регистрация / вход

Бандитизм и его квалификация по уголовному праву

Оглавление Введение. 3 Глава I. Понятие и признаки бандитизма. 5 Глава 2. Функциональные особенности бандитского формирования. 8 2.1. Лидер банды и его роль в ее деятельности. 8

Оглавление

Введение. 3

Глава I. Понятие и признаки бандитизма. 5

Глава 2. Функциональные особенности бандитского формирования. 8

2.1. Лидер банды и его роль в ее деятельности. 8

2.2. Участие рядовых членов банды в совершаемых ею нападениях. 13

2.3. Пособничество бандитизму. 15

Глава 3. Проблема разграничения бандитизма и вооруженного разбоя. 17

Заключение. 25

Библиография. 27

Приложения

Введение

Все­общая декларация прав человека провозглашает, что каждый человек имеет право на жизнь, свободу и личную неприкос­новенность. Эти положения воспроизводятся Конституцией Российской Федерации. От­ветственность за преступления против жизни и здоровья предусматривается Уголовным Кодексом Российской Федерации. И, тем не менее, проблема создания бандитских формирований и бандитизма остается актуальной и требует дальнейшего изучения, объяснения и решения. Отсюда вытекает констатация актуальности, практической значимости и злободневности темы данной курсовой работы.

Объект исследования – бандитизм.

Предмет исследования – понятие и отличительные признаки бандитизма.

Цель написания работы: определение основных признаков бандитизма и отличительных особенностей от других видов преступлений с применением оружия.

При написании курсовой работы решались следующие задачи:

- отбор и изучение первоисточников, определяющих понятия, признаки и особенности бандитизма;

- отбор и изучение научных статей и учебных пособий, комментирующих положения первоисточников по проблемам бандитизма;

- изучение правоприменительной практики, отражающей степень развития бандитизма в России, в мировом сообществе и меры борьбы с этим опасным социальным явлением;

- осуществление построения структуры работы и размещения текста;

- формулирование выводов, заключений;

- формирование библиографического списка литературы.

Среди изученных источников на первом месте – Конституция Российской Федерации 1993 г.; Уголовный кодекс Российской Федерации (официальный текст по состоянию на 1 февраля 1996г.).

Вторичными источниками стали: Права человека. Учебник для вузов (М.: 2000); Назаренко Г. В. Уголовное законодательство России: Учебное пособие (М.:1998); Антонян Ю. М., Бородин С. В. Преступное поведение и психические аномалии (М., 1998). Также были изучены статьи ученых-правоведов: Ведерникова О. Н. Основные криминологические системы современности (сравнительный анализ) (Гос. и право, 2002, №10);) Галиакбарова Р. Разграничение разбоя и бандитизма: ошибка в теории ломает судебную практику: полемика ( Рос. юст., 2001, № 7), Быкова В. Как разграничить бандитизм и разбой (Рос. юст., 2001, №3) и другие.

Таким образом, проблема бандитизма рассмотрена с точки зрения уголовного законодательства, а также материалов правоприменительной практики и научных статей.

Глава I. Понятие и признаки бандитизма

Бандитизм - одно из наиболее опасных преступлений, ответствен­ность за которое известна российскому уголовному законодательству с 1922 г. (ст. 76 УК РСФСР 1922 г. - СУ. 1922. № 15). УК РСФСР не раскрывал понятия банды, указывая только на признак вооруженности. Признаки бан­ды определялись наукой уголовного права. УК РФ 1996 г. указал следующие признаки банды: группа, т. е. два или более лиц, устойчивость, вооруженность (Приложение 1).

"Под бандой следует понимать организованную устойчивую вооружен­ную группу из двух или более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации. Банда может быть создана и для совершения одного, но требующего тщательной подготовки нападения" (по­становление Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм"). "Банда признается вооруженной при наличии оружия хотя бы у одного из ее членов и осведомленности об этом других членов банды"[1] (постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г.)

Под оружием следует понимать предметы и устройства, специально предназначенные для поражения живой цели. Оружие может быть как завод­ского изготовления, так и самодельное, а том числе газовое и пневматическое.

Наличие непригодного к использованию оружия, например или предметов, имитирующих оружие, не может считаться вооруженностью. В этих случаях преступная группа может привлекаться к ответственности за разбой или иные преступления, но не за бандитизм. Целью банды является нападение на граждан или организации. В прошлом бандитизм совершался в

целях получения материальной выгоды и по существу представляют собой

наиболее опасные случаи группового воо­руженного разбоя, НЛП рэкета. Однако возможны случаи организации банды и в целях совершения изнасилований или иных преступлений против лично­сти, порядка управления и общественной безопасности. В этих группировках имеются специальные вооруженные подразделе­ния, которые совершают вооруженные налеты, убийства и другие преступле­ния, связанные с применением насилия.

Субъективная сторона бандитизма характеризуется прямым умыс­лом. Субъект должен сознавать, что организовывает устойчивую вооружен­ную группу или входит в состав такой группы и что эта группа создана для совершения вооруженных нападений на учреждения и граждан.

Если устойчивая преступная группа занимается торговлей оружием, наркотиками, но не ставит целью совершение нападений на кого-либо, одна­ко при попытке задержания члены этой группы оказали вооруженное сопро­тивление работникам правоохранительных органов, их действия нельзя ква­лифицировать как бандитизм. Такого рода преступления должны квалифи­цироваться как незаконный сбыт оружия (ст. 222) или наркотиков (cт. 228) и применение насилия в отношении представителя власти (ст. 318) или пося­гательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317) по совокупности.

Поскольку оконченный состав бандитизма образует сам факт создания устойчивой вооруженной группы, объединившейся для совершения нападе­ний, наступления каких-либо последствий от действий банды не требуется. Пленум Верховного Суда РФ в п. 13 названного постановления ука­зал: "Судам следует иметь в виду, что ст. 209 УК РФ, устанавливающая ответст­венность за создание банды, руководство и участие в ней или в совершаемых ею нападениях, не предусматривает ответственность за совершение членами банды в процессе нападения преступных действий, образующих самостоя­тельные преступления, в связи, с чем в этих случаях состава следует руково­дствоваться положениями ст. 17 УК РФ, согласно которым при совокупности преступлений лицо несет ответственность за каждое преступление по соот­ветствующей статье или части статьи УК РФ, ответственность за организацию вооруженных банд, участие в них и в совершаемых ими нападениях, не пре­дусматривает ответственность за возможные последствия преступных дейст­вий вооруженных банд, в связи с чем требуют дополнительной квалифика­ции преступные последствия нападения, образующие самостоятельный со­став тяжкого преступления (ст. 7 УК РСФСР)".[2]

По смыслу ст. 15 УК РФ тяжкими преступлениями являются преступные деяния, за которые может быть назначено наказание от 5 до 10 лет лишения свободы.

В соответствии с указанием Пленума Верховного Суда РФ, если в процессе бандитского нападения кому-либо будет умышленно причинен тяжкий вред здоровью (ст. 111), то эти деяния следует квалифи­цировать по совокупности ст. 209 и 111 УК, а если умышленно причинен вред здоровью средней тяжести, то совокупности не требуется и все содеян­ное охватывается составом бандитизма. Такое решение вопроса представля­ется нелогичным.

Поскольку закон предусматривает ответственность за вооруженное на­падение, то, естественно, в процессе такого нападения может быть причинен вред личности различной тяжести. Нападение совершается не как самоцель, а для получения каких-либо выгод, чаще материальных, осуществления ка­ких-либо интересов. Возникает вопрос, нужна ли квалифи­кация по совокупности бандитизма и вооруженного группового разбоя? По приведенному указанию Пленума Верховного Суда РФ такая совокупность необходима.

Таким образом, банда – это вооруженная преступная группировка, которая создается с целью ограбления граждан и учреждений.

Глава 2. Функциональные особенности бандитского формирования

2.1. Лидер банды и его роль в ее деятельности

В ч. 1 ст. 209 УК РФ предусматривается ответственность за создание банды и руководство ею. В соответствии с названным постановлением Пле­нума Верховного Суда РФ под организацией вооруженной банды "следует понимать любые действия, результатом которых стало создание устойчивой вооруженной группы в целях совершения нападений на граждан либо пред­приятия, учреждения, организации. Они могут выражаться в сговоре, по­дыскании соучастников, приобретении оружия, разработке планов и распре­делении ролей между членами банды и т. п.".

Создание устойчивой вооруженной группы (банды) с целью совершения нападений на граждан или организации является оконченным преступлением независимо от того, были ли совершены планировавшиеся ею преступления.

Руководство бандой заключается в вербовке членов, разработке планов нападений и распределении ролей между членами банды, даче указа­ний и распоряжений членам банды и т. п.

Как правило, в каждой банде есть лидер, руководитель, который сам может не принимать участия в нападениях, но которому подчиняются остальные члены банды.

Повышенную ответственность за создание банды или участие в ней и в совершаемых ею нападениях несут лица, использующие свое служебное положение (ч. 3 ст. 209). Например, работники милиции, охранных организа­ций, банков и других организаций.

"Под совершением бандитизма с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 209) следует понимать использование лицом своих властных или иных служебных полномочий, форменной одежды и атрибутики, служебные удостоверения или оружия, а равно сведений, которыми оно рас­полагает в связи со своим служебным положением при подготовке или совер­шении бандой нападения либо при финансировании ее преступной деятель­ности, вооружении, материальном оснащении, подборе новых членов банды и т. п." (постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г.).

Объективная сторона преступления выражается в создании устойчивой вооруженной группы (банды), руководстве такой группой, участии в банде, а также в участии в совершаемых бандой нападениях. Эти формы проявления бандитизма относительно самосто­ятельны, и преступление считается оконченным с мо­мента совершения любого из названных действий.

Часть 1 ст. 209 УК РФ предусматривает ответст­венность за создание банды и руководство ею. УК РСФСР использовал словосочетание "организация банды", тогда как действующий Кодекс употребляет термин "создание", который по своему содержательно-смысловому оттенку направлен на "основание начала существования" банды. Замена одного термина на дру­гой, очевидно, сопряжена со стремлением законодателя более точно отразить углубленную интеллектуальную и физическую, изначальную деятельность отдельного че­ловека или группы людей, преследующую цель созда­ния банды.[3]

Создание банды как форма проявления бандитизма в судебной практике встречается довольно редко, по­скольку упомянутая деятельность отражается в приго­товительных к нападению действиях, внешний кон­троль за которыми весьма затруднителен. Поэтому к моменту разоблачения банда успевает совершить не одно нападение.

Под созданием банды понимаются любые действия, результатом которых становится образование органи­зованной устойчивой вооруженной группы в целях на­падения на граждан либо организации. Действия, на­правленные на создание банды, носят многообразный характер, однако в каждом случае суды обязаны в при­говоре указать, в чем конкретно выразились данные действия. Причем, констатация создания вооруженной банды с указанием конкретных доказательств всегда должна предшествовать доказательствам по обоснова­нию вменения членам и руководителям банды кон­кретных нападений.

Создание вооруженной банды является в соответст­вии с ч. 1 ст. 209 УК оконченным составом преступле­ния, так как именно с этого момента у банды имеется готовность применить насилие для достижения постав­ленных целей. Готовность использования насилия на­ряду с фактом вооруженности организованной пре­ступной группы и обусловила отнесение бандитизма к числу преступлений с усеченным составом.

Это первоначальная стадия формирования воору­женной банды, после чего можно сказать, что устойчи­вая вооруженная группа (банда) создана. В дальнейшем действия организатора могут быть различными, что будет влиять на квалификацию совершенных им деяний.

Проведем разграничение квалификации действий организатора, организатора-руководителя и организа­тора - участника банды.

После создания банды организатор может стать либо ее руководителем, либо раствориться среди остальных участников банды, выполняя порученные ему задания уже новым руководителем. В первом случае он становится организатором-руководителем, во втором - ор­ганизатором-участником.

В силу ч. 5 ст. 35 УК РФ организатор банды несет ответ­ственность не только за организацию банды (создание, руководство), но и за все совершаемые бандой пре­ступления (как ее участник), если они охватывались его умыслом. Вместе с тем, необоснованно имею­щее место среди практических работников мнение о том, что действия организатора банды и участие в со­вершаемых ею нападениях не подлежат дополнитель­ной квалификации по ч. 2 ст. 209 УК РФ, а полностью ох­ватываются ч. 1 этой статьи. В постановлении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ по делу Ф. и других, в частности, отмечается, что "действиями осужденных по организации банды охватывается также участие в ней и в бандитских нападениях" (Бюл­летень Верховного Суда Российской Федерации. 1998. № 9. С. 5). По делу Р., организатора банды, Президиум Верховного Суда РФ 18 марта 1998 г. также постановил, что действия создателя банды, участвовавшего в ее на­падениях, охватываются диспозицией ч. 1 ст. 209 УК РФ, и дополнительной квалификации этих действий по ч. 2 ст. 209 УК не требуется (Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1998. № 11. С. 5). В данном случае необходимо заметить, что в ч. 1 и ч. 2 ст. 209 УК РФ речь идет о самостоятельных, не совпадаю­щих по содержанию формах бандитизма, в силу чего они не могут быть взаимопоглощаемы.[4]

Может сложиться и такая ситуация, когда лицо, со­здавшее банду, сразу же выйдет из нее. В этом случае оно все равно будет нести ответственность по ч. 1 ст. 209 УК, так как создание банды считается окончен­ным с момента ее формирования. Поэтому говорить о добровольном отказе или подобных обстоятельствах в этом случае нельзя. Но если банда еще не была создана, и не были подобраны все члены банды, она еще не была вооружена, можно поставить вопрос о добровольном отказе организатора от продолжения действий по со­зданию банды. Однако в данном случае организатор должен принять все меры к тому, чтобы создание банды не было завершено иными лицами, которых он уже успел склонить к участию в банде. Это строгое требование закона, изложенное в ч. 4 ст. 31 УК РФ, пол­ностью распространяется и на подобные случаи. Если же организатор банды начал действия по ее созданию, но не закончил в силу их пресечения правопримени­тельными органами либо другими, не зависящими от этого лица обстоятельствами, он должен нести ответ­ственность за покушение на создание банды. Отказ от продолжения действий по созданию банды должен рассматриваться как смягчающее вину обстоятельство.

После стадии создания организованной вооружен­ной группы все основные функции по управлению со­средоточиваются в руках руководителя. Но им, как от­мечалось ранее, может стать не только организатор, но и любой член банды, который благодаря своему авто­ритету сосредоточит в своих руках эти функции.

Понятие руководства бандой дается в п. 8 постанов­ления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодатель­ства об ответственности за бандитизм", согласно которому оно означает принятие решений, связанных как с планированием и организацией преступной деятель­ности банды, так и с совершением ею конкретных на­падений. Руководство созданной бандой может заклю­чаться в определении ее преступной деятельности, вы­боре конкретных объектов и способов, совершаемых бандой нападений, "воспитательной" работе с личным составом, наказании провинившихся членов банды, принятии решений о физической ликвидации потер­певших и свидетелей, укрывательстве и сбыте похи­щенного имущества и т.д. Несмотря на внешнюю яс­ность термина "руководство", содержание и функции руководителя не всегда легко распознать и отличить их от деятельности других участников банды. Как верно замечает А. Меркушов, принимать участие в планиро­вании преступлений, в их организации, в обеспечении функционирования банды могут в той или иной форме и степени все участники банды. Руководителя же от­личает то, что именно он определяет, в конечном счете, что, как и когда будет делать банда, т.е. он принимает решения, определяющие всю деятельность банды на далекую или близкую перспективу.[5]

Руководство предполагает, что: а) лицо, создавшее банду, является ее главарем или одним из лидеров (в этом случае оно несет ответственность одновременно за создание и последующее руководство бандой); б) лицо было выдвинуто руководителем или одним из главарей (хотя и не принимало участия в ор­ганизации банды). Для него преступление будет окон­ченным с момента дачи им согласия на выполнение функций руководителя или главаря банды, подтверж­денное любыми практическими действиями. Сюда же следует отнести выполнение руководящих функций в составе банды, т.е. руководство отдельными операция­ми, участие в планировании преступного акта, руко­водство отдельными подразделениями и т.п. Часть 2 ст. 209 УК предусматривает ответствен­ность за участие в банде и участие в совершаемых ею нападениях.

Таким образом, если организация банды и руководство ею являются самыми опасными формами бандитизма, то его основной формой выступает участие в банде.

2.2. Участие рядовых членов банды в совершаемых ею нападениях

Деятельность рядовых членов банды квалифицируется по ч. 2 ст. 209 УК РФ как участие в банде или в совершаемых ею нападениях. Участие в банде заключается не только в непосредственном участии в совершаемых бандой нападениях, но и в выполнении иных действий в интересах банды: финанси­рование, снабжение оружием, подыскание объектов для нападения (наводка), обеспечение транспортом, установление контактов с коррумпированны­ми работниками правоохранительных органов. Участие в совершаемых бандой нападениях заключается в непо­средственном участии хотя бы в одном нападении вооруженной группы лица, которое, не являясь членом банды, сознавало, что принимает участие в пре­ступлении, совершаемом бандой. Участник банды согласует свое поведение и функ­ции с другими участниками, а те согласуют свое пове­дение с ним. Имеет место взаимное согласование дей­ствий виновных в ходе совместного приготовления к преступлению. Каждый из участников обязуется вы­полнять согласованную часть единого преступного по­сягательства и сознает, что эта деятельность осущест­вляется в связи с принадлежностью его к банде.

Участие в банде признается оконченным, когда лицо узнавшее о преступных намерениях банды, дало согла­сие на вступление в нее и выполнение отдельных по­ручений, подкрепив это конкретной практической де­ятельностью, а не только выразив словесное заявление. Совершенно не обязательно, чтобы это лицо знало всех или нескольких членов банды. Для признания лица участником банды при наличии определенных субъек­тивных моментов достаточно его взаимодействия xoтя бы с одним членом банды или ее руководителем.

Нападением следует считать действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения. Нападение вооруженной банды следует считать состоявшимся в тех случаях, когда имевшееся у членов банды оружие не применялось, а цель преступления была достигнута за счет высказанной или очевидной для по­терпевшего угрозы его применения.

Действия лиц, не входивших в состав банды и не участвовавших в совершенных бандой нападениях, но оказавших банде или отдельным ее членам содействие в преступной деятельности, должны рассматриваться и квалифицироваться как соучастие в преступлении. Эти действия долж­ны носить разовый характер, так как при систематическом их совершении лицо становится членом банды.

Подстрекательство к бандитизму может выразиться в склонении чле­нов банды к нападению па конкретное учреждение или определенных лиц.

Субъектом бандитизма может быть вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 16 лет, входящие в состав банды или участвовавшие в нападениях, совершенных бандой, могут нести ответственность за конкретно совершенные ими престу­пления, указанные в ст. 20 УК РФ. Например, за убийство, умышленное причи­нение тяжкого вреда здоровью, разбой и другие действия, но не за бандитизм.[6]

Таким образом, лицо, давшее согласий на участие в преступлении банды при условии, что оно осознает, что имеет дело с бандой и если он знаком хотя бы с одним членом банды или ее руководителем, становится полноправным членом банды и отвечает за ее действия как член банды.

2.3. Пособничество бандитизму

Участие в банде необходимо отличать от пособниче­ства бандитизму. Пункт 10 постановления Пленуме Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. определяет, что действия лиц, не состоявших членами банды и не принимавших участия в совершаемых нападениях, не оказавших содействие банде в ее преступной деятель­ности, следует квалифицировать как пособничество.[7]

При пособничестве лицо должно сознавать, что его действия способствуют банде, если такое сознание от­сутствует, то нет пособничества бандитизму. Также должен решаться вопрос и в отношении заранее обе­щанного укрывательства. Если же лицо добросовестно заблуждается и считает, что оказывает пособничество и укрывательство разбою или иному преступлению, а не бандитизму, то его действия не должны квалифици­роваться как пособничество бандитизму.

Участие в совершаемых бандой нападениях в судеб­ной практике встречается редко (примерно в 5,7% слу­чаях от общего числа бандитских нападений). Под ним следует понимать действия лица, которое не только, например, применяло оружие или изымало похищен­ное, но и непосредственно обеспечивало нападение (доставляло членов банды к месту нападения, устраняло препятствия во время нападения, находилось на страже и т.д.).

Как бандитизм должно квалифицироваться участие в совершаемом нападении лиц, не являющихся членами банды, но осознающих, что они принимают участие в преступлении, совершаемом бандой.

Выполнение лицом, не являющимся членом банды, действий по обеспечению нападения (эпизодическое подыскание объектов нападения, сообщение сведений, используя которые бандиты могут избежать задержа­ния, по предварительной договоренности сокрытие на­грабленного имущества, оружия, следов преступления и т.д.) вне места и времени его совершения следует расценивать не как участие в нападении, а как пособ­ничество бандитизму.

Таким образом, пособничество бандитизму отличается от пособничества другим видам преступлений своей объективной стороной, заключающейся в сознании лица факта пособничества именно банде.

Глава 3. Проблема разграничения бандитизма и вооруженного разбоя

"Бандитизм - преступление сложное. Этим понятием охватываются корыстные и некорыстные посягательства на многие непосредственные акты, поэтому, если посягательство было сопряжено с убийством при нанесении телесных повреждений, изнасилованием, хищением государственной или личной собственности граждан, с истреблением либо повреждение имущества, то все содеянное охватывается диспозицией ст. 77 УК РФ (бандитизм) и дополнительной квалификации по совокупности не требует. На это обстоятельство неоднократно указывал Пленум Верховного Суда СССР.

Вопрос об объеме преступных деяний, охватываемых составом бандитизма, требует дополнительных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ с учетом положений нового УК. Во всяком случае, очевидно, что умышленное убийство, совершенное во время бандитского нападения, должно по совокупности с бандитизмом квалифицироваться по ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как за убийство предусмотрено более строгое наказание, включая смертную казнь, чем за бандитизм (Приложение 2).

Отличие бандитизма от разбоя, совершенного группой лиц по пред­варительному сговору с применением оружия или предметов, используемых в ка­честве оружия (ч. 2 ст. 162), заключается в следующем:

банда - это сплоченная устойчивая группа, а при разбое группа лиц может договориться о совершении одного нападения на граждан или учреж­дение;

бандитизм требует наличия оружия у членов банды, а при разбое необ­ходимо применение оружия, а не только его наличие;

при разбое могут быть использованы в качестве оружия предметы, соб­ственно оружием не являющиеся, а для состава бандитизма необходимо на­личие оружия в собственном смысле слова, т. е. предметов, специально пред­назначенных для поражения живой цели;

состав бандитизма является оконченным с момента создания банды, тогда как разбой окончен с момента нападения с целью хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия.[8]

Разграничение бандитизма и вооруженного разбоя, совершенного организованной груп­пой, довольно старая проблема в теории уго­ловного права. С принятием нового УК РФ она также не получала ясного и убедительного разре­шения, так как конкуренция норм в Кодексе со­хранилась: в ст. 162 УК предусматривается два таких квалифицирующих признака, как разбой, совершенный с применением оружия (п. "г" ч. 2), и разбой, совершенный организованной группой (п. "а" ч. 3). При совпадении указанных квалифи­цирующих признаков при совершении разбоя неизбежно в следственной и судебной практике возникает конкуренция норм, дающих основание квалифициро­вать совершенное преступление как разбой, со­вершенный вооруженной организованной груп­пой, или как бандитизм, поскольку ч. 1 ст. 209 УК определяет банду как устойчивую вооруженную группу. Не разрешает эту проблему и постанов­ление Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законо­дательства об ответственности за бандитизм".

В настоящее время и среди ученых нет единст­ва во взглядах на этот вопрос. В учебнике уголов­ного права, изданном Саратовским юридическим институтом МВД России совместно с Саратовской государственной академией права в 1999 году, ав­торы разных глав решают его неодинаково.

Так, автор главы о преступлениях против соб­ственности Г. Верина считает, что грань между разбоем и бандитизмом практически стирается, если разбой совершает организованная группа (особо квалифицирующий признак), оснащенная оружием. Таким образом, автор признает, что разграничить бандитизм и разбой в этих случаях практически невозможно.

В главе этого же учебника о преступлениях против общественной безопасности и общест­венного порядка, написанной А. Красиковым, де­лается попытка разграничить рассматриваемые составы. Автор считает, что по действующему УК названные преступления все же возможно разли­чить по ряду признаков: бандитизм - это всегда применение оружия, а разбой может быть совер­шен и без оружия; разбой может быть совершен одним лицом, а бандитизм — только вооружен­ной группой; при разбое, в отличие от бандитизма может применяться не только оружие, но и дру­гие предметы, используемые в качестве такового; специальным признаком банды является создание вооруженной группы для совершения нападений; и в отличие от группы разбойников банда - это устойчивая группа.

Думается, что предпринятая А. Красиковым попытка разграничить бандитизм и разбой, со­вершенный организованной вооруженной груп­пой, представляется не вполне удачной. Дело в том, что, обозначив вначале одну проблему, в ходе аргументации он произвел подмену тезиса: пер­воначально проблема была обозначена как необ­ходимость отличать бандитизм от вооруженного группового разбоя, а доказывание идет другого тезиса - отличие бандитизма от разбоя вообще. Кроме того, в рассуждениях содержится принци­пиальная ошибка, заключающаяся в том, что А. Красиков считает, что в отличие от группы раз­бойников банда - это устойчивая группа, а группа разбойников, продолжая мысль автора, устойчи­вой быть не может.

Интересна в этом вопросе позиция В. Быкова.[9] Поскольку в п. "а" ч. 3 ст. 162 УК законодатель указал такой квалифицирующий признак, как со­вершение разбоя организованной группой, то при его анализе следует обратиться к содержанию ч. 3 ст. 35 УК РФ, которая как раз и определяет, что такое организованная преступная группа. В уго­ловном законе указывается достаточно четко и определенно, что преступление признается со­вершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объ­единившихся для совершения одного или не­скольких преступлений. Следовательно, разбой­ная группа, как и банда, может обладать призна­ком устойчивости, и в этом случае она признается уголовным законом организованной. Банда же является разновидностью организованной группы и в этом смысле ничем не отличается от органи­зованной группы, совершающей разбой.

Так можно ли в принципе отграничить банди­тизм от вооруженного разбоя, совершенного ор­ганизованной группой? Чтобы разрешить этот вопрос, следует проанализировать сходство и различия указанных составов. Вначале о сходстве. Первое из них основано на значительном совпа­дении объективной стороны обоих преступлений. Как разбой, так и бандитизм - это нападение на граждан или организации, связанное с примене­нием насилия или угрозой его применения. Вто­рое сходство заключается в том, что группа раз­бойников и банда с точки зрения действующего уголовного закона (ч. 3 ст. 35 УК) представляет собой организованную группу. Банда и воору­женная организованная группа, совершающая разбой, как организованные группы обладают ус­тойчивостью личного состава и заранее объедини­лись для совершения преступлений. Третье сход­ство банды и организованной вооруженной груп­пы, совершающей разбой, связано с их воору­женностью. Пункт "г" ч. 2 ст. 162 УК указывает такой квалифицирующий признак разбоя, как совершение его с применением оружия, а ч. 1 ст. 209 УК определяет банду как устойчивую во­оруженную группу. В указанных случаях законо­датель понимает под оружием одно и то же - в том значении, как об этом говорится в Законе РФ "Об оружии".

Теперь рассмотрим различия банды и воору­женной организованной группы, совершающих разбой. Одна из таких попыток сделана в п. 3 по­становления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г., в котором указывается, что от иных организованных групп банда отличается своей вооруженностью и преступными целями - соверше­ние нападений на граждан и организации. Это разъяснение мало, чем помогает отличить банду от вооруженной организованной разбойной группы. Ранее уже показано, что такие признаки, как вооруженность и цели создания - совершение нападений на граждан и организа­ции, в этом случае как у банды, так и у вооружен­ной организованной группы, совершающей раз­бой, практически совпадают. Анализируя сложившуюся ситуацию, следует прийти к выводу, что разграничить банду и во­оруженную организованную группу, совершаю­щие разбойные нападения, совершенно невоз­можно. Да в этом и нет необходи­мости. Просто следует признать, что разбой, со­вершенный организованной и вооруженной группой, - это и есть бандитизм, что полностью соответствует ст. 209 УК. Если разбой совершен при наличии таких квалифицирующих призна­ков, как применение оружия (п. "г" ч. 2 ст. 162 УК) и совершение организованной группой (п. "а" ч. 3 ст. 162 УК), то его следует квалифицировать как бандитизм. Предлагаемый подход позволит прекратить длительные дискуссии по этому во­просу и облегчит квалификацию указанных пре­ступлений в следственной и судебной практике.

Конечно, такие квалифицирующие признаки, как применение оружия и совершение разбоя организованной группой, в ст. 162 УК должны быть сохранены, так как всегда может возникнуть необходимость в квалификации разбоя только по одному из них. При наличии же двух указанных квалифицирующих признаков разбойное нападе­ние должно квалифицироваться по ст. 209 УК. Изменить существующую практику может соот­ветствующее разъяснение Пленума Верховного Суда РФ.[10]

В полемику с профессором Быковым вступает профессор Галиакбаров[11] . Он пишет буквально следующее: «… материал В. Быкова "Как разграничить бандитизм и разбой", где предлагается разбой, совершенный организованной и вооруженной группой, квалифицировать как бандитизм по ст. 209 УК. Под эту идею подведено теоретическое обоснование, которое из-за некорректной поста­новки вопроса и столь же неубедительной аргу­ментации способно лишь поломать сложившуюся судебную практику.

Действительно, при совершении разбоя орга­низованной группой с применением оружия (п. "г" ч. 2, п. "а" ч. 3 ст. 162 УК) необходимо про­вести разграничение с бандитизмом (ст. 209 УК). Практика это с успехом делает, не допуская се­рьезных ошибок. Какие критерии берутся за ос­нову? Во-первых, в разбое, совершенном орга­низованной группой лиц, устанавливается нали­чие оружия или предметов, используемых в каче­стве оружия. В банде же должно быть только ору­жие. Во-вторых, в разбое оружие должно ис­пользоваться по назначению. Для бандитизма не­обходимо лишь наличие оружия. На данный при­знак обращено внимание в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательст­ва об ответственности за бандитизм". В-третьих, имеется отличие по моменту окончания посяга­тельств. По п. "г" ч. 2 ст. 162 УК разбойное напа­дение квалифицируется в тех случаях, когда ору­жие применено в ходе нападения. Нападение во­оруженной банды считается состоявшимся и тогда, когда имевшееся у членов банды оружие не применялось (п. 6 упомянутого постановления). Более того, уже само создание банды образует оконченный состав преступления.

Давая весьма спорную рекомендацию практике и критикуя решения Верховного Суда РФ, В. Быков не учел, что по закону разбой и банди­тизм - разные составы с четко различающимися юридическими признаками. Подменять один со­став другим, не меняя уголовного законодатель­ства, недопустимо. Вооруженный разбой органи­зованной группой - это нападение с применени­ем оружия или предметов, используемых в каче­стве оружия. В бандитизме признаки состава иные: создание устойчивой вооруженной группы в целях нападения на граждан или организации, а также руководство ею или участие в такой груп­пе. В вооруженном разбое, совершенном органи­зованной группой, всегда устанавливается ко­рыстная направленность - цель хищения чужого имущества. В составе бандитизма цели деятель­ности шире: нападение на граждан или организации. Само такое нападение более опасно, так как представляет угрозу не только для собственности граждан, но и для их личной безопасности, нор­мального функционирования государства, ком­мерческих или иных организаций (п. 5 упомяну­того постановления).

При разбое, совершенном организованной группой, есть группа, но всегда нет банды как более опасного формирования. Вооруженная ор­ганизованная группа, совершившая разбой, и банда - вовсе не совпадающие понятия. Полагая, что это одно и то же, В. Быков ссылается на ч. 3 ст. 35 УК, упуская при этом содержание ч. 4 дан­ной статьи, четко формулирующей признаки преступного сообщества. Банда относится не к организованной преступной группе, а именно к разновидности преступного сообщества. Вопреки утверждению В. Быкова конкуренции норм между вооруженным разбоем, совершенным ор­ганизованной группой, и бандитизмом нет. Нали­цо разные составы. Приведу несколько аргумен­тов в защиту такого решения и сложившейся су­дебной практики. Во-первых, оценивая ст.ст. 162 и 209 УК, нельзя упускать из поля зрения содер­жание объектов посягательств. Разместив ст. 162 УК в главе "Преступления против собственности", законодатель четко ограничил рамки применения нормы. Статья 209 УК размещена в главе "Пре­ступления против общественной безопасности". Объект бандитизма иной - общественная без­опасность. Во-вторых, то, что банда - разновид­ность сообщества, доказывается и размещением состава рядом со ст. 210 УК РФ. Последняя является общим составом для состава бандитизма. В-тре­тьих, ч. 5 ст. 35 УК четко оговаривает, что лицо, создавшее организованную группу или сообще­ство либо руководив­шее ими, подлежит уголовной ответственности за их организацию и руководство ими в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК. Закон связывает наличие преступного сообщества именно со статьями Особенной части УК, а не только со ст. 210 УК, тем самым позволяя уточнить, что банда есть раз­новидность преступного сообщества, а не просто организованная группа.

Уголовный закон - сложный организм. При толковании применяемых норм следует учиты­вать не только содержание конкретных статей Особенной части, но и нормы общего характера, структуру Кодекса, место норм в его системе. Это становится отчетливо понятно, когда В. Быков вырывает из контекста отдельные понятия и тол­кует их произвольно, без учета буквы закона. От­сюда и субъективные выводы, способные при их внедрении серьезно дестабилизировать практику, привести к объективному вменению и необоснованному усилению уголовной ответственности. Некорректно подменять признак устойчивости другим криминологическим показателем, отсут­ствующим в УК, - устойчивостью личного со­става. Некорректна и критика п. 3 названного по­становления Пленума Верховного Суда РФ, кото­рый, давая данное разъяснение, строго исходил из содержания действующего уголовного закона.

Вызывает удивление и то, что бесспорный во­прос с устоявшейся судебной практикой разре­шения уголовных дел вновь ставится на обсужде­ние с сомнительными по качеству предложения­ми. Последствия же таких рекомендаций часто бывают весьма негативными. Например, после нескольких публикаций В. Быкова, предложившего оценивать организованную группу через криминологические признаки, ныне некоторые суды уже необоснованно прекращают дела по признакам ст. 210 УК, ссылаясь на то, что по делу не установлены такие не предусмотренные УК показатели, как разработка планов и условий для совершения тяжких преступлений, иерархичес­кое организационное построение, внутригрупповые нормы, отработка системы конспирации и т.п. Очевидно, что любая рекомендация ученого, прежде чем она доводится до специалистов- практиков, должна тщательно просчитываться на теоретическую обоснованность и возможность негативных последствий для практики». [12]

Таким образом, вопрос о разграничении понятий бандитизма и разбоя

остается пока открытым, хотя предпочтительнее и убедительнее, все-таки, позиция Р. Галиакбарова.

Заключение

Завершая курсовое исследование, делаем выводы:

бандитизм - одно из наиболее опасных преступлений, ответствен­ность за которое известна российскому уголовному законодательству с 1922 г.;

под бандой следует понимать организованную устойчивую вооруженную группу из двух или более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации. Банда может быть создана и для совершения одного, но требующего тщательной подготовки нападения;

банда признается вооруженной при наличии оружия хотя бы у одного из ее членов и осведомленности об этом других членов банды;

субъективная сторона бандитизма характеризуется прямым умыслом. Объективная сторона преступления выражается в создании устойчивой вооруженной группы (банды), руководстве такой группой, участии в банде, а также в участии в совершаемых бандой нападениях;

руководство бандой заключается в вербовке членов, разработке планов нападений и распределении ролей между членами банды, даче указа­ний и распоряжений членам банды, в определении ее преступной деятельности, выборе конкретных объектов и способов, совершаемых бандой нападений, "воспитательной" работе с личным составом, наказании провинившихся членов банды, принятии решений о физической ликвидации потер­певших и свидетелей, укрывательстве и сбыте похи­щенного имущества;

создание вооруженной банды является оконченным составом преступле­ния, так как именно с этого момента у банды имеется готовность применить насилие для достижения постав­ленных целей;

участие в банде признается оконченным, когда лицо узнавшее о преступных намерениях банды, дало согла­сие на вступление в нее и выполнение отдельных по­ручений, подкрепив это конкретной практической де­ятельностью, а не только выразив словесное заявление;

нападением следует считать действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения. Подстрекательство к бандитизму может выразиться в склонении чле­нов банды к нападению на конкретное учреждение или определенных лиц;

действия лиц, не состоявших членами банды и не принимавших участия в совершаемых нападениях, но оказавших содействие банде в ее преступной деятель­ности, следует квалифицировать как пособничество.

Отличие бандитизма от разбоя, совершенного группой лиц по пред­варительному сговору с применением оружия или предметов, используемых в ка­честве оружия, заключается в следующем:

банда - это сплоченная устойчивая группа, а при разбое группа лиц может договориться о совершении одного нападения на граждан или учреж­дение;

бандитизм требует наличия оружия у членов банды, а при разбое необ­ходимо применение оружия, а не только его наличие;

при разбое могут быть использованы в качестве оружия предметы, соб­ственно оружием не являющиеся, а для состава бандитизма необходимо на­личие оружия в собственном смысле слова, т. е. предметов, специально пред­назначенных для поражения живой цели;

состав бандитизма является оконченным с момента создания банды, тогда как разбой окончен с момента нападения с целью хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия.

Таким образом, бандитизм – это опасное социальное явление, имеющее свои отличительные признаки, субъективную и объективную стороны, состав преступления.

Библиография

I. Нормативно -правовые акты

1. Конституция Российской Федерации: официальный текст на 1 апр. 1999г. –М.: ООО АСТ, 2000.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации. Официальный текст по состоянию на 1 февраля 1997 г. – М.: изд. Группа ИНФРА.М-НОРМА, 1997.

3. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации: комментарии к главам. Разъяснения. Вып.№5. – М.: ЗАО "Б-ка Российской газеты", - 1997.

4. Федеральный закон от 30 марта 1998 г. "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней" // Рос. Газ. – 1998. – 7 апр.

5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31 окт. 1996 г. №8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" //БВС РФ. – 1996. - №1

6. Постанов­ление Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законо­дательства об ответственности за бандитизм"//БВС РФ.- 1997.- №2.

7. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод: Рим, 4 ноября 1990г. // Рос. Газ. – 1995. – 5 апр.

II Научная и учебная литература

8. Большой юридический словарь. – М.: ИНФРА- М, 1998.

9. Быков В. Как разграничить бандитизм и разбой: мнение // Рос. юст.- 2001.- №3.- С. 52-53.

10. Ведерникова О. Н. Основные криминологические системы современности (сравнительный анализ) // Гос. и право. – 2002. - №10.

11. Галиакбаров Р. Разграничение разбоя и бандитизма: ошибка в теории ломает судебную практику: полемика // Рос. юст.- 2001.- С. 56-57.

12. Иногамова Л. В. Конкуренция норм при назначении наказания в пределах санкции статьи Особенной части Уголовного кодекса // Гос. и право, 1999. - №8.

13. Казакова В. Вооруженная преступность: сравнительный анализ // Рос. юст.- 2003.- №7.- С.69- 71.

14. Колотова Н. В. Российское государство и право на рубеже тысячелетий // Гос. и право. – 2000. - №7.

15. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Изд. 2-е, изм. и доп. / Под общ. ред. проф. Ю. И. Скуратова и проф. В. М. Лебедева. – М.: Изд. группа НОРМА-ИНФРА. М, 1998.

16. Меркушов А.Е. О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм // Бюллетень Верховно­го Суда Российской Федерации. -1997. -№ 6.

17. О правах и основных свободах человека: конвенция Содружества Независимых Государств // Рос. газ. – 1995. – 23 июня

18. Попова О. Квалификация бандитизма: Комментарий УК// Рос. юст.- 2003.- №1.- С.58-59.

19. Права человека. Учебник для вузов / Отв. ред. член-корр. РАН, доктор юрид. наук Е. А. Лукашева. – М.: Изд-во НОРМА, 2000.

20. Пудовочкин Ю., Чечель Г. Квалификация случаев вовлечения несовершеннолетних в преступную группу: Комментарий УК РФ// Рос. юст.- 2000.-№12.- С. 37-38.

21. Работа районных судов общей юрисдикции в первом полугодии 2000г.: статистика// Рос. юст. – 2000. - №12.

22. Рарог А. И., Степалин В. Б. Судейское усмотрение при назначении наказания // Гос. и право, 2002. - №2.

23. Российская юридическая энциклопедия/ Под ред. А. Я. Сухарева. - М.: изд. дом ИНФРА-М, 1999.

24. Уголовное право: Часть Общая. Часть Особенная. Учебник/ Под общ. ред. Проф. Р. Л. Гауфмана, проф. Л. М. Колодкина и проф. С. В. Максимова. – М.: Юриспруденция, 1999.

25. Казакова В. Вооруженная преступность: сравнительный анализ // Рос. юст.- 2003.- №7.- С.69- 71.

26. Юридический энциклопедический словарь/ Гл. ред. А. Я. Сухарев. – Изд. 2-е, доп. – М.: Сов. энциклопедия, 1987.


[1] Казакова В. Вооруженная преступность: сравнительный анализ // Рос. юст.- 2003.- №7.- С.69.

[2] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Изд. 2-е, изм. и доп. / Под общ. ред. проф. Ю. И. Скуратова и проф. В. М. Лебедева. – М.: Изд. группа НОРМА-ИНФРА. М, 1998.- с.-56.

[3] Попова О. Квалификация бандитизма: Комментарий УК// Рос. юст.- 2003.- №1.- С.58.

[4] Иногамова Л. В. Конкуренция норм при назначении наказания в пределах санкции статьи Особенной части Уголовного кодекса // Гос. и право, 1999. - №8.-С.12.

1 Меркушов А.Е. О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм // Бюллетень Верховно­го Суда Российской Федерации. 1997. № 6. С. 23).

[6] Пудовочкин Ю., Чечель Г. Квалификация случаев вовлечения несовершеннолетних в преступную группу: Комментарий УК РФ// Рос. юст.- 2000.-№12.- С. 37.

[7] Попова О. Квалификация бандитизма: Комментарий УК// Рос. юст.- 2003.- №1.- С. 59.

[8] Уголовное право: Часть Общая. Часть Особенная. Учебник/ Под общ. ред. Проф. Р. Л. Гауфмана, проф. Л. М. Колодкина и проф. С. В. Максимова. – М.: Юриспруденция, 1999.- С.67.

[9] В. Быков – доктор юридических наук, профессор Саратовского юридического института МВД России.

[10] Быков В. Как разграничить бандитизм и разбой: мнение // Рос. юст.- 2001.- №3.- С. 52-53.

[11] Галиакбаров Р. - доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, г. Краснодар.

[12] Галиакбаров Р. Разграничение разбоя и бандитизма: ошибка в теории ломает судебную практику: полемика // Рос. юст.- 2001.- С. 57.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему