Кража и её виды в уголовном праве России

Содержание: Введение ..3 Глава 1. Понятие и признаки кражи ….7 1.1 Понятие кражи. Юридический анализ ч.1 ст.158 УК РФ….….7

Содержание:

Введение……………………………………………………………………..3
Глава 1. Понятие и признаки кражи……………………………………….7

1.1 Понятие кражи. Юридический анализ ч.1 ст.158 УК РФ….….7

1.2 Объективные признаки кражи…………………………………10

1.3 Субъективные признаки кражи……………………...…………17

Глава 2. Проблемы квалификации и наказуемости кражи…………...….26

2.1 Отграничение кражи от смежных составов преступлений..…26

2.2 Анализ наказуемости краж…………………………….……….35

Заключение…………………………………………………………..……..39

Список использованной литературы…….………………………………..42

Введение

Конституция РФ провозглашает, что в Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности и гарантирует их неприкосновенность. Во исполнение данных положений, уголовным законодательством РФ устанавливается ответственность за совершение хищений.

Кража является одним из самых массовых преступлений. Ежедневно совершаются тысячи хищений. И дело не только в состоянии экономики и социальной сферы общества. Необходимо иметь не только идеальный уголовный закон, но и отточенный механизм привлечения к ответственности за хищения.

Казалось бы, какие недочеты и пробелы могут быть в законодательном регулировании кражи, ведь институт хищений и понятие кражи сформулированы уже десятки лет назад?!

В том то и дело, что с каждым годом, с увеличением разнообразия хищений возрастает и количество вопросов и проблем на практике: Могут ли быть предметом кражи недвижимые вещи? Можно ли одну и туже кражу (частично оконченную) одновременно квалифицировать как покушение на преступление и преступление?

Сохраняют актуальность и вопросы, ответы, на которые даются фактически в каждом Постановлении пленума ВС РФ по вопросам применения судами законодательства о хищениях: Может ли быть объектом кражи собственное имущество? Что следует считать моментом окончания преступления? Какие критерии отграничивают кражу и грабеж, кражу и разбой, кражу и самоуправство? и др.

В конце 2002 года в ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации[1] были внесены изменения и дополнения[2] , целью которых было разрешить ряд проблемных вопросов на практике и в теории. Данные изменения, безусловно, заслуживают детальнейшего исследования.

Вслед за внесением законодателем изменений, пленум Верховного суда РФ выпустил Постановление от 27.12.2002 №29[3] . В нем не только были отражены изменения затронувшие статьи о хищениях, но и заменено ранее действующее Постановление пленума ВС от 22.03.66 №31 применявшегося на практике без малого сорок лет.

Решены ли с внесением изменений и дополнений накопившиеся проблемы? Ответ на этот вопрос мы сможем дать только после рассмотрения института хищений в целом и кражи в частности.

Детального анализа требуют квалифицированные и особоквалифицированные признаки кражи. Тем более что Пленум ВС РФ сформулировал соотношение пересекающихся признаков (ч.3 ст158 и п.4 ч.4. ст.158 УК РФ).

Спорным с точки зрения Конституции РФ[4] является, и позиция законодателя в части действия норм о крупном размере хищения. И не смотря на то, что Конституционный суд РФ поставил «точку в споре» еще в 2001 году, официальная позиция Конституционного суда РФ с точки зрения общих норм уголовного права и Конституции РФ является спорной.

Итак, на наш взгляд, в настоящее время, актуальность исследования уголовной ответственности за кражу подтверждается нижеследующим обстоятельствами:

Во-первых, необходимость анализа изменений и дополнений произведенных законодателем в ст.158 УК РФ и примечаниях к ней.

Во-вторых, необходимостью рассмотрения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", а также систематизации ранее принятых Постановлений, выявлении значимых положений.

В-третьих, выявлением современной проблематики и пробелов в законодательном установлении пределов уголовной ответственности за кражу.

Цель данной выпускной квалификационной работы – исследовать уголовную ответственность за кражу по законодательству Российской Федерации.

Исходя из поставленной цели мы ставим перед собой следующие задачи:

· дать общую характеристику хищений чужого имущества, в том числе понятие и признаки хищения чужого имущества;

· выделить формы и виды хищений чужого имущества;

· провести юридический анализ состава кражи, в том числе выделить объективные и субъективные признаки кражи;

· проанализировать квалифицированные и особоквалифицированные виды кражи;

· исследовать проблемы квалификации и наказуемости кражи, в частности рассмотреть отграничение кражи от смежных составов преступлений и анализ наказуемости краж.

В заключение работы подвести итоги проделанному исследованию.

В рамках работы будут проанализированы нормы уголовного закона о хищениях, все действующие Постановления пленума ВС РФ (РСФСР), которых, по вопросам хищений, к настоящему времени, накопилось весьма немало.

В работе будут использованы комментарии к уголовному закону (А.В Наумова, В.М. Лебедева и др.), монографии ведущих специалистов в области исследования уголовной ответственности за хищения, и в частности кражу (А.И. Бойцова, Г.Н. Борзенкова, В.А. Владимирова и др.), а также периодика по рассматриваемой проблематике (С.Кочои, В.Вырастайкин и др.).

Данная работа может иметь практическую ценность на практике при квалификации хищений, отграничении кражи от иных видов хищений.

Глава 1. Понятие и признаки кражи

1.1 Понятие кражи. Юридический анализ ч.1 ст.158 УК РФ

Определение дефиниции «кража» как «тайного похищения чужого движимого имущества» - известно еще русскому дореволюционному уголовному праву.

Как отмечал известный дореволюционный ученый-юрист В.И. Сергеевич кража - тайное заведомо противозаконное изъятие чужой вещи из хранилища другого лица с намерением присвоить ее себе, известна нашим древним памятникам под именем татьбы[5] . Действительно «кража» - одно из самых древних преступлений и составов преступлений, получивших закрепление в нормах права.

Татьба" как правовой термин широко употреблялся до середины 19 века и окончательно уступил место "краже" ко времени первой кодификации российского уголовного законодательства (т. 15 Свода законов Российской империи 1832 г.)[6] .

По Уголовному уложению (изд.1885г.) под татьбой и кражей (X, 222) понимается тайное похищение чужого имущества.

Цена похищенного, как и в древнейшем нашем праве, не имеет значения при оценке последствий татьбы.

Уложение знало: 1) обыкновенную татьбу, за которую полагается (за первую) потеря левого уха, кнут, тюремное заключение на два года, а затем ссылка в украйные города в какой чин пригодится (XXI, 9); 2) квалифицированную, за которую налагается более тяжкое наказание, и, наконец, 3) несколько таких видов татьбы, которые или вовсе не наказываются, или наказываются легче, чем обыкновенные.

К квалифицированной татьбе относилась церковная кража, за которую полагается смертная казнь (XXI, 14), и "ража лошади на службе, которая карается отсечением руки (VII, 29). Последнее постановление взято из градских законов (XXXIX, 53).

К ненаказуемой татьбе относится кража из сада - яблок и деревьев; эти действия ведут только к вознаграждению убытков (X, 221).

К кражам, наказуемым легче, относится: 1) кража во дворе царского величества (III, 9); 2) кража овощей из огорода (X, 211); 3) кража с поля хлеба или сена (XXI, 89) и 4) рыбы из пруда или садка (XXI, 90). Первая и третья кражи ведут к наказанию кнутом, четвертая - батогами, о второй сказано: "за кражу учинити наказание, смотря по делу"[7] .

Итак, в дореволюционные ученые-юристы и уголовный закон понимали под кражей тайное похищение чужого движимого имущества[8] , различаются квалифицированные виды кражи.

В период советского государства и права кража также определялась как "тайное похищение имущества, находящегося в обладании, пользовании или ведении другого лица или учреждения". Попытка ревизии такого определения была предпринята лишь однажды. В Указе Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. "Об усилении охраны личной собственности граждан" кража определялась как "тайное или открытое похищение личного имущества граждан", поглотив таким образом и грабеж без насилия. Данное противоречивое определение кражи подействовало 13 лет и закон вновь вернулся к традиционному пониманию кражи как тайного похищения (ст. 89 и 144 УК 1960 г.). При этом допускалась двойственность терминологии. Если в тексте ст. 89 и 144 УК говорилось о "тайном похищении", то в заголовке ст. 89 употреблялось выражение "хищение... путем кражи". Противопоставление понятий "хищение" и "похищение" не имело под собой достаточного основания с точки зрения как языковых норм, так и юридической. С постепенным распространением понятия "хищение" на преступления против личной собственности такая двойственность стала особенно нетерпимой. Уголовный кодекс 1996 г. впервые в законодательном определении кражи употребил слова "тайное хищение". Новая формулировка положила конец терминологической путанице, равно как и попыткам противопоставления понятий "хищение" и "похищение"[9] .

Обратимся к современному определению. Уголовный кодекс РФ (ч.1 ст.158 УК РФ) определяет кражу как "тайное хищение чужого имущества". Более расширенное определение кражи можно найти в п.2 постановления пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 г. №29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", где закреплено: как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них.

Из легального определения кражи можно сделать следующие выводы. Во-первых, кража является формой хищения, следовательно, ей присущи все признаки хищения, рассмотренные нами в первой главе. Во-вторых, ключевым признаком кражи как формы хищения является тайный способ совершения преступления. В противовес тайному хищению - открытым хищением чужого имущества является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет (ст.161 УК РФ).

Обратимся к признакам кражи.

1.2 Объективные признаки кражи

Объективными признаками кражи являются: совершение деяния (изъятие и обращение); противоправность и безвозмездность такого деяния; тайность деяния; чужое имущество; наступление неблагоприятных последствий для собственника имущества.

Объективная сторона кражи – совершение деяния – тайного изъятия и обращения виновным чужого имущества в свою пользу или в пользу других лиц.

Деяние как объективный признак кражи выражается активных действиях (в изъятии и обращении чужого имущества в пользу виновного или других лиц). При этом такое изъятие является противоправным и безвозмездным. При краже указанное изъятие и обращение, составляющие в сочетании переход имущества в обладание виновного, осуществляются против или помимо воли собственника или иного владельца. Этим кража отличается, в частности, от присвоения и растраты, при совершении которых лишь обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц осуществляется против или помимо воли собственника или иного владельца, тогда как изъятие происходит по воле последних и состоит в добровольной передаче ими имущества во владение виновного.

Как уже отмечалось, кража – хищение совершаемое тайно. Именно «тайность» кражи и является базисным признаком отграничения кражи от иных видов хищения.

В науке уголовного права выделяются объективный и субъективный критерии тайного и открытого способов хищения. Применительно к объективной стороне преступления данный критерий характеризуется обстоятельствами, внешними по отношению к виновному, - хищение осуществляется[10] :

· при отсутствии на месте совершения преступления каких-либо потенциальных свидетелей, посторонних лиц;

· в отсутствие на месте совершения преступления посторонних;

· в присутствии на месте совершения преступления посторонних, однако они не наблюдают факт хищения;

· в присутствии на месте совершения преступления посторонних, однако они не расценивают происходящее как хищение или не осознают его;

· факт совершения хищения наблюдается посторонними людьми, однако виновный этого не знает.

Верховный суд РФ неоднократно обращал внимание судов на недопущение ошибок, связанных с неправильным толкованием понятий тайного и открытого хищений чужого имущества. Как пояснил пленум ВС РФ в своем постановлении от 27 декабря 2002 г. №29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" (п.п.2-4) как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. При этом необходимо учитывать, что в том случае если присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо не сознает противоправность этих действий либо является близким родственником виновного, который рассчитывает в связи с этим на то, что в ходе изъятия имущества он не встретит противодействия со стороны указанного лица, содеянное следует квалифицировать как кражу чужого имущества.

Если же указанные выше лица принимали меры к пресечению хищения чужого имущества (например, требовали прекратить эти противоправные действия), то ответственность виновного за содеянное наступает по статье 161 УК РФ. Приведем показательный пример из практики: «Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала тайным, а не открытым хищением чужого имущества действия З., который, придя со своей знакомой М. в квартиру Л. для распития спиртного и оставшись там ночевать, предложил М. совершить кражу магнитолы, принадлежащей матери Л. После отказа М. в ее присутствии и в одиночку совершил эту кражу, осознавая, что М. для него близкий человек, и будучи уверен в сохранении тайны хищения и невоспрепятствовании хищению с ее стороны»[11] .

В юридической литературе констатируется, что объективный критерий тайны хищения должен совпадать с моментом совершения деяния. Проиллюстрируем сказанное примером: «Жительница небольшого поселка П., проходя по улице, заметила на крыльце одного из соседних домов К., известного пьяницу и нечистого на руку человека. Ей показалось подозрительным поведение К. Она спросила К., что он делает на чужом крыльце, на что последний в грубой форме ответил, что это ее не касается, и потребовал, чтобы П. шла своей дорогой. Через некоторое время П., находясь у себя дома, в окно увидела К., который шел по улице с большим свертком на плече. Вечером обнаружилась у соседей пропажа домашних вещей. П. сообщила о виденном ею и о своих подозрениях в милицию. При обыске у К. были найдены похищенные вещи, и он признался в хищении. Следственные органы квалифицировали действия К. как открытое хищение чужого имущества (грабеж), поскольку П. видела виновного, когда он готовился проникнуть в чужое жилище и когда нес похищенное. Однако суд не согласился с такой квалификацией и расценил действия К. как кражу, поскольку сам момент непосредственного изъятия имущества никто не видел»[12] .

Не является тайным хищением – хищение, когда его совершение замечено потерпевшим, но последний не успевает заметить, например, лица субъекта преступления. В юридической литературе уже закрепилось понятие «рывок», когда преступление совершается так быстро, что жертва не успевает своевременно осознать происходящее и соответственно среагировать[13] , например, у потерпевшего вырывает сумку проезжавший мимо велосипедист.

Базисным признаком объективной стороны кражи – является ненасильственный характер посягательства. Данный признак специально не выделяется ни в ст.158 УК РФ, ни в полномочных разъяснениях ВС РФ, между тем, систематический анализ ст.ст.158, 161, 162 УК РФ позволяет сделать вывод, что именно ненасильственный характер – является легальным критерием кражи от иных форм хищения, в частности, разбоя.

В том случае если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, , продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, и прибегает к насилию, содеянное следует квалифицировать как грабеж или как разбой (п.4 Постановления пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое").

Таким образом, в тех случаях, когда изъятие имущества сопровождалось насилием либо насилие предшествовало тайному изъятию, либо тайное изъятие переросло в насилие содеянное не может квалифицироваться как кража, а является грабежом (ст.161 УК РФ) или разбоем (ст.162 УК РФ) – в зависимости от степени причинения вреда жизни и здоровью.

Заметим, что в постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. "О судебной практике по делам о грабеже и разбое" (Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. данное постановление признано утратившим силу) было закреплено: «Введение в организм потерпевшего опасных для жизни веществ с целью приведения его таким способом в беспомощное состояние и завладение государственным, общественным или личным имуществом должно квалифицироваться как разбой. В случае, если с той же целью в организм потерпевшего введены вещества, не представляющие опасности для его жизни и здоровья, содеянное надлежит квалифицировать в зависимости от последствий как грабеж, соединенный с насилием, либо покушение на это преступление»[14] . На наш взгляд в описанной ситуации, должна быть также оценены условия «введения веществ» в организм, поскольку насильственное введение даже безвредных веществ уже является, в определенной мере, проявление насилия.

Объектом кражи – является чужое имущество, содержание данного признака мы подробно рассмотрели в предыдущей главе.

Последствие в качестве объективного признака кражи состоит в причинении ущерба собственнику или иному владельцу имущества в момент окончания хищения.

Как справедливо отмечают эксперты, ущербом признается лишь положительный материальный ущерб в размере стоимости имущества, изъятого и обращенного в пользу виновного или других лиц. В размер ущерба не включаются иные убытки, определенные в ч. 2 ст. 15 ГК РФ[15] .

Последствием кражи, предусмотренной ч.1 ст.158 УК РФ, является ущерб на сумму, превышающую один минимальный размер оплаты труда. Этот ущерб не должен быть значительным для гражданина, поскольку при причинении такого ущерба ответственность наступает по п."в" ч.2 ст.158 УК РФ. Причем в любом случае сумма ущерба не должна превышать 250 тысяч и тем более одного миллиона рублей, ибо в таких случаях кража квалифицируется соответственно по ч. 3 или п. "б" ч. 4 ст. 158 УК РФ.

Причинная связь между деянием и последствием выражается в том, что деяние должно, во-первых, предшествовать наступлению указанного ущерба и, во-вторых, быть необходимым, обязательным, определяющим, решающим условием его причинения.

Кража считается оконченной с момента, когда виновный приобретает реальную возможность распорядиться изъятым чужим имуществом по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью иным образом). Приведем показательные примеры из практики:

«Ж. в состоянии алкогольного опьянения тайно похитил из секции универмага "Детский мир" рулон фотообоев стоимостью X. Выйдя за пределы секции, был задержан с похищенным сотрудниками милиции.

Хотя Желан преступным путем завладел рулоном фотообоев, однако фактически распорядиться чужим имуществом реальной возможности у него не было. Он не осознавал того, что в момент совершения преступления за его действиями наблюдал сотрудник милиции, проконтролировавший его поведение вплоть до момента задержания. За пределы здания универмага Желан не вышел, даже не покинул 4-го этажа, на котором расположена секция, в которой он совершил преступление. Он был задержан практически сразу после выхода из секции, в связи с чем предпринять какие-либо действия, направленные на реализацию изъятого имущества, он не мог[16] .

И еще один пример: «По приговору Щелковского городского суда осуждены К. и С. за кражу чужого имущества. Преступление ими совершено при следующих обстоятельствах. К., С. и лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, находясь в квартире по месту жительства С., вступили в сговор на совершение кражи из соседней квартиры. С. и К. перебрались на балкон квартиры, где С. разбил стекло в двери балкона, открыл дверь и вместе с К. проник в квартиру, откуда похитил имущество Х. на сумму 7020 руб., а затем передал похищенное лицу, ожидавшему на балконе.

Как следует из материалов дела, по сообщению жильцов были вызваны работники милиции, которые застали осужденных в чужой квартире на месте совершения преступления, когда К. передавал чашки лицу, находившемуся на балконе.

Учитывая, что С. и К. были задержаны работниками милиции на месте совершения преступления, в процессе совершения кражи, при отсутствии реальной возможности распорядиться похищенным, их действия следовало квалифицировать как покушение на кражу чужого имущества»[17] .

Таким образом, по смыслу закона кража является оконченным преступлением только с момента реальной возможности распорядиться или пользоваться по своему усмотрению похищенным имуществом.

В том случае, когда субъект преступления фактически распорядиться чужим имуществом не сумел по независящим от него обстоятельствам деяние необходимо квалифицировать как покушение на кражу по ч.3 ст.30 и ст.158 УК РФ.

1.3 Субъективные признаки кражи

Субъектом кражи является физическое вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста (ст.20 УК РФ).

Таким образом, не может быть субъектом кражи лицо младше 14 лет, лицо невменяемое.

Наряду с указанными исключающими признаками, можно выделить еще один легальный признак, исключающий признание лица субъектом кражи, а именно, «субъектом кражи может быть только такое лицо, которое не обладает никакими правомочиями в отношении похищаемого имущества»[18] . Так, например, тайное изъятие вверенного виновному имущества представляет собой не кражу, а присвоение. Вполне логично, что субъектом кражи не может быть лицо, которое имеет полномочия собственника или иного владельца похищаемого имущества.

На практике может возникнуть логичный вопрос: как быть если кража совершена ребенком младше 14 лет, но по подстрекательству взрослого – кто из них будет являться субъектом преступления?

Как пояснил пленума ВС РФ в постановлении от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" если лицо совершило кражу посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, его действия (при отсутствии иных квалифицирующих признаков) следует квалифицировать по ч.1 ст.158 УК РФ как непосредственного исполнителя преступления (ч.2 33 УК РФ). Лицо, организовавшее преступление либо склонившее к совершению кражи, грабежа или разбоя заведомо не подлежащего уголовной ответственности участника преступления, в соответствии с частью второй статьи 33 УК РФ несет уголовную ответственность как исполнитель содеянного. При наличии к тому оснований, предусмотренных законом, действия указанного лица должны дополнительно квалифицироваться по статье 150 УК РФ (вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления).

Таким образом, в рассмотренной ситуации организатор (подстрекатель) будет являться субъектом преступления, даже несмотря на то, что кража совершена третьим лицом.

Перейдем к рассмотрению субъективной стороны преступления.

Субъективная сторона кражи характеризуется прямым умыслом и корыстной целью. Лицо осознает, что тайно завладевает чужим имуществом, и желает этого, преследуя цель обогащения.

Субъективный критерий тайного способа отражает внутреннее отношение самого виновного к совершаемому им; лицо полагает, что действует тайно, и имеет на это объективные причины.

В тех случаях, когда потерпевший или иные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное является тайным хищением чужого имущества.

Проиллюстрируем сказанное примерами из практики:

«Ш. был осужден районным судом за грабеж. Ему вменялось, что он, познакомившись в кафе с К., после распития с ним коньяка, выйдя из кафе, воспользовался тем, что К. сильно опьянел, под аркой дома снял у него с пальца золотой перстень, надел его себе на палец и пытался скрыться, но был задержан работниками милиции. По протесту заместителя председателя Верховного Суда Российской Федерации, в котором ставился вопрос о переквалификации действий Ш. на статью УК РФ об ответственности за кражу, дело было рассмотрено президиумом городского суда, который протест удовлетворил, указав следующее. Открытое хищение имущества совершается в присутствии потерпевшего, лиц, в ведении или под охраной которых находится имущество, либо посторонних, когда виновный сознает, что эти лица понимают характер его преступных действий, но игнорирует данное обстоятельство. Как установлено в судебном заседании, К. в момент хищения его перстня был сильно пьян и не помнит обстоятельств, при которых это произошло. Ш., в свою очередь, также полагал, что потерпевший не осознает факт похищения его имущества. Согласно показаниям свидетелей, они проходили мимо арки дома, где находились потерпевший и Ш., и случайно увидели, как Ш. снимал перстень с руки К. Каких-либо данных о том, что Ш. сознавал, что его преступные действия замечены посторонними лицами, не имеется. При таких обстоятельствах действия Ш. должны быть квалифицированы как кража»[19] .

И еще один пример: «Октябрьским районным судом г. Улан-Удэ Республики Бурятия 24 мая 2000 г. Пискунов осужден по п. "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Он признан виновным в грабеже с причинением значительного ущерба потерпевшей.

10 февраля 2000 г. Пискунов пришел в киоск, чтобы купить хлеб. Воспользовавшись тем, что продавщица Бадеева отвернулась к лоткам с хлебом, он открыто похитил лежавший на прилавке возле окошечка киоска калькулятор, принадлежащий Бадеевой, и скрылся.

В кассационном порядке приговор не обжалован и не опротестован.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос о переквалификации действий осужденного с п. "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ на п. "г" ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Президиум Верховного Суда Республики Бурятия 26 июля 2002 г. протест удовлетворил, указав следующее.

Как следует из материалов дела, Пискунов и в ходе предварительного следствия, и в судебном заседании утверждал, что взял калькулятор с прилавка в тот момент, когда продавщица отвернулась и не видела его действий, после этого сразу же ушел, никаких окликов не слышал; совершил хищение ввиду тяжелого материального положения, так как ему нужны были деньги в связи с рождением в январе 2000 г. дочери.

Потерпевшая Бадеева показала, что калькулятор был похищен, когда она отвернулась к лоткам с хлебом. Она окликнула парня, но он скрылся. Таким образом, объективных доказательств того, что Пискунов знал, что потерпевшая видела его действия, по делу не имеется.

Согласно ст. 49 Конституции Российской Федерации все сомнения, устранить которые не представляется возможным, толкуются в пользу обвиняемого.

Согласно закону виновный при грабеже сознает, что изъятие имущества происходит открыто. Если субъект преступления ошибочно считает, что совершает хищение тайно, хотя в действительности его действия замечены потерпевшим или посторонними лицами, то содеянное нельзя считать грабежом. Изъятие имущества при таких обстоятельствах квалифицируется как кража.

Поэтому действия Пискунова следует квалифицировать как тайное хищение чужого имущества»[20] .

Таким образом, если субъект преступления считает, что совершает хищение тайно, содеянное нельзя считать грабежом (ст.161 УК РФ).

И здесь важно акцентировать внимание, что если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж, а в случае применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия - как разбой (п.4 Постановления пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое").

Согласимся с исследователями констатирующими, что в случае конфликта объективного и субъективного критерия тайны хищения, приоритет имеет субъективный критерий, то есть осознание преступного деяния как тайного[21] .

Следующий элемент субъективной стороны преступления – корыстная цель.

Корыстная цель может быть направлена как на личное обогащение, так и на обогащение других лиц.

Пленум ВС РФ в своем постановлении от 27 декабря 2002г. №29 обратил внимание на то, что нге образуют состава кражи противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым правом на это имущество. В зависимости от обстоятельств дела такие действия при наличии к тому оснований подлежат квалификации по статье 330 УК РФ или другим статьям УК РФ.

Приведем показательный пример из практики:

«Б. украл ключи у своей малолетней дочери, с помощью которых проник в квартиру своей бывшей жены - И. и тайно похитил ее личное имущество: две шубы, дубленку, кожаную куртку и другие вещи, причинив тем самым потерпевшей значительный материальный ущерб.

Суд признал Б. виновным в совершении кражи.

Признавая Бородина виновным в совершении кражи личного имущества у своей бывшей жены - Бородиной И., суд сослался на ее показания, а также на показания свидетелей, протокол осмотра места происшествия.

Однако эти материалы дела не доказывают наличие у Б. умысла на совершение кражи.

Свидетели подтвердили лишь факт завладения Б. личными вещами своей бывшей жены.

Показания И., крайне заинтересованной в исходе дела, также не свидетельствуют об умысле ее бывшего мужа на совершение кражи ее личных вещей и безвозмездности их изъятия у нее.

На протяжении предварительного следствия и в судебном заседании Б. пояснял, что после расторжения брака с И. раздел совместно нажитого ими имущества он не производил, из квартиры, ранее принадлежавшей его родителям, не выписывался, права на эту жилую площадь не потерял, проживал в маленькой комнате, а жена и несовершеннолетняя дочь - в большой. В квартире находились его личные вещи. Жена всячески пыталась избавиться от его присутствия в квартире, так как у нее был сожитель. И. поставила вторую, металлическую дверь и зайти в квартиру он не мог, поскольку ключей она ему не дала. Он стал проживать в разных местах. И. часто уезжала в командировки, а дочь практически все время жила у его родителей. В один из таких периодов он открыл квартиру взятыми у дочери ключами и обнаружил, что исчезли его вещи и часть мебели.

В связи с тем, что в квартире не оказалось его имущества, он взял часть вещей бывшей жены. Вещи не продавал, а оставил на хранение у своего знакомого, так как собирался вернуть их потом жене, но не успел этого сделать до ареста: не было подходящего случая, чтобы согласовать вопросы пользования вещами и квартирой с бывшей женой.

Часть мебели он забрал по согласованию с И. и временно пользовался, а взамен он привез другую мебель и также на время поставил в своей комнате.

Как пояснил Б., данный факт нельзя считать каким-либо разделом имущества, поскольку этот вопрос он с бывшей женой еще не согласовывал, в квартире находилось все совместно нажитое ими имущество и вещи его родителей.

Показания Б. о том, что он завладел личными вещами своей бывшей жены лишь для того, чтобы использовать это обстоятельство для разрешения взаимных претензий по разделу жилой площади и с целью возврата своего имущества, подтвердили свидетели.

Б. не скрывал, что взял у своей бывшей жены ее вещи. Об этом он говорил и своему знакомому В., который, будучи допрошенным в качестве свидетеля, подтвердил, что Бородин П. оставил у него на хранение вещи бывшей жены.

Потерпевшая И. не отрицала, что после расторжения брака с Бородиным совместно нажитое имущество они не делили.

Таким образом, как видно из дела, супруги Б. хотя и расторгли брак, но раздел жилья и имущества не производили. Бородина И. осталась проживать в квартире, принадлежавшей ранее родителям мужа, где находилось не только совместно нажитое имущество, но и предметы обихода, оставленные его родителями, и его личные вещи.

И. принимала все меры к тому, чтобы полностью завладеть квартирой и выписать Б.

При таких обстоятельствах суд принял ошибочное решение, усмотрев в действиях Бородина П. кражу, поскольку необходимым элементом данного состава преступления является умышленное незаконное и безвозмездное завладение с корыстной целью личным имуществом. Доказательств, которые бы объективно подтверждали наличие в действиях Бородина П. умысла не безвозмездное завладение имуществом своей бывшей жены, не имеется.

Вместе с тем Бородин П., пытаясь решить вопросы имущественного характера с Бородиной И. путем самовольного изъятия ее вещей из квартиры и используя это обстоятельство для осуществления своего действительного или предполагаемого права, действовал незаконно, причинив существенный вред потерпевшей, т.е. совершил, - самоуправство[22] .

Таким образом, необходимо детально исследовать все обстоятельства дела, и, прежде всего, умысел виновного и наличие корысти, цель изъятия имущества.

В тех случаях, когда незаконное изъятие имущества совершено при хулиганстве, изнасиловании или других преступных действиях, необходимо устанавливать, с какой целью лицо изъяло это имущество.

Если лицо преследовало корыстную цель, содеянное им в зависимости от способа завладения имуществом должно квалифицироваться по совокупности как соответствующее преступление против собственности и хулиганство, изнасилование или иное преступление.

Глава 2. Проблемы квалификации и наказуемости кражи

2.1 Отграничение кражи от смежных составов преступлений

В практике уголовного судопроизводства отграничение кражи от смежных составов является одним из проблемных вопросов, и вызывает массу ошибок. Материалы судебной практики и анализ статистических данных свидетельствуют о том, что деятельность судов по борьбе с этими преступлениями не в полной мере отвечает предъявленным требованиям. Так, некоторые суды допускают ошибки при квалификации действий виновных, в том числе в отграничении тайного хищения от открытого и т.д.

Необходимо отграничивать кражу и от ряда иных составов преступлений, которые не являются разновидностями хищения, однако их зачастую путают с кражей.

Как отмечается в Постановлении Пленума ВС РФ от 27.12.2002 №29, по каждому такому делу судам надлежит исследовать имеющиеся доказательства в целях правильной юридической квалификации действий лиц, виновных в совершении этих преступлений, недопущения ошибок, связанных с неправильным толкованием понятий тайного и открытого хищений чужого имущества, а также при оценке обстоятельств, предусмотренных в качестве признака преступления, отягчающего наказание.

Прежде всего, кражу необходимо отграничивать от грабежа (ст.161 УК РФ). Грабежом по действующему уголовному законодательству является открытое хищение чужого имущества, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

Как мы уже неоднократно подчеркивали, как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В этой связи возникает логичный вопрос: как же быть, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно?

Приведем пример из практики:

«Южноуральским городским народным судом Челябинской области Захарищев осужден за грабеж. Он признан виновным в том, что 19 сентября 1993 г. в нетрезвом состоянии вместе со своей знакомой Макеевой пришел в комнату, где ранее бывал с разрешения знакомой Ляпиной, и похитил стереомагнитолу с четырьмя кассетами на общую сумму около 50 тыс. руб. Данная магнитола принадлежала матери Ляпиной - потерпевшей Лискуновой.

Президиум Челябинского областного суда протест прокурора области, в котором ставился вопрос о переквалификации действий Захарищева с грабежа на кражу, оставил без удовлетворения.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 5 июля 1994 г. удовлетворила аналогичный протест заместителя Генерального прокурора РФ, указав следующее.

Органы следствия и суд квалифицировали действия Захарищева как открытое хищение личного имущества в присутствии других лиц - знакомой Макеевой.

Однако по смыслу закона открытым похищением является такое хищение, которое совершается в присутствии потерпевшего либо посторонних лиц, когда виновный сознает, что присутствующие понимают характер его действий, но игнорирует данное обстоятельство.

Как видно из материалов дела, Макеева - знакомая Захарищева. Договорившись между собой, они пришли в комнату, где раньше бывал Захарищев, с целью распить спиртное и остались там ночевать. Захарищев, увидев под кроватью магнитолу, предложил Макеевой совершить кражу, но она отказалась и впоследствии безразлично отнеслась к его преступным действиям. Таким образом, к свидетелю Макеевой не относится понятие "постороннего или другого лица", в присутствии которого совершена кража личного имущества. Захарищев сознавал, что Макеева для него близкий человек, и был уверен в сохранении тайны похищения.

Поэтому действия Захарищева подлежат квалификации как кража»[23] .

Таким образом, когда собственник или иные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества.

В целях отграничения двух названных составов преступлений, необходимо, прежде всего, проанализировать объективные признаки хищения, установить как было произведено хищение: тайно или открыто?

Как пояснил Пленум ВС РФ в своем Постановлении от 27.12.2002 №29, если присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо не сознает противоправность этих действий либо является близким родственником виновного, который рассчитывает в связи с этим на то, что в ходе изъятия имущества он не встретит противодействия со стороны указанного лица, содеянное следует квалифицировать как кражу чужого имущества. Если перечисленные лица принимали меры к пресечению хищения чужого имущества (например, требовали прекратить эти противоправные действия), то ответственность виновного за содеянное наступает по статье 161 УК РФ.

Если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж, а в случае применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия - как разбой.

При отграничении разбоя и кражи необходимо учитывать, что при разбое совершение насилия в отношении потерпевшего направлено на совершение хищения. В этой связи, прежде всего необходимо проанализировать факторы, при которых было совершено насилие. Приведем пример из практики:

«С. пришел переночевать в дом к своей родственнице - тете. Она его не пустила и между ними возникла ссора, в результате которой С. избил родственницу, причинив черепно-мозговую травму, от чего наступила ее смерть; положив труп на кровать, он снял с убитой золотые изделия, т.е. совершил убийство и кражу.

При таких обстоятельствах у суда не было оснований для квалификации действий С. как разбойного нападения, сопряженного с убийством из корыстных побуждений.

С учетом того, что С. совершил еще несколько краж, его действия по кассационному протесту прокурора переквалифицированы с п."в" ч.3 ст.162 и п."з" ч.2 ст.105 УК РФ на п."б" ч.2 ст.158 и ч.1 ст.105 УК РФ (совершение кражи неоднократно и убийство)»[24] .

Кражу необходимо отграничивать от неправомерного завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ст.166 УК РФ).

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 апреля 1995 г. N 5 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности" разъяснено, что угон отличается от хищения умыслом, направленным не на обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, а на противоправное временное пользование этим имуществом в корыстных или иных целях без согласия собственника или иного владельца.

Необходимо отличать кражу и от присвоения и растраты (ст.160 УК РФ). Присвоение либо растрата от кражи отличается тем, что виновный использует имеющиеся у него правомочия в отношении похищаемого им имущества.

Как отмечается в Постановлении Пленума ВС СССР от 11.07.72 №4, как присвоение либо растрата вверенного или находящегося в ведении государственного или общественного имущества должно квалифицироваться незаконное безвозмездное обращение в свою собственность или в собственность другого лица имущества, находящегося в правомерном владении виновного, который в силу должностных обязанностей, договорных отношений или специального поручения государственной или общественной организации осуществлял в отношении этого имущества правомочия по распоряжению, управлению, доставке или хранению (кладовщик, экспедитор, агент по снабжению, продавец, кассир и другие лица). Изъятие имущества, вверенного виновному, путем замены его на менее ценное, совершенное с целью присвоения или обращения в собственность других лиц, должно квалифицироваться как хищение в размере стоимости изъятого имущества[25] .

Хищение государственного или общественного имущества, совершенное лицом, не обладающим указанными выше правомочиями, но имеющим к нему допуск в связи с порученной работой либо выполнением служебных обязанностей, подлежит квалификации как кража.

Подобным образом необходимо отграничивать кражу и от самоуправства (ст.330 УК РФ).

Как подчеркивается в п.7 Постановления пленума ВС РФ от 27.12.2002 №29, не образуют состава кражи… противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым правом на это имущество. В зависимости от обстоятельств дела такие действия при наличии к тому оснований подлежат квалификации по статье 330 УК РФ или другим статьям УК РФ.

Приведем пример из судебной практики:

«Бородин был осужден за кражу. Бородин украл ключи у своей малолетней дочери, с помощью которых проник в квартиру своей бывшей жены - Бородиной И. и тайно похитил ее личное имущество: две шубы, дубленку, кожаную куртку и другие вещи на общую сумму 1155050 руб., причинив тем самым потерпевшей значительный материальный ущерб.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении приговора, переквалификации действий Бородина П. с кражи на самоуправство.

Признавая Бородина виновным в совершении кражи личного имущества у своей бывшей жены - Бородиной И., суд сослался на ее показания, а также на показания свидетелей, протокол осмотра места происшествия.

Однако эти материалы дела не доказывают наличие у Бородина П. умысла на совершение кражи.

Свидетели подтвердили лишь факт завладения Бородиным личными вещами своей бывшей жены.

Показания Бородиной И., крайне заинтересованной в исходе дела, также не свидетельствуют об умысле ее бывшего мужа на совершение кражи ее личных вещей и безвозмездности их изъятия у нее.

На протяжении предварительного следствия и в судебном заседании Бородин П. пояснял, что после расторжения брака с Бородиной И. раздел совместно нажитого ими имущества он не производил, из квартиры, ранее принадлежавшей его родителям, не выписывался, права на эту жилую площадь не потерял, проживал в маленькой комнате, а жена и несовершеннолетняя дочь - в большой. В квартире находились его личные вещи. Жена всячески пыталась избавиться от его присутствия в квартире, так как у нее был сожитель Никаноров. Бородина И. поставила вторую, металлическую дверь и зайти в квартиру он не мог, поскольку ключей она ему не дала. Он стал проживать в разных местах. Бородина И. часто уезжала в командировки, а дочь практически все время жила у его родителей. В один из таких периодов, он открыл квартиру взятыми у дочери ключами и обнаружил, что исчезли его вещи и часть мебели.

В связи с тем, что в квартире не оказалось его имущества, он взял часть вещей бывшей жены. Вещи не продавал, а оставил на хранение у своего знакомого, так как собирался вернуть их потом жене, но не успел этого сделать до ареста: не было подходящего случая, чтобы согласовать вопросы пользования вещами и квартирой с бывшей женой.

Часть мебели он забрал по согласованию с Бородиной И. и временно пользовался, а взамен он привез другую мебель и также на время поставил в своей комнате.

Как пояснил Бородин П., данный факт нельзя считать каким-либо разделом имущества, поскольку этот вопрос он с бывшей женой еще не согласовывал, в квартире находилось все совместно нажитое ими имущество и вещи его родителей.

Показания Бородина П. о том, что он завладел личными вещами своей бывшей жены лишь для того, чтобы использовать это обстоятельство для разрешения взаимных претензий по разделу жилой площади и с целью возврата своего имущества, подтвердили свидетели Бородина Т. и Коргуева.

Бородин П. не скрывал, что взял у своей бывшей жены ее вещи. Об этом он говорил и своему знакомому Вахрину, который, будучи допрошенным в качестве свидетеля, подтвердил, что Бородин П. оставил у него на хранение вещи бывшей жены.

Потерпевшая Бородина И. не отрицала, что после расторжения брака с Бородиным совместно нажитое имущество они не делили.

Таким образом, как видно из дела, супруги Бородины хотя и расторгли брак, но раздел жилья и имущества не производили. Бородина И. осталась проживать в квартире, принадлежавшей ранее родителям мужа, где находилось не только совместно нажитое имущество, но и предметы обихода, оставленные его родителями, и его личные вещи.

Бородина И. принимала все меры к тому, чтобы полностью завладеть квартирой и выписать Бородина П.

Со слов Бородина П., подтвержденных показаниями свидетелей Бородиной Т., Коргуевой, он предлагал бывшей жене варианты обмена квартиры, но она не соглашалась.

Эти показания, как и заявление Бородина П. о возврате Бородиной И. всего имущества, которое он взял в ее отсутствие в квартире, материалами дела не опровергнуты.

Показания Бородиной И. о том, что бывший муж не вернул часть вещей на сумму 275 тыс. руб., доказательствами по делу не подтверждены.

При таких обстоятельствах суд принял ошибочное решение, усмотрев в действиях Бородина П. кражу, поскольку необходимым элементом данного состава преступления является умышленное незаконное и безвозмездное завладение с корыстной целью личным имуществом. Доказательств, которые бы объективно подтверждали наличие в действиях Бородина П. умысла не безвозмездное завладение имуществом своей бывшей жены, не имеется»[26] .

Таким образом, не образуют состава кражи противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а в связи с предполагаемым правом на это имущество.

Не образую состава кражи и иные деяния, при которых виновный хоть и получает противоправно и безвозмездно чужое имущество, но устремления его направлены не на преступную наживу, а на достижение иных целей (например, на получение средств по подложному больничному листку в целях оправдания прогула, на удержание вверенного имущества в счет причитающейся в будущем зарплаты). Такие действия при наличии необходимых признаков могут образовать состав злоупотребления должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), служебного подлога (ст. 292 УК РФ).

2.2 Анализ наказуемости краж

В структуре преступности преступления против собственности всегда занимали значительное место. При этом общие тенденции преступности предопределяются динамикой краж. За период с 1956 по 1991 г. абсолютное число зарегистрированных краж в СССР увеличилось в 9,5 раза и составило 1779432 преступления. В то же время вся преступность увеличилась в 5,6 раза. Доля краж в структуре преступности в СССР в 1991 г. составила 55,2%, Как абсолютные показатели, так и доля краж в структуре зарегистрированной преступности в РФ также велики. За период с 1992 по 1998 г. они снижались и составили в 1992 году 1650852 преступления, или 59,8%, в 1996 году -1 207 478 деяния, или 46,0%, а в 1998 г. - 1143000 деяния, или 44,3%[27] . В 2000 году доля краж составляет 44,4%.

В милицейской статистике кражи уверенно занимают первое место, составляя почти половину от всех зарегистрированных в 2009 г. преступлений[28] .

По мнению специалистов, на самом деле цифра эта значительно больше, так как официально регистрируется лишь пятая часть карманных краж. Таким образом, если брать в расчет неофициальную статистику, то доля краж среди прочих преступных деяний составляет до 90%.

Между тем законодатель идет по пути смягчения наказания за совершение кражи.

С вступлением в силу 5 ноября 2002 года Федерального закона от 31.10.2002 №133-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", санкции за совершение преступления, предусмотренного частью 1 статьи 158, были снижены. Штраф с 200 - 700 МРОТ либо дохода осужденного от 2 - 7 месяцев понижен до 50 - 200 МРОТ либо дохода осужденного до 2 месяцев, исправительные работы с 1 - 2 лет до 6 - 12 месяцев, арест - с 4 - 6 месяцев до 2 - 4 месяцев. Максимальный срок обязательных работ теперь составляет 180 часов вместо прежних 180 - 240, а максимальный срок лишения свободы 2 года, против 3 лет по ранее действовавшей редакции Закона.

Квалифицированный состав кражи (кража, совершенная группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину, из одежды, сумки или другой ручной клади) в целом соответствует прежнему особо квалифицированному составу. Теперь, за эти деяния за редким исключением предусмотрены санкции, относящиеся к основному составу преступления, - штраф в размере от 200 до 700 МРОТ или в размере дохода осужденного до 7 месяцев, обязательные работы сроком от 180 до 240 часов, работы от 1 года до 2 лет, лишение свободы до 5 лет.

Что касается таких отягчающих ответственность признаков, как неоднократность деяния и проникновение в жилище, то они были выведены в отдельный состав и получили санкции, ранее полностью соответствовавшие квалифицированному составу кражи, - штраф от 700 до 1000 МРОТ или в размере дохода осужденного за период от 7 месяцев до 1 года, лишение свободы от 2 до 6 лет со штрафом до 50 МРОТ или в размере дохода осужденного за период до 1 месяца либо без такового. Кража, совершенная организованной группой либо в крупном размере, а равно лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство, как и прежде, наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой.

Таким образом, многие нормы статьи 158 УК РФ были изменены в сторону смягчения ответственности.

Кражи причиняют вред всем слоям населения, предприятиям различных организационно-правовых форм и государству. Эти преступления негативно воздействуют на все сферы жизнедеятельности нашего общества, поскольку посягают на право собственности как на одно из важнейших гражданских прав и порождают неуверенность в стабильности экономического положения субъектов права.

Между тем, уровень преступности, и в частности, уровень совершения преступлений против собственности всегда отображает социально-экономическое состояние общества и государства.

Радикальные экономические реформы оказали разрушающее воздействие на социальную сферу нашего общества, привели к возникновению и росту безработицы, резкому расслоению населения по имущественному признаку и обнищанию большей его части. Эти негативные социальные процессы внесли изменения в мотивацию посягательств на чужое имущество: значительное число краж совершается под влиянием материальной нужды, чтобы добыть средства для удовлетворения необходимых потребностей.

Заключение

В заключение работы подведем итоги данной курсовой работы.

Под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Признаками хищения являются: корыстная цель, противоправность, безвозмездность изъятия, чужое имущество, обращение его в пользу виновного или других лиц, причинение вреда собственнику.

На наш взгляд, легальное понятие хищения требует пересмотра.

Необходимо более четко определить границы действия данного определения, его содержание. Так, дискуссионным является включение в число обязательных признаков хищения: корыстность; чужое имущество.

В зависимости от способа совершения преступления в УК РФ выделяются такие формы хищения, как кража (ст. 158), мошенничество (ст. 159), присвоение или растрата (ст. 160), грабеж (ст. 161), разбой (ст. 162). Особое место в УК занимает вымогательство (ст. 163), не относящееся к хищениям, но обладающее рядом одинаковых с ними признаков.

Кража является формой хищения и определяется законом как тайное хищение чужого имущества.

Тайное хищение (кража) предполагает, что незаконное изъятие имущества происходит в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них.

Объективно кража выражается в изъятии чужого имущества для последующего обращения его в свою пользу или пользу других лиц.

Кража считается оконченной, если имущество изъято, и виновный имеет реальную возможность распорядиться им по своему усмотрению и пользоваться.

Один из признаков объективной стороны кражи - причинение преступлением материального ущерба собственнику или иному владельцу имущества. Обязательным признаком кражи является - безвозмездность.

Объектом кражи может быть как движимое, так и недвижимое имущество.

Субъектом хищения, совершенного путем кражи, может быть лицо, достигшее 14-летнего возраста.

С субъективной стороны кража, предполагает наличие у виновного прямого умысла (ч.2 ст.25 УК РФ), направленного на преступное завладение чужим имуществом с целью обращения его в свою пользу или передачу с корыстной целью другим лицам.

Необходимо отграничивать кражу и от ряда иных составов преступлений, которые не являются разновидностями хищения, однако их зачастую путают с кражей.

Законодатель пошел по пути снижения санкций за совершение кражи. На наш взгляд это не оправдано, тем более, что официальная статистика уровня краж в общей доли преступности составляет до 50% (тогда как неофициальная статистика приближается к 80-90%).

Между тем, уровень преступности, и в частности, уровень совершения преступлений против собственности всегда отображает социально-экономическое состояние общества и государства. Исходя из этого можно сделать вывод, что с каждым годом, число краж должно уменьшаться, т.к. растет благосостояние общества.

Список использованной литературы :

Законодательные и иные нормативные акты:

1. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 года // Российская газета. – 25 декабря 1993 г.

2. Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. - 17 июня 1996 г. - №25. - Ст. 2954.

3. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. N 195-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. - 7 января 2002 г. - №1. - Ст.1.

4. Федеральный закон от 31 октября 2002 г. N 133-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" // Собрание законодательства Российской Федерации. - 4 ноября 2002 г. - №44. - Ст. 4298.

5. Уголовный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. – М.: 1994.

Материалы судебной практики:

6. Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1998 г. - N 9.

7. Обзор судебной работы военных судов гарнизонов и объединений за 1999 год

8. Определение СК Верховного Суда РФ от 10 сентября 1994 г. "Самоуправные действия лица необоснованно расценены как кража личного имущества" (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1995 г. - №4.

9. Определение СК Верховного Суда РФ от 5 июля 1994 г. "Обоснованная переквалификация действий виновного со ст. 145 на ст. 144 УК" (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1995 г. - №2.

10. Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 7 марта 2001 г. "Суд необоснованно признал хищения чужого имущества совершенными в крупных размерах" (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 2001 г. - №10. - с.12.

11. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 марта 1966 г. N 31 "О судебной практике по делам о грабеже и разбое" // Сборнике постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации 1961 - 1993. - М.: Юридическая литература. – 1994.

12. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 2003 г. - №2.

13. Постановление президиума Верховного суда Республики Башкортостан от 14 ноября 1997 г. "Задержание лица за воротами дома с изъятым чужим имуществом до получения им возможности распорядиться этим имуществом свидетельствует о покушении на совершение кражи (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1998 г. - №6. - с.22.

14. Постановление президиума Верховного Суда Чувашской Республики от 4 мая 2001 г. "Действия лица, не принимавшего участия в совершении кражи, но присвоившего себе часть похищенного имущества, переквалифицированы с пп."а", "б" ч.2 ст.158 УК РФ на п."в" ч.2 ст.175 УК РФ" (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 2002 г. -№6.

15. Постановление президиума Кировского областного суда от 3 июня 1992 г. "Кража вещей с подоконника открытого окна без вторжения в жилое помещение не образует состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 144 УК" (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1993 г. - N 4. – с. 14.

16. Постановление президиума Санкт-Петербургского городского суда от 23 апреля 1993 г. "Действия лица ошибочно расценены судом как кража с проникновением в жилище" (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1993 г. - №11. - с. 16.

Специальная литература:

17. Бойцов. Преступление против собственности. - СПб, 2002г.

18. Борзенков Г.Н. Ответственность за мошенничество. - М., 1971г.

19. Векленко В.В. Процесс квалификации хищений // Юридические технологии. – 2001.

20. Владимиров В.А. Квалификация похищений личного имущества. - М., 1974г.

21. Вырастайкин В. Мелкое хищение – не мелочь // Российская юстиция. – 2000. - №7.

22. Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Ответственность за преступления против собственности. - М., 1997г.

23. Даль В. Словарь русского языка. – М.: 1990. – т.2

24. Даль В. Словарь русского языка. – М.: 1990. – т.6.

25. Качурин Д.В. Квалификация совершаемых неоднократно хищений // Следователь. – 1998. - №2.

26. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: Научно-практический комментарий / Отв. ред. В.М. Лебедев. -М.: Юрайт-М, 2001.

27. Кочои С. Квалификация хищений глазами практиков // Российская юстиция. -№4. - апрель 1999 г.

28. Кочои С.М. Ответственность за корыстные преступления против собственности. - М. 2000г.

29. Нагаев Е. Угон и кража автотранспорта: вопросы разграничения составов преступлений // Российская юстиция. - №8. - август 2000 г.

30. Попов И.А. Уголовно-правовые и криминологические аспекты краж в условиях экономической и правовой реформы / Диссертация – Калининград. – 2000.

31. Постатейный Комментарий к Уголовному кодексу РФ 1996 г. / Под ред. Наумова А.В. – М.: Гардарика. – 1999.

32. Скляров С. Уголовная ответственность за хищение недвижимого имущества // Российская юстиция. - №6. - июнь 2001 г.

33. Словарь русского языка М.: Академия наук СССР. - т.2.


[1] Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. - 17 июня 1996 г. - №25. - Ст. 2954

[2] Федеральный закон от 31 октября 2002 г. N 133-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" // Собрание законодательства Российской Федерации. - 4 ноября 2002 г. - №44. - Ст. 4298.

[3] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 2003 г. - №2.

[4] Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 года // Российская газета. – 25 декабря 1993 г.

[5] Сергеевич В.И. Лекции и исследования по древней истории русского права. - С.-Петербург, Типография М.М. Стасюлевича, 1910 г.

[6] Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. доктора юридических наук, профессора Г.Н.Борзенкова, доктора юридических наук, профессора В.С.Комисcарова - М.: ИКД "Зерцало-М", 2002.

[7] Сергеевич В.И. Лекции и исследования по древней истории русского права. - С.-Петербург, Типография М.М. Стасюлевича, 1910 г.

[8] Таганцев Н.С. Курс уголовного права. - С.-Петербург, 1902 г.

[9] Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. доктора юридических наук, профессора Г.Н.Борзенкова, доктора юридических наук, профессора В.С.Комисcарова - М.: ИКД "Зерцало-М", 2002

[10] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: (постатейный)/В.К. Дуюнов и др., отв. ред. Л.Л. Кругликов. - Волтерс Клувер, 2005 г.

[11] Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1995. – №2. - С. 6.

[12] Практический пример по: Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. доктора юридических наук, профессора Г.Н.Борзенкова, доктора юридических наук, профессора В.С.Комисcарова - М.: ИКД "Зерцало-М", 2002.

[13] Курс уголовного права. Том 3. Особенная часть / Под ред. доктора юридических наук, профессора Г.Н.Борзенкова, доктора юридических наук, профессора В.С.Комисcарова - М.: ИКД "Зерцало-М", 2002.

[14] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 марта 1966 г. N 31 "О судебной практике по делам о грабеже и разбое" - М.: Юридическая литература, 1994.

[15] Уголовный закон в практике мирового судьи: Научно-практическое пособие/Под ред. к.ю.н., доц. А.В. Галаховой. - Норма, 2005 г.

[16] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1997г. - №6. – с.19.

[17] Обзор судебной практики Московского областного суда по гражданским и уголовным делам за 2003 год

[18] Постатейный Комментарий к Уголовному кодексу РФ 1996 г. (под ред. Наумова А.В.) - М., "Гардарика", Фонд "Правовая культура" 1996 г.

[19] Бюллетень Верховного Суда РСФСР. - 1991. - №8. - С.12

[20] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 2003г. - №9.

[21] Семенов В. М. Тайность как способ хищения при совершении кражи // Российский следователь. -2005. - №6.

[22] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. -1995г. - №4. – с.7.

[23] Определение СК Верховного Суда РФ от 5 июля 1994 г. "Обоснованная переквалификация действий виновного со ст. 145 на ст. 144 УК" (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1995 г. - №2. - с.6.

[24] Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 1998 г. По уголовным делам (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 2 декабря 1998 г.) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1999 г. - №3. - с.18.

[25] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. N 4 "О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества" // Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР 1924-1977. - Часть 2. - М.: "Известия". – 1978.

[26] Определение СК Верховного Суда РФ от 10 сентября 1994 г. "Самоуправные действия лица необоснованно расценены как кража личного имущества" (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1995 г. - №4. - с.7.

[27] Лунеев В.В. Преступность XX века. Мировые, региональные и российские тенденции. - М.: НОРМА, 1997. - С. 250-251; Краткий анализ состояния преступности в России в 1998 году // Российская юстиция. - 1999. - № 5. - С. 35.

[28] Бойцов. Преступление против собственности. - СПб, 2002г. – с.142.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ