ХХ1 века и раскройте их содержание.

16.Кто из ведущих российских экспертов либеральной ориентации вам известен?

17. Каковы, с вашей точки зрения, перспективы либерализма в России?

Рекомендуемая литература

Ахиезер А., Клямкин И., Яковенко И. История России. М.: Новое издательство. 2005 (Исследования Фонда «Либеральная миссия»)

Власкин А.Г. Русские либералы (социальная философия либерального направления первой половины ХХ века). СПб.Изд-во СПб ГУЭФ. 2007.

Гайдар Е.Т. Долгое время. Россия в современном мире: очерки экономической стратегии. М.: Дело. 2005.

Гайдар Е.Т. Гибель империи. Уроки для современной России. М.: РОССПЭН. 2006.

Гессен С.И. Правовое государство и социализм // Избранные сочинения. М.: РОССПЭН. 1999.

Западники и националисты: возможен ли диалог? М.: Объединенное гуманитарное издательство. 2003.

Зайцева Т.И. В защиту русского либерализма//Полис. 2006. №1.

Кара-Мурза А.А. Либерализм против хаоса (Основные интенции либеральной идеологии на Западе и в России) //Политическая наука в России: интеллектуальный поиск и реальность. Хрестоматия Отв. ред.-сост. А.Д.Воскресенский. М.: МОНФ ИЦН и УП. 2000.

Козин Н.Г. Искушение либерализмом //Вопросы философии. 2006. №9.

Кистяковский Б.А. Философия и социология права. СПб.: РХГИ. 1998.

Леонтович В.В. История либерализма в России. 1762 – 1914. М.: «Русский путь». 1995.

Либерализм в России. Сборник статей. М.: РАН. Институт философии. 1996.

Либеральный консерватизм. История и современность. Материалы всероссийской научно-практической конференции. М.: РОССПЭН. 2001.

Макаренко Борис, Макаркин Алексей. Либералы / Мыслящая Россия : картография современных интеллектуальных направлений.Антология. Под ред. В.Куренного. М.: «Наследие Евразии». 2006.

Новгородцев П.И. Об общественном идеале М.: УРСС. 1991.

Новгородцев П.И. Введение в философию права. Кризис современного правосознания. М.: Наука. 1996.

Опыт русского либерализма. Антология. М.: Канон. 1997.

Российский либерализм: идеи и люди/Под общ. ред.А.А.Кара-Мурзы. М.: Новое издательство. 2004.

Согрин В.В. Политическая история современной России. 1985 – 2001: от Горбачева до Путина. М.: ИНФРАН-М: Весь мир. 2001.

Соловьев Э.Г. Внешнеполитические приоритеты либеральной России//Полис. 2005. №2.

Струве П.Б.Дневник политика. М.: «Русский путь». 2004.

Струве П.Б. Избранные сочинения. М.: РОССПЭН. 1999.

Франк С. Л. Русское мировоззрение.Сборник. СПб.: Наука. 1996.

Холодковский К. Конфликт «западничества» и «почвенничества» в контексте других линий размежевания //Мировая экономика и международные отношения. 2004. №6.

Тренин Д. Интеграция и идентичность: Россия как «новый» Запад. М.: Изд-во «Европа». 2006.

Чичерин Б.Н. Философия права. СПб.: Наука. 1998.

Явлинский Г.А. Перспективы России. М.: «ГАЛЛЕЯ-ПРИНТ». 2006.

Явлинский Г.А. Стимулы и институты. Переход к рыночно экономике в России. М., 2007.

Ясин Е.Г. Новая эпоха – новые тревоги. Политическая экономия. М.: Новое издательство. 2006.

Ясин Е.Г. Приживется ли демократия в России. 2-е изд., испр. М.: Новое издательство. 2006.

1У. ИДЕОЛОГИЯ КОНСЕРВАТИЗМА

1. Понятие и сущность консерватизма как идейно-политического течения

Термин «консерватизм», который дал название одному из наиболее влиятельных идейно-политических течений, произошел от английского слова “conserve” (сохраняю, охраняю). Первоначально этот термин употреблялся как обозначение идеологии феодально-аристократической реакции на французскую буржуазную революцию конца ХУ111 века. В Англии он получил официальное признание в 20-30-х годах Х1Х в. применительно к сторонникам партии тори, приверженцам существующих устоев. Примерно в это же время им начали пользоваться в Соединенных Штатах.

В научных исследованиях консерватизм трактуется как политическая идеология, ориентированная на сохранение и поддержание исторически сложившихся форм государственной и общественной жизни, в первую очередь ее морально-правовых основ, воплощенных в нации, религии, браке, семье, собственности1 .

Следуя концепции, предложенной К.Мангеймом2 , многие ученые понимают консерватизм как осознанный, теоретически аргументированный традиционализм. По мысли исследователя русского консерватизма В.А.Гусева, «консерватизм представляет собой тип политической мысли, политическую идеологию, главным систематизирующим принципом которых выступает принцип следования социальной традиции»3 . Сторонники такого подхода не без оснований полагают, что идеология консерватизма основывается на психологическом типе личности, которому присущи подчинение авторитету, ригидность мышления, антирационализм4 .

К числу основных ценностей консерватизма обычно относят необходимость социальной иерархии (ранжирование общества), признание несовершенства человеческой природы и вследствие этого обязательность цивилизующей роли церкви, семьи и школы; культ сильного государства; отрицание революционных переворотов и признание целесообразности осторожных изменений; приоритет целого (государства, народа, нации) над частью (сословием, индивидом); враждебность рационализму и индивидуализму1 .

Трудности в определении основного содержания консервативной идеологии порождаются и причинами, связанными с эволюцией этого идейного течения.

Во-первых, с течением времени произошла инверсия значений либерализма и консерватизма. Так, принципиальные положения классического либерализма – требования свободы, рынка и ограничения государственного вмешательства в экономику – сегодня рассматриваются как консервативные. В то же время идея централизованной регулирующей власти государства, ранее выдвигавшаяся консерваторами, стала важным компонентом либерального сознания.

Во-вторых, имеет место внутренняя гетерогенность идеологии консерватизма. Она включает разные направления, объединенные общей функцией – оправдания и стабилизации устоявшихся общественных структур. Носителями идеологии консерватизма являются социальные группы, слои и классы, заинтересованные в сохранении традиционных общественных порядков или в их восстановлении.

В консерватизме обычно выделяют три течения – традиционалистское, либертаристское и неоконсервативное (или либерал-консервативное)2 . Они взаимодействуют между собой, образуя сложноструктурное целое, обозначаемое понятием «современный консерватизм».

2.Традиционалистское течение

Традиционалистское течение было исторически первым, положившим начало консерватизму. Основатели этого идейного течения - англичанин Эдмунд Бёрк (1729-1797), французы Жозеф де Местр (1753-1821) и Луи де Бональд (1754-1840), по своей социально-классовой принадлежности выражавшие главным образом интересы феодально-аристократических кругов, потерпевших поражение во время Великой французской революции. Их труды и прежде всего вышедшая в 1790 г. книга Э.Бёрка «Размышления о революции во Франции» являлись реакцией вытесняемых с исторической арены классов и слоев на идеи Просвещения и французской буржуазной революции. Этим идеям противопоставлялись традиции, преемственность, эволюционность и порядок.

В трудах Э.Бёрка наличествуют две главные идеи, оказавшие влияние на развитие консерватизма: 1) традиционализм, в соответствии с которым политический строй понимается как продукт истории и передачи от поколения к поколению; 2) органицизм, согласно которому политическая мудрость состоит в постоянном изучении традиции и нравов.

Система воззрений основателей консерватизма основывалась, во-первых, на приоритете преемственности над инновациями; во-вторых, на признании незыблемости исторически сложившихся форм государственной и общественной жизни, воплощенных в нации, религии, морали, семье, собственности; в-третьих, на культивировании идеи ранжирования общества в противовес идее равенства. Эти принципы отрицали либеральный дух индивидуальной свободы, который, по мнению консерваторов, разрушал целостность человеческого сообщества.

Важное место в трудах этих мыслителей занимало понятие «традиционализм». В противоположность идеям Просвещения традиция получает у них приоритет над разумом, поскольку подчинение ей означает действие в соответствии с естественным ходом вещей и вековой мудростью.

Традиционализм должен определять содержание реформ, проведение которых не нарушало бы естественный ход вещей. При этом выделяются два основных вида реформ: реформы, направленные на восстановление традиционных прав и принципов, и превентивные реформы, нацеленные на предотвращение революций.

В вопросе о соотношении традиции и изменения Э.Берку принадлежит следующее суждение: «Государство, которое не в силах ничего изменить, не способно себя сохранить»1 . Иными словами, естественным пределом опоры на традицию, по мнению Э.Бёрка, выступает потребность в частичных изменениях ради поддержания жизнеспособности системы.

Э.Бёрк старался учитывать фактор изменений как нечто постоянное. Наилучшим средством сопротивления неожиданным вызовам ему представлялось опережение их путем своевременной адаптации к смене обстоятельств, т.е. исключение самой неожиданности.

У Жозефа де Местра тенденция к охранительности выражена сильнее, чем у Э.Бёрка. Если Э.Бёрк стремился опережать неожиданное развитие событий путем принятия превентивных мер, направленных на приспособление к смене обстоятельств, то для Ж.де Местра изменения ассоциировались с дискомфортом, потерями и страданиями, отражавшими его личные впечатления и опыт.

Жозеф де Местр и Луи де Бональд, классики аристократического консерватизма, отвергали республику и противопоставляли ей традицию и авторитет. Ядром политических взглядов Ж.де Местра явилась идея эквилибра, понимаемого как создание статического равновесия в политической и духовной жизни на базе теократии. Л.де Бональд не отдавал предпочтения ни светской, ни религиозной власти, выдвигая идею союза религиозного и политического общества.

С развитием модернизационных процессов, сокращением традиционных социальных групп и становлением основных классов индустриального общества консервативная идеология лишилась своего охранительного пафоса. На основе консервативной идеологической традиции формировались течения, которые ориентировались на разные модели политического поведения и представляли собой результат синтеза с либерализмом. К началу ХХ столетия объективные предпосылки существования традиционного консерватизма были в основном исчерпаны.

Наиболее известным представителем традиционного консерватизма в ХХ веке был американец Р.Керк. опубликовавший в 1953 г. книгу «Консервативное мышление». Развивая традиционалистские принципы, он утверждал, что в революционные эпохи люди часто увлекаются новизной, но затем устают от нее и тянутся к старым принципам. История трактуется как циклический процесс смены эпох. Период после Второй мировой войны оценивается как наиболее благоприятный для консерваторов. На них, по его мнению, легло бремя ответственности за судьбу христианской цивилизации, и они в силах справиться с этой задачей.

В публикациях Р.Керка утверждается, что поскольку природа человека неисправимо повреждена, мир нельзя улучшить посредством политической деятельности. Консерваторы-традиционалисты должны стремиться обеспечить широкий национальный консенсус, апеллируя к традиционным представлениям и предрассудкам, авторитету и религии. Социальную и экономическую проблематику следует переводить в религиозно-этическую плоскость.

В 80-е годы Р.Керк выделил следующие принципы традиционного консерватизма: вера в «закон и порядок» и убеждение в том, что экономика переходит в политику, политика в этику, этика в религиозные понятия. Взгляды Э.Бёрка охарактеризованы им как «главное русло консерватизма»1 .

Традиционалистские идеи оказали существенное влияние на программы и платформы многих фундаменталистских групп и организаций, которые в 80-х гг. выступили в качестве движущей силы сдвига вправо в идейно-политической жизни США.

2.Либертаристское течение

В конце Х1Х – начале ХХ века в США и позднее в Европе возникла и становилась все более влиятельной либертаристская разновидность консерватизма. Она окончательно оформилась в первой половине ХХ века.

Либертаризм – экономоцентричное течение в современном консерватизме, которое наследовало классическую либеральную традицию ХУ111 – Х1Х веков. На этом основании некоторые ученые даже относят его к неолиберализму.

Либертаризм, по мнению его идеологов, призван, с одной стороны, развить идею индивидуальной свободы, сформировавшуюся в минувшие эпохи, а с другой – предотвратить дальнейшее распространение социалистических идей.

Концептуальные основы либертаристского консерватизма заложили Фридрих фон Хайек (1899 – 1992) и Людвиг фон Мизес (1881 – 1973). Работа австро-британского экономиста и философа Ф.Хайека «Дорога к рабству» (1944) по существу явилась манифестом либертаризма

Основатели либертаристского течения считали любую форму вмешательства в экономику неприемлемой и негативно относились к идее макроэкономического регулирования. В их представлении рыночная свобода, равно как свобода политическая, правовая и духовная, не может быть даже частично ограничена. В качестве естественной формы организации общества они рассматривали «спонтанный порядок»,т.е. возникающий в процессе естественного развития.

В начале своей научной деятельности Ф.Хайек активно занимался экономической теорией и был главным оппонентом экономиста Дж.Кейнса, выступавшего за государственное регулирование экономики как способ преодоления странами Запада «великой депрессии» рубежа 20 – 30-х годов ХХ века. Основная проблематика Ф.Хайека с середины 40-х годов – полемика с тоталитаризмом, к которому он относил социализм и социалистическую идеологию.

В работе «Дорога к рабству» (1944) Ф.Хайек доказывал принципиальную неосуществимость целей социализма ввиду несостоятельности централизованной системы управления, не соответствующей структуре производства и общественным потребностям. Реализация принципов планирования неизбежно приводит к тоталитаризму, поскольку невозможна без принудительных мер, свертывания законности, проникновения государства во все сферы общественной жизни. Главное преимущество рыночной экономики Ф.Хайек видел в способности рынка посредством механизма цен использовать такой объем информации, который не может быть обработан в интересах экономических агентов при централизованной системе планирования.

Рыночная экономика, по Ф.Хайеку, это сложная, спонтанно действующая система, возникающая в процессе эволюционного развития, а не за счет движения к некоей запрограммированной цели. Она функционирует благодаря соблюдению индивидами с различными интересами универсальных правил поведения.

Согласно Ф.Хайеку, общество с рыночной экономикой плюралистично и является открытым. Оно основывается на умении индивидов жить вместе и быть полезными друг другу даже при различии частных интересов и целей. Демократия является важнейшим средством обеспечения свободы.

Ведущие представители современного либертаризма – недавно скончавшийся глава Чикагской школы монетаризма Милтон Фридман, автор широко известной книги «Анархия, государство и утопия» (1975) и Роберт Нозик (1938). Они доказывают, что эрозия свободного предпринимательства, индивидуальной и семейной ответственности ведут к стагнации и бедности, что необходимо возрождение классической традиции индивидуализма и свободной рыночной экономики. По их мнению, источник многих нынешних проблем – в нарушении естественных, богом данных принципов свободного предпринимательства и рынка прежде всего со стороны государства.

Либертаристы отвергли тезис неолибералов о необходимости планирования и регулирования экономики в рамках государства всеобщего благоденствия. Они полагают, что усиление роли государственного сектора, программирование отдельных отраслей промышленности и т.п. подрывают естественный способ регуляции человеческой жизни.

Исходя из этой принципиальной позиции, либертаристы выступали за ограниченную социальную политику государства, которая позволяла бы лишь разряжать социальную напряженность; призывали правительства в реализации своих программ опираться исключительно на рынок. При этом они считают целесообразным переложить значительную часть ответственности за оказание помощи бедным на местные органы власти и такие общественные институты, как семья, церковь, школа, добровольная благотворительность со стороны богатых.

В вопросе о правах либертаристы отстаивают прежде всего естественные права человека – на жизнь свободу, частную собственность, т.е. так называемые «негативные права». По их мнению, марксисты и социал-демократы извратили подлинную концепцию прав человека, утвердив в сознании людей так называемые «позитивные права» - право на труд, отдых жилище, справедливую заработную плату и т.д. Социальное равенство, полагают либертаристы, лишено гуманистического смысла, поскольку провозглашает равенство условий, посягающее на право частной собственности, а не равенство возможностей.

Констатируя идентичность идей классического либерализма и современного либертаризма, следует иметь ввиду коренное отличие их социального содержания. Идеи классического либерализма сформировались в антифеодальной борьбе «третьего сословия» за свои права и свободы. Либертаризм же возник в иной ситуации, с одной стороны, монополизации экономики, а с другой – обретения государством социальных функций. Именно поэтому защита классических либеральных идеалов свободного рынка и конкуренции, интересов и привилегий групп, уходящих с исторической арены, имеет консервативный смысл.

4.Неоконсерватизм

Значительную роль в становлении постиндустриального общества сыграл неоконсерватихм, доминировавший в наиболее развитых странах с конца 70-х до начала 90-х годов ХХ века. Это идейно-политическое течение сочетает реализм в оценке внутренних и международных проблем с ориентацией на сохранение и укрепление традиционных общественных ценностей.

Разработкой неоконсервативных идей в США занимались И.Кристол и Н.Подгорец, которых нередко называют «крестными отцами» неоконсерватизма, Д.Белл, С.Липсет, С. Хантингтон и др.; в ФРГ – Г.Кальтенбруннер; во Франции – А.Бенуа и П.Вьяль. В США наиболее известные неоконсервативные идеологи вышли из либеральных кругов, близких к демократической партии. Европейский консерватизм также имеет либеральные корни.

В 80-х гг. минувшего века неоконсервативными идеями руководствовались известные политические деятели Р.Рейган, Дж.Буш (отец), М.Тэтчер, Г.Коль. Эти идеи во многом определяют военно-политическую стратегию администрации Дж. Буша (сына). Приверженность неоконсерватизму неоднократно демонстрировали вице-президент Р.Чейни и бывший министр обороны Д.Рамсфелд. В течение ряда лет неоконсерваторы были представлены во власти заместителем последнего П.Вулфовицем.

Суть нынешней внешнеполитической программы неоконсерваторов состоит в том, что Соединенные Штаты призваны осуществлять «гуманную глобальную гегемонию» во всем мире в силу изначального превосходства своих моральных, культурных и политических ценностей. Эта гегемония должна устанавливаться как с помощью международных институтов (например, Международного Валютного фонда, и Всемирного банка), так и путем наращивания военного потенциала, укрепления военного превосходства и прямых военных акций.

В 70-80-х гг. неоконсерватизм отразил такие глубинные общественные процессы, как потребность экономики в ослаблении государственного регулирования и поощрении предпринимательской инициативы, в расширении сферы действия конкурентных рыночных начал. Возникновению неоконсерватизма способствовало углубление «кризиса веры», проявлявшегося в утрате гражданами готовности подчиняться законам и сдерживать эгоистические соблазны. «Сдвигу» в пользу неоконсерватизма способствовало неприятие частью элиты Запада радикальных движений социального протеста 60-70-х гг. - антивоенного, молодежного, феминистского и др., которые рассматривались как угроза общественной стабильности. Реакцией ряда общественных деятелей и идеологов на эти выступления были требования установления «сильной власти», ограничения демократии, применения решительных мер против протестующих.

По свое сути неоконсервативное течение близко к взглядам Ф.Хайека и Л.Мизеса. От либертаризма его отличает прагматичность, стремление выработать конкретные рекомендации для корректировки государственной политики. Как идеология и, особенно, как политика он синтезировал принципы либерализма (рынок, конкуренция, свободное предпринимательство и др.) с традиционными ценностями консерватизма (семья, культура, религия, мораль, порядок и пр.).

Обвинив либералов в переоценке возможностей социальной политики государства, в поощрении «революции растущих ожиданий», неоконсерваторы по-новому сформулировали модель отношений между индивидом и государством, гражданами и государством. В рамках этой модели индивид должен прежде всего рассчитывать на собственные силы и солидарность граждан, а государство должно обеспечивать ему жизненные условия на основе правопорядка, стабильности и преемственности.

В сфере международных отношений неоконсерватизм основывается на идеях влиятельной на Западе школы « политического реализма», отдавая предпочтение силовым методам разрешения конфликтных ситуаций, особенно на локальном уровне. В то же время ряд исследователей, в целом разделяющих неоконсервативные идеи, выступают против концепции «локальных войн», поскольку на практике трудно определись грань между «ограниченным» и «неограниченным» применением силы, способным создать угрозу самому существованию человечества.

Антиэтатистская стратегия неоконсерваторов привела к значительному сужению функций государства, существенной корректировке логики функционирования государственных институтов. «Разгрузив» государство от многих, прежде всего социально-экономических функций, которые оно взяло на себя в период функционирования кейнсианской модели, сократив государственный аппарат и повысив качество его деятельности, неоконсерваторы укрепили авторитет государства и его политическую роль. Заметное место в практике неоконсерваторов заняли вопросы местного самоуправления и региональной политической активности.

В экономике был сделан упор на развертывание предпринимательской инициативы и широкую конкуренцию, резкое снижение налогов с целью высвобождения сил свободного рынка. В основу социальной сферы были положены, с одной стороны, четко ограниченная и регулируемая государственная благотворительность для сравнительно ограниченного круга нуждающихся, с другой стороны – «самопомощь» основной части населения за счет их сбережений или через различные формы социального страхования.

Наряду с ограничением своего участия в регулировании экономики государство активно способствовало обновлению основных фондов производства, совершенствованию структуры капиталовложений, усилению финансирования перспективных отраслей, научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок (НИОКР).

Социальную базу неоконсерватизма составил «новый средний класс», заинтересованный во внедрении в экономику достижений научно-технической революции, и группировки так называемого «молодого капитала», сформировавшиеся в современных отраслях экономики – электронной, аэрокосмической, авиационной и др.

Неоконсерватизм доказал свою способность осуществлять весьма радикальные преобразования. умело используя традиции прошлого. Под его воздействием сформировалась динамичная модель общественного развития, ориентированная на уверенную в себе личность. Она основывается на саморегуляции и весьма устойчива к социальным катаклизмам. Такая модель отвечает потребностям перехода стран Запада от индустриального общества к постиндустриальному.

Реформы, осуществленные американскими неоконсерваторами в 80-е годы, во многом предопределили высокие темпы экономического и научно-технического развития Соединенных Штатов в 90-е годы. Беспрецедентный экономический подъем минувшего десятилетия позволил этой стране прирастить ВВП в параметрах, равных суммарному ВВП таких развитых государств, как Германия и Япония.

В области международных отношений неоконсерватизм эволюционировал к более широким и реалистичным позициям. Усилившиеся в нем к середине 80-х годов прагматические тенденции проявились в учете реалий взаимосвязанного и взаимозависимого мира, отказе от восприятия СССР и России как врагов, формировании партнерских отношений с ними.

В связи с возрастанием в современном обществе роли знаний и информации неоконсерваторы ориентируются главным образом на проблемы образования, культуры и качества жизни. Культура и духовность рассматриваются как базовые ценности для освоения новых технологий, сохранения природы.

При очевидных достижениях в экономической сфере неоконсерватизм не смог выработать адекватные подходы к решению ряда ключевых проблем перехода от индустриализма к постиндустриализму. Углубляется социальная дифференциация в странах Запада, потенциально чреватая социальными конфликтами. Увеличивается разрыв в уровнях жизни Севера и Юга, который сдерживает развитие международного разделения труда и расширение рынков наукоемкой продукции.

В обозримом будущем неоконсерватизм останется влиятельным идейно-политическим течением в странах Запада, возможно, в сочетании с либерально-социалистическими ценностями (права и свободы человека, демократия, социальная защита и т.д.).

Вышеизложенное позволяет сделать следующие обобщения

1. Консерватизм, возникнув в конце ХУ111 века как реакция на революции, ориентировался не на восстановление низвергнутых ими порядков, а на радикальные преобразования с опорой на традиции прошлого, на реформы, предотвращающие социальные катаклизмы.

2. При идейно-политическом доминировании неоконсерватизма произошла смена утратившей эффективность кейнсианской модели развития экономики и социальной сферы динамичной моделью, отвечавшей потребностям перехода от индустриального общества к постиндустриальному. Эта модель основывается на саморегуляции и обладает относительно высокой степенью устойчивости к социальным катаклизмам.

3. Примером экономического динамизма, сочетавшегося с внешнеполитической и военно-политической жесткостью, неоконсерватизм ускорил размывание устоев социализма. Во второй половине 80-х годов неоконсерваторы предприняли ряд конкретных шагов для утверждения в международных отношениях нового политического мышления.

4. С преодолением раскола мира на противоположные общественные системы неоконсервативная модель с ее отлаженным механизмом сочетания частной инициативы и общественного регулирования имеет общечеловеческое значение. Она дает ориентиры России, которые помогли бы ей занять достойное место в постиндустриальном мире.

Таким образом, современный консерватизм представляет собой

совокупность ориентаций и приоритетов в политической, экономической, социальной и духовной сферах. Представляется сложным определение границ основных направлений консерватизма. Очевидно, что различия между этими направлениями коренятся не столько в исходных установках, сколько в акцентировании тех или иных аспектов жизни общества.

Контрольные вопросы

1.В чем сущность консерватизма как идейно-политического течения и каковы его основные ценности?

2. Какие события способствовали возникновению идеологии консерватизма?

3. Какое идейное течение положило начало консерватизму?

4. Назовите мыслителей, сформулировавших базовые принципы консерватизма. Чьи интересы они выражали?

5. Изложите систему воззрений основателей консерватизма.

6. Когда и по каким причинам были исчерпаны объективные предпосылки традиционного консерватизма как идейно-политического течения?

7. Назовите наиболее известного представителя традиционного консерватизма в ХХ веке и изложите его идеи.

8. Кем были заложены концептуальные основы либертаризма?

9. Охарактеризуйте воззрения основателей либертаризма.

10. Сопоставьте идеи либертаризма и классического либерализма.

11. Кем и когда были разработаны идеи неоконсерватизма?

12. Какие общественные потребности отразил неоконсерватизм?

13. В чем состояла сущность антиэтатистской стратегии неоконсерваторов?

14. Охарактеризуйте неоконсервативную стратегию в области международных отношений.

15. Дайте обобщающую характеристику неоконсерватизма как идейно-политического течения.

Рекомендуемая литература

Алексеева Т.А. Современные политические теории. М.: Политея. 2000. Лекция 9.

Бёрк Э. Размышления о революции во Франции. М.: «Рудомино» 1993.

Бёрк Э. Правление, политика и общество. Сборник. Пер. с англ. М.: Канон-Пресс-Ц. 2002.

Бьюкенен Патрик Дж. Смерть Запада. Пер. с англ. М.: Аст. 2003.

Блинов В.В. Политико-психологический подход к изучению консерватизма: обоснование и структура анализа//Политико-психологический подход к изучению консерватизма: обоснование и структура анализа//Вестн. Моск. ун-та. Серия 12. Политические науки. 2007. №1.

Василенко Ю.В. Опыт типологии испанского консерватизма//Полис. 2005. №5.

Гарбузов В.Н., Богданов Д.Ю. Президент Буш и парадоксы сострадательного консерватизма//США – Канада: экономика, политика, культура. 2001. №8.

Галкин А.А. Консерватизм в прошлом, настоящем и будущем/ Размышления о политике и политической науке. М.: «Оверлей». 2004.

Григоров С.Г. Преодоление заданности. Размышления о консерватизме //Полис. 2000.№3.

Громовик В.Г. Консервативная идеология в современном мире. М.: РИЦ ИСПИ РАН. 2005. Глава 1.

Дегтярева М.И. Традиция: модель или перспектива? Жозеф де Местр и Эдмунд Бёрк //Полис. 2003. №5.

Керк Р. Мысли об американском консерватизме //Америка. 1981. №298.

Консерватизм в России и мире. В 3-х ч./ Под ред.А.Ю.Минакова (отв. ред.) и др. Воронеж: Воронежский гос. ун-т. 2004.

Малинова О.Ю. Исследуя феномен консерватизма//Полис. 2003. №3.

Мангейм К. Консервативная мысль //Мангейм К. Диагноз нашего времени. М.: Юристъ. 1994.

Местр Ж. де. Рассуждения о Франции. Пер. с франц. М.: РОССПЭН. 1997.

Мизес Людвиг фон. Либерализм в классической традиции/Пер. с англ. А.В.Куряева. М.: Издательство «Экономика». 2001.

Неоконсерватизм//Новая философская энциклопедия. В 4 т. М.:Мысль. 2001. Т.3

Рахшимир П.Ю. Американские консерваторы и Европа//Мировая экономика и международные отношения. 2004. №7.

Рахшимир П.Ю. Консерватизм и либерализм: метаморфозы консенсуса//Полис. 2005. №5.

Руткевич А.М. Что такое консерватизм? М.: Университетская книга. 1999.

Самуйлов С.М. Неоконсерваторы и внешняя политика Вашингтона //США-Канада: экономика, политика культура. 2006. №5.

США: консервативная волна. Пер. с англ./Введение и общ. ред. А.Ю.Мельвиля. М.: Прогресс. 1984.

Фридман М. Капитализм и свобода. М.: «Новое издательство». 2007.

Хайек Ф.Дорога к рабству. М.: Новое издательство. 2005.

Честнейшин Н.В. Консерватизм и либерализм: тождество и различие//Полис. 2006. №4.

Эволюция консерватизма: европейская традиция и русский опыт. Материалы международной науч. конф. Самара. 2002.

У. КОНСЕРВАТИЗМ В РОССИИ

1. Генезис русского консерватизма в дореволюционный период

При наличии общих системообразующих принципов консервативные идеологии, возникающие в различных культурных пространствах и опирающиеся на разные традиции, содержательно различны.

Значительной спецификой обладает русский консерватизм, на протяжении последних столетий являющийся влиятельным течением политической мысли. В начале Х1Х в. он принял идеологическую форму, отразив стремление широких слоев населения сохранить свою самобытность, боязнь ослабления монархии. В определенной степени консерватизм был реакцией на возможность разрушения привычного уклада жизни под влиянием происходившей на Западе промышленной революции.

В основе русского консерватизма лежит тысячелетняя традиция, связанная с идеалом православного типа социальных взаимоотношений, культом мощного централизованного государства и антизападничеством.

В эволюции русского консерватизма различают три периода: 1) дореволюционный консерватизм как реакция на революцию во Франции и западное влияние в Х1Х – начале ХХ века; 2) консерватизм русской эмиграции как ответ на русскую революцию 1917 г.; 3) современный консерватизм как идейно-политическая реакция на процессы, начавшиеся во второй половине 80-х годов.

Основные постулаты русского консерватизма отражены в двух его направлениях – официально-монархическом и славянофильском.

Представителями официального монархизма были известный историк Н.М.Карамзин (1766-1826), публицист и издатель М.Н.Катков (1818-1887), духовный наставник последних императоров обер-прокурор Синода К.П.Победоносцев (1827 – 1907).

Начало формированию консервативной идеологии в России было положено Н.М.Карамзиным. К выделенным им двум основам существования России – самодержавию и православию министр просвещения граф Сергей Семенович Уваров (1786-1855) добавил народность, под которой понимались особые отношения царя и народа, основанные на вере в величие, справедливость и «божественность» государя. Формула С.С.Уварова «православие, самодержавие, народность» трактуется учеными как официальная правительственная идеология 30-50-х годов Х1Х века.

Невозможность перенесения в Россию западных политических институтов, осуществления реформ представители этого направления обосновывали глубокой религиозностью народа, его преданностью самодержавию, моральным единством. Исходя из этих соображений, они выступали за укрепление монархического начала российской государственности.

Николай Михайлович Карамзин в «Истории Государства Российского» проводил мысль о том, что только самодержавие способно обеспечить благоденствие народа, избавить его от междоусобиц и внешнего ига. С этих позиций он критиковал те аспекты политики Петра 1 и Екатерины 11, которые казались ему подражанием Западу.

Н.М.Карамзин рассматривал социальную революцию как национальную катастрофу и ее предотвращение считал делом каждого гражданина. В полемике со М.Сперанским и другими сторонниками реформаторского курса он определил основную тему «охранительного» течения отечественной консервативной мысли – противостояние российской государственности революционной буре и интеллектуальному натиску Европы. Идея примата порядка над революцией выражена Н.М.Карамзиным в самой категорической форме: «…Самое турецкое правление лучше анархии, которая бывает следствием государственных потрясений…»1 .

Как консерватор Н.М.Карамзин прокламирует не только антиреволюционность, но и приверженность традициям, в том числе и политическим. Традиции оцениваются им более высоко, чем рассудочная деятельность: «…Учреждения древности имеют магическую силу, которая не может быть заменена никакою силою ума…»2 .

Михаил Никифорович Катков, редактор «Московских новостей» считал наиболее естественной для России формой правления самодержавие. Конституционный строй, по его мнению, не подходит русскому народу по причине превосходства его (русского народа – Н.С.) типа развития по сравнению с Западом.

М.Н.Каткова беспокоило усиление правительства и потеря самодержавием авторитета. Обращаясь к Александру 111, он ратовал за превращение правительства в придаток монархии.

Важнейшим звеном укрепления верховной власти, по мнению М.Н.Каткова, должно стать земское самоуправление, основой которого мыслились дворянские собрания. В составе земских учреждений предполагалось ослабить представительство «темных масс», т.е. крестьян, чьи интересы надлежало защищать дворянству.

Константин Петрович Победоносцев был символом политической реакции и застоя при Александре 111 и Николае 11, что запечатлено в блоковских строках:

В те годы дальние, глухие,

В сердцах царили сон и мгла:

Победоносцев над Россией

Простер совиные крыла…

Конституции стран Западной Европы К.П.Победоносцев рассматривал как орудие «всяческой неправды» и источник интриг. Конституционные учреждения наряду с земствами, судами и свободной печатью оценивались им как угроза устоям самодержавия.

В установлении государственной церкви К.П.Победоносцев видел одно из условий упрочения устоев самодержавия. Предполагалось, что система государственной церкви исключала бы демократизацию и секуляризацию как духовной, так и политической жизни.

Русских консерваторов объединяло скептическое отношение к демократии и механизму ее практического осуществления. Демократические институты и процедуры они считали искусственными, поддельными, неспособными выражать подлинную волю народа и решать волнующие его проблемы. Согласно К.П.Победоносцеву, именно из института представительства, опирающегося на мнение большинства, и проистекает «сложный механизм парламентского лицедейства», «образ великой политической лжи»1 .

Обосновывая идею «сильного государства», русские консерваторы ссылались на тот факт, что европейские страны (Италия, Германия, Франция и Англия) были созданы и приобрели могущество благодаря монархической форме власти. Парламентаризму же сопутствуют постоянные, непрекращающиеся раздоры и противоречия в обществе. По их оценке, для такого общества характерны: 1)всеобщее разложение; 2) партийная борьба, руководимая мелкими эгоистическими интересами; 3) коррупция государственного аппарата; 4) разгул анархизма2 .

Среди факторов, регламентирующих отношения между государством и обществом, русскими консерваторами на первое место ставилась мораль, а на второе – закон. Они считали, что в русском обществе отношения между правителями и народом не юридические, а отечески-сыновние, основанные на нравственных началах религиозного смирения.

Специфику славянофильского направления консерватизма составляли преимущественно культурно-религиозный характер его концепций, акцентирование национального начала. Оно исходило из тезиса о принципиальном отличии путей развития России и Запада, идеализировало историческое прошлое страны и национальный характер. Неповторимость исторического пути России объяснялась наличием русской идеи, отражавшей своеобразие народа.

Наиболее известными представителями славянофильства были братья Константин Сергеевич и Иван Сергеевич Аксаковы, Иван Васильевич Киреевский, Юрий Федорович Самарин, Александр Степанович Хомяков. Они считали необходимым проведение в России реформ, отмену крепостничества, предоставление некоторых свобод. Вместе с тем европейский путь преобразований рассматривался ими как неприемлемый, гибельный, разрушающий духовное единство страны.

Славянофилы полагали, что Россия может преодолеть свое экономическое и техническое отставание от Запада и даже опередить его, если будет развиваться по собственному пути, учитывающему самобытность страны. Таковая связывалась с православием и общинностью, обеспечивающими духовную цельность народа, внутреннее согласие и единомыслие. Поздние славянофилы Николай Яковлевич Данилевский и Константин Петрович Леонтьев видели в отказе от такого пути опасность потери Россией независимости и подчинения ее иностранцам.

Считая неприемлемым для России копирование опыта Запада, славянофилы не только не проявляли к нему враждебность, но и высоко оценивали достижения в различных областях жизни, считали целесообразным использование этих достижений во благо собственной страны. История представлялась им единым потоком, синтезирующим наиболее ценные достижения различных культур и народов. При этом подчеркивалось право каждого народа на внесение своего вклада в общечеловеческие ценности и невозможность создания таких ценностей людьми, потерявшими национально-культурные корни, ставшими космополитами.

В отличие от классических славянофилов, рассматривавших историю как единый поток и предвосхищавших слияние европейской и русской цивилизаций, для Н.Я.Данилевского и К.П.Леонтьева характерно резко выраженное антизападничество.

Н.Я.Данилевский, создавший теорию культурно-исторических типов, считал невозможным синтез России и Европы ввиду их принадлежности к разным культурно-историческим типам. На уровне конкретной политики он видел в Европе главную угрозу России, источник опасности ее самобытной культуре. По его мнению, Россия в своей внешней политике должна исходить из постулата «Россия – не Европа».

В творчестве К.П.Леонтьева антизападничество достигло своего апогея в дореволюционном консерватизме, проявившись в убеждении о необходимости для укрепления самобытности России (ее исконно византийских начал) воспринять некоторые элементы восточной духовности. Его позиция такова: «…побольше вообще азиатского мистицизма и поменьше рассудочного просвещения»1 . Идею панславизма, которой придерживался Н.Я.Данилевский, К.П.Леонтьев считал ложной из-за опасносности подвергнуть Россию мощному воздействию европеизации.

Основной вопрос затянувшегося спора между западниками и славянофилами - как России в полной мере реализовать свой потенциал и занять достойное место в мировом сообществе - не разрешен и поныне. Он весьма актуален и в наши дни, когда Россия снова стоит перед выбором пути своего развития.

Для консерватизма конца Х1Х – начала ХХ вв. была характерна реакционная составляющая: культивирование самодержавного принципа власти и православия как духовной основы монархии; неприятие ценностных установок философии Просвещения – гражданского общества, свободы, равенства, народного суверенитета.

Таким образом, отечественному дореволюционному консерватизму в процессе его генезиса были присущи следующие особенности.

Первая – отсутствие единого понимания традиции и разное видение ее истоков: в самобытном характере политического и государственного устройства (Н.М.Карамзин), в византизме и допетровских временах (славянофилы).

Вторая особенность, во многом обусловленная «догоняющим» типом развития страны, проявлялась в попытках совмещения взаимоисключающих положений. Стремление завершить трансформацию наиболее архаичных общественных институтов сочеталось с негативным восприятием западного опыта капиталистической модернизации.

2. Консерватизм русской эмиграции

Для мыслителей-эмигрантов были характерны те же основополагающие ценности и принципы, приблизительно тот же круг теоретических проблем, что и для дореволюционного консерватизма. Вместе с тем на их творчество значительное влияние оказали условия, в которые была поставлена послереволюционная политическая мысль. Если дореволюционный русский консерватизм выступал как реакция на Великую французскую революцию, становление капитализма на Западе и его прямое или косвенное влияние на Россию, то консерватизм русской эмиграции во многом был реакцией на собственную революцию 1917 г., последствия которой для грядущей судьбы России нуждались в осмыслении.

Характер решения этой задачи определяет как общие черты эмигрантской консервативной мысли, так и особенности, отличающие разных авторов. Можно выделить три наиболее крупные теоретико-политические концепции, которые, с одной стороны, согласуются с самыми общими чертами консервативного типа политического мышления, а с другой – отличаются значительной спецификой1 . Создатели этих концепций – И.А.Ильин, И.Л.Солоневич и евразийцы (П.Н.Савицкий, Н.С.Трубецкой, Г.В. Вернадский, Г.В.Флоровский, Л.П.Карсавин).

Основу мировоззрения Ивана Александровича Ильина (1883 – 1954) составляет «органическое» понимание политики в противовес «механистическому», согласно которому политика выступает как взаимодействие индивидов и групп по поводу власти независимо от характера преследуемых при этом целей. В соответствии с «органическим» подходом политикой является только та деятельность, которая создает максимально благоприятные возможности для развития духовности общества и каждого его члена. В этом случае общий интерес является первичным по отношению к интересам индивидов, групп или партий.

Если в рамках «механистического» подхода государству отводится роль института, обеспечивающего правила политической игры или реализующего интересы определенных социальных групп, то в рамках «органического» оно выступает главным образом как направляющая сила духовного роста граждан, фактор обеспечения культурно-исторической среды, необходимой для их жизнедеятельности. С этих позиций первостепенное значение приобретает поиск таких форм устройства и функционирования государства, которые наиболее полно отвечают национально-культурным особенностям конкретных стран и народов.

В «органическом» понимании политики И.А.Ильиным консервативный тип мышления нашел выражение в акцентировании того, что «у всякого народа своя особая «душа» и помимо нее его государственная форма непостижима. Поэтому так нелепо навязывать всем народам одну и ту же государственную форму»2 . Согласно И.А.Ильину, успешность государственного строительства определяется его соответствием не абстрактным схемам, а фундаментальным духовным основам народа. характеру и уровню его правосознания.

Ограниченность «механистического» подхода к политике И.А.Ильин демонстрирует на примере абсолютизации демократической формы правления в ХХ веке. Она, по его мнению, проявляется в сведении всего государственного устройства к всеобщему и равному голосованию без учета традиций и менталитета народов.

Фанатичная вера в демократию расценивается И.А.Ильиным как преувеличение значимости внешней стороны свободы и недооценка роли главной – внутренней. Внешняя политическая свобода, предоставляемая формальной демократией, оказывается нужной и необходимой, когда накладывается на благодатную почву зрелого правосознания, духовности и нравственности, когда развивает внутреннюю свободу. Без достаточного уровня внутренней свободы она может вызвать анархию и хаос, стать гибельной для общества. Поэтому в достижении оптимального баланса внутренней и внешней свободы И.А.Ильин видел гарантию от политических потрясений – гражданских войн и тоталитарных диктатур. Не утрачивает актуальность его предостережение: «Народ, лишенный искусства свободы, будет настигнут двумя классическими опасностями : анархией и деспотией ( выделено автором – Н.С.) »1 .

Процесс гармонизации внутренней и внешней свободы рассматривается И.А.Ильиным как сугубо творческий, несовместимый с любыми стандартами и предписаниями. Успех этого процесса во многом зависит от умения власти понимать органичность народной жизни. значение и смысл свободы, от ее искусства принимать решения, исходя из уникальности любых ситуаций.

Причину постигшей Россию катастрофы И.А.Ильин видел в ослаблении и разрушении монархического правосознания, затемненного и вытесненного анархо-демократическими иллюзиями и республиканским образом мысли, насаждавшимися и распространявшимися мировой закулисой с самого начала французской революции2 .Запад рассматривается им как сила, имманентно враждебная России, чуждая ее языку, миросозерцанию и духовному складу, православной религиозности, сила, стремящаяся ослабить и расчленить Россию. По его мнению, понимание этого факта должно стать аксиомой русской политики.

Следует отметить, что антизападничество И.А.Ильина несет на себе печать личного опыта длительной эмиграции, включенного наблюдения за отношением Запада к России в один из драматичных периодов ее истории.

Будущее России И.А.Ильин видел в возрождении монархического правосознания русского народа и монархии как формы правления. Вместе с тем он не исключал и постепенного (после крушения коммунистической диктатуры) перехода к демократии и установления республики.

Являясь убежденным противником тоталитарного режима и предвидя его неизбежный крах, И.А.Ильин считал губительным для России форсированное установление демократического строя. Он предостерегал: без необходимых предпосылок демократии «возможно только буйство черни, всеобщая подкупность и продажность и всплывание на поверхность все новых и новых антикоммунистических тиранов…»3 .Отсюда вывод: «…Страна, лишенная необходимых предпосылок для здоровой творческой демократии, не должна вводить у себя этого режима до тех пор, пока эти основные предпосылки не будут созданы. До тех пор введение демократического строя может быть только гибельным для этой страны»1 .

Одним из вероятных последствий крушения тоталитарной диктатуры И.А.Ильин считал распад страны, в результате чего ее территория «закипит бесконечными распрями, столкновениями и гражданскими войнами»2 .Согласно его прогнозу, дезинтеграция СССР породит двадцать государств, которым придется содержать соответствующее число парламентов, министерств, армий, разведок, полиций и прочего, что непременно расстроит их бюджеты, денежные системы и потребует бесчисленных валютных займов под гарантии демократического развития. Новые государства через несколько лет окажутся сателлитами соседних держав, иностранными колониями или «протекторатами»3 . Последующее развитие событий показало, что эти прогнозы во многом оказались пророческими.

Альтернативу деструктивным процессам в России И.А.Ильин видел в первоначальном установлении авторитарной власти, которая способствовала бы становлению гражданских основ общественного устройства. Для этого подобной власти следует увеличивать объем свободы и обогащать политический опыт населения путем постепенного введения выборов и расширения избирательных прав, развивать хозяйственную самостоятельность с гарантией частной собственности. полнимать уровень правосознания, образования и информированности общества, ответственности и самостоятельности мысли индивида.

И.А.Ильин следующим образом охарактеризовал форму переходного правления: «…Твердая, национально-патриотическая и по идее либеральная диктатура, помогающая народу выделить кверху свои подлинно-лучшие силы и воспитывающая народ к трезвлению, к свободной лояльности, к самоуправлению и к органическому участию в государственном строительстве. Только такая диктатура и может спасти Россию от анархии и затяжных гражданских войн»4 .

Выдвинутая И.А.Ильиным идея установления национально-государственной диктатуры для того, чтобы максимально сократить период неизбежного хаоса после падения тоталитарного режима оказала значительное влияние на политические воззрения одного из наиболее известных современных отечественных консерваторов писателя Александра Исаевича Солженицына, который с семидесятых годов в статьях и публичных выступлениях призывал идти к демократии плавным, осторожным, медленным путем. В знаменитом «Письме к вождям Советского Союза» (1973) А.И.Солженицын предлагал провести постепенную, плавную эволюцию режима в сторону мягкого авторитаризма, отказавшись от руководящей идеологии, допустить идеологическую и религиозную свободу, развивая законность, осуществив разделение законодательной, исполнительной и судебной властей, воспитывая чувство собственности и поднимая экономику слаборазвитых регионов страны.

Если для профессора И.А. Ильина характерна академическая постановка политических проблем, то консерватор-публицист Иван Лукъянович Солоневич (1891 – 1953) – создатель оригинальной системы идей – «народного монархизма. В соответствии с консервативным типом мышления он исходил из следующей посылки: не существует никаких исторических законов, которые были бы обязательны для всех народов; «… свойства народного духа или обстоятельства национальной истории и географии» не могут быть уложены ни в одну теоретическую схему, тем более сформировавшуюся на иной национально-культурной почве 1 .

Источник революций начала ХХ века он видел в петровских реформах, превративших дворян из служилого слоя в привилегированный слой, закабаливших крестьянство и расслоивших народ на противостоящие силы. В Х1Х веке и само дворянство раскололось на два слоя – рабовладельческий и революционный, сталкивавшиеся в жестокой борьбе. Утрата национально-государственных традиций, по мнению И.Л.Солоневича, и привела к катастрофе.

В отличие от И.А.Ильина И.Л.Солоневич отвергал попытки объяснить революции происками враждебной «закулисы». Согласно его версии причин постигшей Россию катастрофы источник революций 1905 и 1917 гг. – бессилие нации перед лицом внутренних противоречий. Влияние внешних чуждых сил на ход российской истории И.Л.Солоневич считал второстепенным.

В выдвинутой И.Л.Солоневичем программе возрождения России была предпринята попытка уйти от общепринятого разделения политических сил на правых и левых, поиска опоры исключительно в русских национально-государственных традициях, Эта программа, по его оценке, имеет точки соприкосновения с правыми взглядами, поскольку «требует мощной царской власти», но смыкается и с левыми, «ибо имеет в виду свободу и интересы народа, массы, а не сословия или слоя»2 .

Характерной особенностью программы является отрицание возможности применения к России не только западных моделей, но и «восточных рекомендаций» ввиду ее самобытности. Согласно И.Л.Солоневичу, «русская национальность, государственность и культура» настолько уникальны, что принципиально отличаются от Европы и Азии: «Россия – не Европа, но и не Азия, и даже не Евразия. Это – просто- Россия»3 .

Главным принципом своего политического мировоззрения И.Л.Солоневич считает русский национализм, который наряду с монархией, церковью и народом – «тремя последовательными и последовательно консервативными факторами русской жизни»1 составляет фундамент отечественной государственности. Согласно И.Л.Солоневичу, русский национализм неразрывно связан с существованием Российской империи, заключающей в себе все необходимые ресурсы для самостоятельного и самобытного развития нации.

У Российской империи И.Л.Солоневич видит ряд существенных преимуществ перед остальными. Если имперская политика испанцев выражалась в почти полном истреблении коренных народов, германская – в превращении завоеванных наций в рабов, британская – в ограблении колоний, то взаимоотношения русских с присоединенными народами строились на принципах национальной и религиозной терпимости, равноправия. Империя, в которой не обнаруживалось «никаких следов эксплуатации национальных меньшинств в пользу русского народа»2 ,была благом для окраинных народностей. Разрушение этого, веками сложившегося соседства, согласно И.Л.Солоневичу, станет преступлением не только против России, но и против тех народов, которым удалось бы навязать отделение от общей родины. «Удача – хотя бы и частичная, этих попыток привела бы к чудовищному регрессу и культурному, и политическому, и хозяйственному»3 .

Успех в создании самой крупной империи И.Л.Солоневич объясняет двумя главными факторами – православной верой и государственным инстинктом русского народа.

Как консерватор И.Л.Солоневич придавал первостепенное значение религиозной вере в общественной жизни. Он считал, что вне религии невозможно нормальное существование нации и бытие ее культуры. поскольку вера формирует свойственное каждому народу представление о смысле земного пути. Для него гибель религии означает гибель нации, ее превращение в толпу. Неверие в Бога порождает недоверие к человеку, вызывает распад национального организма на атомарные индивиды и ведет к его умиранию4 .

Второй, согласно И.Л.Солоневичу, фактор, благодаря которому стало возможным построение Российской империи, – государственный инстинкт народа проявился в том, что он сумел преодолеть самые неблагоприятные климатические и географические условия, устоять против бесконечных агрессий соседних племен, неоднократно восстановить страну после, казалось бы полных разорений, проявить беспримерное упорство в деле государственного строительства5 Анализируя непродолжительный опыт жизни в советской России, И.Л. Солоневич пришел к выводу, что государственный инстинкт русского народа не утрачен и при Сталине.

Свойственное русскому народу понимание нации как «земли», т.е. сообщества племен, народов и даже рас, объединенных общностью судеб, и государственности как политического оформления интересов всей «земли»1 , по мнению И.Л.Солоневича, синтезировалось в особом монархическом сознании народа, ставшем стержнем его национального характера. С его точки зрения, «русское самодержавие есть совершенно индивидуальное явление, явление исключительно и типично русское…», которое было организовано русской «низовой массой»2 и выражало «…волю не сильнейшего, а волю всей нации, религиозно оформленную в Православии и политически оформленную в Империи»3 . При этом русская монархия никогда не предполагала жесткой заданности хозяйственного уклада и была способна проявлять необходимую гибкость, чутко реагируя на изменявшиеся условия. Преимущество монархии перед республикой И.Л.Солоневич видит в характерной для нее «безболезненности» перехода власти, в то время как в республиках и диктатурах власть добывается в результате той или иной формы борьбы и нередко становится достоянием людей некомпетентных и своекорыстных.

С точки зрения И.Л.Солоневича, монархия в наибольшей степени соответствовала своей сущности в эпоху Московского Царства, когда общество не обрело жестко сословный характер, «не было … деления людей на классы и подклассы»4 . В тех условиях царь выражал интересы всей «земли», а не отдельных социальных групп. Чиновничество в силу своего промежуточного положения между царем и народом не могло существенно влиять на процесс принятия государственных решений в свою пользу, что обеспечивало царю необходимую независимость от дворцовых интриг. Поэтому И.Л.Солоневич называет московскую монархию «народной», «соборной»5 .

Будущее России И.Л.Солоневич видел в возврате к государственным принципам Московского Царства, «к принципам проверенным практикой по меньшей мере восьми столетий»6 . Поскольку же немедленное воссоздание монархии невозможно, по его мнению, промежуточной формой правления могла бы стать диктатура бонапартистского типа, ориентированная на восстановление монархии. «Мы,- писал И.Л.Солоневич,- возвращаемся к аксаковской формуле : «Народу – сила мнения, Царю – сила власти»7 .

Народная монархия рассматривалась И.Л.Солоневичем как единственная гарантия против установления диктатуры бюрократии, которая неизбежно возникнет в случае установления республиканского правления после крушения коммунистического режима.

Момент краха большевистской диктатуры И.Л.Солоневич оценивал как исключительно опасный для страны. «Гипноз свободы» может дезориентировать народ и сделать его жертвой обмана и легкой добычей обманщиков. Достаточно точным оказался следующий прогноз: «После СССР нам будут предлагать очень многое. И все будут врать в свою лавочку. Будет много кандидатов: в министры и вожди, в партийные лидеры и военные диктаторы. Будут ставленники банков и ставленники трестов – не наших. Будут ставленники одних иностранцев и ставленники других. И все будут говорить прежде всего о свободах: самая многообещающая и самая ни к чему не обязывающая тема для вранья…»1 . Единственный способ не быть сбитым с толку в этой ситуации - сохранить приверженность национальной традиции и православной вере.

Рассматривая допетровский период как время наиболее естественного и органичного развития русского государства и отрицательно оценивая деятельность Петра 1, И.Л.Солоневич по существу выступает со славянофильских позиций. Выдвигаемая им идея «народной монархии», ориентированная на возврат к принципам государственного устройства Московского Царства, вполне коррелирует с основными постулатами славянофильства.

Как и И.Л.Солоневич, евразийцы видят глубинную причину революций начала ХХ века в расколе не только между обществом и высшим слоем, но и внутри последнего, в утере национально-государственной идеи на всех ступенях социальной иерархии. Поэтому, с их точки зрения, социалистическая идея оказалась отдушиной для выхода скопившегося социального недовольства.

Такая позиция предопределила существенные различия между евразийцами и другими представителями эмигрантского консерватизма по вопросу об отношении к большевикам. Будучи противниками большевизма, евразийцы обнаруживали в деятельности большевиков отдельные моменты исторической необходимости, а иногда и исторической справедливости.

В качестве позитивных черт этой деятельности, в той или иной мере соответствовавших традициям России, евразийцы расценивали оборону страны от иностранной интервенции, сохранение ее целостности как и восстановление практически в границах Российской Империи. Евразийцам импонировало антибуржуазное антизападничество большевиков, позволившее существенно ограничить масштабы западного влияния на Россию, стремление возглавить борьбу «колониальных» народов за свою независимость от метрополий.

Отторгая Запад как источник культурной экспансии, опасной для всего мира, евразийцы обосновывали идею нерасторжимой связи России с Востоком, наличия в русской культуре важнейших элементов восточного происхождения. Они усматривают уникальность мировой роли России в срединном положении страны на пространстве Евразии, от которого во многом зависит обеспечение стабильности на гигантском континенте. С их точки зрения, русскую культуру «надо противопоставить культурам Европы и Азии, как срединную, евразийскую культуру»1 .

Источниками своих взглядов евразийцы считали мессианскую идею исторического предначертания России «Москва – Третий Рим, сформулированную монахом Филофеем в ХУ1 веке, и славянофильство2 . Они находятся в русле консервативной традиции, заложенной теорией культурно-исторических типов Н.Я.Данилевского и идеи К.Н.Леонтьева об обращении России к Востоку.

Таким образом, можно утверждать, что консерватизм русской эмиграции, будучи прежде всего реакцией на революции начала ХХ века, был в значительной степени продолжателем консерватизма дореволюционного. У И.Ильина просматривается преемственность с государственниками охранителями – Н.М.Карамзиным, М.Н.Катковым, К.П.Победоносцевым; у И.Л.Солоневича – со славянофилами.

2.Современный русский консерватизм

В советский период отечественный консерватизм на идеологическом уровне был инструментом реализации идей «единой и неделимой России», неповторимости исторической судьбы и предназначения России-СССР, морально-политического единства советского общества, начал патриотизма и державности. Традиции русской консервативной мысли с конца 60-х - начала 70-х гг. активно обсуждались и развивались в среде диссидентов «правого» и «патриотического» толка, публично выражавших свое мировоззрение главным образом через «самиздат» (Наибольшей известностью в этом плане пользовался машинописный журнал «Вече»).

Обстоятельства возникновения современного русского консерватизма подтверждают тот факт, что консерватизм - всегда реакция на радикальные общественные сдвиги. Если дореволюционный русский консерватизм являлся прежде всего реакцией на Французскую революцию, консерватизм русской эмиграции – на революцию 1917 г. и последовавшие за ней социальные перемены, то консерватизм последних десятилетий представляет собой идейно-теоретическую реакцию на социальный процесс, начавшийся в СССР - России со второй половины 80-х годов и предопределивший радикальные изменения во всех сферах жизни страны, в ее внутренней и внешней политике.

Современный русский консерватизм, или так называемая «третья волна», зародился прежде всего как культурный консерватизм, а с началом либеральных реформ на его основе сформировался политический и экономический консерватизм. В отличие от исчерпавшего себя к 80-м годам эмигрантского консерватизма он обладает значительным опытом включенного наблюдения над сложной и противоречивой эволюцией СССР и России, возможностями осмысления новых тенденций, созревающих в недрах российского общества.

Еще в конце 80-х годов, когда стала очевидной бесперспективность сохранения существовавших тогда форм межнационального общения, известными деятелями отечественной культуры прогнозировалась возможность появления новой формы многонациональной общности в виде союза славянских республик. А.И.Солженицын призывал к «сокращению» Союза и созданию «Славянского Союза», который возродил бы страну. В.Г.Распутин также ратовал за то, чтобы Россия ради собственного спасения отделалась от кавказских и среднеазиатских республик. Однако последовавшее развитие событий, особенно отделение Украины и Белоруссии, не подтвердило эти прогнозы и надежды.

«Третья волна» консерватизма в стране с неоднократно прерванными традициями представляет собой достаточно пестрый конгломерат идей, апеллирующих к традиционалистским архетипам массового сознания и неизменным, вечным ценностям. Обращает на себя внимание размытость и эклектичность позиций приверженцев этого идейно-политического направления. Консервативные идеи отражают обеспокоенность части граждан в связи с утратой советского «старого порядка», их заинтересованность в стабильности и соблюдении законов, неприятие различных форм анархии и экстремизма.

Знаковые фигуры «третьей волны» консерватизма – писатели В.Г.Распутин, В.И.Белов, А.А.Проханов, В.В.Кожинов, А.И.Солженицын, математик И.Р.Шафаревич, философы А.А.Зиновьев и А.С.Панарин , геополитик А.Г.Дугин, публицист С.Г.Кара-Мурза, покойный Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн. Приверженцем консервативных взглядов является и лидер КПРФ Г.А.Зюганов, который к числу источников партийной идеологии кроме К.Маркса, В.И.Ленина и И.В.Сталина относит поздних славянофилов Н.Я.Данилевского и К.Н.Леонтьева.

Отечественные консерваторы отрицательно относятся к консерватизму рейгановско-тэтчеровского толка (неоконсерватизму), расценивая собственную позицию как подлинный «консерватизм», имеющий твердую мировоззренческую основу. Рейганизм рассматривается ими как ситуационный консерватизм, во многом заданный такими доминантными факторами, как моральный и экономический кризис «общества благосостояния», тупиковость для США ситуации «холодной войны».

Если современный отечественный консерватизм во многом явился реакцией на распад СССР как преемника Российской империи, то объект ностальгии А.И.Солженицына – досоветская Россия, монархическая государственность. Его консервативное кредо выражено в лозунге «сбережение народа».

Для современных отечественных консерваторов авторитетами являются русские консерваторы прошлого. Сегодня наиболее цитируемый ими автор И.А. Ильин. Большим уважением в консервативной среде пользуется И.Л.Солоневич. Неоевразийцы, и прежде всего А.Г.Дугин, своими непосредственными предшественниками считают славянофилов и, разумеется, послереволюционных евразийцев. Вместе с тем некоторые консерваторы относятся к И.А.Ильину и И.Л.Солоневичу достаточно критически, отмечая определенную степень «западности» и буржуазности их мышления.

Для рассматриваемого идейного течения характерны разнобой во мнениях, наличие плохо согласующихся проектов, резкая полемика между ведущими представителями, т.е. отсутствие стройной системы фундаментальных основ. Оно еще находится в стадии становления, но уже сейчас очевидно его противостояние отечественному либерализму по тем же позициям, по которым классический консерватизм противостоял своему оппоненту – классическому либерализму. Главные системообразующие принципы новейшей модификации консерватизма - антииндивидуализм, антирационализм, следование традиции, вытекающей из религиозной веры, и неприятие радикальных перемен1 .

Представителей современного русского консерватизма объединяют такие черты, как антизападничество, выражающееся в антимондиализме; отстаивание идеалов православной духовности; культ сильного централизованного государства.

Антизападничество – главная и одна из родовых особенностей русского консерватизма. В современных условиях оно наполняется специфическим содержанием, принимая прежде всего форму антимондиализма.

Как уже отмечалось, отечественные консерваторы на протяжении двух столетий неизменно разрабатывают тему опасности, якобы исходящей для России с Запада. Эта опасность понималась по-разному. Н.М.Карамзин, М.Н.Катков, К.П.Победоносцев главным образом отрицали возможность перенесения в Россию иностранных политико-управленческих моделей. Славянофилы аргументировали эту же позицию принципиальными различиями культурных начал России и Запада. Н.Я.Данилевский и К.Н.Леонтьев полагали, что только самобытный путь развития России может обеспечить ее политическую независимость.

Представители современного отечественного консерватизма убеждены в том, что ныне имеет место комплексная агрессия Запада против России, которая скоординирована в своих политических, экономических и культурных составляющих и по своей активности не имеет аналогов в истории. Такой характер западной экспансии они объясняют прежде всего тем обстоятельством, что во второй половине ХХ века Запад изменил свое качество, перестав быть классическим капиталистическим обществом.

Эта мысль особенно характерна для тех консерваторов, которые длительное время жили на Западе и имеют опыт включенного наблюдения над его реалиями. По мнению А.А.Зиновьева, свободную конкуренцию можно встретить на Западе лишь в виде отдельных реликтовых вкраплений в экономику, а функцию управления осуществляет крупный капитал, превращающийся во власть над властью, сверхвласть. Он оценивает западное общество как общество «денежного тоталитаризма».

Современные консерваторы полагают, что измененное качество современной западной цивилизации своеобразно наложилось на три особенности, характерные для нее изначально. Первая особенность была подмечена еще дореволюционными консерваторами: западный человек, как правило, считает свою цивилизацию высшей и склонен пренебрежительно относиться к другим, «варварским» странам («западная гордыня»). Вторая особенность состоит в том, что западная культура в большей степени ориентирована на материальное, чем духовное, т.е. рассматривает все окружающее в первую очередь как объект преобразований. Третья особенность западной цивилизации – это, по мнению консерваторов, неуклонное стремление Запада к повсеместному расширению, количественному росту, постоянному увеличению поля своих потребностей. Оно удовлетворяется через интенсификацию производства, использование природных ресурсов.

По мнению консерваторов, во второй половине ХХ века в условиях технологического лидерства Запада эти особенности способствовали созданию мифа о безальтернативности западной модели и оправданности ее навязывания другим народам. Выгодность подобного мифа быстро оценили владельцы того «денежного механизма», который осуществляет «тотальную диктатуру» на Западе и стремится сделать своей вотчиной весь мир.

С этой целью, по мнению отечественных консерваторов, и была создана концепция мондиализма ( от франц. monde– мир). Ее смысл состоял в постулировании неизбежности интеграции государств, народов и культур в единое планетарное образование, возглавляемое мировым правительством.

Формируемый Западом новый мировой порядок видится отечественным консерваторам как: 1) «режим особого типа» - космополитический; 2) внерелигиозный; 3) демократический; 4) плутократический. Первый аспект предполагает потерю всеми народами своей расовой и культурной самобытности, реальной независимости. Второй – ослабление и выхолащивание всех великих религий, первенство «истин» мондиализма. Третий – приоритет количественного фактора, которым легко манипулировать через средства массовой информации перед традиционными источниками авторитета. Четвертый аспект предполагает абсолютную свободу рынка. Все эти процессы, как считают отечественные консерваторы, должны увенчаться созданием Мирового Правительства, в ведении которого окажутся все сферы жизни единого «мирового народа».

Очевидно, что все сущностные характеристики мондиализма, как их понимают отечественные консерваторы, противоречат ценностям консервативного мировоззрения. Поэтому консерватизм рассматривает мондиализм как современную форму западной экспансии, в качестве своего главного идеологического противника, которому необходимо активно противодействовать.

Возможности сопротивления мондиализму ведущим представителям русского консерватизма представляются ограниченными ввиду далеко зашедшей унификации мира по западным стандартам, доминирования лидера мондиализма – Соединенных Штатов в мировом сообществе. Надежды на прекращение мондиалистской экспансии возлагаются на творческие и особенно духовные потенции наций и этносов, населяющих Россию, их стремление к социальной справедливости, верность своим традициям и религиям, в первую очередь православию.

Вторая объединяющая черта современных русских консерваторов – убежденность в основополагающей роли православия для формирования русской духовности, государственности, экономического и бытового облика народа. Поэтому особую тревогу в их среде вызывает то, что они считают религиозной антиправославной экспансией со стороны мондиализма. Таковая усматривается в дискредитации Русского православия, усиленной информационной и финансовой поддержке антиправославных ересей, пропаганде нетрадиционных религиозных культов, черной мистики, распространении массовой культуры, деятельности бесчисленных «целителей» и экстрасенсов. В преодолении этих преград видится путь к православному возрождению.

Для противостояния религиозной экспансии гальванизируется евразийская идея об исключительности некоего «славяно-тюркского» суперэтноса, якобы сложившегося на геополитическом пространстве Евразии и обладающего духовным и культурным превосходством над исчерпавшим свой потенциал Западом.

Из вышеизложенного не следует, что русские консерваторы воспринимают Запад всецело негативно. Он признается как самобытная цивилизация, а неприятие проявляется по отношению к тем ее сторонам, которые, с точки зрения консерваторов, оказывают отрицательное воздействие на Россию. Некоторые консерваторы проявляют негативное отношение не западной цивилизации как таковой, а к ее американскому варианту, навязываемому всему миру в процессе глобализации. Ими прокламируется стремление к созданию такой модели развития России, которая была бы альтернативной, но не враждебной Западу, если Запад не будет враждебен ей.

В целом можно утверждать, что фокус антизападничества современного русского консерватизма находится географически западнее, чем у предыдущих поколений русских консерваторов, - на американском континенте. Согласно А.Г Дугину, в соответствии с правилами геополитики, «…любой русский заинтересован в скорейшем крахе Америки»1 .

Наконец, третьей основной чертой, объединяющей современных отечественных консерваторов, является культ мощного централизованного государства как гаранта против деструктивного и агрессивного западного вмешательства во внутренние дела России. Идеалами такого государства для одних из них является империя, для других - воссоздание в той или иной форме Советского Союза.

Выражая взгляды большинства российских консерваторов по поводу оптимальной формы общественного устройства России, А.Г.Дугин утверждает, что ею должна быть Российская империя, в которой «этно-религиозные общины имеют равный статус и которая руководствуется беспристрастными принципами имперской гармонии и справедливости»2 .При этом он заявляет о своем положительном отношении к демократии, но не либеральной, а «органической», которая «рассматривает народ не как механическую совокупность свободных личностей, но как живой организм, который нельзя расчленить на атомы»3 . В этом же духе выдержаны его рекомендации российскому правительству: «Отказаться от слепого копирования западных образцов. Возродить нравственные, семейные ценности. Остановить пропаганду греха и порока в СМИ, перестроить всю систему образования»4 .

Имперская доминанта характерна для книг А.А. Проханова «Симфония Пятой империи» (М., 2007) и М.Юрьева «Третья империя. Россия, какой она должна быть (СПб – М., 2007). Оба автора ратуют за создание новой российской империи, которая включала бы не только постсоветское пространство, но и другие государства мира.

В процессе политического самоопределения России предстоит стать не новой империей, а, подобно наиболее развитым странам мира, - нацией-государством, представляющим собой сплав различных этносов, объединенных общей экономикой, культурой и политическими отношениями. Характерные для консерваторов ностальгия по прежним имперским образованиям и грезы о строительстве новой империи в практической политике осуществимы лишь путем широкомасштабной экспансии с гибельными для страны последствиями. Приверженцы имперского будущего России игнорируют ставшие очевидными неэффективность и нежизнеспособность империй.

Если для имперски ориентированных евразийцев российская специфика определяется прежде всего геополитическим фантомом «хартленда» (континентального ядра), противопоставленного атлантической цивилизации. респектабельные евразийцы выстраивают более сложную систему аргументов, отмежевываясь как от западничества, так и наиболее уязвимых тезисов национал-патриотов и православных мыслителей.

По мнению А.С.Панарина, после распада СССР Россия оказалась перед жестким выбором: либо восстановить прежнее пространство, причем в новом духовном, моральном и экономико-технологическом качестве, либо стать одной из стран третьего мира, лишившись всяких шансов занять достойное место в мировом сообществе. Естественно, что при такой альтернативности восстановление утраченного геополитического статуса представляется единственным для России способом обеспечить выживание и избежать неблагоприятного развития событий.

Путь выхода России из кризисного состояния А.С.Панарин видит в борьбе с разрушительным влиянием глобализма, за сохранение самобытности российской цивилизации и создание суверенной государственности с протекционистской экономикой. В сборнике его статей «Правда о железном занавесе» (2006), написанных в разные годы, проводится мысль о том, что спасти Россию оп полного уничтожение Западом может возвращение к традиционному обществу, основанному на традиционных религиях, прежде всего православии. По его мнению, России в целях самозащиты следует закрыться от Запада, создав свой «железный занавес».

Главной задачей внешнеполитической стратегии России отечественные консерваторы считают создание геополитического противовеса доминированию США в международных отношениях. В качестве основных направлений поиска союзников рассматриваются южное и восточное (Китай, Индия, мусульманские страны). При этом России отводится роль интегратора постсоветского пространства, центра притяжения государств Евразии, стремящихся противостоять атлантизму и экспансии США. Сторонниками «контрглобализации» не принимается во внимание неизбежность разрушения российского государства и общества при первых же попытках осуществления их грандиозных планов.

В общем русле современного русского консерватизма с его традиционализмом, неприятием прогресса и ксенофобией значительным своеобразием отличаются общественно-политические взгляды А.И.Солженицына, отражающие усиливающийся интерес социума к цивилизованному консерватизму. Востребованность такого консерватизма вызывается следующими обстоятельствами.

Во-первых, доминирование радикальных социалистических и либеральных идей , игнорировавших фактор преемственности в общественном развитии, вызывало разрушительные последствия.

Во-вторых, в ХХ веке отчетливо выявились недостатки демократической формы правления, особенно на начальных стадиях ее функционирования.

В-третьих, для периода после Второй мировой войны характерно разочарование в либерализме из-за невыполненных им обещаний, которое усилилось в связи с последствиями российских реформ.

В-четвертых, в связи с появлением и обострением глобальных проблем встал вопрос о критериях социально-политического и научно-технического прогресса.

Интересные ответы на вопросы, поставленные временем, дает один из крупнейших писателей современности А.И.Солженицын, тяготея к социально-философскому осмыслению действительности. Его вклад в формирование мировоззрения умеренных консерваторов (особенно верующих) весьма значителен.

Исходный тезис писателя состоит в том, что общественное бытие во всех его проявлениях следует рассматривать прежде всего с религиозно-этических позиций. Руководствуясь этим тезисом, он поднимает проблему соотношения «политического» и «морального» и высказывает мысль о необходимости сверять любую деятельность социума, особенно политическую, по нравственному компасу. Свою позицию он подкрепляет ссылками на Эразма Роттердамского и Владимира Соловьева, которые рассматривали политическую деятельность как нравственное служение обществу

С этих позиций писатель подверг критике такие институты либеральной демократии как всеобщее избирательное право и партии. По его мнению, демократические выборы приводят к торжеству «бессодержательного количества над содержательным качеством». Способ преодоления этого недостатка видится писателю в введении ценза оседлости и увеличении возрастного ценза. Партии оцениваются как антинациональные по своей сущности, поскольку разрушают целостность наций, подменяют национальные интересы партийными и ищут выгоду в борьбе за власть, негативно влияя на нравственность общества.

А.И.Солженицын – противник классического либерального принципа свободной конкуренции. Признавая, что не может быть независимого гражданина без частной собственности, он считает необходимым ее ограничивать, чтобы избежать ущемления интересов других граждан. Писатель высказывается за жесткое законодательное ограничение концентрации капитала, ведущее к монополизации экономики.

Оценивая ценности либеральной демократии как не соответствующие потребностям России, А.И.Солженицын в качестве альтернативы им предлагает авторитарные. По его мнению, авторитарное правление наилучшим образом обеспечивает стабильность и преемственность в развитии общества, но таит в себе опасность сползания в тиранию. Принцип разделения властей он считает спорным, способным привести к распаду единого государственного организма. Народ России, как полагает писатель, «не готов к парламентаризму»1 .Необходимость деятельности политических партий практически отрицается.

Путь к выздоровлению российского общества А.И.Солженицын видит не только в создании сильной централизованной власти, но и в развитии местного самоуправления. Он отмечает, что «демократия малых пространств» была присуща России, а идея самоуправления имеет долгую историю, реализуясь в народные собраниях – вече, сословно-представительных учреждениях – Земских соборах.

Предлагаемый А.И.Солженицыным механизм создания «гуманной « автократии» основывается на непрямом, многоступенчатом голосовании. Президент избирается их числа претендентов, предложенных Всеземским собранием. Само Всеземское собрание состоит из представителей, выбранных областными собраниями, которые, в свою очередь, включают представителей уездных собраний, а уездные – волостных. Президент, согласно схеме А.И.Солженицына, сможет исполнять свои обязанности пожизненно, если Всеземское собрание не сочтет целесообразным его сменить. Очевидно, что при таком механизме создания «гуманной» автократии открываются самые широкие возможности для злоупотреблений.

Пользуясь категориями «нации» и «морали», А.И.Солженицын в самой категорической форме выразил свое неприятие революций как явлений «антинациональных» и «аморальных». Переход от дооктябрьской России к СССР расценивается им как «излом хребта», который едва не окончился национальной гибелью.

По поводу моральных последствий революций писатель отмечал , что они ведут к «озверению нравов, к атмосфере всеобщей ненависти». Более того, всякая революция насыщена «сгущенным числом отвратительных фигур», которые как бы взмучивает с «морального дна».

Рассмотрение социально-политических идей А.И.Солженицына может быть резюмировано в виде следующих выводов.

1. А.И.Солженицын, как и консерваторы, в оценке общественно-политических явлений придерживается религиозно-этического подхода, признает за духовным фактором ведущую роль по отношению к материальному.

2. Писатель высказывает негативное отношение к революциям, либерально-демократическим ценностям современного общества; придерживается идеи преемственности, отстаивая эволюционный путь развития социума. На страницах своих произведений он часто цитирует таких известных представителей российского консерватизма, как Ф.М.Достоевский и М.Н. Катков.

3. В отличие от других представителей консерватизма А.И.Солженицын чужд элитарных воззрений и выступает за народное самоуправление. Отношение к народу как источнику власти выводит писателя за рамки классической консервативной парадигмы.

В содержательном плане идея сочетания «гуманной» авторитарной власти и эффективного народного самоуправления представляется проблематичной и трудно осуществимой.

Приверженность части российского общества консервативным идеям обусловлена сложными процессами развития национального самосознания в условиях модернизации и резкого снижения геополитического статуса страны, прежде всего кризисом национальной идентичности и потерей исторической перспективы.

Контрольные вопросы

1. Когда российский консерватизм принял идеологическую форму?

2. Охарактеризуйте официально- монархическое направление русского консерватизма и изложите взгляды его ведущих представителей.

3. В чем проявлялась специфика славянофильского направления в российском консерватизме?

4. Назовите основные особенности дореволюционного русского консерватизма.

5. Каковы причины возникновения консерватизма русской эмиграции?

6. Раскройте содержание концепций И.А.Ильина и И.Л.Солоневича и сопоставьте их взгляды.

7. В чем специфика консерватизма евразийцев?

8. Какие факторы обусловили возникновение «третьей волны» консерватизма и в чем ее особенности?

9. Назовите знаковые фигуры «третьей волны» консерватизма.

10. Охарактеризуйте основные особенности современного русского консерватизма.

11. В чем своеобразие консерватизма писателя А.И.Солженицына?

12. Чем вызвана приверженность части российского общества консервативным воззрениям?

Рекомендуемая литература

Брутян А.Л . М.Н.Катков. Социально-политические взгляды. М.: МАКС-Пресс. 2001.

Громовик В.Г. Консервативная идеология в современном мире, М.: РИЦ ИСПИ РАН. 2005. Глава 111.

Гумилев Л.Н. От Руси к России. Очерки этнической истории. М.: Прогресс. 1992.

Гусев В.А. Русский консерватизм: основные направления и этапы развития. Тверь.: Твер. Гос. ун-т. 2001.

Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М.: Книга. 1991.

Дугин А.Г. Основы геополитики. Геополитическое будущее России. Мыслить пространством. М.: АРКТОГЕЯ-центр. 2000.

Дугин А.Г. Евразийский путь как Национальная идея. М.: АРКТОГЕЯ-Центр. 2002.

Евразия. Исторические взгляды русских эмигрантов. М.: Ин-т всеобщей истории. 1992.

Зиновьев А.А. Русская трагедия. М.: «ЭКСМО». 2005.

Зиновьев А.А., Крупнов Ю.В. Русский выбор. В 2-х книгах. М.: Олма-пресс. 2006.

Зюганов Г.А. География победы. Основы российской геополитики. М.. 1997.

Зюганов Г.А. Глобализация и судьба человечества. М.: Молодая Гвардия. 2002.

Ильин И.А. О грядущей России: Избранные статьи. М.:Воениздат. 1993.

Иоанн, Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский. Битва За Россию. СПб., 1993.

Кабешев Р.В. Идеологические концепции «новых правых» //Вестн. МГУ. Серия 12. Политические науки. 2006. №1.

Карамзин Н.М. Записка о древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях. М.: Наука. 1991.

Коваль Е.И., Назукина М.В. От монархической идеи к консервативной: Ф.Р.Шатобриан и развитие русской политической мысли в первой половине Х1Х века//Полис. 2005. №5.

Консерватизм в России и мире. В 3-х ч. / Под ред. А.Ю.Минакова (отв. ред.) и др. Воронеж. Воронежский гос. ун-т. 2004.

Леонтьев К.Н. Избранное. М.: Московский рабочий. 1993.

Маняев А. Социально-философские взгляды А.И.Солженицына: вариант нового консерватизма//Власть. 2002. №5.

Митрополит Иоанн. Одоление смуты. СПб.: Царское дело. 1995.

Мусихин Г.И. Россия в немецком зекркале (сравнительный анализ германского и российского консерватизма). СПб.: Алетейя. 2002.

Основы евразийства. М.: АРКТОГЕЯ-Центр. 2002.

Панарин А.С. Правда железного занавеса. М.: Алгоритм. 2006.

Паин Э.А. Между империей и нацией: модернистский проект и его традиционалистская альтернатива в национальной политике России (2-е изд. доп.). М.: Новое издательство. 2004.

Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. М.: Русская книга. 1993.

Проханов А.А. Симфония Пятой империи. М.: Эксмо, Яуза. 2007.

Пути Евразии. Русская интеллигенция и судьбы России. М.: Русская книга. 1992

Работяжев Н.В., Соловьев Э.Г. От Ленина к Данилевскому: метаморфозы геополитических воззрений КПРФ //Полис. 2007. №2.

Ремизов Михаил. Консерватизм / Мыслящая Россия: картография современных интеллектуальных направлений. Антология. Под ред. В.Куренного. М.: «Наследие Евразии». 2006.

Репников А.В. Консерватизм//Российская цивилизация (этнокультурные и духовные аспекты): Энциклопедический словарь. М.: Российская политическая энциклопедия. 2001.

Репников А.В.Консерватизм в России: вчера и сегодня//Политические партии и проблемы развития демократии и парламентаризма. М.. 2001.

Российские консерваторы (Сб.ст.). М.1997.

Русский консерватизм Х1Х столетия: Идеология и практика /Под ред.В.Я.Гросула. М.: «Прогресс-Традиция». 2000.

Савицкий П. Континент Евразия. М.: Аграф. 1997.

Солженицын А.И. Россия в обвале. М.: Русский путь. 1998.

Соловьев Э.Г. Национальные интересы и основные политические силы современной России. М.: Наука. 2004.

Солоневич И. Народная монархия. М.: Феникс 1991.

Тихомиров Л.А. Монархическая государственность. СПб.: Изд. Российского имперского Союза-Ордена. 1992.

Шафаревич И.Р.Путь из-под глыб. М.: Современник. 1991.

Юрьев М. Третья империя. Россия, которая должна быть СПб.- М.: Лимбус пресс. 2007.

У1. ПОЛИТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ МАРКСИЗМА

1. Теоретические источники марксизма

Марксизм возник в 40-х годах Х1Х века. К.Маркс (1818-1883) и Ф.Энгельс (1820-1995) пытались выяснить условия и указать пути освобождения трудящихся от эксплуатации и всех форм социального гнета. Они стремились наметить контуры строя, который сможет преодолеть отчуждение рабочих от собственности и власти, разумно организует общественную жизнь, обеспечит свободное и гармоничное развитие личности.

Идеологическая позиция марксизма складывалась под воздействием различных идейных течений. Суждения предшественников так или иначе переосмысливались ими и лишь затем включались в создававшуюся историко-материалистическую картину социального мира.

Источник экономических воззрений марксизма составили идеи классиков английской политической экономии А.Смита и Д.Рикардо. Последние понимали современное им общество как мир материальных потребностей людей, комплекс отношений производства, обмена, распределения и потребления материальных благ. Двигателем общественных процессов они считали реальные интересы индивидов, деятельность которых подчинена объективным законам общественной жизни. Государство всецело зависит от общества и призвано обслуживать его.

Интерес К.Маркса и Ф.Энгельса вызывали взгляды Ж.-Ж.Руссо на демократию как форму политического бытия индивидов, соединившихся в единое общество. Согласно Ж.-Ж.Руссо, сердцевина демократии – принципы народного суверенитета, верховенства и полновластия народа в государстве. Этот принцип реализуется через фактический контроль народа за исполнительной властью.

Марксистская политическая концепция складывалась не без влияния выдающихся французских историков эпохи Реставрации О.Тьерри, О.Минье, Ф.Гизо. Эти ученые сумели реалистически оценить зависимость государственного строя, правовых установлений от материальных условий общественной жизни, от происходившей в истории борьбы классов. Они полагали, что политические институты, юридические нормы создаются обществом, являются отражением общественного строя, но потом начинают сами воздействовать на социальную жизнь, видоизменять ее. Идеологическим представлениям К.Маркса и Ф.Энгельса оказалась особенно созвучной мысль французских историков о том, что борьба классов наполняет всю гражданскую историю.

К.Маркс и Ф.Энгельс констатировали преемственность собственных представлений о будущем обществе со взглядами своих социалистических предшественников, особенно А.Сен-Симона, Ш.Фурье и Р.Оуэна. В своих работах они пытались анализировать сильные и слабые стороны этих взглядов.

Немалую роль в возникновении марксизма сыграли идеи немецкой классической философии, особенно Г.Гегеля. Переработанная в материалистическом духе гегелевская диалектика была ими широко использована для анализа политических и государственно-правовых проблем.

Наконец, воззрения К.Маркса и Ф.Энгельса испытали влияние еще одного идеологического течения – либерализма. Сами К.Маркс и Ф.Энгельс всячески стремились дистанцироваться от него, считая эту идеологию по преимуществу буржуазной, чуждой пролетариату. Тем не менее трудно отрицать родство с либеральными представлениями следующих известных положений марксизма: «всякий раз, когда под вопрос ставится та или другая свобода, тем самым ставится под вопрос и свобода вообще», «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех», «нет прав без обязанностей, нет обязанностей без прав», «свобода состоит в том, чтобы превратить государство из органа, стоящего над обществом, в орган, этому обществу подчиненный». Необходимо, однако, подчеркнуть, что именно приведенные и подобные им положения К.Маркса и Ф.Энгельса были инородными пролетарски-классовой природе марксизма.

Вопрос о месте и роли марксизма в современном мире является предметом острых дискуссий. Суждения на сей счет таковы.

1. Марксизм в целом был верен для своего времени, но в дальнейшем утратил актуальность и отношение к нему должно быть, как к любому классическому учению.

2. Марксизм выдвинул привлекательные принципы, но не разработал механизм их применения.

3. Марксистские прогнозы в принципе верны, но относятся к отдаленному будущему человечества.

Эти суждения высказываются и в различных сочетаниях.

Для формулирования позиции по сложному и спорному вопросу попытаемся определить специфику марксизма. Марксизм – это учение о прогрессе как смене общественных формаций и росте производительных сил; о социалистической революции во главе с субъектом прогресса – пролетариатом; о сломе буржуазной государственной машины и замене ее диктатурой пролетариата, отмирающей впоследствии; о построении коммунизма – безтоварного и безрыночного общества ассоциированных производителей.

Рассмотрим, в какой мере эти идеи выдержали испытание временем, насколько они соответствуют реальностям современной цивилизации при переходе от индустриального общества к постиндустриальному и информационному.

2. Формационная схема исторического прогресса

Согласно марксизму, история представляет собой однолинейный процесс смены общественных формаций – первобытно-общинной, рабовладельческой, феодальной, капиталистической и коммунистической. Этот процесс расценивается как революционный и прогрессивный, детерминируемый потребностью производительных сил и таких производственных отношений, которые открывали бы простор для их функционирования и обеспечивали бы решение общественных проблем.

В ХХ веке обнаружились узость и ограниченность формационного подхода к истории. Они проявились пережде всего в абсолютизации роли материально-технической сферы жизни общества как детерминанты прогресса. Эта сфера действительно оказывает значительное, во многом определяющее воздействие на общественные процессы. Вместе с тем она испытывает на себе существенное, а нередко и решающее влияние множества нематериальных факторов – доминирующих в обществе настроений, воли элит и лидеров, деятельности политических партий и т.д.

Марксова концепция общественного развития создавалась на основе анализа исторического опыта западноевропейского региона и механически экстраполировалась на все человечество. Поэтому она нередко оказывалась в явном противоречии с развитием различных стран и регионов, не учитывались их цивилизационные характеристики. В России, например, не было рабовладельческой формации.

Аргументом против марксовой пятичленки формаций являются и нынешние модернизационные процессы в странах СНГ и Восточной Европы. Они доказывают несостоятельность представлений об эсхатологическом крахе капитализма и мессианском торжестве коммунизма.

Наконец, трансформация индустриального общества в постиндустриальное и информационное со всей очевидностью демонстрирует ограниченность марксистских представлений о направленности исторического процесса.

По своей сути марксова концепция формаций с коммунизмом как счастливым финалом человечества была отголоском дарвиновской теории эволюционного развития форм жизни от низших к высшим. Для этой концепции характерно телеологическое видение исторического процесса, принижающее роль общественного и индивидуального сознания.

Слабым местом марксизма является недооценка роли личностного фактора в общественном развитии. Взгляд К.Маркса на историю носит в значительной степени обезличенный характер. В этом смысле он – прямой продолжатель гегелевского понимания истории. Разница в том, что у Гегеля сущность истории сводится к движению Мирового духа, а у К.Маркса – к развитию экономического базиса, т.е. производственных отношений. По отношению же к базису все остальные сферы жизни (политика, религия, искусство, мораль), согласно марксизму, носят производный характер.

Следует отметить, что марксова концепция истории как последовательной смены социально-экономических формаций в определенной мере корректировалась самим К.Марксом, обратившимся к изучению азиатского способа производства, отличающегося от пройденных Европой типов общественного устройства. При исследовании этого способа производства он обнаружил, что целостность обществу здесь придает не экономика. а властные факторы. Однако открытие этого феномена осталось не разработанным ни К.Марксом, ни его последователями.

Открытие «властной» формации взламывает линейную «пятичленку»: первобытно-общинный строй – рабовладение – феодализм – капитализм – коммунизм. Оказывается возможным иной тип формации, интегрирующим стержнем которого служат отношений власти, а не отношения собственности. Возникшее в России тоталитарное антикапиталистическое образование и представляло собой своеобразное сочетание промышленной цивилизации и пережитков азиатской общественной структуры.

В современном обществознании преобладает так называемый цивилизационный подход к изучению исторического процесса. Его суть – в осмыслении роли и значения исторических цивилизаций в общественном развитии, которые выделяются по разным основаниям – типу культуры, религии, географическому положению, уровню технико-экономического развития. В этой связи говорят о таких цивилизациях, как славяно-православная, мусульманская, азиатская, индустриальная и постиндустриальная и т.д.

Цивилизационный подход к истории – более содержательный и плодотворный, чем формационный. Объект его внимания – совокупность всех форм жизнедеятельности общества – материальных, духовных, нравственных и прочих в их единстве и неразрывности. Он отражает происходящие в мире интеграционные процессы, прогрессирующую взаимозависимость народов. Этот подход открыт для изучения вновь возникающих тенденций, способен охватить всю сложность и многообразие мирового развития.

3.Концепция всемирно-исторической миссии рабочего класса

Центральными положениями марксистской теории являются тезисы о классовой борьбе как главном содержании всемирной истории и революционном насилии как радикальном способе ликвидации эксплуатации человека человеком.

К.Маркс и Ф.Энгельс полагали, что победа пролетариата во всемирном масштабе превратит человечество в единую общность без классовых различий и национальных границ, обеспечив тем самым возможность искоренения войн и достижения вечного мира. Марксистское понимание проблем мировой политики основывалось на экономическом детерминизме, согласно которому формирование всемирного рынка определит глобальный характер социального конфликта и последующих изменений в системе международных отношений.

В истории, особенной современной К.Марксу и Ф.Энгельсу, борьба классов действительно занимала значительное место. Их работы позволяют глубже понять положение рабочего класса и его борьбу с буржуазией в Х1Х веке.

Самая сильная часть «Капитала» - главы и страницы, посвященные первоначальному накоплению – насильственному сгону крестьян с земли и их разорению в ХУ1 и ХУ11 веках, ужасающему положению рабочих – с 14-16 часовым рабочим днем, с низкой зарплатой и проживанием в работных домах, с массовой безработицей без всякого социального страхования. У Ф.Энгельса в работе «Положение рабочего класса в Англии» сообщается о 7 – 8 – летних детях, работающих на фабриках, но с еще более низкой зарплатой, чем у взрослых.

К.Маркс и Ф.Энгельс были уверены, что прогрессирующему обнищанию трудящихся может быть положен конец только посредством такого переустройства общества, которое сделает пролетариев коллективными собственниками средств производства. Они называли «вульгарными экономистами» либеральных экономистов (Дж.Милль), утверждавших, что обнищание масс – преходящее явление, преодолимое капиталистическим развитием, и потому призывавших пролетариев к гражданскому миру с работодателями.

Путь к обществу без эксплуатации К.Маркс и Ф.Энгельс видели в применении насилия по отношению к буржуазии, поскольку последняя добровольно власть не отдаст. При этом они прибегали к метафоре, сравнивая насилие с повивальной бабкой старого общества, когда оно беременно новым. В дальнейшем ленинизм как большевистская леворадикальная версия марксизма абсолютизировал роль насилия в истории.

Последующий опыт показал. что сводить историю прежде всего к борьбе классов – значит неоправданно обеднять ее содержание. Социалистические революции, в которых марксизм видел путь к осуществлению своего идеала – коммунизма, на практике приводили к появлению нежизнеспособной общественной системы, с трудом поддающейся трансформации в систему гуманную и демократическую.

В России, например, многие вопросы, которые стояли перед обществом до 1917 года, неумолимо и с еще большей остротой встали после социалистического эксперимента, нуждаясь в безотлагательном решении. Это и вопросы собственности, и переход к цивилизованному рынку, и создание правового государства, и решение национальных проблем. Революционный скачок разрушил преемственность и взаимосвязь культур, традиций, нравственных основ, составляющих фундамент российской цивилизации.

Применительно к революциям еще предстоит изучить феномен, который Ф.Энгельс вслед за Г.Гегелем назвал «иронией истории». Суть этого феномена в том, что лозунги Великой Французской революции «свобода, равенство и братство» обернулись бонапартистским режимом, а социалистический идеал оказался нереализованным или до неузнаваемости искаженным.

В ХХ веке обнаружилась высокая эффективность реформ как способа социальных преобразований. Именно реформы, а не насилие одного класса над другим привели западное общество к благополучию.

В странах Запада решение существующих проблем достигается не на пути конфронтации и установления господства одного класса над другим, а в результате поиска консенсуса, достижения баланса интересов различных слоев общества в ходе реформ.

Таким образом, выявился исторически ограниченный характер марксистского положения о насилии как повивальной бабке истории. Оно отразило период острой классовой конфронтации и оказалось неприемлемым для разрешения классовых противоречий ХХ века.

Опыт показал не только неразрешимость классовых противоречий насильственным путем, но и отсутствие реального содержания у одной из основополагающих идей марксизма – диктатуры пролетариата.

К.Маркс понимал эту идею как непродолжительное господство рабочего класса развитых государств для преодоления сопротивления свергнутой буржуазии. В.И.Ленин видел в диктатуре пролетариата власть, не связанную никакими законами и поддерживаемую населением. В ленинских трудах диктатура пролетариата приобрела значение главной идеи марксизма, важнейшего критерия революционности.

В реальной практике диктатура пролетариата никогда и нигде не была установлена. Марксистская же идея диктатуры пролетариата служила средством легитимации власти партийно-государственной номенклатуры, опиравшейся на люмпенизированные слои населения.

В ХХ веке в социально-профессиональной структуре общества произошли глубокие сдвиги, изменившие представления о «движущих силах истории» и способах достижения социальной справедливости.

Самым значительным социальным последствием НТР в странах Запада стало относительное, а впоследствии и абсолютное сокращение удельного веса промышленных рабочих, связанное со структурными сдвигами в экономике. В США уже во второй половине 80-х годов три четверти рабочей силы было занято в сфере услуг, связи и отраслях с преобладанием канцелярского труда. В странах Европейского Союза на промышленность приходится менее трети работников наемного труда, на непроизводственную сферу – 60%, на сельское хозяйство – около 8 %.

Создание «общества услуг и информации» приводит к снижению роли и даже постепенному исчезновению некоторых традиционных профессий (например, шахтеры). Падает удельный вес крупных рабочих коллективов, растет число мелких и средних предприятий. К разрушению «рабочих бастионов» ведет и расширение сферы надомного труда.

К концу ХХ века стало очевидным, что рабочий класс, стремясь улучшить свое положение, доказал способность играть конструктивную роль в рамках буржуазного общества, гармонизировать отношения труда и капитала. Вместе с тем он не обнаружил никаких особых качеств возвышающих его над другими классами и слоями, и не проявил готовность через свою диктатуру привести общество к процветанию. Идея всемирно-исторической миссии рабочего класса в ликвидации всех форм социального гнета оказалась утопической.

В странах Запада 80-85% населения относит себя к «среднему классу». Почти повсеместно являются реальностями 40-часовая рабочая неделя и оплачиваемый ежегодный отпуск. Безработица если и не ушла в прошлое, то в большинстве стран перестала быть самостоятельной проблемой, превратилась в часть проблемы занятости. В разных странах от 60 до 80 % населения живет в отдельных домах. Всеобщим является медицинское и социальное страхование, которое в своей значительной и даже преобладающей части осуществляется не за счет взносов трудящихся, а за счет работодателей и государства. Подавляющая часть населения имеет доступ к среднему и специальному образованию, при этом 40-50% молодежи продолжает его в вузах.

В результате радикальных перемен в странах Запада сфера социального конфликта значительно сузилась. Традиционные формы классовой борьбы замещаются борьбой идей и интересов в рамках гражданского консенсуса, диалогом и компромиссами для достижения баланса интересов различных слоев общества.

Следует отметить, что в рамках общей ориентации на революционный переход к коммунизму К.Марксу и Ф.Энгельсу в ряде работ удалось избежать абсолютизации роли антагонизмов в развитии общества. Так, в исследовании «Положение рабочего класса в Англии» Ф.Энгельс сделал вывод о том, что коммунизм стоит выше противоречия и вражды между пролетариатом и буржуазией, ибо он «является делом не одних только рабочих, а всего человечества»1 . В конце своей жизни он писал: «…Коммунизм является не только партийной доктриной рабочего класса, но и теорией, стремящейся к освобождению всего общества, включая и класс капиталистов, от тесных рамок современных отношений»2 .

В Х1Х веке К.Маркс глубоко проанализировал механизмы и структуры капитализма, но явно недооценил его живучесть, способность эффективно использовать достижения науки и технологии. Сделанные им выводы оказались в значительной степени неприменимыми для понимания и прогнозирования путей развития современного западного общества.

Опыт ХХ века доказал, что для раннего монополистического капитализма существовала зона политической нестабильности, где назревали узлы напряженности и революционные ситуации. В этой зоне оказалась и Россия. В дальнейшем капитализм обрел иммунитет к революциям, и его развитие пошло по эволюционному, реформистскому пути. С 60-х годов капитализм динамично трансформируется из индустриального в постиндустриальное и информационное общество.

В странах Запада созданы механизмы регулирования экономики, позволяющие своевременно разрешать социальные противоречия. Возросла степень удовлетворения потребностей не только первичных, но и более высокого порядка. Иными словами, капитализм оказался способным, пусть в противоречивых формах, нести человечеству прогресс и решить часть задач, которые К.Маркс и Ф.Энгельс относили к функциям социализма.

Марксова же концепция социализма оказалась в значительной степени заимствованной у социалистов-утопистов ХУ1 – начала Х1Х веков, поскольку основывается на таких идеях, как необходимость обобществления средств производства и создания единой общенародной собственности, ликвидация товарного производства и переход к непосредственному распределению путем прямого продуктообмена.

Прогнозируя неизбежность перехода человечества к социализму и коммунизму, К.Маркс и Ф.Энгельс не ставили вопрос о том, кто заменит организаторов капиталистического производства, заинтересованных в прибылях и несущих материальную ответственность за свои решения. Из текстов К.Маркса и Ф.Энгельса неясно, что явится стимулом хозяйствования в обществе, отказавшемся от частной собственности. Отсутствие каких-либо соображений на сей счет плохо согласуется с мыслью К.Маркса о том, что идеи неизменно посрамляли себя, когда отрывались от интересов людей.

Настаивая на неизбежности преодоления рынка, частного быта и частного обеспечения семьи, К.Маркс тем самым лишал людей первичных условий свободы, возможности выбирать предметы потребления. Он делал людей заложниками тех, кто распределяет общественные богатства и решает, что они должны потреблять. в каких количествах и в какое время.

К.Маркс и Ф.Энгельс утверждали, что переход к социализму возможет только тогда, когда капитализм себя исчерпает. Но они не высказывали никаких конкретных соображений о критериях, которые позволяли бы определить меру его зрелости.

К.Маркс не приводит никаких аргументов в пользу своего сверхдальнего прогноза о пришествии коммунизма. В работе «Критика Готской программы» он нарисовал картину общества, лишенного социальных различий и противоречий, живущего по принципу «каждый по способностям, каждому по потребностям!». Однако у К.Маркса отсутствует конкретный предметный анализ будущего общества ассоциированных производителей, способов его создания и механизма функционирования.

История не подтвердила марксову концепцию социализма как альтернативы капитализму в развитых странах Запада, но доказала привлекательность социализма для отсталых стран. Именно в этих странах, и в частности в России, произошел синтез вульгаризированной марксистской теории и неразвитого политического сознания. Нельзя исключить и того, что революционный потенциал марксизма будет востребован в незрелых обществах.

На российской почве, а затем и в масштабах «системы социализма», марксистское учение по существу трансформировалось в религию, обретя такие ее черты, как вера в непогрешимость, всесилие и чудотворность; свои пророки и пантеоны святых (мавзолеи в столицах государств); свои тексты (полные собрания сочинений, цитатники Мао). Этот официальный культ поддерживался искренней верой части населения и всей репрессивной мощью государства.

Ретроспективно можно утверждать, что к восприятию марксизма Россию на определенном историческом этапе подготовили традиции общинности и соборности. Функционирование тоталитарного государства во многом дискредитировало социалистическую идею.

4. Противоречия марксизма

По ряду вопросов позиция К.Маркса была непоследовательной и противоречивой.

С одной стороны, в работах К.Маркса фиксируется бурное развитие промышленного капитализма, пришедшего на смену мануфактурной стадии его развития. С другой стороны, высказывается убеждение в кризисном состоянии капитализма и переходе в не столь уж отдаленном будущем к посткапиталистическому строю.

В «Манифесте Коммунистической партии» убедительно показана прогрессивная роль буржуазии. создавшей в течение одного столетия большие производительные силы, чем все предшествующие поколения вместе взятые. Подчеркивается, что «буржуазия не может существовать, не вызывая постоянно переворотов в орудиях производства, не революционизируя, следовательно, производственных отношений, а стало быть, и всей совокупности общественных отношений»1 .

Однако вслед за приведенным положением в «Манифесте» утверждается, что уже несколько десятилетий история капитализма представляет собой лишь «историю возмущения современных производительных сил против современных производственных отношений». При этом указывается на периодические кризисы перепроизводства, «которые… все более грозно ставят под вопрос существование всего буржуазного общества»1 .

В предисловии к «Манифесту» 1872 и 1888 гг. высказывалась мысль о том, что, несмотря на прошедшие десятилетия, основные положения документа остаются правильными. Вместе с тем в 70-80-х гг. для К.Маркса и Ф.Энгельса уже было достаточно очевидно, что капитализм способствовал развитию производительных сил и не исчерпал возможности своего развития. В 1859 г. в известном предисловии к «Критике политической экономии» К.Маркс подчеркивал, что ни одна общественная формация не сходит с исторической арены, пока не предоставляет достаточного простора для развития производительных сил.

В ряде работ и, прежде всего, в «Манифесте» К.Маркс писал о рабочем класса как продукте распада традиционного общества, лишенном собственности и надежды на будущее. Из такой посылки неясно, каким образом этот класс найдет в себе духовные силы и разум для построения совершенного общества.

Преодоление анархии капиталистического производства К.Маркс связывал с ликвидацией закона стоимости, товарно-денежных отношений, конкуренции, рынка. В то же время в рынке он видел некий созданный историей совершенно уникальный механизм выявления количества общественно необходимого труда, воплощенного в товаре.

В одних работах К.Маркс доказывал невозможность рационального земледелия без сохранения мелких крестьянских хозяйств. В других он писал о бесперспективности этих хозяйств с точки зрения общественных потребностей, требовал национализации земли и обобществления крестьянского труда.

Противоречивость воззрений К.Маркса проявилась и в подходе к государству. С одной стороны, в них явственно просматриваются контуры знакомого нам «государственного социализма». С другой стороны, у К.Маркса немало мыслей противоположного свойства – о «свободном самоуправлении» как средстве преобразования способа производства.

Не свободно от противоречий отношение К.Маркса и Ф.Энгельса к утопическому социализму.

Начиная с 1842-1843 гг. в своих письмах они подчеркивали, что в отличие от утопистов не придумывают никаких осчастливливающих человечество систем и проектов и претендуют лишь на критическое рассмотрение данного буржуазного общества с целью выявить нарождающиеся в нем силы, способные, во-первых, ликвидировать присущие капитализму антагонизмы и, во-вторых, качественно преобразовать антигуманное общество на основе им же самим создаваемых экономических, общественных и культурных предпосылок 1 .

Отмежевываясь от утопического социализма, авторы «Манифеста» тем не менее сами отдали дань казарменным представлениям о будущем. Для «наиболее передовых стран» они рекомендовали «экспроприацию земельной собственности; отмену права наследования; одинаковую обязательность труда для всех; учреждение промышленных армий, в особенности для земледелия 2 .

Противоречия марксизма сыграли определенную роль в последующей его вульгаризации ортодоксами коммунизма, которые прокламировали приверженность одним положениям этой теории и избегали вспоминать о других, не отвечающих их интересам и взглядам.

5. Ленинизм и большевизм

Радикальной версией марксизма являлся ленинизм, ставший идейной основой большевизма. Как партия и течение политической мысли большевизм возник после раскола РСДРП на большевиков во главе с В.И.Лениным (1970 – 1924) и меньшевиков во главе с Л.Мартовым (1873 – 1923).

Существенное влияние на мировоззрение В.И.Ленина оказали идеи Н.Г.Чернышевского и П.Н.Ткачева, в частности, разработанная последним концепция партии заговорщиков-революционеров, использующих захваченную ими государственную власть для продолжения народной революции и осуществления экономической диктатуры. Эти идеи в трансформированном виде и облаченные в марксистскую терминологию заняли значительное место в обосновании теоретических постулатов ленинизма.

Стержнем идеологии большевизма были идеи пролетарской революции под руководством партии «нового типа» с жесткой дисциплиной и иерархической структурой, слабого звена в цепи империализма и разновременности победы революций, диктатуры пролетариата как орудия слома буржуазной государственности и создания социалистической. Эти идеи сформулированы в таких работах, как «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов» (1894), «Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения» (1902), «Государство и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции» (1917) и др.

В работе «Империализм как высшая стадия капитализма» (1916) В.И.Ленин доказывал, что капитализм вступил в высшую и последнюю стадию своего развития – империалистическую, являющуюся кануном социалистической революции. Мировую войну он рассматривал как катализатор гибели капитализма.

В отличие от К.Маркса и Ф.Энгельса, связывавших переход к социализму с развитыми капиталистическими отношениями, В.И.Ленин рассматривал Россию как самое слабое звено в цепи империализма, в котором возможен ее прорыв, способный послужить началом мировой социалистической революции.

В работе «Государство и революция» (1917) В.И.Ленин изложил свое видение процесса становления диктатуры пролетариата и его этапов. На первом из них должен произойти «слом» буржуазной государственной машины и ее замена органами народного самоуправления – Советами. На втором – уже после осуществления социалистической революции предполагались постепенное отмирание пролетарского государства и переход к непосредственному правлению народа.

В.И.Ленин считал ошибочным усвоение молодежью только коммунистических выводов и лозунгов, призывал ее овладеть всем культурным и духовным богатством, созданным человечеством1 .

В начале 20–х годов В.И.Ленин сделал вывод о необходимости «пересмотра всей нашей точки зрения на социализм». Он инициировал переход к новой экономической политике (НЭП), предполагавшей широкое развитие кооперативной деятельности, отошел от лозунгов мировой революции, выступил за мирное сосуществование между социализмом и капитализмом, стал рассматривать «социалистическую экономику» как часть мировой, предпринял некоторые меры по созданию правового демократического государства.

Идея исторического компромисса, к которой В.И.Ленин начал приходить в конце жизни, состояла в осознании несводимости разных экономических укладов к одному единственному самому передовому и прогрессивному, способному обеспечить победу нового общественного строя. Проблема заключалась в переходе к социализму в каком-то ином, чем предусматривалось К.Марксом смысле – длительного совмещения разных укладов где капитализму отводилось бы место в процессе трансформации общества.

По мысли В.И.Ленина, достижения социализма в экономической, социальной и культурной сферах, а также проводимая им политика мирного сосуществования стимулируют процесс становления коммунистической цивилизации. В методологическом плане эта позиция базировалась на формационном подходе к истории с характерным для него упрощенным представлением об однолинейности процесса смены общественных формаций как результата взаимодействия производительных сил и производственных отношений.

В целом можно утверждать, что В.И.Ленин скорректировал К.Маркса в пролетарско-якобинском духе. С точки зрения собственно доктринальной его оппонент меньшевик Г.В.Плеханов был несомненно ближе к марксизму, шире по философскому, социологическому и историческому кругозору. Представляется верным суждение Г.В.Плеханова о В.И.Ленине, высказанное в беседе с русским мыслителем Ф.Степуном: «Как только я познакомился с ним, я сразу понял, что этот человек может оказаться для нашего дела очень опасным, так как его главный талант – невероятный дар упрощения»1 .

В большевизме существовало и неортодоксальное направление, ориентировавшееся на марксову концепцию пролетариата как потенциального носителя высшей коммунистической культуры. Проблемы формирования культурных предпосылок социалистической революции при капитализме были в центре внимания А.А.Богданова (1873 – 1928) и А.В.Луначарского (1875 – 1933). В.И.Ленин расценивал их взгляды как ревизионистские и подвергал резкой критике.

Со второй половины 20-х годов в идеологии большевизма возобладал революционный консерватизм, связанный с именем генерального секретаря ЦК ВКП(б) И.В.Сталина (1870 – 1953). Основные идеологемы и постулаты сталинизма изложены в работах «Марксизм и национальный вопрос» (1913), «Об основах ленинизма» (1924), «Национальный вопрос и ленинизм» (1929), «Марксизм и вопросы языкознания» (1950), «Экономические проблемы социализма» (1952).

Консервативное начало сталинизма выразилось в реставрации принципов бюрократического авторитаризма в управлении государством, воссоздании аристократической структуры общества – партийно-государственной номенклатуры, сакрализации власти. Политическая концепция И.В.Сталина стала идейным обоснованием для установления в СССР тоталитарного режима, осуществившего беспрецедентные в истории репрессии против собственного народа.

В связи с предпринятым И.В.Сталиным в середине 20-х годов отделением марксизма от ленинизма как его дальнейшего развития господствовавшая в СССР идеология была названа марксизмом-ленинизмом. В нее включались не только идеи К.Маркса, Ф.Энгельса и В.И.Ленина, но и имплицитно труды самого И.В.Сталина, а впоследствии и его преемников на посту генерального секретаря КПСС. Марксизму-ленинизму отводилась роль «истинного» знания, способного объяснять законы общественного развития, к числу которых были отнесены: неизбежность смены капитализма социализмом; возможность сосуществования государств с различным общественным строем в течение периода перехода человечества к коммунистической формации; возрастание роли народных масс в истории; возможность перехода народов третьего мира к социализму, минуя капитализм.

Введение советских войск в Чехословакию весной 1968 г. выявило неспособность приверженцев догматизированного марксизма-ленинизма аргументировано полемизировать с интеллектуальными кругами этой страны, пытавшимися придать гуманистический характер идеям социализма, сделать этот общественный строй привлекательным для широких слоев населения.

Революционный радикализм был характерен и для маоизма - левацкого националистического течения, доминировавшего в Китае в 40-70-х гг. ХХ века. Его адепты , утилитарно используя марксистскую фразеологию, пытались выдать маоизм за «марксизм-ленинизм современной эпохи». Основные постулаты этого течения состояли в следующем:

1) рабочий класс Запада утратил революционные качества и «обуржуазился»;

2) компартии Запада, выражающие интересы «обуржуазившегося» рабочего класса, также перестали быть революционными и «интегрировались» в капиталистическую систему;

3) вооруженное насилие и война представляют собой универсальное средство решения всех социальных проблем;

4) социалистические страны во главе с СССР заинтересованы в мирном сосуществовании с Западом и поэтому не могут быть авангардом мировой революции;

5) революционность присуща лишь народам бывших колоний, чья борьба против империализма может привести к ликвидации эксплуатации и победе социализма.

6) Китай – естественный лидер стран третьего мира в борьбе против гегемонии сверхдержав – СССР и США.

В течение нескольких десятилетий идеология маоизма была популярна в бывших колониях с преобладающим крестьянским населением. Она получила определенное распространение и в среде леворадикально настроенной молодежи стран Запада, которую привлекали ультрареволюционная риторика тогдашней китайской пропаганды, призывы к бескомпромиссной борьбе против империализма. Маоистские идеи вдохновляли многих участников студенческих волнений конца 60-х гг. в Западной Европе и Северной Америке. К настоящему времени влияние маоизма в мире является незначительным, а в Западной Европе сошло на нет.

6.Неомарксизм и еврокоммунизм

Неадекватность ряда ключевых положений и внутренняя противоречивость марксизма стимулировали попытки его модернизации. Одной из наиболее известных модификаций марксизма в ХХ веке был так называемый неомарксизм, организационно оформившийся в 30-х гг. на базе Франкфуртской школы социальных исследований.

Франкфуртская школа являлась центром притяжения приверженцев марксизма, критически относившихся к капитализму, но в то же время считавших, что идеологи ортодоксально левых партий выхолостили и вульгаризировали диалектический подход к его анализу. Основными методологическими принципами школы были приверженность марксистской диалектике, гуманизму и освобождению человека от всех форм эксплуатации; акцентирование значимости человеческого начала в социальных отношениях.

Ведущие представители неомарксизма Теодор Адорно (1903 – 1969) и Герберт Маркузе (1858 – 1979), спасаясь от гитлеровского режима, перебрались в США и поэтому считаются «немецко-американскими» философами. Они отвергали марксистские положения о классовой борьбе как способе установления диктатуры пролетариата и ленинскую идею «первенства политики над экономикой» и другими сферами общественной жизни. У К.Маркса и его предшественников наследовалось только одно – критическое отношение к буржуазному обществу, которое было перенесено на «поздний капитализм».

Новациями неомарксистов Франкфуктской школы стали два главных положения. Первое: движущей силой революции является не пролетариат, который обуржуазился и интегрировался в капитализм, а «аутсайдеры» - люмпены, безработные, преследуемые национальные и сексуальные меньшинства, радикальные слои студенчества и гуманитарной интеллигенции, нищее население «бедных» стран, противостоящее «богатым» странам. Второе положение: слабое звено буржуазного общества – не власть и государство, а система духовных ценностей – культурных, моральных, религиозных и определяемых ими семейно-брачных отношений. Единственное, что сближало старых и новых марксистов – это понимание морали: все, что способствует революции, - нравственно, что препятствует ей – аморально.

Уже в Соединенных Штатах представители Франкфуртской школы создали так называемую «критическую теорию», в которой подвергли уничтожающей критике главные элементы западной культуры – христианство, власть, семью, традиции, патриотизм, консерватизм, сексуальные ограничения и прочее. Объектом наиболее радикального отрицания явилась традиционная семья во главе с мужчиной-отцом. В ней усматривалось не просто неравенство полов, а политическое неравенство. Такая семья оценивалась как «авторитарная», представляющая собой «авторитарное государство в миниатюре», где «семейный империализм воспроизводит национальный империализм». Т.Адорно даже объявил патриархальную семью «колыбелью фашизма».

Альтернативу западной культуре неомарксисты видели в «сексуальной революции». Г.Маркузе в книге «Эрос и цивилизация» объявил «принцип получения удовольствия» главным принципом жизни. Эта идея была с энтузиазмом встречена в студенческих кампусах Европы. Г.Маркузе стал «культовой фигурой» молодежи. Во время студенческих выступлений в Париже в 1968 году развевались знамена с надписью «Маркс, Мао, Маркузе». Хотя впоследствии Г.Маркузе отказался от наиболее нигилистических положений своей концепции, они оставили заметный след в общественном сознании Запада.

Вариантом неомарксизма были и идеи Антонио Грамши (1891 – 19з7), одного из основателей Итальянской компартии. В ряде работ, особенно в основном труде «Тюремные тетради», написанном в заключении с 1929 по 1935 год, он развивал политико-философский аспект марксизма, расширяя рамки первоисточника и частично ревизуя его. Новаторской была мысль о том, что движущей силой истории является не развитие производительных сил, как утверждал К.Маркс, а конкуренция гегегемоний и культурных моделей, причем не обязательно связанных с экономикой.

Одна из главных тем политической философии А.Грамши – теория гегемонии, которая использовалась для обоснования стратегии перехода к социализму. Смысл этой теории состоял в достижении рабочим классом экономического, политического и идейно-нравственного господства в обществе путем создания «исторического блока» с другими угнетаемыми классами и слоями, внедрения в массовой сознание новой культуры, ориентированной на социалистические ценности.

Важную роль в завоевании рабочим классом господствующих позиций в обществе А.Грамши отводил интеллигенции рабочего класса, по его выражению, «органической интеллигенции». Она должна не просто творить культуру, но и посредством культуры объединять нацию вокруг доминирующего класса, формировать коллективную волю нации. Ее миссию А.Грамши видел и в том, чтобы привлечь в «исторический блок» «традиционную интеллигенцию», доставшуюся от прошлой эпохи.

Согласно теории гегемонии интеллектуальным лидером нации («коллективным интеллигентом») должна стать марксистская партия как выразитель коренных интересов рабочего класса. Именно эта партия, согласно А.Грамши, обладает монополией на истину и подобна божеству (или церкви), которой следует подчиняться.

Оригинальна и разработанная А.Грамши концепция революции как способа достижения рабочим классом полной гегемонии. Он считал, что прямое столкновение со старым режимом и государством, как это было в России в 1917 году, малоэффективно. В условиях гегемонии буржуазии рабочему классу будет трудно взять власть в результате одной, пусть даже и хорошо подготовленной, атаки на капитал. Для овладения господствующими позициями необходима «маневренная война» в политическом обществе и «позиционная война» в структурах гражданского общества, целенаправленная политико-воспитательная деятельность марксистской партии среди широких слоев населения.

В послевоенные десятилетия неомарксизм, распространившийся в значительной степени под влиянием разочарования в опыте «реального социализма», внес заметный вклад в исследование международных отношений второй половины ХХ века. В работах неомарксистов ключевым элементом международной системы (согласно их терминологии, «мир-системы») выступают отношения собственности.

Наиболее известные представители этого направления И.Валлерстайн, А.Франк, С.Амин разрабатывают проблематику экономического неравенства и зависимости в современном мире, социальной дифференциации населения, прежде всего по оси «богатый Север – бедный Юг». Расслоение мирового сообщества на три части – процветающий центр(«ядро»), архаичную периферию и полупериферию, по их мнению, служит главной причиной нестабильности в международных отношениях и источником потенциальных конфликтов. Преодоление этой системы неравенства зависит прежде всего от готовности и способности народов периферии консолидировать свои усилия для борьбы против монополий центра за социальную справедливость и перераспределение богатства. Основные идеи неомарксизма изложены в работе Иммануила Валлерстайна «Анализ мировых систем и ситуация в современном мире», опубликованной в 2001 г. в России.

Согласно концепции И.Валлерстайна, Россия представляет собой полупериферийное государство, которое, несмотря на все попытки его реформирования, не сумело войти в состав ядра «мир-системы», но избежало участи периферийных стран, ставших колониальными придатками наиболее развитых государств. По его мнению, с геополитическим положением и военной мощью России не могут не считаться другие государства.

Будущее человечества видится И.Валлерстайну в мрачных тонах. Он прогнозирует возможность прямых нападений государств маргинализированного Юга на страны на страны «богатого» Севера, захватнических войн между государствами Юга с применением ядерного оружия, нестабильность внутри ядра «мир-системы». Главной же угрозой ядру «мир-системы» И.Валлерстайн считает массовые миграции населения Юга на Север, которые приведут к разнообразным деструктивным последствиям.

Версиями неомарксизма являются «теория зависимости »(Р.Пребиш) и

теория «структурного неравенства »(Й.Галтунг). Согласно первой из них благополучие экономически развитых стран основано на эксплуатации ресурсов отсталых и неэквивалентном обмене между богатыми и бедными государствами. Теория « структурного неравенства» усматривает причины межнациональных конфликтов в неравноценном положении одних и тех же государств в различных типах международных структур (экономической, политической, военной и т.п.).

В целом неомарксизм отражал поиск марксистскими и марксистски ориентированными мыслителями «третьего пути», свободного как от буржуазности, отчуждения и манипуляций массовым сознанием, так и от тоталитаризма с присущими ему засильем бюрократии и государственной идеологии.

К неомарксизму близок еврокоммунизм – идейное течение, сформировавшееся в компартиях Западной Европы в 70-80-х годах минувшего века. Еврокоммунисты критиковали претензии КПСС на руководство коммунистическим движением и советскую модель социализма за недостаток политических свобод, стремились к реформированию идейных и политических платформ путем отказа от тезисов «классовой борьбы», «мировой революции», «диктатуры пролетариата» и т.д. Вместе с тем они декларировали свою приверженность марксизму (но не марксизму-ленинизму) и не идентифицировали себя с социал-демократией.

Основные тезисы еврокоммунизма состоят в следующем. 1) Советская модель социалистических преобразований не универсальна; компартии должны в своей деятельности учитывать специфические национальные особенности своих стран. 2) Необходимо объединение всех погрессивных сил (рабочих, крестьян, интеллигенции, студенчества, женщин, служителей церкви, представителей средних классов) во имя демократического и социалистического обновления общества, для изоляции реакционных групп и противостояния «неспособности капитализма удовлетворить общие потребности развития общества» (Леггорнское заявление итальянской и испанской коммунистических партий, июль 1975 г.). 3) Коммунистические партии должны демократизировать свои структуры и ввести внутрипартийные дискуссии. Им следует учитывать влияние изменившихся экономических отношений на структуру классов (сокращение численности традиционного рабочего класса, появление новых групп), чтобы не лишиться своего статуса и поддержки избирателей.

Еврокоммунистическое течение в мировом коммунистическом движении пользовалось значительным влиянием прежде всего в Итальянской, Испанской и некоторое время во Французской компартиях. Его наиболее известные деятели – руководители КПИ Сантъяго Каррильо (автор книги «Еврокоммунизм и государство») и ИКП Энрико Берлингуэр.

Свои теоретические истоки еврокоммунизм усматривал в трудах Антонио Грамши. Он проявился в готовности Итальянской компартии пойти на «исторический компромисс» с христианским демократами, что, возможно, позволило бы ей войти в правительство; в принятии коммунистами Испании пакта Монклоа.

Еврокоммунизм поддерживался также компартиями Нидерландов, Великобритании, Австрии, пользовался влиянием и вне Европы, в частности, в компартиях Японии и Австралии, левых партиях Венесуэлы и Мексики. На него как источник идей перестройки ссылался в своих мемуарах М.С.Горбачев. После исчезновения СССР «еврокоммунизм потерял смысл.

7.Место марксизма в истории общественной мысли.

Вышеизложенное позволяет сделать некоторые выводы о месте марксизма в истории общественной мысли.

В условиях грандиозных сдвигов в самих основах существования человечества обнаружилась узость и ограниченность формационного подхода к истории. Более широкий взгляд на процессы, происходящие в мире, может обеспечить цивилизационный подход к общественному развитию, который свободен от абсолютизации роли материально-производственной сферы в жизни общества, открыт для изучения новых явлений.

К концу ХХ века выявилась неадекватность ключевых положений марксистской теории – об освободительной миссии рабочего класса, неизбежности революционного свержения буржуазии и установления диктатуры пролетариата. Эти положения марксизма отталкивались от реалий Х1Х века, а сам марксизм был идеологией традиционного рабочего класса – предшественника совокупного работника эпохи нтр.

В теории К.Маркса есть ряд тезисов, которые ни логически, ни исторически либо не доказаны, либо доказываются с помощью аргументации, которая сама нуждается в доказательствах. Например, тезисы о возможности преодоления частной собственности, денег, государства и политики как сферы деятельности, прогноз о переходе к коммунизму и бесклассовому обществу.

К.Маркс смутно представлял себе, кому будут принадлежать фабрики, заводы, орудия материального производства, кто будет реально распоряжаться ими. В этих вопросах у него имеются суждения общего характера о совместном владении ими то ли со стороны всего общества, то ли со стороны трудовых коллективов («ассоциированных производителей»).

Противоречащими действительности оказались положения марксизма о прогрессе как движении к «прозрачности» и перманентном упрощении социальных связей. Суть исторического процесса состоит как раз в противоположном – в развитии общественных отношений от простейших ко все более сложным.

В свете накопленного опыта некоторые идеи марксизма представляются перспективными и эвристически ценными. Это – прогнозы о преодолении в будущем порабощающего человека разделения труда, противоположности умственного и физического труда; о превращении труда из средства для жизни в первую жизненную потребность, а науки – в производительную силу общества; о свободном развитии каждого человека как условии свободного развития общества в целом.

Заслуживают внимания неоднократные высказывания К.Маркса о необходимости критического отношения к созданной им теории и постоянного ее переосмысления с учетом новых реалий. Такого рода высказывания не пользуются популярностью у ортодоксов коммунизма, отторгаются механизмом «закрытого сознания».

Таким образом, марксизм – закономерная ступень познания социальной действительности, порожденная определенными условиями и интересами. В теоретическом наследии К.Маркса можно обнаружить идеи, которые были ошибочными уже на момент их создания; идеи. которые отражали современные К.Марксу реалии и были ограничены историческим временем; наконец. идеи, которые сохраняют свою силу поныне и будут актуальны в будущем. Практическое воплощение ряда марксистских идей вело к чудовищным социальным последствиям.

В целом, несмотря на упрощенность экономикоцентричного видения исторического процесса, утопичность ряда положений марксизм является одной из наиболее фундаментальных идейных систем. Вклад К.Маркса в науку об обществе отмечался таким выдающимся мыслителем, как М.Вебер. известными учеными Р.Миллсом, Дж.Гэлбрейтом и др. Многие западные интеллектуалы считают его великим философом, социологом и экономистом, к мыслям которого следует обращаться и сегодня.

В настоящее время коммунизм как идеология и политическая практика переживает кризис: ряд компартий Западной Европы ищут новые идейные принципы и наименования, многие компартии на территории СНГ и Восточной Европы прекратили существование или преобразовались в другие партии, резко сократилась численность коммунистов и оказываемая им поддержка со стороны избирателей. Компартии являются правящими лишь в Китае, КНДР и на Кубе.

В России исповедование коммунизма в ортодоксально-большевистском (даже сталинском) варианте характерно для малочисленных и маргинальных коммунистических партий. Компартия, пользующаяся наибольшей поддержкой, - КПРФ в своей программе эклектически соединяет элементы марксизма и ленинизма со сталинизмом, национализмом, православием, «русской идеей», евразийством. Признание уникальности исторического пути России, якобы изначально ориентированного на социализм, приводит к отрицанию сформулированных К.Марксом закономерностей социального развития, что по существу является националистической ревизией марксизма. По своим идейным установкам КПРФ смыкается с современным отечественным консерватизмом.

Курс КПРФ на синтез марксизма, ленинизма и «русской идеи» вызревал еще в недрах «русской партии» в КПСС и был основным содержанием коммунистического «неославянофильства» 1970 - 1980-х годов. Возможность такого синтеза обусловлена наличием точек соприкосновения между социалистическим и консервативным мировоззрениями. Как отмечал К.Мангейм, «пролетарская мысль во многих пунктах родственна мысли консервативной и реакционной, поскольку, исходя из совершенно отличных основных целей, оказывается вместе с консервативной мыслью в оппозиции к целям капиталистического мира буржуазии и абстрактности ее мышления»1 .

Еще в Х1Х веке для отечественных социалистов и консерваторов были характерны идеализация общинных форм социальной жизни, неприятие либерально-буржуазной цивилизации, вера в мессианскую роль русского народа. Историческое призвание России виделось однако по-разному: через утверждение в мире религиозно-нравственных ценностей (славянофилы), путем преобразующего воздействия грядущей русской революции (А.И.Герцен, М.А.Бакунин и др.).

Наряду с ориентацией на возврат к традиционным ценностям идеологи КПРФ активно разрабатывают проблемы многообразия форм собственности, политического плюрализма, социального партнерства (особенно с представителями национально ориентированного капитала) и т.д. Хотя нет оснований утверждать о переходе КПРФ на идейно-политическую платформу социал-демократии, очевидно ее стремление учитывать современные реалии и тенденции мирового развития.

В настоящее время КПРФ фактически стала частью российского политического истэблишмента. Действуя в стиле «конструктивной оппозиции», она стремится к консервации существующей ситуации с закреплением за собой места одной из ведущих политических сил страны.

Электорат партий левого толка – преимущественно пожилые, малообразованные люди, уязвимые в условиях рыночной экономики. В психологическом плане для него характерны уравнительно-распределительная ментальность, приверженность конфронтационной политической культуре, ожидания патернализма со стороны власти. Стабильность электоральной базы российского коммунистического движения свидетельствует о глубокой укоренённости в сознании значительной части граждан консервативной культурной традиции, являющейся тормозом для модернизации страны и ее перехода к постиндустриальному (информационному) обществу.

Контрольные вопросы

1. Назовите и охарактеризуйте основные теоретические источники марксизма.

2. Раскройте содержание формационного подхода к историческому процессу и сопоставьте его с подходом цивилизационным.

3. Выдержала ли испытание временем концепция всемирно-исторической миссии рабочего класса и революции как радикального способа ликвидации социального гнета. Аргументируйте свой ответ.

4. В чем проявился утопизм марксистских представлений о коммунистическом обществе?

5. Почему идея социализма оказалась привлекательной для отсталых стран и в чем сущность ее вульгаризации на российской почве?

6. Раскройте содержание основных противоречий марксистской теории?

7. Охарактеризуйте ленинизм как радикальную версию марксизма и причины ее возникновения.

8. В чем сущность политической концепции И.В.Сталина как идеологического обоснования тоталитаризма?

9. В чем проявился революционный радикализм маоизма?

10. Какими причинами было вызвано появление неомарксизма. Изложите основные идеи его ведущих представителей.

11. Когда сформировался еврокоммунизм? Изложите его основные положения.

12. Соотнесите положения марксизма с идеологией и политикой КПРФ.

13. Какое место занимает марксизм в истории общественной мысли? Изложите ваше видение этой проблемы.

Рекомендуемая литература

Маркс К., Энгельс Ф.Манифест Коммунистической партии.- Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Изд.2. Т.4.

Маркс К. Критика Готской программы.- Маркс К., Энгельс Ф.Сочинения. Т.19.

Ленин В.И. Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения. - Полн. собр. соч. Т.6.

Ленин В.И. Государство и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции.- Полн. собр. соч. Т.33.

Ленин В.И. Пролетарская революция и ренегат Каутский.- Полн. собр. соч. Т.37.

Ленин В.И. Детская болезнь «левизны» в коммунизме - Полн. собр. соч. Т.41.

Плеханов Г.В. Социализм и политическая борьба / Избранные философские произведения. В 5 тт. М.: Соцэгиз. 1956. Т.1.

Плеханов Г.В. К вопросу о развитии монистического взгляда на историю / Избранные философские произведения. В 5 тт. М.: Соцэгиз. 1956. Т.1.

Плеханов Г.В. К вопросу о роли личности в истории/Избранные философские произведения. В 5 тт. М.: Соцэгиз. 1956. Т.2.

Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М.: Наука. 1990.

Бухарин Н.И. Избранные произведения. М., 1988.

Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире /Пер. с англ. СПб.: Университетская книга .2001.

Валлерстайн И. После либерализма / Пер. с англ. М.: Едиториал УРСС. 2003.

Грамши А. Избранные произведения: Пер. с итал. М.: Политиздат. 1980.

Маркузе Г.Эрос и цивилизация, Пер. с англ. М.: РОССПЭН. 2004.

Маркузе Г. Одномерный человек. Исследование идеологии развитого индустриального общества (Пер. с англ.). М.: «Издательство АСТ»2003.

Зотов В.Д. Мао Цзедун как идеолог: марксизм и маоизм //оциально-гуманитарные знания. 2007. №4.

Люкс Л. Большевизм, фашизм, национал-социализм родственные феномены? //Вопросы философии. 1998. №7.

Марксизм и современность (Материалы «круглого стола» // Социально-гуманитарные знания. 2002. №1.

Ойзерман Т.И. Марксизм и утопизм. М.: Прогресс – Традиция. 2003.

Ойзерман Т.И. Оправдание ревизионизма. М.: Канон + РООИ. 2005.

Обсуждение книги Т.И.Ойзермана «Оправдание ревизионизма» //Вопросы философии. 2006. №7.

Пантин И.К. Ленин – большевизм – русская революция (размышления в связи с одной книгой) // Вопросы философии. 2005. №4.

Пастухов В.Б. Русский неомарксизм//Общественные науки и современность. 2004. №4

Пыжиков А.В. Ленинизм и сталинизм: идеологические разночтения//Вопросы философии. 2001. №6.

Теория и практика марксизма: история, современность, перспективы. М.: Ин-т философии РАН. 2002.

Шахназаров Г.Х. С вождями и без них. М.: Вагриус, 2001.

Утопический социализм: Хрестоматия/ Общ. ред. А.И.Володина. М.: Политиздат. 1982.

Яковлев А.Н. Горькая чаша. Большевизм и Реформация России. Ярославль: Верх.-Волж. Кн. Изд-во. 1994.

У11. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ

В течение более чем столетия одной из наиболее эффективных и жизнеспособных идеологий является социал-демократизм. Он зародился в последней трети Х1Х столетия внутри марксизма, но с течением времени обрел центристскую ориентацию.

Неортодоксальность и пластичность положений позволили социал-демократической идеологии трансформироваться в соответствии с происходившими в мире переменами и интегрировать многие достижения политической мысли разных направлений (в том числе марксизма и либерализма).

В настоящее время идеология социал-демократии выражает интересы широких слоев западного общества – рабочих, интеллигенции предпринимателей. Это обстоятельство во многом объясняет интерес к ней во всем мире, включая Россию, где формируются партии социал-демократической ориентации. Знание основных принципов и эволюции социал-демократической идеологии является важным фактором подготовки высокоэрудированных специалистов.

1.Теоретические предпосылки социал-демократической доктрины

Политическая идеология социал-демократии – продукт длительной эволюции. Кроме марксизма существенную роль в ее возникновении сыграли и другие концепции социализма Х1Х – начала ХХ веков, прежде всего кооперативный социализм, гильдейский социализм, фабианский социализм, государственный социализм, христианский социализм и катедер-социализм1 . Рассмотрим основные идеи этих концепций.

Кооперативный социализм своими корнями восходит к коммунистическим утопиям рубежа ХУ111-Х1Х веков. Кооперативное движение зародилось прежде всего в Англии и в значительной степени являлось реакцией беднейших слоев населения на эксплуатацию со стороны крупного торгового капитала.

Поэтому первоначально внимание теоретиков кооперативного социализма было направлено исключительно на сферу потребления. Они считали, что основой создания кооперативных обществ и предприятий является общность членов кооператива как потребителей. Эта общность интересов и должна в конечном счете привести к содружеству широких слоев населения не только в сфере обмена, но и производства.

Основоположником кооперативного социализма был английский экономист Уильям Кинг (1786 – 1865), который увидел в возникающих кооперативных обществах и предприятиях средство изменения общества. У.Кинг и его единомышленники считали, что на смену капитализму с его классовыми антагонизмами должно придти общество, основывающееся на гармонии интересов и сотрудничестве трудящихся. По их мнению, социальная справедливость может быть достигнута благодаря развитию кооперативного движения и постепенному превращению собственности его участников в преобладающую. В результате исчезнут наемный труд и капиталистическая эксплуатация, а кооператоры будут работать на себя.

У. Кинг ориентировался прежде всего на английский рабочий класс. Он полагал, что сами рабочие создадут кооперативные общества. которые затем смогут накопить необходимый капитал для приобретения средств производства. Исходным пунктом образования общественных фондов, по мнению В.Кинга, могли стать кооперативные лавки, где члены кооперативов приобретали бы себе предметы потребления. В.Кинг и другие теоретики кооперативного социализма считали, что их цели достижимы без политической борьбы, в процессе постепенной эволюции существующих общественных отношений.

Идеи кооперативного социализма имели немало сторонников и в других странах, особенно во Франции. Именно в этой стране еще под влиянием идей социалистов-утопистов начала Х1Х века А.Сен-Симона и Ш.Фурье развивалась производственная кооперация.

Наиболее известным французским теоретиком кооперативного социализма был Луи Блан (1811 - 1882), предлагавший преобразовать капиталистический строй в социалистический с помощью производственных мастерских. Он считал, что по мере накопления капитала мастерские станут преобладающими во всех отраслях производства, между ними установятся отношения солидарности и сотрудничества. В конечном счете вся промышленность станет кооперативной и появится возможность преодолеть безработицу.

К.Маркс и Ф.Энгельс с их акцентом на революционном преобразовании общества оценивали планы теоретиков кооперации как утопические и фантастические. Однако кооперативное движение дало ощутимые практические результаты и сегодня остается важным фактором экономической жизни многих стран мира.

В межвоенный и послевоенный периоды идеи кооперативного социализма развивались в Бельгийской социалистической партии, Лейбористской партии Великобритании, Партии труда Израиля.

В Англии зародилось и другое, близкое к кооперативному социализму, течение социалистической мысли – гильдейский социализм . Он возник в первой половине 20-х годов ХХ века в недрах организованного рабочего движения. Наиболее крупным теоретиком гильдейского социализма является Дж.Коул.

Теоретическими источниками гильдейского социализма были различные социалистические концепции, включая марксизм. Но в политическом плане сторонники гильдейского социализма были противниками марксистского направления в рабочем движении.

Само название «гильдейский социализм» свидетельствует о том, что свой общественный идеал создатели этой социалистической теории видели в средневековых гильдиях, объединявших ремесленников-производителей. По их мнению, гильдии способны контролировать и регулировать производство, вернуть трудящимся возможность участвовать в управлении производством, преодолеть их отчуждение от труда и его результатов. Предполагалось, что деятельность гильдий будет строиться на демократических основах (выборность снизу доверху всех функционеров, осуществление общественного контроля за их деятельностью).

Гильдейский социализм изначально был неоднородным течением. Некоторые его идеологи были склонны немедленно отказаться от крупной промышленности в пользу возврата к простому ремесленному производству как наиболее подходящему для гильдейской организации. Большинство же сторонников этой теории считали крупное машинное производство данностью, но полагало, что благодаря утверждению гильдейского социализма машины будут постепенно изъяты как не обеспечивающие индивидуальные потребности людей и произойдет возврат к ремесленному производству.

Гильдейская организация общества предусматривала его условное разделение на две большие группы – производителей и потребителей. Верховным органом всех производителей должен стать Национальный совет гильдий, а интересы граждан должно представлять государство. Последнее рассматривалось приверженцами гильдейского социализма как номинальный владелец средств производства, поскольку реальные экономические права будут переданы гильдиям.

Предполагалось, что в случае возникновения конфликта между гильдиями и обществом миссию посредника в целом возьмет на себя государство, которое через суд, опираясь на общественное мнение, будет стремиться к решению проблемы. Предусматривался и особый орган для разрешения наиболее острых ситуаций, в котором должны быть представлены как производители, так и потребители.

Ранний гильдейский социализм выступал за постепенную национализацию средств производства, которая не вызвала бы экономический хаос. Решающая роль в трансформации капиталистических отношений отводилась профсоюзам (в Англии – тред-юнионам). Сторонники гильдейского социализма считали, что через привлечение в профсоюзы наиболее способных и активных рабочих к управлению производством можно оттеснить капиталистов от хозяйственного управления и вынудить их самих отказаться от прав на собственность. При этом предусматривалась полная компенсация стоимости предприятий их бывшим владельцам, которая могла быть осуществлена как через участие в прибылях, так и в форме единовременной выплаты.

Теоретики гильдейского социализма свою главную задачу видели не только в защите материальных интересов рабочего класса, а шире – в преодолении бесправия человека на капиталистическом предприятии, его отчуждения от процесса и результатов труда. Этого, по их мнению. можно было бы добиться путем ликвидации статуса наемности труда, превращения рабочих в хозяев производства, участвующих в управлении предприятиями. Преобразование капитализма мыслилось через создание системы промышленной демократии на производстве и самоуправления во всех сферах жизни общества.

Положения гильдейского социализма об «экономической демократии», «рабочем контроле», «самоуправленческом социализме» стали элементами социал-демократической идеологии. Некоторые идеи гильдейского социализма могут быть использованы и при решении проблем модернизации российского общества.

Особое место в становлении социал-демократической теории и практики занимал фабианский социализм. Это – комплекс концепций, разработанных социалистически настроенной интеллигенцией Великобритании, основавшей в январе 1884 г. Фабианскоеобщество. Свое название оно получило от имени древнеримского полководца Фабия Максима, известного своей медлительностью и уклонением от решительных боев в войне с Ганнибалом.

Среди учредителей и членов Фабианского общества были драматург Бернард Шоу, писатель-фантаст Герберт Уэллс, супруги Сидней и Беатрисса Вебб. Общество приняло активное участие в создании Лейбористской партии Великобритании.

Фабианцы выступали за постепенную замену капиталистического общества социалистическим путем реформ в сфере распределения и обмена. Важнейшим инструментом этих реформ они считали государство, которое, по их мнению, должно выражать интересы беднейших слоев и активно вторгаться в экономические процессы с целью сглаживания имущественного неравенства, ликвидации или хотя бы сокращения безработицы. Подобные меры рассматривались ими как социалистические.

Прообраз будущей коллективистской организации фабианцы видели в потребительской кооперации. Во взглядах членов Фабианского общества впервые обозначились такие основные идеи муниципального социализма, как развитие социальной сферы в городах, обобществление коммунального хозяйства, расширение прав местного самоуправления.

Фабианцы выступали за изменение форм функционирования частной собственности путем создания акционерных обществ и частичной национализации. Предполагалось, что благодаря этим мерам частная собственность трансформируется в социалистическую.

Еще на рубеже Х1Х-ХХ веков фабианцами была обоснована необходимость вмешательства государства в отношения между трудом и капиталом, регулирования уровня зарплаты, выделения кредитов фермерам. Они предлагали поставить под государственный контроль монополии, транспорт, инфраструктуру в целом.

Фабианское общество существует и сегодня, оказывая влияние на формирование идеологии и политики Лейбористской партии Великобритании, у истоков которой стояло и коллективным членом которого является.

Создателем концепции «государственного социализма» был прусский экономист Карл Робертус (1805 – 1875). Он не пользовался этим термином, но уповал на «идеальное государство» как главное средство социальных преобразований. По его мнению, используя «государственные законы», следует постепенно отобрать у имущих классов собственность на землю и капитал и передать ее в руки государства. Государство должно взять на себя функцию регулирования экономики, заменить законы буржуазного общества «свободными, нравственными и жизненными законами».

Сходной позиции придерживался один из предшественников социал-демократии Фердинанд Лассаль. В отличие от К.Робертуса, который после 1848 г. не участвовал в политической жизни, Ф.Лассаль был тесно связан с немецким рабочим движением и внес реальный вклад в его организацию.

Основным элементом социально-экономических воззрений Ф.Лассаля была идея «неурезанного трудового дохода». Он полагал, что распространение при помощи государства кооперативных принципов организации производства могло бы привести к созданию ассоциаций, которые открыли бы путь к социализму. Новый общественный строй, согласно Ф.Лассалю, и должен был обеспечить «неурезанный трудовой доход».

Особое место в лассальянских планах социального переустройства отводилось «государственной помощи». Согласно его представлениям, идеальное «государство будущего» должно обеспечить расцвет человеческих качеств и обеспечить прогрессивное развитие народов. Путь к такому государству виделся во введении всеобщего избирательного права, обеспечении рабочего большинства в парламенте, которое превратило бы государство в «большую ассоциацию бедных классов».

Определенный вклад в формир