регистрация / вход

Брачный договор 8

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ

УНИВЕРСИТЕТ

ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ, УПРАВЛЕНИЯ И ПРАВА

Юридический факультет Кафедра частного права

КОЧЕТОВ АЛЕКСАНДР ВАЛЬДЕМАРОВИЧ

БРАЧНЫЙ ДОГОВОР:СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

Дипломная работа студента 3 курса заочного отделения


Допущено к защите на ГАК зав. кафедрой частного права доктор юридических наук, профессор


Научный руководитель

кандидат юридических наук, доцент



Н.И. Косякова Г.И. Курин

«____»______________2006 г. «____»______________2006 г.

Москва 2006


СОДЕРЖАНИЕ

Введение …………………………………………………………………….. 3

1. Брачный договор как институт семейного права …………9

1.1. История развития законодательства о брачном

договоре (контракте) за рубежом и в России …………………………….. 9

1.2. Брачный договор и его место в системе юридических фактов

семейного права и источников правового регулирования ………………. 44

2. Правовое регулирование брачного договора………………. 57

2.1. Понятие и элементы брачного договора ……………………………... 57

2.2. Форма, содержание и заключение брачного договора ……………… 59

2.3. Изменение и расторжение брачного договора,

признание его недействительным …………………………………………. 69

2.4. Ответственность супругов по обязательствам ………………………. 76

2.5. Судебная и юридическая практика по применению

брачно-договорных отношений……………………………………….……81

Заключение ………………………………………………………………….. 88

Список использованных источников и литературы……………………………. 92

Приложения…………………..…………………………………………..………..95ВВЕДЕНИЕ

Законодательство о браке и семье часто относят к числу традиционных и достаточно стабильных отраслей права, которые не находятся в прямой конъюнктурной зависимости от перемен, происходящих в государстве и обществе в целом. В определенной степени это так, поскольку, в результате длящегося веками процесса развития брачно-семейных отношений появились устойчивые нормы поведения в семье, характерные для большинства цивилизованных государств. Это относится, в том числе к институту брака, правам и обязанностям супругов и т.д. Тем не менее, каждый из существовавших в России после октября 1917 года семейных кодексов (1918, 1926, 1969 гг.) отражал своеобразие времени, преследовал вполне определенные цели. Можно обоснованно сказать, что каждый кодекс отличался большей юридической полнотой и совершенством правового регулирования брачно-семейных отношений по сравнению с предыдущими. При этом после принятия каждого нового кодекса казалось, что вне сферы внимания государства в брачно-семейных отношениях ничего, значительного не осталось. Однако жизнь доказывала обратное и выдвигала на «повестку дня» все новые и новые проблемы в брачно-семейных отношениях, поскольку в любом законодательстве зачастую обнаруживаются такие пробелы и недостатки, которые трудно предвидеть при его разработке. Такие непредвиденные особенности в значительной мере присущи и брачно-семейным отношениям. В семейных отношениях опосредованно отражаются, специфически преломляются особенности окружающей действительности. В противном случае семья не была бы ячейкой общества, важной частью всего социального организма.

После масштабных перемен последних лет стало ясно, что имевшийся крен в сторону жесткого государственного регулирования брачно-семейных отношений, явно противоречит провозглашенным конституционным принципам всемерной охраны прав и свобод человека и гражданина. Другими словами, при наличии положительных тенденций в действовавшем ранее семейном законодательстве не соблюдался баланс запретов и дозволении, в брачно-семейных отношениях.

В наше время серьезных социальных перемен стало ясно, что прослужившее четверть века брачно-семейное законодательство нуждается в существенном обновлении. Поэтому перед законодателем как никогда раньше возникла потребность приведения действующего брачно-семейного законодательства в соответствие с внутренними потребностями общества и с международно-правовыми стандартами. Данные стандарты, с одной стороны, впитали в себя многовековой человеческий опыт, а с другой стороны - рассчитаны на цивилизованное общество.

Брачный контракт является новеллой российского законодательства, чем объясняются общественный интерес к нему и те многочисленные трудности, которые возникают как у граждан, желающих заключить такой договор, так и у юристов, занимающихся этими проблемами, на практике. Прошло почти восемь лет с того времени, как он, стал правовой реальностью в России, получив в законодательстве название «брачный договор», что, впрочем, эквивалентно английскому «contract».

В сознании многих людей словосочетание «брачный контракт» ассоциируется, прежде всего, с голливудскими кинозвездами и заокеанскими миллиардерами. Действительно, бытует мнение, что брачные контракты рассчитаны в основном на небольшую прослойку очень состоятельных людей и поэтому не представляют особого интереса для большинства простого населения. По некоторым данным, в странах, где возможность заключения брачного контракта давно признана законодательством, его заключают только 5 процентов вступающих в брак. При этом в большинстве случаев брачный договор заключается при вступлении в повторный брак.

Однако зарубежный опыт последних лет свидетельствует также о том, что все больше и больше молодых людей среднего достатка, вступая в брак, заключают брачные договоры. Вероятно, одна из основных, причин заключения брачного договора связана с ростом числа разводов, и с желанием людей обезопасить себя, если не от моральных, то хотя бы от материальных потерь в случае, еслибрак окажется неудачным.

Датой появления в российском законодательстве брачного договора считается 1 января 1995 года. Именно с этого дня была введена в действие, первая часть Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), в п. 1 ст. 256 которого сказано: «Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества». Таким образом, только с этого времени у супругов появилась, возможность выбора: довольствоваться установленным в законе режимом общей совместной собственности или изменить его, заключив брачный договор.

В то же время известны случаи, когда брачные договоры заключались до введения в действие первой части ГК РФ. По признанию одного из частнопрактикующих юристов, проекты брачных договоров по заказам клиентов разрабатывались им задолго до 1995 года. Действительно, в соответствии с положениями ст. ст. 3 и 4 ГК РСФСР 1964 года граждане могли вступать в правоотношения, хотя и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему. Это, вероятно, и послужило основанием для вывода о том, что супруги вправе могут заключать брачный договор.

Трудно, однако, согласиться с тем утверждением, что указанные статьи закона на самом деле являлись правовым основанием для заключения брачного договора. Суть подобного договора состоит в предоставлении супругам возможности отступить от того режима супружеского имущества, который предусмотрен в законодательстве. До 1 января 1995 года такая возможность практически отсутствовала. При разрешении спора, возникшего у супругов по поводу раздела совместно нажитого имущества, суд был обязан руководствоваться только ст. ст. 20 и 21 Кодекса о браке и семье РСФСР (КоБС) 1969 года, в соответствии с которыми доли супругов в имуществе признавались равными, а размер дохода супруга не оказывал влияния на размер его доли. Отступление от начала равенства долей в совместно нажитом имуществе допускалось судом лишь в случае необходимости защиты интересов несовершеннолетних детей супругов или заслуживающих внимания интересов одного из супругов (ч. 1 ст. 21 КоБС РСФСР).

Все брачные договоры, заключенные с 1 января 1995 года, основывались исключительно на п. 1 ст. 256 ГК РФ, так как соответствующие изменения в КоБС РСФСР внесены не были. Так продолжалось до 1 марта 1996 года, когда был введен в действие новый Семейный кодекс Российской Федерации (СК РФ). С этого времени вопросы, связанные с брачным договором, урегулированы специальным законодательством (ст. 44, 46 СК РФ).

Следует отметить, что в отличие от ст. 256 ГК РФ, в которой отсутствовала детальная регламентация порядка и условий заключения брачного договора, в Семейном кодексе этим вопросам посвящена отдельная глава, где впервые в российском семенном законодательстве наряду с законным предусматривается договорной режим имущества супругов.

Брачный договор и брак тесно связаны между собой. И если существование брака без брачного договора возможно, то брачный договор не может существовать вне брака.

Исходя из сказанного целью дипломной работы является анализ механизма правового регулирования брачного договора.

Достижение этой цели предполагает решение следующих задач:

- исследовать понятия и элементы брачного договора и его место в системе юридических фактов семейного права и источников правового регулирования;

- изучить формы, содержание и порядок заключения брачного договора;

- изучить порядок изменения и расторжения брачного договора, признание его недействительным;

- изучить порядок наступления ответственности супругов по обязательствам.

Объектом дипломной работы являются общественные отношения в сфере правового регулирования семейно-брачных отношений.

Предметом исследования является:

- изучение действующего законодательства регулирующего имущественные отношения супругов;

- изучение исторического аспекта развития брачно-семейных отношений;

- изучение судебной и юридической практики по регулированию общественных отношений, связанных с заключением брачного договора.

В юридической литературе уделено значительное внимание изучению вопросов имущественных правоотношений в семье. Им посвящены исследования, учебные пособия, научные статьи Антокольской М.В, Белопольского Э.В., Васина В.Н., Коршунова Н.М., Ворожейкина Е.М., Игнатенко А.А., Скрынникова Н.Н., Нечаева А.М., Максимовича П.Б. и др. Однако работы указанных авторов, несмотря на их очевидную значимость, посвящены, в основном, отдельным аспектам семейно-брачных отношений. В данной дипломной работе предпринята попытка рассмотреть брачный договор в качестве самостоятельного вида гражданско-правовых отношений.

В ходе подготовки дипломной работы, мною был использован ряд общих и частных методов исследования: метод системного анализа, обобщение нормативных, научных и практических материалов, исторический метод, сравнительный, логический, технико-юридический и другие.

Материалы дипломной работы могут быть использованы в обеспечении учебного процесса при подготовке студентов по специальности «Юриспруденция», а также способствовать популяризации правовых знаний.

Дипломная работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы и приложения.

Во введении определяется постановка исследовательской проблемы и её актуальность, определяется степень изученности проблемы, цели, задачи, объект и предмет исследования, даётся характеристика методов и материалов, на основании которых проводилось исследование.

Первая глава содержит исторические аспекты развития брачного законодательства за рубежом и в России. Так же, в первой главе определяется место брачного договора в системе юридических фактов.

Вторая глава раскрывает понятие, содержание, форму и определяет элементы брачного договора, определяет порядок расторжения и изменения брачного договора, а так же порядок признания его недействительным. В конце данной главы приводится юридическая и судебная практика по применению брачного законодательства.

В заключении делаются выводы о состоянии брачно-договорных отношений в настоящее время и перспективах развития в будущем.

Список использованных источников и литература содержит нормативный материал, который был использован при написании данной работы.

В приложении приводятся два договора, которые были удостоверены в Иловлинском районе Волгоградской области нотариусом Боровковой Р.С.


1. БРАЧНЫЙ ДОГОВОР КАК ИНСТИТУТ

СЕМЕЙНОГО ПРАВА

1.1. История развития законодательства о брачном договоре (контракте) за рубежом и в России.

Известно, что из истории нужно извлекать уроки. По­этому обращение к правовому феномену, возникше­му два с половиной тысячелетия назад, продиктова­но не только историческим интересом, но и необходимостью самопознания и потребностями сегодняшней радикально ме­няющейся жизни.

Право как совокупность известных общеобязательных норм (право в объективном смысле) в качестве общей задачи регули­рует отношения между людьми. Причем одни из этих отноше­ний регулируются принудительным образом, так что отдельные лица своей волей, своими частными соглашениями их изменить не могут: все определения в этой области исходят из центра, от одной единственной воли – воли государства. Именно так об­стоит дело в сфере публичного права (государственного, уголовного и т. д.), которое может быть охарактеризовано как система юридической централизации: все оно проникнуто духом суборди­нации, принципом власти и подчинения.

В других областях отношений государство применяет иной прием: не регулирует их от своего имени и принудительно, а предоставляет такую возможность частной воле и частным со­глашениям, само же занимает позицию власти, охраняющей то, что будет установлено частными лицами. Если же государство и устанавливает известные нормы, то лишь на тот случай, когда частные лица почему-либо своих определений не дают. Вследст­вие этого данные нормы носят не принудительный, а лишь вос­полняющий, диспозитивный характер и могут быть отстранены частной волей. Таким образом, мы имеем здесь прием юридической децентрализации, сферу не субординации, а координации, частной инициативы и частного самоопределения. Это и есть область частного, или гражданского, права. Именно эту мысль имели в виду и римские юристы, когда говорили: «publicumnussingulorumutilitatem» «публичное право есть то, что относится к положению римского государства, частное – то, что относится к интересам частных лиц»[1] .

Главной сферой гражданского права является область имущественных отношений между отдельными лицами. По справедливости сюда же относится и область семейных отношений, основа которых – брак, покоится на частной воле отдельных лиц.

Гражданское право по своей идее предполагает наличие множества отдельных автономных центров, к которым как бы стягиваются отдельные имущественные объекты (вещи), образуя вокруг каждого особую экономическую сферу, его имущество, хозяйство.

Эти центры хозяйственной жизни называются субъектами гражданского права, а вся совокупность их внутри данного государства составляет то, что мы называем гражданским обществом.

Любую юридическую норму можно перефразировать в ус­ловное предложение: если налицо такие-то факторы, то насту­пают такие-то юридические последствия. Факты, с наступлени­ем которых наступают юридические последствия, называются юридическими.

Юридические факты можно разделить на события, не за­висящие от воли человека (например, естественная смерть, истечение времени), и действия, являющиеся выражением во­ли человека.

Особенно большое значение имеют те правомерные дейст­вия, которые прямо направлены на установление, изменение или прекращение права и обязанностей (сделки). Римские юри­сты не выработали общего определения понятия «сделка», они знали только отдельные конкретные договоры.

Если в сделке выражается воля двух сторон (например, про­давца и покупателя, подрядчика и заказчика), она называется двусторонней, или договором. Но не всякий договор имеет своим последствием установление обязательства. Так, если по согла­шению двух лиц производится передача одним лицом другому определенной вещи с целью перенесения права собственности на нее, то следует говорить о договоре, направленном на пере­дачу права собственности, а не на установление обязательства.

Договор, как основание для возникновения обязательств, имеет место только тогда, когда воля договаривающихся направлена на установление именно обязательственных отношений.

Римская договорная система различала два вида договоров: контракты и пакты. К контрактам относился определенный (исчерпывающий) круг договоров, признанных цивильным пра­вом и снабженных исковой защитой.

История римлян известна науке с той поры, когда Рим пред­ставлял собой сельскохозяйственную общину, в которой отдель­ные семьи жили замкнутой хозяйственной жизнью почти без всяких меновых отношений (натуральная система хозяйства).

Понятно, что при таком состоянии хозяйства и обмена не было надобности в развитой системе договоров. Сделки заклю­чались каждым хозяйством так редко, что выполнение даже до­вольно сложных форм не было обременительным.

Развитие договорного права шло в двух направлениях:

а) по мере усложнения хозяйственной жизни расширялся круг соглашений, пользующихся исковой защитой;

б) параллельно с этим шло постепенное признание исковой силы за известными вида­ми неформальных соглашений.

В древнереспубликанском римском праве существовали три основных типа обязательственных договоров:

-в форме слож­ного обряда, совершавшегося с помощью меди и весов (nexum);

-словесный - в форме вопроса и ответа (стипуляция);

-литтеральный (письменный) контракт.

Общим для названных типов договоров был их формальный характер.

Трудно предположить, чтобы в отдаленный период римской истории можно было обходиться без продажи и покупки вещей, передачи их во временное пользование и т. п., однако мы не располагаем какими-либо сведениями относительно того, как нужно было в то время оформлять соглашения подобного рода, чтобы они имели обязательную силу.

Даже на высшей ступени развития римское право не пришло к признанию того, что всякое законное соглашение двух сторон об установлении какого-либо обязательства само по себе имеет юри­дическую силу. В более древнем римском праве проводился прямо противоположный принцип: неформальное соглашение никогда не порождало юридически действительного обязательства. Для каж­дого отдельного хозяйства вступление в договор было сравнитель­но редким явлением, как бы событием в жизни, и потому можно было потратить время на выполнение требуемых формальностей.

По мере развития менового хозяйства картина резко меняет­ся: договор перестает быть исключительным явлением, он про­никает в повседневную практику каждого хозяйства, получает широкое распространение.

Старые формы заключения договоров уже не соответствова­ли новому оживленному обороту, не удовлетворяли его потреб­ностей. В конце концов, победили требования, диктовавшиеся уровнем развития производственных отношений. Постепенно отмерла форма договора nexum; стимуляция и письменный кон­тракт хотя и продолжали применяться, но их формальные тре­бования были ослаблены. Наряду со старыми формальными договорами появились новые - неформальные. Уже в конце республиканского периода стала широко употребляться такая форма займа, при которой не требовалось выполнения фор­мальных действий: достаточно было соглашения сторон и фак­тической передачи суммы займа заемщику, чтобы договор полу­чил юридическую силу. Позже был сделан следующий шаг - в определенных случаях без соблюдения каких-либо формально­стей юридическая сила признавалась за простым соглашением, даже не сопровождавшимся передачей вещи, по поводу которой договаривались стороны.

Римский юрист Сальвий Юлиан Гай, систематизируя раз­личные виды контрактов, выделил четыре основных: реальные (устанавливающие обязательство путем передачи вещи), вербаль­ные (словесные, устные), литтеральные (письменные) и консенсуальные (при которых обязательство возникает вследствие од­ного соглашения – независимо от передачи вещи).

В отличие от семей других народов, в которых правовое зна­чение имеет кровное родство, в римской семье юридически зна­чимым было агнатическое родство, основанное на власти и под­чинении. Соответственно члены римский семьи делились на подчиненных и главу семьи.

Домовладыка имел полную власть над всеми членами семьи (женой, детьми, внуками, правнуками, женами сыновей и т. д.), включающую право на жизнь и смерть, отказ от новорожден­ного, продажу в рабство, совершение телесных наказаний, вы­дачу по ноксальному иску, на расторжение брака женатых сы­новей, изгнание домочадцев из дома. Он полностью обладал имуществом семьи и распоряжался им по своему усмотрению. Никакие обстоятельства не освобождали сыновей и внуков от подчинения домовладыке: ни возраст, ни занятие должности магистра. Эта власть прекращалась лишь со смертью или по воле главы семьи. Сами римляне осознавали исключительности положения paterfanulias: «Едва ли еще есть какие-нибудь люди, которые имели бы над детьми своими такую же власть, как мы», – писал Гай (D. 50. 16. 196).

Социальные процессы, шедшие за развитием экономических отношений, последовательно привели к вытеснению агнатического родства когнатическим. Окончательно принцип когнати­ческого родства был утвержден Новеллами Юстиниана в VI веке.

В когнатическом родстве различаются линии и степени. Линия называется прямой восходящей, если речь идет о лицах, происходящих один от другого, от потомка к предку (внук – сын – отец), и прямой нисходящей, если речь идет о происхож­дении от предка к потомку (отец – сын – внук). Боковая ли­ния объединяет лиц, имеющих общего предка (брат и сестра, дядя и племянник). Боковое родство может быть полнород­ным, единокровным (при общем отце) и единоутробным (при общей матери).

От родства отличается свойство, представляющее собой воз­никшее в результате брака отношение близости одного из суп­ругов к кровным родственникам другого, а также между родст­венниками супругов. Так, сестра жены состоит во второй степе­ни свойства с ее мужем. Отношения свойства прекращаются с расторжением брака.

Древнейшая форма римского брака устанавливала власть мужа над личностью жены (cummany). Но уже в законах XII таблиц содержалась норма, позволявшая избежать строгих по­следствий брака в форме супружеской власти. Так, в случае заключения брака с недостатками формы супружеская власть приобреталась только в результате непрерывного осуществле­ния брака (супружеской общности) в течение года. Давность прерывалась и власть мужа не наступала, если женщина про­водила три ночи подряд вне дома. Эта процедура могла по­вторяться ежегодно.

При браке без власти супруга над женой женщина, не стано­вясь агнаткой в семье мужа, оставалась, тем не менее, под вла­стью своего отца или своих агнатических опекунов. В соответст­вии же с принципом цивильного права брак без manus, то есть свободный неформальный союз супругов, признавался браком ци­вильного права. Дети от такого брака, следуя правовому поло­жению отца, находились под его властью.

Довольно продолжительное время обе формы брака сосуществовали. Однако из некоторых свидетельств античных авторов можно сделать вывод, что брак без manus уже во второй половине существования Римской республики был преобладающим. Такой брак заключался посредством простого соглашения, юри­дически завершающим актом, которого был привод невесты в дом жениха, и расторгался по заявлению одного из супругов без указания каких-либо оснований для развода.

В агнатической семье жена не имела ни личных, ни имуще­ственных прав и по положению приравнивалась к своим детям. Напротив, брак без manus был основан на равенстве супругов. В то же время его нельзя назвать браком без власти мужчины: здесь во власть супруга трансформировалась отцовская власть, выраженная в праве определять место жительства, принципы воспитания и т.д.

Взаимодействие соответствующих правовых норм с социаль­но-психологическими факторами создало в позднереспубликанском Риме образ римской женщины – матери и хранительницы дома, готовой действовать во имя общественного блага, и в пер­вую очередь мужа. На матерях лежала обязанность воспитания подрастающего поколения, что свидетельствовало о высокой оценке социального и политического значения женщин, харак­терной для римской идеологии уже в I в. до н. э.

Следствием моральной деградации, поразившей римское общество, в конце существования республики, стал кризис се­мейных устоев, чему способствовала и свобода брачных отно­шений. В целях сохранения стабильности семейных отношений, пресечение злоупотреблений свободой развода и стимулирова­ния вступления в брак и деторождения император Август издал закон, предусмотревший уголовную ответственность за нарушение супружеской верности. В то же время этот закон легализо­вал внебрачное сожительство лиц, между которыми брак был запрещен (например, между вольноотпущенными и представи­телями сенаторского сословия). Сожительство подобных лиц с намерением создать жизненную общность называлось конкуби­натом. Дети, рожденные в конкубинате, хотя и не признавались законными, все же имели некоторые права наследования после смерти родителей.

Названный закон, не затрагивая принципа свободы развода, установил правило, чтобы о расторжении брака объявлялось в присутствии семи свидетелей (обычно с вручением разводного письма). Были также установлены имущественные санкции в случае заявления о разводе без основательной причины. Если поводом к разводу послужило поведение жены, приданое оставалось у мужа, если виновным признавался муж – предбрачный дар сохранялся за женой. Какого-либо основательного выяснения причин для развода судом или другим органом не проводилось. Фактически брак мог быть расторгнут и при отсутствии причин. Возможность вмешательства государства в брачные от­ношения с целью принудительного их сохранения римское пра­во не предусматривало.

Предпринятые законодательные меры не достигли намечен­ных целей и не поколебали основ брака без manus. Определенная стабильность семейных устоев была связана с ремиссией отрица­тельных процессов в римском обществе. Создав свободную фор­му брака с равенством супругов и полной свободой развода, римское право совершило огромный исторический скачок, надолго опередив другие народы в регулировании брачных отношений.

Свободному браку соответствовала свобода правового режи­ма имущества супругов, основанного на его разделении. Брак не создавал общности имущества супругов, напротив, их имущест­во составляло две отдельные независимые массы. Принцип обо­собленности имущественных масс супругов сохранялся и после их смерти: они не наследовали друг другу. Только нуждающаяся вдова получала определенную часть имущества умершего суп­руга (алименты). Впоследствии супругам было предоставлено право наследовать друг другу, но при условии абсолютного от­сутствия наследников. Дарения супругов друг другу признава­лись ничтожными сделками, что также гарантировало независи­мость их имущественных прав. Однако материальное обеспече­ние жены и детей, расходы на ведение домашнего хозяйства от­носились к обязанностям мужа.

Супруги могли вступать между собой в любые юридические отношения имущественного характера. Соответственно могли возникать и иски друг к другу. При этом в силу необычности потенциальных субъектов правоотношений были обозначены некоторые исключения из общих правил. Так, супруги несли взаимную ответственность друг перед другом за небрежность в отношении друг к другу. Кроме того, между ними исключались иски о бесчестии. При взыскании с имущества супруги придер­живались определенного предела, чтобы не доводить должника до бедственного положения.

Своеобразной гарантией имущественных интересов супругов являлось особое приданое (dos), которое представляло собой имущество, выделенное невестой, ее домовладыкой либо третьим лицом с целью облегчения мужу бремени семейных расхо­дов. Вплоть до широкого распространения брака без manus это приданое составляло собственность мужа и не подлежало воз­врату, ни при каких обстоятельствах. Но поскольку многие не­добросовестные мужья, получив dos, разводились с женами, вы­работалось правило, обязывающее мужа вернуть приданое в случае расторжения брака. Соблюдение этого правила обеспечи­валось специальным иском, который со временем стал приме­няться для возвращения приданого и при отсутствии обязатель­ства мужа, если развод совершался по его инициативе.

Позднее, законом императора Августа (18 г. до н. э.), мужу запрещалось без согласия жены отчуждать недвижимость, полу­ченную в качестве dos, а при Юстиниане отчуждение такой не­движимости не допускалось и при согласии жены. Сложивше­муся порядку соответствовал афоризм: «Хотя приданое находит­ся в имуществе мужа, оно принадлежит жене». Муж становился собственником приданого лишь тогда, когда развод происходил по инициативе или по вине жены, а также в случае ее смерти. Однако если приданое было установлено отцом жены, то после ее смерти оно возвращалось в распоряжение последнего.

Предбрачный дар жениха (или его отца) был эквивалентен приданому невесты и преподносился ей до вступления в брак (в связи с запретом дарственных актов между супругами). Практически это были ценности, предназначенные жене в том случае, если развод произойдет по вине мужа. При Юстиниане дарение разрешалось совершать и после вступления в брак, но в любом случае подаренное имущество становилось собствен­ностью жены лишь тогда, когда развод был вызван инициати­вой мужа или его виной. В сущности, и приданое и дарение выполняли штрафную функцию в интересах одного из супру­гов. Пока же брак продолжался, все это имущество находилось во владении мужа.

Так постепенно складывалась римская система имуществен­ных отношений между супругами. Принцип юридической раз­дельности имуществ, и в настоящее время признанный еще не­многими законодательствами (в том числе и российским), лежит в основе этой системы.

Сведения о семейном укладе народов, населявших террито­рию России до принятия христианства, немногочисленны. Ле­тописи говорят о том, что в то время как у полян уже сложилась моногамная семья, у других славянских племен (родимичи, вятичи, кривичи) сохранялась полигамия. Семейные отношения регулировались обычным правом. В различных источниках содержатся указания на несколько способов заключения брака.

Среди них наиболее древний – похищение невесты женихом без ее согласия. Однако постепенно похищению начинает предшествовать предварительный сговор жениха с невестой. Существо­вал и такой способ заключения брака, как «покупка» невесты у ее родственников. У полян самой распространенной формой был привод невесты ее родственниками в дом к жениху. При этом согласие невесты на брак не имело существенного значе­ния, хотя уже в Уставе Ярослава содержался запрет выдавать замуж силой. Брак заключался по соглашению между родствен­никами невесты и женихом или его родственниками. На другой день после свадьбы родственники невесты приносили приданое.

Отношения между супругами во многом зависели от фор­мы заключения брака. При похищении жена становилась соб­ственностью мужа, поэтому в отношении нее возникали пра­ва, скорее, вещного, чем личного характера. При покупке не­весты, и особенно заключении брака с приданым по соглаше­нию между женихом и родственниками невесты, возникали, во-первых, отношения между женихом и этими родственника­ми (которые несколько ограничивали власть мужа) и, во-вторых, появлялись первые признаки наделения жены лич­ными правами. Власть мужа при этой форме брака также бы­ла очень велика, но не была неограниченной. На Руси, по-видимому, муж никогда не имел законного права распоря­жаться жизнью или смертью своей жены. Однако он мог рас­поряжаться ее свободой. Например, в летописи Нестора име­ется свидетельство, что князья Мстислав и Кисожский Редедя, вступая в единоборство, условились о том, что победите­лю достанутся имение, казна, жена и дети побежденного.

Развод в тот период осуществлялся свободно, причем есть основания полагать, что в браке с приданым инициатором раз­вода могла быть и женщина.

С принятием христианства в России происходит рецепция византийского брачно-семейного законодательства, основан­ного на канонических представлениях о браке. Начинает дей­ствовать Номоканон – собрание канонических правил и свет­ских постановлений византийских императоров. В последую­щем Номоканон был дополнен постановлениями русских кня­зей. Русский перевод его с этими дополнениями получил на­звание «Кормчая книга».

Статья 12 Законов гражданских указывала, что «брак не может быть законно совершен без добровольного и непринужденного согласия сочетающихся лиц». При Петре обручение ста­новится расторжимым. Запрещается снабжать, его сговорной записью и включать в нее условие о неустойке (заряде) на случай, если брак не состоится. В дальнейшем это положение получило развитие в Своде законов. Часть 2 ст. 12 Законов гражданских прямо гласит, что брак не может быть предметом гражданско-правовых сделок и потому обещание вступить в него может быть не выполнено без всяких последствий для обещавшего. В 1775 г. обручение сливается по времени с венчанием.

В 1721 г. православные христиане в России впервые полу­чили возможность вступать в браки с христианами других кон­фессий. Это нововведение было связано с тем, что после вой­ны России со Швецией Петр хотел поселить пленных шведов в Сибири и, дав им российское гражданство, привлечь к ее ос­воению. Однако по законам того времени шведы не могли вступать в брак с православными, не приняв предварительно православную веру. В связи с этим устанавливалось правило (существующее в каноническом праве и в настоящее время), в соответствии с которым христианин другой конфессии вправе был вступить в брак с православным, дав подписку, что не бу­дет обращать православного супруга в свою веру и обязуется воспитывать детей в православии.

В 1744 г. указом Синода были запрещены браки лиц старше 80 лет. «Брак от бога установлен, – гласит указ, – для продол­жения рода человеческого, чего от имеющего за 80 надеяться весьма отчаянно»[2] . В 1830 г. повышается возрастной ценз для вступления в брак: до 18 лет у мужчин и 16 – у женщин.

Для вступления в брак, независимо от возраста жениха и не­весты, необходимо было получить согласие родителей (ст. 6 За­конов гражданских). Тем не менее, брак, заключенный без роди­тельского благословения, также признавался действительным, но дети (молодожены) лишались права наследовать имущество родителей по закону, если последние их не простили. Лица, со­стоящие на гражданской или военной службе, обязывались по­лучать согласие на брак со стороны своего начальства (ст. 9 Законов гражданских). За брак, заключенный без такого разрешения, они подвергались дисциплинарному взысканию.

Законодательство того периода знает и случаи ограничения брачной правоспособности в судебном порядке. Так, пригово­ром суда запрещалось вступать в брак лицам, осужденным за двоебрачие, а также тому из супругов, брак с которым был расторгнут из-за его неспособности выполнять прямые супруже­ские обязанности.

С 1775 г. брак мог заключаться только в приходской церкви по месту жительства одного из брачующихся при личном при­сутствии жениха и невесты. Исключение делалось лишь для лиц императорской фамилии, венчавшихся заочно с иностран­ными принцессами.

Согласно ст. 31 Законов гражданских брак считался недей­ствительным, если был заключен в результате насилия либо один или оба супруга признавались психически несостоятель­ными. Недействительным являлся и брак между лицами, со­стоявшими в запрещенных степенях кровного или духовного родства или свойства; при наличии другого не расторгнутого брака; с лицом духовного сословия, обреченным на безбрачие; православных с нехристианами.

Если брак заключался с лицом, не достигшим брачного возраста, предусмотренного светским законом (16 и 18 лет), то юные супруги разлучались до наступления указанного воз­раста. После этого они должны были выразить свою волю продолжить брак, который признавался действительным. Право требовать признания брака недействительным по данному основанию принадлежало только супругу по достижении им своего совершеннолетия.

Постепенно развод в Российской империи становится все менее свободным. Поводами к нему признавались: прелюбодея­ние любого из супругов; двоебрачие; неспособность к брачному сожитию; безвестное отсутствие супруга свыше пяти лет, если оно не было вызвано виновным поведением оставшегося суп­руга; покушение на жизнь супруга; принятие монашества; ссыл­ка в каторжные работы с лишением всех прав состояниям.

Процедура развода в рассматриваемый период была очень сложной. Бракоразводный процесс осуществлялся судами ду­ховных консисторий и носил смешанный состязательно-розыскной характер. Решение выносилось судьей на основании формальной оценки доказательств, а не их убедительности, при наличии строго определенных условий, которыми, например, при прелюбодеянии, являлись показания не менее двух или трех свидетелей-очевидцев. Само по себе признание суп­ругом, совершившим прелюбодеяние, своей вины не принима­лось во внимание, если не было подтверждено формально не­обходимыми доказательствами. На практике это приводило к многочисленным злоупотреблениям и часто вынуждало к подкупу лжесвидетелей.

В дореволюционной России не было единого для всех подданных законодательства о браке. Российское брачное за­конодательство – и светское и каноническое – всегда строи­лось на основании религиозных правил. Поэтому лица разных вероисповеданий и конфессий попадали под действие раз­личных законов в зависимости от предписаний своей рели­гии. С одной стороны, это свидетельствовало о веротерпимо­сти (гораздо хуже было бы навязывать всему населению им­перии православные представления о браке), а с другой – настоятельно требовало хотя бы альтернативного единого светского законодательства, допускавшего браки между лица­ми разных религиозных убеждений и развод в случае взаим­ного согласия в светском органе и т.д.

Мусульманам разрешалось заключать полигамные браки. Развод между супругами регулировался законами Шариата, ко­торые предусматривали в качестве оснований к нему взаимное согласие или волеизъявление мужа в одностороннем порядке, Брак между католиками был нерасторжим, дозволялась только сепарация – судебное разлучение супругов. Вступить в новый брак супруги, получившие решение о сепарации, не могли. Про­тестантская Церковь допускала большую свободу разводов, в том числе и при «отвращении супруга к брачной жизни». По иудейским, религиозным законам муж мог развестись с женой при наличии любой серьезной причины. Жена же имела право требовать развода только в строго определенных случаях.

Личные права и обязанности супругов в Российской импе­рии также претерпевали существенные изменения. Прежде все­го, с восприятием европейских форм жизни изменилось поло­жение женщин в обществе. Власть мужа, формально сохранившаяся до 1917 г., приобрела более цивилизованные формы. На­чиная с 1845 г. муж был уже не вправе подвергать жену физическому наказанию. Насильственное пострижение в монахини также стало невозможным.

Законодатель в этот период все активнее пытался регулиро­вать личные отношения супругов. Местожительство жены опре­делялось по месту жительства мужа. Жена обязана была следо­вать за ним, в противном случае она водворялась в дом супруга принудительно. Только ссылка мужа освобождала женщину от этой обязанности.

Имущественные отношения супругов с начала XVIII в. также меняются. С петровских времен приданое жены рассматрива­лось как раздельное имущество, которым муж не мог даже поль­зоваться. Указ 1715 г. давал жене право свободно продавать и закладывать свои вотчины без согласия мужа. Единственным исключением было запрещение обязываться по векселю без согласия мужа. Но, не имея права подписывать векселя, замужняя женщина могла свободно выдавать заемные письма.

В ст. 109 «Законов гражданских» также говорилось: «браком не создается общего владения в имуществе супругов, каждый из них может иметь и вновь приобретать отдельную собствен­ность». Согласно ст. 115 Законов жена имела право свободно распоряжаться имуществом, не требуя от мужа дозволитель­ных или верительных писем, а ст. 112 разрешала супругам заключать между собой любые сделки. Муж мог распоряжаться имуществом жены только по ее доверенности как обычный представитель.

Право на содержание признавалось только за женой, кото­рую муж обязан был содержать «по состоянию и возможностям своим» (ст. 106). Эта обязанность прекращалась, если жена не выполняла своих супружеских обязанностей, в частности отка­зывалась следовать за мужем. В начале XX в. Свод законов был дополнен ст. 106, в соответствии с которой жена сохраняла право на содержание даже при уклонении от совместной жиз­ни с мужем, если таковая была признана судом невыносимой по вине последнего.

Отдельной собственностью жены признавалось ее прида­ное, а также имение, «приобретенное ею или на ее имя во время замужества через куплю, дар, наследство или иным за­конным способом» (ст. 110). Приданое в ту пору рассматрива­лось как самостоятельный «юридический институт», как имущество, которое жена или за нее другие лица назначали суп­ругу в пользование для поддержания «тягостей брачной жиз­ни». Тем более, что в результате совместной жизни супругов приданое переходило во владение мужа. В ряде случаев оно становилось штрафом за развод по вине жены.

Раздельность имущества супругов предопределяла их ответ­ственность за долги: ни один из них не отвечал за другого. При этом неприкосновенной собственностью жены считались жен­ские платья и белье, половина мебели, находящейся в общем с мужем доме, а также половина всей «служащей в хозяйстве» по­суды, столового серебра, экипажей, лошадей и упряжки. Из смысла ст. 116 вытекает, что супруги могли как до брака, так и после его заключения «войти в соглашение» относительно опре­деленного имущества, принадлежащего тому и другому. В лю­бом случае подобного рода договор оформлялся посредством акта, совершенного нотариусом. Под страхом признания этого договора недействительным о нем в обязательном порядке упо­миналось в акте бракосочетания.

Следует еще раз подчеркнуть, что вплоть до февральской ре­волюции брачное законодательство в России не было светским. Российские законодатели упорно отказывались от проведения реформ в области гражданского права. Особенно негативным было отношение к введению института гражданского брака. Гражданский брак не допускался не только в самой Российской империи, но Россия формально не признавала и гражданские браки, заключенные в странах, где они существовали. В 1902 г. Россия отказалась подписать Гаагскую конвенцию, так как по­следняя предусматривала взаимное признание браков, заклю­ченных в иностранных государствах по их законам.

Супруги не только имели право, но и были обязаны воспи­тывать своих детей. Воспитание состояло в приготовлении их к полезной деятельности: в определении сыновей на службу, а дочерей – замуж. Содержание несовершеннолетних детей долж­но было соответствовать материальным возможностям супругов.

В XVIII в. незаконнорожденные дети наследовали состояние матери, однако дети дворян не получали дворянства, хотя не­редко оно им жаловалось императорским указом. Отец обязан был содержать незаконнорожденного ребенка и его мать, но это содержание рассматривалось не как алименты, а как возмеще­ние вреда. Воинский артикул 1716 г. обязывал холостого челове­ка, чья незамужняя любовница родила ребенка, доставлять ей и ребенку средства к существованию. Одновременно предусматри­валось и уголовное наказание за такой проступок. Требование о назначении содержания рассматривалось не гражданским, а уго­ловным судом как гражданский иск в уголовном процессе.

Узаконение детей в XVIII в. осуществлялось только по высо­чайшему повелению, каждый раз в индивидуальном порядке. В XIX в. правила об узаконении постоянно менялись. В царство­вание Александра было разрешено узаконивать внебрачных детей в случае вступления их родителей в брак между собой. За­кон от 3 июля 1902 г. впервые позволил рассматривать иски внебрачных детей о назначении содержания в порядке граждан­ского, а не уголовного судопроизводства. Согласно этому закону происхождение ребенка от отца могло подтверждаться любыми доказательствами. Однако речь шла не об установлении отцов­ства как семейно-правовой связи с ребенком, а лишь о праве ребенка на назначение содержания. Добровольное признание отцовства во внимание не принималось.

В конце XIX – начале XX в. законодательство об усынов­лении изменилось. Право свободно усыновлять получили все сословия. В регулировании этого института четко прослежива­ется стремление рассматривать его как средство для устране­ния невозможности создания собственной семьи. Усыновите­лем могло быть лишь лицо старше 50 лет, разница в возрасте допускалась между ним и усыновленным не менее 18 лет. Усыновление запрещалось лицам, состоявшим в браке и имевшим собственных детей (ст. 145 Законов гражданских). Усыновитель и усыновляемый должны были быть одного веро­исповедания. Для усыновления требовалось согласие обоих супругов, родителей усыновляемого, самого усыновляемого старше 14 лет. С 1902 г. разрешалось усыновлять своих незаконнорожденных детей. Усыновление производилось окруж­ным судом. Усыновленные приобретали права родных детей, за исключением права наследовать родовое имущество, которое переходило только к кровным родственникам.

Итак, в регулировании брачно-семейных отношений в предреволюционной России был сделан значительный шаг вперед. Семейное законодательство в целом находилось при­мерно на том же уровне развития, что и законодательство большинства европейских стран. Наиболее остро стояла про­блема введения гражданской формы брака, упрощения проце­дуры развода, а также уравнения в правах внебрачных детей. Временное правительство в мае 1917 г. создало особый орган – Совещание, в состав которого вошли крупнейшие юристы. Целью Совещания явилась подготовка закона «О поводах к разводу», которые предполагалось значительно расширить, однако подведомственность дел о расторжении брака судам духовных консисторий сохранялась. Но закон так и не всту­пил в силу.

Коренные изменения, последовавшие после Октября 1917 г., повлекли за собой принятие новых законов, в том числе регу­лирующих семейные отношения. Это было особенно необхо­димо в условиях отделения Церкви от государства. 18 декабря 1917 г. вышел Декрет «О гражданском браке, детях и о веде­нии книг актов гражданского состояния», согласно которому единственной формой брака для всех граждан России незави­симо от вероисповедания стал гражданский брак, заключен­ный в государственном органе. Брак, заключенный в церкви, после принятия Декрета не порождал правовых последствий (брак, заключенный в церковной форме до принятия Декрета, сохранял юридическую силу и не нуждался в переоформле­нии). Условия для вступления в брак значительно упрости­лись: достаточно было достижения брачного возраста (16 лет для женщин и 18 – для мужчин) и взаимного согласия буду­щих супругов. Препятствиями к браку признавались наличие у одного из супругов «душевного» заболевания, запрещенная степень родства жениха и невесты (восходящие и нисходящие родственники, родные брат и сестра), а также наличие дру­гого не расторгнутого брака.

Важнейшими положениями, содержавшимися в этом Дек­рете, были уравнение в правах законных и незаконнорожден­ных детей, а также право установления отцовства в судебном порядке.

Вслед за названным был принят другой Декрет (19 декабря 1917 г.) «О расторжении брака». На основании этого акта бракоразводные дела изымались из компетенции судов духов­ных консисторий. Дела о разводе, возбужденные по односто­роннему заявлению супруга, передавались в ведение местных судов. Вопросы о том, с кем останутся проживать несовершен­нолетние дети, о выплате средств на их содержание, а также об алиментах бывшей жене решались по соглашению между супругами. При отсутствии такого соглашения эти вопросы рассматривались судом.

Все принципиально важные для тех времен положения на­шли отражение в Кодексе законов об актах гражданского состоя­ния, брачном, семейном и опекунском праве 1918 г., который начинался правилами, относящимися к актам гражданского, со­стояния, составляемым исключительно гражданской властью – отделами записи актов гражданского состояния (ЗАГС).

Порядку ведения регистрационных книг, регистрации от­дельных актов гражданского состояния (рождение ребенка, смерть гражданина или признание его умершим, заключение брака или развод, перемена имен или фамилий) в то время уделялось особое внимание, поскольку церковные предписа­ния на этот счет уже не действовали. Что касается так назы­ваемого брачного права, то согласно ст. 52 этого Кодекса только гражданский (светский) брак, зарегистрированный в ЗАГСе, порождал права и обязанности супругов. Брак, совершенный по религиозным обрядам или при содействии духовных лиц, не порождал никаких прав и обязанностей для лиц, в него вступивших.

Браки заключались публично, в специально предназначен­ном для этого помещении, в установленные заранее дни и часы, что подлежало обнародованию. Желающие вступить в брак объ­являли о своем намерении в устной либо письменной форме. К заявлению молодожены прилагали свидетельство о личности и давали подписку о добровольном вступлении в брак, а также об отсутствии препятствий к этому. Личность вступающего в брак, могла быть засвидетельствована удостоверениями, документами, свидетельскими показаниями и всеми другими способами, кото­рые признавались достаточными должностным лицом, регист­рирующим брак. Сделав запись в книге записей браков, долж­ностное лицо прочитывало ее брачующимся и объявляло брак заключенным (ст. 60). Если до окончания процедуры от кого-либо поступило заявление о наличии законных препятствий для вступления в брак, должностное лицо приостанавливало ее для разбора дела местным судом. Однако явно необоснованный протест мог быть отклонен должностным лицом без дальней­шего рассмотрения дела. При необходимости местный суд рас­сматривал дело «о протесте против брака» вне очереди в трех­дневный срок. Решения суда по таким делам обжалованию не подлежали. Согласно ст. 64 виновные в умышленном сообще­нии ложных сведений с целью помешать совершению брака от­вечали за лжесвидетельство и «присуждались к возмещению всех вызванных их поступком убытков».

Права и обязанности супругов как личного, так и имущест­венного характера регламентировались семейным Кодексом 1918 г. тоже достаточно скупо. К первым относилось право вы­бора брачной фамилии мужа (жениха) или жены (невесты). Если при разводе между супругами не было соглашения относи­тельно будущей фамилии каждого из них, то разведенные суп­руги сохраняли свою добрачную фамилию. Перемена места жи­тельства одним из супругов не обязывала другого следовать за ним (ст. 104).

Брак не создавал общности имущества супругов. Имущест­венные права лиц, состоящих в браке, в то время определялись следующим образом. Супруги могли вступать между собой во все дозволенные законом имущественно-договорные отноше­ния, Нуждающийся, то есть не имеющий прожиточного минимума или нетрудоспособный, супруг имел право на получение содер­жания от другого супруга, если последний был в состоянии ока­зывать ему поддержку. Причем с просьбой (заявлением) о выда­че содержания следовало обращаться в отдел социального обес­печения. Убедившись в справедливости заявленного требования, последний выносил постановление о размере и форме взыски­ваемого содержания, которое приобретало силу судебного реше­ния. Право на получение содержания имели также нуждающие­ся или нетрудоспособные супруги лиц, признанных судом «от­сутствующими» (ст. 120). Рассматриваемое право сохранялось и после развода, вплоть до изменения условий, послуживших ос­нованием для получения содержания.

Заметное место в Кодексе занимал раздел «Семейное право», касающийся вопросов происхождения, личных и имуществен­ных прав и обязанностей детей и родителей, прав и обязанно­стей лиц, состоящих в родстве.

Статья 133 гласила: «Никакого различия между родством внебрачным и брачным не устанавливается». На этот счет в Ко­дексе содержалось два примечания: дети, родители которых не состоят в браке между собой, во всем уравниваются с детьми, родившимися в законном браке; постановление настоящей ста­тьи распространялось и на внебрачных детей, родившихся до 20 декабря 1917 г.

Таким образом, семейный Кодекс 1918 г. существенно отли­чался от ранее действовавшего семейного законодательства Рос­сийской империи. Он полностью отошел от сложившихся в те­чение веков предписаний, тесно связанных с Церковью, которая с давних времен была «управомочена» ведать делами семейны­ми. В числе этих отличий назовем прежде всего уход от принципа сословности, господствовавшего при регулировании госу­дарством семейных отношений. Несомненным шагом вперед была ликвидация института родительской власти, попытка по­смотреть на ребенка как на равноправного обладателя принад­лежащих семье прав. Но семейное законодательство не могло сразу стать во всем новым. И хотя в момент создания Кодекса его содержание казалось исчерпывающим, на практике имею­щиеся проблемы и недостатки становились все более очевидны­ми, требующими безотлагательного устранения. И, наконец, как и раньше, без внимания не осталось производство дел по опеке и попечительству. Мало того, определяющие его правила (даже чисто технического характера) были подняты на уровень закона.

Новый Кодекс законов о браке, семье и опеке 1926 г. (КЗоБСО), сохраняя прежние положения, уточнял и дополнял их, как того требовало время, в соответствии с тем видением правовой про­блемы, которое сформировалось в те годы. Женщина могла те­перь вступить в брак, будучи не только зрелой физически, но и способной самостоятельно распоряжаться своими правами; ради охраны ее имущественных интересов впервые признавались (при определенных условиях) так называемые фактические браки. Во главу решения всех семейно-правовых проблем ставились интересы ребенка. Вновь приобрел государственное признание институт усыновления.

Естественно, перечень нововведений казался тогда исчерпы­вающим. Вместе с тем со временем стали обнаруживаться про­белы в законодательстве, несовершенство действующих норм, возникали различного рода проблемы в правоприменительной практике. Несколько иными становились и идеологические за­дачи государства, что не могло не сказаться на семейном зако­нодательстве. Поэтому семейный Кодекс 1926 г. начал посте­пенно претерпевать изменения.

8 июля 1944 г. был принят Указ, запрещавший установле­ние отцовства в отношении детей, рожденных вне брака (только Указом от 14 марта 1945 г. было разрешено призна­ние отцом внебрачного ребенка в случае вступления в брак с его матерью). Ни добровольное признание отцовства, ни ус­тановление его в судебном порядке более не допускались. Не возникало, естественно, и право на получение алиментов от фактического отца. Эти меры объяснялись лишенными вся­кого основания заверениями о том, что права внебрачных детей не нарушаются, поскольку заботу о них берет на себя со­циалистическое государство.

Но, во-первых, мизерные пособия, установленные для оди­ноких матерей, не могли заменить алименты, и во-вторых, дети лишались права знать своего отца, а отец не мог узаконить отношения с родными детьми. Время для подобного меро­приятия было выбрано самое неудачное: война привела к массовой миграции населения, разлучению семей и возник­новению многочисленных внебрачных связей. Права ребенка нарушались и тем, что в свидетельстве о рождении в графе «отец» ставился прочерк, что сразу указывало на внебрачное происхождение. И хотя формально права внебрачных детей и детей, рожденных в браке, признавались равными, на практи­ке это нередко приводило к дискриминации. Суды, чтобы хоть как-то защитить интересы внебрачных детей, взыскивали алименты с их отцов как с фактических воспитателей. Всем лицам, вступившим в фактические брачные отношения с 1926 по 1944 г., предписывалось зарегистрировать брак, ука­зав при этом дату вступления в фактические брачные отно­шения и общих детей. В противном случае их брак терял юридическое значение.

Была ужесточена и процедура развода: брак отныне рас­торгался лишь в случае признания судом необходимости его прекращения. Таким образом, суду предоставлялось право от­казать в иске о расторжении брака, даже если оба супруга на­стаивали на разводе. Кроме того, сама процедура расторжения брака усложнилась. Заявление о разводе с указанием мотивов подавалось в народный суд. После этого в местной газете пуб­ликовалось объявление о возбуждении дела о разводе, затем в суд вызывался супруг-ответчик. Народный суд рассматривал дело и принимал меры к примирению супругов. Если прими­рение не состоялось, дело передавалось в суд второй инстан­ции, который рассматривал его по существу и выносил моти­вированное решение о разводе или об отказе в расторжении брака. Одновременно с этим суд определял, с кем остаются проживать несовершеннолетние дети и кто из родителей несет обязанность по их содержанию. По требованию супругов суд мог произвести раздел имущества, а также возвратить им доб­рачные фамилии.

В 1968 г. началась активная работа по подготовке нового, третьего по счету семейного кодекса, а также Основ законода­тельства Союза ССР и союзных республик о браке и семье, ко­торые были введены в действие с 1 октября 1968 г.

30 июля 1969 г. был принят Кодекс о браке и семье РСФСР. Примечательной чертой этого Кодекса была не только преамбула, но и довольно пространная общая часть, где говорилось о задачах, отношениях, которые он регулирует, о равноправии женщины и мужчины в семейных отношениях, защите семьи государством и проч. Здесь нашли отражение существовавшие веками правила нравственного порядка, влияющие на семейные отношения. Содержательная часть Кодекса начиналась традици­онно с изложения норм, посвященных браку, порядку и услови­ям его заключения в органах ЗАГСа. Но отныне более четко был определен порядок регистрации: брак заключался, как пра­вило, по истечении месяца после подачи заявления и с согласия молодоженов, в торжественной обстановке. Каждое из этих пра­вил имело свое назначение: временные ограничения создавали своеобразный правовой барьер на пути заведомо непрочных брачных союзов, а торжественность бракосочетания заменяла пышность церковного обряда.

Имущественные отношения супругов регулировались импе­ративными нормами, закреплявшими режим общей совместной собственности. Заключение брачного договора, направленного на изменение этого режима, не допускалось. Любой договор по­добного рода считался несоответствующим императивным тре­бованиям закона.

Отцовство в отношении детей, рожденных вне зарегистри­рованного брака, устанавливалось двумя способами: добро­вольно и в судебном порядке. Для добровольного признания отцовства достаточно было письменного заявления отца и ма­тери ребенка. В судебном порядке основанием для этого явля­лись: совместное проживание ответчика с матерью ребенка и ведение ими общего хозяйства до его рождения; совместное воспитание либо содержание ими ребенка. Основаниями для установления отцовства могли служить и такие доказательства, как личные письма или официальные документы, подписанные ответчиком (ст. 48 КоБС).

Алиментные отношения между членами семьи также регули­ровались императивными нормами права. Размер алиментов, взыскиваемых на несовершеннолетних детей, устанавливался законом. Суд имел право уменьшить его при наличии соответст­вующих обстоятельств (ч.1 ст.68 КоБС). Указом Верховного Со­вета РСФСР от 19 ноября 1986 г.[3] эта норма была дополнена положением о том, что суд вправе уменьшить размер алиментов не только при наличии перечисленных в ней обстоятельств, но и по любым иным причинам, которые сочтет уважительными. Размер алиментов на совершеннолетних детей, родителей, суп­ругов и других членов семьи устанавливался судом исходя из материального и семейного положения плательщика и получате­ля алиментов. Право на алименты эти лица имели только в слу­чае нужды и нетрудоспособности.

Соглашение между плательщиком и получателем алиментов формально признавалось действительным, но не имело право­вой силы. Независимо от его добросовестного исполнения по­лучатель вправе был в любое время обратиться в суд с требова­нием взыскать алименты в судебном порядке, как будто соглашения не существовало. Суд при этом руководствовался импе­ративными нормами закона, а не заключенным соглашением.

В 1985 г. был внесен ряд изменений в законодательство о браке и семье[4] . В частности, предусматривалась возможность рассмотрения бесспорных дел о взыскании алиментов на несо­вершеннолетних детей единолично судьей в административном порядке без возбуждения гражданского дела. В этом случае су­дья принимал заявление о взыскании алиментов и извещал об этом плательщика. При согласии последнего, или неполучении от него возражений, в установленный срок выносилось поста­новление об уплате алиментов. При возражении плательщика дело рассматривалось в исковом порядке.

Указом от 19 ноября 1986 г. устанавливался и минималь­ный размер алиментов, подлежавших взысканию на несовер­шеннолетних детей, – 20 руб. в целях обеспечения им необ­ходимых средств к существованию. Однако поставленной це­ли достичь не удалось. Во-первых, не было принято во внимание, что таким образом можно было распределить все 100% дохода родителя на алименты (например, при заработной пла­те 80 руб. и наличии четверых детей). В связи с этим оказа­лось необходимым предоставить суду право уменьшать даже минимальный размер алиментов (ч. 3 ст. 68 КоБС). Во-вторых, после вступления. России в полосу инфляции минимальный размер алиментов так и не был проиндексирован до самой его отмены в декабре 1994 года.

В 1990 г. в Основы законодательства о браке и семье был внесен ряд существенных изменений. В частности, преду­сматривалась возможность исключения из состава общего имущества супругов имущества, нажитого ими после фактиче­ского прекращения брачных отношений. Лицо, не будучи от­цом ребенка, но добровольно признавшее отцовство, лиша­лось в дальнейшем права оспаривать отцовство на этом осно­вании. Расширились права несовершеннолетних детей: они получили возможность непосредственно обращаться за защи­той в органы опеки и попечительства при злоупотреблении родителей своими правами.

В связи с кардинальными изменениями, происшедшими в экономической и социальной жизни страны, возникла на­сущная потребность срочно изменить ряд институтов семей­ного законодательства. 18 ноября 1994 г. был принят Феде­ральный закон «О внесении изменений и дополнений в Кодекс о браке и семье РСФСР». Появление данного акта яви­лось первым этапом реформы алиментного законодательства. Наиболее существенным изменениям подверглись обязатель­ства родителей по содержанию несовершеннолетних детей. Отдельные дополнения были внесены и в регулирование других видов алиментных обязательств.

Необходимость срочного реформирования действовавшего законодательства об уплате алиментов, диктовалась прежде всего, тем, что оно не давало возможности защитить интересы получа­телей алиментов, в особенности несовершеннолетних детей, в условиях перехода к рыночной экономике.

Законодательство о взыскании алиментов стало более гиб­ким. Статья 68 была дополнена нормой (ч. 3), позволяющей су­дам уменьшать или увеличивать размер алиментов, взыскивае­мых на несовершеннолетних детей, с учетом материального или семейного положения сторон и других заслуживающих внима­ния обстоятельств. Эта мера дала возможность суду уменьшать размер алиментов, уплачиваемых наиболее состоятельному родителю, и одновременно увеличивать их размеры в пользу детей малообеспеченного родителя. При этом не возникало необходи­мости сохранения минимального размера алиментов – он отме­нялся этим же законом. Суд был вправе увеличить размер долей заработка (дохода) плательщика, если без такого увеличения ре­бенок не был обеспечен средствами к существованию. При этом суд получил возможность в каждом конкретном случае учиты­вать все обстоятельства дела: материальное и семейное положе­ние ребенка и родителя, уплачивающего алименты, состояние здоровья плательщика, невозможность найти работу и т. д.

Законом от 18 ноября 1994 г. впервые предусматривалась возможность при неуплате алиментов обратить взыскание на имущество плательщика: сначала на заработок (доход), при его недостаточности – на денежные средства, находящиеся на счетах в банках и иных кредитных учреждениях, либо вло­женные в предприятия, учреждения или организации; при нехватке этих средств для уплаты присужденных алиментов – на любое имущество плательщика, на которое в соответствии с гражданским процессуальным законодательством может быть обращено взыскание (это правило сохранено и в новом Семейном кодексе РФ).

Расширялась также возможность суда принимать решение о взыскании алиментов в твердой денежной сумме. Размер ее ус­танавливался не на базе долей к заработку плательщика (как ранее), а исходя из материального и семейного положения пла­тельщика и получателя алиментов и других заслуживающих внимания обстоятельств. Вводилась также специальная норма, предусматривающая индексацию алиментных платежей, которая производилась пропорционально увеличению минимального размера оплаты труда в России.

Таковы в основных чертах изменения, вызвавшие к жизни появление в 1996 г. нового Семейного кодекса РФ. В нем нашли отражение как сложившиеся веками традиции и опыт государст­венного регулирования семейных отношений, так и те реалии, без которых нельзя было использовать действующий Кодекс как инструмент помощи нуждающимся гражданам.

Материально-правовые нормы семейного права различных государств очень разнообразны, что порождает на практике воз­никновение коллизий при решении вопросов брачно-семейных правоотношений.

В странах с континентальной системой права (Германия, Швейцария, Франция) источниками правового регулирования семейных отношений являются специальные разделы граждан­ских кодексов. В странах обычного права семейные отношения регулируются отдельными нормативными актами. Так, в Англии основным источником правового регулирования является закон «О браке» (1949 г.), который консолидировал около 40 нормативных актов, действовавших к моменту его издания. Отдель­ными законами регулируются вопросы взыскания алиментов, судебного отыскания отцовства, установления опеки. В США семейное право представляет собой чрезвычайно пеструю картину, поскольку регулирование семейных отношений отнесено к компетенции штатов.[5]

В последнее время семейное право зарубежных стран харак­теризуется стабильностью и консервативностью регулирования. В законодательство порой вносились отдельные незначительные изменения, но жесткие принципы, такие, как главенство мужа, отрицательное отношение к разводу, дискриминация внебрач­ных детей, установленные еще в XIX или начале XX в., остава­лись незыблемыми. После второй мировой войны в обществе произошли существенные изменения: стало иным экономиче­ское и социальное положение женщин, возросло количество фактически распавшихся браков, увеличилось число внебрачных детей и разводов. Эти факторы обусловили необходимость про­ведения реформ, и начиная со второй половины 60-х гг. новые законы были приняты в Англии (1969 г.), во Франции (1970 г.), США (1970 г.), ФРГ (1976 г.). 20 ноября 1989 г. была принята Конвенция о правах ребенка.

Проведенные реформы в той или иной степени затронули практически все институты семейного права: получил развитие принцип равенства супругов, были внесены существенные из­менения в регулирование их имущественных отношений, либе­рализованы условия получения развода, значительно улучшено положение внебрачных детей.

Тем не менее, до настоящего времени существует двойствен­ность в правовом регулировании имущественных отношений супругов. Для семейного права ряда государств характерно гла­венство мужа, сохраняется неравноправное положение мужа и жены в семье. Гражданские кодексы некоторых стран ввели так называемый брачный договор, который заключается до брака и закрепляет, прежде всего, права мужа на имущество жены.

Законодательству и практике ряда зарубежных стран извест­ны определенные ограничения: не допускаются браки между людьми разной расы или вероисповедания. При вступлении в брак граждан разных государств различия в семейном законода­тельстве приобретают особое значение. Так, брак, заключенный в одном государстве в соответствии с его законом, может быть не признан в другой стране, что порождает так называемые «хромающие браки». Имущественные отношения супругов опре­деляются в ряде государств личным законом мужа.

В нормативных актах не дается определения брака, и во­прос о его правовой природе до настоящего времени ни в за­конодательстве, ни в правовой доктрине окончательно не ре­шен. Вместе с тем можно признать вполне правомерным, что брак – это юридически оформленный добровольный союз мужчи­ны и женщины, направленный на создание семьи и порождающий для них взаимные личные и имущественные права и обязанности. Юридическое оформление брака состоит в его регистрации в органах ЗАГСа или иных, предусмотренных национальным законом.

Доктрина в основном формулирует три точки зрения на брак: как на договор, статус, партнерство.

До последнего времени наиболее распространенной концеп­цией является договорная, содержащая ряд требований, предъ­являемых законом к порядку заключения брака и условиям, возникающим в результате его расторжения. В основе концеп­ции брака-договора лежит возможность установления договор­ного режима имущества супругов. Противники концепции счи­тают, что брак не может быть договором, поскольку у супругов возникают только предусмотренные законом права и обязанно­сти и стороны по своей воле не могут их изменить.

Несомненным преимуществом брака-договора является то обстоятельство, что супруги могут установить заранее оговорен­ный режим имущества. С правовой точки зрения, подобный вид брака однозначно определяет статус, приобретаемый субъектами брачных отношений в результате совершения предписанных за­коном действий.

Заключение брака может быть совершено в гражданской, ли­бо в религиозной форме. Все страны можно подразделить на три группы, в которых:

1) Правовые последствия порождает только гражданский брак (ФРГ, Франция, Швейцария, Япония, Россия и др.).

2) Брак может быть заключен на альтернативной основе – в гражданской либо религиозной форме (Англия, ряд штатов США, Дания, Испания, Италия, Канада и др.).

3) Существует только религиозная форма брака (Израиль, Ирак, Иран, некоторые штаты США, отдельные провинции Канады).

Церемония бракосочетания всегда осуществляется в при­сутствии установленного в законе числа совершеннолетних свидетелей (от двух до шести). В СНГ обязательное присутст­вие при регистрации брака свидетелей предусмотрено лишь в Грузии и Литве.

Во всех зарубежных странах бракосочетанию предшествует публичное оглашение (в церкви либо путем вывешивания со­общения на доме муниципалитета) о предстоящем заключении брака. В период с момента оглашения до заключения брака в орган, где предстоит церемония регистрации, могут быть заяв­лены возражения против его совершения, которые в случае не­признания женихом и невестой подлежат рассмотрению в суде. В Англии и США, кроме того, бракосочетание может совер­шаться без процедуры оглашения, а лишь при получении раз­решения, выдаваемого церковными или гражданскими властя­ми, осуществляющими регистрацию. Для получения лицензии на брак, стороны обязаны сделать клятвенное заявление свя­щеннослужителю или дать присягу гражданскому чиновнику об отсутствии предусмотренных законом препятствий к браку. Как оглашение, так и лицензия действительны в течение уста­новленного срока (от месяца до года), истечение которого тре­бует повторения процедуры.

Бракосочетание совершается при обязательном присутствии сторон. Если по какой-либо причине один из брачующихся не может присутствовать на церемонии (отдаленность проживания друг от друга, болезнь, прохождение военной службы и т. п.), другой обязан представить заявление, подписанное обоими лицами. При этом подпись отсутствующего лица на совместном заявлении должна быть заверена компетентным органом или должностным лицом исполнительного органа по месту жительства (нахождения) этого лица.

Для некоторых случаев вводится запрет на регистрацию брачных отношений. В частности запрещается:

– заключение второго брака до расторжения первого; анало­гичные предписания существуют в законах многих стран, за их нарушение возможна уголовная ответственность;

– заключение брака между родственниками по прямой вос­ходящей и нисходящей линиям, между полнородными и неполнородными братьями и сестрами. Боковое родство в зависимости от его степени может служить препятствием к браку лишь в некоторых странах (Франция, США, Швейцарии). В ФРГ запрещены браки между боковыми родственниками, находящимися в третьей степени родст­ва (между дядей и племянницей, теткой и племянником). В Англии и ряде штатов США не допускаются браки даже при более отдаленной, четвертой степени родства (между двоюродными братьями и сестрами);

– заключение брака между усыновителями и усыновленны­ми (Швейцария, Франция), усыновителем и родственни­ками усыновленного (но в некоторых случаях на такой брак можно получить специальное разрешение);

– заключение брака с лицом, страдающим заболеванием, представляющим опасность для здоровья другого супруга. В законодательстве Англии и большинства штатов Север­ной Америки имеется запрет на браки с душевнобольны­ми. В других государствах, если лицо способно, несмотря на заболевание выразить свою волю и осознать значение и характер совершаемого правового акта, заключение брака возможно;

– вступление в повторный брак женщине после развода или смерти мужа в течение установленного в законе срока (в Германии – 10 месяцев; во Франции и Швейцарии – 300 дней).

Брак, заключенный в нарушение установленных условий, при­знается либо абсолютно недействительным (ничтожным), либо относительно недействительным (оспоримым). В большинстве стран признается ничтожным брак, заключенный между кровными родственниками или свойственниками, находящимися в запре­щенной к вступлению в него степени родства, а также с лицом, состоящим в другом действительном браке. Нарушение иных усло­вий регистрации брака также имеет определенные последствия. Так, в Англии и ряде штатов США ненадлежащее оглашение имен вступающих в брак или истечение срока лицензии дает основание для признания брака недействительным, во Франции, Германии нарушение предусмотренного законом обряда – для призвания его ничтожным. Брак с лицом, не достигшим брачного возраста, ни­чтожен во Франции и в Англии и оспорим по праву большинства штатов США. Ничтожны браки с лицами, лишенными дееспособ­ности в результате слабоумия или душевной болезни. Пороки воли при заключении брака делают его неоспоримым.

Условия заключения брака (брачный возраст и т. д.) опреде­ляются для вступающих в брак по законам государства, гражда­нами которого они являются. Таким образом, допускается при­менение в отношении иностранных граждан, вступающих в брак, законов их страны. Вместе с тем в международной прак­тике известен прием, допускающий использование сразу не­скольких отсылок.

Национальные нормы формулируют и правила о призна­нии брака недействительным в соответствии с тем законодательством, которое применялось при заключении брака. Гра­ждане, временно проживающие за границей, вправе расторг­нуть свой брак в любом суде – по месту жительства или в стране гражданства.

При решении вопроса о личных неимущественных или имущественных правах и обязанностях супругов, находящихся в «смешанном браке», основным правилом является отсылка к законам государства, на территории которого супруги имеют общее место жительства, а при его отсутствии – к законам го­сударства, на территории которого они совместно проживали в последнее время. Предполагается, что отношения супругов наиболее тесно связаны с правом государства, где протекает или протекал брак. Как видим, здесь в качестве определяю­щего служит «территориальный» признак. Возможны случаи, когда лица, вступившие в брак, так и не создают семьи с со­вместным местом жительства, продолжая жить в разных стра­нах. Личные неимущественные и имущественные права и обя­занности таких супругов определяются в соответствии с зако­нодательством страны, где подан иск. Супруги, не имеющие совместного места жительства, могут заключить брачный дого­вор по законодательству любого иностранного государства. Подчинить свой брачный договор или соглашение избранному законодательству могут и супруги, не имеющие общего граж­данства, независимо от места их жительства.

Существенной особенностью в правовом регулировании имущественных отношений между супругами является в боль­шинстве стран возможность установления договорного и ле­гального режима имущества супругов. Договорный режим воз­никает в результате заключения брачного договора. Легальный режим имущества может быть трех видов:

– режима общности (Франция, Швейцария, ряд штатов США);

– режим раздельности (Англия, большинство штатов США, Германия);

– режим отложенной общности супружеского имущества (Швеция, Норвегия, Дания).

При режиме общности имущества супруги имеют совместное право собственности на имущество, нажитое в браке, на доходы от него, а также от профессиональной деятельности, сохраняя в своей собственности имущество, принадлежавшее каждому до брака или полученное в браке в дар либо по наследству.

При режиме раздельности каждому супругу принадлежит не только имущество, собственником которого он являлся до бра­ка, но и имущество, приобретенное им в браке на свои деньги. Таким образом, если женщина не работает, а занимается веде­нием домашнего хозяйства, то за время супружеской жизни она ничего не приобретает, следовательно, режим раздельности суп­ружеского имущества не защищает интересов замужней женщи­ны. В результате усилий международного женского движения в традиционный режим раздельности в Англии и США внесены важные элементы общности:

– за супругом, которому по праву собственности не принад­лежит конкретное имущество, судом может быть призна­но право на определенную долю;

– на наиболее важные виды имущества, например жилые дома и помещения, установлен режим общности.

В ряде стран в условиях признания замужней женщины не­дееспособной право управления имуществом принадлежит му­жу. Но и с признанием замужней женщины дееспособной, за супругом все еще сохраняются значительные преимущества в управлении имуществом и решении материальных вопросов брака (Аргентина, Бразилия, Испания). В этом отношении право Франции представляет собой наиболее смягченный ва­риант законодательного решения вопроса единоличного управ­ления общим имуществом супругов. Муж управляет общей ча­стью имущества, но наиболее важные сделки может совершать только с согласия жены, а жена управляет собственной, так называемой резервной частью имущества, приобретаемой ею на свою заработную плату.

Отношения супругов по поводу взаимного предоставления содержания урегулированы двояко. В большинстве стран зако­нодательством предусмотрена обязанность мужа содержать же­ну (Англия, США, Франция, Швейцария). Муж может потре­бовать от жены предоставления содержания только в случаях, установленных в законе, – болезнь, бытовая или производст­венная травма, достижение определенного возраста. В других странах, например в Германии, супруги обязаны взаимно со­держать друг друга.

Брачным договором регулируются исключительно имущест­венные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Личные же права и обязанности супругов предметом брачного договора быть не могут. Нельзя, например, установить в договоре обязанность любить друг друга или хра­нить супружескую верность. В то же время права и обязанности, предусмотренные брачным договором, могут ставиться в зависимость от наступления или не наступления определенных об­стоятельств, то есть носить условный характер.

При определении предмета брачного договора необходимо прежде всего четко установить, о каком имуществе идет речь. Чаще всего под ним подразумеваются отдельные вещи или их совокупность. В семейном праве большинства стран имущест­во, нажитое супругами во время брака, представлено обшир­ным перечнем[6] .

Помимо вопросов, связанных с изменением правового ре­жима имущества, в содержание брачного договора могут быть включены и другие положения, как-то:

– определение прав и обязанностей по взаимному содержа­нию;

– способы участия в доходах друг друга;

– порядок несения семейных обязанностей;

– определение того имущества, которое будет передано каж­дому из супругов в случае расторжения брака. В данный перечень национальные законодательства позволяют включать любые положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Объем брачного договора (количество и содержание усло­вий) определяется самими супругами. Он может состоять и из одного пункта, например, устанавливать режим долевой собст­венности на имущество, нажитое супругами в браке. Поскольку такой договор является разновидностью двусторонней сделки, он подчиняется правилам, общим для всех видов сделок: здесь должна быть выражена единая воля супругов. В то же время брачный договор должен соответствовать обязательным для сто­рон требованиям, установленным национальным законом. Он не может:

– ограничивать правоспособность или дееспособность суп­ругов, право на обращение в суд за защитой своих прав;

– регулировать личные неимущественные отношения между супругам, права и обязанности супругов в отношении детей;

– ограничивать право нетрудоспособного нуждающегося суп­руга на получение содержания;

– содержать другие условия, которые ставят одного из суп­ругов в крайне неблагоприятное положение или противо­речат основным началам семейного закона.

Брачный договор можно изменить или расторгнуть в любое время по соглашению сторон. Соглашение совершается в той же форме, что и брачный договор. Изменение или расторжение договора в одностороннем порядке не допускается.

Действие брачного договора заканчивается с момента пре­кращения брака, за исключением тех обязательств, которые предусмотрены договором на последующий период или по исте­чении установленного срока (например, супруги заключили до­говор на 10 лет).

1.2. Брачный договор и его место в системе юридических фактов семейного права и источников правового регулирования

Договор – одна из наиболее древних правовых конструкций.

Развитие различных форм общения между людьми предо­пределило необходимость использовать предложенные законода­телем или создавать самим правовые модели такого общения, которыми стали, в частности, договоры (контракты).

Тенденция к повышению роли договора, характерная для всего современного гражданского права, стала проявляться в последние годы и в современной России, где она в первую оче­редь связана с коренной перестройкой экономической системы страны. Ключевое значение для такой перестройки имело при­знание права частной собственности, сужение до необходимых пределов государственного регулирования хозяйственной сферы, установление свободы выбора контрагентов и реализация других основ нового гражданского законодательства.[7] (п. 1 ст. 1 ГК РФ).

Применение Договоров на протяжении нескольких тысяч лет объясняется тем, что они являются гибкой правовой формой, в которую могут облекаться различные по характеру обществен­ные отношения. Основное назначение договора – регулирова­ние в рамках закона поведения людей путем указания на его возможные и должные пределы, а равно на последствия нарушения соответствующих требований.

Относительно значимости закона и договора высказываются три точки зрения, сторонники «волевой теории» полагают, что договор как волевой акт контрагентов – первоисточник, а закон лишь восполняет или ограничивает их волю. Сторонники «при­оритета закона» исходят из того, что договор обладает лишь производным от закона правовым эффектом. И, наконец, приверженцы «эмпирической теории» полагают, что воля сторон сознательно направлена на достижение конкретного экономиче­ского эффекта, при этом последствия договора мыслятся как такие средства его осуществления, о которых стороны могут не иметь или часто не имеют ясного представления[8] .

Что же представляют собой гражданско-правовые договоры?

В римском праве договоры (contraktus) рассматривались:

а) как основание для возникновения правоотношения, б) как са­мо правоотношение, и, наконец, в) как форма, которую принима­ет соответствующее правоотношение. Contraktus происходит от глагола contrahere, что значит стягивать. Соответственно термин «contractus» в известной мере адекватен понятию «правоотноше­ние». И только после разделения оснований возникновения обя­зательств на договоры и деликты contractus стал рассматриваться как снабженное иском conventio (соглашение) в отличие от та­кого же соглашения, лишенного защиты (pactum)[9] .

В словаре В.И. Даля слово «договор» трактуется как «уговор, взаимное согласие». На деловом языке, отмечается там же, дого­вором называются предварительные условия или частное обяза­тельство[10] , а в советской и постсоветской юридической литерату­ре весьма последовательно развито многопонятийное представ­ление о договоре. Так, О.С. Иоффе, признавая договор согла­шением двух или нескольких лиц о возникновении, изменении или прекращении гражданских правоотношений, отмечает: «Иногда под договором понимается самое обязательство, возни­кающее из такого соглашения, а в некоторых случаях этот тер­мин обозначает документ, фиксирующий акт возникновения обязательства по воле всех его участников»[11] .

Аналогичную позицию занимает и Н.Д. Егоров. «Под дого­вором, – подчеркивает он, – понимают и юридический факт, лежащий в основе обязательства, и само договорное обязатель­ство, и документ, в котором закреплен факт установления обя­зательственного правоотношения»[12] .

Договор в его первом значении – основания для возникно­вения прав и обязанностей – является ступенью в классифика­ции юридических фактов. Соответственно он должен отвечать основополагающим признакам последних (имеется в виду спо­собность порождать права и обязанности)[13] . С указанной точки зрения договор может быть поставлен в один ряд с односторонними сделками, деликтами, административными актами, юри­дическими поступками и др.

Наряду с гражданско-правовыми существуют договоры, кото­рые используются за пределами указанной отрасли. Все они яв­ляются соглашениями, направленными на возникновение прав и обязанностей, которые составляют в совокупности правоотноше­ние, порожденное соглашением.

В Основах гражданского законодательства 1991 г. (п. 3 ст. 1) предусмотрено, что к семейным, трудовым отношениям, представ­ляющим товарно-денежные и иные построенные на равенстве уча­стников имущественные отношения, а также связанные с имуще­ственными неимущественные отношения, гражданское законода­тельство применяется в случаях, когда эти отношения не регули­руются соответствующими отраслями (семейным, трудовым пра­вом). Тем самым был закреплен принцип субсидиарного примене­ния гражданско-правовых норм к указанным отношениям.

Гражданский кодекс (п. 3 ст. 2) относит к имущественным от­ношениям, находящимся за пределами гражданского права, толь­ко отношения, основанные на административном или ином вла­стном подчинении одной стороны другой (например налоговые).

До последнего времени вопрос о соотношении семейного и гражданского права затрагивал весьма узкий круг вопросов, лежа­щих за пределами законодательства о договорах. Однако Семей­ный кодекс РФ (далее – СК РФ) ввел институт брачного догово­ра. Первое упоминание о нем содержится в ст. 256 ГК, которая признает собственность супругов общей, если договор между ними не устанавливает иной режим этого имущества. Данный договор представляет собой соглашение лиц, вступающих в брак, или со­глашение супругов), которое определяет их имущественные права и обязанности в браке и (или) в случае его расторжения (ст. 40).

Общая норма применения гражданского законодательства к семейным отношениям закрепляет принцип субсидиарности. Это законодательство регулирует указанные отношения при на­личии двух непременных условий: если семейные отношения не урегулированы семейным законодательством[14] и при этом применение гражданского законодательства не противоречит суще­ству семейных отношений (ст. 4 СК РФ). Таким образом, есть все основания для признания брачного договора разновидно­стью гражданских договоров.

Особенности правового регулирования семейных отношений напрямую связаны с предметом этого регулирования. Семья са­ма по себе таким предметом не является. Поэтому государство регулирует лишь отношения, которые складываются в семье, а также определяет условия, порядок возникновения прав и обя­занностей, предусмотренных СК РФ.

Регулирование семейных отношений включает в сферу сво­его влияния:

– условия и порядок вступления в брак, прекращение брака и признание его недействительным;

– личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными);

– личные неимущественные отношения между другими род­ственниками и иными лицами в случаях, предусмотрен­ных семейным законодательством;

– формы и порядок устройства в семью детей; оставшихся без попечения родителей.[15]

Указанный круг вопросов, подлежащих семейно-правовому регулированию, является исчерпывающим; его можно расши­рить лишь в случаях, специально предусмотренных законом. Таким образом, к предмету регулирования относятся, как уже отмечалось ранее, подвластные семейному законодательству се­мейные отношения, участники которых является носителями (субъектами) определенных прав и обязанностей. В число субъ­ектов входят супруги, родители (лица, их заменяющие), другие члены семьи. Связь между ними выражается в том, что праву одного субъекта соответствует обязанность другого, поэтому ка­ждый член семьи одновременно является носителем как прав, так и обязанностей, поскольку права одного обеспечиваются исполнением обязанностей другого.

Субъекты семейных отношений должны обладать семейной правоспособностью, то есть способностью иметь права и нести обя­занности, предусмотренные семейным законодательством (право на вступление в брак, воспитание своих детей, обязанность за­ботиться о нуждающихся в помощи членах семьи).

Существует много способов государственно-правового воз­действия на семейные отношения. Наиболее важный из них – предоставление любому участнику этих отношений права дей­ствовать определенным образом. Одновременно субъект права является и носителем соответствующих обязанностей (обяза­тельных с точки зрения государства действий, и поступков). В результате возникает своеобразный баланс; когда благодаря выполнению обязанности реализуется право. Так, родители, выполняя свои обязанности по воспитанию детей, обеспечи­вают их право на воспитание. И наоборот, неисполнение обя­занности влечет за собой нарушение соответствующего права. Таков самый типичный способ правового регулирования се­мейных отношений. Очень важно, что современное семейное законодательство в отличие от прежнего делает приоритетными именно права, и это в полной мере соответствует ст. 17 Кон­ституции РФ, где говорится о признании и гарантиях прав и свобод человека и гражданина.

К числу наиболее действенных и распространенных спосо­бов регулирования семейных отношений относятся также со­держащиеся в семейном законодательстве запреты и дозволе­ния. Именно запреты играли главную роль в регулировании отношений между полами в доклассовом обществе. Не утрати­ли они своего значения и в период возникновения государства. Конечно, по мере развития общества запреты как метод правового регулирования видоизменялись, усложнялись. Однако они по прежнему сохраняют свое влияние и в наше время, по­скольку напрямую связаны с мотивацией правомерности пове­дения личности. Причем если реализация прав и обязанностей (категорий более сложных) во многом зависит от уровня пра­восознания, то с запретами и дозволениями дело обстоит про­ще: они воспринимаются легче.

Цель правового регулирования любых общественных отно­шений – не только предотвратить нежелательные действия, но и побудить к совершению общественно полезных поступков. Поэтому в семье главенствующая роль принадлежит дозволе­ниям. Не случайно они лидируют в количественном отноше­нии среди всех других семейно-правовых предписаний. Дозво­ление как таковое обычно связывают с активными действиями. Семейно-правовые дозволения в этом смысле не составляют исключения. Например, если родители не состоят в браке ме­жду собой, запись об отце ребенка производится по совмест­ному заявлению отца и матери или по заявлению отца ребенка (п. 2 ст. 52 СК). Вступающие в брак или состоящие в нем лица могут заключить брачный договор (ст. 40 СК). Алименты взы­скиваются на основе и в соответствии с соглашением об уплате алиментов (ст. 99 СК).

Регулируют семейные отношения и нормы, содержащие не только запреты и дозволения, но и предписания, обязываю­щие к совершению определенных действий. В частности, должностные лица организаций и иные граждане, которым станет известно об угрозе жизни или здоровью ребенка на­рушении его прав и законных интересов, обязаны сообщить об этом в орган опеки или попечительства по месту фактиче­ского нахождения ребенка (п. 3 ст.56 СК). По получении та­ких сведений этот орган обязан принять необходимые меры по защите прав и законных интересов ребенка. В п. 5 ст. 70 СК РФ установлено, что суд в течение трех дней со дня всту­пления в законную силу решения о лишении родительских прав должен направить выписку из этого решения в орган записи актов гражданского состояния по месту государствен­ной регистрации рождения ребенка.

Особое место среди рассматриваемых способов правового регулирования семейных отношений занимают нормы, содер­жащие разъяснения понятия имущества, нажитого супругами во время брака, то есть общего имущества супругов (п. ст. 34 СК); перечень лиц, обладающих правом на предъявление иска о ли­шении родительских прав (п. 1 ст. 70 СК); условия предъявле­ния иска о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей в твердой денежной сумме (п. 1 ст. 83 СК) и др.

К вопросу о способах правового регулирования семейных от­ношений непосредственно относятся и такие положения, как: «все, что не запрещено законом, дозволено» и «дозволено не только то, что прямо разрешено законом». Оба тезиса имеют право на суще­ствование, поскольку семейное законодательство не может (и не должно) охватывать все нюансы семейных отношений.

Благодаря множеству способов правового воздействия на лиц, намеревающихся создать семью, и на членов семьи легче обеспечить защиту их прав и интересов.

В юридическом смысле источниками права признаются формы выражения правовых норм. Отсюда следует, что источ­ники семейного права – это формы внешнего выражения (за­крепления) семейно-правовых норм. К ним относятся норма­тивно-правовые акты, которые в совокупности образуют семей­ное законодательство.

В настоящее время СК РФ действует в редакции Федераль­ного закона от 27 июня 1998 г. «О внесении изменений и до­полнений в Семейный кодекс Российской Федерации».

Как известно, в послереволюционной России было три брачно-семейных кодекса (1918, 1926 и 1969 гг.). Ныне дейст­вующий Семейный кодекс РФ включает 170 статей и состоит из восьми разделов. В кодексе впервые появились институты дого­ворного режима имущества супругов (брачного договора), прав несовершеннолетних детей, соглашений об уплате алиментов, приемной семьи. Вместе с тем в нем сохранились положения ранее действовавшего семейного законодательства, правиль­ность и эффективность которых подтверждены практикой.

Действие Семейного кодекса во времени определяется ст. 168-169 СК. По общему правилу (п. 1 ст. 169 СК) нормы кодекса должны применяться к семейным отношениям, возникшим по­сле введения его в действие (с 1 марта 1996 г.), и не имеют об­ратной силы. Однако если семейное правоотношение, носящее длящийся характер (правоотношения между супругами, родите­лями и детьми и др.), возникло до 1 марта 1996 г. и продолжает существовать после этой даты, нормы кодекса применяются лишь к тем правам и обязанностям, которые возникли после введения его в действие.

Кодексом (п. 6 ст. 169) предусмотрено, что положения о со­вместной собственности супругов и о собственности каждого из них (ст. 34-37 СК) применяются и к имуществу, нажитому супругами (одним из них) до 1 марта 1996 г., то есть имеют обрат­ную силу. Таким образом, состав личного и общего совместного имущества супругов, нажитого до введения кодекса в действие, будет определяться нормами Семейного кодекса.

Нормы кодекса, регулирующие брачные договоры и согла­шения об уплате алиментов, обратной силы не имеют. В пункте 5 ст. 169 СК специально оговорено, что установленные в гл. 8 и 16 условия и порядок заключения брачных договоров и согла­шений об уплате алиментов (ст. 40-44 и 99-105 СК) приме­няются к указанным брачным актам, заключенным после 1 марта 1996 г. Это связано с тем, что возможность заключения брачного договора и соглашения об уплате алиментов на содер­жание детей предусматривалась и ранее действовавшим законо­дательством[16] . По этой причине в новом кодексе (п. 5 ст. 169 СК) уточнено, что заключенные до 1 марта 1996 г. такие брачные договоры и соглашения действуют только в части, не противоречащей положениям ст. 40-44 и 99-105 СК.

В Семейном кодексе решен также вопрос о применении других актов семейного законодательства, ранее применявшихся на территории Российской Федерации. Так, согласно п. 2 ст. 168 СК 1 марта 1996 г. признан утратившим силу КоБС РСФСР (1969 г.), за исключением раздела V «Акты гражданского со­стояния» (ст. 148 – 159). Данный раздел КоБС действовал в части, не противоречащей Семейному кодексу, вплоть до вступления в силу Федерального закона от 15 ноября 1997 г. №143-ФЗ «Об актах гражданского состояния», ибо для реа­лизации прав и обязанностей членов семьи существенное значение имеет именно государственная регистрация актов гражданского состояния (рождение, заключение и расторже­ние брака, усыновление (удочерение), установление отцовст­ва, перемена имени), осуществляемая органами ЗАГСа, и вы­дача на этом основании надлежащих документов. Поскольку Федеральный закон «Об актах гражданского состояния» всту­пил в силу с 20 ноября 1997 г. (с момента его официального опубликования)[17] , КоБС (1969г.) окончательно утратил силу уже в полном объеме именно с этого времени.

Помимо СК РФ в отдельных случаях для регулирования се­мейных отношений применяются нормы Гражданского кодекса РФ (ст. 17 и 21 – определение понятий семейной правоспособно­сти и дееспособности; ст. 198-200 и 202-205 – применение исковой давности к семейным отношениям; ст. 450, 451, 453 – изменение и расторжение брачного договора; ст. 169, 176-179 – признание брачного договора недействительным; ст. 31-40 – установление опеки и попечительства над несовершеннолетними детьми и др.).

Правила применения гражданского законодательства к се­мейным отношениям определены в ст. 4 СК РФ, согласно кото­рой гражданское законодательство применяется, если: семейные отношения не урегулированы семейным законодательством или соглашением сторон; если применение норм гражданского за­конодательства не противоречит существу семейных отношений.

Среди федеральных законов, регулирующих отношения в области семейного права, важное место занимает Федеральный закон от 21 декабря 1996 г. №159-ФЗ «О дополнительных га­рантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (с изменениями, внесенными Феде­ральным законом от 8 февраля 1998 г. №17 ФЗ). В нем опреде­лены принципы, содержание и меры такой защиты. Кроме того, закон регулирует отношения, возникающие в связи с предос­тавлением и обеспечением органами государственной власти дополнительных гарантий по социальной защите прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из их числа в возрасте до 23 лет.

К источникам семейного права относятся и иные норматив­ные правовые акты, регулирующие семейные отношения, в пер­вую очередь указы Президента РФ, которые (п. 2 ст. 90 Кон­ституций РФ) обязательны для исполнения на всей территории страны. Как правило, эти указы носят нормативный характер, то есть содержат общие правила, рассчитанные на многократное применение. В основном ими утверждаются мероприятия об­щегосударственного уровня, имеющие комплексный характер (например, федеральные целевые программы по различным во­просам защиты семьи, материнства и детства), или определяют­ся концептуальные подходы к решению проблем в данной сфе­ре. Так, Указом Президента РФ от 14 мая 1996 г. №712 утвер­ждены Основные направления государственной семейной поли­тики, Указом от 14 сентября 1995 г. №942 – Основные направ­ления государственной социальной политики по улучшению по­ложения детей в России до 2000 г. (Национальный план дейст­вий в интересах детей).

В соответствии со ст. 15 Конституции РФ составной частью правовой системы Российской Федерации являются общепри­знанные принципы и нормы международного права и международ­ные договоры России. Принципы и нормы международного права содержатся в Уставе ООН, во Всеобщей декларации прав чело­века (1948 г.), в Декларации прав ребенка (1959 г.), в Конвен­ции ООН «О правах ребенка» (1989 г.), в Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (1993 г.), в Международном пакте об эконо­мических, социальных и культурных правах и Международном пакте о гражданских и политических правах (1996 г.).

В судебной практике применяются двусторонние междуна­родные договоры о правовой помощи по гражданским, семей­ным и уголовным делам. Российская Федерация является участ­ницей двусторонних международных договоров с Албанией, Ал­жиром, Азербайджаном, Болгарией, Венгрией, Вьетнамом, Гру­зией, Ираком, Йеменом, Италией, Китаем, Кубой, Кипром, Кореей, Кыргызстаном, Латвией, Литвой, Монголией, Молдовой, Польшей, Румынией, Тунисом, Финляндией, Чехословакией, Швейцарией, Эстонией, Югославией.

При применении международно-правовой нормы действу­ет следующее правило: в случае противоречия норм нацио­нального и международного права приоритет отдается международно-правовой норме.

Вопрос о соотношении гражданского и семейного права никогда не был сугубо теоретическим. От признания (или не­признания) семейного права в качестве отдельной отрасли зависела и возможность применения к семейным отношениям гражданско-правовых норм. В разных нормативных актах эта проблема решалась по-разному. В ст. 2 ГК СССР (1964 г.) указывалось, что семейные отношения регулируются только семейным законодательством, а гражданское законодательство могло применяться к семейным отношениям лишь в случаях, прямо указанных в законе. Например, ст. 11 КоБС содержала отсылку к нормам Гражданского кодекса, регулирующим ис­ковую давность. Пробелы в семейном законодательстве при таком подходе должны были восполняться только с помощью аналогии семейного закона или права. Однако прибегать к субсидиарному применению норм гражданского права прихо­дилось и постольку, поскольку семейное право не располагает рядом основополагающих понятий, которые приходится заим­ствовать из права гражданского.

В новом ГК РФ (1994 г.) семейные отношения вообще не упоминаются. М.И. Брагинский считает, что для применения гражданско-правовых норм к семейным отношениям необходи­мо либо включить в ГК соответствующие нормы, как это сдела­но, например, со ст. 256, регулирующей отношения общей со­вместной собственности супругов, либо в СК должна содер­жаться прямая отсылка к нормам гражданского законодательст­ва. Представляется, что такой подход к соотношению семейного и гражданского законодательства не оправдан. Во-первых, в ст. 2 СК сказано, что гражданское законодательство применяется ко всем семейным отношениям, не урегулированным семейным законодательством, если это не противоречит их существу. Та­ким образом, даже если рассматривать семейное и гражданское право как различные отрасли, создается возможность для неог­раниченного субсидиарного применения гражданского законо­дательства к семейным отношениям. Во-вторых, гражданское законодательство регулирует «другие имущественные и связанные с ними личностные неимущест­венные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников».[18]

Авторы Гражданского кодекса РФ сделали большой шаг впе­ред, использовав в качестве критерия характер самих регулируе­мых отношений вместо ссылки на прямое указание закона, как это было в ГК 1964 г. Для того чтобы ответить на вопрос, регу­лируются ли семейные отношения Гражданским кодексом, нуж­но решить, обладают ли они признаками гражданско-правовых отношений: равенством и имущественной самостоятельностью участников и автономией воли. Как уже отмечалось ранее, се­мейные отношения обладают всеми указанными признаками. Сам собой напрашивается вывод о том, что гражданское зако­нодательство должно применяться к семейным отношениям не как к отношениям, регулируемым другой отраслью права в по­рядке субсидиарного применения, а как к собственно граждан­ским отношениям.

Новый Семейный кодекс также содержит прямые отсылки к целым институтам гражданского законодательства: исковой давности, договорному праву, опеке и попечительству. А это значит, что семейное законодательство регулирует лишь спе­цифические черты семейных правоотношений. В той же час­ти, где специфика отсутствует, эти правоотношения регули­руются гражданским правом. Так, если брачный договор регу­лируется общими нормами гражданского договорного права, то семейное законодательство содержит положения, регули­рующие его особенности.

Данный вывод подтверждает и ст. 5 СК, регулирующая вос­полнение пробелов в семейном законодательстве. В норме сказано, что если семейные отношения не урегулированы нормами семей­ного законодательства, а нормы гражданского законодательства, прямо регулирующие данные отношения, отсутствуют, то приме­няются нормы семейного и (или) гражданского права, регулирую­щие сходные отношения. В данном случае речь идет об аналогии закона. Следует особо подчеркнуть, что гражданские нормы при­меняются наравне с семейными, причем как в совокупности, так и отдельно. При выборе норм следует руководствоваться тем, какие из них регулируют отношения, наиболее близкие по своему харак­теру с теми, которые требуют урегулирования.


2. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

БРАЧНОГО ДОГОВОРА (КОНТРАКТА)

2.1. Понятие и элементы брачного договора.

По ранее действовавшему брачно-семейному законо­дательству имущественные отношения супругов регу­лировались только законом. Какие-либо иные со­глашения по управлению и распоряжению совместным имуществом противоречили закону и являлись недействительны­ми. Предполагалось, что в советской семье духовное начало преобладает над материальным. Имущество супругов в Основ­ном составляли предметы потребления (одежда, мебель), по­этому «делить», как правило, было нечего. В силу этого пре­дусмотренный законом режим совместной собственности отвечал интересам большинства семей. Потребности в ином по­рядке урегулирования имущественных отношений не было. Однако с развитием отношений частной собственности си­туация изменилась. Появились семьи, владеющие значитель­ными доходами (по статистическим данным, около половины всех текущих доходов в нашей стране приходится на 20% наиболее богатых россиян), у которых возникла потребность защитить свое богатство, свой капитал.

Первоначально право супругов устанавливать иной режим имущества (отличный от законного) было закреплено в Граж­данском кодексе РФ (1994 г.). В ст. 256 ГК сказано: «Имущест­во, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества». Семейный кодекс РФ конкретизировал эту норму, предусмотрев возможность заключения брачного договора (гл. 8).

Тем самым наш законодатель воспринял нормы зарубежного законодательства о брачном договоре, предоставив супругам право устанавливать режим супружеского имущества по своему усмотрению. Нормы, регулирующие имущественные отношения супругов, отныне носят диспозитивный характер, дозволяя смотреть на брак как на договор, юридическую сделку.

Практика заключения брачного договора существует, как правило, в состоятельных семьях. В нем определяется право собственности на имущество мужа и жены, принадлежавшее им до брака и приобретенное в период его протекания; ино­гда предусматриваются имущественные санкции на случай развода. При разрешении впоследствии спора между супруга­ми суд руководствуется не предписаниями закона, а положе­ниями брачного договора.

Сразу же нужно отметить следующее: несмотря на то что в СК РФ говорится о «брачных договорах», на практике часто употребляются термины брачный контракт или «брачное согла­шение». Все они являются синонимами: в соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Термин же «контракт», заимствованный из английского «contract», переводится как договор.

Принимая во внимание, что супружеские отношения при­надлежат к сфере правового регулирования семейного законода­тельства, Семейный кодекс РФ посвятил институту договорного режима имущества супругов ряд норм.

В соответствии со ст. 40 СК РФ брачным договором признает­ся соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее их имущественные права и обязанности в браке и (или) в случае его расторжения. При этом данная статья предос­тавляет супругам возможность самостоятельно определять ука­занные имущественные права и обязанности. Действовавшее ранее семейное законодательство регулировало эти отношения императивными нормами, не допуская отступлений от закона. Если эти нормы соответствовали интересам супругов в основ­ном относительно предметов потребительского назначения, то в современных условиях, когда в составе имущества может быть недвижимость, средства производства, правовое регулирование имущественных отношений требует иных решений, что и дос­тигается заключением между ними брачного договора.

Брачный договор, представляя собой одну из разновидностей гражданско-правового договора, обладает и определенной спе­цификой. Его особенностями являются особый субъектный со­став, содержание и предмет договора. При этом брачный дого­вор должен соответствовать основным требованиям, предъяв­ляемым к гражданско-правовым сделкам, как по форме заклю­чения, так и по содержанию и свободе волеизъявления сторон.

Таким образом, брачный договор – это прежде всего согла­шение, суть которого – договоренность лиц, выражающая их общую волю. Это соглашение основано на равенстве сторон и предполагает свободу выбора партнера. Сторонами в брачном договоре являются как лица, вступающие в брак, так и супруги. Стороны могут устанавливать свои права и обязанности, то есть определять судьбу имущества, нажитого как в период брака, так и в случае его расторжения, а также только в период брака или только в случае его расторжения.

2.2. Форма, содержание и заключение брачного договора.

В соответствии с п. 1 ст. 42 СК РФ брачным договором суп­руги вправе изменить установленный законом режим общего имущества, установить режим совместной, долевой или раздель­ной собственности на все имущество, его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Договор заключается на определенный срок или бессрочно, он может поставить возникновение некоторых правоотношений в зависимость от определенных обстоятельств (например, рожде­ние детей). Субъектами брачного договора являются только ли­ца, вступающие в брак, или супруги.

Особенностью предмета брачного договора является то, что его условия относятся не только к уже существующим имущественным правам, но и к будущим предметам и правам, которые могут быть приобретены супругами в период брака (ст. 42 СК РФ).

Введение в семейное законодательство России института брачного договора не означает, что все лица при вступлении или в период брака обязаны заключать такой договор. Закон лишь предоставляет право самостоятельно определять свои имущественные взаимоотношения в браке, но не обязывает к этому. Надо полагать, что и в настоящее время большинство лиц не будут заключать брачный договор, если их имущество состоит преимущественно из предметов потребления. В этих случаях их отношения регулируются действующими нормами закона о режиме имущества супругов.

В соответствии с Семейным кодексом РФ (ч. 1 п. 1 ст. 41) брачный договор можно заключить как до регистрации брака, так и в период его протекания. В зависимости от этого опреде­ляется время вступления договора в силу, а также возникнове­ния предусмотренных в нем прав и обязанностей. Если договор заключен до брака, он вступит в силу только со дня брачной регистрации в ЗАГСе. А до тех пор никаких прав и обязанно­стей по нему у сторон не возникает. Если брак не заключен, договор аннулируется. Таким образом, брачный договор, заклю­ченный до вступления в брак, можно рассматривать как договор с отлагательным условием. Если супруги, прожив много лет без регистрации брака, решили заключить брачный договор, то для вступления его в силу им необходимо сначала зарегистрировать свой брак в органах ЗАГСа (п. 2 ст. 1 СК). Брачный договор, заключенный после регистрации брака, вступает в силу с мо­мента его нотариального удостоверения (ст. 41 СК).

Брачный договор может быть заключен в отношении как имеющегося, так и будущего имущества супругов. В последнем случае время вступления брачного договора в силу указывается в договоре. Например, супруги, заключив брачный договор 7 фев­раля 1999 г., указывают, что он вступит в силу с 7 февраля 2001 г. Супруги могут договориться также о том, что действие их брачного договора распространяется на права и обязанности, возникшие до его заключения. Например, брак зарегистрирован 7 февраля 1999 г., а брачный договор – 7 февраля 2001 г. с усло­вием, что он распространяет свое действие на имущественные правоотношения, возникшие со дня регистрации брака, то есть с 7 февраля 1999 г. Таким образом, заключение брачного договора возможно как на будущее время, так и с обратной силой.

Как и любой другой, брачный договор представляет собой юридический документ, подписанный обеими сторонами. Но обычный договор может быть подписан и представителями сто­рон на основании надлежаще оформленной доверенности. Воз­никает вопрос можно ли подписать брачный договор представи­телям сторон. Однозначного ответа ни семейное, ни граждан­ское законодательство не дают. Правда, в ГК РФ имеется норма (п. 4 ст. 182), не допускающая совершения через представителя сделки, которая по своему характеру может быть совершена только лично. Относится ли к подобным сделкам брачный контракт? Существует мнение, что брачный договор относится именно к таким сделкам, поэтому подписание его представите­лями сторон невозможно[19] .

Однако, на мой взгляд, заключение брачного контракта через представителя при наличии надлежаще оформленной доверенности, содержащей основные условия брачного кон­тракта, вполне допустимо, что вытекает из имущественного характера сделки.

Порядок заключения брачного договора в зарубежных стра­нах также требует соблюдения письменной формы и присутст­вия супругов. Во Франции он подлежит нотариальному удосто­верению, в Италии должен быть зарегистрирован в местном органе власти, а если касается недвижимого имущества – в ор­ганах, регистрирующих сделки с недвижимостью.

Во многих зарубежных странах обеспечен свободный доступ заинтересованных лиц для ознакомления с содержанием брачного договора. Это правило обеспечивает в первую очередь ин­тересы кредиторов супругов и важно главным образом для от­ношений в сфере предпринимательства.

Под вступлением брачного договора в силу следует пони­мать момент возникновения имущественных прав и обязанно­стей супругов, предусмотренных договором. Например, если в договоре указана дата вступления его в силу 20 ноября 1997 г. и установлено, что доходы, получаемые каждым супругом, ста­новятся личной собственностью каждого из них, то именно с этой даты они становятся собственниками средств, которые заработали. А до 20 ноября 1997 г. доходы супругов имеют ре­жим совместной собственности.

Права и обязанности, предусмотренные брачным договором, ограничиваются определенными сроками либо ставятся в зависи­мость от наступления (или не наступления) определенных условий (п. 2 ст. 42 СК РФ). Например, супруги могут договориться, что брачный договор вступит в силу с 1 января 1998 г. и прекратит свое действие 10 апреля 1998 г. Таким образом, необязательно ставить прекращение брачного договора в зависимость от факта расторжения брака, но следует иметь в виду, что если брак будет расторгнут до указанной даты, то и действие брачного договора прекратится в момент регистрации расторжения брака.

Возможна также ситуация, при которой супруги дату вступ­ления договора в силу (или какой-либо его части) связывают с неким событием, должным состояться в будущем. Например, супруги могут записать в брачный договор, что в случае рожде­ния ребенка квартира, являющаяся собственностью мужа, ста­новится совместной собственностью супругов, то есть их общим имуществом. Однако под событиями, связанными с возникновением или прекращением прав и обязанностей супругов по брачному договору, необходимо понимать лишь юридические факты, наступление (или не наступление) которых может и не зависеть от воли супругов.

Брачный договор заключается в письменной форме и под­лежит нотариальному удостоверению (п. 2 ст. 41 СК РФ). От­сутствие такого удостоверения влечет за собой признание договора ничтожным, то есть не порождает у супругов никаких прав и обязанностей (п. 1 ст. 165 ГК РФ). Однако это прави­ло имеет исключение: если одна из сторон брачного контракта приступила к его фактическому исполнению, а другая ук­лоняется от нотариального удостоверения, то соглашение мо­жет быть признано действительным в судебном порядке (п. 2 ст. 165 ГК РФ). В таком случае последующего нотариального удостоверения не требуется.

Возможен следующий казус: согласно условиям брачного контракта (подписанного, но не удостоверенного нотариально) стороны объявили свое добрачное имущество общим и фактиче­ски приступили к его использованию, однако одна из сторон по тем или иным причинам не является в нотариальную контору для удостоверения сделки. В такой ситуации заинтересованная сторона вправе обратиться в суд с требованием о признании брачного контракта действительным.

Брачным договором можно установить режим совместной, долевой или раздельной собственности, как на все имущество, так и на отдельные виды или на имущество каждого из супру­гов. Это означает, что супруги в отношении имущества, совме­стно нажитого в браке, устанавливают режим раздельной собст­венности либо, наоборот, в отношении имущества, являющегося собственностью каждого в отдельности (добрачное имущество, имущество, полученное во время брака в дар, по наследству и т.п.), устанавливают режим совместной собственности. Можно сочетать различные режимы: в отношении одного вида имущества (в частности недвижимого) установить режим раздельной собственности, в отношении другого (движимого) – режим совместной собственности и т.д. Например, супруги в период брака приобрели жилой дом, бытовую технику и автомобиль. В брачном договоре они могут установить, что жилой дом при­надлежит им на праве долевой собственности (доля мужа 2/3, жены – 1/3), автомобиль – на праве совместной собственно­сти, бытовая техника является собственностью жены. В приве­денном примере налицо сочетание режимов долевой, совмест­ной и раздельной собственности. Предусмотреть все варианты брачных договоров невозможно, поскольку в каждом конкрет­ном случае они будут зависеть от интересов и устремлений той или иной супружеской пары.

Режим раздельной собственности в отношении имущества, принадлежавшего каждому из супругов до вступления в брак либо полученного в браке одним из них безвозмездно, как пра­вило, устраивает обоих супругов и не нуждается в изменении. Однако в супружеской жизни могут возникнуть ситуации, при которых для защиты интересов одного из супругов целесообраз­но установить режим общности на имущество, находящееся по закону в собственности каждого из них, иначе говоря – изменить установленный режим раздельности на режим общности или ограниченной (частичной) общности.

Так, каждый из супругов до вступления в брак имел авто­мобиль. После заключения брака они по взаимному согласию продали машину жены и продолжали пользоваться автомоби­лем мужа. Деньги, вырученные от продажи, тратились на нуж­ды семьи. Впоследствии брак был расторгнут, и при разделе имущества автомобиль, которым пользовались оба супруга, отнесен к собственности мужа как имущество, принадлежащее ему до брака. В результате интересы жены остались незащи­щенными. Чтобы избежать подобной ситуации, целесообразно воспользоваться возможностями брачного договора, преду­смотрев в нем право совместной собственности супругов на добрачное имущество каждого из них как на период брака, так и в случае его расторжения.

Супруги могут также предусмотреть в брачном договоре, что деньги, полученные от продажи имущества, принадлежавшего каждому из них, являются совместной собственностью или, на­оборот, деньги, полученные в дар или по наследству одним из них, являются его собственностью, а имущество, приобретенное на эти деньги, – собственностью обоих супругов. Варианты ре­гулирования имущественных отношений в брачном договоре, как мы уже сказали, могут быть самыми разными.

Иногда супруги объединяют имущество, принадлежащее каждому из них, для достижения какой-либо общей цели. Например, одному из супругов до вступления в брак принад­лежал трактор, другому – жилой дом. Вступив в брак, суп­руги заключили брачный договор, указав в нем, что трактор и жилой дом становятся их совместной собственностью. Таким образом, брачным договором можно изменить установленный законом режим раздельной собственности на режим совмест­ной собственности.

Согласно брачному договору имущество может находиться в долевой собственности супругов, которая предполагает точное определение долей в праве на имущество, а не в самом имуще­стве. Режим долевой собственности может действовать как в пе­риод брака, так и в случае его расторжения. Так, супруги могут записать в брачном договоре, что жилой дом, приобретенный ими в период брака, принадлежит им на праве долевой собст­венности (доля мужа – 2/3, жены – 1/3) либо является их со­вместной собственностью, а в случае расторжения брака по причине недостойного поведения жены становится долевой соб­ственностью (доля мужа при этом составляет 2/3, жены – 1/3).

Режим раздельной собственности может устанавливаться на все имущество супругов. Это означает, что любое имущество, ко­торое принадлежало ранее, принадлежит в настоящее время или будет принадлежать в будущем одному из супругов (как приобретенное, так и унаследованное), где бы оно не находилось и в чем бы не состояло, является его личной собственностью даже на пе­риод брака (полная раздельность имущества). Раздельная собст­венность устанавливается и в отношении определенного имуще­ства. Например, в брачном договоре можно указать, что торгово-промышленные предприятия и иное недвижимое имущество при­знаются принадлежащими тому из супругов, на чье имя они были приобретены и зарегистрированы[20] .

Данный режим обеспечивает полную независимость каждого из супругов, защищает от притязаний кредиторов или родствен­ников другого супруга, дает возможность самостоятельно распо­ряжаться своим имуществом, не создает проблем при разделе имущества в случае развода. В то же время режим раздельности имеет и свои недостатки. Он предполагает учет имущества, при­обретенного каждым из супругов. Однако невозможно требовать от супругов, чтобы они по поводу каждой новой вещи заключа­ли соглашение. По словам одного английского судьи, «образ мирной супружеской пары, коротающей долгие зимние вечера за составлением соглашений, воспринимается как насмешка». Не исключено, что практика заключения брачных договоров выработает иные возможности фиксации имущества, приобре­тенного каждым из супругов.

Брачный договор предоставляет настоящим и будущим супругам большие возможности по урегулированию своих имущественных отношений. Однако свобода брачного догово­ра не безгранична.

В соответствии с п. 3 ст. 42 СК РФ он имеет ряд ограничений.

Рассмотрим основные из них.

1. Брачный договор не может ограничивать правоспособ­ность и дееспособность супругов (будущих супругов), то есть со­держать положения, которые ущемляют право одной из сто­рон на труд, выбор профессии, получение образования, сво­боду передвижений и т.п. Например, муж не вправе обязать жену оставить работу и заниматься ведением домашнего хозяйства за то, что он предоставляет ей содержание. Каждый из супругов свободен в выборе рода занятий, профессии, мест пребывания и жительства (ст. 31).

Брачным договором не может ограничиваться свобода за­вещания: нельзя обязать одного из супругов завещать принад­лежащее ему имущество лицу (нескольким лицам), которое укажет другой супруг. В этом случае нарушается право гражда­нина завещать принадлежащее ему имущество по своему усмотрению (ст. 534 ГК РФ). Правоспособность и дееспо­собность гражданина может быть ограничена только на осно­вании закона (в частности, лишение свободы за совершение уголовного преступления).

Не ограничивается брачным договором и право супругов на обращение в суд за защитой своих прав. Так, один супруг не вправе обязать другого не обращаться в суд с требованием о разделе общего имущества или с заявлением о взыскании али­ментов на том основании, что по договору в его собственность передана квартира первого супруга. Отказ от права на судебную защиту недействителен.

2. Брачный договор заключается только по поводу имуществен­ных отношений супругов. Личные неимущественные отношения не являются предметом брачного договора: нельзя обязать суп­ругов любить друг друга, хранить супружескую верность, не зло­употреблять алкогольными напитками, не вести праздный образ жизни и т. п. Однако имущественные правоотношения супругов могут быть поставлены в зависимость от наступления (или не наступления) условий неимущественного характера. Так, в брачном договоре можно предусмотреть право одного из супру­гов на компенсацию морального вреда, причиненного недос­тойным поведением другого (супружеская измена, побои и т. п.), либо обязать мужа подарить жене норковое манто в связи с рождением ребенка.

3. Супруги не могут брачным договором регулировать свои пра­ва и обязанности в отношении детей, например, устанавливать, с кем в случае развода останется ребенок и каким будет порядок общения с ним и т. п. Ограничение закона справедливо, так как недопустимо приравнивать ребенка к вещи. В то же время Се­мейный кодекс РФ предусматривает возможность заключения специальных соглашений об установлении места жительства детей при раздельном проживании родителей и о порядке осуще­ствления родительских прав тем из них, который проживает от­дельно от ребенка (ст. 65 и 66 СК). При отсутствии таких со­глашений эти вопросы в случае возникновения спора решаются судом исходя из интересов ребенка с участием органов опеки и попечительства. Родители вправе также заключить отдельное соглашение об уплате алиментов на содержание несовершенно­летних детей (ст. 99-105 СК). Однако следует иметь в виду, что все названные соглашения носят самостоятельный характер и заключаются независимо от наличия брачного договора. В брачном договоре могут быть закреплены и обязанности супру­гов по несению расходов на воспитание и обучение детей.

Намного больше свободы, брачному договору, предоставляет американский законодатель. Предметом брачного договора в США являются не только имущественные, но и любые другие отношения между супругами.

4. Брачный договор не может ограничивать право нетрудоспо­собного нуждающегося супруга на получение содержания. В соот­ветствии с законом супруги обязаны материально поддерживать друг друга, и в случае отказа от такой поддержки и отсутствия между ними соглашения об уплате алиментов нетрудоспособный нуждающийся супруг имеет право потребовать предоставления алиментов от другого супруга в судебном порядке (ст. 89 СК). Отказ от этого права недействителен.

Помимо вышеназванных брачный договор не может содержать другие ограничения, противоречащие таким началам семейного законодательства, как добровольность брачного союза, равноправие супругов в семьи, забота о благосостоя­нии и развитии детей, приоритет защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи и др. Условия брачного договора, нарушающие эти принципы, признаются ничтожными.

Брачный договор не может содержать также условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение. Речь идет о разновидности так называемой кабальной сделки. Кабальной признается сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения обстоятельств на крайне невы­годных для себя условиях, чем и воспользовалась другая сторона (ст. 179 ГК). Для признания сделки кабальной все три условия должны присутствовать одновременно. Применительно к брач­ному договору можно предположить, что он ставит одного из супругов в крайне тяжелое положение, когда, например, преду­сматривает, что все нажитое во время брака имущество и (или) все полученные доходы становятся собственностью другого суп­руга. Однако признать такой договор недействительным полно­стью или частично можно только в судебном порядке по требо­ванию супруга, права которого ущемлены, и принимая во внима­ние все обстоятельства семейной жизни супругов. Таким образом, брачный договор, ставящий одного из супругов в крайне небла­гоприятное положение, является оспоримым, поскольку факт крайне неблагоприятного положения необходимо доказать в суде.

2.3. Изменение и расторжение брачного договора, признание его недействительным.

В период действия брачного договора ни один из супругов не вправе отказаться от его исполнения. Однако это не значит, что условия договора должны оставаться неизменными на про­тяжении всего периода его действия. На основании ст. 43 Се­мейного кодекса РФ брачный договор может быть изменен или расторгнут в любое время по соглашению супругов. Соответственно при изменении брачного договора имущественные права и обязанности супругов сохраняются в измененном виде, а при расторжении договора – прекращаются.

СК РФ предъявляет определенное требование к такому со­глашению. Оно должно быть совершено в той же форме, что и брачный договор. Соглашение об изменении брачного договора представляет собой документ, содержащий перечень изменений и (или) дополнений в брачный договор, подписанный обоими супругами ив обязательном порядке удостоверенный нотари­ально. Брачный договор может быть изменен или расторгнут по требованию одного из супругов решением суда по основаниям и в порядке, которые установлены Гражданским кодексом РФ для изменения и расторжения договора (п. 2 ст. 43 СК РФ). Ника­кие иные лица не вправе заявлять требования об изменении или расторжении договора.

Суд при решении таких дел руководствуется ст. 450 и 451 ГК РФ. В соответствии со ст. 450 ГК РФ изменение или рас­торжение договора возможно по соглашению обеих сторон, если иное не предусмотрено действующим законодательством или договором (п. 1). По требованию одной из сторон договор мо­жет быть изменен или расторгнут только: при существенном на­рушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмот­ренных действующим законодательством или договором. Суще­ственным признается такое нарушение договора одной из сто­рон, в результате которого другая сторона в значительной сте­пени лишается того, на что была вправе рассчитывать при за­ключении договора (п. 2). В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично (когда такой от­каз допускается законом или соглашением сторон) он считается соответственно расторгнутым или измененным (п. 3).

Основанием для изменения или расторжения договора яв­ляется существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при его заключении, если иное не преду­смотрено договором или не вытекает из его существа. Суще­ственным признается такое изменение обстоятельств, при ко­тором, если бы стороны могли это предвидеть, договор вооб­ще не был бы заключен или был заключен на иных, значи­тельно отличающихся условиях (п. 1).

Если стороны не достигли соглашения о приведении догово­ра в соответствие с существенно изменившимися обстоятельст­вами или о его расторжении, он может быть расторгнут судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одно­временно следующих условий:

– в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;

– изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотри­тельности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;

– исполнение договора без изменения его условий наруши­ло бы соотношение имущественных интересов сторон и повлекло для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора;

– из обычаев делового оборота или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заин­тересованная сторона (п. 2).

При расторжении договора вследствие существенно изме­нившихся обстоятельств суд по требованию любой из сторон определяет последствия его расторжения исходя из необходимо­сти справедливого распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с исполнением договора (п. 3). Изме­нение договора по решению суда допускается в исключительных случаях, когда расторжение брачного контракта противоречит общественным интересам либо влечет для сторон ущерб, значи­тельно превышающий затраты, необходимые для его исполне­ния на измененных судом условиях (п. 4),

При расторжении договора обязательства сторон в соответ­ствии со ст. 453 ГК РФ прекращаются с момента достижения сторонами соглашения, а при разрешении спора по суду – с момента вступления решения суда в законную силу.

В соответствии с п. 3 ст. 43 СК РФ действие брачного дого­вора прекращается с момента прекращения брака, за исклю­чением тех обязательств, которые предусмотрены брачным договором на период после прекращения брака (в частности, обязательства по разделу общего имущества, о предоставле­нии содержания супругу и др.). Таким образом, в случае прекращения брака нет необходимости расторгать брачный дого­вор, поскольку большинство его условий перестает действо­вать автоматически.

В соответствии со ст. 44 СК РФ брачный договор может быть признан судом недействительным (полностью или час­тично) по основаниям, предусмотренным Гражданским кодек­сом РФ для недействительности сделок.

Недействительный договор не влечет тех правовых послед­ствий, на которые он был направлен, как правило, с момента его совершения.

Из оснований признания брачного договора недействитель­ным, наибольшее значение имеют следующие:

– несоблюдение нотариальной формы договора (п. 1 ст. 156 ГК РФ);

– несоответствие брачного договора закону или иным нор­мативным актам (незаконное содержание договора);

– совершение договора недееспособным лицом;

– неспособность понимать значение своих действий при за­ключении брачного договора;

– заключение брачного договора под влиянием заблуждения или обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой либо стечения тя­желых обстоятельств.

Рассмотрим указанные общие основания несколько под­робнее.

Несоблюдение нотариальной формы заключения договора. В соответствии с п. 2 ст. 41 СК РФ брачный договор заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостовере­нию[21] . Несоблюдение нотариальной формы сделки влечет при­знание ее (п. 1 ст. 165 ГК РФ) ничтожной (недействительной независимо от признания ее таковой судом). Однако следует иметь в виду, что если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая уклоняется от такого удостоверения, суд вправе по требо­ванию исполнившей сделку стороны признать ее действитель­ной. В этом случае последующее нотариальное удостоверение не требуется (п. 2 ст. 165 ГК РФ).

Например, супруги Н. в брачном договоре предусмотрели, что все их добрачное имущество становится совместной собст­венностью с момента заключения сделки. С момента подписа­ния брачного контракта стороны стали его исполнять. Однако нотариальное удостоверение договора, которое они намерева­лись произвести в ближайшем будущем, не состоялось. Со временем супруги Н. перестали жить вместе (но расторгать брак не намеревались). Так как один из супругов уклонялся от нотариального удостоверения договора, суд по требованию другого супруга и на основании п. 2 ст. 165 СК РФ может признать его действительным.

Несоответствие брачного контракта требованиям закона.

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных пра­вовых актов, ничтожна, если закон не установит, что она оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения.[22]

В отношении недействительности брачного договора по это­му основанию можно привести следующий пример: брачный договор заключен между лицами, не достигшими предусмотрен­ного законом брачного совершеннолетия (то есть между ограничен­но дееспособными лицами).

Заключение брачного контракта гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.

В соот­ветствии с п. 1 ст. 171 ГК РФ сделка, совершенная граждани­ном, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, ничтожна, каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре или при отсутствии такой возможности возместить его стоимость в деньгах. Дееспо­собная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Заключение брачного контракта гражданином, неспособным понимать значение своих действий или руководить ими. В соот­ветствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее заключе­ния в состоянии, не позволявшем понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом не­действительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (п. 1 и 2 ст. 177 ГК РФ).

В качестве примера можно привести случай, когда брачный договор заключается лицом, находящимся в состоянии сильного наркотического опьянения. Основная трудность для признания сделки недействительной по данному основанию заключается в практической невозможности в дальнейшем доказать факт на­хождения лица в таком состоянии.

Совершение сделки под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение. В этом случае сделка может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ).

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения (п. 1).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, применяются нормы, предусмот­ренные п. 2 CT.J67 ГК РФ: каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке или при отсутствии такой воз­можности (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены за­коном. Кроме того, сторона-истец вправе требовать от ответчи­ка возмещения причиненного ей реального ущерба, если дока­жет, что заблуждение возникло по вине другой стороны. Если это не доказано, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить стороне-ответчику по ее требованию причиненный ей реальный ущерб, даже если заблу­ждение возникло по обстоятельствам, не зависящим от заблуж­давшейся стороны.

В отношении недействительности брачного договора по это­му основанию можно привести следующий пример: К. и М. брачным договором распространили законный режим имущест­ва на все свое добрачное имущество. В дальнейшем оказалось, что К. не обладал тем имуществом, которое было указано в до­говоре (М. была введена в заблуждение). Это дало право М. по­требовать признания брачного договора недействительным.

Заключение брачного контракта под влиянием обмана, наси­лия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной сто­роны с другой, а также, когда сторона заключает сделку на край­не невыгодных для себя условиях (кабальная сделка) вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользо­валась. Сделка, совершенная с такими нарушениями, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 1 ст. 179 ГК РФ).

Если сделка признана недействительной по одному из ос­нований, указанных выше, то другая сторона возвращает по­терпевшему все полученное ею по сделке в натуре, а при не­возможности сделать это возмещает его стоимость в деньгах. Имущество, полученное по сделке потерпевшим от другой стороны, а также причитавшееся ему в возмещение передан­ного другой стороне, обращается в доход Российской Федера­ции. При невозможности передать имущество в доход госу­дарства в натуре взыскивается стоимость в деньгах. Кроме того, потерпевшему возмещается другой стороной причинен­ный ему реальный ущерб.

Следует отметить, что за принуждение к совершению или отказу от совершения сделки тоже установлена уголовная ответ­ственность. Так, в соответствии со ст. 179 УК РФ принуждение под угрозой применения насилия, уничтожения или поврежде­ния чужого имущества, а равно распространения сведений, ко­торые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких, при отсутствии при­знаков вымогательства – наказывается ограничением свободы (до трех лет), либо арестом (от трех до шести месяцев), либо лишением свободы (до двух лет) со штрафом (в размере до пя­тидесяти минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы, иного дохода осужденного за период до од­ного месяца) или без такового (п. 1).

То же деяние, совершенное неоднократно или с применени­ем насилия, а также организованной группой, – наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.

Заключение брачного договора, условия которого ставят одного супруга в крайне неблагоприятное положение. Специальные осно­вания для признания такого брачного договора недействитель­ным установлены п. 2 ст. 44 и п. 3 ст. 42 СК РФ. К ним отно­сятся условия: а) ограничивающие правоспособность или дее­способность супругов, их право на обращение в суд за защитой своих прав; б) регулирующие личные неимущественные отно­шения между супругами, их права и обязанности в отношении детей; в) ограничивающие право нетрудоспособного нуждаю­щегося супруга на получение содержания;

г) другие условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного за­конодательства. При наличии таких нарушений брачный дого­вор является ничтожным.

Хотя ничтожность брачного контракта, включающего подоб­ные условия, не требует признания его недействительным по суду, заинтересованные лица часто обращаются в судебную ин­станцию по этому поводу. Суд должен принять такое заявление к рассмотрению и вынести решение по существу. Обратиться в суд с таким заявлением вправе не только супруг, но и другие лица (например, родители и иные родственники супруга).

Последствием такого брачного договора является возврат каждой стороной всего полученного имущества, а при наличии умысла одной из сторон в заключении сделки, противоречащей основам правопорядка и нравственности, полученное ею взы­скивается в доход государства (ст. 169 ГК РФ). Последнее не исключает привлечения виновной стороны к публичной ответ­ственности. Для подачи иска законом установлен 10-летний срок исковой давности, который отсчитывается с того дня, ко­гда началось исполнение сделки (ст. 181 ГК РФ).

2.4. Ответственность супругов по обязательствам.

Глава 9 СК РФ в целом воспроизводит ранее действовав­шие положения об ответственности супругов по обязательст­вам. По-прежнему каждый супруг отвечает по своим личным обязательствам только собственным имуществом. При недос­таточности этого имущества кредитор вправе требовать выде­ла из доли супруга-должника, которая причиталась бы ему при разделе общего имущества.

Долгом называется имущественная обязанность должника, невыполнение которой влечет за собой ответственность перед кредитором. Долги супругов могут быть личными и общими.

Личными следует считать долги, возникшие до брака или хо­тя бы и во время брака, но связанные с личным имуществом супруга и не предназначенные для удовлетворения потребностей другого супруга или семьи в целом. Прежде всего это долги, сделанные супругом для поддержания или улучшения собствен­ного имущества (например, дома, автомашины), удовлетворения только своих нужд (в частности, покупка в кредит для себя кос­тюма). Личными долгами являются и те обязанности, которые в силу закона должно нести строго определенное лицо (выплата алиментов, возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу и т.д.).

По личным долгам супруг отвечает перед кредиторами своим личным имуществом и долей в общей совместной собственно­сти. Из данного правила сделано исключение для требований о возмещении вреда, причиненного преступлением, совершенным одним из супругов. Взыскание тогда обращается не только на его личное имущество, но и на все общее имущество, если приговором суда будет установлено, что оно приобретено на средства, добытые преступным путем (ст. 368 ГПК).

Данное предписание, повторенное в п. 1 ст. 45 СК РФ, под­разумевает и те случаи, когда ранее принадлежавшее супругам общее имущество увеличено за счет этих средств и стоимость его возросла. Тогда на долю другого супруга в имуществе можно обратить взыскание лишь в части, которая представляет собой превышение над прежней его стоимостью.

Обращение взыскания на общее имущество допускается лишь при соответствующей о том оговорке в приговоре или решении суда. Конфискация всего имущества осужденного супруга распространяется как на его личную раздельную собственность, так и на полагающуюся ему часть в общем супружеском имуществе.

Поскольку по личным долгам супруга кредитор вправе обра­тить взыскание и на его долю в общем имуществе (в пределах, установленных законом), то суд обязан установить размер этой доли и определить конкретные вещи, которые будут в нее вклю­чены. В соответствии с установленной долей суд производит раздел имущества. Такой раздел супруги могут совершить и са­ми на основе взаимного соглашения о размере доли каждого. Но кредитор вправе оспорить это соглашение, если доля супру­га-должника будет уменьшена в ущерб кредитору.

Взыскание обращается на общее имущество супругов по об­щим обязательствам, а также по обязательствам одного из суп­ругов, если судом установлено, что все, полученное им, было использовано на нужды семьи (п. 2 ст. 45 СК РФ). При недоста­точности этого имущества супруги несут солидарную ответст­венность собственностью каждого из них.

Обращение взыскания на общее имущество ограничено дву­мя условиями:

– у участника общей собственности не должно быть другого имущества для удовлетворения требования кредитора;

– другой участник общей собственности – в данном слу­чае второй супруг – вправе выкупить эту долю или от­дельные объекты по цене, соразмерной рыночной стои­мости этой доли, с обращением вырученных средств в погашение долга. При отказе выкупить долю кредитор вправе требовать по суду обращения взыскания на долю должника.

Общими следует считать, прежде всего, долги, которые сдела­ны в период брака и возникли одновременно для обоих супру­гов из единого правового основания, а именно:

– из совместно совершенной сделки, в силу чего оба суп­руга приняли на себя обязательства;

– из совместного причинения вреда другим лицам;

– из неосновательного приобретения или сбережения обои­ми супругами имущества за счет другого лица.

По общим долгам супруги отвечают как своим личным, так и общим имуществом.

В теории семейного права и в судебной практике принято называть общим долгом также обязательство, возникшее из сделки, совершенной одним супругом, но в интересах обоих супругов, всей семьи (при ведении общего домашнего хозяйст­ва или управлении общим имуществом). Суды признают возможным обращение взыскания как на личное имущество или долю в общем имуществе супруга, заключившего сделку, так и на долю в общем имуществе другого супруга, то есть на все общее имущество супругов.

В этих случаях правовые основания имущественной ответст­венности супругов будут различными. Супруг, совершивший сделку, отвечает перед кредитором в соответствии с принятым на себя обязательством, а второй – в силу увеличения или сбе­режения общего имущества, а тем самым и своей доли в составе последнего. Поскольку второй супруг непосредственно сделки не заключал и в пользу его (как третьего лица) права договором не устанавливались, он является обязанным перед кредитором первого супруга вследствие неосновательного приобретения или сбережения своей доли в общем имуществе.

Так как в указанных случаях у супругов возникают обязан­ности из разных юридических оснований, то их называть об­щим долгом не совсем точно. У первого супруга обязательство возникает из сделки, а у второго – из неосновательного уве­личения или сбережения имущества. Различен и объем ответ­ственности; супруг, заключивший сделку, отвечает в пределах всей суммы долга, второй – лишь в пределах своего приобре­тения (возросшей стоимости его доли или сбереженных рас­ходов, которые ему пришлось бы в противном случае внести из своей доли). Первый супруг отвечает личным имуществом и долей в общем имуществе, второй – только долей в общем имуществе.

Нужно различать случаи, когда обязательство возникло из сделки, заключенной одним супругом, а когда – из совместного обязательства. Право супруга осуществлять единолично дейст­вия по распоряжению совместной собственностью установлено ст. 35 СК РФ. Следовательно, согласие другого супруга предпо­лагается и по обязательствам, вытекающим из них. Долги, сделанные супругом в интересах семьи или обоих супругов, счита­ются общими, если все полученное по обязательству использо­вано или предназначено для нужд семьи.

Общими долгами, безусловно, являются долги, основанные на совместных обязательствах супругов, а также долги, вытекающие из совместного причинения вреда супругами третьим лицам.

Если из совместной собственности супругов нельзя удовле­творить требования кредитора, взыскание может быть обращено на имущество каждого из них. Для таких случаев (ч. 1 п. 2 ст. 45 СК РФ) установлена солидарная ответственность супругов, что обеспечивает защиту имущественных прав кредитора. При соли­дарной ответственности супругов кредитор вправе требовать на­ложения взыскания на имущество любого из должников – как для полного, так и для частичного удовлетворения требования (ст. 323 ГК РФ). Порядок предъявления требований зависит от усмотрения кредитора и, как правило, определяется возможно­стью должников удовлетворить их быстро и в полной мере.

Законом предусмотрены гарантии прав кредиторов в случае заключения, изменения или расторжения брачного договора (ст. 46 СК). По всем перечисленным фактам супруг обязан уве­домлять своего кредитора (кредиторов), при невыполнении этой обязанности он отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора. Например, по условиям брач­ного договора имущество одного из супругов, который по договору займа должен третьему лицу, перешло в собственность другого супруга. Супруг-должник не известил об этом своего кредитора. Если в дальнейшем он не исполнит обязательства по договору займа, на его имущество по требованию кредитора может быть наложено взыскание независимо от того, что по брачному договору оно перешло в собственность другого суп­руга. В данном случае закон защищает имущественные права и интересы кредитора.

В зарубежных странах в целях защиты прав кредиторов пре­дусмотрен специальный механизм регистрации брачных догово­ров, позволяющий заинтересованным лицам ознакомиться с его содержанием или хотя бы узнать о самом факте его заключения, что имеет большое значение для успешного бизнеса. Так, во Франции брачный контракт публикуется в специальном коммерческом регистре с упоминанием предыдущего контракта[23] .

Помимо вышеназванного закон предусматривает еще один способ защиты прав и интересов кредитора. Так, если в резуль­тате заключения, изменения или расторжения брачного договора произойдут существенные изменения имущественного поло­жения супруга-должника, что будет препятствовать надлежаще­му исполнению им своих обязательств перед кредитором, последний вправе потребовать изменить или расторгнуть заключенный с ним контракт (п. 2 ст. 46 СК).

В связи с принятием этой нормы высказываются опасения, что она может использоваться во вред интересам другого суп­руга. Например, один из супругов, которому стали невыгодны условия брачного договора, но который не хочет обращаться в суд с требованием о его расторжении, вступает в сговор со своим кредитором (или с тем, кто возьмет на себя эту роль, не яв­ляясь таковым). Последний предъявит супругу - лжедолжнику требование об исполнении обязательства независимо от содержания брачного договора, что, в конечном счете, приведет к незаконному обогащению одного супруга и нарушению прав другого. Поэтому кредитор супруга-должника не должен обладать приоритетным по сравнению со вторым супругом правом на охрану своих имущественных интересов.

Заключение, изменение или расторжение брачного кон­тракта может существенно изменить обстоятельства, из кото­рых исходили кредитор и супруг-должник, заключая между собой договор. На этом основании (ст. 451 ГК РФ) кредитор вправе потребовать изменить его условия или вообще расторгнуть соглашение. При изменении условий кредитор может потребовать от супруга-должника предоставления ему до­полнительных гарантий в части исполнения обязательств. Ими могут стать поручительство третьих лиц, залог и т.д. При расторжении договора кредитор вправе потребовать досроч­ной выплаты долга. Если согласие по этому вопросу между кредитором и супругом должником не будет достигнуто, спор разрешается в судебном порядке.

2.5. Судебная и юридическая практика по применению брачно-договорных отношений.

Поскольку, как отмечалось выше, применение брачного договора при установлении режима собственности супругов, является новеллой в семейном законодательстве, то судебная и юридическая практика, касающаяся данного вопроса, довольно скудна. Если юристы и нотариусы все-таки сталкивались с составлением и регистрацией брачных договоров, то в судебном порядке споры связанные с признанием брачного договора недействительным, встречаются очень и очень редко. Мною, были осмотрены все гражданские дела, находящиеся в архиве Иловлинского районного суда. В результате было установлено, что начиная с 2000 года по настоящий момент, в Иловлинским районным судом не было рассмотрено ни одного гражданского дела касающегося брачного договора. Для того чтобы осветить судебную практику и провести исследование, мною были выбраны три гражданских дела, два из которых касаются раздела имущества и одно взыскания средств на содержания супруги. В дальнейшем я проанализирую материалы гражданских дел, решения принятые судьёй, а также возможные варианты исхода дел при условии заключенного брачного договора.

Дело №2-75/04 по иску Окиной Е.В. к Окину А.А. о разделе имущества. Определением мирового судьи, судебного участка №10 Семенниковой Т.А., дело принято к производству 28.11.2003 года. В описательно-мотивировочной части иска указано, что Окина Е.В. состояла в зарегистрированном браке с Окиным А.А. с 1976 года. От брака имеются двое детей. За годы совместной жизни Окиными было построено домовладение, на деньги, подаренные им на свадьбу, а в 2001 году на средства родителей Окиной Е.В. была приобретена автомашина ГАЗ-31029, которая была зарегистрирована на имя Окина А.А.

02.06.2003 года брак был расторгнут, по причине злоупотребления Окиным А.А. спиртных напитков. Окин А.А. забрал автомашину и ушёл из семьи. Из домовладения выписываться не желает. Окина Е.В. оценивает домовладение в 180 тысяч рублей, а автомашину в 70 тысяч рублей и просит произвести раздел имущества следующим образом: «…меня оставить в доме с младшей дочерью, ответчику оставить автомашину. Мою долю при разделе дома прошу увеличить на 70 тысяч рублей, так как ответчик не наживал автомашину. С учётом изложенного я согласна выплатить ответчику причитающуюся ему сумму денег в 20 тысяч рублей (180:2-70=20)».[24]

В качестве доказательств предоставлены: копии следующих документов: свидетельство о расторжении брака, тех.паспорта домовладения, тех.паспорт на автомашину, свидетельство о праве собственности на землю. В ходе первого судебного заседания истец заявил ходатайство о юридической помощи адвоката, и заседание было отложено на 08.01.04 г. В указанное время заседание не состоялось из-за болезни мирового судьи и снова было отложено на 28.01.2004 г. К этому времени к делу было приобщено возражение на исковое заявление, в котором Окин А.А. заявил, что стоимость домовладения сильно занижена, автомашина является совместной собственностью, так как приобретена в браке и её стоимость тоже сильно занижена, а желание истицы лишить его жилья противоречит конституционному праву (ст. 40). Так как истица не включила остальное имущество в раздел, то Окин просит оставить всё остальное ему.

28.01.2004 года состоялось второе заседание, на которое не явилась истица и адвокат ответчика. Выслушав мнение сторон, судья определил: отложить слушанием дело на 26.02.2004 г.

26.02.2004 года дело так же было отложено из-за неявки истца и назначено на 25.03.2004 года.

Следует отметить, что дело откладывалось ещё четыре раза, а на имущество был наложен арест, а 24.06.2004 года Окиной Е.В. было подано заявление о прекращении дела в связи с отказом от иска.

Анализируя данную ситуацию, необходимо ответить, что ситуация зашла в тупик и даже в судебном заседании её было очень не просто разрешить. К этому можно добавить затраты на услуги адвокатов, госпошлину, обязательство доказывания фактов на которые ссылаются стороны, ходьба по инстанциям и истребование всевозможных справок, отрицательное нервное состояние и многие другие неприятные моменты связанные с судебной тяжбой. А результат – отказ от иска и самостоятельный раздел имущества по договорённости сторон. А ведь всё это можно было избежать, если бы между супругами Окиными был заключен брачный договор, в котором заранее были бы оговорены детали раздела имущества в случае расторжения брака. Не было бы пустой траты сил и времени, ведь в случае судебного разбирательства, суд руководствовался бы положениями, оговорёнными в договоре.

Рассмотрим другое дело также связанное с разделом имущества, но в данном случае речь не идёт о недвижимости, а так же о небольшом сроке брачных отношений, что наиболее актуально в наше время.

Дело №2-1380/04 по иску Марининой Валентины Сергеевны к Маринину Алексею Валентиновичу о разделе имущества.

В исковом заявлении указано, что 23.08.2003 года между Марининой В.С. и Марининым А.В. был заключен брак, который расторгнут 20.06.2004 года. За время совместной жизни супругами было нажито следующее имущество: циплята-50 шт., цемент-17 мешков, телевизор, видеомагнитофон, мягкая мебель, тумбочка под телевизор, миксер, сотовый телефон, набор бокалов, набор стопок, набор кастрюль, стиральная машина, автомашина «Москвич», всего на сумму 25730 рублей. При разделе имущества Маринина В.С. просит оставить ей телевизор, наборы бокалов и кастрюль и мягкую мебель, а остальное отдать Маринину А.В.. На данное исковое заявление Марининым А.В. было подано возражение, в котором он указал, что всё имущество было приобретено за его счет, но он желает оставить себе только мягкую мебель, сотовый телефон и автомашину, а остальное имущество отдать Марининой В.С. После нескольких судебных заседаний Маринина В.С. отказалась от иска, и дело было прекращено.

Анализируя данную ситуацию можно сказать, что супруги не смогли поделить только мягкую мебель и так же как и в первом случае они все-таки пришли к соглашению без решения суда. В деле нет данных за чей счёт была приобретена данная мебель, но можно сделать вывод, что она бала куплена на деньги подаренные на свадьбу. Брак просуществовал всего 6 месяцев и скорее всего от изначально был обречён на распад из-за отношений между супругами, что не могло быть для них неожиданным. Это можно было предвидеть и заключить брачный договор, в котором обговорить раздел имущества в случае расторжения брака. В этом случае никто из супругов не стал бы обращаться в суд, заранее зная, какое решение примет судья.

Рассмотрим гражданское дело, связанное с взысканием средств на содержание супруги.

Дело №2-1107/05 по иску Табачук Любови Николаевны к Табачук Алексею Сергеевичу о взыскании алиментов и средств на содержание супруги. В исковом заявлении указано, что 02.07.04 г. был зарегистрирован брак между Табачук Л.Н. и Табачук А.С.. От совместного брака у них имеется ребёнок. Ответчик не оказывает истице материальной помощи и она просит суд «Взыскать алименты с Табачук А.С. в размере ¼ доли всех видов его заработка и иных доходов, до совершеннолетия ребёнка и 500 рублей на моё содержание, ежемесячно, до исполнения суну 3-х лет».[25] В судебном заседании истец признал иск частично, отказавшись выплачивать 500 рублей на содержание супруги. Суд не принял во внимание заявление ответчика и принял решение взыскать с Табачук А.С. алименты и 500 рублей на содержание супруги, ежемесячно. Данное решение не обжаловалось и вступило в законную силу 18.11.2005 года.

Анализируя данное дело можно прийти к тому же выводу, что были сделаны раньше. Если алиментные обязательства оговорены в законодательстве, то по поводу содержания супруга возможны варианты. При заключении брачного договора можно было оговорить, что в случае расторжения брака, до достижения ребёнком 3-х летнего возраста, Табачук А.С. обязан выплачивать денежные средства на содержание супруги в размере 500 и выше рублей, в зависимости от договорённости. Думаю, что если бы сумма была достаточно высока, то супруг задумался бы о том, стоит ли бросать супругу с ребёнком без средств к существованию.

В своём анализе я склоняюсь к необходимости заключения брачного договора и ссылаюсь на то, что при судебном разбирательстве, судья будет руководствоваться положениями брачного договора. В данном случае возникает естественный вопрос, а если при разделе имущества будет заявлено дополнительное ходатайство о признании брачного договора недействительным. Как в данном случае должен поступить мировой судья и вправе ли он при рассмотрении дела о расторжении брака, разделе имущества супругов, одновременно разрешать вопрос о признании брачного договора недействительным?

Ответ: В соответствии со ст. 23 ГПК РФ мировые судьи рассматривают в качестве суда первой инстанции дела о разделе между супругами совместно нажитого имущества независимо от цены иска.

В соответствии со ст. 40 СК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. По смыслу п.1 ст.42 СК РФ все имущественные права и обязанности супругов следует определять именно в соответствии с действующим брачным договором. Брачный договор может быть признан недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 44 СК РФ.

В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 5 ноября 1998 года N 15. «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» одновременно с иском о расторжении брака может быть рассмотрено и требование о признании брачного договора недействительным полностью или в части, поскольку такие требования связаны между собой. Поскольку дела о признания брачного договора недействительным возникают из семейно-правовых отношений, мировой судья вправе разрешать требования о признании брачного договора недействительным.[26]

В чём же причина такой непопулярности брачного договора в России? Почему россияне, не зависимо от того находятся они в браке или собираются вступить в брак, не спешат заключать брачный договор? Исследовав данный вопрос, я пришёл к следующим выводам:

1. Большинство браков в России заключаются все-таки по любви, а не по расчёту и меня это как россиянина очень радует. Ведь никакой брачный договор, никакая официальная бумага или гарантии не смогут укрепить брачные узы лучше, чем любовь;

2. Хотя в России и просматривается тенденция копирования западного стиля жизни, но Россия ещё психологически не готова к таким переменам, особенно в брачных отношениях. По статистике средний возраст для заключения брака в США составляет 35-37 лет, в России 22-25 лет. Разве кто-то из влюблённых молодожёнов в 20-летнем возрасте будет думать о разделе имущества при расторжении брака? А в сорок лет надобность в договорных, брачных отношениях уже отпадает автоматически. Не крепкие пары уже распались, а удачные браки уже не требуют дополнительного вмешательства в имущественные отношения, так как всё уже давно между собой решили.

Я женат на протяжении 9 лет, у меня двое детей и достаточно имущества, включая недвижимость, которое необходимо будет делить в случае расторжения брака. В качестве эксперимента я предложил своей жене заключить брачный договор. Жена обиделась, заподозрив меня в том, что я собираюсь бросить семью и готовлюсь к разводу. Дальнейшие уговоры только обострили ситуацию. Такая реакция средней российской женщины свидетельствует только о том, что брачный договор в России ассоциируется с расторжением брака, а не как с гарантией в случае раздела имущества.

3. Уровень жизни «средних» слоёв российских граждан, так же негативно влияет на популярность брачного договора. Если богатым слоям населения есть что терять, то остальное население считает, что им нечего делить. Как было указано выше, в Иловлинском районе с численностью населения 30 тысяч человек, с 2000 года было заключено только 2 брачных договора[27] . Вряд ли данный показатель превысит 150 договоров в г. Волгограде.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Сегодня трудно предугадать, какое влияние окажет возможность заключать брачные договоры на прочность браков в России, однако для кого-то брачный договор наверняка станет «пробным камнем» брака, поскольку даст возможность выявить истинные намерения предполагаемого партнера по браку и тем самым избежать ошибки в выборе супруга. Хочется думать, что он выявит свой созидательный потенциал и будет не разрушать, а укреплять институт брака, став примером цивилизованного способа регулирования имущественных отношений в семье.

По ранее действовавшему брачно-семейному законо­дательству имущественные отношения супругов регу­лировались только законом. Какие-либо иные со­глашения по управлению и распоряжению совместным имуществом противоречили закону и являлись недействительны­ми. Предполагалось, что в советской семье духовное начало преобладает над материальным. Имущество супругов в основ­ном составляли предметы потребления (одежда, мебель), по­этому «делить», как правило, было нечего. В силу этого пре­дусмотренный законом режим совместной собственности отвечал интересам большинства семей. Потребности в ином по­рядке урегулирования имущественных отношений не было. Однако с развитием отношений частной собственности си­туация изменилась. Появились семьи, владеющие значитель­ными доходами (по статистическим данным, около половины всех текущих доходов в нашей стране приходится на 20% наиболее богатых россиян), у которых возникла потребность защитить свое богатство, свой капитал.

Первоначально право супругов устанавливать иной режим имущества (отличный от законного) было закреплено в Граж­данском кодексе РФ (1994 г.). В ст. 256 ГК сказано: «Имущест­во, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества». Семейный кодекс РФ конкретизировал эту норму, предусмотрев возможность заключения брачного договора (гл. 8).

Тем самым наш законодатель воспринял нормы зарубежного законодательства о брачном договоре, предоставив супругам право устанавливать режим супружеского имущества по своему усмотрению. Нормы, регулирующие имущественные отношения супругов, отныне носят диспозитивный характер, дозволяя смотреть на брак как на договор, юридическую сделку.

Практика заключения брачного договора существует, как правило, в состоятельных семьях. В нем определяется право собственности на имущество мужа и жены, принадлежавшее им до брака и приобретенное в период его протекания; ино­гда предусматриваются имущественные санкции на случай развода. При разрешении впоследствии спора между супруга­ми суд руководствуется не предписаниями закона, а положе­ниями брачного договора.

Сразу же нужно отметить следующее: несмотря на то что в СК РФ говорится о «брачных договорах», на практике часто употребляются термины брачный контракт или «брачное согла­шение». Все они являются синонимами: в соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Термин же «контракт», заимствованный из английского («contract»), переводится как договор.

Принимая во внимание, что супружеские отношения при­надлежат к сфере правового регулирования семейного законода­тельства, Семейный кодекс РФ посвятил институту договорного режима имущества супругов ряд норм.

В соответствии со ст. 40 СК РФ брачным договором признает­ся соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее их имущественные права и обязанности в браке и (или) в случае его расторжения. При этом данная статья предос­тавляет супругам возможность самостоятельно определять ука­занные имущественные права и обязанности. Действовавшее ранее семейное законодательство регулировало эти отношения императивными нормами, не допуская отступлений от закона. Если эти нормы соответствовали интересам супругов в основ­ном относительно предметов потребительского назначения, то в современных условиях, когда в составе имущества может быть недвижимость, средства производства, правовое регулирование имущественных отношений требует иных решений, что и дос­тигается заключением между ними брачного договора.

Брачный договор, представляя собой одну из разновидностей гражданско-правового договора, обладает и определенной спе­цификой. Его особенностями являются особый субъектный со­став, содержание и предмет договора. При этом брачный дого­вор должен соответствовать основным требованиям, предъяв­ляемым к гражданско-правовым сделкам, как по форме заклю­чения, так и по содержанию и свободе волеизъявления сторон.

Таким образом, брачный договор – это прежде всего согла­шение, суть которого – договоренность лиц, выражающая их общую волю. Это соглашение основано на равенстве сторон и предполагает свободу выбора партнера. Сторонами в брачном договоре являются как лица, вступающие в брак, так и супруги. Стороны могут устанавливать свои права и обязанности, то есть оп­ределять судьбу имущества, нажитого как в период брака, так и в случае его расторжения, а также только в период брака или только в случае его расторжения.

Четкость законодательной регламентации, строгие требования, предъявляемые к форме договора и порядку его заключения, составление брачных договоров «грамотными», квалифицированными юристами, богатая судебная и нотариальная практика – все это можно считать причинами «успеха» брачного договора.

Иногда при составлении брачных договоров и соглашений вступающие в брак стараются выйти за рамки только имущественных или финансовых вопросов и распространить их действие также и на область личных отношений. Встречаются даже такие ситуации, когда стороны пытаются оговорить заранее, как будут строиться их отношения в будущем, как они будут распределять семейные обязанности, подчас ударяясь в крайность и устанавливая очередность по ведению домашнего хозяйства и т.д. Разумеется, это противоречит сути брачного договора как соглашения, направленного на упорядочение имущественных отношений между супругами.

Подводя итог проделанной работе, хотелось бы отметить, что наиболее оптимальным, по мнению многих юристов, является режим общности имущества супругов. Он в наибольшей мере отвечает отношениям, складывающимся в семье, проникнутым духом взаимности и общности всех интересов. Как справедливо отмечал В. Мюллер-Фрейенфельц, независимо от режима супружеского имущества, предусмотренного в праве конкретной страны, имущественные отношения в нормальной семье скорее тяготеют к режиму фактической общности.


Список использованных источников и литературы

1. Источники

1.1. Опубликованные

1. Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.). М.: Юридическая литература, 1994.

2. Гражданский кодекс РФ. Ч. 1, 2. М: Юридическая литература, 1994.

3. Семейный кодекс РФ. М., 1996.

4. Кодекс о раке и семье РСФСР. М., 1969.

5. Федеральный закон «Об актах гражданского состояния» от 20.11.1997 г. №143 // Российская газета. 1997, 20 ноября.

2. Литература

1. Антокольская М.В. Семейное право. М: Юрист, 1997 г.

2. Белопольский Э.Н. Ответственность по брачному договору, Журнал «Домашний адвокат». 1996 г. №23.

3. Даль В., Толковый словарь живого великорусского языка. Том. I. М:, 1995 г.

4. Дернбург, Г. Пандекты. «Обязательственное право». М., 1900.- С. 18.

5. Иоффе О.С., Обязательственное право. М:., 1975 г. – С. 26.

6. ИгнатенкоА.П., Скрыпников Н.В., «Брачный договор. Законный режим имущества супругов». – М., 1997 г.

7. Комментарий семейного кодекса РФ, журнал «Человек и закон». 1996 г. №6.

8. Кузнецова И.Н., ст. «Что надо знать о брачном договоре» журнал «Семья». 1996 г. №17.

9. Латкин В.Н. «Учебник истории русского гражданского права периода империи». – СПб., 1909 г.

10. Максимович Л.Б. «Брачный договор», М: «Закон». 1997 г.

11. Максимович Л.Б., Брачный контракт. Комментарии. Разъяснения. – М, «Закон» 1998 г.

12. Максимович Л.Б. «Брачный договор как способ урегулирования имущественных отношений супругов» Изд. «Нотариус». 1997 г. №1.

13. Максимович Л.Б. «Новое в российском законодательстве: Брачный договор» М: «Нотариус». 1998 г. №2.

14. Масевич М.Г., Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации., М: Юрист, 1996 г.

15. Новицкий И.Б., Лунц П.А. «Общее учение об обязательстве», М., 1954 г.

16. Нечаева А.М., «Новый Семейный кодекс». Изд. «Государство и право». 1998 г. №6.

17. Паршина С.А., учебно-методическое пособие, «Настольная книга нотариуса», том II, М:. Волтерс Клувер 2004 г.

18. Пчелинцева Л.М., учебник «Семейное право России», М:, Норма 2006 г.

19. Сергеева А.П. Учебник Гражданское право. СПб.,М: 1996 г.

20. Таль Л.С. «Трудовой договор: Цивилистическое исследование». – Часть II., Ярославль, 1918 г.

21. Хазова О.А. «Брачный договор: опыт стран Запада», «Семейный кодекс и брачный договор». – Вып. 5. М., 1996 г.

22. Хазова О.А. «Брачный договор: опыт стран Запада» Изд. «Дело и право». 1995 г. №9.

23. Чефранова Е.Н. «Правовое регулирование имущественных отношений супругов», Изд. «Российская юстиция». 1996 г. №7.

3. Материалы судебной и юридической практики.

1. Гражданское дело №2-75/04

2. Гражданское дело №2-1380/04

3. Гражданское дело №2-1107/05


Приложение 1

Брачный договор

Р.п. Иловля, Иловлинский район Волгоградская область, Российская Федерация

Десятого мая две тысячи первого года.

Мы, гр. Васильев Сергей Семёнович, 12.06.1972 года рожде­ния, проживающий в р.п. Иловля Иловлинского района, Волгоградской области по ул. Будённого, в доме № 34, кв. 15, паспорт 18 99 № 073000, выдан Иловлинским РОВД 12.07.1999 г.,

и гр. Семенова Екатерина Ивановна, 22.09.1977 года рождения, проживающая в р.п. Иловля Иловлинского района, Волгоградской области по ул. Будённого, в доме № 36, кв. 10, паспорт 18 99 № 173346, выдан Иловлинским РОВД 27.09.1999 г.,

заключили настоящий договор о нижеследующем:

1. Вступая в брак, регистрация заключения которого в органах ЗАГСа должна состояться 25.05.01 г., мы определяем данным догово­ром наши имущественные права и обязанности в браке и в случае его расторжения.

2. Все имущество, не подлежащее в соответствии с действую­щим законодательством государственной или иной специальной ре­гистрации, которое будет приобретено нами в период брака, а так­же все имущество, переданное к свадьбе нашими родителями или иными лицами, будет являться нашей совместной собственностью.

3. Доходы, полученные от любых видов трудовой деятельности в период брака каждым из нас, будут распределяться следующим образом:

- 50 процентов чистого дохода каждого из нас будет поступать в общую совместную собственность и использоваться для ведения общего хозяйства, содержания детей (в том числе приобретения имущества на их имя), приобретения одежды, продуктов питания, мебели, бытовой техники, оплаты жилья и коммунальных услуг, проведения совместного отдыха. На указанные средства нами бу­дет приобретаться также любое иное имущество, не требующее в установленном законом порядке регистрации.

- 50 процентов чистого дохода каждого из нас будет оставать­ся в собственности того, кем получен этот доход, и использоваться по его усмотрению.

Чистый доход определяется в соответствии с действующим на­логовым законодательством.

4. Недвижимое имущество и иное имущество, в соответствии с законом подлежащее регистрации, а также ценные бумаги, будут приобретаться в течение нашего бра­ка только на личные средства каждого из нас и регистрироваться на имя того из нас, чьи средства вложены в его приобретение.

В отношении такого имущества каждого из супругов, на имя которого оно приобретено и зарегистрировано, будет действовать режим раздельной собственности. Указанным имуществом мы бу­дем распоряжаться без согласия друг друга.

5. Имущество, полученное каждым из нас во время брака в порядке наследования, в дар или по иным безвозмездным сдел­кам, будет являться собственностью того супруга, которым полу­чено данное имущество.

6. Стороны обязуются предоставлять друг другу в период брака право пользования имуществом, указанным в пунктах 4 и 5 насто­ящего договора, а в отношении жилых помещений - право про­живания в них и регистрации по месту проживания. В случае расторжения брака все названные в настоящем пункте договора пра­ва прекращаются одновременно с расторжением брака. При этом супруги обязуются не позднее чем в 10-дневный срок со дня расторжения брака освободить принадлежащие второму супругу жи­лые помещения, снявшись с регистрационного учета.

7. Раздел имущества, являющегося общей совместной собствен­ностью, может быть произведен нами в любое время в период бра­ка, а в случае расторжения брака - в любое время после его рас­торжения. Раздел имущества может быть произведен по требованию любого из нас путем заключения соответствующего соглашения, удостоверяемого нотариально, а в случае возникновения между нами спора либо в случае заявления кредитором кого-либо из нас требо­вания о разделе имущества для обращения взыскания на долю од­ного из супругов в общем имуществе супругов - в судебном поряд­ке. Имущество, указанное в пунктах 4 и 5 настоящего договора, предметом раздела являться не будет, даже при условии, если в период брака за счет совместных вложений либо за счет доходов другого супруга были произведены улучшения этого имущества, значительно увеличившие его стоимость. При этом второй супруг имеет право на возмещение стоимости произведенных улучшений.

8. Вклады, внесенные нами на имя наших будущих детей, а так­же иное имущество, приобретенное на их имя за счет наших совме­стных средств, в случае раздела имущества будут считаться при­надлежащими этим детям, и при разделе учитываться не будут.

9. Брачный договор может быть изменен или расторгнут в лю­бое время по нашему взаимному соглашению, удостоверяемому в нотариальной форме. По требованию каждого из нас брачный до­говор может быть изменен или расторгнут по решению суда по ос­нованиям и в порядке, которые установлены гражданским законо­дательством для изменения и расторжения договора.

10. Настоящий договор вступает в силу со дня государственной регистрации заключения нашего брака в органах ЗАГСа, а прекраща­ется с момента прекращения брака, за исключением тех обязательств, которые предусмотрены им на период после прекращения брака.

11. Содержание статей 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, 40-44 Семейного кодекса Российской Федерации нам нотариусом разъяснено.

12. Расходы по заключению настоящего договора уплачивает Васильев

13. Договор составлен в трех экземплярах, один из которых хранится в делах нотариуса Иловлинского района Боровковой Р.С. и по одному экземпляру выдается каждой из сторон.

Подписи сторон:

Васильев С.С. _______________

Семёнова Е.И. _______________


Приложение 2

Брачный договор

Р.п. Иловля, Иловлинский район Волгоградская область, Российская Федерация

Третьего июня две тысячи пятого года.

Мы, гр. Иванова Мария Сергеевна, 17.01.1968 года рождения, пас­порт серии 18 98, № 605849, выдан 24.09.98 г. Иловлинским РОВД, и

гр. Иванов Игорь Владимирович, 12.06.1968 года рождения паспорт серии 18 99, № 073098, выдан 14.03.98 г. Иловлинским РОВД, проживающие по адресу: р.п. Иловля Иловлинский район Волгоградская область ул. Степана Разина дом № 28, заключили настоящий договор о нижеследующем:

1. Мы, Иванова М.С. и Иванов И.В., зарегистрировали брак 18 но­ября 2003 г. в отделе ЗАГСа Иловлинского района Волгоградской области.

2. До заключения брака, имущества могущего быть предметом раздела, нами не приобреталось, и на момент заключения настоя­щего договора каких-либо имущественных претензий и неиспол­ненных обязательств по отношению друг к другу мы не имеем.

3. В период брака в числе прочего нами приобретено следую­щее имущество, являющееся нашей совместной собственностью:

3.1. Жилой дом, находящийся в р.п. Иловля по адресу ул. Кирова № 17.

Кадастровый номер жилого дома - 66:41:00 0/12656/Б/21 0 0048-1.

Указанный дом состоит из двух комнат общей полез­ной площадью 47,4 кв. м, в том числе жилой площадью - 28,4 кв. м, что подтверждается справкой Бюро технической инвентаризации р.п. Иловля от 15.01.2004 г. за № 014.

Инвентаризационная оценка дома составляет 60 000 рублей.

Указанный дом зарегистрирован за Ивановой М.С. на ос­новании договора купли-продажи, удостоверенного нотариусом Иловлинского района Боровковой Ю.С. 02.09.03 г. по реестру № 472, зарегистрированного в Учреждении юстиции Волгоградской области по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним 14.10.03 г. Свидетельство о государственной регистрации № 66-01/ 01-5/2000-177.

3.2. Автомашина марки «Мерседес-204», 2000 года выпуска, шасси № 13554RT543S, двигатель № 8638167, государственный номерной знак Н290СУ. Указанный автомобиль зарегистрирован за Ивановым И.В. на основании технического паспорта, выданного ГИБДД Иловлинского района 18.12.2001 г. № 76331.

4. Мы, Иванова М.С. и Иванов И.В., настоящим договором устанавливаем следующий правовой режим приобретенного нами имущества:

4.1. Жилой дом, указанный в п. 3.1 настоящего договора, будет являться исключительно собственностью Ивановой Марии Сергеевны.

Иванов И.В. не вправе претендовать на данный дом по праву собственности как в период брака, так и после его растор­жения независимо от того, по чьей инициативе и по каким причи­нам он будет расторгнут.

Иванова М.С. вправе распоряжаться указанным домом по собственному усмотрению, вправе сдавать его в аренду, внаем, закладывать, а также произвести его отчуждение в любое время и в любой форме без согласия Иванова И.В.

4.2. В отношении автомашины, указанной в п. 3.2 настоящего договора, мы устанавливаем режим общей долевой собственности со следующим долевым участием:

Иванову Игорю Владимировичу принадлежит 2/3 доли, Ивано­вой Марии Сергеевне - 1/3 доли в праве общей собственности на автомашину.

Владение, пользование и распоряжение автомашиной будет осуществляться нами в соответствии с нормами действующего за­конодательства об общей долевой собственности.

5. До заключения настоящего договора обе указанный в нем дом и автомобиль никому не заложены, в споре и под арестом не состоят.

6. Мы устанавливаем также, что все остальное имущество и имущественные права, которые уже были приобретены либо бу­дут приобретаться нами в дальнейшем в период брака, будут яв­ляться нашей общей совместной собственностью.

7. В случае смерти кого-либо из нас как в период брака, так и после его расторжения правовой режим всего имущества должен соответствовать положениям действующего законодательства и настоящего договора. Переживший супруг не вправе претендовать по праву собственности на имущество, в отношении которого нами установлен режим раздельной собственности, а также на долю второго супруга в праве общей собственности на имущество, в отношении которого нами установлен режим долевой собственнос­ти. Наследование имущества будет производиться в соответствии с нормами закона, регулирующими порядок наследования.

8. В случае расторжения брака и раздела имущества, которое в соответствии с настоящим договором будет являться нашей общей совместной собственностью, мы устанавливаем, что при разделе в собственность Ивановой М.С. переходит вся приобретенная нами ку­хонная и иная бытовая техника, а в собственность Иванова И.В. - вся теле-, радио- и видеоаппаратура.

Имущество, указанное в п. 3.1 настоящего договора, разделу подлежать не будет. В отношении остального имущества вопросы раздела его будут решаться нами путем последующего внесения изменений в настоящий договор либо путем заключения отдельно­го соглашения о разделе имущества.

9. В дальнейшем какие-либо изменения и дополнения в настоя­щий договор могут быть внесены в любое время по взаимному со­гласию сторон, удостоверенному в нотариальной форме.

10. Содержание статей 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 40-44 Семейного кодекса Российской Федера­ции нам известно.

11. Настоящий договор вступает в силу с момента его нотари­ального удостоверения.

12. Расходы по заключению договора уплачивает Иванов И.В.

13. Настоящий договор составлен в трех экземплярах, один из которых хранится в делах нотариуса Иловлинского района Боровковой Р.С. и по одному экземпляру выдается каждой из сторон.

Подписи сторон:

Иванов И.В. ____________________

Иванова М.С. ____________________


[1] Хазова О.А. «Брачный договор: опыт стран запада» М: дело и право 1995 г.

[2] Латкин В.Н. Учебник истории русского гражданского права периода империи. – СПб., 1909. – С. 513.

[3] Ведомости Верховного Совета РСФСР. – 1986. – №48. – Ст. 1397.

[4] Закон СССР "О внесении изменений и дополнений в некоторые законодатель­ные акты СССР во вопросам, касающимся женщин, семьи и детства" от 22 мая 1990 г. // Ведомости Съезда народных депутатов.

[5] Хазова О.А. «Брачный договор: опыт стран запада» М: 1995 г. Дело и право.

[6] Пункт 2, ст. 34 Семейного кодекса РФ.

[7] П.1 ст. 1 Гражданского кодекса РФ по состоянию на 01.11.2005 г.

[8] Таль Л.С. Трудовой договор: Цивилистическое исследование. – Ч.П. – Ярославль, 1918. С. 4 и сл.

[9] Дернбург Г. Пандекты. Обязательственное право. – М., 1900. – С. 18.

[10] Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. I. – М., 1995. – С. 45.

[11] Иоффе О.С. Обязательственное право. – М., 1975. – С. 26.

[12] Гражданское право / Под ред. А.П. Сергеева и Ю.К. Толстого. – СПб., 1996. – с. 428.

[13] Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. – М., 1954. – С. 94 и сл.

[14] Масевич М.Г. Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации. – М., 1996. – С. 115.

[15] Ст. 2 Семейного кодекса РФ.

[16] Ст. 256 ГК РФ и Ст. 67 КоБС.

[17] Российская газета. 1997. 20 ноября.

[18] ст. 2 п. 1 Гражданского кодекса РФ

[19] Игнатенко А., Скрыпников Н. Брачный договор. Законный режим имущества супругов. – М., 1997.

[20] Хазова О.А. Брачный договор: опыт стран Запада // Семейный кодекс и брач­ный договор. – Вып. 5.

[21] Последствия заключения брачного договора в устной форме не рассматрива­ются, так как нотариально удостоверенным может быть только соглашение, за­ключенное в письменной форме.

[22] ст. 168 ГК РФ

[23] Хазова О.А. Указ. соч. – С.141.

[24] Гражданское дело №2-75/04

[25] Гражданское дело №2-1107/05

[26] Актуальные вопросы судебной практики N 01-19/232

[27] Приложение к настоящей дипломной работе. Фамилии сторон договора изменены по просьбе нотариуса.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему