Советское законодательство о смертной казни

© Позднов М.С. Москва, 2002 г. 26 октября 1917 декретом II Всероссийского съезда Советов было объявлено об отмене смертной казни. Это был первый акт нового государства в области уголовного права и уголовной политики. По состоянию на этот день смертная казнь существовала только на фронте, причем 28 сентября 1917 г. телеграммой А.Ф.

Советское законодательство о смертной казни.

© Позднов М.С. Москва, 2002 г.

26 октября 1917 декретом II Всероссийского съезда Советов было объявлено об отмене смертной казни. Это был первый акт нового государства в области уголовного права и уголовной политики. По состоянию на этот день смертная казнь существовала только на фронте, причем 28 сентября 1917 г. телеграммой А.Ф. Керенского исполнение смертных приговоров предлагалось приостановить до особого распоряжения. Этот политический, а не юридический шаг направлялся на максимальное сглаживание нарождающихся противоречий. Смертная казнь в массовом сознании ассоциировалась с орудием подавления революционных сил со стороны царской власти; классовая сущность смертной казни подчеркивалась её применением в последние годы империи в основном к лицам, оказывающим активное политическое сопротивление режиму. Отмена смертной казни явилась также реализацией политических требований большевиков.

Через несколько месяцев стало ясным, что ситуация не позволяет обходиться без такого важного инструмента как смертная казнь. Однако не следует думать, что государство овладело лишь старым, доставшимся в наследство, институтом репрессии. Под видом уголовного наказания смертная казнь становится орудием активной обороны государства, орудием террора, как её называли сами большевики. В чрезвычайных условиях её использовали специальные государственные органы, перед которыми задача непосредственной борьбы с общеуголовной преступностью не стояла.

21 февраля 1918 года СНК РСФСР в обстановке угрожающей неопределенности в вопросе о перемирии с наступающей Германией принимает декрет "Социалистическое отечество в опасности”[1] . Пункт 8 декрета предусматривал, что «неприятельские агенты, спекулянты, громилы, хулиганы, контрреволюционные агитаторы, германские шпионы расстреливаются на месте преступления». Строго говоря, речь не шла о смертной казни - расстрел рассматривался не как способ её исполнения, а как общепревентивная мера пресечения опасной деятельности. После Брестского мира декрет практически утратил свою актуальность. Многие авторы считают, что «расстрел на месте преступления» производился почему-то ВЧК. ВЧК действительно 23 февраля отреагировала на этот декрет, но не вышла в полном составе во главе с Ф. Дзержинским на улицы, чтобы расстреливать спекулянтов, а стала применять смертную казнь по своим делам, чего, в общем-то, декрет не предусматривал. С. Мельгунов приводит интервью Дзержинского и Закса, данное ими «Новой Жизни» 8 июня 1918 г. "Напрасно нас обвиняют в анонимных убийствах, - комиссия (ВЧК – авт.) состоит из 18 испытанных революционеров, представителей Ц. К. партии и представителей Ц.И.К. Казнь возможна лишь по единогласному постановлению всeх членов комиссии в полном составe. Достаточно одному высказаться против расстрeла, и жизнь обвиняемого спасена. Мы судим быстро. В большинствe случаев от поимки преступника до постановления проходят сутки или нeсколько суток, но это однако не значит, что приговоры наши не обоснованы. Конечно, и мы можем ошибаться, но до сих пор ошибок не было и тому доказательство - наши протоколы. Почти во всeх случаях преступники, припертые к стeнe уликами, сознаются в преступленiи, а какой же аргумент имeет больший вeс, чeм собственное признание обвиняемого"[2] . Согласно официальным данным, ВЧК применила смертную казнь в 22 случаях[3] .

16 июня 1918 г. Наркомюст РСФСР принял постановление, установившее, что революционные трибуналы в выборе мер борьбы с контрреволюционным саботажем и прочими преступлениями не связаны никакими ограничениями, за исключением случаев, когда в законе определена мера в выражениях: "не ниже такого-то наказания"[4] . Соответственно, трибуналам предоставлялось право выносить приговоры к расстрелу. В ночь на 22 июня 1918 г. по приговору Верховного Революционного Трибунала был расстрелян командующий Балтфлотом А. Щастный.

Летом 1918 г. разворачивается широкое примение расстрелов, носящих характер террора, осуществляемое ВЧК и губернскими чрезвычайными комиссиями. Обычные суды РСФСР, действующие на основании декретов о суде, применять смертную казнь не могли, однако в годы гражданской войны они иногда нарушали «революционную законность», также назначая смертную казнь за различные контрреволюционные преступления, когда случались обострения политической ситуации или когда ревтрибуналы были в данный момент недоступны. Впрочем, это случалось весьма редко, учитывая политические соображения Советской власти (и позднее в Руководящих Началах 1919 г. и УК 1922 г. содержалось специальное указание, что народные суды не применяют смертной казни).

2 сентября ВЦИК РСФСР объявляет страну военным лагерем, а 5 сентября СНК РСФСР принимает декрет «О красном терроре»[5] , в котором было устанавлено, что подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам. При этом предписывалось опубликовывать имена всех расстрелянных, а также основания применения к ним этой меры[6] . Советское государство объявило красный террор как ответ на обострившийся летом 1918 г. белый террор, после покушения на В.И.Ленина 30 августа. Антисоветски настроенные авторы считают иначе : белый террор был порожден красным.

17 февраля 1919 г. Декрет ВЦИК «О Всероссийской чрезвычайной комиссии»[7] установил, что при наличии вооруженных выступлений за чрезвычайными комиссиями сохраняется право внесудебной расправы для пресечения преступлений.

12 апреля 1919 г. Декретом ВЦИК утверждено "Положение о ревтрибуналах"[8] , подтвердившее их неограниченное право определения меры репрессии. Подсудность ревтрибуналов то расширялась, то сужалась, но все равно трибуналы рассматривали огромное количество различных дел, а значит довольно широкий перечень деяний мог быть наказуем смертной казнью.

11 июня 1919 г. по предложению Ф. Дзержинского на заседании ЦК РКП(б) признано возможным в местностях, объявленных на военном положении, применять без суда расстрел, как меру наказания, к продавцам кокаина, взломщикам общественных лавок, поджигателям, фальшивомонетчикам, шпионам и предателям[9] . Одновременно было поручено разработать проект декрета с перечнем преступлений, караемых расстрелом в порядке военного положения. Согласно Декрету ВЦИК от 20 июня 1919 г.[10] сохранялось право непосредственной расправы, вплоть до расстрела в местностях, объявленных на военном положении, за преступления, указанные в самом постановлении о введении военного положения, а именно: за государственную измену, шпионаж, укрывательство изменников и шпионов, принадлежность к контрреволюционным организациям и участие в заговоре против Советской власти, сокрытие в контрреволюционных целях боевого оружия, подделку денежных знаков, подлог в контрреволюционных целях в поджогах и взрывах, умышленное истребление или повреждение железнодорожных путей, мостов и других сооружений, телеграфного и телефонного сообщения, складов воинского сооружения, снаряжения, продовольственных и фуражных запасов, бандитизм, разбой и вооруженный грабеж, взлом советских и общественных складов и магазинов с целью незаконного хищения, незаконную торговлю кокаином. Однако, этот декрет, по своей форме лишь разъясняющий декрет о ВЧК от 17 февраля, установил, что внесудебная расправа осуществляется за доказанные преступные деяния, а не для пресечения преступлений.

Принятое 20 ноября 1919 г. Положение о революционных военных трибуналах[11] также закрепляло возможность выбора ими любой меры репрессии (п.3).

Таким образом, по состоянию на конец 1919 г. смертная казнь применялась ревтрибуналами всех уровней (включая РВТ и РВЖТ), ВЧК и губернскими ЧК. Также в течение одного месяца у губернских комиссий по борьбе с дезертирством была возможность применять смертную казнь по делам дезертиров в соответствии с Постановлением Совета рабочей и крестьянской обороны 11 декабря 1919 г., предоставившем комиссиям права ревтрибуналов[12] .

В отдельные периоды гражданской войны Советская власть не контролировала и половины территории республики, поэтому стоит обратить внимание на отношение к смертной казни различных контрреволюционных правительств. Все они не в меньшей степени использовали смертную казнь и как орудие террора и как уголовное наказание, не утруждая себя всякими судебными формальностями. Так, например, А.И. Деникин в Наказе Особому Совещанию 14 декабря 1919 г. указывал: «…всякие противодействия власти – и справа, и слева – карать… Суровыми мерами за бунт, руководительство анархическими течениями, спекуляцию, грабеж, взяточничество, дезертирство и прочие смертные грехи не только пугать, а осуществлять их при непосредственном вмешательстве Управления Юстиции, Главного военного прокурора, Управления внутренних дел и контроля. Смертная казнь – наиболее соответственное наказание….».

Колчакский генерал Майковский в приказе № 564 30 сентября 1919 г. предписывал: «В каждой деревне района восстания подробно обыскивать, захваченных с оружием в руках, как врагов, расстреливать на месте… Восставшие вновь деревни ликвидировать с удвоенной строгостью, вплоть до уничтожения всей деревни».

В 1918-19 гг. широко применялись расстрелы, связанные с «красным» и «белым» террором и гражданской войной, в результате которых погибли, вероятно, сотни тысяч людей. Конечно, смертная казнь, и даже политическая юстиция, не имеют отношения к этой кровавой бойне. Официальные данные о смертной казни в 18-19-е годы говорят об около 10 тысячах казненных, реально их все-таки больше, но пристегивать красный террор к институту смертной казни вряд ли правильно. Тем не менее число жертв войны и террора огромно, хотя точные цифры установить просто невозможно. Выдворенный из РСФСР историк С.П. Мельгунов в объемной монографии «Красный террор в России» приводит некоторые итоговые подсчеты. Так, по данным деникинской Особой комиссии по расследованию деяний большевиков число жертв красного террора в 1918-1919 гг. составляет 1700 тыс. человек, приблизительно столько же называет некий шотландский профессор Сароли.[13] Сам Мельгунов цифр не называет (не видит возможности), но считает возможной статистику Е. Рулева, чьи расчеты говорят, что расстреливалось в среднем 5000 человек в день (!), т.е. 1,5 миллиона в год[14] . В предмет данной работы не входит опровержение или подтверждение их подсчетов.

12 декабря 1919 года НКЮ, обобщив законодательство и судебную практику общих судов и ревтрибуналов, издал документ по общей части уголовного права: «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР». Наказание определялось как меры принудительного воздействия, посредством которых власть обеспечивает охраняемый законом порядок общественных отношений от нарушителей (преступников). Наказание согласно Началам не есть возмездие за вину, не есть «искупление» вины, а является оборонительной мерой. Задачами наказания являлась частная и общая превенция. В лестницу наказаний была включена и смертная казнь (расстрел), при этом специально указывалось, что народные суды не могли её применять.

17 января 1920 г. ВЦИК и СНК РСФСР приняли Постановление «Об отмене применения высшей меры наказания (расстрела)»[15] . ВЧК[16] и общие трибуналы лишались права выносить смертные приговоры, однако реввоентрибуналы сохранили право на применение смертной казни[17] . В постановлении объявлялось, что «революционный пролетариат и революционное правительство Советской России с удовольствием констатируют, что разгром вооруженных сил контрреволюции дает им возможность отложить в сторону оружие террора». В этом документе также содержалось указание на возможность восстановления смертной казни в случае вооруженного вмешательства иностранных государств в дела Советской России. Постановлением ВЦИК и СТО "Об объявлении некоторых губерний на военном положении" от 11 мая 1920 г. губернским революционным трибуналам в отношении определения меры репрессии были предоставлены права революционных военных трибуналов. Таким образом, в связи с польским наступлением смертная казнь вновь вводилась в 23 губерниях, объявленных на военном положении, а 28 мая 1920 г. постановлением ВЦИК и СТО РСФСР[18] с получением ВЧК и её органами прав ревтрибуналов в стране была полностью восстановлена высшая мера наказания в виде смертной казни (расстрела).

12-26 мая 1922 г. 3-я сессия ВЦИКа РСФСР Х созыва рассмотрела проект первого уголовного кодекса РСФСР. После доработки и устранения замечаний в отношении отдельных его статей он был введен в действие с 1 июля того же года. Принципиальной особенностью первого социалистического УК явилось раскрытие впервые в мировой истории уголовного законодательства материальной, т. е. социальной, сущности и назначения институтов и норм Общей части. Задачей УК была объявлена правовая защита государства трудящихся от преступлений и общественно опасных элементов путем применения к нарушителям правопорядка наказания или других мер социальной защиты . Считается, что появление института мер социальной защиты создавало двойственность оснований уголовной ответственности (и преступление и социальная опасность элементов), раздвоение последствий совершения преступлений на наказания и меры социальной защиты[19] . В соответствии со ст. 33 УК смертная казнь являлась «высшей мерой наказания» (существуя вне системы наказаний); применять такую меру могли лишь революционные трибуналы (15 февраля 1923 г. Декретом ВЦИК Верховный Суд, губернские суды и трибуналы всех категорий также получили право назначать смертную казнь[20] ).

Важно заметить, что Кодекс считал наказание одной из мер социальной защиты (однако объектом защиты являлось государство, а не конкретная личность или общество в целом), используемых государством.

УК РСФСР 1922 г. в своих статьях содержал около сорока прямых или косвенных упоминаний о возможности применения смертной казни. Ни за убийство, ни за другие преступления против личности высшей меры наказания не предусматривалось.

16 октября 1922 г. в связи со сложной криминогенной обстановкой был принят Декрет ВЦИК РСФСР «О дополнении к Постановлению "О государственном политическом управлении" и "Об административной высылке»[21] , который предоставил ГПУ «право внесудебной расправы, вплоть до расстрела, в отношении всех лиц, взятых с поличным на месте преступления при бандитских налетах и вооруженных ограблениях». Поскольку расстрел являлся формой внесудебной расправы, нет оснований считать его мерой наказания. А.С. Михлин резонно спрашивает, какая нужда была убивать уже взятых с поличных преступников?[22] Действительно, зачем понадобилось вводить внесудебную расправу, когда уже вступил в силу УК, предусматривающий за бандитизм высшую меру наказания? Видимо, это связано с беспрецедентным разгулом бандитизма в те годы. Так, например, пойманный в сентябре 1922 г. кровавый бандит Л. Пантелеев ухитрился сбежать и после этого убить ещё с десяток человек, в том числе милиционеров, пытавшихся его задержать. Его похождения закончились после того, как в феврале 1923 г. работники ГПУ, находившиеся в засаде, произвели над ним «внесудебную расправу» (попросту первые начали стрелять). Зверства других бандитов также общеизвестны: один главарь банды приказал четвертовать попавшегося инспектора угрозыска, другая банда целенаправленно и методично уничтожала милиционеров, в связи с чем последние даже отказывались выходить на работу, третьи умудрились напасть и ограбить видного политического деятеля республики – В. Ленина…[23] Во-вторых, тем самым было выполнено предписание Политбюро ЦК РКП(б), принятое еще до Уголовного кодекса – 27 апреля 1922 г.

31 октября 1924 г были приняты «Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик»[24] . Новшеством Основных начал явилось изгнание из закона термина “наказание”. Его заменил термин “мера социальной защиты судебно-исправительного характера” Вообще все меры уголовно-правового воздействия подразделялись на три вида: меры судебно-исправительного характера (бывшее наказание); меры медицинского характера; меры медико-педагогического характера. Первые применялись за преступления, вторые - к невменяемым лицам, третьи - к несовершеннолетним в случаях замены наказания этими мерами. В новелле отразились стремления советских ученых к отмежеванию от буржуазного уголовного права с его пониманием наказания как кары и возмездия. Однако на всем отрезке времени существования нового термина среди юристов не было единого понимания обстоятельств его появления и сути того явления, которое обозначалось как «мера социальной защиты». Определенно можно сказать, что термин заимствован из лексикона социологической школы уголовного права, но редко кто отождествлял понимание его советского содержания со взглядами на него самих «социологов».[25] Отказ от термина наказания никак не сказался на других институтах и нормах Основных начал, а применение мер социальной защиты носило фактически характер наказания.

Смертная казнь не вошла в лестницу наказаний, нормы о смертной казни скромно разместились в прим. 2 к ст.13 Начал. Там же предусматривалось, что применение расстрела «подлежит особому регулированию законодательством СССР и союзных республик, последними – в соответствии с директивными указаниями Президиума ЦИК СССР».

22 ноября 1926 г. вторая сессия ВЦИК РСФСР XII созыва приняла новый Уголовный кодекс РСФСР, который был введен в действие Постановлением ВЦИК РСФСР с 1 января 1927 г[26] . Смертная казнь, по ст. 21, выступала в качестве невесть откуда взявшейся «исключительной меры охраны государства трудящихся», а в санкциях статей именовалась высшеймерой социальной защиты. Учитывая, что смертная казнь не входила ни в один вид мер социальной защиты (судебно-исправительного характера, медицинского характера, медико-педагогического характера), и провозглашалась мерой охраны государства, совершенно необоснованным выглядело ещё и существование термина «высшая мера социальной защиты». Несоответствие этого понятия объективной реальности подтверждалось отсутствием смертной казни в санкциях общеуголовных преступлений – убийства, изнасилования и пр., а также последующей практикой её применения (за госудаственные и воинские преступления), к социальной защите непосредственно не относящейся. Поэтому справедлив вывод о том, что термин «мера социальной защиты» не отражал сущности репрессии Советского государства.[27] Смертная казнь на момент вступления кодекса в силу встречалась в санкциях 37 его статей.(30 из них составляли государственные и воинские преступления. Принятие в 1927 г. новых положений о государственных и воинских преступлениях изменило это количество до 44 статей (18 + 19 + 7).

15 октября 1927 г. ЦИК СССР издал Манифест[28] , согласно которому из уголовных кодексов союзных республик по некоторым видам преступлений исключалась смертная казнь. 31 октября из УК РСФСР исключены санкции в виде исключительной меры охраны государства трудящихся за такие преступления как:

-превышение власти, сопровождавшееся насилием;

-злоупотребление властью, превышение или бездействие власти и халатное отношение к служебным обязанностям при особо отягчающих обстоятельствах;

-постановление судьями из корыстных или иных личных видов неправосудного приговора, решения или определения при особо отягчающих обстоятельствах;

-присвоение должностным лицом особо важных государственных ценностей;

- получение должностным лицом взятки при особо отягчающих обстоятельствах.

Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 26 августа 1929 г. из сферы применения смертной казни выпал разбой, совершенный особо социально опасным лицом, повлекший за собой смерть или тяжкое увечье потерпевшего (вместо него установлен вооруженный разбой при отягчающих обстоятельствах). Этот разбой стал единственным общеуголовным преступлением, за которое могла быть назначена смертная казнь.

Постановлением Президиума ЦИК СССР от 16 февраля 1930 г., вынесенное по представлению Пленума Верховного Суда СССР от 27 декабря 1929 г., установлено, что за убийство женщин, если точно установлено, что убийство произошло на почве раскрепощения женщин, может применяться ст.8 Положения о преступлениях государственных (контрреволюционных),[29] т.е. статья о терактах. В 1934 г. смертной казнью стало караться также убийство, совершенное военослужащим при особо отягчающих обстоятельствах. Общеуголовное убийство до 1954 г. никогда не каралось высшей мерой наказания, максимальный срок за него составлял 10 лет лагерей. Впрочем для суровых кар не было предпосылок : в СССР в 30-х годах уровень убийств составлял 10 % от соответствующих уровней в Российской Империи 10-х и в Российской Федерации 90-х годов[30] . Этот факт неоспоримо свидетельствует о том, что смертная казнь не нужна в тех условиях, когда преступность находится в строгих рамках и зависит уже практически только от объективных факторов. Но сделать вывод, что смертная казнь не может повлиять на опьяневшую от крови преступность, пока нельзя.

Следует отметить также меру уголовного принуждения, по своему содержанию похожую на смертную казнь. Это – объявление вне закона, установленное Постановлением Президиума ЦИК СССР от 21 ноября 1929 г. «Об объявлении вне закона должностных лиц – граждан СССР, перебежавших в лагерь врагов рабочего класса и крестьянства и отказывающихся вернуться в Союз ССР»[31] . Дела об объявлению вне закона подлежали рассмотрению Верховным Судом СССР, и в случае такого объявления все имущество осужденного конфисковывалось, а сам он подлежал расстрелу через 24 часа после удостоверения его личности. Согласно ст.6 Постановления оно имело обратную силу. Правда, объявление вне закона случалось и ранее, но оно носило индивидуальный характер, как, например, объявление вне закона командира авиаотряда Клима и моториста Тимощука постановлением Президиума ЦИК от 9 февраля 1927 г.[32]

Нельзя обойти вниманием и так называемый «закон о пяти колосках». Постановление ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1932 «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов, кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности»[33] установило высшую меру социальной защиты-расстрел в качестве меры судебной репрессии за хищение грузов на транспорте и колхозного имущества. Закон, проект которого был написан лично И. Сталиным, скорее был политическим актом, связанным с крупными осложнениями, возникшими в ходе проведения политики коллективизации деревни. Столь суровые санкции появились в законе не для борьбы с мелкими воришками и голодными крестьянами, а для устрашения лиц, которые в форме хищений воевали с Советским государством. Люди, жившие в то время в колхозах, прекрасно помнят как вспыхивали колхозные амбары с зерном, горели дома колхозников, на корню изничтожался скот, расхищалось имущество колхозов. Видимо, расчет на уголовную угрозу не оправдался, и пришлось претворять её в жизнь : за 1933-1934 годы только к высшей мере приговорено было несколько тысяч человек (однако часто приговор не приводился в исполнение), не считая приговоренных к лишению свободы. В последующие годы число осужденных по этому закону сокращается на порядок и постепенно сводится к нулю. В первые месяцы действия закона в орбиту репрессий попадали и посторонние граждане. Поэтому потребовалось специальное постановление Верховного Суда РСФСР от 17 декабря 1932 г., в котором осуждалась такая практика и предписывалось не применять закон по делам о мелких кражах, совершенных из нужды и при других смягчающих обстоятельствах.[34] Кроме того, аналогичное по содержанию постановление приняли 23 марта 1933 г. ЦКК ВКП(б) и Коллегия НК РКИ. Таким образом, невнимательность ЦИК и СНК СССР, которые воспроизвели дословно не обработанное юридически сталинское предложение (отсюда и «мера судебной репрессии» и широкая диспозиция статей), привела к отклонениям в практике применения закона, не обусловленным его целеназначением.

8 июня 1934 г. Постановлением ЦИК СССР «О дополнении Положения о преступлениях государственных статьями об измене родине»[35] вновь вводится термин «наказание». В последующих законодательных актах термин «меры социальной защиты судебно-исправительного характера» больше не использовался. Таким образом, в уголовном законодательстве формально стало существовать два понятия: высшая мера наказания как кара и высшая мера социальной защиты, которая в соответствии со ст. 9 УК РСФСР «задачи возмездия и кары себе не ставит». Подобная двойственность продолжалась ещё четверть века – до введения в действие Основ уголовного законодательства 1958 г.

7 апреля 1935 г. ЦИК и СНК СССР приняли Постановление "О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних"[36] , которое установило, что несовершеннолетние, начиная с 12-летнего возраста, уличенные в совершении кражи, причинении насилия, телесных повреждений, увечий, убийстве или в попытке совершения убийства, привлекаются к судебной ответственности с применением всех мер уголовного наказания. 25 ноября 1935 г. соответствующие изменения внесены в УК РСФСР. Нечеткая формулировка Постановления дала повод для появления различных утверждений, что, дескать, в СССР расстреливали детей[37] . Однако они не соответсвуют действительности. Санкции статей, предусматривающих указанные в постановлении преступления, не содержали в себе указаний на возможность применения смертной казни даже для «взрослых». В законодательстве продолжала действовать норма о невозможности назначения смертной казни лицам, не достигшим восемнадцатиленего возраста (ст.13 Основных начал, ст. 22 УК). Таким образом, Постановление лишь понизило возрастную границу уголовной ответственности с 14 до 12 лет за некоторые общественно опасные деяния. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 декабря 1940 г.[38] был понижен до 12 лет возраст, с которого наступала уголовная ответственность за совершение действий, могущих вызвать крушение поездов.

Указом ПВС СССР от 15 июня 1939 г. «О лагерях НКВД СССР»[39] допускалось применять смертную казнь в отношении наиболее опасных дезорганизаторам лагерной жизни и производства

19 апреля 1943 г. Президиум Верховного Совета СССР издал Указ "О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников Родины из числа советских граждан и для их пособников", в котором вводилась дополнительная форма исполнения смертной казни по приговорам военно-полевых судов – не через расстрел, а через повешение.

26 мая 1947 г. Президиум Верховного Совета СССР издал Указ "Об отмене смертной казни"[40] , который отменил применение этой меры наказания в мирное время и предусматривал вместо нее наказание в виде заключения в ИТЛ на 25 лет. На момент отмены смертной казни УК РСФСР предусматривал 43 состава преступлений, караемых смертной казнью, из них 23 государственных (в т.ч. 13 контрреволюционных), 18 воинских, 1 – убийство, совершенное военнослужащим при особо отягчающих обстоятельствах (по сути тоже воинское преступление) и 1 – вооруженный разбой при отягчающих обстоятельствах. Профессор О.Ф. Шишов, правда, без ссылки на какой-либо источник, отмечает, что после отмены смертной казни действовала секретная директива Л.Берии о возможности применения смертной казни специальными судами МГБ по делам о контрреволюционных преступлениях.[41] Поэтому остаётся неясным, что представляли собой эти «спецсуды» МГБ и какое отношение имеет к указанной директиве Л.П. Берия, который в то время не возглавлял ни МГБ, ни МВД СССР, а курировал ядерный проект Советского Союза[42] .

12 января 1950 г. издан Указ ПВС СССР «О применении смертной казни к изменникам родины, шпионам, подрывникам-диверсантам»,[43] в виде изъятия из Указа 26 мая допустивший применение смертной казни к лицам, совершившим особо опасные государственные преступления.

13 января 1953 г. неопубликованным Указом ПВС СССР «О мерах по усилению борьбы с особо злостными проявлениями бандитизма среди заключенных в исправительно-трудовых лагерях»[44] разрешалось военным трибуналам МГБ СССР и специальным судам, рассматривающим дела о бандитских нападениях, сопровождавшихся убийствами в ИТЛ, применять к лагерным террористам высшую меру наказания.

27 марта 1953 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР об амнистии из 2.526.402 заключенных предусматривалось освобождение 1.181.264 человека. В соответствии с п.7 Указа амнистия не применялась к осужденным на срок более 5 лет за контрреволюционные преступления, крупные хищения соцсобственности, бандитизм и убийство.

30 апреля 1954 г. Указом ПВС СССР “Об усилении уголовной ответственности за умышленное убийство»[45] установлена смертная казнь за убийство при отягчающих обстоятельствах; причем был использован довольно оригинальный прием юридической техники: на убийство распространялся Указ 12 января 1950, который, в свою очередь, допустил нераспространение Указа 26 мая 1947 г на контрреволюционные преступления. Следовательно, подразумевалось, что Указ 1947 г. об отмене смертной казни не распространялся на ответственность за умышленное убийство. Однако, на день отмены смертной казни убийство не каралось высшей мерой, соответственно и её отмена не затрагивала санкций за это преступление. Такая правовая путаница возникла ввиду нежелания официально афишировать восстановление смертной казни: формально она восстанавливается со вступлением в силу Основ 1958 г., тогда же отменяется Указ от 26 мая 1947 г.

В 20-е – 40-е годы ХХ века смертная казнь (если её можно считать таковой) проявляет себя в несколько новом качестве. Во-первых, существовал весьма расплывчатый и широкий круг наказуемых ей деяний – это, как правило, государственные а также воинские преступления, - что нехарактерно для современного понимания смертной казни. Во-вторых, увеличился масштаб её применения, и, в-третьих, функции по назначению смертной казни получили несудебные и чрезвычайные государственные органы. Для настоящего исследования смертная казнь тех времен не представляет особого интереса, но учитывая многочисленные попытки спекулировать на исторических событиях а также экстраполировать проблемы, связанные с массовыми казнями, на сегодняшнюю действительность, необходимо кратко остановиться на некоторых узловых моментах. Сперва требуется определиться со сферой применения смертной казни и числом казненных лиц. Данные по этому поводу несколько разнятся, но незначительно, если не брать в расчет безответственные заявления о десятках миллионах зверски убитых или даже «95 миллионах расстрелянных»[46] . Часто называется цифра 799 455 осужденных к смертной казни, причем не только за контрреволюционные преступления (см. таблицу). Сколько из этого числа было фактически расстреляно, сказать затруднительно, но их заведомо меньше, учитывая «условные» расстрелы, амнистии 20-х годов и пересмотры дел конца 30-х (а еще некоторые люди приговаривались к расстрелу дважды) .

Как бы там ни было, все упирается в год «пика репрессий», т.е. август 1937- середина 1938 гг. Как видно из таблицы, на долю этих годов приходится абсолютное большинство случаев смертной казни – свыше трехсот тысяч в год (число осужденных к ВМН в 1937 г. в 315 раз превышало число за предыдущий год). Смертная казнь в остальные годы не представляла из себя ничего не обычного. Открытые документы о планировании массовых репрессий в Политбюро и НКВД не дают ответа на вопрос о приводных ремнях процесса многотысячного уничтожения людей[47] . Безусловно, события 1937 года имеют рациональное объяснение, но в условиях частичного уничтожения архивных данных и неполного рассекречивания существующих архивов этот вопрос не закрывается и ждет своих исследователей. Одно можно сказать с уверенностью: с борьбой с преступностью это было практически не связано, хотя и уголовники подлежали репрессии «по первой категории». В качестве наиболее правдоподобной можно использовать версию о том, что массовые расстрелы применялись в целях ликвидации «пятой колонны» в предверии мировой войны, в которую СССР оказался бы неминуемо втянут (первый звоночки прозвенели накануне – события в Испании 1936 г. и последущее выступление «пятой колонны» весной 1937 г.). Массовая операция началась летом 37-го, а в мае 37-го случилось событие, послужившее еще одним катализатором массовых репрессий – срыв намеченного военно-политического переворота. Даже если военного заговора фактически не существовало, действия властей свидетельствовали об их неподдельной уверенности в наличии такого заговора и чрезвычайной осторожности в связи с этим.

17 ноября 1938 г. руководство страны в постановлении СНК СССР и ЦК ВКП(б) отмечало, что «за 1937-1938 годы под руководством партии органы НКВД проделали большую работу по разгрому врагов народа и очистили СССР от многочисленных шпионских, террористических, диверсионных и вредительских кадров из троцкистов, бухаринцев, эсеров, меньшевиков, буржуазных националистов, белогвардейцев, беглых кулаков и уголовников, представлявших из себя серьезную опору иностранных разведок в СССР и, в особенности, разведок Японии, Германии, Польши, Англии и Франции». Вместе с тем констатировалось, что «массовые операции по разгрому и выкорчевыванию враждебных элементов, проведенные органами НКВД в 1937-1938 годах при упрощенном ведении следствия и суда, не могли не привести к ряду крупнейших недостатков и извращений в работе органов НКВД и Прокуратуры». Репрессии (впрочем термин «репрессия» здесь явно неудачен) унесли жизни тысяч достойных людей. Но как тогда считалось, «цель оправдывает средства» : в годы Великой Отечественной Войны, как известно, в спину Советской власти никто не ударил.

Число осужденных за контрреволюционные и другие
особо опасные государственные преступления
[48]

Год Приговорено к высшей
мере

1918

1919

1920

1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953

6185

3456

16068

9701
1962
414
2550
2433
990
2363
869
2109
20201
10651
2728
2154
2056
1229
1118
353074
328618
2552
1649
8011
23278
3579
3029
4252
2896
1105
0

0
475
1609
1612

198(1полугодие)

1481

2601

1863

23726

20193/26510

3877/12569

3110

2308

2273

898

468

1602

1611

300(год)

Итого 799455

Говоря о советских репрессиях 20-х - 40-х годов нельзя замалчивать и положение дел в большинстве других государств в то же время. Практически все страны Европы (Германия, Польша, Прибалтика, Италия, Румыния, Испания и др.), САСШ-США, Япония, Англия с Францией в своих колониях, находясь в несравненно лучшем политическом и экономическом положении по сравнению с Советским Союзом, тем не менее проводили жесткие уголовные и политические репрессии, нередко развязывая руки для этого сторонним негосударственным организациям. Советское государство не пошло по пути возложения репрессий на неформальные организации и никогда не выпускало из рук монополии на физическое насилие.

Таким образом, смертная казнь в этот период фактически не выступала в качестве уголовного наказания либо какой-нибудь другой меры уголовной политики, что делает совершенно несостоятельными попытки использовать тему «массовых репрессий» в дискуссиях по проблемам смертной казни.

До 1959 года в советском законодательстве продолжали действовать Указы от 12 января 1950 г. и 30 апреля 1954 г., однако масштабы применения смертной казни значительно сократились. В 1954 г. по контрреволюционным преступлениям к смертной казни было приговорено 79 человек, 1955 – 40, 1956 – 31, 1957 – 50, 1958 – 83.[49]

25 декабря 1958 г. Верховный Совет СССР принял Закон, утвердивший новые Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик. Одновременно были приняты Законы об уголовной ответственности за государственные и воинские преступления[50] . Порядок введения этих актов в действие был определен Указом ПВС СССР от 14 февраля 1959 г.[51] Статья 22 Основ предусматривала смертную казнь как исключительную меру наказания за государственные преступления и умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах. Закон «Об уголовной ответственности за государственные преступления» в своей изначальной редакции предусматривал 7 преступлений караемых смертной казнью; Закон «Об уголовной ответственности за воинские преступления» – 16 таких преступлений.

В соответствии с новым общесоюзным законодательством 27 октября 1960 г. на 3-й сессии Верховного Совета РСФСР пятого созыва утверждается Уголовный Кодекс, который был введен в действие с 1 января 1961 г. Нормы УК, касающиеся смертной казни, полностью воспроизводили положения союзных актов. Таким образом, изначально УК 1960 г. содержал 24[52] санкции со смертной казнью : за 7 государственных, 16 воинских и 1 общеуголовное преступление (убийство).

В 1961 году под флагом усиления борьбы с преступностью происходит расширение сферы применения исключительной меры наказания. 5мая 1961 года Указом Президиума ВС СССР “Об усилении борьбы с особо опасными преступлениями”[53] смертная казнь вводится за:

-хищение социалистического имущества в особо крупных размерах,

-изготовление с целью сбыта или сбыт поддельных денег и ценным бумаг, совершенное в виде промысла или в особо крупных размерах,

-дезорганизацию деятельности исправительно-трудовых учреждений,

а 18 мая соответствующие изменения появляются в Основах уголовного законодательства и в Законе о государственных преступлениях.

1 июля 1961 Указом ПВС «Об усилении уголовной ответственности за нарушения правил о валютных операциях»[54] установлена смертная казнь за спекуляцию валютными ценностями, совершенную в виде промысла или в крупном размере а также неоднократно. Указ получил скандальную известность ввиду того, что сразу же после его издания, он был применен во время судебного пересмотра дела лиц, которые уже были недавно осуждены по валютному делу (дело Рокотова и Файбишенко). События развивались примерно так : в мае было раскручены огромные по масштабам валютные преступления, и их участники были осуждены к различным срокам лишения свободы, причем на суде валютчики вели себя довольно развязно. Н. Хрущев, лично следивший за ходом процесса ввиду его международной огласки, не смог удовлетвориться вынесенным валютчикам приговором – 15 лет лишения свободы, и настоял на применении к ним самых жестких мер, благодаря чему и появился Указ от 1 июля. Этот случай стал самым известным, когда уголовному закону было придано обратное действие,

Другим известным случаем, также связанным с именем Н. Хрущева, является казнь 14-летнего подростка, А. Нейланда. Впервые в советской истории к высшей мере наказания был приговорен несовершеннолетний. Впрочем, противоречащую закону позицию советского лидера можно понять и даже оправдать, учитывая тяжесть совершенного этим «дитём» преступления. Зверское зарубление топором матери и её трехлетнего сына (причем с мертвым телом женщины Нейланд пытался вступить в половую связь), другие его преступления не могли быть оправданы не только Хрущевым, но и всем советским обществом.

Указами Президиума ВС СССР от 15 февраля 1962 г.[55] смертная казнь была установлена за посягательство на жизнь работника милиции или народного дружинника при отягчающих обстоятельствах а также за изнасилование, совершенное группой лиц, особо опасным рецидивистом или повлекшее тяжкие последствия, или изнасилование несовершеннолетней.

20 февраля того же года Указом ПВС СССР[56] смертная казнь вводится за квалифицированное получение взятки.

Все изменения, произошедшие в союзном законодательстве, были учтены при внесении изменений в УК РСФСР. Законом от 25 июля 1962 г.[57] число статей с санкциями в виде смертной казни с 24 повышается до 31.

Усиление борьбы с преступностью сказалось и на числе вынесенных смертных приговоров. В 1961 г. судами РСФСР было приговорено к высшей мере наказания - расстрелу 1890 человек, в 1962 г. – 2159.

17 апреля 1973 г. в УК РСФСР Указом ПВС РСФСР в порядке реализации союзного указа от 3 января 1973 г. вводится 32-я по счету статья, предусматривающая смертную казнь за угон воздушного судна или его захват с целью угона, повлекшие тяжкие последствия (ст. 213-2 УК РСФСР).

17 мая 1980 г. во исполнение Указа ПВС СССР от 28 апреля 1980 г. Указом ПВС РСФСР[58] возможность назначения смертной казни за изнасилование несовершеннолетней ограничивается изнасилованием малолетней (до 14 лет).

До 1991 г. изменений в институте смертной казни практически не было. Динамика осуждения к смертной казни в 1960-90-е годы оставалась стабильной (см. таблицу):

Число осужденных к смертной казни в РСФСР за 1961-1990гг[59] .

год

число

год

число

год

число

1961 1890 1971 427 1981 415
1962 2159 1972 416 1982 458
1963 935 1973 335 1983 488
1964 623 1974 317 1984 448
1965 379 1975 273 1985 407
1966 577 1976 227 1986 223
1967 522 1977 222 1987 120
1968 511 1978 276 1988 115
1969 471 1979 353 1989 100
1970 476 1980 423 1990 223

По состоянию на 1 января 1991 года в российском законодательстве насчитывалось 32 преступления, предусматривающих санкции в виде смертной казни за их совершение. 2 июля 1991 г. Верховным Советом СССР были приняты Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик[60] . Хотя акт в целом в силу известных причин так и не вступил в силу, статья, регулирующая институт смертной казни, была введена в действие с момента опубликования Основ. Законодатель наконец ушел от косной формулировки «исключительная мера наказания», установив, что смертная казнь есть «исключительное наказание» (нет меры наказания вообще, есть мера конкретного, притом делимого, вида наказания). Ст. 40 Основ допустила применение смертной казни к мужчинам старше 18 лет за :

1) государственную измену;

2) убийство при отягчающих обстоятельствах;

3) изнасилование малолетней при отягчающих обстояьельствах;

4) похищение ребенка, повлекшее тяжкие последствия;

5) особо тяжкие преступления против мира и безопасности человечества.

Это означало, что за все иные преступления по УК РСФСР смертная казнь применяться также не могла, следовательно фактически оставались 3 «расстрельные» статьи – ст.ст. 64, 102, 117 УК. Правда, неясной оказалась судьба санкций со смертной казнью у воинских преступлений, поскольку военное время в ст. 40 специально не оговаривалось. Видимо, по советской традиции Основы не распространялись на сепаратный закон о воинских преступлениях, тем более что Верховный Совет чуть позже изложил в новой редакции ряд статей этого закона, сохранив в них указание на возможность применения смертной казни.

Законом РСФСР от 5 декабря 1991 г. из числа «расстрельных» статей исключены ст.88 (нарушение правил о валютных операциях), ст. 93-1 (хищение государственного или общественного имущества в особо крупных размерах) и ст. 173 (получение взятки), а 1 июля 1994 г. исключено изготовление или сбыт поддельных денег и ценных бумаг (ст.87).

Законом РФ от 21 апреля 1992 г. «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) РСФСР» глава о правах граждан была изложена в новой редакции. Ст. 38 стала гласить: «Каждый имеет право на жизнь. Никто не может быть произвольно лишен жизни. Государство стремится к полной отмене смертной казни. Смертная казнь впредь до ее отмены может применяться в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против личности только по приговору суда». Нескладные формулировки статьи, видимо, были навеяны «разоблачениями тоталитаризма», хотя как мы уже выяснили, нет нужды так выпячивать различия смертной казни с акциями советского государства - они существуют объективно и независимы от юридического признания. Теперь множество смертных санкций в УК РСФСР были блокировано уже не Основами 1991 года, а Конституцией непосредственно.

Конституция РФ 1993 г. не переняла нормы предшественницы, а сформулировала более четкие положения, касающиеся смертной казни. Тем не менее смертная казнь опять оказалась в главе о правах и свободах, эклектически соединившись с правом на жизнь. Статья 20 : «1. Каждый имеет право на жизнь. 2. Смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей». Теперь сфера применения смертной казни сузилась до особо тяжких преступлений против жизни, а не против личности, как было раньше (таким образом, например, отпадала смертная казнь по ст 117)

До принятия ныне действующего Уголовного Кодекса РФ в УК 1960 г. были введены еще 3 статьи[61] , предусматривающие смертную казнь в качестве исключительной меры наказания за совершеиие :

-терроризма, повлекшего смерть - ст.213-3 (Федеральный закон от 1 июля 1994 г) ;

-умышленных действий, совершенных в составе незаконных вооруженных формирований, если они повлекли гибель людей – ст.77-2 (Федеральный закон от 28 апреля 1995 г.);

-посягательства на жизнь военнослужащего, сотрудника органа внутренних дел, а равно должностного лица, осуществляющего таможенный, иммиграционный, санитарно-карантинный, ветеринарный, фитосанитарный, автогрузовой и иные виды контроля, или иного лица при исполнении ими обязанностей по охране Государственной границы Российской Федерации, а также на жизнь членов их семей – ст.192-1 (Федеральный закон от 18 мая 1995 г.).

Уголовный кодекс 1960 г. закончил свою жизнь 1 января 1997 г., формально грозя высшей карой за 31 преступление. Смертная казнь в 90-е годы почти не применялась : в 1991 году было казнено 15 человек, в 1992 – 1, в 1993 – 4, в 1994 – 19, в 1995 – 86, в 1996 – 53[62] .


[1] Декреты Советской власти. Т.1. М.,1957 г. С.490-491

[2] Мельгунов С.П. Красный террор в России. 1917 –1923 гг. Берлин, 1924 г. С. 170-171

[3] Разъяснение Прокуратуры СССР и КГБ СССР. Известия ЦК КПСС. 1989. №10.

[4] СУ РСФСР. 1918. №44

[5] Су РСФСР. 1918. №65

[6] Мельгунов сообщает, что это предписание практически не исполнялось (Указ. соч. С.173)

[7] СУ РСФСР, 1919, №12

[8] СУ РСФСР, 1919, №13.

[9] Протокол заседания ЦК РКП(б) от 11 июня 1919г.( Известия ЦК КПСС.. 1989. №12).

[10] Декреты Советской власти. М., 1971. Т.5. С.295-296

[11] СУ РСФСР. 1919 . №58.

[12] СУ РСФСР. 1919. №62

[13] Мельгунов С.П. Указ. соч. С.138

[14] Там же. С. 137

[15] СУ РСФСР, 1920, № 4-5. Постановление было зачем-то подтверждено декретом ВЦИК 2 февраля 1920 г. (СУ РСФСР.1920. №9)

[16] Следует заметить, что сама ВЧК опередила правительство : 15 января было опубликовано постановление о прекращении применения расстрелов.

[17] Уже в феврале СНК постановил предавать суду военного трибунала лиц, виновных в бандитизме и вооруженных ограблениях.

[18] СУ РСФСР, 1920, №48

[19] См., напр.: Н.Ф. Кузнецова. Вопросы истории советского уголовного законодательства (общая часть) // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11, Право. - М., 1991. - N 3

[20] СУ РСФСР, 1923, № 15, ст. 192

[21] СУ РСФСР, 1922, № 65

[22] Михлин А.С. Указ.соч. С.53

[23] В связи с внесудебными расправами можно упомянуть также практику главного антагониста Советского Союза – США. По инициативе нового президента Ф. Рузвельта, недовольного обнаглевшими гангстерами, за последними началась «Большая Охота». В 1934-35 гг. спецслужбы расправились с рядом самых отъявленных головорезов, такими как Бонни и Клайд, Д. Диллинджер, Малыш Нельсон, Мамаша Баркер и др.

[24] СЗ СССР, 1924г., №24, ст.204

[25] Подробное изложение и анализ истории существования в СССР концепций социальной защиты дано в исследовании О.Ф. Шишова: См.: Шишов О.Ф. Становление и развитие науки уголовного права В СССР: проблемы общей части (1917 –1936 гг.).// Дисс. ... д-ра юр. наук. М., 1985. Вместе со справедливой критикой тогдашнего института социальной защиты, автор замечает, что сама идея мер социальной защиты в принципе неплоха (С.226).

[26] СУ РСФСР. 1926. № 80.

[27] См.: Курс советского уголовного права. В 6-ти Т. Т.3. С.24. Подробнее об институте социальной защиты см.: Карасева М.Ю. Институт наказания в Советском государстве довоенного периода. Дисс. … канд. юр. наук. Волгоград, 2000 г.

[28] СЗ СССР.1927. № 61. Ст.613

[29] Сборник действующих постановлений Пленума Верховного Суда СССР 1924-1944гг., Юриздат, 1946. С. 5

[30] Поэтому вряд ли можно согласиться с С.В. Жильцовым, который считает, что «личность человека, его жизнь была менее защищена, чем государственная собственность» (Жильцов С.В. Смертная казнь в истории России. – С.326). Безопасность людей определяется не формальной санкцией, а реальным положением дел.

[31] СЗ СССР 1929 г. №76. Ст 732.

[32] СЗ СССР. 1927. №15.

[33] СЗ СССР, 1932, №62, ст.360

[34] Сборник разъяснений Верховного Суда РСФСР. М.,1935. С.246

[35] СЗ СССР, 1934, №33, ст.255

[36] СЗ СССР, 1935г.. №19, ст.155

[37] 28 июня 1935 г. Р. Роллан в беседе с И. Сталиным заметил, что западная публика посчитала, что над детьми нависла угроза смертной казни. И. Сталин отвечал буквально следующее : «…Надо иметь в виду, что в наших школах обнаружены отдельные группы в 10-15 человек хулиганствующих мальчиков и девочек, которые ставят своей целью убивать или развращать наиболее хороших учеников и учениц… Были случаи, когда такие хулиганствующие группы заманивали девочек к взрослым, там их спаивали и затем делали из них проституток. Были случаи, когда мальчиков, которые хорошо учатся в школе и являются ударниками, такая группа хулиганов топила в колодце, наносила им раны и всячески терроризтровала их. При этом было обнаружено, что такие хулиганские детские шайки организуются и напрвляются бандитскими элементами из взрослых.… Декрет издан для того, чтобы устрашить и дезорганизовать взрослых бандитов и уберечь наших детей от хулиганов…» ( Беседа И. Сталина с Роменом Ролланом.//В книге : Иосиф Сталин. Жизнь и наследие. М.,1998 г. С. 442, 445).

[38] ВВС СССР, 1940 г. №52.

[39] Сборник законодательных и нормативных актов о репрессиях и реабилитации жертв политических репрессий. – М., 1993. С.37.

[40] ВВС СССР, 1947г., №17. Утвержден Законом СССР от 4 февраля 1948г.(ВВС СССР, 1948. №6)

[41] Шишов О.Ф. Смертная казнь в истории Советского государства.. С.123-124.

[42] Все исследователи, затрагивая этот вопрос, ссылаются на указанную работу О. Шишова, не пытаясь обнаружить первоисточник. В другой своей работе О.Ф. Шишов уже не упоминает о каких-либо директивах. (См.: Шишов О.Ф. Смертная казнь в России в ХХ веке //.Журнал «Индекс/Досье на цензуру».2001 г. № 14.)

[43] ВВС СССР, 1950г., №3

[44] Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР (1953-1991гг.). Ч. 1. Казань, 1992. С. 14-15.

[45] ВВС СССР, 1954 г., № 17. Ст. 221. Утвержден Законом СССР от 7 февраля 1955 (ВВС СССР,1955, № 2)

[46] Цифру о почти ста миллионах озвучила, например, И. Хакамада в телепередаче «Свобода слова» в ноябре 2001 г. Скоро, наверное, появятся «свидетельства» о расстреле количества лиц, превышающего численность населения всего СССР.

[47] Имеются в виду решение Политбюро от 2 июля 1937 г., приказ НКВД 30 июля 1937 г. и другие.

[48] В правом ряду альтернативные числа. Используется два независимых источника: 1) В.П.Попов. Государственный террор в советской России. 1923-1953 гг.: источники и их интерпретация // Отечественные архивы. 1992, №2. С.28. 2) Лунеев В.В. Преступность ХХ века. Мировой криминологический анализ. М.,1997. С.180.

[49] Лунеев В.В. Указ. соч. С.180

[50] ВВС СССР, 1959г., №1

[51] ВВС СССР, 1959г., №7

[52] По другим подсчетам – 25, если различать дезертирство в военное время солдат и дезертирство в военное время офицеров.

[53] ВВС СССР, 1961г., № 19. Ст. 207.

[54] ВВС СССР, 1961 г. № 27. Ст. 291

[55] ВВС СССР, 1962г., № 8

[56] Там же. Все три указа утверждены Законом СССР от 24 апреля 1962 г. (ВВС СССР, №17. Ст. 177

[57] ВВС РСФСР, 1962г., №29, Ст.449

[58] ВВС РСФСР, 1980 г., №20. Ст. 535.

[59] Прив по: Михлин А.С. Указ соч. С.60

[60] ВСНД и ВВС СССР, 1991 г. №30. Ст. 862

[61] 22 сентября 1993 г. исполняющим обязанности Президента РФ был подписан и введен в действие Закон, дополняющий УК РСФСР статьей 64-1 «Действия, направленные на насильственное изменение конституционного строя», предусматривавшей в санкции и смертную казнь. 24 сентября Закон получил одобрение Съезда народных депутатов Российской Федерации.

[62] См. Всероссиская конференция по проблемам отмены смертной казни. М., 2000 г. С.159.