регистрация / вход

Незаконный оборот оружия в уголовном праве

Ведение. Незаконному обороту оружия способствует совершение таких преступлений, как небрежное хранение огнестрельного оружия; ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств; хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств.

Ведение.

Незаконному обороту оружия способствует совершение таких преступлений, как небрежное хранение огнестрельного оружия; ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств; хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств. Незаконный оборот оружия занимает особое место в структуре преступности и является одним из факторов, значительно осложняющих современную криминогенную ситуацию. Составляя лишь 2,5% всей преступности страны, преступления, связанные с незаконным оборотом оружия, способствуют росту организованной преступности, терроризма и создают реальную угрозу общественной безопасности нашей страны. Эти преступления наносят ущерб общественной безопасности в результате совершения конкретных деяний, предметом которых являются источники повышенной опасности (оружия).

Объектом данной курсовой работы оружие в уголовном праве в целом. Предметом выступает сравнение и анализ норм регулирующих незаконный оборот оружия.

Цель данной работы это изучение и анализ проблем, связанных с незаконный оборот оружия. Для этого ставятся задачи по исследованию понятия оружия в уголовном праве. Изучение российского законодательства, связанного с незаконным оборот оружия. Анализ, исследование практики и рассмотрение вопросов в этой области.

Таким образом, данная курсовая работа состоит из введения, трех глав: понятия оружия в уголовном праве, характеристика преступлений в области незаконного оборота с оружием, особенности уголовной за незаконный оборот оружия, а т.ж. заключения. В каждой главе работы, вопросы рассматриваются более подробно.

При написании данной курсовой работы автором использовалась различная литература: учебные пособия, словари, кодексы, комментарии законодательства и т.д. Автором данной работы широко использовались труды видных ученых как, (которые были взяты с электронного источника) Завидова Б.Д., Наумова А.В., Веремеенко И.И. ввиду отсутствия реальной возможности на приобретение его оригинала.

1. Понятие оружия в уголовном праве

1.1 Понятие оружия

Характерным орудием ряда насильственных преступлений является оружие, применение которого закреплено в качестве квалифицирующего признака в 13 статьях Особенной части УК РФ (п. "г" ч. 2 ст. 126, п. "г" ч. 2 ст. 162, п. "в" ч. 2 ст. 205, п. "г" ч. 2 ст. 206, п. "г" ч. 2 ст. 211 и др.). Судебная практика и доктрина уголовного права исходят из того, что при решении вопроса о признании оружием предметов, применяемых в процессе насильственных преступлений, следует руководствоваться положениями Федерального закона от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии" (далее - Закон об оружии), а в необходимых случаях, когда для решения соответствующего вопроса требуются специальные познания, и заключением экспертов.

Согласно ст. 1 Закона об оружии под оружием понимаются устройства и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели, подачи сигналов. В основу данного определения положены признаки, присущие всем видам оружия, несмотря на их огромное разнообразие. Во-первых, это особое предназначение оружия, а во-вторых, конструктивные особенности устройства или предмета, функционально отвечающие этому предназначению. По целевому назначению оружием могут быть признаны только такие устройства и предметы, которые специально предназначены для поражения живой или иной цели либо подачи сигналов. Перечень таких устройств и предметов достаточно широк и разнообразен по видам и моделям, начиная от простейших искровых разрядников и резиновых палок и заканчивая ядерным, биологическим и другим оружием массового поражения. Кроме того, этот перечень дополняется пока что нетрадиционными, можно сказать, экзотическими видами оружия, такими как инфра- и ультразвуковое, электромагнитное, лазерное, акустическое[1] . Закон об оружии упоминает лишь о некоторых из них. В частности, в нем даны определения огнестрельного, холодного, в том числе метательного, пневматического, газового оружия, боеприпасов. Поэтому отмеченная выше рекомендация о том, что при квалификации преступлений, совершаемых с применением оружия, следует руководствоваться положениями Закона об оружии, вовсе не означает, что рассматриваемый уголовно-правовой признак исчерпывается только теми видами оружия, которые указаны в данном Законе либо оборот которых запрещен или требует специального разрешения. К сожалению, именно так Пленум Верховного Суда РФ истолковал признак вооруженности в составе бандитизма. В Постановлении от 17 января 1997 г. N 1 "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм" под вооруженностью банды понимается наличие у ее участников огнестрельного или холодного, в том числе метательного оружия, как заводского изготовления, так и самодельного, различных взрывных устройств, а также газового и пневматического оружия[2] . Получается, что другие виды оружия, которыми могут быть вооружены бандиты (например, зажигательное, электроразрядное и др.), остались за рамками признака вооруженности банды.

Попытка ограничить понятие оружия в уголовном праве только теми видами вооружения, оборот которых регулирует Закон об оружии, встречается и в юридической литературе[3] <*>. А по мнению А. Васецова, понятие оружия в уголовном праве ограничивается только такими специально созданными и пригодными для поражения живой или иной цели предметами, на изготовление, ношение и использование которых требуется особое разрешение государственных органов. В связи с этим он не считает оружием в уголовно-правовом смысле баллончики со слезоточивыми раздражающими веществами, на приобретение которых не требуется разрешения органов внутренних дел. Напротив, газовое оружие, подлежащее регистрации (пистолеты, револьверы), или газовое оружие, которое вообще запрещено к обороту на территории РФ, по мнению А. Васецова, образует признак вооруженности преступлений[4] .

Закон об оружии регулирует только правоотношения, возникающие при обороте гражданского, служебного, боевого ручного стрелкового и холодного оружия, а также боеприпасов и патронов к данным видам оружия и не касается отношений, связанных с оборотом иных видов вооружения, не указанных в Законе. Д. Корецкий справедливо подчеркивает, что данный Закон регламентирует административно-правовой режим оружия, обслуживая главным образом потребности лицензионно-разрешительной системы органов внутренних дел, и вовсе не определяет, какие виды оружия могут выступать в качестве предметов и средств совершения преступлений по УК РФ. По смыслу же уголовного закона под оружием, применение которого является квалифицирующим или отягчающим обстоятельством ряда насильственных преступлений, имеется в виду любой вид оружия, в том числе боеприпасы и взрывные устройства, зажигательное оружие (бутылки с зажигательной смесью, огнемет и т.п.), независимо от принципа действия, параметров, технических характеристик, поражающих свойств, специальных целей и условий использования, а также правового режима оборота. Заметим, что сам Пленум Верховного Суда РФ дал аналогичное разъяснение, правда, применительно к огнестрельному оружию[5] .

В отличие от Закона РФ от 20 мая 1993 г. N 4992-1 "Об оружии", новый Закон об оружии 1996 г. распространил понятие оружия также на устройства и предметы, конструктивно предназначенные только для подачи световых, дымовых или звуковых сигналов (сигнальное оружие). Некоторые криминалисты, по словам А.И. Бойцова, отнеслись к этому нововведению отрицательно, считая, что оно искажает смысловое содержание понятия "оружие", историческое предназначение которого состоит исключительно в поражении живой цели или разрушении иных объектов как при защите, так и при нападении. В.М. Плескачевский по этому поводу не без иронии пишет: "Таким образом, к "сигнальному оружию" могут быть отнесены не только револьверы и пистолеты, конструктивно предназначенные для отстрела не только газовых и "шумовых" патронов, но и милицейский свисток, и даже крупный ключ с полым стержнем, с помощью которых можно издать свист"[6] .

Другие ученые, напротив, считают решение законодателя разумным и своевременным, учитывая тесное родство сигнального оружия с другими категориями оружия (прежде всего с огнестрельным), заключающееся в их конструктивном подобии и повышенной опасности.

Действительно, оплошность законодателя в конструировании понятия "сигнальное оружие" налицо. Его нынешняя законодательная формула позволяет причислить к такому виду оружия не только обычный свисток, но и автомобильный сигнал, проблесковый маячок, охранную сигнализацию и любое другое средство подачи светового или звукового сигнала. Очевидно, что понятие сигнального оружия должно включать только такие устройства, которые конструктивно сходны с другими видами оружия (огнестрельным, газовым и т.д.), но при этом предназначены не для поражения цели, а для подачи соответствующего сигнала.

Необходимо обратить внимание и на то обстоятельство, что отдельные виды сигнальных устройств далеко не так безобидны, как может показаться на первый взгляд. Некоторые модели не только могут быть использованы для поражения цели сами по себе (например, пистолет-ракетница), но и в ряде случаев служить средством применения боеприпасов к огнестрельному оружию и даже без особого труда трансформироваться в огнестрельное оружие. Например, конструкция камор бесствольного стартового пистолета ИЖ-СПЛ позволяет производить выстрел дробовым зарядом. А сигнальные пистолеты-ракетницы, предназначенные исключительно для подачи светового или дымового сигнала, достаточно часто оснащаются дополнительным стволиком под один из патронов к нарезному огнестрельному оружию, который просто вкладывается в патронник или, что встречается реже, укрепляется внутри патронника, придавая таким образом всей конструкции свойства огнестрельного оружия.

Сходство (не только внешнее, но и конструктивное) сигнальных устройств с огнестрельным и газовым оружием, взрывными устройствами сыграло свою роль в том, что случаи использования сигнальных устройств при совершении преступлений не являются редкостью. Особенно эффективным сигнальное оружие оказывается в процессе совершения преступных угроз, в результате которых потерпевший, исходя из внешнего облика и шумового эффекта предмета, которым ему угрожают, расценивает его как огнестрельное оружие и воспринимает данную угрозу как реально опасную для его жизни. Известны случаи совершения разбоев с применением стартовых пистолетов и ракетниц, когда преступники выдают их за огнестрельное оружие, а иногда причиняют вред потерпевшим, используя собственные поражающие возможности этих предметов. Думается, отмеченные обстоятельства и стали причиной, по которой законодатель стремился ограничить оборот сигнальных устройств, признав их одним из видов оружия и тем самым расширив исторически сложившееся, традиционное представление об оружии в целом. Поэтому представляется спорным мнение, что сигнальное оружие, благодаря своему нетипичному для оружия функциональному назначению, выпадает из признака оружия, применение которого предусмотрено в п. "г" ч. 2 ст. 126, ч. 2 ст. 162, п. "г" ч. 2 ст. 211 и некоторых других статьях УК РФ[7] . Как мы попытались доказать, не только "буква", но и "дух" уголовного закона не дают оснований для такого вывода.

В соответствии со ст. 1 Закона об оружии к оружию не относятся изделия, сертифицированные в качестве изделий хозяйственно-бытового и производственного назначения (например, кухонные, разделочные, перочинные и другие хозяйственные ножи, топоры, "монтажки", ломы, стамески, напильники, отвертки, строительно-монтажные пистолеты и револьверы, декоративные пистолеты-зажигалки и т.п.), а также спортивные снаряды, конструктивно сходные с оружием (например, бейсбольная бита, спортивные копья, рапиры, спортивный молот и т.п.). Как пишет А.И. Бойцов: "Несмотря на то, что перечисленные предметы обладают достаточно большой поражающей мощью, позволяющей использовать их для совершения насильственных преступлений, по своему назначению, они остаются все же орудиями труда, а не оружием". По этой же причине не относятся к оружию имитационно-пиротехнические (петарды, хлопушки, фейерверки и т.п.) и осветительные средства (пиротехнический фонарь и т.п.).

Не предназначены для поражения живой или иной цели, подачи сигнала, а следовательно, не могут быть признаны оружием предметы, которые лишь внешне похожи на оружие (имитация оружия). К таковым, например, относятся всевозможные макеты оружия, в том числе декоративное оружие, пугачи, оружие-игрушки и т.п.). Причем данные изделия не относятся к классу оружия не только по целевому признаку, но и конструктивно расходятся с оружием, учитывая, что понятия "внешнее сходство" и "конструктивное сходство" неоднозначны.

Важнейшим критерием понятия оружия является наличие в предмете или устройстве комплекса конструктивных признаков, предопределяющих предназначение данного предмета и устройства как оружия и позволяющих использовать их по своему назначению. Данный критерий играет особую роль в оценке предмета как оружия, так как вывод о подлинном назначении того или иного предмета позволяет сделать анализ его конструктивных признаков. При этом речь не идет о необходимости констатации всех деталей и параметров конкретного образца оружия. Для признания предмета оружием достаточно установить наличие в нем тех необходимых элементов конструкции (конструктивный минимум), которые функционально обеспечивают возможность его применения в соответствии с назначением, характерным для оружия. Например, таким конструктивным минимумом для огнестрельного оружия является наличие в предмете ствола с запирающим и стреляющим механизмами, которые в системе обеспечивают возможность производства хотя бы одного выстрела. Отсутствие других деталей, скажем рукояти, может влиять на надежность, эффективность и удобство стрельбы, но не является препятствием для производства самого выстрела и, следовательно, признания предмета огнестрельным оружием.

В этой связи нельзя считать оружием в юридическом смысле слова неисправное или негодное оружие (например, учебное), конструктивные недостатки которого не позволяют использовать его по назначению. На это обстоятельство неоднократно обращал внимание и Пленум Верховного Суда РФ. В то же время, если виновный, пытавшийся использовать неисправное оружие, не осознавал этого обстоятельства и считал его пригодным, то содеянное нужно квалифицировать как покушение на применение оружия.

Наряду с этим судебная практика не признает наличия квалифицирующего признака "применение оружия" в случае использования виновным в процессе насильственного посягательства незаряженного оружия. В частности, Пленум Верховного Суда РФ указал, что, если лицо в процессе разбойного нападения угрожало незаряженным оружием, его действия (при отсутствии других отягчающих обстоятельств) следует квалифицировать по ч. 1 ст. 162 УК РФ[8] .

Такая позиция нам представляется по меньшей мере спорной. Во-первых, то обстоятельство, что предмет, относимый к оружию, находится в незаряженном состоянии, вовсе не означает, что этот предмет перестает считаться оружием. В качестве критериев понятия "оружие" Закон называет не факт наличия или отсутствия в устройстве пули, картечи, другого метаемого снаряжения, патрона или иного боеприпаса, а известное предназначение и связанные с ним конструктивные особенности устройства. Поэтому "незаряженное" и "негодное" оружие, по терминологии Пленума Верховного Суда РФ, совсем не одно и то же, и придание равного правового статуса этим понятиям логически ошибочно.

Во-вторых, представляется очевидным, что исключая незаряженное оружие из признака "применение оружия" в квалифицированном составе разбоя (можно предположить, что это разъяснение будет распространяться и на другие преступления, составы которых предусматривают одноименный признак), Пленум Верховного Суда РФ исходил только из того, что в случае использования виновным незаряженного оружия объективно не создается реальной опасности для жизни или здоровья потерпевшего, ибо выстрел из такого оружия не может последовать. Однако данное обоснование представляется актуальным лишь для разбоя, совершенного с физическим насилием, опасным для жизни или здоровья. В самом деле, применить незаряженное оружие по своему назначению для физического насилия невозможно. Вместе с тем закон предусматривает возможность совершения разбоя в форме психического насилия путем угрозы, где использование незаряженного оружия в качестве орудия психического воздействия с расчетом на то, что потерпевший воспримет его как заряженное, приобретает особое значение. К сожалению, Пленум не учел, что резкое возрастание степени общественной опасности насильственного преступления, носящего вооруженный характер, а соответственно, и более строгая наказуемость за содеянное, обусловлены не только, а иногда не столько риском реального причинения физического вреда, но тем, что применение в процессе психического насилия большинства орудий, а тем более оружия, во много раз умножает поражающий, запугивающий эффект угрозы, оказывая сверхсильное психотравмирующее воздействие на жертву насилия, конечно, при условии, что потерпевший считал демонстрируемое оружие заряженным и способным к бою. Таким образом, использование незаряженного оружия как орудия преступной угрозы, по нашему мнению, следует квалифицировать по признаку "применение оружия", если таковой имеется в составе насильственного преступления.

В заключение подчеркнем, что правильная оценка предметов и устройств, используемых виновным в процессе насилия, как оружия, невозможна без заключения криминалистической экспертизы.

1.2 Понятие оружия в военно-уголовном законодательстве

В военно-уголовном законодательстве оружие в одних случаях предусмотрено в качестве предмета преступления и, выступая в данном качестве, характеризует объект преступления, в других же случаях может являться средством совершения преступления, и уже не связано с объектом посягательства, а выступает как признак объективной стороны преступления. Однако во всех случаях правильное установление признаков состава преступления требует четкого и однозначного определения свойств, признаков и целевой предназначенности средств, с помощью которых осуществляется преступное посягательство либо выступающих в роли предмета посягательства.
В главе 33 УК РФ "Преступления против военной службы" оружие указано в качестве предмета преступлений в ч. 2 ст. 338 УК РФ (дезертирство с оружием, вверенным по службе), ст. 346 УК РФ (умышленное уничтожение или повреждение военного имущества), ст. 347 УК РФ (уничтожение или повреждение военного имущества по неосторожности), ст. 348 УК РФ (утрата военного имущества) и ст. 349 УК РФ (нарушение правил обращения с оружием и предметами, представляющими повышенную опасность для окружающих). Кроме того, военно-уголовное законодательство предусматривает незначительное число составов преступлений против военной службы, специальным (конститутивным) признаком которых является применение оружия в качестве средства совершения преступления: п. "б" ч. 2 ст. 333 УК РФ (сопротивление начальнику или принуждение его к нарушению обязанностей военной службы, совершенные с применением оружия), п. "б" ч. 2 ст. 334 УК РФ (насильственные действия в отношении начальника, совершенные с применением оружия) и п. "г" ч. 2 ст. 335 УК РФ (нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности, совершенное с применением оружия). Только в этих случаях и применение только оружия в качестве средства совершения преступления против военной службы предусмотрено законодателем в качестве квалифицирующего признака.[9] Однако ряд составов преступлений против военной службы хотя и не упоминают в диспозиции использование оружия, тем не менее по признакам объективной стороны весьма часто сопряжены с нарушением различных специальных правил его использования. Правоприменительная практика и теория военно-уголовного законодательства убедительно показывают, что оружие в качестве средства или орудия совершения преступления против военной службы используется или может быть использовано также при совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 332, 339, 340, 341, 342, 343, 344 УК РФ.
Анализ законодательной конструкции указанных норм свидетельствует о наличии существенных недостатков в подходе законодателя к установлению ответственности за преступления против военной службы, предметом или средством совершения которых является оружие.
Прежде всего следует отметить, что уголовное законодательство РФ (в том числе и военно-уголовное) об ответственности за преступления в сфере оборота оружия формировалось в условиях отсутствия подробной правовой регламентации данного оборота.
Парадигма определения оружия в истории уголовного законодательства претерпевала значительные изменения. До 1993 г. действующее законодательство СССР и РФ, в том числе и уголовное, не содержало определения оружия, используя соответствующие понятия, выработанные техническими и военными науками. Такой подход обусловливал достаточно узкое понимание оружия применительно к конкретным составам преступлений, упоминавшим его, а выработанные с его помощью понятия оружия отличались известной аберрацией. Принятие Закона РФ "Об оружии" 1993 г., через непродолжительное время утратившего силу в связи с принятием в последующем одноименного Федерального закона 1996 г., а также других законодательных актов, регламентирующих оборот оружия в Российской Федерации, устранило вышеуказанную законодательную лакуну, изменило правовую ситуацию и потребовало уточнения подходов уголовного права к определению понятия оружия как признака ряда составов преступлений, так как для уголовно-правовой теории и практики определенность понятий принципиально важна.
Следует также отметить, что сразу же после принятия Закона "Об оружии" в теории уголовного права появилась тенденция (питаемая в известной степени старыми представлениями) к ограничению огнестрельного оружия стрелковым оружием, "ручным оружием индивидуального использования" и т.п. Такой подход представляется ошибочным и не основанным на действующем законодательстве. Ни нормы Закона "Об оружии", ни соответствующие нормы уголовного законодательства не содержат определений данных понятий. Более того, практика показывает увеличение числа и опасности правонарушений, связанных с незаконным оборотом тяжелых вооружений - различных видов артиллерийского и ракетного оружия (артиллерийские орудия и минометы, ракетные установки, переносные ракетные и зенитно-ракетные комплексы и т.п.).
Очевидно, что Законом "Об оружии" регулируются исключительно административные аспекты правоотношений, возникающих при обороте гражданского, служебного, а также боевого ручного стрелкового и холодного оружия, в то время как уголовный закон определяет уголовно-правовой режим и предусматривает ответственность за противоправные действия, как с указанными видами оружия, так и с иными видами боевого огнестрельного оружия, находящегося на вооружении в Вооруженных Силах РФ, других войсках, воинских формированиях и федеральных органах исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба и на которые действие Закона "Об оружии" не распространяется. Не являются также предметом регулирования Закона "Об оружии" ядерное, химическое, биологическое и иные виды оружия массового поражения.
Очевидно, что незаконные действия с таким оружием представляют большую общественную опасность, чем те же действия с ручным стрелковым оружием. Таким образом, устанавливая административно-правовой режим оборота некоторых видов оружия, Закон "Об оружии" вовсе не определяет, да и не должен определять, какие виды оружия могут выступать в качестве предметов или средств совершения преступлений, предусмотренных УК РФ[10] .
В связи с вышеизложенным, несмотря на то что отраслевое законодательство имеет в виду только обычное оружие, представляется, что уголовное право должно исходить из более широкого понятия оружия, включая в него как обычное оружие, так и боевое огнестрельное оружие, находящееся на вооружении в Вооруженных Силах РФ, других войсках, воинских формированиях, а также оружие массового поражения. Это обусловлено прежде всего тем, что боевое огнестрельное оружие и оружие массового поражения полностью исключено из гражданского оборота, состоит на вооружении Вооруженных Сил РФ, других войск и воинских формирований, имеет исключительно боевое предназначение и его оборот не регламентируется отраслевым законодательством об оружии. Такой подход находит отражение и в правоприменительной практике.
Несоответствие понятийного аппарата, используемого в Законе "Об оружии", уголовно-правовым терминам и дефинициям, используемым в УК РФ относительно оружия и его видов, очевидно.
Анализ уголовного законодательства и конструкций ст. ст. 188, 225, 226, 355, 356 УК РФ позволяет сделать вывод о том, что понятие и виды оружия в уголовном праве отнюдь не ограничиваются устройствами и предметами, понятие и виды которых содержатся в Федеральном законе "Об оружии”

Следовательно, в теории уголовного права и правоприменительной практике необходимо отказаться от порожденного вышеуказанным несоответствием предложения о сближении трактовки оружия в уголовном законодательстве и Законе "Об оружии" и известного всем трюизма: "Под оружием в настоящей статье следует понимать устройства и предметы, предусмотренные Федеральным законом "Об оружии". Все попытки применения Закона "Об оружии" применительно к задачам уголовного права неизбежно приводят к неустранимым противоречиям и нестыковкам.
Существующее в теории военно-уголовного законодательства широкое толкование оружия как собирательного понятия, включающего в себя как обычное, так и оружие массового поражения - "от автомата до баллистической ракеты", основанное на сопоставительном анализе и буквальном толковании содержания отдельных норм УК РФ, представляется правильным и обоснованным. Понятие оружия в уголовном праве должно быть единым и унифицированным применительно ко всем статьям Уголовного кодекса и должно включать в себя как обычное оружие, так и оружие массового поражения.
Следует отметить, что хотя теоретически и можно допустить использование оружия массового поражения в качестве предмета или средства совершения анализируемых преступлений против военной службы, но практически это маловероятно. Однако практика правоохранительных органов с такими примерами уже встречается.
Как уже было указано выше, в действующем уголовном законодательстве в качестве квалифицирующего признака в преступлениях против порядка подчиненности и воинских уставных отношений (ст. ст. 333 - 335 УК РФ) предусмотрены случаи применения только оружия как средства их совершения.
Действительно, оружие является наиболее распространенным средством совершения насильственных преступлений против военной службы. Об этом свидетельствуют как результаты специальных исследований, так и судебная практика. Однако трудно понять подход законодателя к оценке степени общественной опасности и криминализации в качестве квалифицированного состава только случаев применения оружия. По всей видимости, применение при совершении преступлений против военной службы (как правило, насильственных) боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств и иных предметов, представляющих повышенную опасность (крайне распространенных и доступных в условиях Вооруженных Сил), должно получать должную оценку путем применения п. "к" ч. 1 ст. 63 УК РФ. Следовательно, действия военнослужащего, применившего при совершении насильственных действий в отношении начальника штык-нож, являющийся холодным оружием, будут квалифицированы по п. "б" ч. 2 ст. 334 УК РФ, а если в тех же целях будет применена ручная граната РГД-25, являющаяся боеприпасом, квалификация будет зависеть от наступивших последствий. В этой связи представляется необходимым внести изменения в пп. "б" ч. ч. 2 ст. ст. 333 - 334 и п. "г" ч. 2 ст. 335 УК РФ, предусмотрев наряду с оружием в качестве средства совершения данных преступлений боеприпасы и взрывные устройства.[11]
Традиционно в теории военно-уголовного законодательства под оружием применительно к ст. ст. 333 - 335 УК РФ принято понимать предметы, специально предназначенные для поражения живой цели: штатное армейское оружие (автомат, пистолет, винтовка, штык, кортик и т.п.), а также иное огнестрельное или холодное оружие, как заводского производства, так и самодельное (охотничье ружье, финский нож, кастет и др.). Однако указанный подход в части отнесения к оружию как средству совершения преступлений против военной службы нетабельного (нештатного) огнестрельного и холодного оружия, как заводского производства, так и самодельного, представляется не вполне обоснованным. Прежде всего, необходимо учитывать, что по своему правовому положению, выполняемым задачам и функциям военнослужащие при выполнении обязанностей по военной службе используют не все виды оружия, а, как правило, один из них - боевое оружие, являющееся предметом обращения в военной сфере[12] . Проведенные Главной военной прокуратурой РФ обобщения следственной практики за период 1989 - 2002 гг. показали, что по 98% уголовных дел анализируемой категории средством совершения преступлений являлось табельное (штатное) армейское холодное и огнестрельное оружие. Именно боевое оружие является предметом специальных отношений, определяемых в теории военно-уголовного законодательства как установленный порядок применения оружия в Вооруженных Силах, одной из сторон которых является специальный субъект - военнослужащий, наделенный в этой системе специальными правами и обладающий специальными обязанностями. Следовательно, только этот вид оружия может признаваться средством совершения преступлений против военной службы[13] .
Вышесказанное в полной мере относится и к дезертирству с оружием, вверенным по службе. В связи с этим представляется необходимым в ч. 2 ст. 338 УК РФ прямо указать на боевое огнестрельное оружие, вверенное по службе. Кроме того, признание холодного оружия предметом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 338 УК РФ, представляется вряд ли обоснованным.
Общепризнано, что холодное оружие не относится к источникам повышенной опасности. В настоящее время в Вооруженных Силах РФ остались на вооружении только некоторые образцы холодного оружия: штык-ножи, а также офицерские кортики, шашки и палаши, используемые исключительно при проведении парадов и других торжественных мероприятий. Кроме того, обоснованность данного предложения определяется также декриминализацией незаконного приобретения и ношения холодного оружия в ст. 222 УК РФ.
Обращает на себя внимание тот факт, что законодатель ограничил предмет данного преступления только оружием, в то же время ст. ст. 222 и 226 УК РФ предусматривают ответственность за нарушение правил оборота (в частности, приобретения) также боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств. Действительно, в подавляющем большинстве случаев (по результатам некоторых исследований - более чем в 96%) дезертирство в анализируемой ситуации совершалось лицами, вооруженными именно оружием при несении караульной и других специальных видов военной службы.
Вместе с тем не меньшую (а в ряде случаев и большую) опасность могут представлять случаи дезертирства с вверенными боеприпасами, взрывными устройствами и т.п. Еще большую опасность могут представлять случаи дезертирства с использованием военной техники (танков, БМП, БТР и других боевых машин).
Представляется, что предмет всех преступлений, посягающих на порядок оборота оружия (в том числе и в преступлениях против военной службы), должен быть единым. И ч. 2 ст. 338, и ст. ст. 333 - 335 УК РФ, на наш взгляд, должны быть дополнены указанием на боеприпасы и взрывные устройства. Кроме того, холодное оружие не должно признаваться предметом указанных преступлений, а также преступлений, предусмотренных ст. ст. 346 - 349 УК РФ.

Глава 2. Преступления в области незаконного оборота оружия.

2.1. Уголовная ответственность за незаконный оборот оружия

Незаконному обороту оружия способствует совершение таких преступлений, как небрежное хранение огнестрельного оружия; ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств; хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств. Незаконный оборот оружия занимает особое место в структуре преступности и является одним из факторов, значительно осложняющих современную криминогенную ситуацию. Составляя лишь 2,5% всей преступности страны, преступления, связанные с незаконным оборотом оружия, способствуют росту организованной преступности, терроризма и создают реальную угрозу общественной безопасности нашей страны. Эти преступления наносят ущерб общественной безопасности в результате совершения конкретных деяний, предметом которых являются источники повышенной опасности (оружие).
В то же время, как свидетельствуют данные статистической отчетности незаконный оборот оружия в стране неуклонно возрастает. Так, ежегодно у нас в стране регистрируется от 60 до 90 тысяч соответствующих преступлений. Из незаконного обращения органами внутренних дел ежегодно изымается свыше 300 тыс. единиц огнестрельного оружия. Неуклонно увеличивается и уже достигло 30 тысяч число лиц, ежегодно привлекаемых к уголовной ответственности за различные преступления, связанные с незаконным оборотом оружия. Наибольшее количество преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, в последнее время совершается в республике Адыгея, Карачаево-Черкесской республике, Алтайском крае, Мурманской и Калужской областях, а также и у нас в г. Москве.

В создавшихся условиях люди, в чьих руках случайно оказывается оружие, нередко из-за безысходности пускают его в преступный оборот. По разным экспертным оценкам в стране в незаконном обороте находится от 1,5 до 5 млн. единиц огнестрельного оружия. По данным же МВД России, у нас в стране действует более 3000 организованных преступных группировок, занимающихся незаконным оборотом оружия. Многие из них имеют тесные связи с организованной преступностью других стран. Пограничные и таможенные органы ежегодно пресекают многочисленные попытки ввоза и вывоза оружия[14] . По существу оружия превратилось в товар, приносящий значительные доходы преступникам.
Общественная опасность незаконного оборота оружия состоит в создании необходимых условий для совершения тяжких и особо тяжких преступлений, в росте так называемой вооруженной преступности. Причем некоторое снижение регистрации вооруженной преступности объясняется не ее реальным уменьшением, а увеличивающейся латентностью. Состояние этой преступности, ежегодное совершение 12-14 тысяч преступлений с применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств вызывает особую тревогу.
Перечень вооружения, к которому проявляется преступный интерес, ныне расширился вплоть до пулеметов, гранатометов, автоматических пушек и др. Главной причиной усиления вооруженности преступности является то, что в стране пока не перекрыты источники поступления оружия в незаконный оборот, и данные статистической отчетности свидетельствует о его продолжающемся увеличении.

Поэтому неслучайно, что борьба с незаконным оборотом оружия занимает особое место в деятельности правоохранительных органов по предупреждению преступлений. При этом пресечение незаконных действий в отношении оружия направлено и на предупреждение тяжких последствий, которые могут наступить при его противоправном применении.8 декабря 2003 г. в Уголовный кодекс РФ высшим законодательным органом России были внесены существенные изменения и дополнения. Затронули они и содержание статей Особенной части УК, имеющих отношение к незаконному оборотому оружия. К примеру, существенным изменениям подверглись нормы статьи 222 УК РФ "Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств". Теперь уголовная ответственность по ч. 1 данной статьи наступает за: "незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение огнестрельного оружия (за исключением гладкоствольного), его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств". Теперь эти деяния наказываются ограничением свободы на срок до трех лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев либо без такового. Как видим, из ч. 1 ст. 222 УК РФ исключена норма, предусматривающая уголовную ответственность за незаконные приобретение, передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение огнестрельного гладкоствольного оружия. Далее, ч. 2 данной статьи теперь предусматривает уголовную ответственность лишь за перечисленные в ч. 1 ст. 222 УК деяния, совершенные группой лиц по предварительному сговору. Т.е. из ч. 2 ст. 222 УК исключены слова "или неоднократно".[15]
А теперь уточним, что под огнестрельным оружием ФЗ "Об оружии" понимает оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда (ст. 1). К основным частям огнестрельного оружия Закон относит: ствол, затвор, барабан, рамка, ствольная коробка. По своим параметрам и характеристикам огнестрельное оружие подразделяется на три вида: боевое ручное стрелковое; служебное; гражданское. Существенные изменения законодатель внес и в содержание ч. 4 ст. 222 Уголовного кодекса. В ней теперь предусмотрена уголовную ответственность только за "незаконный сбыт газового оружия, холодного оружия, в том числе метательного оружия". Однако уголовное наказание за указанное выше деяние теперь усилено: обязательные работы на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительные работы на срок от одного года до двух лет, либо арест на срок от трех до шести месяцев, либо лишение свободы до двух лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового. Напомним, что ранее по ч. 4 ст. 222 УК уголовная ответственность предусматривалась за: "Незаконные приобретение, сбыт или ношение газового оружия, холодного оружия, в том числе метательного оружия, за исключением тех местностей, где ношение холодного оружия является принадлежностью национального костюма или связано с охотничьим промыслом". Как видим, сейчас из ч. 4 ст. 222 УК исключена норма об уголовной ответственности за незаконные приобретение или ношение газового оружия, холодного оружия, в том числе метательного оружия.[16] И еще. Ранее в статье 222 УК РФ содержалось весьма существенное примечание: "Лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в настоящей статье, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления". Увы, как показала следственная и судебная практика, подобная либеральная формулировка данного Примечания нередко использовалась лицами, совершившими конкретные преступные деяния, предусмотренные ст. 222 УК РФ, в ущерб закону. К примеру, лицо, незаконно носившее огнестрельное короткоствольное, газовое и холодное оружие, в другом кармане своей одежды предусмотрительно носило записочку, содержание которой свидетельствовало о желании этого лица добровольно сдать незаконно имеющееся у него оружие.
Теперь же приведенное выше Примечание дополнено законодателем предложением следующего содержания: "Не может признаваться добровольной сдачей предметов, указанных в настоящей статье, а также в статье 223 настоящего Кодекса, их изъятие при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию".
Добавим, что в ст. 223 УК РФ "Незаконное изготовление оружия" внесено лишь одно изменения. Теперь ч. 2 статьи 223 предусматривает уголовную ответственность лишь за "незаконные изготовление или ремонт огнестрельного оружия, комплектующих деталей к нему, а равно незаконное изготовление боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств, совершенные группой лиц по предварительному сговору" (т.е. из статьи исключены слова "или неоднократно").
В связи с этим у граждан может возникнуть вполне резонный вопрос: "Выходит, получается, что теперь с оружием теперь можно поступать так, как заблагорассудится, поскольку уголовная ответственность за целый ряд составов теперь снята?" И как же поступят правоохранительные органы, если граждане станут, вдруг, незаконно носить не только гладкоствольное охотничье оружие современного образца, а, к примеру, гладкоствольное оружие антикварное: фитильное огнестрельное оружие ХVI века (аркебузы, мушкеты), гладкоствольное огнестрельное оружие с колесным механизмом ХVIII в. (те же аркебузы и мушкеты) и далее вплоть до ружей середины ХIХ столетия с капсюльным замком? В нашей следующей публикации мы на конкретных примерах поясним, что это далеко не так, поскольку юридическая ответственность бывает ведь не только уголовная, но административная, гражданская и др.

2.2 Анализ уголовных дел, связанных с незаконным оборотом оружия и взрывчатых веществ

Правовое регулирование оборота огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств в России носит разрешительный характер, запрещены все действия, прямо не дозволенные законом. Соответственно, нарушение запретов карается, в зависимости от характера деяния, привлечением к административной или уголовной ответственности. Под оборотом оружия и его основных частей в Законе Российской Федерации "Об оружии" №150 от 13 ноября 1996 года понимается производство оружия, торговля оружием, продажа, передача, приобретение, коллекционирование, экспонирование, учет, хранение, ношение, перевозка, транспортирование, использование, изъятие, уничтожение, ввоз оружия на территорию Российской Федерации и вывоз его из Российской Федерации.

В настоящее время криминализированы все действия, связанные с незаконным оборотом огнестрельного оружия, его основных частей и боеприпасов (за исключением гражданского гладкоствольного оружия) взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 222 УК РФ), незаконный сбыт газового оружия, холодного оружия, в том числе метательного оружия (ч.4 ст.222 УК РФ), изготовление (ст. 223 УК РФ), а также хищение и вымогательство указанных предметов (ст. 226 УК РФ).

Анализ уголовных дел, статистической отчетности, оперативной информации и криминальной обстановки свидетельствует о непрекращающемся спросе на огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства со стороны криминальных структур и лиц, совершающих противоправные действия.

По данным ГИАЦ МВД России в январе-апреле 2006 года, в сравнении с АППГ, количество преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, уменьшилось на 5,2 процента (10,7 тыс.). Аналогичная тенденция наблюдается (более чем на 10 процентов) по преступлениям, связанным с хищением и вымогательством оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств (716).[17]

Это закономерный результат той большой целенаправленной работы, которую проводят сотрудники правоохранительных органов, ежедневно изымая у преступников пистолеты различных систем, автоматы и другое вооружение.

Самый главный позитивный показатель этой работы - продолжение в текущем году динамики снижения на 10,9 % количества зарегистрированных преступлений, совершенных с применением огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств - 2678.

В 2005 году следователями МВД России направлено в суд более 2 тысяч уголовных дел об умышленном причинении тяжкого вреда здоровью с применением оружия, более 2,5 тысяч уголовных дел о разбойных нападениях, из которых 73 (315 лиц) дела о бандитизме в отношении устойчивых вооруженных группировок.

За 5 месяцев 2006 года в производстве находилось 35 дел о бандитизме, из них 13 направлены в суд,

Главным следственным управлением при ГУВД Московской области расследуется уголовное дело, возбужденное по ч.3 ст. 162 УК Российской Федерации. В ходе расследования установлено, что двумя членами устойчивой вооруженной группы (банды) в период с мая по декабрь 2005 г. на территории Домодедовского, Ленинского районов совершены 5 разбойных нападений на граждан, 2 вымогательства и др. тяжкие преступления с применением пистолета «ПМ», полуавтоматического ружья «Сайга 410К», пистолета и револьвера под патроны травматического действия.[18]

Главным следственным управлением при ГУВД Кемеровской области расследуется уголовное дело в отношении трех членов устойчивой вооруженной группы (банды), которые в период с 29.04.2004 г. по 12.01.2006 г. в г.Новокузнецке совершили 12 тяжких и особо тяжких преступлений, из них 11 разбойных нападений на граждан. При совершении разбойных нападений применялись 3 обреза охотничьих ружей и граната РГД-5.

Наличие в арсеналах преступных группировок до десятка и более единиц огнестрельного, в том числе автоматического, оружия, ежегодная регистрация 4 тысяч убийств с использованием оружия вызывают серьезную обеспокоенность правоохранительных органов.

Так, в августе 2005 года в Новокузнецке на ул. Кирова в одной из квартир, принадлежавшей ранее неоднократно судимому, был обнаружен склад стрелкового вооружения - б гранатометов, 23 автомата, 3 пистолета-пулемета, более 100 гранат и пр.[19]

В феврале 2006 года в Новокузнецке в гараже пенсионера изъяты гранатомет, 6 гранат, 9 тротиловых шашек и другие предметы вооружения. В ходе следствия он добровольно выдал еще мешок боеприпасов.

Только по расследованным уголовным делам и материалам следователями в 2005 году было изъято 834 кг взрывчатых веществ и 7,5 тысяч взрывных устройств, свыше 7 тысяч единиц огнестрельного оружия и более 354 тысяч различных боеприпасов.

Однако по состоянию на 1 мая 2006 года в федеральном розыске на централизованном учете в МВД России состоит более 194 тысяч единиц утраченного и похищенного оружия, в том числе более 70 тысяч единиц оружия с нарезным стволом, свыше 74 тысяч гладкоствольных ружей и карабинов, более 41 тысячи газовых пистолетов и более 8,5 тысяч газовых револьверов.

Наибольшее количество утраченного оружия - это личное оружие (116924 единицы). Примерно половина хищений гражданского оружия происходит вследствие нарушений владельцами «Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации», утвержденных Постановлением № 814 Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 года. Причинами и условиями, способствующими хищениям охотничьего оружия, является ненадлежащее его хранение владельцами. Ключи от хранилищ, как правило, находятся в помещениях, имеющих свободный доступ посторонним лицам; оружие хранится вне металлических ящиков (в шкафах, под кроватью, на стене), остается без присмотра, а также утрачивается вследствие употребления владельцами оружия спиртных напитков.

По уголовному делу (г. Новый Уренгой Ямало-Ненецкого АО), возбужденному по п.«в» ч.2 ст. 158 и ч.1 ст.226 УК РФ, в процессе расследования установлено, что хищение оружия (8 охотничьих ружей и карабинов) совершено из гаража, где оно хранилось в нарушение установленных правил. По факту ненадлежащего хранения оружия, его владелец - Щербенко подвергнут штрафу на сумму 2000 рублей в соответствии сч.2 ст.20.08 КоАП Российской Федерации.[20]

Указанные нарушения постоянно выявляются региональными подразделениями лицензионно-разрешительной работы и другими службами ОВД при проверке соблюдения частными лицами установленных правил по сохранности оружия. Работа органов предварительного следствия строится в тесном контакте с этими подразделениями, по каждому факту небрежного обращения с оружием проводится проверка и принимаются меры к наказанию виновных.

Но вместе с тем, в течение прошлого года за небрежное хранение огнестрельного оружия (ст. 224 УК РФ) привлечено 74 лица. В этих случаях хищение оружия повлекло тяжкие последствия (т.е. с использованием похищенного оружия были совершены другие преступления).

Так, в Омске ранее судимый Мазур С.А. оставил без присмотра гладкоствольное ружье ИЖ-18Е в квартире своего родственника. Этим воспользовался несовершеннолетний Черныш И.Ю., который взял ружье для охоты на лис. На территории животноводческой фермы на встречу ему из-за угла выскочил его знакомый Пиявин С.Л. Испугавшись, Черныш выстрелил и убил приятеля. Действия Мазура С.А. квалифицированы следствием по ст. 224 УК РФ как небрежное хранение оружия.

Большинство лиц допустивших, небрежность при хранении оружия привлекаются к административной ответственности.

Наиболее эффективным способом предупреждения незаконного оборота оружия является его добровольная сдача населением, в том числе на возмездной основе.

1 Примечание к ст.222 УК РФ. Лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в настоящей статье, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. Не может признаваться добровольной сдачей предметов, указанных в настоящей статье а также в статье 223 УК, их изъятие при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию.

Такие профилактические акции в 2005 году были организованы в 41 субъекте Российской Федерации, где добровольно сдано более одной тысячи пулеметов и автоматов, 880 карабинов и винтовок, более З тысяч пистолетов и револьверов. За 3 месяца т.г. из незаконного оборота добровольно выведено 8763 единицы оружия.

В настоящее время в соответствии с поручением Правительства Российской Федерации в МВД России ведется работа над проектом Федерального закона «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации по вопросам организации добровольной сдачи оружия, боеприпасов, патронов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, других предметов вооружения, их составных частей и комплектующих».

Согласно статистическим данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации о рассмотрении уголовных дел судами и мерах уголовного наказания в 2005 году за совершение преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия (ст.ст.222-226 УК РФ), осуждено 9428 лиц, менее трети из которых (2734, или 29 %) осуждены к лишению свободы.

Вопросы усиления борьбы с незаконным оборотом оружия, а также обеспечения общественной безопасности могут быть решены путем ужесточения правоприменительной практики, в том числе назначаемого наказания в пределах существующих правовых норм.

Мы надеемся и на помощь в борьбе с преступностью со стороны граждан, чему в немалой степени способствует позиция средств массовой информации в освещении вопросов законности и профилактики преступлений, связанных, в том числе, с незаконным оборотом оружия.

Заключение

В заключении следует, видимо, дополнительно отметить основные моменты, отраженные в данной работе.

Особенность преступлений, предусмотренных статьями 222 - 226 УК, состоит в том, что они не только сами по себе представляют значительную общественную опасность, но и способны стимулировать рост различных видов тяжких преступлений.

Во многих случаях насильственным и корыстным преступлениям предшествует незаконное ношение, хранение, приобретение, изготовление и хищение оружия, которое затем используется в преступных целях. Существуют и обратные взаимосвязи этих видов преступного поведения, когда преступление совершается исключительно с целью завладения оружием.

В последние годы отмечается значительный рост зарегистрированной преступности, связанной с незаконным оборотом оружия. Анализ уголовных дел, статистической отчетности, оперативной информации и криминальной обстановки свидетельствует об устойчивом спросе на огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства со стороны криминальных структур и лиц, совершающих противоправные действия. Увеличивается количество преступлений, совершенных с применением оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств. Так, в 2002 году с применением оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств совершено 26142 преступления, что на 5,6% больше, чем в 2001 году[21] .

Завершая рассмотрение данной темы, представляется необходимым еще раз подчеркнуть, что рассмотреть данный вопрос в полном объеме и на всех примерах, которые дают: российское законодательство и мнения различных юристов, просто не представляется возможным, а потому в работе отражены лишь отдельные аспекты темы.

Библиографический список:

Нормативно правовые акты:

1. Конституция РФ

2. Уголовный кодекс РФ

3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое". С. 11.

4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. "О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств". С. 3.

Литература:

5. Аксенов О.А. Ответственность за преступления против общественной безопасности, здоровья населения и общественной нравственности по новому уголовному законодательству России. Ростов н/Д, 1997. С. 125;

6. Васецов А. Закон РФ "Об оружии" и квалификация преступлений, совершаемых с применением оружия // Российская юстиция. 1995. N 2. С. 35 – 37

7. Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Ответственность за преступления против собственности. М., 1997. С. 1004

8. Журавлев М.П. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: Учеб./ А.В. Наумов и др. М., 2004. С. 504.).

9. Захарова Т.В. Комментарий к ФЗ «Об оружии»

10. Клепицкий И. "Вверенное имущество" в уголовном праве // Законность. 1995. N 12. С. 9

11. Малков В.Д. Незаконное ношение, хранение, изготовление или сбыт оружия или взрывчатых веществ / Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения. М., 1970. С. 175

12. Малков В.Д. Хищение огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ. М., 1971. С. 7.

13. Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике: понятие и классификация. М., 2001. С. 303 БВС РФ. 1997. N 3. С. 4.

14. Сурков И.Н. Дела о хищении огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ // Вестник Верховного Суда СССР. 1991. С. 16 - 18.

15. Скаредов Г.В. Уголовный закон в борьбе с распространением оружия // Законность. 1995. N 10. С. 2 – 6

16. Данные ГИАЦ МВД России в январе-апреле 2006 года

17. Обзор судебной практике ГУВД Московской области 2005г.

.

.


[1] Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике: понятие и классификация. М., 2001. С. 303.

[2] БВС РФ. 1997. N 3. С. 4.

[3] Аксенов О.А. Ответственность за преступления против общественной безопасности, здоровья населения и общественной нравственности по новому уголовному законодательству России. Ростов н/Д, 1997. С. 125;

[4] Васецов А. Закон РФ "Об оружии" и квалификация преступлений, совершаемых с применением оружия // Российская юстиция. 1995. N 2. С. 35 - 37.

[5] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. "О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств". С. 3.

[6] Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике: понятие и классификация. М., 2001. С. 303.

[7] Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Ответственность за преступления против собственности. М., 1997. С. 104.

[8] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое". С. 11.

[9] Сурков И.Н. Дела о хищении огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ // Вестник Верховного Суда СССР. 1991. С. 16 - 18.

[10] Захарова Т.В. Комментарий к ФЗ «Об оружии»

[11] Клепицкий И. "Вверенное имущество" в уголовном праве // Законность. 1995. N 12. С. 9

[12] Скаредов Г.В. Уголовный закон в борьбе с распространением оружия // Законность. 1995. N 10. С. 2 - 6.

[13] Малков В.Д. Хищение огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ. М., 1971. С. 7.

[14] Уголовное право России. Части Общая и Особенная: Учеб./М.П. Журавлев, А.В. Наумов и др. М., 2004. С. 504.).

[15] Научно-практический комментарий к УК РФ / Под ред. П.Н. Панченко. Нижний Новгород, 1996.

[16] Малков В.Д. Незаконное ношение, хранение, изготовление или сбыт оружия или взрывчатых веществ / Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения. М., 1970. С. 175.

[17] Данные ГИАЦ МВД России в январе-апреле 2006 года

[18] Обзор судебной практикеГУВД Московской области 2005г.

[19] Обзор судебной практикеЦентрального районного суда г. Новокузнецка

[20] Обзор судебной практикеГУВД г. Новый Уренгой Ямало-Ненецкого АО 2005г.

[21] Данные ГИЦ МВД РФ за 1-е полугодие 2003 года.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему