Презумпция в уголовном праве

НИЖЕГОРОДСКАЯ ПРАВОВАЯ АКАДЕМИЯ УГОЛОВНОЕ ПРАВО курсовая работа на тему: «Презумпции в уголовном праве» преподаватель студент 4 курса, группы 2002 Степанова Е.В.

НИЖЕГОРОДСКАЯ ПРАВОВАЯ АКАДЕМИЯ

УГОЛОВНОЕ ПРАВО

курсовая работа на тему:

«Презумпции в уголовном праве»

преподаватель

студент 4 курса, группы 2002 Степанова Е.В.

г. Нижний Новгород

2009 г.



СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ. 3

ГЛАВА I. ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВЫХ ПРЕЗУМПЦИЙ В

УГОЛОВНОМ ПРАВЕ 5

§ 1 Понятие, содержание и место правовых презумпций в уголовном праве 5

§ 2 Значение правовых презумпций в уголовном праве 8

ГЛАВА П. КЛАССИФИКАЦИЯ ПРАВОВЫХ ПРЕЗУМПЦИЙ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ И ИХ ХАРАКТЕРИСТИКА 9

§ 1 Правовые презумпции, как разновидность общих презумпций 9

§ 2 Презумпция невиновности 12

§ 3 Презумпция истинности приговора 18

§ 4 Презумпция добропорядочности граждан 19

§ 5 Презумпция знания закона 20

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 22

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 23


ВВЕДЕНИЕ

Развитие Российского общества на современном этапе сопровождается радикальными переменами в социально-экономической и политической жизни общества. Данные изменения происходят на основе новых подходов к взаимоотношениям личности и государства. Не так давно интересы последнего ставились несоизмеримо выше интересов отдельных людей. Государство рассматривало граждан как средство для достижения своих целей, как маленький элемент одного большого механизма. Обеспечение естественных прав человека отодвигалось на второй план. Анализ принятого в последние годы законодательства, а также решений социально-политического характера свидетельствует о смене приоритетов, о постепенном признании интересов личности, усилении гарантий прав и интересов человека и гражданина.

В русле практической деятельности по решению задач построения правового государства и проведения судебной реформы в России одним из важнейших направлений государственной деятельности является укрепление правопорядка. Процессы преобразования общественно-политической жизни в России происходят на фоне небывалого всплеска преступности. Характерная особенность этих негативных явлений состоит в активизации антисоциального элемента, качественном и количественном расширении сферы деятельности организованных преступных группировок, появлении новых способов преступных посягательств (заказные убийства, хищения в кредитно-денежной системе, вымогательство, сопряжённое с насилием, компьютерные преступления и т.д.).

Соответственно изменяется правовой статус, задачи и функции государственных органов и должностных лиц, ведущих борьбу с преступностью и осуществляющих уголовное судопроизводство. Вместе с тем отечественное уголовно-процессуальное законодательство, обновление которого явно затянулось, и состояние правоприменительной практики в настоящее время не в полной мере отвечает потребностям общества и государства. В этих целях требует глубокой теоретической проработки содержание ряда категорий, непосредственно связанных с процессом реализации правовых норм.

Одной из данных категорий являются презумпции, значение которых в процессе реализации права трудно переоценить. Они воспринимаются правовыми нормами, служат их логической основой, могут оказывать прямое влияние на распределение обязанностей доказывания. Данное обстоятельство ставит задачу выработки новых подходов в уголовно-процессуальной деятельности, которые позволят поднять уровень дознания и предварительного следствия.

Правовые презумпции являются одним из институтов отечественного уголовного права, пронизывающих все стадии уголовного судопроизводства от возбуждения уголовного дела до исключительных стадий: надзорного производства и производства по вновь открывшимся обстоятельствам. Эффективность их применения в повседневной деятельности уполномоченных должностных лиц зависит от уровня правового регулирования презумпций, их соответствия провозглашённым демократическим принципам.

Объектом курсовой работы являются правовые отношения, связанные с применением правовых презумпций в уголовном праве.

Предметом выступают уголовно-процессуальные нормы, положения постановлений Пленума Верховного Суда РФ, Конституционного Суда РФ и общепризнанные принципы и нормы международного права, регулирующие порядок применения правовых презумпций в уголовном судопроизводстве. Предметом выступает также практическая деятельность государственных органов и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство.

Курсовая работа основывается на изучении и анализе широкого круга законодательного материала, международно-правовых, литературно-научных источников на различных этапах развития российского общества и государства, имеющих отношение к теме.


ГЛАВА I. ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ ПРАВОВЫХ ПРЕЗУМПЦИЙ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ

§ 1 Понятие, содержание и место правовых презумпций в уголовно-процессуальном праве

Презумпция (praesumptio) - слово латинское и в переводе на русский язык означает «предположение, основанное на вероятности. В юридической литературе и практике - это признание факта юридически достоверным, пока не будет доказано обратное». Предположение, в свою очередь, - это «догадка, предварительная мысль, предварительное намерение». Данные определения простой презумпции как предположения, по мнению большинства учёных, являются устоявшимися.

Первые попытки определить понятие презумпции приходятся на XIX век. Объясняя столь позднее появление данного понятия в теории права, И. Оршанский писал: «На неразвитость данного учения имело влияние то обстоятельство, что римское право, лёгшее в основу современной юриспруденции, по своей нелюбви к абстрактным определениям не даёт никакого определения понятию презумпции, хотя по этому вопросу, как и по всем другим в гражданском праве, оно даёт богатый фактический материал, весьма облегчая исследователю заглянуть в сущность предмета».

Полномасштабные исследования названного правового института в отечественной науке начались сравнительно недавно - с середины нынешнего столетия. И до настоящего времени эту тему, имеющую не только теоретическое, но и большое практическое значение, нельзя считать в достаточной мере разработанной. Среди учёных до сих пор нет единого мнения по поводу основных характеристик и содержания правовой презумпции. Представляется, что для более чёткого уяснения исследуемого вопроса необходимо проследить путь возникновения и развития института правовых презумпций.

Презумпции с древних времён находили своё применение в процессе доказывания. Простейшие презумпции, как приблизительные обобщения, выведенные из длительных наблюдений и отражающие повторяющийся, «обычный порядок» вещей, применялись в судебной деятельности, начиная с римского права, не считая, конечно, времени, когда о существовании теории доказательств не было и речи. В те времена при разрешении спора руководствовались правилом «око за око, зуб за зуб», либо принимали различные решения, ссылаясь на суд божий. В период Римской империи многие из презумпций приобрели характер законных и даже неопровержимых. Такими были предположения, что ребёнок, родившийся спустя 10 месяцев после прекращения брака, является незаконнорожденным, что деньги, занятые военным человеком, который состоит под отеческой властью, употреблены на воинские нужды и возврату не подлежат, хотя образ жизни римских воинов свидетельствовал о том, что многие из них эти деньги употребляли на личные нужды. Презумпции, появившиеся в римском процессе, имели именно такой смысл. Роль презумпций, если они были предусмотрены законами, была в основном связана с вопросом о том, кому представлять доказательства.

Для средних веков присущ розыскной судебный процесс, основным методом добывания доказательств в тот период была пытка.

Инквизиционному средневековому судебному процессу соответствует система формальных или законных доказательств. Её суть состоит в том, что законом устанавливается совокупность обстоятельств, наличие которой является достаточным основанием для установления виновности или невиновности лица. Судье стремились дать указание на то, какие заключения он должен вывести из тех или иных фактов и на каких формальных основаниях и предположениях должен основать своё решение. Теорией и законом были разработаны основные положения в области презумпций, учение о которых охватывало всю область теории доказательств и деление их на фактические и юридические не имело существенного значения. Юристы-схоластики стремились ввести в судебную систему все виды возможных предположений и оценить доказательственное значение каждого из них. Таковой была признана презумпция о том, что если духовное лицо обнимает женщину, то предполагается, что он делает это ради её благословения.

Все доказательства делились на совершенные или несовершенные. Преимущественными считались доказательства, при наличии которых суд признавал вину доказанной, в связи с чем, человека нередко непременно приговаривали к уголовному наказанию. Одним из самых совершенных доказательств считалось личное признание в совершении преступления. Но каким путём добывалось это признание!? Правило о том, например, что изобличающих показаний одного из родителей достаточно для признания виновным его детей, основывалось на том, что никакой родитель не может оговорить собственного ребёнка. Внутреннее убеждение судьи при том порядке уголовного судопроизводства тоже не играло существенной роли.

В судопроизводстве ХIХ-начала XX в.в. предоставляется больший простор внутреннему убеждению судьи и голосу его совести. Сохраняются лишь те безусловные предположения, которые должны быть исходным пунктом для судейского убеждения при некоторых известных обстоятельствах и оценке им некоторых известных фактов. Имеющиеся неопровержимые презумпции являются по существу простыми принудительными нормами закона. Например, развод не допускается, если невиновный супруг, знающий о прелюбодеянии, вступает снова в сожительство с виновным. Этот пример неопровержимой презумпции вовсе не является презумпцией в собственном смысле слова - в таком виде она может быть приравнена к фикции. В указанное время презумпцией в собственном смысле слова считается лишь презумпция, допускающая её опровержение, та, которая является обязательной для суда лишь в том случае, если не будет опровергнута. Условные презумпции, несостоятельность которых доказана в конкретном случае, рушатся.

Отечественное доказательственное право в ЗО-е годы нынешнего столетия возвращается к обилию формальных правил. Например, использование того же признания обвиняемого как «царицы доказательств» покоилось на предположении, что никто из подозреваемых или обвиняемых не станет желать себе вреда и будет говорить только правду. Однако признания, как известно, выбивались любыми средствами и методами, а вышеуказанным предположениям придавался абсолютный характер. Практика, вместе с тем, показала, что никогда нельзя придавать предположению такое значение, ибо оно в конкретном случае может быть опровергнуто.


§ 2 Значение правовых презумпций в уголовном праве

Так, в соответствии со ст. 20 УК РФ уголовной ответственности подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста, а за некоторые виды преступлений (тяжкие и особо тяжкие и некоторые другие) – с четырнадцатилетнего возраста.

В основе этой нормы лежит презумпция непонимания общественной опасности своего деяния лицом, не достигшим к моменту совершения преступления возраста, по достижению которого возможна уголовная ответственность. Неопровержима эта презумпция с точки зрения её юридической значимости. Это означает, что если даже в силу каких – то причин (раннего психического развития, например) малолетний правонарушитель и сознавал общественную опасность своего деяния, он все равно не будет привлечён к уголовной ответственности, поскольку закон не устанавливает такой возможности. Презумпция в данном случае опровергаться не будет, её опровержение не имеет совершенно никакого юридического значения и смысла. Этой презумпцией руководствуется следователь или дознаватель ОВД, возбуждая уголовное дело или ведя по нему производство. Аналогична, как технико-юридический приём, презумпция не дееспособного лица, не достигшего определённого законом возраста, в гражданском праве.


ГЛАВА II . КЛАССИФИКАЦИЯ ПРАВОВЫХ ПРЕЗУМПЦИЙ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ И ИХ ХАРАКТЕРИСТИКА

§ 1 Правовые презумпции, как разновидность общих презумпций

Правовые презумпции – разновидность общих презумпций. Они отражают обычный порядок связей между предметами и явлениями только в сфере права либо только в связи с правом. Правовые презумпции прямо или косвенно закрепляются в нормах права.

По факту правового закрепления презумпции бывают фактическими и законными. Фактические презумпции в законе не выражены и поэтому не имеют юридического значения. Однако они широко применяются в правоохранительной деятельности органов внутренних дел. Фактические презумпции как глубокие житейские сведения кладутся в обоснование версий по любому уголовному делу, формируя внутреннее убеждение следователя или дознавателя. Законные презумпции предположения, прямо или косвенно закреплённые в законодательстве. Такова, например, презумпция отцовства, закреплённая в ст. ст. 48-51 Семейного Кодекса РФ.

Законные презумпции широко используются в процессуальной деятельности органов внутренних дел, значительно сокращая процесс доказывания по делу, перераспределяя бремя доказывания между участниками процесса.

Одним из видов правовых презумпций является презумпция невиновности. Впервые презумпция невиновности была сформулирована в ст. 9 Декларации прав человека и гражданина 1798 г. Провозглашение презумпции невиновности означало отказ от принципов средневекового инквизиционного процесса.

В отечественной юриспруденции презумпция невиновности имела сложную судьбу. Если в дореволюционный России действие презумпции невиновности безоговорочно признавалось, то в советский период в ряде случаев отрицалась необходимость презумпции невиновности или придавалась ей ограничительная трактовка. Высказывалось мнение, о сохранении в советском праве презумпции невиновности как гарантии от необоснованного привлечения к ответственности.

В целом же презумпция невиновности получила признание в советский период.

Презумпция невиновности – по российскому уголовному процессу это есть предположение, согласно которому обвиняемый считается невиновным, пока его виновность будет доказана в установленном законном порядке. Смысл и значение презумпции невиновности состоит в требовании полной и несомненной доказанности твёрдо установленными фактами обвинения как основания выводов предварительного следствия в обвинительном заключении и суда в обвинительном приговоре.

При не доказанности обвинения, при недостаточности доказательств виновности обвиняемого дело подлежит прекращению или по нему должен быть вынесен оправдательный приговор. Из презумпции невиновности вытекает также правило, согласно которому всякое сомнение толкуется в пользу обвиняемого. Это значит что если при расследовании и разрешении уголовного дела по поводу, какого- либо факта, на котором основано обвинение, возникло сомнение и это сомнение не могло быть рассеяно дальнейшим расследованием, данный факт должен быть исключён из обвинения.

С презумпцией невиновности неразрывно связанно вытекающее из неё правило о бремени показывания, правило, согласно которому обязанность доказать виновность обвиняемого лежит на обвинителе, а на обвиняемом не лежит обязанности доказать свою невиновность.

Указанные выше положения неуклонно применяются в российской судебной практике, а отдельные случаи их нарушения влекут отмену приговора. Так, по одному делу, по которому суд признал обвинения обвиняемого, отрицавшего свою вину, неосновательными потому, что обвиняемый не доказал правильности своего объяснения, Верховный суд РФ отменил приговор суда первой инстанции и определения вышестоящих судов, указав в постановлении Пленума Верховного Суда РФ по этому делу, что это положение не только не основано на законе, но находится в глубоком противоречии с основными принципами российского уголовного процесса, согласно которым всякий обвиняемый считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в установленном порядке. В постановлении указывается, что по содержанию и духу российского закона не обвиняемый должен доказывать свою невиновность, а орган обвинения должен доказать правильность предъявляемого обвинения.

В буржуазном уголовном процессе постоянно декларируется презумпция невиновности., но там она представляет собой лишь фикцию, призванную маскировать реакционную, классово - угнетательскую деятельность буржуазной юстиции. В отношении привлечённых к уголовной ответственности рабочих, прогрессивных деятелей, борцов за освобождение трудящихся от капиталистического рабства в буржуазном уголовном процессе действует не презумпция невиновности, а противоположная ей презумпция виновности. Обвиняемый считается виновным на основании лишь того, что он привлечён органами полиции и юстиции, на него фактически возлагается обязанность доказать свою невиновность и в то же время его лишают возможности защищаться, опровергать обвинение.

Юридические презумпции - это предположения о наличии обстоятельств, имеющих силу юридических фактов.

Потребность юридической практики в презумпциях вызывается невозможностью в определённых случаях доказать наличие обстоятельств, от которых зависит существование правоотношений.

Юридическая презумпция (ее классификация).

Презумпции можно классифицировать по следующим основаниям:

По форме существования различают:

- легальные презумпции – предположения, которые закреплены нормами права. Например, отцом ребёнка признаётся лицо, состоящее в браке с матерью ребёнка;

- фактические презумпции – предположения, основанные на разумных основаниях и житейском опыте. Например, положение, согласно которому при отсутствии доказательств необычные факты признаются несуществующими.

По сфере действия презумпции делятся:

- Общеправовые, которые действуют во всех отраслях права (презумпция знания закона);

- Отраслевые – исполняют роль юридических фактов в пределах одной отрасли (презумпция невиновности уголовно- процессуальном праве).

По юридической силе различают:

- Опровергаемые презумпции – положения, которые допустимо оспаривать (например, презумпция отцовства);

- Не опровергаемые презумпции – положения, которые являются принципами права (презумпция невиновности).

Далее приведено подробное описание презумпций, применяемых в уголовном праве.


§ 2 Презумпция невиновности

Презумпция невиновности относится к числу общепризнанных принципов уголовного правосудия, так в ч.1 ст.11 Всеобщей декларации прав человека закреплено, что каждый человек, обвиняемый в совершении преступления, имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком, путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты. Аналогичные положения закреплены в ч.2 ст.6 Конвенции о защите прав человека, ч.2 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ч.2 ст.6 Конвенции СНГ о правах и основных свободах человека. Свое место нашло данное положение и в ст.49 Конституции РФ.

Презумпция невиновности – это один из основополагающих демократических принципов уголовного процесса, обеспечивающий охрану прав личности, а также исключающих необоснованное обвинение и осуждение. Обратив внимание на нормы УПК РФ, можно однозначно сказать, что законодатель уделил особое внимание конституционным гарантиям защиты прав личности в уголовном процессе. К ним относится и принцип презумпции невиновности, и состязательность, и судебный контроль за предварительным расследованием, и снижение сроков заключения под стражу, и расширение права на защиту. Рассматривая презумпцию невиновности, следует заметить, что она призвана не только гарантировать, но и обеспечивать цель уголовного процесса.

Российская Федерация, стремясь построить правовое государство, ставит задачу, как перед правоохранительными органами, так и перед судом, осуществлять свою деятельность только на основании и методами, закрепленными в законе. Но состояние законности зависит не только от норм материального права, а в большей степени от претворения в жизнь принципов и норм процессуального права.

Уголовно-процессуальным кодексом РФ четко закреплены правила, вытекающие из этого принципа, гарантируя защиту прав и интересов обвиняемых и подозреваемых лиц:

- подозреваемый, обвиняемый (подсудимый) не несет обязанности доказывать свою невиновность; обязанность доказывания обвинения и опровержения доводов, приведенных в защиту подозреваемого и обвиняемого, возлагается на обвинителя; осуществляя уголовное преследование, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель в каждом случае обнаружения признаков преступления принимают предусмотренные УПК РФ меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления;

- подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту (ст.16, 49, 53 УПК РФ);

- неустранимые сомнения в виновности толкуются в пользу обвиняемого и подсудимого, (данное правило распространяется не только на судебную стадию, но и на предварительное производство по делу, что может повлечь за собой прекращение дела, изменение объема обвинения или его характера вследствие изменения квалификации содеянного);

- государственные органы, ведущие производство по делу, а суд в судебном разбирательстве обязаны всесторонне, полно и объективно исследовать обстоятельства дела; суд не вправе перелагать обязанность доказывания на подсудимого; непосредственное исследование доказательств судом предполагает обязанность суда заслушивать показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, эксперта, оглашать протоколы и иные документы, производить иные следственные действия по исследованию доказательств (ст.240 УПК РФ);

- признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинительного приговора только при подтверждении признания совокупностью имеющихся в деле доказательств (ч.2 ст.77 УПК РФ);

- закон устанавливает недопустимость вынесения обвинительного приговора на основе предположений; он может быть постановлен лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждается достаточной совокупностью исследованных судом достоверных доказательств (ч.4 ст.302 УПК РФ).

Исходя из перечисленных положений, можно сделать вывод о том, что бремя доказывания в уголовном процессе возлагается на государственные органы, ведущие судопроизводство. Доказательства по уголовному делу позволяют реализовать задачу уголовного процесса по установлению юридически значимых фактов, которые позволяют реализовать государственное право на назначение наказания виновным лицам, т. е применить соответствующие правовые нормы к конкретным жизненным обстоятельствам. Поэтому, получение таких фактов в нарушение уголовно-процессуального законодательства позволит подозреваемому, обвиняемому (подсудимому), воспользоваться принципом презумпции невиновности. Несмотря на то, что основания признания доказательств недопустимыми указаны в пп.1,2 и 3 ч.2 ст75 УПК РФ, при этом не указываются какие именно нарушения норм влекут за собой признание доказательств недопустимыми. Сформировавшаяся практика по решению этого вопроса приводит к выделению следующих нарушений закона при их собирании или проверке:

- получение доказательств не тем лицом, которое на это уполномочено, несоблюдение правил проведения следственного или судебного действия. Для безусловного исключения недопустимых доказательств, в УПК РФ подробно указаны основания, условия и порядок проведения следственных действий, направленных на собирание и проверку доказательств, и закрепления хода и результатов этих следственных действий в протоколах. Этому служат и включенные в УПК РФ нормы процессуальных документов;

- следует обратить особое внимание на общие правила производства следственных действий (ст. 164 УПК РФ), порядок получения судебного разрешения на следственные действия, затрагивающие конституционные права и свободы человека (ст. 165 УПК РФ);

- признание недопустимыми показаний потерпевшего, свидетеля, основанных на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности, основано на том, что все показания должны быть доступны для проверки и оценки их достоверности.

Таким образом, не могут быть допустимыми доказательства, полученные путем проведения действий, не предусмотренных уголовно-процессуальным законом. Различного рода протоколы, выдачи, доставления, изъятия, обнаружения предметов, документов и иных материалов, не имеют юридической силы и не могут находится в уголовном деле.

Переход на новые процессуальные правила потребовал изменения профессионального подхода к деятельности по сбору доказательств на предварительном следствии. Распространение конституционных принципов, в том числе презумпции невиновности, а также введение в практику рассмотрения уголовных дел в судах с участием присяжных заседателей, также заставляют субъектов уголовного преследования крайне тщательно и взвешенно подходить к получению и отбору доказательств, на основании которых строится обвинение в суде. В подтверждение вышеизложенному, можно привести ч.2 ст.50 Конституции РФ, где закреплено, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Это означает, во-первых, что основное значение правил, не допускающих те или иные доказательства, в том, чтобы оградить правосудие от источников не отвечающих требуемым условиям и предотвратить принятие их к производству. Во-вторых, это связано с тем, что подобная норма направлена на исключение следственных и судебных ошибок, на обеспечение законной процедуры получения доказательств.

Обратившись к теории, можно обнаружить, что большинство ученых независимо от того, какой позиции они придерживаются в отношении правовых последствий нарушения правил о недопустимости доказательств считают, что в основе допустимости доказательств лежит две задачи:

1) обеспечить достоверность доказательств;

2) оградить права и законные интересы граждан в уголовном процессе.

Недостаточность доказательств для обвинения, или же неверная оценка их достоверности, либо ошибочная юридическая интерпретация обстоятельств происшедшего события при отсутствии признаков уголовно наказуемого деяния в действиях обвиняемого, сопровождается нередко нарушением не только его прав и свобод, но и принципа презумпции невиновности. Вывод следователя в таких случаях о виновности обвиняемого, не находит своего подтверждения в ходе дальнейшего расследования. Дело в таких случаях завершается его прекращением по реабилитирующим основаниям, а если оно, вопреки требованиям закона, было направлено в суд - постановлением оправдательного приговора. Как известно оправдательный приговор постановляется в случае, если:

- не установлено событие преступления;

- в деянии подсудимого нет состава преступления;

- подсудимый не причастен к совершению преступления;

- в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный приговор.

Первые два основания для постановления оправдательного приговора не вызывают никаких сомнений. В этих случаях нет самого преступления, и не возникает необходимости в проведении дальнейшего расследования и поиска преступника. Третье основание – не причастность подсудимого в совершении преступления требует пояснения.

В этом случае преступление было совершено, но лицо, его совершившее, не обнаружено, а факт совершения этого преступления подсудимым не доказан, т. е нет оснований считать его виновным. Здесь следует подчеркнуть, что оправдание за недоказанностью участия подсудимого в совершении преступления нельзя формулировать как «оправдание за недостаточностью улик». Такая формулировка может оставить подозрение в отношении оправданного, что недопустимо. Оправдательный приговор независимо от оснований оправдания является фактом процессуального признание подсудимого невиновным в совершении преступления и поэтому полностью реабилитирует последнего.

Таким образом, при составлении постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, следователь должен еще раз систематизировать доказательства, которым он располагает. Закон требует от следователя в каждом случае принятия по делу процессуального решения, в том числе и привлечение лица в качестве обвиняемого, оценить и проверить полученные доказательства по своему внутреннему убеждению. Оценка доказательств, на основе которых делается вывод об их достаточности, требует от следователя сначала предварительного вывода о достоверности каждого доказательства, а затем уже об их достаточности – как оснований мотивированного постановления.

Вывод следователя о виновности обвиняемого неразрывно связан с реализацией принципа презумпции невиновности. Презумпция невиновности, будучи объективным правовым положением, является одной из важнейших процессуальных гарантий прав обвиняемого. В силу этого принципа следователь не вправе привлечь в качестве обвиняемого лицо, пока не соберет достаточно доказательств и не придет к твердому убеждению в том, что обвиняемый виновен. В том случае, когда следователь не уверен в виновности лица, принимать решение о привлечении в качестве обвиняемого преждевременно. Необходимо продолжать сбор доказательств до тех пор, пока следователь не будет убежден в том, что из имеющейся совокупности доказательств собранным в строгом соответствии с УПК РФ, можно сделать только один достоверный вывод о виновности лица, привлекаемого им в качестве обвиняемого. Если же возможности для сбора доказательств исчерпаны и допущены нарушения по их сбору, дающим повод признать их недопустимыми, а также однозначного вывода о виновности лица сделать нельзя, то следователь, руководствуясь принципом презумпции невиновности, обязывающим всякое неустранимое сомнение толковать в пользу обвиняемого, должен считать это лицо невиновным и прекратить дело по реабилитирующим его основаниям.

Подводя итог всему вышеизложенному, хотелось бы сказать, что статья 14 УПК РФ достаточно четко раскрывает правила, вытекающие из принципа презумпции невиновности, которые гарантируют защиту прав и интересов обвиняемых и подозреваемых лиц.

Нельзя признать обвиняемого виновным без вступления в законную силу приговора суда, но с другой стороны без признания обвиняемого виновным еще в досудебных стадиях уголовного процесса не позволит вынести указанного приговора. Очень важным аспектом является неуклонное соблюдение норм УПК РФ регулирующих основания и порядок привлечения лица к уголовной ответственности, порядок сбора и закрепления доказательств. Это позволит предотвратить необоснованное обвинение лица в совершении преступления, которое он не совершал и не допустить необоснованное применение мер процессуального принуждения, которые вызывают наиболее тяжкие переживания, причиняя физические и моральные страдания человеку, поскольку затрагивает весьма чувствительные стороны его бытия.


§ 3 Презумпция истинности приговора

Презумпция истинности приговора - это предположение о том, что приговор суда соответствует истине, то есть что он основан на реальных фактах и правильном применении норм уголовного права и процесса.

Наличие данной презумпции подтверждается существованием институтов пересмотра приговоров в порядке надзора или по вновь открывшимся обстоятельствам. Сто­ронники этого положения справедливо утверждают: «Истинность вступившего в законную силу приговора может быть опровергнута лишь в особом, для этого установленном порядке, а именно путем пересмотра дела в порядке надзора и по вновь открывшимся обстоятельствам». Данная презумпция по сути - обоснованное предположение, характеризую­щееся высокой степенью вероятности.

Обоснованна в этом плане позиция И.А.Либуса, который считает, что до отмены приговора в установленном законом порядке действует не презумпция невиновности, а наоборот, презумпция виновности осужденного, то есть презумпция истинности вступившего в законную силу приговора.

Исследуемое презумптивное предположение имеет и материально-правовое значение, которое заключается в том, что приговор, пока он не отменен и презумпируется истинным, обязателен для другого суда и по другому делу» способствует правильному применению материального закона, например, при назначении наказания по совокупности приговоров и рецидиве преступлений; отмене условного осуждения, при продлении испытательного срока (ст.70,74 УК РФ).

Опровержение указанной презумпции путем отмены предыдущего приговора в порядке надзора может повлечь за собой изменение последнего приговора в части примене­ния материального уголовного закона


§ 4 Презумпция добропорядочности граждан

Презумпция добропорядочности участников правоотношений закреплена в законодательстве в виде двух презумпций:

- презумпции невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации и ряд статей УПК);

- презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 ГК Российской Федерации).

Роль этих презумпций в правовой системе весьма велика. Можно сказать, что эти презумпции являются одной из общеправовых гарантий вынесения законных и справедливых правоприменительных решений. Однако некоторые частные выводы из этих презумпций, логически из них вытекающие, правоприменитель делать не имеет права, если существуют специальные опровержимые юридические презумпции, прямо противоречащие этим выводам.

Для презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений такими специальными опровержимыми юридическими презумпциями, прямо противоречащими некоторым частным выводам, логически вытекающим из данной презумпции, будут, в частности, все презумпции вины (презумпция вины причинителя вреда, презумпция вины должника, нарушившего обязательство, презумпция вины нанимателя при допущении им ухудшения нанятого имущества, презумпция вины перевозчика в утрате, недостаче и повреждении принятого к перевозке груза и багажа, презумпция вины комиссионера за утрату, недостачу или повреждение имущества комитента), а также презумпция несоответствия действительности сведений, порочащих честь и достоинство физического или юридического лица.


§ 5 Презумпция знания закона

Презумпция знания закона по своему происхождению связана с появлением первых законов и означает, что, преступив законодательный запрет, нельзя отговариваться неведением. С позиции теории права она понимается так, что, по общему правилу, незна­ние закона лицом, его нарушившим, не является оправдывающим обстоятельством, или предполагается, что все должны знать писанный закон, или незнание закона не оправды­вает правонарушения, или «никто не может отговариваться незнанием закона». Несмотря на общеизвестность указанных формул, действие указанного презумптивного предположе­ния вызывает споры, так как не в полной мере исследованы его юридические предпосыл­ки, природа и последствия.

Что же является основным условием действия презумпции знания законов? Если исходить из того, что основой правопорядка являются законы, которые должны применять­ся и соблюдаться, то, следовательно, они должны быть общедоступны и доведены до все­общего сведения. Таким образом, основой социализации нормативных предписаний явля­ется познание права, достаточно широкое осведомление участников общественных отношений о действующем и новом законодательстве, достигаемое путем различных меро­приятий, связанных с опубликованием законов. Без этого «предположение об известности закона теряет обоснованность, так как граждане в этом случае просто-напросто не могут знать ни о факте издания закона, ни о его содержании, и не могут, следовательно, соблюдать его». Можно, сделать вывод о том, что юридическая предпосылка презумпции знания закона состоит в обязательном официальном опубликовании нормативного акта.

Включение в объем презюмирования знаний о конкретных предписаниях нормативных актов позволяет говорить не просто о знании законов, а о пред­положении такового, поскольку не исключены случаи незнания лицом отдельных юриди­ческих положений. Официальное опубликование закона и наличие реальной возможности ознакомиться с содержанием конкретных правовых норм позволяют предполагать высокую степень вероятности знания норм права гражданами.

Указанная презумпция действует в отношении граждан, как обязанность знать и со­блюдать законы, в отношении правоприменителя дополнительно как обязанность правиль­но применять законы, для законодателя - как требование соблюдать принципы нормотвор­чества и надлежащим образом официально опубликовывать законы.

С этих позиций представляется правильным определение презумпции знания закона как предположения, что «надлежащим образом опубликованный закон известен всем и с момента вступления в силу подлежит соблюдению всеми».

Соблюдение презумпций знания закона правоприменителем выражается в точном толковании и применении норм уголовного права, в частности, о действии закона во време­ни, допустимости обратной силы закона.

Презумптивное предположение о знании закона косвенно закреплено в сг.9 и 10 УК 1996г., содержащей запрет ретроактивного действия уголовного закона, ухудшающего по­ложение лица, которое не могло и не знало нового предписания правовой нормы.

Вопрос о презумпции знания закона, как правило, возникает в сфере уголовной от­ветственности и связан с проблемой сознания преступником противоправности своих дей­ствий. Высказывается точка зрения, согласно которой осознание лицом общественной опасности деяния включает и осознание его противоправности, которая отдельно не должна охватываться осознанием правонарушителя.

Таким образом, в уголовном праве презумпция знания закона представляет собой предположение о том, что любое лицо, совершая деяние, осведомлено о его противоправности, и ссылка на незнание закона не освобождает граждан от уголовной ответственности. При этом гражданин может не знать детально текста Уголовного кодекса, но должен знать закрепленное в законе отношение государства, общества к деяниям и реакцию, которая в силу закона применяется к нарушителям правового запрета. Материально-правовое зна­чение презумпции состоит в том, что она является основанием, общим условием уголовной ответственности.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Значение презумпций в праве сложно переоценить. Презумпции используются тогда, когда иными способами установить какой-либо факт не представляется возможным. Подобная правовая неопределенность может привести к торможению механизма правового регулирования, вплоть, например, до остановки гражданского оборота.

Кроме того, многие презумпции выступают в роли принципов права, ведущих, руководящих начал правового регулирования, установленных государством. Они показывают на отношение государства к человеку (например, презумпция добропорядочности граждан).


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) // Российская газета от 25 декабря 1993 г. N 237.;

2. Уголовный кодекс РФ от 13.06.1996 N 63-ФЗ (принят ГД ФС РФ 24.05.1996) по состоянию на 20 сентября 2008 года

3. Уголовно-процессуальный кодекс РФ (УПК РФ) от 18.12.2001 N 174-ФЗ.;

4. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. Д.Н. Козака, Е.Б. Мизулиной, - М.: Юристъ, 2002 г.;

5. Алиев Т. Т., Белоносов В. О., Громов Н. А. Принцип Презумпции приговора, вступившего в законную силу / Т. Т. Алиев, В. О. Белоносов, Н. А. Громов. //Российский судья. -2003. - №7. - С. 18 – 24.;

6. Бабаев В. К. Презумпции законные и фактические. //Сборник аспирантских работ. Выпуск 8. - Свердловск, 1969. -С. 54 - 57.;

7. Бабаев В. К. Презумпции в российском праве и юридической практике. //Проблемы юридической техники. -Нижний Новгород, 2000. -С. 323 - 330.;

8. Бабаев В. К. К вопросу о понятии правовых презумпций. //Сборник аспирантских работ. Выпуск 7. -Свердловск, 1968. -С. 188 - 192.;


С большими трудностями принцип презумпции невиновности воспринимается и в настоящее время. Так, 67% из опрошенных автором диссертации 114 дознавателей и следователей органов внутренних дел Санкт-Петербурга расценивают данный принцип как важный принцип уголовного судопроизводства, но не имеющий практического значения в их деятельности в связи с отсутствием толкования о его применении, а 7% из них относятся к данному принципу негативно.

Существуют также и теоретические проблемы, связанные с принципом презумпции невиновности в уголовном судопроизводстве. Одна из них заключается в том, что одновременно с указанным принципом уголовно-процессуальное законодательство предусматривает институт прекращения уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям на стадии предварительного расследования (в связи с примирением сторон, в связи с изменением обстановки, в связи с деятельным раскаянием и др.), когда лицо фактически признается виновным в совершении преступления не судебным приговором, а решением дознавателя, следователя, прокурора.

В то же время, презумпция невиновности является не только уголовно-процессуальным, но и международно-правовым и конституционным принципом. В качестве международно-правового принципа он закреплен в основополагающих международных актах о правах человека (ч. 1 ст. 11 Всеобщей декларации прав человека 1948 г., ч. 2 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., ч. 2 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и т.д.). В качестве конституционного принципа презумпция невиновности закреплена в ст. 49 Конституции РФ, а также во многих других конституциях зарубежных стран.

Конституционно-правовой характер принципа презумпции невиновности обусловил в настоящее время ее распространение и на другие отрасли российского законодательства (ст. 5.1. Кодекса РФ об административных правонарушениях; п. 6 ст. 108 Налогового кодекса РФ; ст. 6 ФЗ «О содержании под стражей обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений» от 21 июня 1995 г.).

Таким образом, презумпция невиновности - это не только уголовно-процессуальный, но и международно-правовой и конституционный принцип, распространяющийся не только на обвиняемого, но и на каждого человека, являясь принципом общеправового статуса личности. Защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод в свою очередь входит в содержание назначения уголовного судопроизводства (п. 2 ч. 1 ст. 6 УПК РФ), Исходя из вышеизложенного, реализация принципа презумпции невиновности на стадии предварительного расследования в современных условиях построения правового государства приобретает особое значение


Уголовно-правовой аспект

Статья 8 УК РФ в качестве единственного основания уголовной ответственности признает совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК. Это, мягко говоря, не совсем соответствует действительности, поскольку сам законодатель за счет избыточности оценочной лексики расширяет пределы усмотрения правоприменителей в части установления основания уголовной ответственности и квалификации преступлений (подробнее об усмотрении правоприменителей см: [Аарон Барак, 1999; Рарог, 2000, с. 39]).

Дело в том, что при описании признаков составов конкретных преступлений законодатель применяет два различных подхода к выбору терминологии.

Первый состоит в том, что используются точные термины, значение которых равно их понятийному содержанию, т. е. прямому и однозначному соотношению с обозначаемым явлением.

Второй заключается в использовании терминов оценочного характера, определяемых юристами как оценочные понятия. Они широко применяются законодателем при определении многих признаков многих составов преступлений – предмета преступления, общественно опасного действия или бездействия, общественно опасных последствий, способа совершения преступления. Только при описании общественно опасных последствий в качестве конструктивного либо квалифицирующего признака состава преступления законодатель использовал оценочные понятия "тяжкие последствия", "крупный ущерб", "значительный ущерб", "существенный вред" и т. п., не раскрывая эти признаки, в 39% статей Особенной части УК РФ, а в некоторых из них – и не единожды (например, в ст.ст. 167, 293 УК РФ).

В доктрине уголовного права практически общепризнано, что наличие оценочных понятий в уголовном законодательстве неизбежно, т. к. объективно обусловлено динамизмом общественных отношений, изменчивостью экономической и социальной обстановки в стране, многообразием форм человеческого поведения и его результатов. По мнению В. В. Питецкого, оценочные понятия представляют собой специфическую форму отражения правовых явлений, посредством которой в ряде случаев создаются оптимальные условия для реализации воли законодателя; в них закрепляются наиболее общие признаки, свойства, качества, связи и отношения разнообразных предметов, явлений, действий, процессов [Питецкий, 1979, с. 1].

Однако думается, что в ситуации законодательной неопределенности решение вопроса о преступности или непреступности деяния, о степени его общественной опасности оказывается в полной зависимости от воззрений правоприменителя.

Закрепляя принципы законности и вины, Уголовный кодекс исходит из того, что преступность деяния определяется только уголовным законом, а лицо подлежит уголовной ответственности только за то деяние, в отношении которого установлена его вина, и объективное вменение не допускается. Содержание же оценочных признаков состава преступления в значительной (или полной?) мере определяется каждым правоприменителем с учетом обстоятельств конкретного дела, исходя из своего правосознания и жизненного опыта, основываясь на знании уголовного права, практики его применения, а также разъяснений Пленумов Верховных Судов РФ, РСФСР и СССР.

В целом при сохранении оценочной лексики можно обозначить четыре уголовно-правовых способа решения проблемы единообразного применения уголовного закона:

  • Аутентическое толкование.
  • Обязательное судебное толкование (на уровне Конституции РФ и Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" признать постановления Пленума Верховного Суда РФ руководящими и обязательными для всех правоприменителей).
  • Введение в Общую часть УК РФ статьи "Основные понятия, содержащиеся в настоящем Кодексе".
  • Увеличение количества примечаний к статьям Особенной части, содержащих определения понятий, используемых в них.

При отказе от оценочной лексики возможно казуистическое описание признаков конкретных составов преступлений.

Каждое из названных решений имеет свои плюсы и минусы, анализ которых выходит за рамки темы настоящей статьи.

Уголовно-процессуальный и криминалистический аспекты

Кроме вышеназванных нарушений уголовного закона, наличие оценочной лексики в составе терминов УК РФ реально обусловливает нарушение норм УПК РСФСР, в частности требование всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, а также в части предмета доказывания.

Покажем это на примере составов преступлений, общественно опасные последствия в которых сформулированы при помощи оценочных понятий "значительный ущерб" (п. "г" ч. 2 ст.158, п. "г" ч. 2 ст.159, п. "г" ч. 2 ст.160, п. "д" ч. 2 ст.161, ч. 1 ст.167 УК РФ) и "существенный вред" (ч.1 ст.330 УК РФ).

Анализ 200 уголовных дел, предусмотренных названными статьями, показал, что в реальной действительности оценка правоприменителями "значительности ущерба" или "существенности вреда" производится в большинстве случаев (64%) только по стоимости имущества (похищенного, уничтоженного или поврежденного, изъятого в результате самоуправных действий). Иные фактические данные, такие, как количество предметов, их значимость для потерпевшего, позволяющие квалифицировать деяние по указанным признакам, принимаются во внимание редко (в 19% случаев). Еще реже учитывается материальное положение потерпевшего (17% случаев).

При этом, определяя "значительность ущерба" или "существенность вреда", правоприменители исходят в основном из показаний потерпевшего (в 96% случаев), не располагая никакими иными доказательствами. По 2% уголовных дел нет вообще никаких доказательств – даже показаний потерпевшего о том, что ему причинен значительный ущерб. И только в 2% уголовных дел доказательствами "значительности ущерба" являются показания потерпевшего и показания свидетелей. Ни по одному из изученных дел не имеется документального подтверждения "значительности ущерба" или "существенности вреда", например, справок о составе семьи потерпевшего, количестве иждивенцев, о доходах потерпевшего и членов его семьи.

Таким образом, установление конструктивного (статьи 167 и 330 УК РФ) или квалифицирующего признака (статьи УК, предусматривающие причинение значительного ущерба гражданину) состава преступления находится в полной зависимости от усмотрения правоприменителя, если не сказать больше – потерпевшего.

Более того, наличие рассматриваемых оценочных признаков на практике ведет к объективному вменению. Только по 2% изученных дел имеются доказательства умысла обвиняемого на причинение именно значительного ущерба или существенного вреда. В подавляющем большинстве уголовных дел (98%) по усмотрению правоприменителей умысел в отношении указанных признаков не входил в предмет доказывания. Представляется, что по делам данной категории принцип субъективного вменения предполагает по минимуму знание обвиняемым материального положения потерпевшего.

О чем свидетельствует приведенный анализ практики? Во-первых, о том, что правоприменители ориентируются в основном на количественные стоимостные параметры, а доказательствами по делу служат в основном только показания потерпевшего, ничем более не подтвержденные; во-вторых, игнорируются требования ст.ст. 20 и 68 УПК РСФСР; в третьих, не существует методики расследования преступлений с оценочными признаками состава.

Известно, что ни один учебник криминалистики, ни одно практическое пособие для следователей не содержат рекомендаций по расследованию дел данной категории. Возможно, настало время для разработки отдельного направления в криминалистике – методики расследования преступлений, составы которых содержат оценочные признаки.

Общий вывод состоит в том, что оценочные понятия значительно расширяют пределы усмотрения правоприменителей и существенно снижают степень реализации принципов законности, вины, равенства граждан перед законом. Представляется, что их количество в УК РФ должно быть сведено до минимума. Может быть, следует подумать о полном отказе от ряда оценочных понятий (подобных рассмотренным выше) в уголовном праве.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ