регистрация / вход

Особенности расследования преступлений, совершенных несовершеннолетними 2

Тема. Особенности расследования преступлений, совершенных несовершеннолетними Содержание Введение 1.1Понятие особого порядка производства по делам несовершеннолетних

Тема. Особенности расследования преступлений, совершенных несовершеннолетними

Содержание

Введение3

1.1Понятие особого порядка производства по делам несовершеннолетних4

1.2.Особенности состава участников по делам несовершеннолетних14

1.3.Обстоятельства, подлежащие установлению по делам несовершеннолетних26

1.4.Значение прокурорского надзора за соблюдением прав и законных интересов несовершеннолетних участников уголовного процесса35

2.Криминалистические аспекты расследования преступлений, совершенных несовершеннолетними42

2.1.Особенности расследования дел о преступлениях несовершеннолетних42

2.2Установление психологического контакта с несовершеннолетним подследственным49

2.3.Особенности проведения следственных действий с участием несовершеннолетних подозреваемых (обвиняемых)60

Заключение80

Список использованной литературы81


Введение


1.1Понятие особого порядка производства по делам несовершеннолетних

Одним из особых производств в уголовном процессе является производство по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними.

Особое производство, - как отмечает В.В. Вандышев, - это урегулированная уголовно-процессуальным законом и базирующаяся на общих правилах (принципах и т.д.) уголовного судопроизводства специфическая форма правоотношений и деятельности участников судопроизводства, обусловленных характером и степенью тяжести преступлений, социально-правовым статусом либо социально-психологической и психической характеристикой лиц, подлежащих уголовной ответственности[1] .

Необходимость самостоятельного криминологического исследования преступности несовершеннолетних, а следовательно, выделения в отдельный вид уголовного судопроизводства уголовных дел о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, объясняется многими причинами:

- во-первых, значимостью и масштабностью задач по охране жизни и здоровья подрастающего поколения и формирования в этой связи государственной политики по защите прав и законных интересов детей и подростков как самостоятельного направления деятельности государственных органов и общества в целом[2] ;

- во-вторых, особенностями в генезисе и мотивации совершаемых несовершеннолетними преступлений, обусловленными спецификой их воспитания и жизнедеятельности (относительно ограниченный период формирования личности, изменчивость социальных позиций, круга и содержания социальных функций, ограниченная дееспособность и др.), особенностями личностных, социально-групповых, психологических и других характеристик;

- в-третьих, тесно связанной с этими особенностями спецификой уровняи структуры преступности, ее причин и динамики, высокой преступной активностью подростков[3] , УК РФ закрепил особенности уголовной ответственности и наказания лиц данной категории, установив возрастные критерии выделения ее в особую демографическую группу преступников. Следует заметить, что установленные нижние границы - 14 лет и верхние - 18 лет носят в определенной степени условный характер, хотя и связаны с требованиями возрастной психологии и уголовной политики.

Несовершеннолетие - один из наиболее сложных периодов развития личности. Несмотря на относительную кратковременность, этот период практически определяет дальнейшую судьбу каждого человека, так как именно в подростковом возрасте преимущественно происходит завершение формирования характера и становления личности с активным влиянием на нее социальной среды и особенно ближайшего окружения''. Несовершеннолетние как возрастная группа в целом считаются находящимися в периоде психо-физиологического и социального роста, созревания. Восприятие ими мира и самих себя происходит через призму этого роста[4] . Характерными возрастными особенностями несовершеннолетних правонарушителей являются незрелость мышления, отсутствие достаточного социального опыта и знаний, неустойчивость психики и повышенная эмоциональность, противоречивость поведения, повышенные внушаемость и самовнушаемость, склонность к фантазиям и подражанию.

В связи с изложенным В.Я. Рыбальская обращает внимание на то, что «необходимо знать и правильно учитывать как общие возрастные особенности несовершеннолетних, так и индивидуальные психологические свойства конкретного подростка-правонарушителя: его темперамент и характер, способности и запас знаний, потребности и интересы, уровень развития эмоционально-волевой сферы, иными словами - тщательно изучать его нравственно-психологический облик»[5] .

Подозреваемым и обвиняемым может быть лицо, достигшее 16 или 14 лет, то есть возраста, с которого согласно ч. 1, 2 ст. 20 УК РФ возможно его привлечение к уголовной ответственности. Однако определенное в ч. 3 ст. 20 УК РФ отставание лица, достигшего указанного возраста, в психическом развитии исключает его уголовную ответственность, а значит, и вовлечение в уголовный процесс в качестве подозреваемого и обвиняемого»[6] . На основании изложенного автор приходит к выводу «о наличии в уголовном процессе презумпции частичной уголовно-процессуальной дееспособности несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, которая подлежит опровержению при наличии данных об отставании их в психическом развитии, влекущем невозможность привлечения к уголовной ответственности»[7] .

П.В. Полосков считает, что «обвиняемый всегда правоспособен как в уголовно-правовом, так и в процессуальном смысле слова, если он вменяем и достиг возраста уголовной ответственности. В формально-правовом отношении всякий обвиняемый признается способным своими действиями осуществлять права и выполнять обязанности. Участие в деле защитника, в том числе в случае обязательной защиты, не лишает обвиняемого дееспособности: он сохраняет право реализовать свои полномочия самостоятельно. Однако установление законом оснований обязательной защиты, включая защиту, осуществляемую вопреки желанию обвиняемого, свидетельствует о том, что законодатель в этих случаях учитывает фактическую недостаточную способность обвиняемого защищать себя самостоятельно»[8] .

Условиями правоспособности обвиняемого являются: наличие достаточных данных о том, что лицо совершило преступление, и привлечение лица в качестве обвиняемого, К условиям, влияющим на фактическую способность обвиняемого осуществлять свой процессуальный статус, как полагает П.В. Полосков, относятся: 1) физическое здоровье; 2) психическое здоровье; 3) возраст обвиняемого[9] .

По мнению Л.Б. Обидиной, «правильна позиция тех авторов, которые считают, что уголовно-процессуальные отношения возникают лишь в связи с применением норм уголовно-процессуального права, в неразрывной связи с уголовно-процессуальной деятельностью, а решению вопроса о процессуальной дееспособности должно предшествовать признание лица участником судопроизводства»[10] . «Исходя из этой позиции моментом возникновения уголовно-процессуальной правоспособности и дееспособности несовершеннолетнего обвиняемого, - отмечает автор, — следует считать момент вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого. Прекращается же правоспособность и дееспособность несовершеннолетнего обвиняемого при прекращении дела и вступлении в законную силу приговора. В порядке исключения дееспособность несовершеннолетнего обвиняемого продолжается в случаях участия в рассмотрении вопросов, связанных с исполнением приговора, в рассмотрении дела в надзорной инстанции. Несовершеннолетний обвиняемый как участник процесса обладает частичной дееспособностью, что подтверждается положениями об обязательном участии защитника, законных представителей, педагога и другими положениями»[11] .

Обращая внимание на то, что к судопроизводству по уголовным делам в отношении несовершеннолетних следует применять особые требования,

И.Я. Фойницкий писал: «Многие существенные особенности представляют дела, в которых в качестве обвиняемых участвуют лица несовершеннолетние. Опыт показывает, что для таких лиц с недоразвившимся сознанием и нежной восприимчивостью, не окрепших характером и быстро увлекающихся примером, обыкновенное судебное производство сопряжено со многими опасностями»[12] .

В связи с изложенным полагаем, что именно возраст и социально-психологические особенности лиц, не достигших возраста 18 лет, являются факторами, обусловливающими выделение производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних в особый вид уголовного судопроизводства.

Сущность особенностей уголовного судопроизводства в отношении лиц в возрасте до 18 лет заключается в дополнительных процессуальных гарантиях прав и законных интересов несовершеннолетних.

По мнению А.С. Ландо, «особые правила, применяемые при расследовании и судебном разбирательстве дел данной категории, являются дополнительными процессуальными гарантиями для защиты интересов несоверщеннолетних и для наиболее всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств по делу»[13] .

М.С. Строгович указывал, что «особенность субъекта преступления -возраст привлеченных к уголовной ответственности лиц – обусловливает применение при расследовании и судебном разбирательстве этих дел некоторых особых правил, которые, не меняя и не отменяя общих положений о порядке судопроизводства по уголовным делам, устанавливают дополнительные процессуальные гарантии для привлеченных к уголовной ответственности лиц и определяют дополнительные вопросы, подлежащие выяснению и разрешению»[14] .

На основе перечня социально-психологических характеристик несовершеннолетних Генеральная Ассамблея ООН разработала Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила)[15] , которые предусматривают:

- создание специализированных судов по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними;

- обладание должностными лицами органов, осуществляющих уголовное судопроизводство по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, соответствующей квалификацией;

- соответствие национального правового регулирования судебного разбирательства правам и интересам несовершеннолетних;

- обеспечение конфиденциальности в процессе расследования и судебного разбирательства во избежание причинения морального вреда несовершеннолетним из-за ненужной гласности или ущерба их репутации и т.п.

В уголовно-процессуальным законе подчеркивается, что нормы, определяющие производство по делам несовершеннолетних, являются составной частью уголовно-процессуального права и устанавливают лишь специфику этой категории дел, обусловленную возрастными особенностями несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых. Игнорирование специфики производства по делам несовершеннолетних с очевидностью приводит к неполноте производства, подрывает его воспитательно-профилактическую направленность. Но к тем же результатам приводит и одностороннее преувеличение значения этой специфики, забвение того, что она имеет пределы, реализуется на базе и во исполнение общих целей и принципов судопроизводства[16] .

Особенности уголовного судопроизводства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних проявляются как на этапе предварительного расследования, так и в судебном разбирательстве.

Предварительное расследование по уголовным делам в отношении лиц, не достигших 18-летнего возраста, производится по общим правилам, с изъятиями, установленными гл. 50 УПК РФ. Если несовершеннолетний участвовал в совершении преступления вместе с лицами старше указанного возраста, уголовное дело в отношении него должно быть выделено в отдельное производство, если это не создает существенных препятствий для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств уголовного дела.

При производстве предварительного расследования необходимо устанавливать дополнительные обстоятельства, входящие в предмет доказывания. К таковым законодатель относит: возраст несовершеннолетнего, условия жизни и воспитания, уровень его психического развития, а также иные особенности личности, влияние на поведение несовершеннолетнего старших по возрасту лиц[17] .

Законодатель указал на необходимость в процессе расследования и судебного разбирательства учитывать положение ч. 3 ст. 20 УК РФ, в соответствии с которой, если несовершеннолетний достиг возраста уголовной ответственности, но имеет связанное с психическим расстройством отставание в психическом развитии, ограничивающее его способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности.

Задержание и заключение несовершеннолетнего под стражу может применяться лишь в исключительных случаях и только тогда, когда это вызвано тяжестью совершенного преступления, а также при наличии оснований, предусмотренных ст. 91, 92, 97, 99, 100, 108 УПК РФ.

В соответствии со ст. 51 УПК РФ участие защитника является необходимым условием производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. Представляется, что такое требование выступает необходимой и дополнительной гарантией защиты прав и законных интересов лиц, не достигших совершеннолетия. В отличие от производства по уголовным делам в отношении взрослых лиц вызов несовершеннолетних к прокурору, следователю, дознавателю или в суд производится через их родителей или других законных представителей.

Проведение допроса несовершеннолетних также имеет определенные

особенности. В силу ст. 425 УПК РФ допрос указанной категории лиц не может продолжаться без перерыва более двух часов, а в общей сложности - более четырех часов в день. Участие защитника при проведении допроса обязательно. Кроме того, в допросе лица, не достигшего шестнадцатилетнего возраста, а также лица, достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством или отстающего в психическом развитии, обязательно участие педагога или психолога. Уголовно-процессуальный закон установил, что законные представители допускаются к участию в деле с момента первого допроса несовершеннолетнего.

Следует заметить, что окончание предварительного расследования уголовного дела о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, также отличается существенными особенностями. Если в ходе предварительного расследования уголовного дела о преступлении небольшой или средней тяжести будет установлено, что исправление несовершеннолетнего обвиняемого может быть достигнуто без применения наказания, то прокурор, а также следователь или дознаватель с согласия прокурора вправе вынести постановление о прекращении уголовного преследования и возбуждении перед судом ходатайства о применении к несовершеннолетнему обвиняемому принудительной меры воспитательного воздействия, предусмотренной ч. 2 ст. 90 УК РФ. Указанное постановление вместе с уголовным делом направляется в суд.

Таким образом, производство по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними лицами, является особой уголовно-процессуальной формой, правоотношения и деятельность участников которой направлены на установление наличия или отсутствия оснований для привлечения несовершеннолетнего к уголовной ответственности. Данное производство считается особой уголовно-процессуальной формой в силу установленных уголовно-процессуальным законом особенностей, сущность которых состоит в обеспечении дополнительными гарантиями несовершеннолетних в ходе реализации ими прав и законных интересов, снижении негативного воздействия судопроизводства по уголовному делу на психику несовершеннолетних, предотвращении случаев незаконного привлечения несовершеннолетних к уголовной ответственности и необоснованного лишения их свободы, оказании воспитательно-профилактического воздействия на несовершеннолетних, совершивших противоправные деяния.


1.2.Особенности состава участников по делам несовершеннолетних

Повышенное внимание к несовершеннолетним правонарушителям основывается на возрастных, социально-психологических и других их особенностях, в силу которых подростку затруднительно самостоятельно осуществлять свои процессуальные права. Особое внимание к качеству защиты несовершеннолетних обусловлено важностью положительного нравственно-психологического воздействия на такого обвиняемого.

Закон устанавливает обязательное участие защитника в производстве по уголовному делу несовершеннолетнего. Фигура защитника важна не только в стадии предварительного расследования, но и в стадии судебного разбирательства в целях реализации принципа состязательности в уголовном процессе и защиты прав и законных интересов несовершеннолетнего. В п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.02.2000 № 7[18] указывается, что участие защитника обязательно с момента ареста (заключения под стражу), предъявления обвинения, а также при судебном разбирательстве независимо от того, достиг ли обвиняемый к этому времени совершеннолетия. Это правило относится и к случаям, когда лицо обвиняется в преступлениях, одно из которых совершено им в возрасте до 18 лет, а другое - после достижения совершеннолетия.

Таким образом, обязательное участие защитника по делам о преступлениях несовершеннолетнего необходимо в каждом случае (п. 2 ч. 1 ст. 51 УПК РФ), в то время как обязательное участие противоположной стороны(прокурора) в судебном заседании законом не закреплено[19] .

В соответствии со ст. 50 УПК РФ отказ несовершеннолетнего подсудимого от защитника не обязателен для суда. Действительно, правоприменитель может истолковать данную статью как возможность несовершеннолетнего отказаться от защитника и остаться вовсе без него, а суд, следователь, прокурор на свое усмотрение решают вопрос об отказе или удовлетворении данного отказа.

Такое толкование является грубейшим нарушением уголовно-процессуального законодательства, и в частности, ст. 51 УПК РФ. Считаем, что следователь, прокурор, суд могут не принять отказ обвиняемого (подсудимого) от защитника, но при этом они должны вынести мотивированное постановление, в котором должны быть указаны основания данного решения. После этого производство по уголовному делу должно продолжаться с участием защитника, от которого обвиняемый (подсудимый) отказался. На невозможность проведения процессуальных действий без участия защитника в уголовном деле о преступлениях несовершеннолетних прямо указывает п. 3 ст. 50 УПК РФ.

Верховный Суд РФ в Определении № 69-Д99 пр-20 по делу Алероева совершенно обоснованно разъяснил данную статью: «Суд может удовлетворить ходатайство подсудимого об отказе от защитника, участие которого является обязательным, с соблюдением требований ст. 50 УПК РСФСР, если подсудимый реально обеспечен защитой. По данному делу подсудимый А. в судебном заседании не был обеспечен защитником, и оно рассмотрено только с участием прокурора, чем нарушено право подсудимого на защиту. Хотя в деле имеется заявление А. об отказе от защитника, данных о том, что суд обсуждал это заявление, нет[20]

Уголовно-процессуальный закон содержит ряд специальных норм, применяемых только при рассмотрении дел о преступлениях несовершеннолетних.

Такие нормы позволяют наиболее полно и реально обеспечить соблюдение законных интересов несовершеннолетних подсудимых, выявить причины и условия, способствовавшие совершению ими преступных действий. Одной из таких норм является право защитника ходатайствовать об удалении несовершеннолетнего подсудимого из зала судебного заседания на время исследования обстоятельств дела, которые могут оказать на него отрицательное воздействие(ч. 1 ст. 429 УПК РФ). А.С. Ландо отмечает: «Открытое судебное заседание нередко создает возможности для активного постороннего влияния на несовершеннолетнего подсудимого, а в отдельных случаях может оказать отрицательное воздействие на присутствующую в зале молодежь»[21] . Защитник может ходатайствовать о возвращении несовершеннолетнего подсудимого в зал судебного заседания в тот или иной момент судебного следствия.

В случаях защиты несовершеннолетних подсудимых не старше 16 лет защитник может ходатайствовать о рассмотрении дела в закрытом судебном заседании либо ставить вопрос о частичном рассмотрении дела (отдельных его обстоятельств) при закрытых дверях.

В подготовительной части судебного заседания защитник может высказать свое мнение о возможности рассмотрения дела в отсутствие лиц, неявившихся в судебное заседание, если при этом не будут затронуты интересы несовершеннолетнего подсудимого. Часть 1 ст. 119 УПК РФ не требует от защитника, заявившего ходатайство, обязательно указать, для установления каких обстоятельств необходимы производство дополнительных процессуальных действий или вызов свидетелей. Статьи 119—122 УПК РФ обеспечивают защитника правом заявления ходатайств о производстве процессуальных действий или принятии процессуальных решений для установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, обеспечения прав и законных интересов несовершеннолетнего подзащитного.

Защитнику предоставлено право ходатайствовать перед судом и об ограничении круга лиц, участвующих в деле. Изучив материалы уголовного дела, ознакомившись с условиями воспитания и семьей несовершеннолетнего подсудимого, защитник может прийти к выводу, что законному представителю нецелесообразно участвовать в деле. Мотивы ходатайства защитник должен представить суду аргументированно и убедительно.

Адвокат может принимать участие в установлении порядка исследования доказательств, высказывать свое мнение о первоочередности допроса несовершеннолетнего подсудимого в том случае, если есть взрослые соучастники. Деятельность защитника при этом должна быть направлена на выяснение обстоятельств, оправдывающих обвиняемого или смягчающих его ответственность[22] .

После окончания судебного следствия суд переходит к выслушиванию прений сторон (ст. 292 УПК РФ). Для защитника это наиболее ответственный момент в судебном процессе .

Выступление защитника с речью - это его итоговая позиция. В своей речи он приводит факты невиновности подзащитного, указывает контраргументы обвинению. Если вина несовершеннолетнего полностью доказана судом, защитник говорит о смягчающих и оправдывающих его обстоятельствах дела[23] . Защитник должен высказать свою точку зрения о наказании несовершеннолетнего подсудимого. Он вправе ходатайствовать о применении меры уголовно-правового воздействия, не связанной с лишением свободы, а также об освобождении судом несовершеннолетнего подсудимого от уголовной ответственности с применением принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 431 УПК РФ). Адвокат-защитник несовершеннолетнего может высказать предложение применить к его подзащитному: а) предупреждение; б) передачу под надзор родителей или лиц, их заменяющих, либо специализированного государственного органа; в) возложение обязанности загладить причиненный вред; г) ограничение досуга и установление особых требований к поведению несовершеннолетнего (ч. 2 ст. 90 УК РФ).

В соответствии со ст. 432 УПК РФ защитник может заявить ходатайство об освобождении несовершеннолетнего подсудимого, совершившего преступление средней тяжести, от наказания с направлением его в специализированное учреждение для несовершеннолетних, если при рассмотрении уголовного дела это будет признано достаточным.

В прениях сторон адвокат обращает внимание суда на индивидуальность подхода к определению вида и размера наказания.

В реплике по поводу сказанного в речах или в реплике других участников прений сторон защитник может дать аргументированные возражения по поводу выступления, например, государственного обвинителя. Это могут быть возражения по вопросам оценки личности подростка, по существу обвинения и другим вопросам.

Таким образом, УПК РФ в целом предоставляет защитнику щирокие возможности для оказания юридической помощи несовершеннолетнему подсудимому. Максимально полное и творческое их использование должно обеспечить эффективную защиту прав и законных интересов несовершеннолетних.

Д.А. Рогозин предлагает на законодательном уровне рассмотреть вопрос о запрещении защитнику защищать интересы более одного подсудимого. По мнению указанного автора, «это сделать необходимо, во-первых, для того, чтобы вопрос с конкуренцией интересов несовершеннолетних подзащитных не возникал, а во-вторых, чтобы адвокат имел возможность вникнуть в индивидуальные особенности дела и самого несовершеннолетнего с тем, чтобы иметь возможность наиболее реально обеспечить защиту прав и законных интересов несовершеннолетнего»[24] .

Для реализации защиты прав и законных интересов несовершеннолетнего по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, к обязательному участию привлекаются их законные представители.

По мнению В.Я. Рыбальской, «своеобразие законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого сводится к возможности совмещения в одном лице функции различных участников процесса (законного представителя, защитника, гражданского ответчика, свидетеля), а также к участию в процессе как в целях обеспечения повышенной охраны прав и законных интересов несовершеннолетнего обвиняемого в силу его ограниченной дееспособности, так и в целях выяснения роли самих законных представителей в формировании личности несовершеннолетнего»[25] .

В.А. Панкратов отмечает законное представительство как «самостоятельный правовой институт, где существуют два комплекса правоотношений: внутренние (между законным представителем и представляемым участником процесса), регулируемые нормами материального права (гражданского, семейного и других отраслей), и внешние (отношения законного представителя с органами расследования, прокурором и судом, осуществляющими и направляющими производство по уголовному делу), регулируемые нормами уголовно-процессуального закона»[26] .

Точка зрения о том, что законное представительство является самостоятельным правовым институтом уголовного процесса, представляется обоснованной. По нащему мнению, законные представители участвуют в уголовном судопроизводстве по требованию закона об их обязательном участии, в отличие от представителей, участию которых предшествует согласительная процедура между ними и заинтересованными в представительстве лицами. Законные представители, находясь с несовершеннолетними в правоотношениях, регулируемых гражданским и семейным правом, на основании постановления прокурора, следователя, дознавателя, постановления судьи, определения суда вступают в уголовный процесс с целью зашиты прав и законных интересов несовершеннолетнего, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, и становятся участниками уголовно-процессуальных правоотношений.

Согласно п. 12 ст. 5 УПК РФ законные представители — это признанные таковыми специальным постановлением (определением) дознавателя, следователя, руководителя следственной группы, начальника следственного отдела, прокурора, суда: родители, усыновители, опекуны или попечители несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) или представители учреждений и организаций, на попечении которых таковой находился, органы опеки и попечительства.

Следует заметить, что среди ученых-процессуалистов нет единства мнений по вопросу о том, следует ли применять нормы ст. 48 УПК РФ, если преступление совершено лицом, не достигшим 18 лет, а в период досудебного и судебного производства стало совершеннолетним. Так, комментируя положения ст. 48 УПК РФ, А.П. Рыжаков говорит, что «под несовершеннолетним в данной статье понимается физическое лицо, которое на момент осуществления в рамках уголовного процесса в отношении его уголовного преследования (обвинительной деятельности), а не только на момент совершения им преступления не достигло восемнадцати лет»[27] .

Аналогичного мненияпридерживаются и другие авторы[28] .

Такой подход к понятию несовершеннолетнего обусловлен разъяснениями, изложенными в ч. 1 п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» от 14 февраля 2000 г. В нем указано, если лицо, совершившее преступление в возрасте до 18 лет, на момент рассмотрения дела в суде достигнет совершеннолетия, функции законного представителя прекращаются. Эти функции могут быть продолжены лишь в случае принятия судом решения о распространении на лиц в возрасте от 18 до 20 лет содержащихся в законе (ст. 96 УК РФ) положений об особенностях уголовной ответственности несовершеннолетних.

Вместе с тем в том же документе (п. 22) Пленум Верховного Суда РФ требует от судов кассационной и надзорной инстанций рассмотрения жалобы допущенного к участию в деле законного представителя несовершеннолетнего осужденного, которому к моменту проверки дела в суде второй инстанции исполнилось 18 лет, на общих основаниях и независимо от позиции, занимаемой по делу несовершеннолетним осужденным или потерпевшим.

Такая некоторая непоследовательность высшего органа правосудия нашего государства породила неодинаковое толкование понятия «несовершеннолетний», использованного законодателем в ст. 48 УПК РФ. По мнению А.П. Гуева, в комментируемой статье говорится о физических лицах, «которым к моменту совершения преступления (а не к моменту, когда лицо привлечено в качестве подозреваемого или обвиняемого) не исполнилось 18 лет»[29] .

В связи с изложенным представляется, что законодателю следует дополнить УПК РФ нормами, конкретизирующими положения о допуске законных представителей подозреваемого, обвиняемого, подсудимого в возрасте от 18 до 20 лет.

В соответствии со ст. 48 УПК РФ у каждого подозреваемого несовершеннолетнего должен быть хотя бы один законный представитель, кроме того, он должен быть допущен к участию в деле вне зависимости от того, поступило или нет от него соответствующее ходатайство. Закон не запрещает следователю (дознавателю и др.) и суду допустить до участия в уголовном деле нескольких законных представителей одного и того же несовершеннолетнего. «Предельное количество законных представителей конкретного несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) по одному и тому же уголовному делу законом не определено»[30] .

УПК РФ в ст. 191 и 280 предусматривает участие законных представителей в допросе несовершеннолетних потерпевших или свидетелей как в ходе предварительного, так и в ходе судебного следствия. Вместе с тем это не нашло отражения в норме, определяюшей понятие законных представителей. В связи с этим полагаем, что п. 12 ст. 5 УПК РФ целесообразно изложить в следующей редакции: «12) законные представители - родители, усыновители, опекуны или попечители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего либо свидетеля, представители учреждений или организаций, на попечении которых находится несовершеннолетний подозреваемый, обвиняемый, потерпевший либо свидетель, органы опеки и попечительства».

Участие в уголовном деле защитника не освобождает следователя, дознавателя, суд от обязанности допустить к участию в этом же деле законного представителя. Исходя из содержания ч. 4 ст. 428 УПК РФ одно и то же лицо может объединять в себе два названных процессуальных статуса. «Именно сочетание участия в деле законного представителя и защитника создает максимальные гарантии защиты законных интересов несовершеннолетних»[31] .

Законодатель позволяет суду в качестве защитника допускать (наряду с адвокатом) близкого родственника обвиняемого (ч. 2 ст. 49 УПК РФ). Если он до этого был законным представителем несовершеннолетнего обвиняемого, он будет одновременно являться еще и его защитником. А.П. Рыжаков рекомендует «при наличии такой возможности допускать к участию в деле еще одного законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого так, чтобы у каждого вовлеченного в уголовный процесс лица был свой отдельный процессуальный статус: у одного - защитника, а у другого - законного представителя»[32] . Некоторыми же учеными обосновывается невозможность наделения одного и того же человека двумя процессуальными статусами: защитника и законного представителя[33] .

Мы разделяем мнение С.В. Матвеева о том, что УПК РФ необходимо дополнить положением об участии в следственных действиях с несовершеннолетними свидетелями и потерпевшими, подозреваемыми и обвиняемыми близких родственников, а не только законных представителей. Ограничение круга лиц, представляющих и защищающих права несовершеннолетних, вряд ли оправданно. Близкие родственники могли бы оказать следователю действенную помощь в установлении психологического контакта, выяснении комплекса вопросов, касающихся личности несовершеннолетнего, условий его жизни и воспитания, обстоятельств, проливающих свет на причины совершения им преступления[34] .

Законные представители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого являются участниками уголовного судопроизводства со стороны защиты (гл. 7 ст. 48 УПК), наделенными соответствующими правами и обязанностями. Права законного представителя несовершеннолетнего подсудимого в судебном заседании регламентированы ч. 1 ст. 428 УПК РФ.

Вместе с тем законный представитель наряду с правами имеет ряд обязанностей. Но в ст. 428 УПК РФ содержится только указание о том, что если законный представитель несовершеннолетнего подсудимого допущен к участию в уголовном деле в качестве защитника или гражданского ответчика, то он несет ответственность, предусмотренную ст. 53 и 54 УПК РФ. Поэтому в законе, как представляется, следует закрепить обязанности законного представителя отдельной статьей.

Законный представитель несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) может обладать и статусом свидетеля. В ч. 2 п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. N2 7 отмечено, что, признав необходимым допросить законного представителя в качестве свидетеля, суд выносит об этом определение и разъясняет ему положения ст. 51 Конституции РФ. В случае допроса законного представителя он предупреждается об уголовной ответственности только за дачу заведомо ложных показаний.

«Однако, - как замечает Д.А. Рогозин, - в приведенном выше положении не решается вопрос: выступать свидетелем по делу — это обязанность или все же право близкого родственника». По мнению указанного автора, законный представитель не должен предупреждаться об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, поскольку он не имеет возможности отказаться от дачи свидетельских показаний[35] . Трудно себе представить родителей, которые дают показания в суде в ущерб интересам своего ребенка. «Судебная практика знает немало случаев, когда отдельные свидетели и потерпевшие давали на предварительном следствии явно ложные показания в отношении обвиняемых по самым различным основаниям, в том числе и в связи со стремлением избежать ответственности либо скрыть противоправные действия близких людей»[36] .

Закон строго регламентировал порядок привлечения к участию в уголовном деле законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого). На стадии предварительного расследования он осуществляется по правилам, закрепленным в ст. 426 УПК РФ, на судебных стадиях - ст. 428 УПК РФ.

Постановление о допуске законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) выносится один раз, если до этого указанное лицо не было отстранено от участия в деле.

Отстранен от участия в деле законный представитель несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) может быть только путем вынесения постановления. Следует заметить, что положение ч. 2 ст. 428 УПК РФ, гласящей, что по определению или постановлению суда законный представитель может быть отстранен от участия в судебном разбирательстве, если есть основания полагать, что его действия наносят ушерб интересам несовершеннолетнего подсудимого, не конкретизируют основания, в связи с которыми может быть вынесен соответствующий судебный документ. Представляется, что в зависимости от ситуации правоприменитель может достаточно произвольно применять нормы данной статьи или не применять их вообще. Полагаем, что в УПК РФ законодатель должен закрепить конкретные основания отстранения законного представителя от участия в судебном разбирательстве по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего.


1.3.Обстоятельства, подлежащие установлению по делам несовершеннолетних

Одним из главных принципов судопроизводства по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, является его максимальная индивидуализация. Как справедливо заметил Ф. Багаутдинов, «он означает, что в центре судопроизводства находится личность несовершеннолетних и причины их правонарушений. Следовательно, личность преступника и причины преступления в стадии судопроизводства, в том числе и в ходе расследования, должны быть изучены в максимальной степени»[37] .

Особые правила производства по уголовным делам о преступлениях несовершеннолетних направлены в первую очередь на защиту этих лиц от необоснованного подозрения или обвинения, справедливое разрешение дела, обеспечение того, чтобы любые меры воздействия на несовершеннолетнего правонарушителя были всегда соизмеримы как с особенностями его личности, так и с обстоятельствами преступления. С этой целью в УПК РФ наряду с основным определен дополнительный перечень специфических обстоятельств, подлежащих обязательному установлению по каждому уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним.

В целом предмет доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних значительно шире общего предмета доказывания и требует установления различных демографических, правовых, социально-психологических и иных данных, имеющих особое значение для применения разумных и гуманных мер воздействия на несовершеннолетних правонарушителей[38] .

Предметом доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних является совокупность явлений и фактов, установление которых необходимо для принятия объективного, законного и справедливого решения по уголовному делу, производство по которому ведется в отношении лица, не достигшего 18-летнего возраста.

К явлениям и фактам, подлежащим установлению, закон относит:

1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);

2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы;

3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;

4) характер и размер вреда, причиненного преступлением;

5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния;

6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание;

7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания;

8) возраст несовершеннолетнего, число, месяц и год рождения;

9) условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровень психического развития и иные особенности его личности;

10) влияние на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц;

11) обстоятельства, способствовавшие совершению преступления.

При наличии данных, свидетельствующих об отставании в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, устанавливается также, мог ли несовершеннолетний в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. На необходимость установления этих фактов обращено внимание в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» от 14.02.2000 № 7. Как отмечает В.П. Божьев, возможность несовершеннолетнего в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими из-за отставания в психическом развитии, не связанным с психическим расстройством, устанавливается путем постановки на разрешение психолого-психиатрической экспертизы следуюших вопросов: «Страдал ли несовершеннолетний обвиняемый во время совершения инкриминируемого ему деяния психическим расстройством»; «Имеется ли у несовершеннолетнего обвиняемого отставание в психическом развитии, не связанное с психическим расстройством»; «Мог ли несовершеннолетний обвиняемый во время совершения инкриминируемого ему деяния осознавать фактический характер и обшественную опасность своих действий либо руководить ими и, если мог, то в какой мере?»[39]

Заметим, что в зависимости от обстоятельств следует назначать комплексную судебную психолого-психиатрическую, медико-психологическую либо судебно-психиатрическую экспертизу.

В силу умственной отсталости, не связанной с психическим расстройством, несовершеннолетний обвиняемый может неверно оценивать свои действия и обстоятельства, контролировать свои поступки. В таких случаях, как правило, должна назначаться психолого-психиатрическая экспертиза. Нередко на практике сложно оценить природу отставания в психическом развитии подростка. Оно может быть вызвано как в силу педагогической запущенности, так и в силу факторов социального, психиатрического или иного медицинского характера.

Учитывая, что комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза максимально позволяет выявить отклонения в развитии несовершеннолетнего и причины такого отклонения, то наиболее часто назначается именно такой вид экспертизы[40] .

Безусловно, в законе невозможно перечислить все факты и обстоятельства, которые необходимо исследовать в ходе производства по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего обвиняемого или подсудимого. Но правы и те ученые и практики, которые обращают внимание на то, что предмет доказывания не подлежит неоправданному расширению. Такое положение может повлечь затягивание расследования при выявлении фактов и обстоятельств, не имеющих существенного значения для уголовного дела, что с учетом возраста и психологических особенностей личности подсудимого недопустимо[41] .

Выделяя производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних в особый вид судопроизводства, законодатель придает большое значение установлению точного возраста несовершеннолетнего преступника. Возраст несовершеннолетнего исчисляется с точностью до года, месяца и дня. С учетом требований, содержащихся в ст. 128 УПК РФ, лицо должно считаться достигшим возраста, с которого наступает уголовная ответственность, не в день рождения, а по истечении суток, на которые приходится этот день, т.е. с ноля часов следующих суток. Причем день достижения того или иного возраста определяется в зависимости от того, какая возрастная группа(14, 16 или 18 лет) имеет уголовно-правовое или процессуальное значение.

Определение возраста со слов несовершеннолетнего недопустимо. Поэтому установление возраста должно происходить на основании свидетельства о рождении или общегражданского паспорта. Копия названных документов должна быть приобщена к делу только после того, как следователь осмотрел документ и убедился в его подлинности.

Пункт 2 ч. 1. УПК РФ указывает на необходимость установления условий жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровня психического развития и иных особенностей его личности.

Установление условий жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровня психического развития и иных особенностей его личности требуется для всестороннего изучения физического и психического состояния подростка, уровня интеллектуального и нравственного развития, особенностей его характера. Суд обязан установить, состоял ли подсудимый на учете в подразделениях по делам несовершеннолетних органов внутренних дел[42] .

Данные об обстановке, в которой происходило формирование личности несовершеннолетнего, необходимы для установления мотивов преступления, обстоятельств, связанных с его отношением к содеянному, для принятия мер по предупреждению совершения иных преступлений и об ответственности родителей или воспитателей.

Что же входит в понятие условий жизни и воспитания несовершеннолетнего? Рассмотрим мнения на это счет различных авторов. Так, Н.И. Гуковская, А.И. Долгова, Г.М. Миньковский считают существенным выяснение:

а) объективных условий жизни семьи;

б) характеристики родителей и отношения их к воспитанию детей;

в) бытового окружения и связей подростка;

г) содержания воспитательной работы с несовершеннолетним по месту учебы (работы) и жительства;

д) характера мер, ранее принимавшихся компетентными органами по фактам неправильного поведения и правонарушений подростка[43] .

Обращая внимание на то, что следователи не всегда в достаточной мере выясняют, надлежащим ли образом родители, опекуны или соответствующие учреждения осуществляли воспитание детей (или надзор за ними), если нет, то в чем это выразилось; явилось ли ненадлежащее воспитание детей (или отсутствие надзора) причиной совершения ими преступления; при каких обстоятельствах дети оказались вне контроля, надзора со стороны родителей, опекунов, соответствующих учреждений, в том числе и в день совершения преступления, и др. Ф. Багаутдинов считает, что было бы оправданным ввести в практику дачу следователем соответствующим органам и лицам указаний об обследовании условий жизни и воспитания несовершеннолетнего, совершившего преступление, по которому проводится расследование, с составлением акта для приобщения к уголовному делу. В настоящее время такие акты составляются, как правило, органами опеки и попечительства в связи с рассмотрением исков о лишении родительских прав, об отобрании ребенка и др[44] .

Следует заметить, что приказ Генеральной прокуратуры РФ «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи»[45] от 26.11.2007 № 188 требует от прокуроров и изучать социальные и психологические характеристики обвиняемых, а также условия их жизни и воспитания, анализировать причины совершения несовершеннолетними преступлений, не утверждать обвинительное заключение, если по делу не приняты меры к выявлению причин и условий, способствовавших совершению преступления, а также если отсутствуют необходимые материалы об условиях жизни и воспитания несовершеннолетнего, влиянии на него взрослых.

УПК РФ в ст. 421 называет в числе обстоятельств, подлежаших установлению, «иные особенности личности» несовершеннолетнего, но при этом не раскрывает содержания данного понятия. Мы согласны с мнением С.А. Луговцовой, которая считает, что «это влечет за собой не установление большинства значимых для исправления личностных свойств несовершеннолетнего обвиняемого, получение очень формальных и малосодержательных характеристик и справок»[46] .

Коллектив авторов Научно-практического комментария к УПК РФ под редакцией В.М. Лебедева и В.П. Божьева считают, что под иными особенностями личности несовершеннолетнего, подлежащими установлению по уголовному делу в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 421, следует понимать такие особенности психики, как способность к абстрактному мышлению, возможность самостоятельной организации деятельности, социальный характер интересов и ценностей, ограниченность запаса общих сведений и знаний, примитивность интересов, несформированность морально-этических норм поведения, асоциальность установок и др.[47]

Представляется, что в целях единообразного понимания и применения норм закона в УПК РФ необходимо конкретизировать характеристику иных особенностей личности несовершеннолетнего.

Уголовно-процессуальный закон в ст. 421 при производстве по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего требует установления меры влияния на него старших по возрасту лиц. Заметим, что Пленум Верховного Суда РФ также обращает внимание на необходимость тщательного выяснения характера взаимоотношений между взрослым и подростком, поскольку эти данные могут иметь существенное значение для установления роли взрослого в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления или антиобщественных действий .

По мнению П.И. Нека, «с этой целью надо установить такие обстоятельства, как применение мер физического и психического воздействия на несовершеннолетнего (убеждение, запугивание, обман, подкуп, возбуждение низменных побуждений, распитие спиртных напитков, склонение к употреблению наркотиков и др.»[48] .

Кроме того, необходимо выяснить, не предшествовало ли преступлению несовершеннолетнего неправомерное или провоцирующее поведение взрослых лиц, в том числе признанных потерпевшими по делу; суд вправе признать это обстоятельство смягчающим наказание виновного[49] .

Одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию, является виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы (п. 2. ч. 1. ст. 73 УПК РФ). Под виновностью несовершеннолетнего следует понимать причастность к совершению преступления личности, достигшей возраста привлечения к уголовной ответственности и обладающего для этого зрелыми интеллектуальными, волевыми и эмоциональными качествами, УК РФ в ч. 1,3 ст. 20 определяет возрастной порог виновной ответственности.

Важное значение при этом имеет то, насколько правильно подростком осознаются различные элементы ситуации совершаемого деяния, его последствий, т.к. отношение субъекта к различным обстоятельствам может быть неоднородным: одни из них могут осознаваться определенно, другие предположительно, одни правильно, другие ошибочно, полностью или частично и т.д

Любое деяние осуществляется под влиянием и контролем психики человека. При этом взаимодействуют три элемента: познавательный, волевой и эмоциональный. Преступное деяние также включает в разной степени три составных психологических элемента: интеллектуальный, волевой и эмоциональный, которые при достаточной степени социализации подростка тесно связаны между собой и обусловливают совершение им преступления, поэтому установление их необходимо для доказывания виновности несовершеннолетнего обвиняемого. Таким образом, для установления виновности несовершеннолетнего обвиняемого (подсудимого) необходимо выяснить зрелость таких его психических качеств, как интеллект, воля и эмоции, а также выявить степень его социализации.

Суммируя изложенное, можно сделать следующие выводы.

Предметом доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних является совокупность явлений и фактов, установление которых необходимо для принятия объективного, законного и справедливого решения по уголовному делу данной категории лиц.

Развернутая регламентация предмета доказывания по этим делам является существенной гарантией всестороннего и полного исследования обстоятельств совершенного преступления, личности правонарушителя, обеспечения воспитательного воздействия уголовного процесса. Следуя данной цели, УПК РФ определяет основной и дополнительный перечни обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. Названные в этих перечнях обстоятельства согласуются с правовыми нормами, указанными в Минимальных стандартных правилах ООН (Пекинскими правилами).

Установление действительного состояния психического развития несовершеннолетнего является одним из наиболее значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу в отношении него. В зависимости от обстоятельств дела может быть назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая, медико-психологическая либо судебно-психиатрическая экспертиза. В связи с тем, что комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза максимально позволяет выявить отклонения в развитии несовершеннолетнего и причины такого отклонения, то наиболее часто назначается именно такой вид экспертизы.


1.4.Значение прокурорского надзора за соблюдением прав и законных интересов несовершеннолетних участников уголовного процесса

Прокурорский надзор за исполнением законов о несовершеннолетних уже давно является неотъемлемой частью прокурорского надзора в целом. Этому направлению всегда уделялось особое внимание, а требования к организации надзора, содержащиеся в приказах Генерального прокурора РФ, растут с каждым годом.

Так, Приказ от 26 ноября 2007 г. N 188 "Об организации прокурорского надзора за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи", заменивший Приказ от 22 июня 2001 г. N 38, детально регламентирует все направления осуществления надзора за исполнением законов о несовершеннолетних.

Надзор за процессуальной деятельностью по уголовным делам в отношении несовершеннолетних осуществляется прокурором по двум основным направлениям:

1) надзор за соблюдением требований УПК РФ, регулирующих общий порядок производства по каждому возбужденному уголовному делу, но с изъятиями, предусмотренными главой 50 УПК РФ. Следует иметь в виду, что производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних проводится следователями и дознавателями по правилам подследственности, установленным ст. 151 УПК РФ;

2) надзор за исполнением специальных норм УПК РФ, регламентирующих особые условия производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. Прежде всего, это касается установления дополнительных оснований по предмету доказывания таких, как детальное выяснение возраста несовершеннолетнего, числа, месяца и года его рождения; условий жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровня психического развития и иных обстоятельств, характеризующих его личность; влияния на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц[50] .

Прокурор, осуществляющий надзор за процессуальной деятельностью следователя и дознавателя, расследующих уголовные дела в отношении несовершеннолетних, обязан обеспечить со стороны органов предварительного расследования безусловное исполнение требований ст. 423 УПК РФ. Кроме того, прокурор должен иметь в виду возможность передачи несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого под присмотр заслуживающим доверия лицам: родителям, опекунам, попечителям или другим лицам, способным обеспечить надлежащее поведение несовершеннолетнего, в том числе и должностным лицам специализированного детского учреждения, в котором он находился до совершения преступления.

Прокурор, реализуя свои полномочия, участвует в судебных заседаниях при рассмотрении вопросов об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Прокурор в судебном заседании уясняет, проверяет на соответствие закону правомерность постановки избрания данной меры пресечения и выясняет, нет ли достаточных оснований для передачи несовершеннолетнего под присмотр заслуживающих доверие лиц.

В случае, когда следователь или дознаватель принимает решение о задержании несовершеннолетнего подозреваемого или ставит вопрос о получении судебного решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, прокурор в суде должен потребовать от следователя или дознавателя представления суду официальной информации (рапорта, заключения и т.п.) о рассмотрении вопроса и отсутствии возможности передачи несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого под присмотр.

На наш взгляд, в целях единообразного исполнения требования, изложенного в ч. 2 ст. 423 УПК РФ, Генеральный прокурор РФ в соответствии с правомочием, закрепленным в ч. 1 ст. 17 Закона о прокуратуре[51] , может издать нормативно-правовой акт, которым предусмотрит единообразное исполнение прокурорами требований закона при обсуждении в суде с их участием возможности передачи несовершеннолетнего под присмотр.

Необходимость принятия такого решения Генеральной прокуратурой Российской Федерации вызывается еще и тем, что в регионах России по-разному решаются вопросы применения тех или иных видов мер пресечения к несовершеннолетним. Так, несмотря на введение Федеральным законом "О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" от 29 мая 2002 г. N 58-ФЗ такой меры пресечения, как присмотр за несовершеннолетним обвиняемым (ч. 4 ст. 98 УПК РФ), на практике продолжается необоснованное применение заключения под стражу, а в качестве альтернативы используются подписка о невыезде, залог и т.п., но не присмотр за несовершеннолетним обвиняемым.

Другой существенно важной особенностью производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, закрепленной действующим уголовно-процессуальным законом, является императивное предписание, изложенное в диспозиции ст. 422 УПК РФ, о выделении в отдельное производство уголовного дела в отношении несовершеннолетнего, участвовавшего в совершении преступления вместе со взрослыми.

Норма ст. 154 УПК РФ требует от следователя и дознавателя соблюдения порядка выделения дела в отдельное производство (ч. 2 ст. 154 УПК РФ). Однако это требование не является основанием к невыполнению предписания ст. 422 УПК РФ об обязательном выделении дела в отношении несовершеннолетнего участника преступного деяния.

Более того, указанная норма исключает возможность не выделять в отдельное производство уголовное дело в отношении несовершеннолетних только в связи с усмотрением должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование несовершеннолетних.

Требование уголовно-процессуального закона о том, что выделение уголовного дела в отношении несовершеннолетнего должно быть произведено при условии, если это не отразится на всесторонности и объективности предварительного расследования и разрешения уголовного дела (процессуальная возможность), должно исполняться в буквальном уяснении содержания данного правового предписания. В практике прокурорского надзора должны быть приняты меры к устранению блокирования требования ст. 422 УПК РФ только на основании формальной отсылки к указанному процессуальному условию.

Следует признать, что и в этом вопросе «нет единообразного подхода в регионах России к организации расследования уголовных дел в отношении несовершеннолетних. По-прежнему имеет место неисполнение требований закона о выделении в отдельное производство уголовного дела в отношении несовершеннолетних при наличии к тому процессуальной возможности»[52] .

В практике прокурорского надзора за исполнением закона органами, осуществляющими уголовное преследование в отношении несовершеннолетних, центральное место отводится принятию законного решения по результатам расследования каждого уголовного дела[53] .

Учитывая особый характер данной категории уголовных дел, по которым обязательно выявление не только уровня психического развития несовершеннолетнего, но и возможности его отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, которое не позволило в полной мере осознать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, прокуроры должны добиваться, чтобы по каждому уголовному делу в отношении несовершеннолетнего обвиняемого проводились психиатрические и психологические экспертизы, выводы которых должны оцениваться по правилам оценки доказательств (ст. 88 УПК РФ) и учитываться при принятии решения о наличии или отсутствии субъективной стороны преступления в действиях (бездействии) несовершеннолетнего.

Более того, прокуроры обязаны обеспечить исполнение закона (ч. 1 ст. 427 УПК РФ) о прекращении уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего и возбуждении перед судом ходатайства о применении к нему принудительных мер воспитательного характера. Такое решение возможно при наличии двух условий:

1) совершенное преступление должно быть небольшой или средней тяжести;

2) в материалах дела имеются фактические данные о том, что исправление несовершеннолетнего обвиняемого может быть достигнуто без применения уголовного наказания. При таком положении прокурор вправе требовать от органов дознания и следственных органов устранения нарушения требований ст. 427 УПК РФ, предусматривающей возможность принятия решения о прекращении уголовного преследования, и возбуждения перед судом ходатайства о применении к несовершеннолетнему обвиняемому принудительных мер воспитательного характера.

Если уголовное дело доходит до судебного рассмотрения, то проведение судебного разбирательства в отношении несовершеннолетнего требует от прокурора особого профессионализма в установлении истины по конкретному делу с вынесением законного и справедливого приговора.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 года N 1 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации"[54] говорит о том, что в соответствии с ч. 3 ст. 427 УПК РФ суд, получив уголовное дело с обвинительным заключением или обвинительным актом в отношении несовершеннолетнего обвиняемого, совершившего преступление небольшой или средней тяжести, вправе прекратить дело и применить к несовершеннолетнему обвиняемому принудительные меры воспитательного воздействия. Это возможно, если в ходе предварительного расследования было установлено, что исправление несовершеннолетнего обвиняемого может быть достигнуто без применения наказания.

В таких случаях судом по ходатайству сторон, в т.ч. и по ходатайству прокурора или по собственной инициативе, при наличии оснований для прекращения уголовного дела, проводится предварительное слушание. Если уголовное дело в отношении несовершеннолетнего обвиняемого было прекращено по указанным выше основаниям, то суд решает вопрос о применении к такому лицу принудительных мер воспитательного воздействия, предусмотренных ч. 2 ст. 90 УК РФ.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал, что судам надлежит исходить из того, что закон не предусматривает возможности применения особого порядка принятия судебного решения в отношении несовершеннолетнего, поскольку в силу ч. 2 ст. 420 УПК РФ производство по уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним, осуществляется в общем порядке, установленном частями 2 и 3 УПК РФ, с изъятиями, предусмотренными главой 50 уголовно-процессуального закона.

Рассматривая основные положения надзорной деятельности по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, необходимо отметить обязанность прокуроров осуществлять постоянный надзор за исполнением закона (ч. ч. 4, 5 ст. 427, ч. 2 ст. 431 УПК РФ) специализированным учреждением для несовершеннолетних при исполнении им принудительных мер воспитательного характера. При этом прокурор обязан следить за тем, чтобы специализированное учреждение для несовершеннолетних при наличии систематического неисполнения несовершеннолетним требования, предусмотренного как мера воспитательного воздействия, ходатайствовало перед судом об отмене постановления о прекращении уголовного преследования и применении принудительной меры воспитательного воздействия.

Завершая раскрытие данного вопроса, следует отметить, что отсутствие в действующем УПК РФ специализированного подхода к определению подследственности преступлений, совершаемых несовершеннолетними, ведет к ослаблению возможности единообразного подхода (как в организационном, так и правоприменительном плане) к применению материального и процессуального законодательства. В связи с этим резко возрастает роль и значение прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия при проведении ими уголовного преследования в отношении несовершеннолетних.


2.Криминалистические аспекты расследования преступлений, совершенных несовершеннолетними

2.1.Особенности расследования дел о преступлениях несовершеннолетних

В криминалистической характеристике преступлений несовершеннолетних надо различать несколько уровней: а) общую криминалистическую характеристику преступлений, совершаемых несовершеннолетними, которая имеет значение для определения характера общественно опасного деяния; б) криминалистическую характеристику отдельных видов (групп) преступлений (имущественных, против личности); в) криминалистическую характеристику отдельных категорий преступлений (краж, грабежей и т. д.)[55] . Криминалистическая характеристика отдельных категорий преступлений, совершаемых несовершеннолетними, представляет значительный интерес, так как наиболее эффективно может быть использована в процессе расследования.

Центральным элементом криминалистической характеристики является способ совершения преступления. На выбор способа совершения преступления несовершеннолетним определенную роль играют: а) черты характера, определяющие направленность личности и волевые качества (жестокость, эгоизм и т.д.); б) навыки, которые у несовершеннолетних развиты слабее, чем у взрослых; в) привычки, которые могут выступать как обстоятельства, влияющие на выбор способа совершения преступления.

Элементами способа совершения преступления являются: подготовка к совершению преступления: подыскание орудий; механизм преступного посягательства; способ сокрытия преступления.

В содержание подготовки к совершению преступления может входить предварительная договоренность и создание преступной группы, распределение преступных функций, подготовка орудий и необходимые, чаще всего, минимальные разведывательные действия.

Вместе с тем, при повторном совершении общественно опасных деяний, особенно с участием ранее судимых подростков и взрослых и соучастников, доля заранее подготавливаемых преступлений увеличивается.

Яблоков отмечает, что орудия преступления, специально подготовленные для совершения преступления, подростками применяются значительно реже, чем взрослыми (при совершении каждой третьей кражи, в одном из 8—9 грабежей и разбойных нападений). При совершении краж с помощью технических средств чаще всего взламываются двери и окна. При грабежах и разбойных нападениях в группе — орудия (ножи, палки и т.д.) используются по каждому четвертому преступлению, при этом чаще всего применяются перочинные ножи, которые более доступны подросткам. Финские ножи изготавливаются и используются работающими подростками. При убийствах несовершеннолетние чаще всего (50 %) используют тупые орудия (колья, камни) или удары наносятся ногами, обутыми в жесткую обувь; реже применяются ножи[56] .

Выявляются определенные закономерные связи между некоторыми орудиями преступления, которые используются при убийствах, и местом совершения преступления. При совершении хулиганских действий несовершеннолетние в большинстве случаев причиняют потерпевшим побои или наносят телесные повреждения руками и ногами, реже при хулиганских действиях используются ножи, палки, обрезки труб и др. Приведенный анализ орудий показывает, что: а) большинство преступлений (70—80%) совершаются без применения каких-либо орудий; если причиняются побои, телесные повреждения, то в основном они наносятся руками и ногами; б) значительная часть с помощью предметов, имеющих различное хозяйственное значение; в) реже с помощью специально предназначенных для этого орудий или приспособленных для этих целей предметов; г) последнюю группу орудий преступления составляют предметы, случайно найденные на месте совершения преступления (колья, обрезки труб, доски и др.).

Механизм преступного посягательства при расследовании преступлений несовершеннолетних глубоко не раскрывается, отмечает Герасимов[57] . Схема исследования механизма по отдельным категориям преступлений представляется следующей: а) когда и по чьей инициативе возникло намерение совершить преступление; б) в чем заключалась подготовка к совершению преступления; г) какие действия непосредственно предшествовали преступному посягательству; д) в чем заключались действия каждого соучастника при совершении и сокрытии преступления. Механизм непосредственного совершения грабежей и разбойных нападений, используемый группами несовершеннолетних, как правило, состоит в таких приемах: а) открытый подход к потерпевшим с немедленным требованием у них вещей и денег (52%); б) подход к потерпевшему под определенным предлогом, после чего происходит насильственное изъятие ценностей и вещей (25%); в) внезапное нападение на потерпевшего (23%)[58] .

Меры по сокрытию преступлений довольно элементарны: а) следы на месте преступления уничтожаются редко; б) похищенное имущество прячут в большинстве случаев в подвалах, на чердаках, в строящихся или разрушенных зданиях, в лесопосадках. Если подросток воспитывался в семье, где нет контроля за его поведением, нередко похищенное имущество прячется в квартире или в подсобных помещениях; в) средствами сокрытия преступлений являются реализация или обмен похищенного; г) при убийствах несовершеннолетние принимают меры к сокрытию, прежде всего, трупа, обычно в непосредственной близости от места убийства.

Анализ предмета преступного посягательства, особенно при кражах, дает возможность сразу после обнаружения преступления примерно правильно решить вопрос, не подростком ли совершено преступление. Несовершеннолетние чаще всего посягают на автомототранспорт и запчасти к ним, на фотоаппараты, мобильные телефоны, видеоаппаратуру, часы, деньги, а также на другие вещи, при реализации которых можно получить деньги.

Состав преступной группы нас интересует с точки зрения влияния, которое оказывает группа на поведение подростка в период подготовки и при совершении преступления. Правонарушители-одиночки характеризуются минимальной степенью жестокости и цинизма; степень эта повышается при совершении преступления в группе и становится максимальной в наиболее устойчивых и больших по составу группах. Еще более дерзко действует подросток в соучастии со взрослыми[59] .

Наиболее распространенными местами совершения грабежей и разбойных нападений являются подъезды и дворы, микрорайоны школ и училищ, общежития. Кражи чаще совершаются из индивидуальных домов, при этом большинство из них в дневное время или после 22 часов, грабежи и разбойные нападения с 18 до 22 часов и около 20% -— после 22 часов. Жертвами грабежей и разбойных нападений, совершаемых в дневное время, являются в большинстве своем учащиеся школ и училищ.

Криминалистический анализ личности несовершеннолетнего преступника предусматривает исследование как нравственно-психологических качеств подростка, так и способ и обстановку совершения преступления, которые обусловлены привычками, потребностями и иными личностными качествами подростка.

Для быстрого раскрытия преступления важное значение имеет криминалистический анализ личности потерпевшего. Объясняется это не только фактами негативного поведения некоторых из потерпевших в период, предшествующий совершению преступления, но и закономерными связями личности потерпевшего с преступником и другими элементами криминалистической характеристики преступления. Если грабежи и разбойные нападения совершаются подростками главным образом в отношении сверстников, то взрослые нападают в большинстве своем на лиц старше 21 года. Потерпевшими по делам о хулиганских действиях несовершеннолетних чаще всего бывают лица в возрасте до 20 лет.

Расследование каждого вида преступлений, совершенных несовер­шеннолетними, имеет определенную специфику. Однако, несмотря на это, в методике расследования всех преступлений, совершаемых указанными лицами, есть много общего, обусловленного прежде всего возрастными, социальными, психическими, функциональными и другими особенностями личности их субъектов, а также иными: криминалистическими, уголов­но-правовыми и процессуальными особенностями, имеющими значение для расследования указанных уголовных дел. Вышесказанное позволяет выделить общие черты криминалистической характеристики преступлений, совершаемых несовершеннолетними, и соответственно разработать общие положения методики их расследования.

В начале расследования дел этой категории обычно возникают две самые общие типовые ситуации:

1) в первичных материалах, поступивших к следователю, содер­жатся данные, достоверно указывающие на совершение преступления несовершеннолетним. Эта ситуация может иметь различные, более ча­стные разновидности. Например, в одних случаях правонарушитель был задержан в порядке ст. 91 УПК, в других - на факт совершения пре­ступления неизвестным или известным несовершеннолетним указали свидетели-очевидцы и др.;

2) в первичных материалах содержатся данные, дающие основание предполагать, что преступление совершено несовершеннолетними или при их участии. Указанные данные могут содержаться в сведениях, полу­ченных при осмотре места происшествия (например, сведения об объ­екте посягательства, способе, обстановке его совершения). Они сами по себе уже содержат информацию о возможном субъекте преступления. Вместе с тем на месте происшествия может быть обнаружена и другая информация о следах (следы рук, обуви; оставленные или принесенные преступником предметы, какие-либо вещества и др.), позволяющая сде­лать предположения о личности правонарушителя. Данные для подоб­ных предположений могут содержаться и в показаниях свидетелей[60] .

В первой ситуации, если правонарушитель задержан, то прежде всего в соответствии со ст. 421 УПК следователь обязан обратить особое внимание на установление точного возраста несовершеннолетнего (число, месяц, год рождения). При отсутствии документальных данных, указывающих на возраст задержанного, и при невозможности их полу­чения может быть назначена судебно-медицинская экспертиза для уста­новления возраста подозреваемого (ст. 196 УПК). Одновременно соби­раются все возможные доказательства, относящиеся как к самому факту преступления, предусмотренные ст. 73 УПК, так и к личности несовер­шеннолетнего, мотивам правонарушения и роли в его совершении дру­гих соучастников (если преступление было групповым). Вместе с тем в соответствии со ст. 421 УПК необходимо принять меры к выяснению ус­ловий жизни и воспитания задержанного несовершеннолетнего, уровня психического развития и иных особенности его личности, было ли на него оказано криминальное влияние старших по возрасту лиц. Если же имеются данные, указывающие на умственную отсталость несовершен­нолетнего, не связанную с психическим расстройством, должно быть выяснено, мог ли он полностью осознавать фактический характер и об­щественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Сведения об этом следователь может получить путем проведения отдельных следственных действий, изучения документов и проведения экспертизы (психологической или психолого-психиатрической).

Если же в первой ситуации подозреваемый не задержан, то наряду с выявлением и фиксацией всех следов преступления, сбором других данных по делу важной задачей являются розыск и задержание право­нарушителя.

Во второй ситуации при выявлении и фиксации следов и иной ин­формации по делу особое внимание уделяется собиранию и анализу та­ких фактов, которые не только подтверждают совершение расследуемо­го преступления несовершеннолетним или преступления с его участием, но и позволяют установить круг лиц, среди которых нужно искать пре­ступника, и возможный район поиска. В этой связи большое значение имеет умелый анализ криминалистической информации, содержащейся в установленных элементах криминалистической характеристики рас­следуемого преступления, с учетом характера взаимосвязей между ними. Вместе с тем в этих случаях после розыска и задержания подозреваемо­го тщательно выясняются обстоятельства, перечисленные в ст. 421 УПК


2.2Установление психологического контакта с несовершеннолетним подследственным

Центральное место в деятельности следователя занимает практика общения с людьми. “Общение – это форма взаимодействия между людьми, заключающаяся в обмене информацией. Общение включено в совместную деятельность, взаимодействие, обеспечивая решение стоящих перед ним задач. Общение – это дело психологически тонкое. Люди при общении вступают в связь друг с другом, контактируя между собой”[61] .

В широком смысле под контактом понимается соприкосновение людей. При таком понимании любое общение есть контакт. Во многих видах деятельности, в юридической тоже, чаще, говоря о контакте, имеют в виду психологический контакт. Для решения общих задач в общении людям нужна не просто близость их тел, а близость целей, мыслей, намерений. Именно это понимают, когда говорят о взаимопонимании, психологической близости. Результативность предварительного следствия во многом зависит от умения правильно и оптимально настроить отношения с подозреваемым, обвиняемым, свидетелями, потерпевшим, т. е. своевременно установить с ними психологический контакт.

Понятие "психологический контакт" достаточно многогранно, поэтому криминалисты и психологи подходят к его определению с различных позиций.

В следственной практике особенно существенна подготовка следователя к общению с проходящими по делу лицами. Предварительно знакомясь с личностными особенностями каждого проходящего по делу лица, особенностями его поведения, образом жизни, кругом потребностей и интересов, следователь прогнозирует не только свои действия, но и возможные реакции на них партнера по общению, предусматривая позиции этих лиц в отношении обстоятельств дела, существенных для расследования, разрабатывает стратегию и тактику решения следственных задач.

Общение следователя с обвиняемыми подозреваемыми, потерпевшим и свидетелями в значительной степени формализовано, обусловлено процессуальными требованиями. Как у следователя, так и у каждого из этих лиц четко определено их правовое положение.

В психологии под контактом понимают случай коммуникации с обратной связью[62] . Коммуникация предполагает двусторонний характер отношений, где следователь и допрашиваемый являются адресатом и адресантом. Поэтому не только следователь оказывает влияние на процессы общения с допрашиваемым, на динамику развития их отношений.

Однако, межличностное общение на предварительном следствии - не обычный двусторонний процесс. Оно односторонне направляется властной инициативой следователя в рамках уголовно-процессуальных норм. Присущая данному виду общения формализованность в значительной мере затрудняет, сковывает психологическую активность проходящих по делу лиц и требует от следователя коммуникативной гибкости, применения специальных средств активизации общения. Следователь стремится получить как можно больше информации, хотя сам до определенного момента скрывает свою осведомленность по делу.

Г. Г. Доспулов отмечает, что "психологический контакт между следователем и свидетелем, потерпевшим имеет место только тогда, когда их цели и задачи совпадают или хотя бы не противоречат друг другу”[9, c. 11]. То же самое относится и подозреваемому (обвиняемому) при общении в бесконфликтной ситуации. Но в следственной практике встречаются случаи, когда следователь, отстаивая свою ошибочную, предвзятую версию, "подталкивал " обвиняемого на сговор или сам шел "на поводу". На почве такого своеобразного слияния интересов между участниками уголовного процесса может установиться бесконфликтное взаимоотношение, внешне похожее на психологический контакт. При этом следователь получает "чистосердечное" признание и "раскрывает" преступление, а недобросовестный допрашиваемый добивается своих антиобщественных целей. Здесь имеет место лишь внешнее взаимодействие участников допроса, при противоположности задач, которые они преследуют. Подобного рода факты возможны при нарушении процессуальных норм. Такие нарушения не могут привести к выяснению истины по делу и достижению задач уголовного судопроизводства. Вот почему психологический контакт нельзя сводить лишь к желанию лица вступить в общение со следователем и дать ему показания. Для психологического контакта недостаточно и субъективного мнения следователя, ибо последнее может оказаться ошибочным.

По мнению А. А. Закатова, психологический контакт – это "прочно установившееся в процессе допроса состояние деловой обстановки и доверие допрашиваемого к допрашивающему включающее готовность первого сообщить все известное ему по делу и готовность следователя эффективно использовать в рамках уголовно-процессуального закона тактические методы приема и фиксации показаний" [12, с. 90].

А. В. Дулов установление психологического контакта понимает как целенаправленную планируемую деятельность по созданию условий, обеспечивающих развитие общения в нужном направлении и достижение его целей. Психологический контакт достигает своих целей только в том случае, если учитываются психологические процессы, которые закономерно развиваются у человека перед вступлением в общение. Здесь А. В. Дулов указывает прежде всего на процесс психологической адаптации, в которой в свою очередь выделяет социальную адаптацию (осознание и привыкание к новой социальной роли в общении), личностную адаптацию (познание и привыкание к личности субъекта общения), ситуативную адаптацию (привыкание к условиям, предмету, целям общения) [10, с. 107].

Психологический контакт необходимо поддерживать не только во время допроса или иного следственного действия, но и в дальнейшем при осуществлении предварительного расследования. Не исключено, что установленный контакт может быть потерян или наоборот, отсутствие доверия на первых порах заменится прочным контактом. Отсюда следует вывод, что психологический контакт – это не отдельная стадия допроса и не тактический прием, а тактическая операция, которая сопутствует всему ходу допроса.

Тем не менее, допрос является не только распространенным и эффективным следственным действием, но и самым необходимым в ходе предварительного расследования. В тоже время это очень сложное следственное действие, а допрос несовершеннолетнего обвиняемого вдвойне. От того насколько грамотно следователь его проведет, нередко зависит успех расследования по уголовному делу. Крайне важно установить с несовершеннолетним психологический контакт, ведь это является залогом успешного расследования.

Допросу несовершеннолетнего обвиняемого должна предшествовать тщательная подготовка. Подготовка включает собирание достаточно полной информации о психических и физических качествах несовершеннолетнего, об условиях его жизни, быта, воспитания. Во главу угла при подготовке к допросу следует поставить изучение личности несовершеннолетнего обвиняемого. Для достижения указанных целей необходимо использовать методы разработанные криминалистикой, юридической психологией, логикой, и педагогикой в комплексе.

Всестороннее изучение личности несовершеннолетнего обвиняемого способствует эффективности допроса. Убедившись, что следователю известны не только основные, но и даже относительно мелкие факты его жизни и деятельности, подросток приходит к выводу о необходимости дать правдивые показания.

Важное значение имеет участие при допросе специалиста в области детской и юношеской психологии. Это позволяет разобраться в особенностях психики данного подростка и учитывать их как при разработке тактики допроса, так и в ходе самого допроса – а также для установления психологического контакта и формулирования вопросов.

Несовершеннолетний обвиняемый допрашивается в кабинете следователя. Если он не содержится под стражей в следственном изоляторе, то вызов его на допрос лучше произвести через родителей или других законных представителей.

Для получения от несовершеннолетнего правдивых показаний необходимо установить с ним психологический контакт, под которым понимается система взаимодействия людей между собой в процессе их общения, основанного на доверии, информационный процесс, при котором люди могут и желают воспринимать информацию, исходящую друг от друга. Установление психологического контакта с допрашиваемым – условие получения правдивых показаний, достижения истины по делу. Его необходимо поддерживать не только в период допроса, но и в последующий период работы с данным участником процесса.[63]

Участие педагога или психолога в допросе несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого имеет своей целью установление с ним психологического контакта и получение от него правдивых показаний[64] .

Педагог или психолог вправе с разрешения следователя, дознавателя, прокурора задавать несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому вопросы, а по окончании допроса знакомиться с протоколом допроса и делать письменные замечания о правильности и полноте сделанных в нем записей.

Несмотря на то, что УПК РФ обозначил участие в допросе несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого), педагога или психолога, однако, как справедливо заметил Д.А. Рогозин, «идеальной моделью было бы предусмотреть обязательное участие в таком допросе и психиатра, и педагога»[65] .

Г.М. Миньковский в этой связи заметил: «Детальное знание личности подозреваемого позволит найти и устранить причину, мешающую даче правдивых показаний»[66] .

Ф. Багаутдинов обращает внимание на то, что «закон не в полной мере раскрыл процессуальное положение педагога (психолога), в связи с чем возникает ряд вопросов. Прежде всего: кто может быть приглашен в качестве педагога (психолога)? В законе нет ответа на этот вопрос. Получается, можно пригласить любого педагога (психолога). С другой стороны, какая польза от участия при допросе незнакомого для несовершеннолетнего педагога (психолога)?»[67]

На практике, если несовершеннолетний обвиняемый (подозреваемый) учится в учебном заведении, то педагог приглашается оттуда и, как правило, это педагог, который знает несовершеннолетнего. В других случаях, когда несовершеннолетний не учится, очевидно, целесообразно пригласить его бывшего педагога или психолога.

Мы разделяем мнение Ф, Багаутдинова о том, что в законе должнобыть указано, что в качестве педагога (психолога) приглашаются специалисты с дипломом педагога или психолога и, как правило, знакомые с несовершеннолетним. Соблюдение последнего условия, на наш взгляд, будет способствовать достижению хорошего психологического контакта, обеспечения доброжелательной атмосферы при допросе. В исключительных случаях, когда невозможно выполнить это условие, должен приглашаться другой педагог (психолог).

Допрос несовершеннолетнего обвиняемого начинается, по общему правилу, с выяснения его отношения к предъявленному обвинению. Однако, в связи со спецификой возраста обвиняемого, ему должно предшествовать разъяснение следователем совместно с защитником сущности и содержания предъявленного обвинения. При этом надо раскрыть значение юридических терминов, диспозицию и санкцию инкриминируемых ему статей уголовного закона. Заслуживает внимания рекомендация профессора Л. Л. Каневского о возможности выяснения у обвиняемого признает ли он себя виновным, не в начале допроса, а в конце[68] . Действительно, такой вопрос, заданный в самом начале допроса, может вызвать у подростка эмоциональное напряжение, которое будет мешать дальнейшему допросу.

Свободный рассказ несовершеннолетнего обвиняемого не рекомендуется прерывать, даже если подросток и отвлекается от изложения обстоятельств дела, так как связь между освящаемыми событиями может быть более сложной. Вместе с тем следует иметь в виду, что несовершеннолетние вследствие недостаточной развитости логического мышления, отсутствия опыта в последовательном и всестороннем изложении каких – либо событий могут испытывать трудности в освящении обстоятельств совершенного преступления. Задача следователя в этой связи заключается в том, чтобы, не сообщая допрашиваемому фактов, полученных из других источников, помочь несовершеннолетнему изложить свои показания в логической последовательности. При этом можно рекомендовать такие приемы как: “устранение эмоционального и смыслового барьера”, “формирование мыслительной задачи”, “напоминание”, “детализация”, “уточнение”.

Постановка вопросов и ход дальнейшего допроса зависят от отношения несовершеннолетнего к предъявленному обвинению. Если подросток дает правдивые показания, то допрос носит, как правило, бесконфликтный характер.

При допросе в так называемых конфликтных ситуациях, когда несовершеннолетний не признает себя виновным в предъявленном обвинении, следователь с учетом повышенной внушаемости, заранее разрабатывает тактику допроса, проявляя особую осторожность при постановке вопросов.

Немалую сложность в конфликтной ситуации допроса представляет предупреждение и разоблачение ложных показаний обвиняемых. Мотивами дачи ложных показаний обвиняемым являются: неправильное понимание подростком чувства товарищества; повышенная стыдливость (в частности, в отношении половых преступлений); склонность к отстаиванию ранее данных ложных показаний, чтобы не показаться в глазах допрашиваемого лгуном; стремление прослыть самостоятельным, “взрослым”, утвердить себя во мнении окружающих; нежелание “выдать” своего товарища, прослыть “ябедой”; обостренное самолюбие, стремление любым способом сохранить свой авторитет среди сверстников; повышенная эмоциональность подростка и неуравновешенность его эмоций; пониженная критичность и самокритичность, отсутствие жизненного опыта; слепая преданность подстрекателю и сообщникам; стремление преувеличить свою роль в содеянном; готовность солгать ради поддержания авторитета среди соучастников; боязнь физического наказания со стороны родителей или родственников за совершенное правонарушение; утверждение, что в преступлении участвовали и другие лица, в надежде уменьшить степень своей ответственности[69] .

Сомнение в достоверности показаний могут возникнуть у следователя, как во время, так и после допроса. В процессе допроса такие сомнения порождаются противоречивостью показаний, их изменением, явным не соответствием известным обстоятельствам дела, имеющимся в распоряжении следователя доказательствам, заученность рассказа, наличие несвойственных несовершеннолетнему формулировок и выражений.

Следователю также надо учитывать особенности психики обвиняемого, содержащегося под стражей. В условиях изолированности от внешнего мира и дефицита информации подросток становиться более восприимчивым к воздействию на него со стороны следователя, Усиливается его склонность к внушению и самовнушению. Если несовершеннолетний причастен к групповому преступлению, его психическое состояние также специфично. Во–первых, каждый из подростков боится признаться первым, чтобы не прослыть “предателем” и не навлечь на себя гнев своих товарищей. Во–вторых, любой из них не без основания опасается, что кто–то признается раньше него и изложит обстоятельства в невыгодном для него свете. В такой ситуации следователю целесообразно предупредить обвиняемого о том, что он рискует “опоздать” с дачей правдивых показаний.

Допрашивая лгущего несовершеннолетнего, следователь не может избежать определенного психологического воздействия на него с целью получения правдивых показаний. В этом нет ничего противозаконного или аморального (если только это воздействие не содержит элементов обмана или насилия, т.е. является правомерным). Известны следующие методы правомерного психологического воздействия на личность допрашиваемого: метод убеждения, представляющий собой сообщение допрашиваемому сведений с целью воздействия на его эмоции, интеллект и волю; метод изобличения, заключающийся в передаче допрашиваемому информации, чтобы получить от него более полные сведения; метод правомерного внушения посредством требования, просьбы, предложения, совета, предостережения и предупреждения; метод эмоционального эксперимента - использование психического состояния допрашиваемого; метод примера, применяющегося в форме личного примера следователя или в форме сообщения о положительных действиях других лиц.

В процессе допроса не рекомендуется показания несовершеннолетнего сразу же заносить в протокол, т.к. это отвлекает внимание допрашиваемого, да и следователю мешает сосредоточиться на реализации тактического плана допроса. Более целесообразно в ходе допроса делать черновые записи показаний, которые не так заметны для допрашиваемого и не отвлекают следователя от беседы с несовершеннолетним. В протокол показания лучше заносить только по окончании допроса, сохраняя свойственные несовершеннолетнему обороты речи. Помощь в точной фиксации информации, полученной от допрашиваемого несовершеннолетнего может оказать использование звукозаписи при его допросе. Звукозапись показаний целесообразно применять в следующих случаях:

1. если несовершеннолетний правонарушитель меняет или может изменить свои показания под воздействием родственников, потерпевших, других соучастников;

2. при совершении преступления в группе или в результате вовлечения в преступную деятельность родственниками или другими взрослыми лицами;

3. для оглашения взрослому показаний несовершеннолетнего, если следователь во избежании отрицательного воздействия на подростка считает нецелесообразным производить между ними очную ставку;

4. для фиксации специфических оборотов речи;

5. с целью как-то дисциплинировать ее участников, нейтрализовать попытки некоторых из них оказать психическое давление на другого[70] .

В соответствии с ч.1 ст. 187 УПК РФ допрос проводится по месту производства предварительного расследования, однако следователь (дознаватель) вправе, если признает это необходимым, провести допрос в месте нахождения допрашиваемого. При решении вопроса о времени допроса несовершеннолетнего свидетеля следователю (дознавателю) нужно помнить, что производство допросов в ночное время не допускается, за исключением случаев нетерпящих отлагательств (ч.3 ст.164). Так же не следует вызывать несовершеннолетних свидетелей на допросы в утренние часы, когда они находятся на занятиях. Согласно ч.1 ст.191 УПК РФ допрос свидетеля в возрасте до четырнадцати лет, а по усмотрению следователя и допрос свидетеля в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет проводятся с участием педагога, а также вправе присутствовать его законный представитель. Чтобы не допустить ошибки, важно выяснить, каковы взаимоотношения между родителями и ребенком. Не следует привлекать к участию в допросе малолетних тех близких родственников, которые заведомо причастны к преступлению или могут быть заинтересованы в характере показаний ребенка, а также находятся в неприязненных отношениях с ним.


2.3.Особенности проведения следственных действий с участием несовершеннолетних подозреваемых (обвиняемых)

Существенными особенностями обладает допрос несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого.

Е.В. Мищенко предлагает следующее определение данного процессуального действия: допрос - это следственное или судебное действие, проводимое с правилами уголовно-процессуального законодательства и заключающееся в получении органом расследования или судом сведений, входящих в предмет доказывания по делу, путем воздействия на мыслительную и волевую сферу допрашиваемого[71] .

В соответствии со ст. 425 УПК РФ допрос несовершеннолетних не может продолжаться более двух часов, а в общей сложности — более четырех часов в день. Как справедливо отметил Ф. Багаутдинов, «это требование закона делает невозможным длительные многочасовые допросы несовершеннолетних обвиняемых и подозреваемых, в результате которых многие из них готовы подписать любые протоколы»[72] .

Вместе с тем Е.В. Мищенко обращает внимание на то, что несовершеннолетний не способен удерживать внимание более 40-45 минут,в связи с чем указанный автор предлагает ч. 1 ст. 425 УПК РФ изложить в следующей редакции: «Допрос несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого не может продолжаться без перерыва более 40 минут, а в общей сложности более 4 часов в день»[73] .

Полагаем, что ограничение продолжительности допросов должно быть распространено и на несовершеннолетних свидетелей и потерпевших.

В допросе несовершеннолетних принимает участие защитник, который вправе задавать им вопросы, знакомиться по окончании допроса с его протоколом и делать замечания о правильности и полноте сделанных в нем записей.

Ю.А. Костанов утверждает, что «в силу ст. 420 и 425 УПК РФ допрос лица, не достигшего к моменту совершения преступления 18-летнего возраста, должен проводиться с участием защитника»[74] . На неточность такого замечания обращает внимание А.П. Рыжаков, говоря следующее: «В ст. 425 УПК РФ так же, как и в п. 2 ч. 1 ст. 51 УПК РФ, речь идет о несовершеннолетнем подозреваемом, обвиняемом, а не о лице, совершившем преступление в несовершеннолетнем возрасте. Соответственно с наступлением совершеннолетия и при отсутствии иных, предусмотренных пп. 1, 3-7 ч. 1 ст. 51 УПК РФ, обстоятельств у лица, подозреваемого в совершении преступления (обвиняемого), появляется право отказаться от помоши защитника»[75] .

Важным правовым средством обеспечения прав подростка выступает возможность приглашения на допрос родителей и других законных представителей. По справедливому замечанию Э.Б. Мельниковой, «участие законного представителя несовершеннолетнего в российском уголовном процессе связано с двумя обстоятельствами: 1) с неполнотой процессуальной дееспособности несовершеннолетнего; 2) с тем, что законный представитель (родители, усыновители, опекуны, попечители) несет ответственность за воспитание и поведение несовершеннолетнего»[76] .

Представляется обоснованным право следователя, определенное ст. 425 УПК РФ, на отстранение законного представителя от участия в деле, если имеются основания полагать, что его действия наносят ущерб интересам несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого. Такая мера может быть временной, т.е. как на период проведения одного следственного действия, так и распространяться на весь срок следствия. Закон допускает вступление в дело другого законного представителя. В силу особенностей воспитания и взаимоотношений подростка с родителями он в их присутствии может испытать чувство страха, стыда, следить за их реакцией и в соответствии с этим строить свой рассказ о происшедшем и отвечать на вопросы .

В допросе несовершеннолетнего лица, не достигшего возраста шестна-

дцати лет либо достигшего этого возраста, но страдающего психическим рас-

стройством или отстающего в психическом развитии, обязательно участие

педагога или психолога.

Прокурор, следователь или дознаватель обеспечивают участие педагога

или психолога в допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого

по ходатайству защитника либо по собственной инициативе.

' Рылсаков А.П. Случаи обязательного участия защитника в уголовном процессе:

коммент. к ст. 51 УПК РФ // ИПС «КонсультантПлюс».

^ Мельникова Э.Б. Ювенальная юстиция. Проблемы уголовного ирава, уголовного

процесса и криминологии. С. 86.

См. об этом; Мищенко Е.В. Указ. соч.

83

В УПК РФ должна быть самостоятельная статья, регламентируюш;ая

процессуальное положение педагога (психолога). Педагог (психолог) при-

влекается к проведению следственного действия - допроса. Не исключено

его участие при проведении очной ставки несовершеннолетнего обвиняемого

со взрослым соучастником и при других следственных действиях. Но при

этом педагога (психолога) нельзя «подвести» под понятие других участников

уголовного судопроизводства, например, специалиста, к которому он наибо-

лее близок'. В свое время М.С. Строгович также обращал внимание на это

обстоятельство: «Абсолютно неправильно вызываемого к следователю педа-

гога для участия в допросе несовершеннолетнего обвиняемого отождествлять

с тем специалистом, участие которого предусмотрено статьей 133.1 УПК

РСФСР» . У них совершенно разные цели и задачи. Педагог (психолог), при^

глашенный на следственное действие с участием несовершеннолетнего об-

виняемого (подозреваемого), имеет все основания для сушествования в уго-

ловном процессе как самостоятельная фигура.

педагог наделен более широкими правами, которые для спе-

циалиста не предусмотрены,а именно правом задавать вопросы несовершен-

нолетнему, делать замечания о правильности и полноте имеющихся в протоколе допроса записей.

СУДЕБНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ЭКСПЕРТИЗЫ В ОТНОШЕНИИ

НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ, ПОДОЗРЕВАЕМЫХ И ОБВИНЯЕМЫХ В УГОЛОВНОМ

СУДОПРОИЗВОДСТВЕ (НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ, НОРМАТИВНОЙ

РЕГЛАМЕНТАЦИИ И ПРАКТИКИ)

С.В. ТЕТЮЕВ

Тетюев С.В., доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики Южно-Уральского государственного университета, кандидат юридических наук.

Одним из первых юристов, кто признал необходимость использования судебно-психологической экспертизы в производстве по делам о преступлениях несовершеннолетних, был Г.М. Миньковский (конец 50-х - начало 60-х годов XX века). В Постановлении от 3 июля 1963 г. N 6 Пленума Верховного Суда СССР "О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних" указывалось на целесообразность проведения судебно-психологической экспертизы при выяснении способности несовершеннолетних полностью осознавать значение своих действий и определении, в какой мере они могли руководить ими. С этого Постановления началось активное использование психологических знаний в судебно-следственной практике <1>.

--------------------------------

<1> См.: Мамайчук И.И. Экспертиза личности в судебно-следственной практике: Учебное пособие. СПб., 2002. С. 40.

В конце 60-х годов в секторе психологических исследований НИИ Прокуратуры СССР благодаря усилиям А.Р. Ратинова и М.М. Коченова были начаты работы по исследованию возможности производства судебно-психологической экспертизы в уголовном процессе. В начале 70-х годов был поставлен вопрос о комплексном применении психологических и психиатрических знаний в судебной экспертизе, т.е. производстве комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, и эта проблема стала разрабатываться в НИИ общей и судебной психиатрии им. В.П. Сербского <2>.

--------------------------------

<2> См.: Сафуанов Ф.С., Секераж Т.Н. Судебные экспертизы с участием психолога в Российской Федерации: формы, виды, перспективы межведомственного взаимодействия // Юридическая психология. 2006. N 1.

В 1976 г. Пленум Верховного Суда СССР указал, что при наличии данных, свидетельствующих об умственной отсталости несовершеннолетнего подсудимого, суды должны выяснять степень умственной отсталости несовершеннолетнего и в необходимых случаях для установления этих обстоятельств должна быть произведена экспертиза специалистами в области детской и юношеской психологии (психолог, педагог) или указанные вопросы могут быть поставлены на разрешение эксперта-психиатра (п. 7 Постановления от 3 декабря 1976 г. N 16 "О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность") <3>.

--------------------------------

<3> См.: Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1999. С. 122 - 123.

Как справедливо отмечал Ю.А. Иванов, главным в психологическом изучении личности несовершеннолетнего правонарушителя должно стать исследование уровня развития волевых процессов и направленности воспитания нравственных чувств, исследование особенностей складывающихся взглядов и представлений, выступающих в качестве критерия оценки подростком своих поступков и действий, исследование интеллектуальных особенностей несовершеннолетнего и объема приобретенных им знаний <4>.

--------------------------------

<4> См.: Иванов Ю.А. Воспитательное воздействие предварительного следствия по делам о преступлениях несовершеннолетних // Изучение и предупреждение правонарушений среди несовершеннолетних: Сборник статей / Под ред. Д.С. Карева. М., 1970. С. 102 - 103.

Современное уголовно-процессуальное законодательство в числе случаев обязательного назначения экспертизы называет необходимость установления психического или физического состояния подозреваемого, обвиняемого (в том числе несовершеннолетнего), когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве (п. 3 ст. 196 УПК РФ). Здесь необходимы специальные знания в области психологии и судебной психиатрии, поэтому требуется проведение судебно-психиатрической или комплексной психолого-психиатрической экспертизы.

Если имеются данные, свидетельствующие об отставании несовершеннолетнего правонарушителя в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, то необходимо установить, мог ли он в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими (ч. 2 ст. 421 УПК РФ). Решение этих вопросов требует обязательного использования специальных знаний в форме комплексной психолого-психиатрической экспертизы (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. N 7 "О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних") <5>. Интересно заметить, что в Казахстане данный вопрос решен на уровне закона. УПК Республики Казахстан от 13 декабря 1997 г. (далее - УПК РК) закрепляет, что "для решения вопроса о наличии у несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого психического заболевания или аномалии развития и его способности полностью или частично отдавать отчет в своих действиях и руководить ими в конкретной ситуации назначение комплексной психолого-психиатрической экспертизы обязательно" (ч. 1 ст. 489). Некоторые авторы не без основания предлагают включить норму подобного содержания и в УПК РФ <6>.

--------------------------------

<5> См. также: Сафуанов Ф. Психолого-психиатрическая экспертиза несовершеннолетнего обвиняемого // Российская юстиция. 1997. N 7. С. 29.

<6> См., например: Квициния К.А. Особенности прекращения уголовного дела и уголовного преследования в отношении несовершеннолетних: Автореферат дис. ... канд. юрид. наук. М., 2008. С. 22; Марковичева Е.В. Некоторые проблемы доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних в российском уголовном процессе // Российский судья. 2008. N 1; Овсянников И.В., Морозова В.В. Особенности предмета и средств доказывания по уголовным делам в отношении несовершеннолетних // Следователь. 2007. N 5. С. 17; Хисматуллин Р.С., Третьяков Ю.С. Актуальные вопросы назначения мировым судьей судебной экспертизы по делам несовершеннолетних // Судебная экспертиза. 2007. N 3. С. 112.

Действующий уголовно-процессуальный закон впервые нормативно обязал следователя (дознавателя) и суд устанавливать по делам о преступлениях несовершеннолетних не только условия жизни и воспитания, но и уровень психического развития и иные особенности личности несовершеннолетнего (п. 2 ч. 1 ст. 421 УПК РФ). Эти обстоятельства подлежат обязательному учету при назначении несовершеннолетнему наказания (ч. 1 ст. 89 УК РФ).

Расширение предмета доказывания за счет указанных обстоятельств заслуживает всяческой поддержки. Но в то же время, на наш взгляд, регламентация данного вопроса в Казахстане и Молдавии осуществляется в лучшей степени, поскольку законы этих стран обязывают в каждом случае совершения подростком преступления устанавливать степень его интеллектуального, волевого и психического развития, особенности характера и темперамента, потребности и интересы (п. 3 ст. 481 УПК РК, п. 2 ч. 1 ст. 475 УПК Республики Молдова от 14 марта 2003 г.). При этом, как сказано в УПК Казахстана, для выяснения уровня развития и иных социально-психологических черт личности несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого может быть назначена психологическая экспертиза (ч. 2 ст. 489). Нормы подобного содержания можно обнаружить в теоретической модели УПК РСФСР, разработанной под руководством В.М. Савицкого в 1989 г. (ст. 611, 612) <7>, и проекте Закона "О ювенальной юстиции в РФ" 1996 г., авторами которого являются Э.Б. Мельникова и Г.Н. Ветрова (ст. 25, 34) <8>.

--------------------------------

<7> См.: Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретическая модель / Под ред. В.М. Савицкого. М., 1990. С. 298.

<8> См.: Закон о ювенальной юстиции в РФ: Проект // Правозащитник. 1996. N 2. С. 51, 54.

В УПК РФ подобное указание отсутствует, поэтому "уровень психического развития и иные особенности личности несовершеннолетнего", если и устанавливаются следователем (дознавателем), то делается это, как правило, не посредством судебно-психологической экспертизы, а с помощью производства иных процессуальных действий (допросы законных представителей, учителей, истребование характеристик).

Между тем значение судебно-психологической экспертизы нередко недооценивается. Ведь экспертиза, в рамках которой используются психологические знания, является важнейшим способом изучения личности участника уголовного судопроизводства, особенно несовершеннолетнего, личность которого характеризуется рядом возрастных особенностей (физиологических, психологических, социальных и т.д.). Неоценимую помощь данные, которые содержатся в заключении эксперта, полученном по итогам судебной психологической экспертизы, если оно имеется в деле, могут оказать следователю, дознавателю, судье при производстве следственно-судебных действий с участием несовершеннолетнего (особенно вербальных и прежде всего допроса), при решении вопроса о целесообразности прекращения уголовного преследования либо освобождения судом несовершеннолетнего подсудимого от уголовной ответственности с применением принудительных мер воспитательного воздействия и т.д.

Как отмечает В.К. Комаров, научно обоснованные выводы (заключение) эксперта-психолога дают возможность следователю более квалифицированно проводить те или иные следственные действия, объективно разбираться в психологических причинах преступного деяния обвиняемого <9>.

--------------------------------

<9> См.: Комаров В.К. Судебно-психологическая экспертиза и ее значение для расследования преступлений несовершеннолетних // Борьба с преступностью несовершеннолетних в условиях научно-технического прогресса: Межвузовский сборник научных трудов / Отв. ред. И.Н. Сорокотягин. Свердловск, 1982. С. 69 - 76.

Ранее одной из причин недолжного отношения лиц, ведущих расследование по уголовному делу несовершеннолетнего, являлась длительность производства судебно-психологических экспертиз, которая зачастую превышала продолжительность дознания и следствия. Поскольку максимальный срок дознания до вступления в силу Федерального закона от 6 июня 2007 г. N 90-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ" <10> с учетом возможного продления на 10 дней составлял 30 дней, а психологические или психолого-психиатрические экспертизы по уголовным делам в отношении несовершеннолетних проводятся, как показало проведенное нами обобщение следственно-судебной практики, по каждому четвертому-пятому уголовному делу, то для большинства тех уголовных дел, которые расследовались в форме дознания, была характерна смена формы расследования (дознание на предварительное следствие), ибо дознаватель не имел процессуальной возможности завершить расследование в установленный законом для дознания срок.

--------------------------------

<10> СЗ РФ. 2007. N 24. Ст. 2833.

В настоящее время срок дознания составляет 30 дней с возможностью продления прокурором еще до 30 дней <11>. В необходимых случаях, в том числе связанных с производством судебной экспертизы, срок дознания может быть продлен прокурором района (города) или его заместителем до шести месяцев (ч. 4 ст. 223 УПК РФ). Остается надеяться, что эти новеллы пошли только на пользу практике назначения и производства судебных экспертиз (прежде всего в рамках дознания).

--------------------------------

<11> Аналогичная норма содержалась в УПК РСФСР 1960 г. (ч. 3 ст. 121).

К компетенции судебно-психологической экспертизы могут быть отнесены любые вопросы психологического содержания (в частности, личностные особенности, психические состояния обвиняемых), значимые для доказывания или имеющие непосредственно уголовно-релевантное значение, для решения которых необходимы специальные профессиональные знания в области научной психологии <12>. Важно понимать, что психологическая экспертиза должна назначаться и проводиться в отношении психического здорового человека. Вопросы патологической психики могут быть предметом судебно-психиатрической экспертизы, которая отвечает на вопрос о наличии психических заболеваний у подсудимого, его психическом состоянии <13>.

--------------------------------

<12> См.: Ситковская О.Д., Конышева Л.П., Коченов М.М. Новые направления судебно-психологической экспертизы. М., 2000. С. 21.

<13> См.: Экмекчи А. О судебно-психологической экспертизе // Советская юстиция. 1968. N 6. С. 10.

Поэтому мы не можем согласиться с Ю.Р. Орловой, которая считает, что предметом судебно-психологической экспертизы является степень развития подростка в случаях, когда есть сведения о существенном отставании развития подростка от возрастной нормы <14>, а также с И.А. Макаренко, полагающей, что судебно-психологическая экспертиза назначается при обнаружении умственной отсталости (задержки в психическом развитии) несовершеннолетнего, не связанной с душевным заболеванием, которая обычно обусловлена педагогической запущенностью подростков и другими причинами <15>. В этих случаях, на наш взгляд, должна назначаться комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

--------------------------------

<14> См.: Орлова Ю.Р. Особенности расследования и предупреждения преступлений несовершеннолетних / Под ред. А.М. Кустова. М., 2006. С. 102.

<15> См.: Макаренко И.А. Экспертиза как средство получения информации о личности несовершеннолетнего обвиняемого // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия "Право". 2006. N 8. Т. 1. С. 135.

В литературе отмечается, что судебно-психологическая экспертиза назначается, когда для установления истины по делу необходимо решение вопросов о психической деятельности человека, в следующих случаях:

1) в отношении подэкспертного лица заведомо не возникает сомнения в его психическом здоровье <16>;

--------------------------------

<16> См. также: Гуськова А.П. Основания использования специальных познаний в области психологии и психиатрии при рассмотрении и разрешении уголовных дел судами // Гуськова А.П. Избранные труды. Оренбург, 2007. С. 499; Экмекчи А. Указ. соч. С. 10.

2) проведена судебно-психиатрическая экспертиза, в результате которой:

- у подэкспертного лица не обнаружено каких-либо психических расстройств;

- у подэкспертного лица обнаружено психическое расстройство пограничного уровня, которое не повлияло на юридически значимые способности (например, на способность обвиняемого осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими).

В остальных случаях, когда необходимо решение вопросов, входящих в компетенцию психологов и психиатров или в их совместную компетенцию, назначается комплексная судебная экспертиза <17>.

--------------------------------

<17> См.: Сафуанов Ф.С., Секераж Т.Н. Судебные экспертизы с участием психолога в Российской Федерации: формы, виды, перспективы межведомственного взаимодействия // Юридическая психология. 2006. N 1.

Практика показывает, что на судебно-психологическую экспертизу направляются подэкспертные, чье психическое здоровье либо не вызывает сомнений у правоохранительных органов, либо подтверждено уже проведенной судебно-психиатрической экспертизой, а комплексная экспертиза назначается тогда, когда требуется одновременное решение психиатрических и психологических вопросов, и, соответственно, судебный психолог решает психологические вопросы только в случае решения вопроса психиатрами в пользу вменяемости испытуемого, а ими нередко оказываются лица с пограничными психическими аномалиями. Но в то же время и в поле зрения судебно-психологической экспертизы очень часто попадают лица с пограничной патологией психики, и нередки случаи проведения комплексной психолого-психиатрической экспертизы в отношении психически здоровых лиц <18>.

--------------------------------

<18> См.: Огородникова Г.А. К вопросу о предмете, объекте и пределах судебно-психологической экспертизы // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия "Право". 2008. N 2. С. 60.

Как отмечает Ф.С. Сафуанов, общим основанием назначения судебно-психологической экспертизы индивидуально-психологических особенностей обвиняемого для судебно-следственных органов является потребность в установлении обстоятельств, влияющих на степень и характер ответственности, выяснении мотивов и механизма преступления, раскрытии причин и условий, способствовавших совершению преступления, а также в определении адекватного вида наказания с учетом индивидуального подхода - в тех случаях, когда достижение этого затруднительно без всесторонней и глубокой оценки личности обвиняемого, которая не может быть достигнута обычными средствами, находящимися в распоряжении следователя или суда, а требует применения специальных познаний в психологии <19>. Но в то же время с 60 - 70-х годов XX века в литературе и на практике обоснованно обсуждалась необходимость проведения судебно-психологических экспертиз по всем делам о преступлениях несовершеннолетних <20>. Сторонники данной позиции есть и в наши дни <21>. Следует согласиться с теми авторами, которые считают необходимым на законодательном уровне закрепить обязательное назначение судебно-психологической экспертизы в отношении несовершеннолетних правонарушителей по всем уголовным делам <22>.

--------------------------------

<19> См.: Сафуанов Ф.С. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе: Научно-практическое пособие. М., 1998. С. 105.

<20> См., например: Комаров В.К. Указ. соч. С. 71; Петелин Б. Основания и порядок назначения судебно-психологической экспертизы // Советская юстиция. 1976. N 13. С. 9 - 11; Шимановский В.В. Процессуальные особенности расследования преступлений несовершеннолетних: Учебное пособие / Под ред. А.А. Любавина. Волгоград, 1980. С. 23.

<21> См., например: Ветрова Г.Н. Производство по делам несовершеннолетних // Проблемы кодификации уголовно-процессуального права. М., 1987. С. 121; Михальчук Ю.П. Основные уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты допроса несовершеннолетнего обвиняемого на предварительном следствии: Учебное пособие. Краснодар, 2004. С. 75 - 76; Рогозин Д.А. Правовые, социальные и психологические основы производства по уголовным делам несовершеннолетних: Дис. ... канд. юрид. наук. Оренбург, 2001. С. 81.

<22> См., например: Макаренко И.А. Указ. соч. С. 135; Овсянников И.В., Морозова В.В. Указ. соч. С. 17.

К проведению судебно-психологических экспертиз следует привлекать психологов, имеющих высшее психологическое образование и работающих в различных научных и практических учреждениях либо учебных заведениях. Наиболее подготовленными среди них являются выпускники психологических факультетов университетов. При выборе экспертов следует учитывать их профессиональную специализацию <23> (например, обследование несовершеннолетних желательно поручать специалисту в области возрастной психологии).

--------------------------------

<23> См.: Ситковская О.Д., Конышева Л.П., Коченов М.М. Указ. соч. С. 15.

При проведении однородной судебно-психологической экспертизы психолог выступает как самостоятельный эксперт. Он проводит экспериментально-психологическое исследование, в котором больший удельный вес обычно имеют методы, направленные на исследование личности, а не познавательных процессов (памяти, мышления, внимания). Кроме того, он обязательно проводит тщательный психологический анализ материалов уголовного дела и медицинской документации. Ответы на вопросы, интересующие суд и следствие, базируются на сопоставительном анализе как экспериментальных данных, так и результатов психологического анализа документов <24>.

--------------------------------

<24> См.: Сафуанов Ф.С. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе. С. 18.

Одним из главных методов судебно-психологической экспертизы является изучение материалов уголовного дела, представленных в распоряжение эксперта. Поэтому важным моментом в ее организации является подготовка материалов, содержащих психологическую информацию о личности человека, направляемого на экспертизу. Эти материалы можно разделить на две категории: 1) содержащие общие психологические сведения об испытуемом; 2) содержащие сведения о психическом состоянии испытуемого в криминальной ситуации или его психологических особенностях, проявившихся в определенный момент <25>.

--------------------------------

<25> См.: Ситковская О.Д., Конышева Л.П., Коченов М.М. Указ. соч. С. 15.

Таким образом, до назначения судебно-психологической экспертизы должен быть произведен ряд следственных и иных процессуальных действий (допросы, истребование документов и т.д.). Достаточность представленных в распоряжение эксперта материалов уголовного дела и содержащейся в них информации, которая может иметь значение для эксперта-психолога при проведении исследования и формулировании выводов в заключении, во многом обусловливает успех и эффективность экспертизы. Поэтому мы не можем согласиться с авторами, которые рекомендуют проводить судебно-психологическую экспертизу несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых "на ранних этапах следствия" <26>, так как материалы уголовного дела в этот период еще относительно бедны. Пробелы же в информации повышают вероятность ошибочных выводов в заключении эксперта <27>.

--------------------------------

<26> См., например: Мамайчук И.И. Указ. соч. С. 128.

<27> См.: Ситковская О.Д., Конышева Л.П., Коченов М.М. Указ. соч. С. 16; См. также: Сафуанов Ф.С. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе. С. 20.

Вместе с тем нельзя признать обоснованной практику, когда следователь (дознаватель) предоставляет в распоряжение эксперту все материалы уголовного дела. Как показало изучение дел о преступлениях несовершеннолетних, в отношении которых назначались судебно-психологические, судебно-психиатрические или комплексные психолого-психиатрические экспертизы, именно так всегда поступали следователи (дознаватели) при вынесении постановлений о назначении соответствующих экспертиз <28>.

--------------------------------

<28> См. также: Кудрявцева А.В. Судебная экспертиза в уголовном процессе России. Челябинск, 2001. С. 175.

Мы согласны с В.К. Комаровым в том, что такая практика не только создает повод для возникновения сомнений в объективности заключения, но и не основана на законе, в соответствии с которым эксперт может знакомиться с материалами уголовного дела, относящимися только к предмету судебной экспертизы <29> (п. 1 ч. 3 ст. 57 УПК РФ). К решению данного вопроса следователь должен подходить дифференцированно, исходя не только из предмета предстоящего исследования, но и конкретных обстоятельств дела и характера доказательств, собранных к моменту назначения экспертизы. С учетом специфики психологической экспертизы по делам несовершеннолетних эксперт должен знакомиться только с материалами дела, содержащими сведения о развитии и личностных особенностях обвиняемого (подозреваемого) <30>.

--------------------------------

<29> См.: Комаров В.К. Указ. соч. С. 73 - 74.

<30> См.: Там же. С. 74.

Следователь (дознаватель) должен избегать предоставления эксперту как недостаточного, так и чрезмерного объема материалов уголовного дела. В первом случае эксперт вправе отказаться от дачи заключения (п. 6 ч. 3 ст. 57 УПК РФ), а во втором - не исключена вероятность, что эксперт сформулирует выводы не столько на основании хода и результатов исследования материалов дела с использованием своих специальных знаний, сколько лишь на основе материалов дела.

Практика показывает, что срок расследования нередко продлевается в связи с тем, что производство экспертизы не укладывается в оптимальный срок дознания и следствия, установленный законом. Значит, при назначении экспертизы следователь (дознаватель) должен учитывать два момента:

1) в распоряжение эксперта (экспертов) необходимо предоставить такое количество материалов, которое было бы достаточным для ответов на поставленные перед ним вопросы <31>;

--------------------------------

<31> Так, в литературе отмечается, что в ходе подготовки к назначению судебно-психологических и судебно-психиатрических экспертиз следователю (дознавателю) необходимо запросить из лечебного учреждения, диспансера сведения о психофизическом развитии несовершеннолетнего, перенесенных заболеваниях и состоянии его здоровья, у родителей и воспитателей дошкольных учреждений выяснить вопросы, связанные с развитием подростка, начиная с младенческого возраста; от родителей и учителей получить сведения о школьном периоде жизни подростка (учебе, поведении, отношениях с учащимися); выяснить условия жизни и воспитания подростка, его потребности и интересы, отношение родителей к воспитанию детей. См.: Криминалистика: Учебник / Под ред. А.Ф. Волынского, В.П. Лаврова. М., 2008. С. 855. Очевидно, что для получения перечисленной информации потребуется определенное время, необходимое для производства следственных действий, направления запросов и совершения иных процессуальных действий.

2) срок предварительного следствия ограничен по общему правилу двумя месяцами (ч. 1 ст. 162 УПК РФ), срок дознания - одним месяцем (ч. 3 ст. 223 УПК РФ), а судебно-психологическая (психолого-психиатрическая) экспертиза - довольно продолжительное процессуальное действие.

Поэтому следователь (дознаватель) должен назначать экспертизу не слишком рано, когда еще не собраны достаточные материалы, но и не слишком поздно, когда однозначно потребуется продление сроков расследования. Примечательно то, что в литературе, посвященной судебно-психологической экспертизе, подозреваемый никогда не упоминается, когда речь идет о судебно-психологической экспертизе способности несовершеннолетних в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими (только несовершеннолетний обвиняемый и/или подсудимый) <32>. Но это не совсем верно с точки зрения уголовно-процессуального законодательства. Не стоит забывать, что в уголовном деле, расследуемом в форме дознания, такой участник, как обвиняемый, по общему правилу появляется после вынесения в отношении этого лица обвинительного акта (ч. 1 ст. 47 УПК РФ), который завершает дознание, подобно тому, как обвинительное заключение завершает предварительное следствие. А мнение о том, что в рамках дознания судебно-психологическая экспертиза не может быть назначена, противоречит закону.

--------------------------------

<32> См., например: Еникеев М.И. Психология следственных действий: Учебно-практическое пособие. М., 2007. С. 356; Иванова Т.В., Холопова Е.Н. Теоретические и правовые основы судебно-психологической экспертизы несовершеннолетних обвиняемых. М., 2008; Сафуанов Ф.С. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе. С. 129 - 140; Ситковская О.Д., Конышева Л.П., Коченов М.М. Указ. соч. С. 82 - 93.

В силу ограниченности объема научной статьи мы смогли затронуть лишь некоторые проблемные вопросы назначения и производства судебно-психологических экспертиз в отношении несовершеннолетних правонарушителей. Безусловно, на практике перед дознавателями, следователями и судами возникает и масса других вопросов в данной сфере. Поэтому исследование проблем использования психологических знаний в форме судебной экспертизы по уголовным делам должно продолжаться с целью повышения эффективности этого процессуального действия.


Заключение


Список использованной литературы

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) // Российская газета от 25.12.1993 г.

2. Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации, 17 июня 1996 г., N 25, ст. 2954. С изменениями и дополнениями по состоянию на 1.06.2003.

3. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. 174-ФЗ // Российская газета. 23.12.2001 г. С изменениями и дополнениями по состоянию на 1.06.2003.

4. Федеральный закон от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" // Собрание законодательства Российской Федерации от 14 августа 1995 г., N 33, ст. 3349. С изменениями и дополнениями по состоянию на 1.06.2003.

5. Абдумаджидов Г.А., Быков В.М. Баев О.Я. Криминалистическая тактика и уголовно-процессуальный закон. Воронеж, 1977.

6. Алиев Т.Т., Громов Н.А., Гущин А.Н. О допросе обвиняемого по проекту УПК РФ в свете презумпции невиновности // Следователь: Федеральное издание. - М., 2002. - 2.

7. Арипов Д. Допрос обвиняемого // Вопросы уголовного права, прокурорского надзора, криминалистики и криминологии. - Душанбе; Изд-во Тадж. ун-та, 1968. - Сб. 2.

8. Баев О.Я. Криминалистическая тактика: понятие и система // Актуальные вопросы правоведения: Информационные материалы. - Екатеринбург; Изд-во УрО РАН, 1992.

9. Божьев В. Предъявление обвинения и допрос обвиняемого // Уголовное право. - М.; Интел-Синтез, 2001. - 2.

10. Бочаров А.В. Нетрадиционные приемы допроса обвиняемого // Место и роль органов внутренних дел в системе уголовной юстиции: Материалы итоговой научной конференции слушателей (май 1995 г.). - Омск; Изд-во Ом. ВШМ МВД России, 1995.

11. Бритвич Н.Г. Тактика допроса. М. 1969.

12. Брусиловский А.Е. Расследование преступлений. М. 1976.

13. Будников В.Л. Некоторые вопросы обеспечения прав несовершеннолетнего обвиняемого на предварительном следствии // Уголовно-процессуальная деятельность и правоотношения в стадии предварительного расследования: Сборник научных трудов. Волгоград; НИиРИО ВСШ МВД СССР, 1981.

14. Булычев С.М. Особенности тактики допроса обвиняемого, заявившего о своем алиби // Место и роль органов внутренних дел в системе уголовной юстиции: Материалы итоговой научной конференции слушателей (май 1995 г.). - Омск; Изд-во Ом. ВШМ МВД России, 1995.

15. Васильев А. Тактика допроса обвиняемого // Социалистическая законность. - М., 1950. - 4.

16. Васильев А.Н. Криминалистическая тактика. Л. 1971.

17. Возгрин И.А. Криминалистическая тактика: понятие и предмет исследования // Вестник криминалистики. - М.; Спарк, 2001. - Вып. 2.

18. Вопросы права несовершеннолетнего обвиняемого на защиту в стадии предварительного расследования: Учебное пособие. - Волгоград; Изд-во ВСШ МВД СССР, 1979.

19. Гофштейн М. Стецовский Ю.И. Вопросы права несовершеннолетнего обвиняемого на защиту в стадии предварительного расследования. - Волгоград: Изд-во ВСШ МВД СССР, 1979. // Советская юстиция. - М.; Юрид. лит., 1980. - 20.

20. Громов Н.А., Черкасов А.Д. О допросе обвиняемого с позиции презумпции невиновности // Государство и право. - М.; Наука, 1995. - 12.

21. Гуковская Н.И. Участие третьих лиц в допросе несовершеннолетнего обвиняемого (в порядке обсуждения) // Вопросы борьбы с преступностью. - М.; Юрид. лит., 1973. 21.

22. Давыдов В. К вопросу о классификации и пределах применения тактических приемов допроса обвиняемого // Сборник аспирантских статей Актуальные проблемы правовой науки. - М.; Изд-во Моск. ун-та, 1970.

23. Допрос подозреваемого и обвиняемого / Карнеева Л.М., Соловьев А.Б., Чувилев А.А. М., 1969.

24. Доспулов Г.Г. О психологии допроса обвиняемого // Некоторые вопросы борьбы с преступностью: Сборник научных статей. - Алма-Ата; Казахстан, 1970.

25. Дремов В. Содержание и доказательственное значение показаний несовершеннолетнего обвиняемого, отрицающего свою вину // Сборник аспирантских статей Актуальные проблемы правовой науки. - М.; Изд-во Моск. ун-та, 1970.

26. Дык Н.К. Вопросы использования тактических приемов допроса обвиняемого в практике органов МВД СРВ // Криминалистические аспекты совершенствования доказывания при расследовании преступлений: Труды Академии. - М.; Изд-во Акад. МВД РФ, 1992.

27. Ермаков Н.П., Китаев Н.Н. О возможности использования музыки при допросе обвиняемого (подозреваемого) // Проблемы изучения личности участников уголовного судопроизводства: Межвузовский сборник научных трудов. - Свердловск; Изд-во Урал. ун-та, 1980.

28. Зайцева И.А. Особенности тактики допроса обвиняемого на предварительном следствии при участии адвоката-защитника // Российский следователь. - М.; Юрист, 2001. - 8.

29. Законный представитель несовершеннолетнего обвиняемого в суде / Саркисянц Г.П., Миньковский Г.М.. - Ташкент; Фан, 1985.

30. Замылин Е.И. Особенности тактики допроса обвиняемого (подозреваемого) с участием защитника // Проблемы совершенствования деятельности правоохранительных органов: Общетеоретические и правовые аспекты совершенствования правоприменительной деятельности: Научно-практическая конференция, посвященная 200-летию создания в России Министерства внутренних дел. - Саратов; Изд-во Сарат. юрид. ин-та, 1999. - Ч. 1.

31. Иванов А., Ландо А. Законный представитель несовершеннолетнего обвиняемого // Социалистическая законность. - М., 1970. - 9.

32. Изучение личности несовершеннолетнего обвиняемого на предварительном следствии: Учебное пособие / Очередин В.Т.. - Волгоград; Изд-во ВСШ МВД СССР, 1985.

33. Ильченко Ю.И. К эмоциональной стороне допроса обвиняемого // Доклады научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения В.И. Ленина (декабрь 1969 г.). - Томск; Изд-во Том. ун-та, 1970.

34. Каледин Р.А. Некоторые особенности тактики подготовки к допросу несовершеннолетнего обвиняемого по групповому преступлению // Задачи следственного и экспертного аппаратов МВД СССР по дальнейшему укреплению социалистической законности: Материалы научно-практической конференции. - Волгоград; Изд-во ВСШ МВД СССР, 1983.

35. Каледин Р.А. Некоторые особенности тактики подготовки к допросу несовершеннолетнего обвиняемого по групповому преступлению // Задачи следственного и экспертного аппаратов МВД СССР по дальнейшему укреплению социалистической законности: Материалы научно-практической конференции. - Волгоград; Изд-во ВСШ МВД СССР, 1983.

36. Каневский Л., Маликов М. Саркисянц Г. П. Законный представитель несовершеннолетнего обвиняемого в суде. Ташкент: Фан, 1985.

37. Каневский Л.Л. Особенности выявления и изучения личности несовершеннолетнего обвиняемого на предварительном следствии // Результаты криминологического изучения личностных особенностей несовершеннолетних правонарушителей: Сборник статей. - М., 1982.

38. Карацаев К.М. Профилактическая роль допроса несовершеннолетнего обвиняемого // Вопросы борьбы с преступностью несовершеннолетних в Северо-Осетинской АССР. - Орджоникидзе; Изд-во Сев.-Осет. ун-та, 1978.

39. Карацев К.М. Психологические основы допроса несовершеннолетнего обвиняемого // Ученые труды: Ученые труды Казахского университета. - Алма-Ата, 1967. - Т. 8.

40. Карнеева Л.М. Классификация и система тактических приемов допроса обвиняемого и подозреваемого // Пути совершенствования предварительного следствия в органах внутренних дел: Сборник материалов V Всесоюзной научно-практической конференции следственных работников органов внутренних дел. - Волгоград; НИиРИО ВСШ МВД СССР, 1974.

41. Кириллова О. Стецовский Ю.И. Вопросы права несовершеннолетнего обвиняемого на защиту в стадии предварительного расследования. - Волгоград, 1979.

42. Кисляков В. Тактические приемы допроса обвиняемого // Вопросы предварительного следствия: Обмен опытом. - Ростов-на-Дону, 1967.

43. Комарков В.К. Цели и тактика предъявления доказательств в ходе допроса обвиняемого // Криминалистика и судебная экспертиза: Республиканский межведомственный сборник научных и научно-методических работ. - Киев; Вища шк., 1972. - Вып. 9.

44. Комаров В.К. Некоторые психологические особенности допроса несовершеннолетнего обвиняемого на предварительном следствии // Сборник аспирантских работ. - Свердловск, 1969. - Вып. 10.

45. Коновалова В.Е. Криминалистическая тактика и социология // Актуальные проблемы советской криминалистики. М., 1980.

46. Криминалистическая тактика: Учебное пособие / Поташник Д.П.. - М.; Зерцало, 1998.

47. Ландо А.С. О процессуальном положении законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого // Ученые записки. - Саратов; Изд-во Сарат. юрид. ин-та, 1970. Сборник работ аспирантов и соискателей. - Вып. 19: Ч. 2.

48. Лузгин И.М. Некоторые тенденции в тактике допроса обвиняемого // Тактические приемы допроса и пределы их использования: Тезисы выступлений на теоретическом семинаре, проведенном ВНИИ МВД СССР 14 марта 1980 г.. - М.; Изд-во ВНИИ МВД СССР, 1980.

49. Лукашевич В.З. Допрос обвиняемого, отрицающего свою вину, на предварительном следствии // Актуальные проблемы советского уголовного процесса: Межвузовский сборник научных трудов. - Свердловск; Изд-во Свердл. юрид. ин-та, 1987.

50. Лукашевич В.З. Тактика первого допроса обвиняемого после предъявления обвинения // Вопросы уголовного права, прокурорского надзора, криминалистики и криминологии. - Душанбе; Изд-во Тадж. ун-та, 1968. - Сб. 2.

51. Лушечкина М.А. О методах изучения личности обвиняемого в целях выбора оптимальных приемов допроса // Правовое регулирование общественных отношений: Материалы научной конференции аспирантов-юристов. - М.; Изд-во ИГиП АН СССР, 1977.

52. Макаренко И.А. Информационное обеспечение допроса несовершеннолетнего обвиняемого как предпосылки его эффективного поведения // Вестник криминалистики. - М.; Спарк, 2001. - Вып. 2.

53. Марков А.Я. Познавательная сущность допроса обвиняемого // Сборник статей адъюнктов и соискателей. - М.; Изд-во ВШ МВД СССР, 1971. - Вып. 1.

54. Матусевич И.А. Психологический контакт при допросе обвиняемого // Использование научных методов и технических средств в борьбе с преступностью: Материалы научно-практической конференции. - Минск; Полымя, 1965.

55. Миловидов С.М. О психологии допроса обвиняемого // Вопросы криминалистики. - М.; Госюриздат, 1962. - 3 (18).

56. Миньковский Г.М. Участие педагога и иных лиц в допросе несовершеннолетнего обвиняемого // Советское государство и право в период развернутого строительства коммунизма: Тезисы докладов и научных сообщений (6 - 9 марта 1962 г.). - Харьков, 1962.

57. Обеспечение прав несовершеннолетнего обвиняемого на предварительном следствии: Дис. ... канд. юрид. наук / Обидина Л.Б.. - М., 1983.

58. Особенности предъявления обвинения и допроса обвиняемого в условиях деятельности органов внутренних дел: Учебное пособие / Карнеева Л.М.. - М.; Изд-во МССШМ МВД СССР, 1989.

59. Очередин В.Т. Документы как источники сведений о личности несовершеннолетнего обвиняемого // Уголовно-процессуальные проблемы предварительного следствия и пути его совершенствования: Сборник научных трудов. - Волгоград; Изд-во ВСШ МВД СССР, 1985.

60. Очередин В.Т. Показания свидетелей как источник сведений о личности несовершеннолетнего обвиняемого // XXVI съезд КПСС и проблемы уголовно-процессуальной и организационной деятельности органов предварительного следствия: Сборник научных трудов. - Волгоград; Изд-во ВСШ МВД СССР, 1982.

61. Падва Г. Этика и тактика допроса потерпевшего защитником обвиняемого // Советская юстиция. - М.; Юрид. лит., 1987. - 7.

62. Панкратов В.А. Законный преставитель несовершеннолетнего обвиняемого и потерпевшего на предварительном следствии // Бюллетень 4 (66): Бюллетень главного следственного управления МВД СССР. - М., 1990.

63. Пантелеев В. О порядке допроса обвиняемого в связи с выделением дела // Советская юстиция. - М.; Юрид. лит., 1970. - 18.

64. Петелин Б. Допрос обвиняемого о мотивах и целях преступления // Социалистическая законность. - М., 1974.

65. Петелин Б. Спор о вине и теория допроса обвиняемого // Правоведение. - С.-Пб.; Изд-во С.-Петербург. ун-та, 1992. - 5.

66. Показания несовершеннолетнего обвиняемого в советском уголовном процессе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Дремов В.Г.. - М., 1970.

67. Полстовалов О.В. Изучение личности несовершеннолетнего обвиняемого: первый этап ресоциализации // Проблемы предупреждения и пресечения преступности и иных правонарушений молодежи, защиты их прав: Материалы республиканской научно-практической конференции 25 октября 2000 года. - Уфа; Изд-во БашГУ, 2000.

68. Посник В.С. Обеспечение прав несовершеннолетнего обвиняемого на предварительном следствии // Уголовно-процессуальная деятельность и правоотношения в стадии предварительного расследования: Сборник научных трудов. - Волгоград; НИиРИО ВСШ МВД СССР, 1981.

69. Предъявление обвинения и допрос обвиняемого: Учебно-практическое пособие / Карлеба В.А., Сирица И.В.. - Краснодар; Изд-во Краснодар. юрид. ин-та, 1998.

70. Предъявление, изменение, дополнение обвинения и допрос обвиняемого / Громов Н.А., Николайченко В.В., Соловьев В.В.. - Саратов; Изд-во Сарат. ВШ МВД РФ, 1993.

71. Процессуальные и психологические начала допроса обвиняемого: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Роша А.Н.. - М., 1965.

72. Рахунов Р.Д. Тактика допроса обвиняемого в свете проблемы этики предварительного следствия // Этика предварительного следствия: Труды Высшей следственной школы МВД СССР. - Волгоград; НИиРИО ВСШ МВД СССР, 1976. - Вып. 15.

73. Рогожин В.А. Взаимодействие следователя с органами дознания на этапе привлечения несовершеннолетнего в качестве обвиняемого // Проблемы правоведения: Республиканский межведомственный научный сборник. - Киев; Вища шк. Изд-во при Киев. ун-те, 1984. - Вып. 45.

74. Саркисянц Г.П. К вопросу о процессуальном положении законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого в советском уголовном процессе // Актуальные проблемы борьбы с преступностью: Сборник научных трудов. - Ташкент; Изд-во Ташк. ун-та, 1983.

75. Сафуанов Ф. Психолого-психиатрическая экспертиза несовершеннолетнего обвиняемого // Российская юстиция. - М.; Юрид. лит, 1997. - 7.

76. Система тактических приемов допроса несовершеннолетнего обвиняемого с учетом следственных ситуаций и психологических свойств допрашиваемого: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Макаренко И.А.. - Уфа, 1998.

77. Сорокотягин И.Н. Социально-психологическая характеристика личности несовершеннолетнего обвиняемого и ее установление в следственной практике // Вопросы совершенствования борьбы с преступностью несовершеннолетних: Межвузовский научный сборник. - Уфа; Изд-во Башк. ун-та, 1983.

78. Стойко Н.Г. Обязанность допроса обвиняемого // Вопросы теории юридических обязанностей: Тезисы II межвузовской научной конференции молодых ученых-юристов. - Воронеж; Изд-во Воронеж. ун-та, 1988.

79. Тактика допроса обвиняемого (подозреваемого) при расследовании краж личного имущества, грабежей и разбойных нападений: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Червяков М.Э.. - М., 2001.

80. Тактика предъявления доказательств на допросе обвиняемого: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Комарков В.С.. - Харьков, 1973.

81. Темушкин О. Саркисянц Г.П. Законный представитель несовершеннолетнего обвиняемого в суде. - Ташкент: ФАН, 1985.

82. Тепляков П. Законный представитель несовершеннолетнего обвиняемого в советском уголовном процессе // Социалистическая законность. - М., 1972. - 10.

83. Утяшев Т.З. Некоторые аспекты подготовки к допросу обвиняемого // Южно-уральские криминалистические чтения: Сборник научных статей. - Уфа; РИО БашГУ, 2002. - Вып. 10.

84. Червяков М.Э. Совершенствование тактики допроса обвиняемого (подозреваемого) на основе познания его психологических свойств // Актуальные проблемы раскрытия и расследования преступлений: Межвузовский сборник научных трудов. - Красноярск; Изд-во Сиб. юрид. ин-та МВД России, 1999. - Ч. 2.

85. Шишков С. Правомерен ли вопрос экспертам о соответствии несовершеннолетнего обвиняемого своему календарному возрасту? // Законность. - М., 1999. - 9.

86. Ямпольский А. Роль психологической оценки поведения подозреваемого и обвиняемого в тактике их допроса // Проблемы повышения эффективности предварительного следствия: Материалы конференции следователей МВД Литовской ССР. - Вильнюс, 1969.

Матвеев, С. В.

Психологический контакт как универсальный подход

в оптимизации следственных действий с участием

несовершеннолетних /С. В. Матвеев.

//Адвокатская практика. -2002. - № 3. - С. 9 - 11

Понятие психологического контакта в криминалистике и

юридической психологии является весьма дискуссионным и

неоднозначным. Автор приводит различные точки зрения на

данную проблему.

Библиогр. : с. 11.

1. Стрельцова Е.В. Ложь в показаниях несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых // Вестник СГАП. - Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права». - №1 (53), 2007. - С.122 - 124 (0,4 п.л.).

2. Степанов В.В., Стрельцова Е.В. Применение психического воздействия на несовершеннолетнего правонарушителя при допросе//Южно-уральские криминалистические чтения: Сборник материалов международной научно-практической конференции: Выпуск 11/Под ред. И.А. Макаренко. - Уфа: РИО БашГУ, 2003. С.54-62 (0,4 п.л.).

3. Степанов В.В., Стрельцова Е.В. Участие специалиста в допросе несовершеннолетнего//Проблемы противодействия преступности в современных условиях: Материалы международной научно-практической конференции 16 -17 октября 2003 года. Часть II. - Уфа: РИО БашГУ, 2003. - С. 263-367 (0,2 п.л.).

4. Стрельцова Е.В. Рефлексия и рефлексивное управление при допросе несовершеннолетних правонарушителей//Проблемы психологической науки в XXI веке: Материалы юбилейной между нар. науч.-практ. конф. - Саратов: Изд-во Сарат.ун-та, 2006. - С. 143-145 (0,3 п.л.).

5. Степанов В.В., Стрельцова Е.В. О месте допроса несовершеннолетнего//Человек как источник криминалистически значимой информации: Материалы всероссийской межведомственной научно-практической конференции / Под ред. A.M. Зинина, М.Н. Шухнина: В 2 ч. Часть 1. - Саратов: СЮИ МВД России, 2002. - С.148-151 (0,2 п.л.).

6. Стрельцова Е.В. Семейный алкоголизм как предпосылка девиантного поведения подростка//Человек как источник криминалистически значимой информации: Материалы всероссийской межведомственной научно-практической конференции / Под ред. A.M. Зинина, М.Н. Шухнина: В 2 ч. Часть 2. - Саратов: СЮИ МВД России, 2002. - С. 166-168 (0,2 п.л.).

7. Степанов В.В., Стрельцова Е.В. Привлечение специалиста к допросу несовершеннолетнего по Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации // Человек и право на рубеже веков. Альманах института прокуратуры РФ Саратовской государственной академии права. - Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», № 1 (4-5), 2003-2004. - С. 50-52 (0,2 п.л.).

26

8. Стрельцова Е.В. Рефлексия и рефлексивное управление в правоохранительной деятельности//Психология и жизнь: Учебное пособие для студентов, обучающихся по специальности «Психология»/Р.Х. Тугушев, В.В. Козача, М.М. Орлова и др./Под ред. Р.Х. Тугушева. - Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2004. - С. 140-146 (0,3 п.л.).

9. Степанов В.В., Стрельцова Е.В. Поведение несовершеннолетнего правонарушителя в посткриминальный период//Теория и практика криминалистики и судебной экспертизы: Межвузовский сборник научных статей. - Вып. 12./Под ред. В.В. Степанова. - Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2004. - С. 102-107 (0,4 п.л.).

10. Стрельцова Е.В. Психологический контакт при допросе несовершеннолетних правонарушителей//Сборник статей молодых ученых/Под ред. Л.И. Покатаева. - Саратов: СЮИ МВД России, 2006. - С. 263-270 (0,3 п.л.).

"Некоторые особенности расследования уголовных дел о преступлениях, совершенных несовершеннолетними"

(О.Н. Титова, О.В. Давыдова)

("Вопросы ювенальной юстиции", 2008, N 6)


[1] Вандышев В.В. Уголовный процесс: Курс лекций. СПб., 2004. С. 833.

[2]

[3]

[4]

[5]

[6]

[7]

[8]

[9]

[10]

[11]

[12]

[13] Ландо А.С. Представители несовершеннолетних обвиняемых в советском уголовном процессе. Саратов, 1977. С. 6.

[14]

[15] "Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила)". Приняты 29.11.1985 Резолюцией 40/33 на 96-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН

[16]

[17]

[18] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14.02.2000 N 7 (ред. от 06.02.2007). "О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних". "Российская газета", N 50, 14.03.2000.

[19]

[20]

[21]

[22]

[23]

[24]

[25]

[26]

[27]

[28]

[29]

[30]

[31]

[32]

[33]

[34]

[35]

[36] Там же.

[37]

[38]

[39]

[40]

[41]

[42]

[43] См.: Гуковская Н.И., Долгова Л. И., Миньковский Г.М. Указ. соч. С. 23-24

[44]

[45] Приказ Генпрокуратуры РФ от 26.11.2007 N 188"Об организации прокурорского надзора за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи" "Законность", N 2, 2008

[46]

[47]

[48]

[49]

[50]

[51]

[52]

[53]

[54] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 N 1(ред. от 23.12.2008). "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации". Российская газета, N 60, 25.03.2004.

[55]

[56]

[57] См.

[58] Там же

[59]

[60]

[61]

[62]

[63] Порубов Н.И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. Минск,1973. С.73-74.

[64]

[65]

[66]

[67] Кузнецова С.В., Кобцова Т.С. Тактика допроса несовершеннолетних. М., 2004. С. 13.

[68] Каневский Л.Л. Криминалистические проблемы расследования и профилактика преступлений несовершеннолетних. Красноярск, 1991. С.209.

[69] Закатов А.А. Психологические особенности тактики производства следственных действий с участием несовершеннолетних. Волгоград, 1979. С.11.

[70] См.: Скичко О.Ю. История развития процессуальной регламентации допроса несовершеннолетних свидетелей и потерпевших\\Следователь.-2005. - №8. С.56-58

[71] См.: Мищенко Е.В. Процессуальные и психологические особенности донроса несовершеннолетних обвиняемых. Вестник ОГУ. 2005. № 3. С. 139

[72]

[73]

[74]

[75]

[76]

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Все материалы в разделе "Государство и право"

Другие видео на эту тему